This is a machine-generated translation of the original document and may contain errors, omissions, or changes in meaning. Do not rely on this translation for quotations, citations, or authoritative references. Please consult and cite the original document.
Preparing document pages…
Page 1
ЖИДРУНАС ШИДЛАУСКАС
Институт литовского языка
ORCID id: orcid.org/0000-0001-5763-6921
Направления научных исследований: геолингвистика, диалектология литовского языка.
DOI: doi.org/10.35321/all89-10
РЕКОНСТРУКЦИЯ ДИАЛЕКТНЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ ПРИЕДЗЮКИ́СА В ГОРИЗОНТАЛЬНОМ И ВЕРТИКАЛЬНОМ КОНТИНУУМЕ: СЛУЧАЙ ДНА КАУНАССКОГО ВОДОХРАНИЛИЩА
Реконструкция диалектных особенностей приедзюки́са в горизонтальном и вертикальном континууме: случай дна Каунасского водохранилища
АННОТАЦИЯ
В статье рассматривается горизонтальный и вертикальный континуум затопленной территории Каунасского водохранилища и прибрежной диалектной зоны. Исследовательский материал собран в Румшишкес (LKA536) и Шленаве (пункт Ма̀ргининкай (LKA553)). Были опрошены информанты, происходящие со дна Каунасского водохранилища, и сопоставлена речь двух семей (жителей разных поколений).
Исследуемая территория — это ареал западноаукштайтского каунасского говора, где предполагалось обнаружить диалектные особенности приедзюки́са. Это предположение подтвердилось: хотя теоретически проявления приедзюки́са наиболее заметны на правом берегу водохранилища и в окрестностях Немана в южном направлении, выяснилось, что они сохраняются на обоих берегах, непосредственно у водохранилища. Вместе с тем это указывает и на своеобразие диалектного ареала.
В статье выявляется также значение вертикального континуума: установлена очевидная корреляция между диалектными особенностями и возрастом информантов. При новом подходе к возрастной типологии — без соблюдения обычного деления на три поколения — в более глубоких срезах обнаружена вертикальная фрагментарность.
Straipsniai / Articles
211
Page 2
ŽYDŪNAS ŠIDLAUSKAS
Старшие информанты (которые, согласно традиционному делению на три поколения, относились бы к тому же поколению, что и младшие) сохранили больше особенностей приедзю́киса.
В статье анализируется горизонтальный и вертикальный континуум территории, затопленной Каунасским водохранилищем, и прибрежных диалектных зон. Материал исследования собран в Румшишкес (LKA536) и Шленаве (пункт Маргининкай (LKA553)). Информанты прежде жили на дне Каунасского водохранилища; сопоставлена речь двух семей (жителей разных поколений).
Исследуемая территория — западноаукштайтский говор Каунасского ареала, где предполагалось обнаружить диалектные особенности приедзю́киса. Это предположение подтвердилось: хотя теоретически проявления приедзю́киса наиболее отчетливы на правом берегу водохранилища и в окрестностях Немана к югу, результаты показывают, что эти проявления встречаются по обе стороны водохранилища, в непосредственной близости от него. Вместе с тем это свидетельствует о своеобразии ареала.
В статье также подчеркивается значение вертикального континуума: установлена четкая корреляция между диалектными характеристиками и возрастом информантов. При новом подходе к возрастной типологии, отказавшись от обычного деления на три поколения, в более глубоких срезах выявляется вертикальная фрагментарность. Старшие информанты (которые согласно традиционному делению на три поколения относились бы к тому же поколению, что и младшие) сохранили больше особенностей приедзю́киса.
В диалектологии второй половины XX века обычно ограничивались горизонтальным континуумом. Придерживались положения, что языковые явления распространены на определенной территории. Исследования были направлены на определение пунктов «Атласа литовского языка» (далее — LKA). В начале XXI века, когда в Литве начали развивать геолингвистику и признали, что между диалектами и литературным языком «существует множество переходных вариантов», в методологический инструментарий языкового анализа была включена и социолингвистическая переменная поколения. Эта и другие социолингвистические переменные позволяют исследовать вертикальный континуум — постепенное расположение характеризующих информантов переменных
212
Acta Linguistica Lithuanica LXXXIX
Page 3
Реконструкция диалектных особенностей приедзю́киса в горизонтальном и вертикальном континууме: случай дна Каунасского водохранилища
Взаимодействие местных диалектных вариантов и литературного языка стало актуальным в 2018–2020 гг., когда языковую ситуацию Каунасского района исследовали ученые Центра геолингвистики Института литовского языка¹, а также в 2020–2021 гг., когда собирались и дополнялись данные для будущего Tarmyno². Тогда методами геолингвистики была рассмотрена горизонтальная и вертикальная фрагментарность Пакаунасского ареала (Bakšienė 2021: 73).
При проведении этих исследований внимание было уделено окрестностям Каунасского водохранилища, которые в 2020 году посетил, собирая диалектный материал, и автор настоящей статьи: разыскивались люди, жившие до шестого десятилетия XX века в долине Немана; после ее затопления в 1959 году было образовано Каунасское водохранилище (подробнее см. Šidlauskas 2021: 37–57 и указанную там литературу). Выселенные из мест проживания жители дна³ чаще всего переселялись в близлежащие окрестности, поэтому вероятно, что они и их потомки могли сохранить аутентичные местные языковые особенности, характерные и для деревень, затопленных Каунасским водохранилищем. В Литве это первое диалектологическое реконструктивное исследование, охватывающее уничтожение населенной территории и принудительное переселение.
В 2020 году были опрошены 53 информанта, записано около 50 часов бесед. Материал исследования настоящей статьи — аудиозаписи продолжительностью 2 часа 34 минуты, в которых беседуют по два информанта разных поколений из одной семьи — родители и дети. В статье использованы данные четырех информантов в возрасте от 66 до 100 лет; выбраны две семьи, старшие представители которых являются самыми старшими из всех опрошенных информантов. На основе четырех говорящих создана теоретическая модель, которая позднее (в дальнейших исследованиях) будет применена ко всем респондентам.
Таким образом, объект настоящей статьи — речь людей, происходящих со дна Каунасского водохранилища (и их потомков); см. таблицу 1.
¹ Исследования частично финансировались самоуправлением Каунасского района. Руководитель исследования — проф. хабил. д-р Дауголе Микуленене.
² Проект «Создание модели корпуса местных вариантов литовского языка», руководитель — д-р Агне Чепайтене. Финансирован Государственной комиссией по литовскому языку (программа использования, нормирования и распространения государственного языка). Доступ в интернете: https://tarmynas.lki.lt/ (при наличии учетной записи).
³ Это устоявшееся обозначение людей, живших в долине Немана до затопления (на нынешнем дне Каунасского водохранилища) (информация главного специалиста Центра посетителей регионального парка Каунасского водохранилища Рамуне Микитиеенева; интервью с автором 2020–09–14, запись хранится в Архиве диалектов Центра геолингвистики Института литовского языка).
Straipsniai / Articles
213
Page 4
ŽYDRŪNAS ŠIDLAUSKAS
ТАБЛИЦА 1. Семьи информантов и место их проживания⁴
Информанты | Продолжительность звукозаписи | Место происхождения | Нынешнее место жительства Первая семья | Rumš_M_1930 | 1 ч. 11 мин. 0 с. | Rumšiškės | Rumšiškės | Rumš_V_1954 | Вторая семья | Šlie_V_1920 | 1 ч. 23 мин. 19 с. | Dvareliškės | Šlienava | Šlie_M_1951 |
Информанты живут на разных берегах лагуны. Нынешние (переселённые) жители Румшишкес до затопления жили в старом местечке Румшишкес, а жители Шляенавы происходят из Дварелишкес (деревни, находившейся между Румшишкес (как старой, так и нынешней) и Шляенавой)⁵. В настоящее время Румшишкес относится к Румшишкяйской старостве Кайшядорского района, а Шляенава — к Самыльской старостве Каунасского района. Это два пункта LKA — Румшишкяйский (LKA536) и Маргининкайский (LKA553) (см. рис. 1)⁶
Состав информантов соответствует зеркальному принципу: опрошены мать (Rumš_M_1930) и сын (Rumš_V_1954), а также отец (Šlie_V_1920) и дочь (Šlie_M_1951). Их можно охарактеризовать как оседлых; только сын Rumš_V_1954 работает в городе Каунасе. См. языковую (диалектную) характеристику информантов в разделе 4 «Характеристика речи респондентов».
Анализ материала, выбранного для настоящей статьи, помогает достичь поставленной цели — раскрыть своеобразие горизонтального и вертикального аспектов языка дна Каунасского водохранилища и прибрежной диалектной зоны. Поскольку разница в возрасте между самым старшим и самым младшим информантом составляет 36 лет (см. рис. 2), собранный диалектный материал раскрывает языковые тенденции не только реального, но и наблюдаемого времени, что еще больше усиливает вертикальную ось исследования.
Для достижения цели поставлены следующие задачи:
(1) исследовать языковые особенности старших и младших жителей, опрошенных в 2020 году и принадлежащих к двум семьям; (2) охарактеризовать диалектную зону дна Каунасского водохранилища и побережья на вертикальном (межпоколенческом) уровне.
⁴ Информанты закодированы следующим образом: сокращение названия населённого пункта, пол, год рождения. Например, женщина, живущая в Румшишкес и родившаяся в 1930 г.: Rumš_M_1930.
⁵ Расположение населенных мест на дне Каунасского водохранилища см. в картографическом рассказе Валдаса Урбонавичюса. Доступ в интернете: https://www.arcgis.com/home/item.html?id=c55688a269934e1f95d90bee099467c5.
⁶ Согласно данным Tarmyno, Шленава входит в два пункта: большая часть относится к пункту Армалишкес (LKA534), меньшая — к Ма̀ргининкай (LKA553). Информанты настоящей статьи живут в пункте Ма̀ргининкай (LKA553).
214
Acta Linguistica Lithuanica LXXXIX
Page 5
Реконструкция диалектных особенностей приедзю́ко в горизонтальном и вертикальном континууме: случай дна Каунасского водохранилища
РИС. 1. Исследуемые пункты LKA
Методология исследования. Как уже упоминалось, для языкового анализа выбраны информанты разных поколений. Таким образом, традиционный критерий NORM не используется⁷. В Литве такой практики придерживались и ранее, правда, применяя ее к исследованиям многоязычных семей (подробнее см. Mikulėnienė, Pocevičiūtė 2018).
Выбор информантов из одной семьи позволяет не только выявить особенности речи информантов, но и избежать случайных (или индивидуализированных) случаев их употребления. Именно от них особенно стремятся отказаться при попытке реконструировать местный языковой вариант. Сравнительно небольшое число респондентов позволяет моделировать особенности местной речи, а эту модель впоследствии можно дополнять данными других информантов.
1. СПЕЦИФИКА ВОЗРАСТНОЙ ТИПОЛОГИИ ИССЛЕДУЕМЫХ
Как уже отмечалось во Введении, горизонтальное и вертикальное измерение применительно к информанту предоставляет не только возможность фиксировать языковые факты реального времени, но и
⁷ Англ. non-mobile older rural male. Этот критерий связан со статичным представлением о диалекте. С точки зрения NORM, подходящий информант — пожилой оседлый сельский мужчина (Aliūkaitė, Mikulėnienė 2014: 32).
Straipsniai / Articles
215
Page 6
ŽYDRŪNAS ŠIDLAUSKAS
доступ к данным наблюдаемого времени, то есть к диалектным особенностям разных возрастных групп.
Перспективу наблюдаемого времени усиливает то, что реальное время исследования (опрос информантов) — 2020 год, то есть через столетие после рождения самого старшего информанта и через 61 год после выселения из затопленной долины Немана (см. рис. 2).
РИС. 2. Годы рождения информантов с точки зрения реального и наблюдаемого времени
Согласно типологии проекта 2011–2014 гг., во время затопления долины Немана (1959 г.) информанты относились к среднему и младшему поколениям (либо еще не родились)⁸. В 2020 году, во время опроса, все они (в том числе несколько опрошенных потомков жителей дна) уже стали представителями старшего поколения, то есть были старше 50 лет. В живых уже не осталось людей, которые в 1959 году относились к старшему поколению. Однако, как уже упоминалось, разница в возрасте между старшими и младшими информантами достаточна для выявления возможных диалектных различий (или сходств) в речи родителей и детей⁹.
Родители (независимо от возраста) отнесены к старшему поколению, а дети — к младшему. Такая типология отражает поколения не только с социолингвистической, но и с демографической точки зрения, поэтому при анализе данных наблюдаемого времени позволяет выяснить возможное изменение местного говора — его усиление или ослабление.
⁸ «Современные геолингвистические исследования в Литве: оптимизация сети пунктов и интерактивное распространение диалектной информации» (VP1-3.1-ŠMM-07-K-01-028). Руководитель — проф. д-р (HP) Д. Микуленене. Финансировано в рамках программы ЕС «Поддержка научной деятельности ученых и других исследователей (глобальный грант)».
⁹ Возрастная типология в исследованиях может варьировать в зависимости от демографических и других факторов (Bakšienė 2021: 74). При создании модели Tarmyno, которую в будущем планируется применять для исследований всего ареала литовского языка, возрастной компонент также скорректирован: к старшему поколению отнесены информанты старше 60 лет (вместо 50), а к среднему — в возрасте 31–59 лет (Bakšienė 2021: 74).
216
Acta Linguistica Lithuanica LXXXIX
Page 7
Реконструкция диалектных особенностей приедзю́киса в горизонтальном и вертикальном континууме: случай дна Каунасского водохранилища
2. ИССЛЕДУЕМАЯ ТЕРРИТОРИЯ
Возникновение Каунасского водохранилища превратило часть Пакаунаса в специфическое поле исследований. Из-за строительства гидроэлектростанции, проходившего в 1950-е годы, местные жители были выселены из долины Немана (будущего дна Каунасского водохранилища), и большинство людей переселилось в соседние местности; поэтому в 2020 году наибольшая их концентрация была зафиксирована в прибрежной зоне.
Как уже упоминалось, двое исследуемых жителей дна живут в Шленаве (староство Самилу, левый берег водохранилища), относящейся к ареалу Пилюонас—Самилу (этот ареал обозначается как очаг литературного и диалектного языка (Bakšienė 2021: 81). Еще двое живут в Румшишкес — на правом берегу водохранилища (см. рис. 3).
РИС. 3. Расположение информантов и направления переселения
Судя по всем классификациям литовских диалектов, можно ожидать территориальной целостности ареала (см. раздел 3). С другой стороны, в материалах разных периодов
Straipsniai / Articles
217
Page 8
ŽYDRŪNAS ŠIDLAUSKAS
выявляются расхождения некоторых диалектных особенностей и приедзюкис, указывающий на возможную переходность.
Таким образом, в горизонтальном отношении территория не вполне однородна: это ареал западных аукштайтов, в котором присутствуют диалектные особенности, характерные для южных аукштайтов.
3. ОСОБЕННОСТИ ДИАЛЕКТА ИССЛЕДУЕМОЙ ТЕРРИТОРИИ
Диалектная характеристика исследуемой территории сохранила свойственное младограмматикам деление диалектов по фонетическим признакам: в конце XIX века Антанас Баранаускас отнес эту территорию к восточным первым южным (Baranovskij 1898: 49–51; см. также Geržotaitė 2016: 48), в первой половине XX века Антанас Салис — к срединным аукштайтам (Salys 1933: 21–34; Salys 1992: 109–114), а во второй половине XX века Зигмас Зинкявичюс и Александрас Гирденис — к западным аукштайтам-каунасцам (Zinkevičius, Girdenis 1966: 139–147).
Особенности приедзюкиса лингвисты зафиксировали по обе стороны Немана — это переходная зона западных аукштайтов-каунасцев и южных аукштайтов. Крупными центрами приедзюкиса называются Бальбери́шкис, Пренай, Бирштонас, Кайшядорис (Bacevičiūtė, Mikulenienė, Salienė 2005: 114–116).
Представителей этой территории отличают довольно яркие фонетические особенности:
(1) как окраинные западные аукштайты, вместо гласного e (бывшего носового ę) иногда произносят i (i:•) (например, teñ — ti-, išsigandęs — isigãndis) (Salys 1933: 31; 1992: 113; Zinkevičius 1966: 82 и др.; Bacevičiūtė, Mikulenienė, Salienė 2005: 116);
(2) вместо ą — ų (например, ąžuolas — ūž́uolas, grąžtas — grū́štas) (Salys 1992: 113; Morkūnas 1994: 85–86 и др.);
(3) начальное e слова реализуется как a (например, eketė — aketė, ešerys — ašerì·s) (Zinkevičius 1966: 121–122, 449; Bacevičiūtė, Mikulenienė, Salienė 2005: 114);
(4) как и в значительной части аукштайтского говора, часто удлиняют первые ударные компоненты дифтонгов i, u (например, dirbti — dìrpt, stumti — stūm·t) (Zinkevičius 1966: 107 и др.; Bacevičiūtė, Mikulenienė, Salienė 2005: 114);
Реконструкция диалектных особенностей приедзю́киса в горизонтальном и вертикальном континууме: случай дна Каунасского водохранилища
(6) могут произносить более открытые гласные ė, o (bėga — bė́ga, tóks — tks) (Zinkevičius 1966: 71, 74–75; Bacevičiūtė, Mikulenienė, Salienė 2005: 116)¹⁰.
Из морфологических особенностей следует отметить:
(7) окончание дательного падежа единственного числа существительных мужского рода может быть -u (например, pónui — pónu) (Zinkevičius 1966: 248; Bacevičiūtė, Mikulenienė, Salienė 2005: 116);
(8) в предложных конструкциях иногда встречается окончание -i (iki dangi̇̀ — iki dangui̇̃ (iki dangaũs), iki kreigi̇̀ — iki kraigui̇̃ (iki kraigo) (Bacevičiūtė, Mikulenienė, Salienė 2005: 116);
(9) может употребляться иллатив (например, viduñ, šliūbañ) (Zinkevičius 1966: 200, 209–210; Bacevičiūtė, Mikulenienė, Salienė 2005: 116);
(10) еще одна особенность приедзю́киса — замена окончания существительного -uo на -uva (например, sesuõ — sesuvà, vanduõ — vanduvà) (Zinkevičius 1966: 86–87; Salys 1992: 113; Morkūnas 1994: 87); подробнее о приедзюкисе см. (Salys 1933: 28–32; 1992: 113; Morkūnas 1994: 84–92; Bacevičiūtė, Mikulenienė, Salienė 2005: 114; 116).
В настоящей статье на основе теоретической модели, опирающейся на десять диалектных особенностей приедзюкиса, характеризуется речь жителей дна.
4. ХАРАКТЕРИСТИКА РЕЧИ РЕСПОНДЕНТОВ
После анализа речи четырех информантов, опрошенных в 2020 году, выяснилось, что в прибрежной зоне присутствуют особенности приедзюкиса.
Материал — записанные беседы продолжительностью 2 часа 34 минуты с двумя информантами из Румшишкес (пункт LKA536) и двумя информантами из Шленавы (пункт Ма̀ргининкай (LKA553)) — сопоставлен с картами и комментариями к ним из раздела «Фонетика» «Атласа литовского языка» (LKA) 1982 года. Таким образом, употребление особенностей приедзюкиса проверено с точки зрения наблюдаемого времени. Согласно данным Архива диалектов Центра геолингвистики Института литовского языка, в Румшишкес
¹⁰ Эти примеры приводятся так, как указано в цитируемых источниках (в литовской диалектологии принято копенгагенское транскрибирование). При характеристике речи информантов примеры будут записываться знаками постепенно утверждающегося Международного фонетического алфавита (МФА). Подробнее о МФА см. Bakšienė, Čepaitienė 2017; Bakšienė 2018.
Straipsniai / Articles
219
Page 10
ŽYDRŪNAS ŠIDLAUSKAS
в пункте (LKA536) данные собирались в 1953 году, а в пункте Ма̀ргининкай (LKA553) — в 1954 году¹¹, то есть еще до затопления долины Немана¹².
С материалом, собранным в 2020 году, коррелирует сравнительно небольшое число карт LKA. Поскольку приедзюкис с точки зрения классификаций диалектов считается переходным, или нишевым, ареалом, он не получил широкого описания и в коллективной монографии (Mikulėnienė, Meiliūnaitė, ред., 2014).
Прежде всего следует упомянуть две отличительные особенности — реализацию гласного e (ę) как į (į) и гласного ą как u (ų).
4.1. Реализация гласных e (ę) и ą
В 2020 году гласный e (ę) как į (į) реализуется редко и связан с возрастом информантов: оба самых старших информанта (Šlie_V_1920 и Rumš_M_1930) реализовали гласный e (ę) как į — произнесли ²tʲį (в значении te(n). Информантка, родившаяся в 1951 году (Šlie_M_1951), трижды произнесла e как i в других словах: žmõnes, sóduose, namuose (¹³monʲis, ²sodʲusʲi, na¹muosʲi). В речи самого молодого информанта (Rumš_V_1954) эти признаки не обнаружены.
Таким образом, в вертикальном континууме существуют различия. В территориальном отношении (в горизонтальном континууме) фрагментарности нет — e (ę) реализуется как į (į) на обоих берегах Каунасского водохранилища.
Карты «Фонетики» LKA 1982 года показывают иную картину. В прибрежной зоне реализация гласного e (ę) как i (į) нанесена на карту, однако разные слова отражают неодинаковые тенденции. Так, на карте № 17 зафиксирована открытость гласного e в окончаниях единственного числа инессива и инструменталя, а также в формах адъектива (LKA II 35). Как видно, на большой территории вокруг водохранилища преобладает гласный e — как в литературном языке (см. рис. 4), но дальше от Румшишкес (LKA536), в Кайшядорисе, безударное ę открытого окончания уже реализуется как į; см. рис. 5 (LKA II 66–67).
¹¹ Том «Фонетика» LKA издан в 1982 году, однако материал для него начали собирать в 1950 году (LKASMRK — книга хранится в Архиве диалектов Центра геолингвистики Института литовского языка) — «в 1950 году состоялась первая диалектологическая экспедиция, а в 1951 году было опубликовано и первое издание „Программы сбора материала для Атласа литовского языка“» (Mikulėnienė 2022: 126).
¹² На картах «Фонетики» LKA 1982 года отражена вся территория Литвы на момент окончания сбора материала.
220
Acta Linguistica Lithuanica LXXXIX
Page 11
Priedžūkio tarminių ypatybių rekonstrukcija horizontaliajame ir vertikaliajame kontinuume: Kauno marių dugno atvejis
РИС. 4. Фрагмент карты «Фонетики» LKA 1982 года № 17: e открытого окончания
РИС. 5. Фрагмент карты «Фонетики» LKA 1982 года № 50: безударное ę открытого окончания
Вторая отличительная особенность — реализация гласного ą как u̯ — в речи информантов 2020 года не обнаружена. На картах «Фонетики» LKA 1982 года в прибрежной зоне и по меньшей мере в части Кайшядориса также зафиксировано произношение ą, ę, характерное для литературного языка (LKA II 61–63).
Straipsniai / Articles
221
Page 12
ŽYDRŪNAS ŠIDLAUSKAS
С обеими отличительными особенностями — реализацией упомянутого гласного e (ε) как į (iː) и реализацией гласного a как y (uː) — связаны карты «Фонетики» LKA 1982 года № 44 и № 45 (см. рис. 6 и 7).
РИС. 6. Фрагмент карты «Фонетики» LKA 1982 года № 44: ударные ą, ę основы
РИС. 7. Фрагмент карты «Фонетики» LKA 1982 года № 45: безударные ą, ę основы
2 2 2
Acta Linguistica Lithuanica LXXXIX
Page 13
Реконструкция диалектных особенностей приедзю́киса в горизонтальном и вертикальном континууме: случай дна Каунасского водохранилища
Есть и другие карты «Фонетики» LKA 1982 года (№ 46, 47, 48, 68, 69), на которых картографирована реализация гласного q как (u:); на всех видна упомянутая тенденция — q не реализуется как (LKA II 63–65, 83–86).
Сопоставление данных, собранных в 2020 году, и данных карт «Фонетики» LKA 1982 года обнаруживает очевидную целостность: в оба периода и на обоих берегах Каунасского водохранилища произношение одинаково (гласный q не реализуется как ).
4.2. Реализация начального e слова
Наблюдается тенденция реализации гласного e как a в начале слова. В прибрежной зоне, в пунктах LKA553 и LKA536, зафиксированы варианты произношения глагола ito (LKA II 28). В 2020 году особенность (в слове ė́lė и различных формах ito) обнаружена в трех из четырех случаев: ее употребили два жителя Шленавы (в пункте Ма̀ргининкай (LKA553)) и одна жительница Румшишкес (LKA536). Только самый молодой информант произнес einant нетипично: (см. таблицу 2).
Это уже второй случай, когда диалектная особенность обнаруживается в речи всех информантов, кроме Rumš_V_1954. Данные вертикального (возрастного) континуума более различны, чем данные горизонтального (территориального). Кроме того, на основании реализации (или отсутствия реализации) гласных можно предположить, что диалектные признаки родителей и детей могут не совпадать — то есть в одной и той же семье могут говорить по-разному.
Реализация u зафиксирована и на картах «Фонетики» LKA № 9 и № 10 (см. рис. 8 и 9), и в речи опрошенных жителей дна по обе стороны Немана (хотя карта № 10 (рис. 9) показывает иную ситуацию рядом с анализируемым пунктом Ма̀ргининкай (LKA553)).
Straipsniai / Articles
223
Page 14
ŽYDŪNAS ŠIDLAUSKAS
РИС. 8. Фрагмент карты «Фонетики» LKA 1982 года № 9: начальное e слова
РИС. 9. Фрагмент карты «Фонетики» LKA 1982 года № 10: начальное ei слова
Данные карты «Фонетики» LKA 1982 года № 9 главным образом представлены словами élnias, éngti, érkė, erškėtis, erzinti (LKA II 27). В 2020 году обнаружен один случай реализации eu: в Шленаве (в пункте Ма̀ргининкай (LKA553) e реализуется как a в слове eurūš (например¹ rūš). На карте «Фонетики» LKA 1982 года № 10
224
Acta Linguistica Lithuanica LXXXIX
Page 15
(см. рис. 9) также представлены слова eiti и eilė — т. е. дифтонг ei реализуется как ai.
Следует обратить внимание, что на карте LKA «Фонетика» 1982 г. на левом берегу зафиксировано двоякое произношение: гласные реализуются и так, и иначе. Согласно данным 2020 г., на левом берегу, в Шлянаве, в пункте Маргининкай (LKA553), случаи реализации ei как ai встречаются даже чаще, чем на правом берегу. Кроме того, соседние пункты (например, Армали́шкес, LKA534) влияния не оказали.
4.3. Удлинение первых компонентов твердоначальных дифтонгов i, u
Первые компоненты твердоначальных дифтонгов удлиняют все информанты. Больше всего примеров обнаружено в речи информантки Šlie_M_1951 (за исключением глагола сослагательного наклонения nedirbtų, однажды произнесённого с кратким i); см. таблицу 3.
ТАБЛИЦА 3. Удлинение первых компонентов твердоначальных дифтонгов i, u
Этот случай свидетельствует о сильной вертикальной и горизонтальной целостности. Вероятно, и до переселения, и после него жители относились (и относятся) к одной и той же диалектной области. С другой стороны, этот пример ослабляет ранее выявленную связь между диалектными особенностями и поколением.
На картах LKA «Фонетика» 1982 г. видно, что на обоих берегах лагуны также удлиняются первые компоненты твердоначальных дифтонгов; см. рис. 10 (LKA II 38–39).
Straipsniai / Articles
225
Page 16
ŽYDŪNAS ŠIDLAUSKAS
РИС. 10. Фрагмент карты LKA «Фонетика» № 20 за 1982 г.: i, u в твердоначальных дифтонгах основы
Карта LKA «Фонетика» № 20 за 1982 г. в основном отражает два горизонтальных уровня — целостность области в синхронном отношении, а при сопоставлении с данными 2020 г. — и в диахронном отношении (с перспективы наблюдаемого времени).
4.4. Отвердение согласного l
В Приедзукье достаточно заметна ещё одна особенность — отвердение согласного l. В 2020 г. эта особенность обнаружена на обоих берегах лагуны; см. таблицу 4.
Priedžūkio tarminių ypatybių rekonstrukcija horizontaliajame ir vertikaliajame kontinuume: Kauno marių dugno atvejis
В 2020 г. опрошенные жители дна Каунасского моря отвердевают согласный l в различных позициях. Согласный l отвердевают трое из четырёх информантов, однако не вполне последовательно (встречаются исключения). Судя по количеству примеров, чаще всего l отвердевает в речи информанта Šlie_V_1920, однако в словах iškėlė, neįskėlė, atkėlė произнесён также мягкий l. Только информантка Rumš_M_1930 постоянно отвердевает согласный.
Как и в случаях реализации гласных, вновь проявляется значение поколения: примечательно, что информантка, родившаяся в 1951 г., вовсе не отвердевает согласный l, а информант, родившийся в 1954 г., — лишь один раз.
Отвердение согласного l картографируется не на одной карте LKA «Фонетика» 1982 г. Так, на карте № 15 — e, ei основы после согласного l (например, lėdas, léisti); см. рис. 11, а на карте № 72 — n основы после l; см. рис. 12.
На левом берегу (то есть и в Шлянаве — пункте Маргининкай (LKA553)) зафиксированы и e(i), и a(i), а на правом (в Румшишкес, LKA536) — только a(i) (LKA II 33–34). Следовательно, в Румшишкес l перед e(i) всегда произносился твёрдо. Тенденции 2020 г. сохранились — в Шлянаве (пункте Маргининкай (LKA553)) отвердение встречается реже, чем в Румшишкес (LKA536).
Следует также рассмотреть ещё один случай отвердения согласного l — карту LKA «Фонетика» № 72 за 1982 г. (см. рис. 12). В отличие от карты № 15 (рис. 11), здесь зафиксировано en основы после l (LKA II 88–89). В 1982 г. очевидное отвердение картографируется на обоих берегах, однако Шлянаву (пункт Маргининкай (LKA553)) следует считать границей, начиная от которой отвердевает согласный l после en. В 2020 г. эта особенность обнаружена только в речи информантки Rumš_M_1930, в слове lentýnos: l̇n¹ʲᵃ¹ti̇ṅȯs; ˈl̇n¹ʲᵃ¹ti̇nu̇ (см. таблицу 4). Поэтому выдвигается предположение, что вариант литературного языка (мягкий согласный l перед en) мог утвердиться на левом берегу вплоть до самой лагуны.
Отвердение согласного l картографировано не только на картах LKA «Фонетика» 1982 г., но и в монографии 2014 г. (Mikulėnienė, Meiliūnaitė, sud., 2014); см. рис. 13.
Материал 2014 г. основан на картах LKA «Фонетика» № 15 и № 28 за 1982 г.; указывается, что «область употребления согласного l сохранилась такой же, какой была во второй половине XX в.», однако эта фонетическая особенность названа исчезающей и лучше всего сохраняющейся в речи старшего поколения (Bakšienė, Geržotaitė, Leskauskaitė 2014: 255).
Ещё одна особенность Приедзукья — более открытое произношение гласных ė, o — в речи опрошенных в 2020 г. информантов не встречалась. Карты LKA «Фонетика» 1982 г. в Румшишкес (LKA536) и Шлянаве (пункте Маргининкай (LKA553)) также не отражают более открытого произношения гласных ė и o (подробнее о произношении гласных ė и o см.: LKA II 44–58).
Straipsniai / Articles
227
Page 18
ŽYDRŪNAS ŠIDLAUSKAS
РИС. 11. Фрагмент карты LKA «Фонетика» № 15 за 1982 г.: e, ei основы после согласного 1
РИС. 12. Фрагмент карты LKA «Фонетика» № 72 за 1982 г.: en основы после 1
2 2 8
Acta Linguistica Lithuanica LXXXIX
Page 19
Реконструкция диалектных особенностей Приедзукья в горизонтальном и вертикальном континуумах: случай дна Каунасского моря
РИС. 13. Фрагмент карты X: e, ei, ė основы после согласного l
4.5. Морфологические особенности
С учётом фонетических особенностей следует утверждать, что местный диалектный вариант не исчез полностью, однако морфологические данные свидетельствуют о драматическом изменении в вертикальном континууме, или на шкале наблюдаемого времени.
Морфологические примеры особенно связаны с возрастом информантов. Хотя оба старших информанта теоретически относятся к одному поколению (разница в возрасте — десятилетие), диалектные данные неоднородны. В речи самого старшего информанта услышаны три морфологические особенности, в речи информантки, младшей на десять лет, — одна, а в речи младших информантов морфологических особенностей Приедзукья вовсе не обнаружено; см. таблицу 5.
Straipsniai / Articles
229
Page 20
ŽYDRŪNAS ŠIDLAUSKAS
ТАБЛИЦА 5. Морфологические особенности речи информантов
Информанты
Окончание дательного падежа единственного числа существительных мужского рода —u
Иллатив
Окончание существительного –uo заменяется на –uva
Šlie_V_1920
u'ie¹'nɑm ¹'suːnɔ
mʲ'ʃ'kʲæʎ'in
s'ęsʋa
Rumš_M_1930
j'ęʋ'nɪmʊ
-
-
С морфологической особенностью — окончанием существительного –uva вместо –uo — можно связать одну карту LKA «Фонетика» 1982 г. — № 67 (LKA II 82–83); см. рис. 14. Из таблицы 5 видно, что особенность обнаружена в Шиена́ве (пункте Маргининкай (LKA553)).
РИС. 14. Фрагмент карты LKA № 67: ударное uo в открытом окончании
Поскольку на карте LKA «Фонетика» № 67 за 1982 г. окончание –uva зафиксировано в большом количестве, эту особенность следует считать исчезающей¹³. В 2020 г. при опросе жителей вовсе не обнаружено окончания –i в предложных конструкциях, однако это не удивило, поскольку и другие исследователи указывают, что оно встречается лишь иногда (Bacevičiūtė, Mikulėnienė, Salienė 2005: 116).
¹³ На карте LKA «Фонетика» № 67 окончание –uva картографировано на обоих берегах лагуны, однако в пункте Маргининкай (LKA553) зафиксировано только слово šuva.
230
Acta Linguistica Lithuanica LXXXIX
Page 21
Priedžūkio tarminių ypatybių rekonstrukcija horizontaliajame ir vertikaliajame kontinuume: Kauno marių dugno atvejis
Как и употребление фонетических особенностей, употребление морфологических особенностей не связано с конкретным местом проживания.
4.6. Распределение диалектных особенностей в вертикальном континууме
Состав обнаруженных диалектных особенностей по частотности в вертикальном континууме см. на рис. 15.
РИС. 15. (Не)наличие диалектных особенностей
Рисунок 15 показывает исчезновение отличительных особенностей Приедзукья: гласный в начале слова e реализуется как a в трёх случаях из четырёх, тогда как вторая отличительная особенность — реализация гласного ą как y (ų) — не была услышана.
В речи старших информантов основа Приедзукья наиболее прочна. В речи их детей, родившихся в шестидесятые годы, особенности встречаются реже и употребляются вперемешку с вариантами литературного языка; меньше всего особенностей — в речи самого молодого информанта (Rumš_V_1954). С другой стороны, следует отметить, что он всё ещё отвердевает согласный l, в отличие от информантки Šlie_M_1951, которая на три года старше. Поскольку ярко выраженные особенности варьируют в речи информантов (иногда независимо ни от местности, ни от поколения), вероятно, вместо диалектных признаков уже утверждаются диалектные маркеры (о понятии диалектного маркера см.: Mikulėnienė 2019: 60).
Straipsniai / Articles
231
Page 22
ŽYDRŪNAS ŠIDLAUSKAS
На территориальном уровне (в горизонтальном континууме) нет тенденциозных фонетических различий. Следовательно, жители двух местностей на дне Каунасского моря — Дварелишкес и Румшишкес — должны были говорить одинаково.
ОБОБЩЕНИЕ
В статье актуализированы два геолингвистических уровня — местности (горизонтальный) и поколения (вертикальный). На этих уровнях на основе теоретической модели, опирающейся на десять диалектных особенностей Приедзукья, исследованы языковые особенности информантов.
В горизонтальном континууме фонетические особенности Приедзукья употребляются достаточно равномерно — на левом и правом берегах Каунасского моря — в Шлянаве (пункте Маргининкай (LKA553)) и Румшишкес (LKA536) не обнаружено значительных (или тенденциозных) диалектных различий. На обоих берегах гласный e (ę) реализуется как i (iː), гласный e в начале слов реализуется как a, первые компоненты твердоначальных дифтонгов i, u широко удлиняются, отвердевает согласный l. Фрагментарность могли бы предполагать морфологические особенности (их больше обнаружено на правом берегу), однако их употребление, скорее, связано с возрастом информантов.
Если оценивать с перспективы наблюдаемого времени, данные (особенности, которые ещё обнаруживаются в речи информантов) в основном совпадают с картами LKA «Фонетика» 1982 г. (в 2020 г. диалектные особенности встречаются (и) в других словах, чем указано на картах LKA «Фонетика» 1982 г.).
В вертикальном континууме наблюдается разнообразие. Все жители дна Каунасского моря удлиняют первые компоненты твердоначальных дифтонгов i, u. Гласный e в начале слова реализуют как a трое из четырёх (кроме самого молодого информанта). Согласный l отвердевают все, кроме второго по возрасту информанта. Гласный i (iː) вместо e (бывшего носового ę) произносят трое старших. Некоторые особенности не обнаружены (можно предположить, что они исчезли или исчезают): не встретилось ни одного случая реализации ą как ų (uː); ни один респондент не произносит гласные ė, o более открыто.
Обычно старшие жители сохраняют больше диалектных черт — эта тенденция особенно проявилась в употреблении морфологических особенностей: в речи самого старшего информанта (р. 1920) обнаружены три морфологические особенности: окончание единственного числа существительных мужского рода -u (dʼi̯eˈnamˈsuːno), иллатив (mˈi̯ˈkʲeˈlʲin), окончание существительного -uva (sˈe̯soˈva). В речи информантки, младшей на десять лет, услышано только окончание единственного числа существительных мужского рода -u (jˈe̯s nʲimʲu). В речи информантов, родившихся в 1951 и 1954 гг., диалектных морфологических особенностей не обнаружено.
Можно утверждать, что Дварелишкес и Румшишкес до переселения относились к одной и той же диалектной территории — Приедзукью. Местности, в которые были переселены жители дна Каунасского моря
232
Acta Linguistica Lithuanica LXXXIX
Page 23
Реконструкция диалектных особенностей Приедзукья в горизонтальном и вертикальном континуумах: случай дна Каунасского моря
(Шлянава — пункт Маргининкай (LKA553) и Румшишкес (пункт LKA536) также следует считать одной диалектной территорией Приедзукья. На основе теоретической модели, основанной на особенностях Приедзукья, в статье проанализирована речь двух семей. В дальнейшем на основе этой модели будет выполнена реконструкция местного языкового варианта исследуемой территории.
LITERATŪRA
Aliūkaitė Daiva, Mikulėnienė Danguolė 2014: Geolingvistika: ideologija, teorija ir metodai. Pagrindinės sąvokos. – XXI a. pradžios lietuvių tarmės: geolingvistinis ir sociolingvistinis tyrimas (žemėlapiai ir jų komentarai), sud. D. Mikulėnienė, V. Meiliūnaitė, Vilnius: Briedis, 29–47.
Bacevičiūtė Rima, Mikulėnienė Danguolė, Salienė Vilija 2005: Vakarų aukštaičiai kauniškiai ir Klaipėdos krašto aukštaičiai, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas.
Bakšienė Rima, Geržotaitė Laura, Leskauskaitė Asta 2014: X žemėlapis ir komentaras. – XXI a. pradžios lietuvių tarmės: geolingvistinis ir sociolingvistinis tyrimas (žemėlapiai ir jų komentarai), sud. D. Mikulėnienė, V. Meiliūnaitė, Vilnius: Briedis, 255.
Bakšienė Rima 2021: Kauno rajono kalbinis variantiškumas – „Tarmyno“ modelio kūrimo pagrindas. – Respectus Philologicus 39(44), 73–88. Prieiga internete: https://www.zurnalai.vu.lt/respectus-philologicus/article/view/21920/23210 [žiūrėta 2023-05-30].
Bakšienė Rima 2017: Lietuvių patarmių transkripcija TFA simboliais: vakarų aukštaičiai šiauliškiai. – Acta Linguistica Lithuanica 77, 237–254. Prieiga internete: https://journals.lki.lt/actalinguisticalithuanica/article/view/837/928 [žiūrėta 2023-06-08].
Baranovskij Antonij J. 1898: Барановскій, Антоній Я. Замѣтки о литовскомъ языкѣ и словарѣ [Zamětki o litovskom’ jazyke i slovarė], Санктпетербургъ: Типографія Императорской Академіи Наукъ [Sanktpeterburg’: Tipografija Imperatorskoj Akademii Nauk’].
Berruto Gaetano 2010: Structure and Dynamics of a Language Space: 13. Identifying dimensions of linguistic variation in a language space. – Language and Space. An International Handbook of Linguistic Variation, vol. 1: Theories and Methods,
Straipsniai / Articles
233
Page 24
ŽYDRŪNAS ŠIDLAUSKAS
Handbücher zur Sprach Handbücher zur Sprachund Kommunikationswissenschaft, ed. by P. Auer, J. E. Schmidt, Berlin, New York: Walter de Gruyter, 226–241.
Geržotaitė Laura 2016: Lietuvos tarmių klasifikacijos tyrimas geolingvistiniu aspektu: daktaro disertacija, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas.
LKA II – Lietuvių kalbos atlasas 2: Fonetika, aut. E. Grinaveckienė, A. Jonaitytė, J. Lipskienė, K. Morkūnas, M. Razmukaitė, B. Vanagienė, A. Vidugiris, atsak. red. K. Morkūnas, Vilnius: Mokslas, 1982.
LKASMRK – Lietuvos TSR MA Lietuvių kalbos institutas, Lietuvių kalbos atlasui surinktos medžiagos registracijos knyga (pradėta 1952 m.). Saugoma Lietuvių kalbos instituto Geolingvistikos centro Tarmių archyve.
Mikulėnienė Danguolė 2022: Lietuvių kalbos instituto istorija 2: kalbotyros aneksija, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas.
Mikulėnienė Danguolė, Meiliūnaitė Violeta, sud., 2014: XXI a. pradžios lietuvių tarmės: geolingvistinis ir sociolingvistinis tyrimas (žemėlapiai ir jų komentarai), Vilnius: Briedis.
Morkūnas Kazys 1994: Dėl priedužkio ir jo ribų. – Lietuvių kalbotyros klausimai 34, 84–92. Prieiga internete: https://journals.lki.lt/actalinguisticalthuanica/article/view/1465/1559 [žiūrėta 2023-06-07].
Salys Antanas 1933: Kelios pastabos tarmių istorijai. – Archivum Philologicum 4, 21–34.
Salys Antanas 1992: Raštai 4: Lietuvių kalbos tarmės, Roma: Lietuvių katalikų mokslo akademija.
Šidlauskas Žydrūnas 2021: Rekonstrukciniai Kauno marių dugno tarminio ploto aspektai. – Lietuvių dialektologijos profiliai: XXI amžiaus pradžios regioniniai variantai, jų santykiai ir perspektyvos, sud. V. Meiliūnaitė, A. Čepaitienė, D. Dambrauskienė, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, 45–70. Prieiga internete: http://lki.lt/wp-content/uploads/2022/01/Lietuviu-dialektologijos-profiliai-1.pdf [žiūrėta 2023-05-30].
Urbanavičius Valdas 2020: Žemėlapio pasakojimas. Kauno marių dugno šimtmečio istorija. Prieiga internete: https://www.arcgis.com/home/item.html?id=c55688a-269934e1f95d90bee099467c5 [žiūrėta 2023-05-30].
234
Acta Linguistica Lithuanica LXXXIX
Page 25
Priedžūkio tarminių ypatybių rekonstrukcija horizontaliajame ir vertikaliajame kontinuume: Kauno marių dugno atvejis
Willemyns Roland, Bister Helga 1989: The Language Continuum as a Pluridimensional Concept. – Status and Function of Languages and Language Varieties, Berlin, New York: Walter de Gruyter, 541–551.
Zinkevičius Zigmas, Girdenis Aleksas 1966: Dėl lietuvių kalbos tarmių klasifikacijos. – Kalbotyra 14, 139–147.
Zinkevičius Zigmas 1966: Lietuvių dialektologija: lyginamoji tarmių fonetika ir morfologija, Vilnius: Mintis.
The Reconstruction of the Priedžukis Dialectal Features in Horizontal and Vertical Continuum: the Case of the Bottom of the Kaunas Lagoon
SUMMARY
The article presents the specifics of the age typology of the subjects from the perspective of apparent time. Generational issues are introduced.
The residential area of the informants is contextualised, and directions of migration of the population evicted from the bottom of Kaunas Lagoon are provided.
The dialectal characteristics of the study area are discussed. Taking into consideration that the study area is a transitional area between the Western Aukštaitian subdialect of Kaunas and the Southern Aukštaitian subdialect (and is to be considered to be Priedžukis subdialect area), a theoretical model based on ten Priedžukis dialectal features is developed.
Based on the developed theoretical model, the language of the informants (two families) is characterised. Dissemination of dialectal data in the horizontal and vertical continuum is shown. Data, collected in 2020, is compared to the linguistic facts of the maps in Phonetics (LKA 1982). The material from different periods is homogenous in most cases – the shifts in the use of dialectal (phonetic) features are small.
Based on the data at the time of apparent, a reconstructive framework to understand the local variation of the subdialect at the bottom of the Kaunas Lagoon is created.
