LIETUVIŲ KALBOTYROS KLAUSIMAI, XXVIII (1989)

KALBŲ RYŠIAI IR SĄVEIKOS

JONINA LIPSKIENĖ

МЕЖДОМЕТИЯ-ИМИТАЦИИ ГЕРВЯТСКОГО ГОВОРА

Наряду со своеобразными и выразительными словами в окрестностях Гервят, на самой компактной литовской языковой островной территории в Белорусской ССР, записано немало междометий-имитаций. Ими передаются звуки, образы или ощущения, вызванные различными факторами. Уместно и умеренно употребляемые междометия-имитации обогащают речь, делают её живее и выразительнее. Эти особенности междометий-имитаций хорошо ощущаются, например, при чтении «Паланга Юзе» М. Валанчюса, где они употребляются особенно часто.

Как и в других литовских говорах, междометия-имитации Гервят по происхождению можно разделить на глагольные, например: kilst: kélti — Kāp tik kilst pāduška, tai ir vėl' rėk't' | slýst: slýsti — Dė, dė (dėjo) kōjas, slýst' t' (упал) и звукоподражательные¹. Последних записано значительно больше. Их образование и структура весьма разнообразны и подражают звукам или образам, вызванным каким-либо действием, например: blākt — Ir blākt' ugnelė ažgėso | klākt — Papadrebėjo anā kārves, klākt ir griūvo | cāk, cāk — cāk, cāk atbėga anā.

По основным структурным особенностям эти междометия-имитации преимущественно односложные, но встречаются и двусложные, реже — трёхсложные, например: lýžt, turlum, šebu-lāikšt.

По звуковому составу конца слова многие междометия-имитации говора можно разделить на формантные и неформантные. Междометия-имитации, воспроизводящие звуки, связанные с различными движениями, или обозначающие образы, возникающие в ходе действия, нередко бывают односложными и оканчиваются на формант t. Этот формант может следовать за различными согласными, преимущественно за k, m, p, s (например: mākt, pliōmt, cāpt, kliūšt) либо за сочетаниями согласных ks, kš, mp, ms, nk, rp (например: vikst, pýkšt, pūmpt, krāmst, dzinkt, virpt). Многие из этих междометий-имитаций выражают не само действие, а лишь дополняют, подчёркивают и оживляют созданный им образ, звук или ощущение, ср.: Stākt' atsistojo ir sāko | Ānas až būteliaus ir pliōmt: „Išgėrsim“ | Cāpt až vuodegōs ir pagōvė | Tèp bōba kāp kliūš't' [облитый горячей водой], tai ti ir nusmiūko paūstis (волосы) | Ānas vikst' ir nubėgo | Pýkšt' tvōrą razlāužė | Pūmpt' obuolys ir nukrito | Aš tā dėšrą krāmst' | Dzinkt' nōsin, ir ankāndo bitėlė | Vilkenyčià (волчица) virpt' péršoko…

Иногда наряду с некоторыми междометиями-имитациями с формантом t параллельно употребляются их более краткие соответствия без t, например: Ė kōl' māno gerklė nė kuolù ažkištā, nė ratù ažsuktā, tai aš šmirš' sù paršeliù | (ср. Ānas šmir kšt vidūn) | Ir pūkš, ir neūlīpė dangūn (ср. Lipė, lipė, pupā — pūkšt, ir krito).

¹ Использованы материалы, записанные автором во время экспедиции 1970 г. и собранные из некоторых собраний повествовательного фольклора Фольклорного фонда Института литовского языка и литературы.

118

Имитативов без форманта записано меньше. Они чаще всего оканчиваются на различные гласные, дифтонги или согласные и нередко имитируют голоса насекомых и других животных или звуки предметов. Почти всегда один и тот же имитатив повторяется два, три, даже четыре раза, чтобы подчеркнуть длительность звука действия. Некоторые неформантные имитативы нередко лишь дополняют действие и употребляются тогда, когда хотят точнее передать либо более продолжительное действие, не требующее резкого усилия, либо звуки и ощущения, сопровождающие более резкое действие, например: Bù-bù-bù – она испугалась – не идёт | Bù-bù-bù как принялась хлопать | Bžỹ, bžỹ – пчёлка летит | Triù-riù-riũ, triù-riù-riũ, неужели мы не видели медведей, лосей, лисиц, волков? Летит пчёлка zizỹ, zizỹ с цветка на цветок | Говорит брат — только идёт тот огонёк ти — žiù-žiù, žiù-žiù | Āū-aū, aū-aū лает собачка | Bař, bař, bař постучала девушка (девочка) — разбудила его | Cak, cāk, cāk летит: «Пану́вес, подвези (отвези, подвези)» | Muř, muř – некогда, ем сало | И мышка выбежала из-за печи – dzi-liñ’, dzi-liñ’, dzi-liñ’ | Tāp, tāp, tāp – он идёт внутрь | Петух опять tuñ, tuñ, tuñ (постучал).

В говоре записаны подражательные неформантные имитативы, состоящие только из протяжно произносимых согласных. Ими передаются звуки, наиболее близко ассоциирующиеся со слышимым звуком при произнесении того или иного согласного или их сочетания, например: Kùtas (чёрт)… будто бы как звезда — жжжж — и пришёл | Услышал он — жжж, зашумели, трещат деревья (лес) | Только дуб, pṛṛṛ — и улетел Ивонелис | Тогда, как я испугался, та лошадь — только fṛṛṛ, и пронеслась. К этой группе, вероятнее всего, относится также имитатив, состоящий из протяжно произносимого гласного между двумя согласными, например: būūūūch: А берёза только būūūūch — рухнула.

К неформантным, вероятно, следует отнести уже упомянутые имитативы без форманта t, аналогично употребляемые вместо формантных имитативов, например: Plàs, plàs — птица взлетела и упала | (ср. Pakìlo, plàst’, plàst’, plàst’, plàst’ и улетела) | Перелетела через яму, обманула, обманула, вдруг спрыгнула, знаешь, свинья | (ср. Та мышка только skikt’ улетела — не попала мышка [медведица] Tāp, tāp потоптала землю (ср. Tāpt’, tāpt’ идёт медведь в избу).

Записаны имитативы, более характерные для гервечского говора и восточной части ареала литовского языка. Вместо имитативов литературного языка šliūkšt, šliūkšt, triōkšt здесь говорят — šlikšt, kriāukšt, kùks(t), например: Тогда опять — как šlikšt, в волка (| в волка) и оторвалось, и вместе со столбом улетело в лес | Kriāukšt’ — и сломалась ветка наверху (вверху) | Я за забором kùks палкой, ну, говорю, буду бить (буду бить). В контексте одной сказки употребляются своеобразные и интересные имитативы šamākšt, šebulāikšt, соответствующие литературным šāst, šmākšt, например: Он šamākšt’ её в печь | Šebulāikšt’ в печь и бросил, накрыл крышкой (печной заслонкой) | (ср. также выразительные имитативы, обозначающие резкую ходьбу: Он только шмыг’ в избу).

Образ и движение гаснущего огня в говоре передаются имитативом blākt, соответствующим литературным plūst, plūpt, например: И blākt’ огонёк погас.

Для обозначения резкого, проворного движения небольшого животного (strìkt, strýkt) употребляются skik, skikt, sviẽpt, vikst, viřpt, например: Поросята обманули, обманули, только skik, skik, skik — только и видел их | Все поросята viřpt’, viřpt’, viřpt’ перепрыгнули через яму | Волчица sviřpt’ перепрыгнула, а я как лист осины

119

(лист) дрожит | Он vik's't' и убежал | В лесу была косуля, такая красивая — vīrp't', vīrp't' она бежит.

Одним и тем же имитативом нередко передаются несколько образов или звуков, возникающих в момент конкретного динамичного действия, либо обозначается само действие: Pýkšt't' сломал забор | Pýkšt't' стегал кнутом. Только šùs't' овечка в загон. Šùs't' в печь и сунул (засунул) | Tràkt' — она может отпереть, может пойти в тот дом | Олень tràkt' — бежит вперёд, вперёд. В первом предложении имитативом pýkšt обозначен звук ломающегося забора, во втором — удар кнута. В других литовских диалектах в этом значении более характерны другие имитативы, например, triòkšt — когда речь идёт о заборе, pliáukšt — о кнуте.

В контексте предложения некоторые имитативы как будто не всегда употребляются на своём месте, например: Он lāpt, lāpt и летит с гусём. Имитатив lāpt, вероятно, больше подошёл бы для обозначения ходьбы, бега. Движение полёта обозначается имитативами plàst, plùst. В говоре последние употребляются и без форманта t: Plàs, plàs взлетела (полетела) paū́kštė и упала | Поднялась paū́kštė — plàst', plàst' и улетела.

В этой местности движение небольшого огня весьма своеобразно и точно передаёт имитатив vīrp't, например: Vīrp't', vīrp't' огонёк и идёт, идёт | (Ср. также: Говорит брат: (| бра-ту) — только идёт тот огонёк ти žiù, žiù, žiù) | Идёт огонь vēpt', vēpt' — наверху там поднялся передо мной.

Как и в других литовских диалектах, имитативы, обозначающие конкретные действия, характерные звуки живых существ или предметов, нередко заменяют глаголы разных времён (главным образом простого прошедшего времени) и выполняют в предложении функцию сказуемого: Он brūkš't' положил косу в амбар | Я čiupt' за веник — такой страх охватил | Он потихоньку, потихоньку и čiupt' её за хвост. Меня по бороде drāms't'... Медведица только пыль столбом | Как только kils't' загремело, так и закричал | Так баба как kliūs't' [кипятком], так у неё волосы и опустились | Тебя knāpt' и унесёт сорока | Knāpt' за того паренька и унесла | Тогда, как kōpt' за плетень, и разбежались | Как kriū́kšt', и упало на голову | Я так мёд lyžt', у меня по бороде течёт | Как link't', так dal'g't', и спина болит | Как залез, так mākt' в ту дыру | Корова ópt' и стоит | Он ещё ближе подошёл, она ему svȳs't' кусочек блина | Котёнок — ladūte... кашу ел у печки | Как trūkt', так и вывернул этот пень | Как только зазвонила та медведица, как turlum, и выбила пестом из печи | Šlēpš't' [на землю] ножка, šlēpt' метёлка | У неё ножка trēpt', метёлка lēpš't' | Один раз stūk, второй раз stūk, третий раз stūk — сидит [покойник].

Другие имитативы этого говора употребляются рядом с глаголами разных времён и соединяются с ними либо союзом ir, либо примыкают к ним без союза. В таком случае имитатив как бы иллюстрирует звуки, образы или ощущения, вызванные действием, выраженным глаголом, и вместе с ним образует сказуемое, например: Brinkt' — нож выпал | Čapt за хвост поймал | Я tā колбасу krāmst' жую | Баба kliūs't' вылила воду | Я так хлеб krāmst' жую, и зуб сломался | Mākt' француз и умер | Pūmpt' яблоко и упало | Stāk встал и начал.

Для усиления впечатления имитатив нередко повторяется два, три, даже четыре раза (такое употребление, возможно, менее характерно, когда имитатив стоит один, без глагола-

120

выполняет функцию сказуемого), например: Медведь: «дудун, дудун, дудун» — колом в дверь | «Квакт’, квакт’», уж закудахтала эта курица, идите (идите) посмотрите яйца | «Линкт’, линкт’» — кивнул головой и задремал | Кот сидел на печи, спрыгнул и «лижт’, лижт’» — отбросил хвост и убежал (погиб) | Все начали хлопать ладонями: «плапт’, плапт’, плапт’» (аплодировать) | «Цап, цап» — ощупывает (шарит), посмотрите (смотрите) — вот он | Лиса стучит (колотит) в окошко — «стук, стук» | «Тап, тап» — медведь идет в лавку | Волк «трыст’, трыст’» обгадил всех козлят | «Триу риу риу, триу риу риу», идите (идите) все | Петушок «тун, тун, тун» стучит лапкой (топает).

В одном и том же предложении гармонично и ладно сочетаются даже несколько звукоподражаний разной структуры, например: Одно колесо [смазанное маслом из козлятника] скрипит: «ой-ой-ой», другое — «ай-ай-ай», третье — «ры, ры, ры», а четвертое — «кувик-чирик». Первые два звукоподражания напоминают междометия, однако здесь речь идет о скрипе плохо смазанных колес. Звукоподражания иногда выполняют функцию имени существительного, например: «Дай чего-нибудь, тетушка, бурбт» (Так говорят парни, пришедшие на Троицу. Им нужно дать кусочек масла или что-нибудь еще, чтобы при бросании в принесенный ими кувшин с молоком раздался звук, напоминающий бурбт).

Зафиксированы образованные от звукоподражаний глаголы мгновенного действия с суффиксами -telt, -tert, обозначающими краткое, интенсивное действие или кратковременное состояние², например:

bùmtelti (: bùmt) — Нужно было быстро (быстро) стукнуть по нему поленом |

čiùptelti (: čiùpt) — Сидит барышня на высоком холме в красной шапочке; кто проходит, тот щипнет ее |

dilgtelti (: dilgt) — Отцу [пришла мысль] сходить к детям |

driókšterti (: driókšt) — Иногда из маленькой тучки так накрапывает, что достается [дождя] |

dùrstelt(i) (: dùrst) — Как проткну, так насквозь пробью |

dūštelti (: dūšt) — Птичка чихнула, пропал ее (запах) — ноздрей нет |

móstelti (: móst) — Только махнул рукой — и ее уже не стало |

pliáukštelti | pliáukšterti (: pliáukšt) — И как грянуло [ударила молния], так никому, только трем душам (людям) немного навредило | Хлопает (хлопает в ладоши) только руками от радости |

stùktelti | stùkterti (: stùkt) — Взял лучину и стукнул — двенадцать копий разбил | Нужно ударить эту свечку четками (четками) или перекрестить | И постучал дважды по окну спицами (спицами) |

švirkštelti | švirkšterti (: švirkšt) — Свистнул (свистнул) — и к ней прискакала лошадь | Она и свистнет, и хлопнет в ладоши |

Иногда некоторые звукоподражания становятся компонентом одного образного устойчивого выражения. Звукоподражание чаще всего становится его составляющей, когда стоящее рядом фразеологизируемое слово является существительным, например:

^² Tą ištiktukų ypatybę jau pastebėjo A. Leskynas, plačiau žr. jo straipsnį: Schallnachahmungen und Schallverba im Litauischen // Indogermanische Forschungen. 1902. Bd. 13. S. 165–212.

121

dingt galvōn «вспомнить»: Mān dingt' galvōn – pieną palikāu laukiōsa (ср. Galvōn dingtele' – mōku dar dvi giesmes) |

dūrst rañkā «поработать недолго»: Ānas tik dūrs't' rañkā ir vēl' daīros gertie (ср. Vyras čia rañkā dūrsteri, ti dūrsteri, kokis ti jō darbas – rinkdosi ir rinkdosi) |

kyšt kója «идти, шагать»: Āš vidun kója kyšt' – ānas živa (быстро) laukan (ср. Tik kója kyšt' [к ребёнку] – pȳksta [невестка] |

švīkšt skūrōn «ударить, стукнуть»: Momā jām skūrōn švīkš't' (ср. Āš jām gerai skūrōn švīksteriau).

ЗВУКОПОДРАЖАТЕЛЬНЫЕ МЕЖДОМЕТИЯ ГЕРВЯТСКОГО ДИАЛЕКТА

Резюме

В статье описываются наиболее характерные особенности звукоподражательных междометий герверчского говора: происхождение, окончания слов, структура и особенности употребления. Некоторые более характерные звукоподражательные междометия употребляются только в этом говоре, например: skikt, svīrpt, šēbulaīkšt, virpt.