RASUOLĖ VLADARSKIENĖ

Институт литовского языка

ОСОБЕННОСТИ НОРМИРОВАНИЯ СЛОЖНОПОДЧИНЁННЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ И УПОТРЕБЛЕНИЕ ОПРЕДЕЛИТЕЛЬНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: синтаксис, сложноподчинённые предложения, определительные предложения, нормирование.

Sintaksės reiškiniai kinta labai pamažu. Vytauto Ambrazo (1986: 66) nuomone, „[s]intaksinės sandaros pastovumas – būdinga ir labai svarbi kalbos ypatybė. Jeigu žodžių santykiai ir jų raiškos būdai kistų taip greitai, kaip patys žodžiai, kalbos savitumas per kelis šimtus metų išblanktų.“ Todėl suvokiant sintaksinės sistemos reikšmę kalbos pastovumui, nes „[s]intaksės normų irimas jau rodo pačios kalbos nykimą, galima sakyti, kalba baigia egzistuoti kartu su sintakse“ (Pupkis 2005: 297), sintaksės reiškinių tinkamumas lietuvių bendrinei kalbai yra nuolat svarstomas.

Объект синтаксиса чрезвычайно широк. Лингвисты преимущественно исследуют и оценивают закономерности связей слов; внимание нормировщиков особенно привлекают особенности употребления падежей и предлогов, а при нормировании больше всего трудностей вызывает так называемый микросинтаксис — установление синтаксического потенциала слов (валентности сочетаемости) (Labutis 1985: 10). Связи более крупных синтаксических единиц, например частей сложного предложения, реже оцениваются с точки зрения нормирования. Это наглядно показывает и объём брошюр раздела Рекомендаций по языку Синтаксис: первая брошюра посвящена употреблению падежей, вторая — предлогов и послелогов, а третья, значительно тоньше первых двух, — рассмотрению всех прочих вариантных явлений синтаксиса.

Цель статьи* — после обзора основ и критериев нормирования синтаксиса, а также важнейших проблем нормирования сложноподчинённых предложений, подробнее рассмотреть один актуальный случай употребления определительного предложения.

* Статья подготовлена в рамках проекта «Исследование языка документов Европейского союза», финансируемого Государственной комиссией литовского языка в рамках «Программы исследований функционирования и изменений литовского литературного языка, диалектов и других языковых разновидностей на 2011–2020 годы».

R. VLADARSKIENĖ. Sudėtinių prijungiamųjų sakinių norminimo ypatumai ir pažymimųjų sakinių vartosena

61

ОСНОВАНИЯ НОРМИРОВАНИЯ СИНТАКСИЧЕСКИХ ЯВЛЕНИЙ

Vytautas Būda (1987: 8) mano, kad „lietuvių kalbos sakinių mokslas yra kilęs XVII–XIX a. lotynų, vokiečių kalbų arba lotyniškai, vokiškai rašytų kitų kalbų gramatikų dirvoje jau vien dėl to, kad šiomis kalbomis buvo rašomos pirmosios lietuvių k. gramatikos“. Tačiau lietuvių kalbos sudėtinių prijungiamųjų sakinių norminimo pradžia reikėtų laikyti Jono Jablonskio darbus, ypač jo Lietuvių kalbos sintaksę (1911). Joje kalbininkas pateikė pirmąjį sisteminį lietuvių kalbos sintaksės aprašą, remdamasis tarmių, tautosakos, šiek tiek senųjų raštų duomenimis ir grožinės literatūros kūriniais. Pripažino, kad rašomosios kalbos pavyzdžiais „sintaksės dėsniams kelti aikšten“ naudojosi atsargiai. Taip J. Jablonskis nubrėžė tolesnę sintaksės kodifikacijos kryptį, į pirmą vietą iškeldamas grynumo kriterijų, glaudžiai siejamą su sistemiškumu. Šią knygą galima laikyti pirmuoju lietuvių kalbos sintaksės kodifikacijos darbu.

По мере укрепления литературного языка меняются и критерии его кодификации. Новые условия выдвинули критерий целесообразности, однако исследователь исторического синтаксиса литовского языка Vytautas Ambrazas (1986: 69) не склонен придавать ему чрезмерное значение. Он утверждает, что синтаксис составляет ядро языковой системы и что его явления следует оценивать прежде всего по тому, насколько они соответствуют этой системе и не нарушают её закономерностей; главным принципом нормирования синтаксиса он считает системность, а остальные критерии — вспомогательными. С этим согласен и Aldonas Pupkis (2005: 304), считая системность первичным условием (то есть принципом кодификации) нормирования только тех явлений, которые соответствуют законам литовского языка (то есть его системе). Однако, по его мнению, сейчас всё большее значение приобретает дистинктивность, поскольку этого требует функциональное распределение языковых явлений. Таким образом, оценивая нормативность синтаксических явлений, прежде всего пытаются установить, является ли данное явление системным, а затем учитывают и другие критерии.

Как уже упоминалось, первым сложные предложения описал и разделил на виды Jonas Jablonskis. Очень подробное описание сложных предложений дано в третьем томе Грамматики литовского языка (1976); характерные типы сложноподчинённых предложений и их значения описаны также в Грамматике современного литовского языка (2006). Синтаксические нормы устанавливаются на основании описаний синтаксиса, представленных в этих трудах. Сформировавшаяся структура сложных предложений достаточно стабильна и меняется очень медленно, поэтому серьёзных проблем нормирования не возникает. Основы описания сложноподчинённого предложения с новой точки зрения рассмотрели Axelis Holvoetas и Artūras Judžentis (2003: 99–172).

Сама структура предложения меняется очень медленно, поэтому рекомендаций по нормам сложного предложения немного. Rita Miliūnaitė (2003: 192) утверждает, что при оценке

62

KALBOS KULTŪRA | 85

Нормативность сложного предложения в основном рассматривается в рекомендациях по употреблению придаточных предложений с придаточными цели, условия, времени и уступки.

Чтобы выяснить, какие проблемы возникают при нормировании сложноподчинённых предложений, была просмотрена брошюра Kalbos patarimų Sintaksė: įvairūs dalykai. В ней приведено лишь чуть больше 10 рекомендаций по употреблению сложноподчинённых предложений. Большинство рекомендаций обосновывается тем, что связующие слова (союзы) употребляются в несвойственных им значениях. Обычно это калькированные явления, например, kaip ne keista для выражения уступки, o tai для выражения причины (reikia važiuoti, o tai (nes) jau vėlu) или служебные слова kuomet, kaip для присоединения придаточных времени. Также порицается неправильный выбор форм слов (инфинитива, деепричастия или отрицательной формы глагола) в предложениях определённой структуры, неправильный порядок слов в определительных предложениях, когда придаточное определительное присоединяется не к определяемому слову. Все эти случаи считаются ненормативными, поскольку не соответствуют системе литовского языка, то есть их непригодность для литературного языка обосновывается критерием системности.

Далее рассмотрим один случай из числа порицаемых способов употребления придаточных предложений, а именно неправильное употребление определительного предложения.

РЕКОМЕНДАЦИИ ПО УПОТРЕБЛЕНИЮ ОПРЕДЕЛИТЕЛЬНОГО ПРЕДЛОЖЕНИЯ

В третьей части Kalbos patarimų, Sintaksės, Įvairūs dalykai рекомендуется не употреблять союзное слово kuris для обозначения свойства, возникающего вследствие действия, совершающегося позже основного (сказуемого) действия, когда требуется назвать не признак, а субъект или объект действия: Kilo idėja surengti visuotinę labdaros akciją, kuri (=ir ji) prasidėjo pavasarį. Automobilį atsitiktinai aptiko grybautojas, kuris (=ir) apie tai pranešė pareigūnams (KP S3 2003: 33–34). Интерпретация этой рекомендации порой вызывает немало споров, поэтому её полезно рассмотреть подробнее.

Такую рекомендацию начали давать в последние десятилетия прошлого века. По мнению Алдонаса Пупкиса (1980: 163), не следует употреблять такие определительные предложения, «в которых придаточная часть лишь указывает на второе действие предложения, но не выполняет пояснительной функции». Правда, эта рекомендация не вошла в Kalbos praktikos patarimus (1985), но в более поздних источниках, посвящённых нормативному употреблению, она уже приводится.

В картотеке языковых рекомендаций Института литовского языка найдено лишь 8 случаев, в которых рассматриваются конкретные примеры неправильного употребления определительного предложения — рекомендации дают Алдонас Пупкис, Йонас Шукис, Альбинас Друктейнис, Рита Шепетите, Рамуне Васкелайте и Лорета Лаужикайте.

R. VLADARSKIENĖ. Sudėtinių prijungiamųjų sakinių norminimo ypatumai ir pažymimųjų sakinių vartosena

63

случаи употребления — авторы рекомендаций Алдонас Пупкис, Йонас Шукис, Альбинас Друктейнис, Рита Шепетите, Рамуне Васкелайте и Лорета Лаужикайте. В информационном бюллетене Kalbos patarimų informaciniame biuletenyje таких случаев неправильного употребления также приведено немного, и не потому, что такое употребление редко, — напротив, оно довольно распространено, — но, по-видимому, ещё и потому, что эта рекомендация не вполне ясна. Чаще всего неправильные определительные предложения порицаются в языковых рецензиях на различные издания; в них указывается, что в одно сложноподчинённое предложение не объединяют однородные члены предложения, обозначающие два последовательных действия: Perskaičiau J. Biliūno apsakymus, kurie (=ir jie...) man labai patiko (Masaitienė 1999); подчёркивается, что местоимение kuris присоединяет придаточное к главному, а не самостоятельные по смыслу предложения, указывающие на последовательность действий: Vyras nubėgo prie pompos ir nuėmė rankeną, kurią parsinešė namo (=ją parsinešė namo) (Vaskelaitė 2002); утверждается, что характеристика, содержащаяся в придаточном предложении, логически (с точки зрения последовательности действий) не может следовать за действием главного предложения. Kitos patalpos teko [...] Švietimo ir jaunimo ugdymo skyriui, kuris (=ir jis) skelbs konkursą (Drukteinis 1994).

Среди немногочисленных рекомендаций следует выделить рекомендации Йонаса Шукиса и KancKP. В них главным критерием, по которому такие предложения не рекомендуются, считается значение определительных предложений, а последовательность действий упоминается лишь как один из вспомогательных признаков.

Jonas Šukys (2003: 235) mėgina populiariai paaiškinti rekomendacijos esmę: „[k]ai nekyla klausimas koks, -ia, o tikslinga pabrėžti įvykių kaitą, jų priežastingumą ar ką kita, šalutiniai pažyminio sakiniai nevartotini“. Jis pateikia konkrečių netaisyklingų sakinių bei jų taisymo būdų: Per gatvę bėgo vaikas, kuris pakliuvo po automobiliu (=ir pakliuvo po automobiliu – čia ne vaiką reikia apibūdinti, o rodyti įvykių kaitą). Kilo keli maištai, kurie buvo greitai numalšinti (= bet jie buvo greitai numalšinti – čia akcentuojame įvykių priešingumą). Tai padrąsina mažuosius, kurie nustoja bijoti (=ir jie nustoja bijoti – pabrėžiame padarinį). Dar visas gyvenimas prieš akis, kurio tau turi užtekti (= ir jo tau turi užtekti – mintis plėtojama, paremiama). Žmonės atsisako šilumos, už kurią nepajėgia susimokėti (=nes už ją nepajėgia susimokėti – čia svarbiau nurodyti priežastį).

Подобных случаев особенно много в административной речи, когда необходимо регламентировать определённые процедуры или описать уже произошедшие события. Об этом писали и в KancKP, где приводятся как правильные, так и неправильные предложения с местоимением kuris и проводится граница между правильным и ошибочным употреблением. Указывается, что kuris употребляется для присоединения придаточных предложений к главным, когда придаточное уточняет то слово, с которым согласуется местоимение-

64

KALBOS KULTŪRA | 85

dis: На заседание приглашаются члены комиссии , которые готовили проект постановления. В рекомендации KancKP о последовательности действий, то есть о предшествующем и последующем времени, речь уже не идет. В качестве важнейшего признака, по которому определяется неуместность определительного придаточного предложения, указывается характерное для придаточного предложения значение (пояснительное) — пояснять слово главного предложения. В качестве дополнительного признака указывается, что придаточная часть сложного предложения не поясняет главную часть, а лишь сообщает о другом действии. Части с таким значением соединяются сочинительной связью и начинаются с местоимений: К этой группе документов не относятся заявления по кадровым вопросам, которые (=они) должны регистрироваться отдельно; ср.: Отдельно регистрируются документы, которые относятся к заявлениям по кадровым вопросам. Составляется список адресатов, который (=и он) прилагается к экземпляру, остающемуся в учреждении (составляется не тот список, который прилагается, а прилагается тот, который составлен).

Из обзора рекомендаций по не рекомендуемому к употреблению использованию определительных придаточных предложений вырисовываются два основных критерия, которыми руководствуются при исправлении таких предложений:

1) семантический — отсутствует характерное определительное значение,

2) логический — последующее действие не может характеризовать предшествующее.

Логический критерий ясен, однако следует подробнее рассмотреть значения присоединительных определительных предложений. В грамматике современного литовского языка (2006: 675–676) указываются три значения отношений между частями определительных предложений: 1) выделительное, когда придаточная часть характеризует предмет или лицо, обозначенное определяемым словом, выделяя его среди других подобных предметов или лиц; 2) качественное, когда придаточная часть качественно характеризует предмет, обозначенный определяемым словом; 3) повествовательное — придаточная часть сообщает новое суждение о предмете, обозначенном определяемым словом: В стародавние времена жил человек, у которого умерла жена (Литовские народные сказания); Он шел прямо к закату, в густой красноте которого тонул он сам вместе с деревьями (Катилишкис); Из Памушиса пришла песня, которая теперь показалась старику новой (Паукштелис).

Tokios pačios reikšmės pateikiamos ir Lietuvių kalbos gramatikoje (1976: 827), tik čia kalbant apie pasakojamąją reikšmę dar patikslinama, kad šalutinis dėmuo pažymimojo žodžio sąvokos neišskiria ir kokybiškai neapibūdina, bet pasako su ja susijusį naują teigimą (naratyvinė, arba pasakojamoji, reikšmė): Apie vienuoliktą valandą atėjo gražus ponas, kuris sako: „Einam, merga, šokt“ (Lietuvių liaudies sakmės).

Определительные предложения с повествовательным (нарративным) значением очень похожи на рассматриваемый случай, не рекомендуемый к употреблению, поскольку придаточная часть сообщает новое суждение о предмете, обозначенном определяемым словом. Граница между нормой и

R. VLADARSKIENĖ. Sudėtinių prijungiamųjų sakinių norminimo ypatumai ir pažymimųjų sakinių vartosena

65

ненормой становится весьма неясной. Следовательно, отрицательно оцениваемое присоединительное определительное предложение трудно считать полностью не соответствующим системе определительных предложений литовского языка. Разумеется, следует учитывать, что определительные предложения с повествовательным значением характернее для специфического жанра — повествовательного фольклора — и что в широком употреблении такие случаи не очень характерны.

Вероятно, на распространение определительных предложений такой структуры в современном литературном языке влияет и воздействие других языков. На это указала и Рамуне Васкеляйте (2003), рецензируя перевод с итальянского языка. Она пишет, что в итальянском языке местоимением который обычно соединяются предложения, глагол которых обозначает время действия, более позднее, чем время действия, выраженное глаголом главного предложения; в литовском языке в таких случаях этот союз не нужен: […] оттуда выскочил проворный цыпленок, который (=он) грациозно поклонился и заговорил; у него был толстый кнут, сплетенный из змеиных и лисьих хвостов, которым (=и им) он безостановочно щелкал.

Такое влияние других языков заметно и в административной речи при переводе на литовский язык документов Европейского союза.

ОПРЕДЕЛИТЕЛЬНЫЕ ПРИДАТОЧНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ В АДМИНИСТРАТИВНОМ ЯЗЫКЕ

В административном языке также следует сохранять наиболее характерные значения придаточных предложений. Чаще всего придаточные определительные здесь уточняют и характеризуют существительные или их заменители в главной части. Они указывают, чем отличается существительное в главной части предложения (или заменяющие его местоимения), какое свойство ему присуще, например, раскрывают содержание документа: Регламент Европейского парламента и Совета, которым устанавливается Таможенный кодекс Союза; Регламент Комиссии (ЕС) № 858/2012 от 2 сентября 2012 года, которым устанавливаются экспортные возмещения на яйца; Регламент Европейского парламента и Совета, которым частично изменяется Регламент (ЕС) № 223/2009 о европейской статистике. Однако придаточная часть неуместна, если документ не характеризуется, а указывается, какие действия с ним совершаются: Стороны, представившие замечания, повторили свою просьбу, которая (=но она) в итоге была отклонена (Окончательный доклад должностного лица, проводившего слушание. Официальный журнал C 195, 2012 07 03); На основании этих консультаций ЕС подготовил пересмотренный проект, который (=а этот; он) был представлен на встрече, состоявшейся в Вене 5 июня 2012 года (=На основании этих консультаций ЕС подготовил пересмотренный проект. Он был представлен на встрече, состоявшейся в Вене в июне

66

KALBOS KULTŪRA | 85

5 d. Vienoje įvykusiame susitikime) (Полугодовой доклад о ходе работы. Официальный журнал C 237, 2012 08 07).

Оценивая нормативность определительных предложений, следует обратить внимание и на то, что в административном языке могут описываться обобщённые или конкретные (уже произошедшие либо ещё предстоящие) действия. Последние случаи понятнее: здесь проще установить последовательность действий, особенно когда указаны конкретные даты: 6 декабря 2001 года Греческая Республика обратилась в согласительный орган, который (=а этот орган; он) представил своё заключение 25 апреля 2002 года (Решение Общего суда (восьмая палата) от 5 июля 2012 года. Дело T-86/08); Оставшаяся часть года была посвящена подготовке к присоединению шестнадцатого члена — Словакии, которое (=а оно) официально состоялось 1 января 2009 года (Сообщение Комиссии, 2009 02 23). Такие предложения, несомненно, неправильны.

Действительно, последовательность действий может служить хорошей опорой при определении нормативности определительного предложения: следующие друг за другом действия должны быть связаны сочинительной связью: Назначен первый уполномоченный ЕС в этой стране, который (=а он) на своём первом совещании сосредоточил внимание на Сомали и неконтролируемом пиратстве в регионе (Доклад Комиссии Совету и Европейскому парламенту COM/2012/0444); Прежде всего истец утверждает, что полномочия Комиссии налагать штраф на предприятие [...] прекратились после принятия решения от 29 ноября 2006 года (C (2006) 5700 окончательное), которое (=а это решение) было отменено и заменено Общим судом Европейского союза решением от 13 июля 2011 года по делу T-59/07, которое (=последнее) в настоящее время обжалуется в Суде (Дело T-241/12. Официальный журнал C 227, 2012 07 28).

Более сложные временные отношения между действиями возникают, когда речь идёт об обобщённых действиях и устанавливаются определённые процедуры: Государство-член, желающее ввести меры, отступающие от положений вышеупомянутой директивы, обязано получить разрешение Совета, которое (=а оно; оно) предоставляется решением Совета (Предложение Комиссии по решению Совета о внесении изменений в Исполнительное решение 2009/1008/ЕС 30/11, 2012 11 30).

Один из наиболее распространённых случаев неправильного употребления определительных предложений — описание обязанностей лиц (должностных лиц) или функций учреждений. Если не нужно характеризовать лицо, а требуется лишь указать действие, которое оно должно совершить, следует использовать сочинительную, а не подчинительную связь: Совет, руководствуясь принципом разнообразного представительства сфер культуры и искусства, а также территорий, отбирает экспертов на основе открытого конкурса, которые (=а они; они) представляют выводы, необходимые для принятия решений Советом (Valstybės žinios, 2012 09 26, Nr. 111-5631); Председатель палаты немедленно сообщает об этом председателю Суда, который (=а тот) назначает другого судью, чтобы палата заседала в полном составе

R. VLADARSKIENĖ. Sudėtinių prijungiamųjų sakinių norminimo ypatumai ir pažymimųjų sakinių vartosena

67

ties (=Председатель коллегии незамедлительно уведомляет об этом председателя Суда. Он назначает другого судью, чтобы коллегия была укомплектована в полном составе) (Регламент процедуры Суда Европейского союза. Официальный журнал L 265, 29.09.2012).

Ещё один случай, когда определительные предложения неуместны, — необходимость изложить последовательный ход действий, составляющих процедуру, а не охарактеризовать учреждения, выполняющие эти действия: Если сторона в процедуре рассмотрения жалоб не согласна с решением, принятым квесторами, она может просить передать вопрос на рассмотрение Бюро, которое (=а оно) принимает окончательное решение (Решение Бюро Европейского парламента. Официальный журнал C 283, 2010 10 20); Информация также представляется Комитету европейских органов надзора за рынком ценных бумаг, который (=а он; он) передаёт эту информацию компетентным органам других государств-членов (Директива, 2009 04 30).

Сложнее оценивать случаи, когда действия происходят одновременно: От имени фракции EFD выступил E. E. S., который (=и; он) обосновал просьбу; Выступил депутат Европарламента, который (=и; он) сказал, что …; Далее выступили депутаты, которые (=выступавшие депутаты) внесли предложение …; Выступил V. B., который (=она) ответил на вопрос A. L., заданный с поднятием синей карточки… Здесь требуется перечислить действия, а не охарактеризовать выступавших депутатов или указать, какие свойства им присущи и чем они отличаются от других депутатов: суть заключается в перечислении действий, а не в описании признака. Поэтому определительные предложения не подходят по смыслу, хотя последовательности действий здесь не видно: действия происходят одновременно, субъект главной и придаточной частей один и тот же, поэтому возможны однородные сказуемые либо присоединение части предложения бессоюзной связью с помощью местоимения-заместителя.

ВЫВОДЫ

Стабильный синтаксис языка позволяет сохранять его своеобразие, поэтому явления, представляющие угрозу синтаксической системе, необходимо тщательно оценивать. Основным критерием нормирования синтаксических явлений считается системность, остальные критерии — вспомогательные.

При оценке нормативности сложного предложения приведено больше всего рекомендаций относительно употребления придаточных предложений цели, условия, времени и уступки. Хотя рекомендаций по правильному употреблению сложноподчинённых предложений не так много, формулировки некоторых из них нередко вызывают споры и допускают различные толкования. Неясные случаи необходимо изучать и комментировать более подробно, чтобы предлагаемые синтаксические нормы были понятны и не вызывали сомнений у носителей языка.

68

KALBOS KULTŪRA | 85

Рекомендации по употреблению определительных предложений нелегко сформулировать, поскольку они основываются на смысловом отношении между главной и придаточной частями, которое может толковаться по-разному. Важнейший критерий при оценке нормативности — характеризующее значение; критерий последовательности действий является вспомогательным, хотя чаще всего оба эти признака свойственны ошибочному употреблению. Рекомендация относительно таких предложений была бы яснее, если бы случаи неправильного употребления были определены точнее (например, описание обязанностей и функций).

LITERATŪRA

Ambrazas V. 1986: Sintaksinės sandaros raida ir norminimas. – Kalbos kultūra 51, 66–77.

Būda V. 1987: Lietuvių kalbos prijungiamieji sakiniai, Vilnius: Mokslas.

DLKG 2006: Dabartinės lietuvių kalbos gramatika. Red. Vytautas Ambrazas. Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas.

Drukteinis A. 1994: Ar taisyklinga Klaipėdos miesto laikraščių kalba? – Gimtoji kalba 4–5, 4–12.

Holvoet A. 2003: Sintaksinių ryšių tyrimai. Red. Axel Holvoet, Artūras Judžentis. Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, 2003.

Jablonskis J. (Rygiškių Jonas) 1911: Lietuvių kalbos sintaksė. Seinai: Laukaičio, Dvaranausko, Narjausko ir b-vės sp. Prieiga per internetą: <http://www.epaveldas.lt/vbspi/biDetails.do?biRecordId=28082> (žiūrėta 2012 09 20).

KancKP 2007: Kanceliarinės kalbos patarimai. Sud. Pranas Kniūkšta. Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, internetinis leidimas. Prieiga per internetą: <http://lkz.mch.mii.lt/Kanceliarinis> (žiūrėta 2012 09 20).

Kalbos praktikos patarimai. Sudarė Aldonas Pupkis. Vilnius: Mokslas, 1985.

KP S1: Kalbos patarimai. Kn. 2. Sintaksė: 1. Linksnių vartojimas. Sud. Rita Miliūnaitė, teksto aut. Vitas Labutis, Aldonas Pupkis ir Jonas Šukys, vyr. red. Aldonas Pupkis. Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas, 2003.

KP S2: Kalbos patarimai. Kn. 2. Sintaksė: 2. Prielinksnių ir polinksnių vartojimas. Sud. Rita Miliūnaitė, teksto aut. Aldonas Pupkis ir Jonas Šukys, vyr. red. Aldonas Pupkis. Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas, 2003.

KP S3: Kalbos patarimai. Kn. 2. Sintaksė: 3. Įvairūs dalykai. Sud. Rita Miliūnaitė, teksto aut. Vitas Labutis ir Aldonas Pupkis, vyr. red. Aldonas Pupkis. Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas, 2003.

Labutis V. 1985: Sintaksės reiškiniai ir jų kodifikacijos specifika. – Mūsų kalba 3, 9–14.

LKG 1976: Lietuvių kalbos gramatika 3: Sintaksė. Vyr. red. Kazys Ulvydas. Vilnius: Mokslas.

Masaitienė J. 1999: Nauji išbandymai lietuvių kalbai. – Dialogas, spalio 29.

R. VLADARSKIENĖ. Sudėtinių prijungiamųjų sakinių norminimo ypatumai ir pažymimųjų sakinių vartosena

69

Miliūnaitė R. 2003: Lietuvių kalbos gramatikos norminimo pagrindai, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas.

Pupkis A. 1980: Kalbos kultūros pagrindai, Vilnius: Mokslas.

Pupkis A. 2005: Kalbos kultūros studijos, Vilnius: Gimtasis žodis.

Šukys J. 2003: Kalbos kultūra visiems, Kaunas: Šviesa.

Vaskelaitė R. 2002: L. Frank Baum. Amerikiečių pasakos. Recenzija. – Gimtoji kalba 7–8, 17–20.

Vaskelaitė R. 2003: Recenzija. – Gimtoji kalba 6, 23.

Gauta 2012 12 10

PECULIARITIES OF CODIFICATION OF SUBORDINATE CLAUSES AND THE USAGE OF ATTRIBUTIVE CLAUSES

Summary

The article provides an overview of the basis and the criteria of syntax codification as well as the main issues of codification of complex sentences and raises the problem of evaluation of some topical cases of attributive clause usage.

In evaluating the conformity of complex sentences with the norm, recommendations about usage of the attributive clauses of purpose, condition, time and concession are given. There are not so many correct usage recommendations regarding subordinate clauses, but some formulations in these recommendations quite often cause discussion and are differently interpreted. Unsettled cases ought to be discussed more thoroughly and commented on so that the proposed norms of syntax would be clear and would not raise doubts for language users.

Usage recommendations for attributive clauses are not so easy to define, because they are based on the relation of meaning of the main and the subordinate clauses and such relation can be interpreted differently. The definable meaning is the main criterion of evaluation of conformity with the norm, the criterion of the sequence of actions is subsidiary, though most often both of these features are common in incorrect usage. Recommendations about such sentences would be clearer if the cases of incorrect usage were more precisely defined (for instance description of duties or functions).

KEYWORDS: syntax, subordinate clauses, attributive clauses, codification.

RASUOLĖ VLADARSKIENĖ

Lietuvių kalbos institutas

P. Vileišio g. 5, LT-10308 Vilnius

[email protected]

70

KALBOS KULTŪRA | 85