KALBA IR VISUOMENĖ

RITA MILIŪNAITĖ

Институт литовского языка

УСТАНОВКИ ИНТЕРНЕТ-КОММЕНТАТОРОВ В ОТНОШЕНИИ УХОДА ЗА ЛИТОВСКИМ ЯЗЫКОМ

В последние годы в литовском интернете как никогда много дискуссий на самые разные языковые темы. Чаще всего поводом для их возникновения или причиной, побуждающей их начать, становятся статьи или интервью, публикуемые на интернет-порталах (иногда перенесённые из печатных или электронных СМИ), а также комментарии читателей к ним. Статьи обычно отражают актуальные вопросы языковой политики и употребления языка, а иногда неспециалист в области языка излагает свои взгляды на интересующие его языковые вопросы и трудности, с которыми он сам сталкивался при употреблении языка. Например, только в 2009 году, вплоть до осени, на самых популярных новостных интернет-порталах шли дискуссии о женских фамилиях без суффиксов, о начале преподавания английского как второго языка, о жемайтском языке в школах Жемайтии; выясняли, грозит ли литовскому языку упадок; говорили о литовской орфографии в электронном пространстве, об именах, которые эмигрировавшие литовцы дают своим детям, «чтобы британцы понимали», и т. д.

Нередко к языковой дискуссии даже на вполне конкретную тему добавляются и более общие рассуждения: обсуждаются нынешнее состояние литовского языка, смысл и качество работы учреждений, отвечающих за уход за языком, и лингвистов. Эти вопросы сейчас больше всего волнуют ту часть общества, которой небезразличны языковые проблемы, и показывают, как общество реагирует на различные языковые явления и официальные шаги в области языковой политики.

R. MILIŪNAITĖ. Interneto komentuotojų nuostatos dėl lietuvių kalbos priežiūros 149

Хотя признаётся, что уровень интернет-дискуссий, обусловленный анонимностью комментаторов, зачастую довольно низок, тем не менее и публикуемые статьи, и комментарии к ним, по-видимому, читают многие, в том числе те, кто не участвует в дискуссиях. Поэтому можно предположить, что совокупность высказанных мнений раскрывает языковые установки по крайней мере части литовоязычного общества — как в Литве, так и в эмиграции — и влияет на дальнейшее развитие этих установок. Таким образом, можно говорить и об изучении языковых установок общества, выражаемых в дискуссиях. Такие исследования должны помочь внимательнее прислушаться к мнению пользователей языка и выяснить причины, по которым разрыв между обществом и лингвистами, а также недовольство нынешней языковой политикой остаются заметными и не уменьшаются.

Цель статьи — рассмотреть одну из многочисленных дискуссий на языковые темы, проходивших в интернет-пространстве. Она показывает не только то, как интернет-сообщество реагирует на публичную информацию о языке, но и выявляет пробелы нынешней языковой политики и языкового просвещения общества. Поскольку дискуссия касалась ухода за языком и сфер, которые он должен охватывать, опубликованные комментарии стали благодатным материалом для изучения того, как люди понимают необходимость сознательно регулировать публичную речь и чего ожидают от учреждений, отвечающих за уход за языком. Цель статьи — не произвести точный статистический подсчёт того, какие сферы упоминаются чаще всего и кажутся комментаторам наиболее нуждающимися в контроле, — это лучше помогли бы установить количественные опросы. В данном случае важно выявить различия во мнениях и приводимые аргументы, показывающие, какие установки в отношении ухода за литовским языком складываются в нашем обществе.

1. ИНТЕРНЕТ-КОММЕНТАТОРЫ И КОММЕНТАРИИ КАК ОБЪЕКТ ИЗУЧЕНИЯ ЯЗЫКОВЫХ УСТАНОВОК

Интернет-комментариями как источником изучения языковых установок общества в Литве начали интересоваться сравнительно недавно (см. Miliūnaitė 2006; Nevinskaitė 2008), понимая, что использовать комментарии в научных исследованиях не вполне безопасно из-за упомянутого уровня, обусловленного низкой культурой публичного общения в обществе. Феномен литовских комментариев выносят на первый план и обсуждают в своих статьях на тех же порталах многие авторы (Dabašinskas 2009; Mitė 2009). Например, Станисловас Кайрис пишет:

Можно утверждать, что интернет-комментаторы — особая аудитория, которая не вполне отражает общие настроения и установки общества. Может быть, и так. А может, как раз наоборот —

150

KALBOS KULTŪRA | 82

цы? Возможно, открыто выражаемая в интернете злоба — лишь верхушка айсберга, под которой скрывается огромная масса всеобщей ненависти и нигилизма? (Kairys 2009)

Тем не менее в языковых дискуссиях встречаются и интересные мысли, позволяющие составить более конкретное представление о том, как общество воспринимает процессы, происходящие в языке, и языковую политику, проводимую в Литве. Анализ комментариев — более быстрый способ исследования, чем специальные опросы или интервью, однако из-за особенностей спонтанной письменной речи (это будет видно и из цитат, приведённых далее) эти данные довольно стихийны, в них встречаются скачки мысли и логические противоречия, поэтому для их обработки и изучения требуется больше времени и иные методы, чем при анализе данных количественных и качественных опросов, заранее целенаправленно подготовленных.

Выявить, мнение и настроения каких слоёв общества выражают комментаторы крупнейших интернет-порталов, могут только социологические исследования. Согласно данным, приведённым Лаймой Невинскайте (Nevinskaitė 2008: 246), репрезентативное исследование общественного мнения, проведённое в начале 2008 года, в марте–апреле, по заказу проекта «Электронная демократия», показало, что возраст и процентное распределение людей, регулярно (раз в неделю или чаще) пишущих на новостных порталах комментарии об общественной жизни и политике, были следующими: 18–29 лет — 67,4 проц., 30–39 лет — 10,9 проц., 40–49 лет — 15,2 проц., остальные — 6,5 проц. Таким образом, можно получить некоторое представление о том, чьё мнение преобладает в интернет-комментариях; это отнюдь не подростки, неспособные отвечать за свои поступки, как иногда принято считать.

2. КАК ВОЗНИКЛА ИНТЕРНЕТ-ДИСКУССИЯ О ЯЗЫКОВОМ НАДЗОРЕ?

Рассматриваемая дискуссия о языковом надзоре и его методах возникла из-за некоторого недоразумения или даже небольшой провокации. На интернет-портале www. atgimimas.lt (Lašienė 2009₁) было опубликовано небольшое интервью Неринги Лашене с председателем Государственной комиссии по литовскому языку Иреной Сметонене — одиннадцать вопросов и ответов — под заголовком «Где телята пьют мёд». Его журналистское вступление было таким:

О том, что молодёжь хочет говорить правильно, о том, какие языковые новшества распространяются в интернете и как пишутся личные имена, с председателем Государственной комиссии по литовскому языку Иреной Сметонене беседует Неринга Лашене.

R. MILIŪNAITĖ. Interneto komentuotojų nuostatos dėl lietuvių kalbos priežiūros

151

Другой интернет-портал www.delfi.lt перепечатал эту статью (Lašiene 2009₂), но расставил акценты совершенно иначе. Заголовок гласил: «Говорящим неправильно — штрафы», а журналистское вступление было написано так:

Лингвисты просят Сейм принять закон, который обязывал бы публиковать информацию в интернете и вообще в публичном пространстве на литовском языке и без ошибок. За несоблюдение правил грозили бы штрафы, предусмотренные Кодексом об административных правонарушениях. О текстах в интернете, якобы ненавидимой молодёжью литовской речи, написании имён иностранцев и национальных меньшинств — беседа с председателем Государственной комиссии по литовскому языку Иреной Сметонене.

В самом интервью фрагментарно упоминается немало вопросов, связанных с регулированием языка и конкретными языковыми явлениями. Например, речь зашла о написании фамилий людей других национальностей, преподавании некоторых предметов на иностранных языках, нелитовских названиях литовских и зарубежных компаний — иноязычные вывески, как утверждается, являются «чистым следствием деловой политики». Поднимаются проблемы, важные для таких сфер употребления и надзора за литовским языком, как преподавание литовского языка в общеобразовательных школах, средства массовой информации и публичная информация, художественная литература и театр как источники изучения литературного языка. Отдельно говорилось об интернет-СМИ:

Проблема в том, что в законе 1995 года об интернет-СМИ ещё не говорилось, а хитрые издатели спрашивают: «Где это написано в законе?» Поэтому мы намерены просить принять новую редакцию Закона о языке, которая уже зарегистрирована, и надеемся, что она будет принята Сеймом этого созыва. В ней записано, что любая информация, появляющаяся в публичном пространстве, должна быть на литовском языке и без ошибок. Вместе с новой редакцией этого закона будут предложены поправки к Кодексу об административных правонарушениях.

Таким образом, дискуссия на портале www.delfi.lt возникла главным образом из-за вопроса о том, насколько допустимо юридически вмешиваться в язык интернета и вообще в употребление языка. Фраза «информация, появляющаяся в интернете и вообще в публичном пространстве» в интервью подробнее не объяснялась; было лишь сделано исключение для комментариев. На вопрос о том, как регулировать язык комментариев, И. Сметонене ответила: «Комментарии не отрегулируешь, это личная сфера». Тем не менее из самих комментариев к этому интервью видно, что многие читатели поняли это так, будто «покушаются» на язык, которым они сами пользуются в интернете (включая комментарии). Таким образом, в дискуссии проявилось и отношение комментаторов к тому, что было бы, если бы их свободную публичную речь регулировали законами¹. Поэтому эта дискуссия даёт сведения о том, как интернет-общество

¹ Dėl sąvokos laisvoji viešoji kalba žr. Miliūnaitė 2009: 38–44.

152 KALBOS KULTŪRA | 82

рассматривает активную языковую политику в отношении литовского языка, когда ищут правовые средства регулирования правильности публичной речи.

Хотя в ходе дискуссии участники порой отклоняются к другим темам или начинают упрекать друг друга в посторонних вещах, ее суть можно сформулировать как попытку ответить на вопрос: следует ли посредством законов добиваться того, чтобы язык, функционирующий в интернет-пространстве, был правильным? Производный вопрос — какие сферы употребления литовского языка вообще должен охватывать такой закон, а какие сферы следует контролировать другими способами или вовсе не контролировать.

3. ХАРАКТЕР ДАННЫХ И ЗАДАЧИ ИССЛЕДОВАНИЯ

Для изучения отношения интернет-комментаторов к регулированию языка в статье ставятся следующие задачи:

• определить, каким сферам употребления языка, подлежащим контролю, комментаторы отдают предпочтение;

• выяснить, как комментаторы понимают различия между публичной и частной речью;

• определить, соответствует ли, по мнению комментаторов, нынешняя языковая политика в отношении контроля за языком ожиданиям общества.

Рассматриваемая дискуссия в интернете проходила 4–6 апреля 2009 года. К ее окончанию было зафиксировано 1288 комментариев, но позднее редакция, по-видимому, удалила некоторые из них как оскорбительные, оставив общедоступными 1258 комментариев. Из них для исследования отобрали 270 информативных комментариев и перенесли в таблицу компьютерной программы Excelio, чтобы можно было отдельно выделить упоминаемые в тексте каждого комментария сферы употребления языка и отношение комментаторов к контролю за ними, а данные исследовать с помощью фильтров этой программы.

4. СФЕРЫ УПОТРЕБЛЕНИЯ ЛИТОВСКОГО ЯЗЫКА В ПУБЛИЧНОЙ СФЕРЕ И ИХ КОНТРОЛЬ

На государственном уровне обычно указываются следующие сферы устного и особенно письменного литовского языка, контролируемые государством и — подчеркнём — используемые публично (имея в виду, что роль литературного языка, а следовательно, и контроль за ним, ослабевают по мере продвижения вниз по списку; подробнее см. Miliūnaitė 2009: 29–30):

R. MILIŪNAITĖ. Interneto komentuotojų nuostatos dėl lietuvių kalbos priežiūros

153

государственное управление и административные отношения,

система образования и науки (школа и учебная литература, язык науки и др.),

средства массовой информации и публичная информация,

культура (художественная литература, театр и др.),

бизнес, развлечения и др.

В Законе о государственном языке², который «устанавливает употребление государственного языка в общественной жизни Литвы, защиту государственного языка, контроль и ответственность за нарушения Закона о государственном языке», говорится как о сферах употребления и контроля государственного языка, так и о некоторых субъектах как пользователях государственного языка. По сути, Закон о государственном языке охватывает и упомянутые выше сферы употребления языка, подлежащие контролю. Более подробно эти сферы описаны в Положении о Государственной инспекции по языку³.

5. ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О СФЕРАХ УПОТРЕБЛЕНИЯ ЯЗЫКА И ИХ КОНТРОЛЕ В ИНТЕРНЕТ-КОММЕНТАРИЯХ

В интервью, опубликованном в интернете, хотя и фрагментарно, упомянуты почти все сферы контроля за языком: система образования и науки, средства массовой информации (в том числе интернет-СМИ), культура (художественная литература, театр и др.), бизнес; однажды упоминается и административная речь. На некоторые из этих вопросов реагируют в анализируемых комментариях, однако высказываются и новые мысли. Кроме того, комментаторы отстаивают свои интересы как пользователей языка, а они не всегда совпадают с позицией учреждений, защищающих интересы государства.

5.1. Общие установки комментаторов в отношении языковой политики

В комментариях к упомянутым дискуссиям, как и во многих других языковых дискуссиях в интернете, люди выражают своё отношение к языку, его состоянию, работе лингвистов и политике контроля за языком. Отчётливо выделяются две противоположные точки зрения:

² Принят 31 января 1995 г. – Žin., 1995, Nr. 15–344.

³ Žin., 2002, Nr. 17–670.

154

KALBOS KULTŪRA | 82

1) не следует вообще вмешиваться в развитие языка, он должен развиваться сам по себе, а единственный критерий его пригодности — важно, чтобы люди могли понимать друг друга:

Нездоровое внимание к языку говорит лишь о его неустойчивости, слабости. «Сильный», здоровый язык существует и без внешнего влияния, искусственных установок и регламентации. Интересно, есть ли где-нибудь ещё такой маразм по поводу ошибок и регламентации употребления, или это чисто наша затея?

Язык должен совершенствоваться сам, развиваться. А тут пытаются искусственно управлять языком и решать, что делать и как говорить. Какой-то абсурд.

Дайте говорить свободно. Как же достали эти лингвисты. Язык — это уникальное явление, которое само меняется и деформируется, приспосабливаясь к обстоятельствам и эпохе. Как-то в Средние века не было никаких правил, однако люди прекрасно понимали друг друга. А сейчас что? Не так сказал; такого слова нет; я же тебе говорил — «виелабраукис»...

Говорим, как кому удобнее: хоть по-деревенски, хоть грубым языком улицы и двора — какая разница, если мы друг друга понимаем.

2) признаётся, что за языком нужно следить:

Если ничего не делать, литовский язык выродится. Как дым. Конечно, он в какой-то мере естественным образом меняется, но это не имеет ничего общего с его коверканием. Посмотрите, как берегут свой язык, например, французы.

Давно пора! Уже начинаем англизироваться! Советское время не смогло русифицировать нас, потому что в школах литовский язык и литературу преподавали исключительно хорошие, талантливые, требовательные учителя. «Брали» как следует! Молодёжь теперь неграмотная. Остаётся только сожалеть...

Штрафами, конечно, ничего не добьёшься, как и запретами. Граждане Литвы не понимают, что, коверкяя свой язык, они показывают уровень своего образования, социальный и нередко профессиональный статус и вредят самим себе. Нужно в целом повышать престиж языка. Создаётся впечатление, что мы живём в стране настоящих грубиянов — стыдно...

Немало комментаторов ошибочно полагают (вероятно, этому способствует и вводящее в заблуждение название статьи), что упомянутый в интервью закон должен распространяться и на частную речь. Поэтому понятно возмущение такой «языковой политикой»:

⁴ В цитируемых комментариях исправлены только орфографические и некоторые пунктуационные ошибки; остальное оставлено так, как было в интернете, за исключением одного полностью аутентичного комментария (с. 157), раскрывающего особенности письма без литовских диакритических знаков.

R. MILIŪNAITĖ. Interneto komentuotojų nuostatos dėl lietuvių kalbos priežiūros 155

Говорить и писать следовало бы по-литовски и грамотно, однако наказывать за то, что не умеешь или не можешь этого сделать, — это уже абсурд. Половина людей не владеет правильной речью. Забавнее всего наблюдать, как два специалиста по литовскому языку не могут договориться об ошибках. Оба по-разному умеют находить ошибки в тексте.

Из этого следует, что людям, изучающим литовский язык, иностранцам, людям с проблемами со здоровьем, которые не позволяют им правильно говорить или писать по-литовски, а также тем, кто в целом обладает более скромными способностями, лучше вообще не пытаться демонстрировать свои знания литовского языка.

Единичная попытка усмотреть противоречия в самой статье не влияет на ход дискуссии:

Так за что наказание — за неграмотное письмо или за язык? Судя по заголовку статьи — за язык. Но статья — главным образом об ошибках в написанных текстах. А неграмотные или нетерпеливые, прочитав только заголовок, сильно шумят. Непрофессионализм журналистки.

Тем не менее часть комментаторов чувствует, что в некоторых случаях надзор за языком — частное–публичное, свободное–официальное — должен различаться:

Если начнёшь наказывать людей за то, что они пользуются литовским языком, то только заставишь их ненавидеть литовский язык. Неформальная речь так и останется неформальной. Жаргонизмы и неологизмы всё равно войдут в литовский язык, потому что живой язык, как и человек, эволюционирует (меняется).

Ну да, давайте ещё проверять каждое личное сообщение — это ограничение моих прав. Требование правильно писать по-литовски в названиях предприятий — полный абсурд. Такие требования должны применяться только к государственным учреждениям, СМИ и сфере образования, и больше ни к кому.

Думаю, разговорную речь не следует трогать, поскольку она является основой языковой эволюции: язык не стоит на месте.

Более вдумчивые комментаторы пытаются объяснить, что во внутреннюю речь (которую понимают по-разному) вообще не следует вмешиваться извне:

Отделяй неформальное общение от формального. Ведь в неформальном общении не запрещены ни диалекты, ни жаргоны, ни, в конце концов, полуграмотная речь. Речь идёт о формальном общении. Странно, что у нас так много людей, которые читают статью и даже не понимают, что в ней написано, но спешат оставить комментарий.

Общение делится на формальное и неформальное. Интернет-речь относится к неформальному общению, а вот речь политиков по радио и телевидению — к формальному, и говорить там следует на литературном литовском языке.

156

KALBOS KULTŪRA | 82

С продавщицами или базарными бабами можешь говорить как хочешь, но по радио не говори, как на базаре. И никто не выпишет тебе штраф.

Особенно много комментариев, в которых категорично заявляется, что язык — личное дело каждого человека: «как захочу, так и буду говорить», и никто не имеет права указывать, как говорить, а тем более наказывать за ошибки:

Вообще-то Конституция позволяет говорить и писать, как я хочу, пока я не на государственной службе, так что идите вы к чёрту: как хочу, так и пишу, так и говорю.

Банановая республика... Как хочу, так и пишу, и как хочу, так и говорю. Если меня все понимают, зачем мне изобретать велосипед?

Мой язык — моё дело. Пока что тут дурью маются только языковеды — от безделья: надо же оправдать своё существование.

Я родился на этой планете, и мне всё равно, на каком языке говорить и где жить!!!

В тех комментариях, авторы которых склонны признавать, что языковой надзор необходим, общее направление такого надзора порой понимается как необходимость упростить саму языковую систему, правила языка:

В наше время, когда информации очень много, язык должен быть упрощён, чтобы передавать информацию, а не красоту языка! Инженеру и программисту литературный язык не нужен! Это должно оставаться добровольным! Кто хочет углубляться и знать — тому уважение, но заставлять всех — глупо!

А мы, счастливые, держимся за свои стены, будто бы ą, ę, ū, ų вдохновляют нашу национальность и национальное самосознание; никому не хватает смелости даже упомянуть о возможности упростить или устранить эту ерунду.

я думаю, что все носовые и птички надо уничтожить и всю орфографию (особенно ударения) модернизировать! Я никогда не писал в интернете с птичками и носовыми, и никто не заставит меня это делать! Суть понятна, и точка! А кому нужны красота и искусство — читайте Майрониса!

В комментариях, где высказываются мнения о политике языкового надзора, заметен и уже ставший очевидным стереотипом, влияющим на формирование мнений (ср. Miliūnaitė 2006: 70–72), образ языковедов как создателей неудачных неологизмов:

Жаль, что языковеды не умеют нормально образовывать новые слова... Что поделать. Странные люди...

Языковеды — это шайка бездельников. Согласен, что некоторые их исправления были необходимы, но сколько же всякой чепухи они настряпали на своих заседаниях? Смешно становится, стоит только услышать — издевательство над словами.

R. MILIŪNAITĖ. Interneto komentuotojų nuostatos dėl lietuvių kalbos priežiūros 157

Когда создадите нормальный литовский язык без таких слов, как «чип», «дисплей», «оперативная память» и прочей чепухи, тогда и сможете рассуждать о каком-то законе… А пока литовский язык — сплошная грибная война, придумывайте словечки, которые никому не приживаются, и сидите тихо.

Напротив, предлагаю лишить VLKK всех привилегий — прямых и косвенных, предварительно тщательно изучив сложившуюся ситуацию. Пусть работают, зная, что навязать обществу ничего не удастся, а приниматься будет лишь то, что войдёт в обиход само собой и будет привлекательно своим качеством («хороший товар сам себя хвалит»). Может, только тогда они, например, и начнут выпекать вменяемые неологизмы, приемлемые для большинства?

Рассматривается и соотношение государственного языка с другими языками. В комментариях встречаются замечания о том, что следует строже контролировать, где публично не употребляется государственный язык, — например, в Вильнюсе и Вильнюсском крае.

Полностью поддерживаю комиссию. Может, наконец удастся заставить славян Вильнюсского края считаться с нами — они вообще игнорируют и литовский язык, и саму Литву.

До сих пор не все руководители умеют говорить по-литовски, хотя прожили в Литве не один год и даже не одно десятилетие. А их подчинённые и подавно не говорят по-литовски. Кто они: тупицы или враги литовского государства? Загляните в «Литовские железные дороги», магазины Висагинаса, «Мажейкю нафта», предприятия Клайпеды. Я уважаю Государственную языковую инспекцию Латвии. Там действительно принимают меры: хочешь работать — говори на государственном языке. Почему же мы позволяем издеваться над нашим государством и языком?

Однако, по мнению некоторых комментаторов, не различавших публичное и частное употребление языка, после принятия закона об ошибках в речи, упомянутого в рассматриваемом интервью, пострадали бы представители других национальностей:

Мы автоматически запретили бы представителям других национальностей говорить с акцентом — якобы они уродуют наш язык.

Поскольку в Литве диалектная речь ещё не исчезла ни из частной сферы, ни в некоторых случаях полностью не вытеснена из публичного и даже официального употребления⁵, в комментариях (в контексте языкового надзора) также обсуждается соотношение литературного языка и диалектов и выражается тревога, что публично нельзя будет общаться на диалекте:

⁵ Pavyzdžiui, 2007 m. Skuodo savivaldybės taryba nutarė, kad oficiali posėdžių kalba bus žemaičių tarmė (žr. http://www.lrytas.lt/-11831226281183066678-skuodo-savivaldyb%C4%97-pos%C4%97d%C5%BEiaus-%C5%BEemaiti%C5%A1kai.htm).

158

KALBOS KULTŪRA | 82

Уже нечем заняться, вот и нужно наказывать людей за речь. Скажешь что-нибудь по-жемайтски, аукштайтски или дзукски — штраф в несколько сотен литов. А почему правильным считается только сувалкское наречие?

Жемайтские и аукштайтские наречия можно использовать в разговорной речи, но в общественной жизни используется (и должна использоваться) общелитовская речь.

КАК УМЕЮ, ТАК И ТАНЦУЮ, И ЧТО ТЕПЕРЬ — БУДЕМ СДИРАТЬ ШКУРУ СО ВСЕХ ЖЕМАЙТОВ, ДЗУКОВ И СУВАЛКОВ?

Ох, безумцы, что мне делать, если я говорю только по-жемайтски?

Я ваш язык едва ли выучу, но попробуйте-ка меня наказать.

Таким образом, можно сказать, что немало комментаторов, хотя в целом и поддерживают языковой надзор, видят угрозу в том, что законами может регулироваться и их частная речь. О языке самих комментариев — нужно ли его контролировать — дискутируют и более конкретно (см. 5.2.2).

5.2. Сферы употребления

Количественное соотношение сфер употребления языка, упоминаемых в комментариях, в основном определило упомянутое выше вступление к интервью, где подчеркивается, что необходимо контролировать язык интернета, поэтому главным образом и обсуждается контроль над интернетом. Кроме того, в дискуссии говорится и о других сферах употребления языка, не упомянутых в интервью.

5.2.1. Средства массовой информации

В целом средства массовой информации как сферу употребления языка, нуждающуюся в контроле, упоминает лишь небольшое число комментаторов, однако отдельным её проявлениям уделяется особенно много внимания. В комментариях несколько раз отмечается, что контроль за языком необходим в печатных СМИ (прессе, особенно газетах). Больше всего спорят о языке радио и телевидения, и почти все признают, что контроль в этой сфере необходим, а сейчас он недостаточен:

Разумеется, тем, кто работает на радио и выступает в эфире ТВ, НЕОБХОДИМО говорить правильно.

Язык наших СМИ совсем неплохой, совсем неплохой. По утрам я всегда слушаю на LTV обзор прессы Шалкаускаса. Прекрасная речь, прекрасное произношение.

С Шалкаускасом согласен, я тоже его слушаю. Произношение неплохое, но ему легко, потому что он читает. Интерес начинается, когда журналисты начинают говорить «свободно». А настоящий разгул начинается по вечерам на всех телеканалах. Особенно всяческие игры, которые ведут на «чистом литературном литовском языке»:))

R. MILIŪNAITĖ. Interneto komentuotojų nuostatos dėl lietuvių kalbos priežiūros

159

Единственный подлинный пропагандист литовской культуры в Литве — это телеканал LRT. Все остальные ужасно уродуют язык. Какой пример они подают детям Литвы?

[...] за две вещи нужно наказывать очень большими штрафами. Во-первых, за искажения речи в телевизионных передачах, например, язык мышей в «Новостях на велосипеде» непростителен. То же касается передач других каналов, где речь намеренно искажается. Так могут поступать только полные невежды, и этому нет никакого оправдания.

Упоминаются ведущие некоторых популярных передач, которые, как утверждается, не умеют правильно произносить слова и ставить ударения, а также ведущая, «учившаяся за границей и потому говорящая с акцентом». Пожалуй, больше всего возмущения комментаторов вызвала иностранка, ведущая бывшей развлекательной телепередачи «Kakadu», которая только начинает осваивать литовский:

Какой интернет? Достаточно посмотреть, как говорят не на каком-то местном, а на РЕСПУБЛИКАНСКОМ телеканале LNK. «Литовский» язык BEERNYN — ЧТО ЭТО, ЕСЛИ НЕ ИЗДЕВАТЕЛЬСТВО НАД ЛИТОВСКИМ ЯЗЫКОМ? БЫЛА ЛИ НАКАЗАНА передача «Kakadu»?

Очень хорошо, наконец-то, может быть, запретят всяким мировым перекати-поле (например, Бернин) издеваться над нашим языком в телевизионных передачах, а то страшно слушать, как наш родной литовский язык с телеэкранов превращают в «птичий».

Ещё одна проблема языка устных СМИ, на которую указывает немало комментаторов и которая, по их мнению, должна контролироваться, — ругань и вульгаризмы:

КОГДА ИЗ РАЗНЫХ ТЕЛЕКАНАЛОВ ИСЧЕЗНУТ ВУЛЬГАРНЫЕ СЛОВА? НЕУЖЕЛИ БОЛЬШЕ НЕ ОСТАЛОСЬ НИКАКОЙ ЦЕНЗУРЫ?

Раньше был жаргон заключённых, а теперь и телевизионный.

С телеэкрана льются такие русизмы, которых не было даже в советское время, — «короче», «откат» и бесчисленное множество других; их с наслаждением произносят даже известные актёры и другие хорошо известные люди!

Особенно возмущает комментаторов неправильная конструкция du tūkstantis, распространяемая по различным каналам устных СМИ:

Только научите всех не говорить «du tūkstantis», начиная с Сейма, радио и телевидения.

Наказывать необходимо: [...] любому участнику телевизионной или радиопередачи, который, говоря, произносит «du tūkstantis», назначать штраф не менее ста литов.

160

KALBOS KULTŪRA | 82

5.2.2. Интернет

Немало комментаторов согласны с тем, что за языком интернет-порталов (то есть, по сути, интернет-СМИ) необходимо следить:

Лингвисты совершенно правильно просят Сейм принять закон, который требовал бы, чтобы информация, появляющаяся в интернете и вообще в публичном пространстве, была на литовском языке и грамотно написана.

За языком интернет-порталов непременно нужно следить: уже на Delfi трудно найти статью без элементарных ошибок. Может, один-другой штраф научит журналистов писать внимательнее.

Совершенно верно. Давно пора. Почему газеты и журналы контролируются лингвистами, а интернет-порталы — нет? Все должны действовать на рынке на равных условиях. Вообще порталы не обращают на язык никакого внимания: пишут как получится и как придется.

Предпринимаются попытки разграничить публичное и частное употребление языка в интернете:

Язык электронного дискурса — это отдельная разновидность языка, которой присущи элементы как письменной, так и устной речи. Так утверждает большинство известных зарубежных лингвистов. Интернет уникален с точки зрения языкового выражения; язык этого дискурса следует регламентировать на основе правил употребления данной разновидности.

Думаю, речь идет не о блогах⁶, а о СМИ. Не похоже, чтобы кто-то собирался гоняться за каждым, кто вместо слова «сегодня» написал «snd». Блоги, как и комментарии, — «личная сфера».

P.S. Сам интернет, возможно, никому не принадлежит, однако конкретные страницы — ДА, а значит, есть и тот, кто должен нести ответственность.

Людей особенно раздражают всевозможные проявления безграмотности в интернете, и именно здесь они видят первые шаги, с которых следовало бы начать контроль за языком в интернете:

Может, могли бы начать с Delfi, ведь там элементарные орфографические ошибки и полное неуважение к литовскому языку — тоннами???

Delfi обанкротится... ведь тут половина журналистов неграмотные, вдоволь насмотрелся на «lysti», «grįžo». Мне за вас стыдно.

В СМИ полно элементарных грамматических ошибок, а интернет-сайты, даже государственные, «блестят» россыпями грамматических ошибок. Только и остается, что стыдиться; лучше не рассуждайте о грамотности людей. Особенно когда читаешь: kudykis, mergyna, stebŪklai, pazystamas, siūsti — только беги и кричи, схватившись за голову.

⁶ Имеются в виду интернет-дневники — блоги.

R. MILIŪNAITĖ. Interneto komentuotojų nuostatos dėl lietuvių kalbos priežiūros 161

В школе учат писать идиотские интерпретации вместо того, чтобы научить писать по-литовски без грамматических ошибок.

Есть и сомневающиеся в том, можно ли вообще контролировать язык интернет-пространства:

Пытаться что-либо взять под контроль в интернет-пространстве — всё равно что сражаться с ветряными мельницами. Может, теперь редакторы будут редактировать ещё и комментарии на Delfi? А что говорить о тысячах личных страниц? Кто за всем этим уследит и что на деле можно будет сделать с тем, кто допустил ошибки? Может, человека, написавшего с ошибкой, будут сажать в тюрьму и заставлять платить штрафы?

Неужели теперь, ведя блог или размещая информацию на каком-нибудь сайте или общедоступном сервере, люди должны будут думать о том, как не получить административное взыскание?

Другим комментаторам кажется, что любой контроль над языком в интернете был бы подавлением человеческих свобод:

Ну, это было бы уже чересчур. Я привыкла писать литовскими буквами, правильно расставлять запятые. Но нельзя заставить людей идеально знать язык. Если не знают, им тогда лучше и не пытаться? Глупее, по-моему, и не придумаешь... Ведь это нарушение человеческих свобод.

ИНТЕРНЕТ НЕ ЯВЛЯЕТСЯ чьей-либо собственностью и не имеет территории, не зависит от какого-нибудь клана или иной монополии, занимающейся коррупционной деятельностью, поэтому такие «законы» противоречат свободе людей общаться. Такими методами пытаются «заткнуть людям рот» в электронном пространстве — то есть в интернете.

В интернет-пространстве есть определённый сленг, который должен сохраняться, как и во всём мире...

Отдельно обсуждается и язык самих комментариев: можно ли кому-нибудь вмешиваться в них? Одни считают, что комментарии — сугубо личное дело, где необязательно учитывать интересы других людей и придерживаться общих норм:

Нормальное комментирование должно быть свободным, как воздух: человек должен сесть, расслабиться и писать свободно, можно и с разными приколами, конечно, только без ругательств. Ведь для многих это ассоциируется с проведением досуга.

Вспоминают и о людях, пишущих комментарии по-литовски на других языках:

Tai dabar rusakalbiai žmonės, kurie moka lietuviškai šnekėti, bet nemoka taisyklingai rašyti, taip išeina, neturės teisės rašyti komentaro internete, idant negautų baudos už blogai išdėstytą sakinį....... Nu viršūnė... jau kvailiau negali užsimanyt......

162

KALBOS KULTŪRA | 82

Ну тогда запретите и разговаривать. Когда нечем заняться, начинают выдумывать. А как русские Вильнюса могут грамотно писать по-литовски? Не смешите.

Другие понимают, что комментарии относятся к публичной, а не частной сфере:

Законное, пусть и запоздалое, требование! Было бы прекрасно, если бы оно стало законом. Пространство Интернета постоянно засоряют (возможно, и намеренно) безграмотные комментарии, и если среди множества комментаторов случайно появляется собеседник, нормально пишущий по-литовски, нужны большие усилия и много времени, чтобы поддерживать с ним дискуссию, потому что теряешь его из виду за горами пустословия, исходящего от сквернословов, искажающих национальный язык. Понимание со стороны Сейма — вся надежда на поддержку и сохранение литовского языка в интернет-пространстве!

Я поддерживаю то, чтобы литовский язык был правильным, без грамматических ошибок, со всеми носовыми буквами, точками и «галочками». Просто неприятно глазу, когда видишь ужасно исковерканный литовский язык, особенно в комментариях.

Разнообразие мнений здесь возникает главным образом потому, что в целом трудно точно определить жанр комментариев на шкале частное–публичное. Несомненно, это язык публичного общения: записи видны всем, однако они анонимны, а общение происходит примерно так же, как на улице или на рынке. Поэтому здесь важен и другой уровень свободное–официальное. Среду комментариев можно считать публичным свободным употреблением языка, где адресатов много и они не определены, поэтому закономерно возникает необходимость в большей или меньшей степени придерживаться общепринятых норм. В то же время каждый человек может сохранить свою индивидуальность, и только от его собственной внутренней культуры и образования зависит, какую форму языка и способ речи он выберет, как будет подстраиваться под собеседников, уважать их или пренебрегать всем этим. Некоторые комментаторы сожалеют, что «нет того прекрасного и необходимого понимания, что везде нужно писать правильно»; и считают, что такое понимание следует воспитывать, но не наказаниями:

В комментариях лучше всего писать как можно грамотнее, потому что, как я думаю, здесь общение происходит между всеми, а не между друзьями. А за такие мелкие ошибки, по-моему, не следует наказывать: может, у человека просто так получилось.

Общение в Интернете или публичном пространстве не должно превращаться во что-то вроде написания экзаменационного сочинения, за провал которого тебе назначают штраф.

Во дворе, среди своей компании, можно и не следить за речью, болтать всякую чушь, но в комментариях нужно помнить, что находишься не среди своих.

R. MILIŪNAITĖ. Interneto komentuotojų nuostatos dėl lietuvių kalbos priežiūros 163

Немало комментаторов не терпят искажённого написания, которым грешат авторы некоторых комментариев⁷:

Думаю, комментаторам следовало бы запретить писать нелитовским алфавитом. Просто блокировать их, потому что невозможно понять, как можно ещё сильнее уродовать литовский язык.

Особую тревогу вызывает распространяющаяся среди молодёжи безграмотность. Часто упоминают портал www.one.lt, популярный среди молодёжи, и его форумы:

Я за то, чтобы наказывали этих «оунинников» и им подобных, которые намеренно искажают литовский язык. А некоторые дети уже и сами не знают, как писать, например, «šiaip». Многие твёрдо уверены, что нужно писать «šeip». Другие вместо «tai» пишут «taį». Казалось бы, элементарные слова, но современные подростки уже не умеют писать их без ошибок.

Само интернет-сообщество в какой-то мере регулирует нормы письма: хватает (и не только в этой дискуссии) язвительных замечаний в адрес тех, кто пишет без литовских букв. В качестве средства, которое удерживало бы неграмотных комментаторов от этого, предлагают создать специальную компьютерную программу, которая не пропускала бы в публичное пространство неправильные записи:

Создать такую программу, которая блокировала бы тех, кто пишет нелитовским алфавитом. Что это за правописание без носовых гласных, без š, ž, без ū? Это специфика литовского языка, так давайте же будем добры её соблюдать.

Поскольку я читаю их много, я заметил странные изменения в автоматизме своего письма. Дело в том, что молодёжь пишет ужасно (это слово они, например, написали бы klaikei). И из-за этого поневоле сбиваешься с толку. Как программист, я бы предложил пропускать каждый комментарий через какую-нибудь программу проверки орфографии. Это помогло бы не портить свои привычки тем, кто пишет грамотно, и помогло бы научиться хорошо писать тем, кто пишет ужасно. С ними нужна строгость:)

Нашлось немало сторонников такой программы: мол, это «стало бы первым шагом к правильной речи в интернете». Комментаторы, которых обвиняют в неграмотности, оправдываются техническими ограничениями компьютеров и мобильных телефонов (с которых тоже можно писать в интернете), особенно за границей:

Но тогда тысячи литовцев, живущих за границей, не смогут писать комментарии; возможно, они связались с соотечественниками через интернет-кафе, где литовского языка

⁷ Согласно данным одного исследования, проведённого в конце 2007 года, www.delfi.lt в комментариях на портале литовскими буквами писали лишь 40% авторов, тогда как в латышской версии того же портала с использованием всех диакритических знаков писали 78% латышей, а в эстонской — 98% эстонцев (Grigas, Pedzevičienė 2008: 15).

164

KALBOS KULTŪRA | 82

Тебе никто не даст выбрать. Попросил бы ты где-нибудь в Германии, Франции и тому подобном, чтобы тебе подключили литовский язык.

Написание очень портят SMS, отправляемые с мобильных телефонов. Появляется много сокращений, а в итоге мы уже и пишем иначе.

Специалисты в области информационных технологий утверждают, что технических препятствий для письма со всеми литовскими диакритическими знаками уже, можно сказать, не осталось (см. Grigas 2007: 2–8); решения можно найти, даже находясь за границей и не имея клавиатуры с литовскими буквами.

Кстати, в начале 2009 года администрация того же новостного портала www.delfi.lt нашла способ напомнить комментаторам, что писать следует с литовскими диакритическими знаками (см. иллюстрацию). Только трудно сказать, насколько соблюдают это указание и каков его эффект, ведь записей без диакритических знаков до сих пор немало.

Поле для комментариев новостного интернет-портала www.delfi.lt

Правда, встречается и глупое, а то и злонамеренное упрямство. Некоторые пытаются объяснить, как избежать языкового контроля:

Теперь остается только перенести сайты на зарубежные серверы — и можно показывать языковому гестапо большую фигу:)))

Размещай сайт в США или в любой из стран старого ЕС и будь уверен, что подобных идиотских законов там не будет. Просто там таких шуток никто не поймет. Попробуй запретить в Великобритании писать на вывесках, например, на нескольких языках — уже на следующий день у парламента будут скандировать несколько тысяч арабов.

P.S. Кстати, предполагая, что с нашими ослами лучше не связываться, я зарегистрировал на себя сайт своей компании, а сам сайт надежно лежит где-то в Оклахома-Сити.

R. MILIŪNAITĖ. Interneto komentuotojų nuostatos dėl lietuvių kalbos priežiūros 165

Комментаторы возмущаются также ругательствами в комментариях:

Комментарии напоминают надписи на стенах общественных туалетов или на улицах.

Пусть говорят на диалекте, говорят шепеляво, но только не ругаются. Когда ругаются — становится страшно. С человеком невозможно даже нормально подискутировать и поговорить.

В интернете обязательно должны фильтроваться все ругательства!

Из рассмотренных комментариев видно, что многие их авторы недовольны нынешним положением литовского языка в интернете и понимают, что в этой среде функционирует язык разных жанров, за которым необходимо следить разными способами.

5.2.3. Речь политиков и других представителей власти

Немало комментаторов упоминают публичную речь политиков, которая далеко не образцовая и за которой следует тщательнее следить, поскольку политики находятся на виду у общества, а их речь оказывает влияние. Некоторым комментаторам не понравилась речь тогдашнего Президента Литовской Республики Валдаса Адамкуса; предлагается начать контролировать речь с института президента. Также считается, что членам Сейма и другим представителям власти не помешали бы уроки языка:

Начинать следует и с высших государственных должностных лиц! Пока они лопочут по-русски или по-английски, коверкая язык, законы подобного рода будут ничего не стоить!

Одним из критериев для наших политиков должен стать экзамен на культуру речи. Ведь сейчас такой экзамен сдают все педагоги, получая квалификационную степень. Сегодня нет большего позора, чем слушать речи наших политиков — так называемых политиков; правильнее было бы взять слово «политиков» в кавычки. Таких неграмотных стоило бы поискать в других слоях общества.

Кроме того, нельзя упускать из виду уровень официальной административной речи:

Делопроизводство и грамотная речь необходимы при переписке между учреждениями и поддержании связей с другими государствами.

5.2.4. Школа

Комментаторы подчеркивают важность обучения литовскому языку: от того, чему дети научатся в школе, зависит будущее литовского языка. Поэтому предлагается прежде всего воспитывать потребность в культурной речи и навыки правильного употребления языка:

166

KALBOS KULTŪRA | 82

Самое время усилить преподавание литовского языка в школах, пока еще не поздно, иначе с орфографией будет полный кошмар.

[...] будущее литовской самобытности зависит только от системы образования наших детей, а не от глупой статьи, которую все равно не будут применять на практике.

Идите в школы, в детские сады и учите молодежь, чтобы в будущем мы говорили красиво и правильно, но вместо этого в ваших детских садах детей начали обучать какие-то меньшинства.

5.2.5. Художественная литература, культура

Несколько комментаторов предлагают усилить контроль за языком книг, особенно переводных художественных произведений:

Лучше бы эта комиссия проверяла работу книжных переводчиков. Художественную литературу уже невозможно нормально читать. Там иногда встречаются обрывки литовского языка.

Существует мнение, что образованные люди, выступающие публично, сами по себе должны говорить правильно:

Но и образованные люди делают ошибки. Иногда послушаешь депутатов или представителей искусства — волосы дыбом встают: они совершенно не знают литовского, употребляют только литовские слова, но не соблюдают ни падежей, ни стиля, просто не знают, как их согласовывать. Например, однажды я слышал, как говорил танцор А. К. Он сказал так: «Что касается танца, то нужно отработать шаги». Разве это сказано по-литовски? Не думаю... Необходимо ужесточить требования к знанию литовского языка.

Обращается внимание и на недостаточно контролируемую специалистами по языковому надзору область — тексты литовских песен:

Пусть исправляют тексты песен, а то потом сотни людей выучат неправильные формы... Как в песне Ряубишките, где было «чтобы признать свою любовь», а потом исправили, но из альбомов уже не вычеркнешь. В каждом втором тексте — серьезные языковые ошибки.

5.2.6. Другие сферы

Комментаторов также не устраивает язык, используемый в различных сферах предоставления публичных услуг, поскольку «те, кто общается с людьми, обязаны правильно говорить и писать»:«

Посмотрите, сколько ошибок допускают врачи, некоторые просто неграмотны. В школе нужно учить также красивому почерку.

R. MILIŪNAITĖ. Interneto komentuotojų nuostatos dėl lietuvių kalbos priežiūros

167

Для начала примите закон, чтобы в государственных учреждениях обслуживание велось на национальном, а не иностранном языке. Особенно если вызываешь скорую, а медсестра не может даже сказать по-литовски «добрый день».

Пусть языковая инспекция лучше поинтересуется названиями регистрируемых предприятий, в которых сам черт сломает язык из-за обилия заимствований, и выяснит, какие названия товаров указывают в счетах.

Действительно, немало недовольства выражается по поводу нелитовских публичных надписей и названий предприятий:

При создании предприятия его название должна утверждать комиссия по литовскому языку. Это и было бы своего рода частью борьбы за чистоту литовского языка.

Неспециалисты, возможно, не могут ТОЧНО СФОРМУЛИРОВАТЬ, но их желание ясно: чтобы по всем публичным надписям было понятно, чья это земля, в каком государстве ты находишься. Чтобы ХОЗЯИН СТРАНЫ, не знающий иностранного языка, по надписи на вывеске понимал, куда ему идти, а куда нет. ЭТО ЕГО КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО — получать информацию на ГОСУДАРСТВЕННОМ языке!

Верно, ТОВАРНЫЙ ЗНАК НЕПРИКОСНОВЕНЕН, однако он может быть ДОПОЛНИТЕЛЬНОЙ надписью, информацией для тех, кому это важно.

Забота господ-предпринимателей — придумать, что следует написать на основной — ЛИТОВСКОЯЗЫЧНОЙ — вывеске. Ведь это ЭЛЕМЕНТАРНАЯ ВЕЖЛИВОСТЬ, и они не могут вести себя здесь как ОККУПАНТЫ.

Меня раздражают названия «MaXima», «Super neto» и многие другие... Почему языковая комиссия «впустила» их? Ведь в Литве мы должны говорить по-литовски! Ну, допустим, «Adidas» мы не изменим, но кто разрешил литовской торговой сети такое название, как «MaXima»?

С вывесками всё очень просто: если тебе нравятся ЛИТЫ, которые зарабатывают ЛИТОВЦЫ, то пусть и этим литовцам нравится вывешивать вывески на литовском. А если для тебя это слишком большая жертва или ты не можешь нанять переводчика, который всё переведёт, то какой же ты предприниматель? А если тебе так важно похвастаться, что ты, мол, какой-то «тон», то засунь эту надпись куда-нибудь — она мне не мешает; главное, напиши большими буквами по-литовски, что здесь: кабак, баня, оружейный магазин или лавка с овощами. А то я пронесу свои литы мимо и оставлю их тем, у кого мне будет ясно, что скрывается за вывеской.

А почему в Клайпеде появится район Риверсайд? Ведь название не литовское:((((

Обзор мнений комментаторов в интернет-дискуссии о языковом регулировании литовского языка показывает, что авторы комментариев поднимают множество проблем языкового регулирования и выявляют недостатки. Большинство из них не безразличны к процессам, происходящим в современном языке, и проводимой языковой политике, а от учреждений, отвечающих за языковой надзор, ожидают гораздо большей активности.

168 KALBOS KULTŪRA | 82

ВЫВОДЫ

1. Комментарии к рассматриваемой языковой дискуссии показывают, что люди по-разному понимают важность языкового надзора и его применения в различных сферах употребления языка. Для одних совершенно неприемлемо вмешательство в развитие языка, другие признают, что некоторые сферы его употребления должны контролироваться государством.

2. В исследованных интернет-комментариях указаны следующие сферы употребления литовского языка в общественной (официальной и свободной) коммуникации, нуждающиеся в языковом надзоре и контроле (примерно в порядке значимости):

1) средства массовой информации (ведущие телевизионных и радиопередач, телевизионные фильмы, новостные интернет-порталы, печатная пресса),

2) публичная политическая сфера (речь политиков и других представителей власти),

3) публичная информация и предоставление услуг населению (общественные надписи, названия предприятий, сайты предприятий),

4) образование (детские сады, школы),

5) художественная литература (особенно переводы),

6) личные интернет-сайты (например, блоги) и комментарии в интернете.

Таким образом, ожидания общества в отношении правильной речи в наибольшей степени связаны со средствами массовой информации — устными, печатными и интернет-медиа. Считается также, что следует строже контролировать публичную информацию и речь политиков, чтобы соблюдались общие нормы культуры и языка.

3. Язык публичного интернет-пространства, не упомянутый в Законе о государственном языке 1995 года, вызывает немало беспокойства из-за происходящих в нём процессов. Дискуссия показала, что люди по-разному оценивают информацию, которую предоставляют сами и которая публикуется официально (например, на новостных порталах и сайтах учреждений). Многие согласны с тем, что язык новостных интернет-порталов следует контролировать строже.

Много неясностей связано с языком публичных комментариев — следует ли контролировать его извне (прежде всего в отношении орфографии и нецензурной лексики). Большинство в целом нетерпимо относится к ругательствам и вульгаризмам в публичном интернет-пространстве, как и в устных средствах массовой информации. С другой стороны, люди остро реагируют, когда затрагиваются их собственные интересы. Поэтому недовольство возникает вполне естественно, хотя и вследствие ошибочного понимания того, что контролироваться будет частная речь. Некоторые комментаторы признают, что язык комментариев является публичным, но при этом это речь частных и анонимных людей. Регулировать её можно лишь совместными усилиями самих интернет-порталов и общественного мнения, то есть создавать такую среду, в которой были бы ясны установки: ценностью и идеалом является живая, не искажённая свободностилевая речь.

R. MILIŪNAITĖ. Interneto komentuotojų nuostatos dėl lietuvių kalbos priežiūros

169

4. Языковую информацию, предназначенную для общественности и передаваемую как официальными источниками, так и средствами массовой информации, следует излагать яснее и точнее, чтобы избежать пустых дискуссий, по крайней мере части недоразумений и ненужной напряжённости между общественностью и языковедами. Принимая меры в области языковой политики и публично разъясняя их, необходимо учитывать аргументы и разнообразие мнений, представленные в подобных языковых дискуссиях.

ŠALTINIAI

Lašienė N. 2009₁: Kur geria veršiai medų. – Prieiga per internetą: http://www.atgimimas.lt/articles.php?id=1238061176, kovo 27.

Lašienė N. 2009₂: Kalbantiems netaisyklingai – baudos. – Prieiga per internetą: http://www.delfi.lt/news/daily/lithuania/article.php?id=21323801, balandžio 4.

LITERATŪRA

Dabašinskas G. 2009: Bevardis chamas prie klaviatūros vairo. – Prieiga per internetą: http://www.bernardinai.lt/index.php?url=articles/93520, balandžio 6.

Grigas G. 2007: Lietuviški rašmenys kompiuteryje. – Gimtasis žodis 3, 2–8.

Grigas G., Pedzevičienė S. 2008: Internetiniai komentarai. Ar mokame juos rašyti? – Kompiuterija 1, 15.

Kairys S. 2009: Savaitė bus šilta. Kaip šlykštu! – Prieiga per internetą: http://www.atgimimas.lt/ssi.php?id=1248938441&which=1&f_text=, liepos 31.

Miliūnaitė R. 2006: Internetinė visuomenė ir kalbininkai: pokalbis įmanomas? – Bendrinės kalbos norminimas ir vartojimas [mokslo straipsnių rink.], Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas, 62–81.

Miliūnaitė R. 2009: Dabartinės lietuvių kalbos vartosenos variantai, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas.

Mitė V. 2009: Internetiniai komentarai ir „komentarai“. – Prieiga per internetą: http://www.delfi.lt/news/ringas/lit/article.php?id=21260225, kovo 31; 771 šio straipsnio komentaras.

Nevinskaitė L. 2008: Kalbos politikos vertinimas interneto komentaruose. – Kalbos kultūra 81, 245–265.

Gauta 2009 10 19

170

KALBOS KULTŪRA | 82

ATTITUDES OF INTERNET COMMENTATORS TOWARDS THE SUPERVISION OF THE LITHUANIAN LANGUAGE

Summary

The paper deals with the attitudes of internet commentators towards the supervision of the Lithuanian language. Reference is made to a discussion launched on the internet in April 2009 on the initiative of the Commission of the State Lithuanian Language that the new draft law on the state Lithuanian language should include a provision that the language of the information placed on the internet and in public space in general should be in accordance with the requirements of standard Lithuanian.

The researched commentaries have shown that people differ in their attitudes towards the importance of language supervision and control of different areas of language usage. Some claim that any intrusion into language is unacceptable; others admit that some areas of language usage should be controlled on a national level. The majority of commentary writers are not indifferent towards the processes going on in contemporary Lithuanian and current language policy; they also raise various issues on language supervision and expect that language supervision institutions should be more actively involved in the process.

The commentaries usually refer to the following areas of language usage (official and free) which require supervision and control (given in the order of importance):

1) mass media (television and radio programmes, TV films, news portals on the web and the press);

2) public discourse of politicians (language of politicians and other representatives of public institutions);

3) public information and services (public notices, names of companies, company websites);

4) education (kindergartens and schools);

5) literature (especially translations);

6) private websites (e.g. blogs) and internet commentaries.

The society most often relates its expectations of a well-formed and grammatically correct language with spoken, printed and internet mass media. Public information (public notices, names of companies) and the language of politicians are treated as requiring most control.

The supervision of public speeches on the internet, not included in the Law on State Lithuanian Language of 1995, is treated in different ways. Many people approve of the idea that the language of news portals should be more strictly supervised. However, opinions differ as to the supervision of commentaries and particularly their regulation by fines. Some agree that stricter control should be imposed

R. MILIŪNAITĖ. Interneto komentautojų nuostatos dėl lietuvių kalbos priežiūros 171

on the language of commentaries, especially on spelling and swear words; some authors treat such measures as an attack on human rights.

Before taking measures of language policy and discussing them in public, it would be important to consider the variety of approaches and their arguments. This would help avoid misunderstandings and the tension arising between linguists and the society at large.

RITA MILIŪNAITĖ

Lietuvių kalbos institutas

P. Vileišio g. 5, LT-10308 Vilnius

[email protected]

172

KALBOS KULTŪRA | 82