Slaviškos šaknies žodžių vartojimo kitimai Jono Jaknavičiaus „Ewangelie Polskie y Litewskie“ 1647, 1674, 1679, 1690 ir 1705 m. leidimuose

Anželika Smetonienė

Go to original

Preparing document pages…

1 short passage of this localized version is shown in the original language because it could not be localized reliably.

ANŽELIKA METONIENĖ

Институт литовского языка

Направление научных исследований: лексика.

ИЗМЕНЕНИЯ В УПОТРЕБЛЕНИИ СЛОВ СО СЛАВЯНСКИМ КОРНЕМ В ИЗДАНИЯХ 1647, 1674, 1679, 1690 И 1705 ГГ. «ЕВАНГЕЛИЕ ПОЛЬСКОЕ И ЛИТОВСКОЕ» ЙОНАСА ЯКНАВИЧЮСА

Изменения в употреблении слов со славянским корнем в «Евангелие польское и литовское» Йонаса Якнавичюса в изданиях 1647, 1674, 1679, 1690 и 1705 годов

АННОТАЦИЯ

В статье сравниваются первые пять изданий труда Йонаса Якнавичюса Ewangelie Polskie y Litewskie. Исследуется, как в них менялось употребление слов славянского происхождения. Отмечено, что в Ewangelie Polskie y Litewskie Й. Якнавичюса встречаются разные случаи замены слов: в более поздних изданиях заимствования употребляются не только вместо исконных слов, но и на месте слов иного происхождения. Есть также случаи, когда в поздних изданиях закрепляется исконное слово, а не заимствование.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: Якнавичюс, заимствования, исконные слова, лексика, старые письменные памятники.

АННОТАЦИЯ

В статье сопоставляются первые пять изданий Ewangelie Polskie y Litewskie Йонаса Якунавичюса. Анализируется, как менялось употребление слов славянского происхождения. Все случаи замены слов в Ewangelie Polskie y Litewskie можно классифицировать следующим образом: 1. Слово иноязычного происхождения в более поздних изданиях JE заменяется исконным словом; 2. Исконное слово в более поздних изданиях заменяется словом иноязычного происхождения; 3. Одно заимствованное слово заменяется другим.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: Якунавичюс, заимствования, исконные слова, лексика, старые письменные памятники.

Straipsniai / Articles

ANŽELIKA SMETONIENĖ

ВВЕДЕНИЕ

Йонас Якунавичюс написал различные религиозные песнопения, небольшие катехизические книги, стихи на латинском языке; вероятнее всего, он перевёл на литовский язык некоторые отрывки из Евангелий Константина Сирвидаса Punktay sakimas (VLE VII 477), однако его наиболее известная работа — перевод Евангелий, опубликованный в сборнике Ewangelie Polskie y Litewskie. Этот сборник примечателен тем, что со времени его первого издания в 1647 г. переиздания выходили десятки раз на протяжении ещё нескольких столетий (Zinkevičius 1988: 269). Этот факт свидетельствует о необычайной популярности Ewangelie Polskie y Litewskie. И всё же по сравнению с другими старописьменными памятниками литовского языка Евангелия Я. Якунавичюса изучены мало. Больше всего труды этого автора исследовала Милда Лучинскене, подготовившая в 2005 г. факсимиле первого издания Евангелий Я. Якунавичюса с вводными статьями, в которых приводятся биография автора и сведения о его литературной деятельности, ставится проблема источников перевода и рассматривается язык Евангелий 1647 г. (Lučinskienė 2005). Эта исследовательница уже изучала издания 1647 и 1674 гг. Ewangelie Polskie y Litewskie Я. Якунавичюса: сопоставив графику и орфографию разных изданий, автор пришла к выводу, что в издании 1674 г. предпринималась попытка перейти к последовательному написанию (Lučinskienė 2003), а также передать формы восточноаукштайтских говоров (Lučinskienė 2001). М. Лучинскене обращала внимание не только на орфографию и лексику в разных изданиях Я. Якунавичюса, но и на изменения морфологических форм. Было замечено, что чаще всего менялись формы дательного падежа множественного числа и постпозиционные местные падежи (Lučinskienė 198). Следует также упомянуть совместную статью этой исследовательницы с Артурасом Юджентисом, в которой рассматриваются сравнительные конструкции простых и сложных предложений в издании 1647 г. (Judžentis, Lučinskienė 2008).

В упомянутых исследованиях М. Лучинскене уже обращалось внимание на орфографию, некоторые морфологические формы и особенности. Лексика — самый непостоянный пласт языка, быстрее всего реагирующий на изменения в различных сферах человеческой жизни. Заимствования, являясь частью лексики, также испытывают влияние внешних факторов; от них зависит и интенсивность заимствования (Urbatis 1978: 28). Первое издание Ewangelie Polskie y Litewskie Я. Якунавичюса (далее JEI), как уже упоминалось, традиционно датируется 1647 г., хотя есть предположения, что первое издание могло появиться в 1637-м или даже в 1635 г. (Lučinskienė 2001: 117–118). Второе издание вышло через несколько лет после смерти Я. Якунавичюса — в 1674 г. (далее JEII), третье — в 1679 г. (далее JEIII), четвёртое — в 1690 г. (далее JEIV), пятое — в 1705 г. (далее JEV) и т. д. Многочисленные издания Ewangelie Polskie y Litewskie Я. Якунавичюса удобны для изучения языковых изменений: в одном и том же тексте, издававшемся с интервалом в несколько десятилетий, могут отражаться некоторые языковые изменения. Язык изданий Евангелий Я. Якунавичюса XVII в., то есть 1647, 1674, 1679 и 1690 гг., менялся весьма незначительно (Lučinskienė 2005: 19), однако различия всё же имеются. В основном

Acta Linguistica Lithuanica LXXVI

Slaviškos šaknies žodžių vartojimo kitimai Jono Jaknavičiaus Ewangēlie Polskie y Litewskie 1647, 1674, 1679, 1690 ir 1705 m. leidimuose

jų yra antrajame leidime (Lučinskienė 2005: 19) ir nemažai keista būtent leksika (Lučinskienė 2001: 118). Vėlesnių XVII a. leidimų leksika nuo 1674 m. leidimo leksikos jau beveik nesiskiria. Kitas lūžis įvyko 1705 m. leidime. Tradiciškai 1705 m. yra laikomi rytinio raštų kalbos varianto išnykimo riba (Zinkevičius 1988: 276–277) ir tais metais pasirodžius J. Jaknavičiaus evangelijos buvo perrašytos vidiniu raštų kalbos variantu. 1705 m. leidimas buvo pagrindas vėlesniems Ewangēlie Polskie y Litewskie leidimams (Lučinskienė 2005: 19).

Учитывая сходства и различия между изданиями Евангелий Я. Якунавичюса, материал для этой статьи собирался по пяти первым изданиям: 1647, 1674, 1679, 1690 и 1705 гг. Объект статьи — славизмы и гибриды со славянской основой, а также их употребление в пяти первых изданиях Ewangēlie Polskie y Litewskie. Цель — установить, как менялось употребление заимствований в переводах Евангелий Я. Якунавичюса, то есть какие заимствования в той же позиции заменялись другими заимствованиями, гибридами или исконными словами и, наоборот, какие исконные слова заменялись словами иноязычного происхождения, а также выявить связь между этими изменениями, источником перевода и происхождением заимствований. Для достижения этой цели тексты на литовском языке из упомянутых изданий Ewangēlie Polskie y Litewskie сопоставлялись с приведённым рядом польским оригиналом.

ПОНЯТИЕ СЛАВИЗМОВ

Для ясности необходимо кратко пояснить, какие славизмы в этой статье считаются полонизмами, какие — заимствованиями из восточнославянских языков или заимствованиями неясного происхождения. Принято считать, что заимствования — это языковые элементы, перенятые из языка-донора в язык-реципиент в ходе различных контактов (экономических, культурных, политических и т. д.) (Jakaitienė 2009: 227), в той или иной степени характерные для всех языков (Sabaliauskas 1990: 268). По происхождению заимствования делятся на заимствования из соседних языков и заимствования из более отдалённых языков через посредство других языков, то есть интернационализмы. В последнее время появился несколько иной подход к славизмам: полонизмами называют не только заимствования из западнославянских языков, непосредственно проникшие в литовский через польский, но и проникшие через восточнославянские языки, то есть через канцелярский язык ВКЛ, если морфологическая структура и семантическое целое заимствования тождественны лексической единице польского языка (Kregždys 2014: 195). Такой подход размывает границы между интернационализмами и классификацией славизмов в зависимости от интерпретации пути проникновения заимствования в язык-реципиент, поэтому в статье придерживаются традиционного мнения: заимствования из соседних языков рассматриваются с учётом последнего языка, из которого заимствование попало в язык-реципиент (Jakaitienė 2009: 231–233). Для краткости, не вдаваясь в подробное описание истории соседних славянских языков, можно выделить следующие источники славизмов в литовском языке: древнерусский язык, точнее его западный вариант (наиболее древние

Straipsniai / Articles

ANŽELIKA SMETONIENĖ

lietuvių kalbos slavizmai, IX–XI a. (Būga 1958: 351; LKE 503), rusėnų kalba¹ (nuo XV a. vidurio), lenkų kalba (senoji, apimanti XV–XVI a., vidurinioji, vartota iki XVII a., ir dabartinė lenkų kalba), lenkų kalbos tarmės, dabartinė baltarusių kalba ir jos tarmės, ukrainiečių kalba ir jos tarmės. Šiam straipsniui aktualūs yra skoliniai iš rusėnų kalbos, senosios rusų kalbos ir lenkų kalbos (apimančios senąją ir viduriniąją jos laikotarpį). Skoliniai, atėję tiesiogiai iš lenkų kalbos, vadinami polonizmais, iš senosios rusų ir rusėnų kalbos – skoliniais iš rytų slavų. Slavizmai, kurių šaltinis gali būti arba lenkų kalba, arba rytų slavų kalbos, vadinami neaiškios kilmės slavizmais.

При исследовании славянизмов неизбежно приходится сталкиваться с гибридами. Это слова, «наряду со своим, имеющие также формы, необычные для других языков» (LKE 2008: 207). Гибриды обычно считают промежуточным звеном между заимствованиями и исконными словами (Keinys 1984: 117). В евангелиях Й. Якавичюса гибридов немного, однако в некоторых случаях определение иностранного происхождения слова гораздо уместнее, чем славянизм, поскольку последнее не охватывает слова, имеющие также словообразовательный формант литовского языка.

СЛУЧАИ ИЗМЕНЕНИЯ ПРОИСХОЖДЕНИЯ СЛОВ

J. Jaknavičiaus Evangelie Polskie y Litewskie 1674, 1679, 1690 ir 1705 m. leidimu tekstuose esama tam tikrų pildymų, kurie lemia svetimos kilmės žodžių skaičiaus skirtumus atskiruose leidimuose. Esminis skirtumas, kad JEI nėra apie 30 eilučių ilgio „Lituanica Confessio“ (JEI 219,1; JEII 219,1; JEIV 225,1; JEV 212,10). 1674 m. prieda ir perikopė, skirta Šv. Juozapui (Lučinskienė 2005: 19). Be to, 1705 m. leidime papildomai įdėta gana ilga malda (JEV 213,6–214,28), kurioje kaip tik gausu svetimos kilmės žodžių. Pirmuose J. Jaknavičiaus evangelijų leidimuose nepasikartojančių svetimos kilmės žodžių aptikta: JEI – 182; JEII – 182; JEIII – 182; JEIV – 184; JEV – 194. Nors pačių svetimos kilmės žodžių kaip vienetų skaičius beveik visuose leidimuose yra vienodas, jų vartojimo dažnumas skiriasi. Šiam straipsniui aktualūs tik 65 atvejai, t. y. tie, kai indigenų žodį vėlesniuose leidimuose toje pačioje pozicijoje

¹ Русинский язык лишь первоначально использовался как канцелярский, но уже в середине XV века стал широко употребляться (Temčinas 2012: 47), в том числе в религиозных текстах, поэтому применяемый в литовском языкознании термин канцелярский язык неточен, поскольку охватывает лишь одну из его функций. Русинским языком нередко называют следующие языки: западнорусский (западнорусский язык), старобелорусский (старобелорусский язык), старобелорусский литературный (старобелорусский литературный язык), староукраинский (староукраинский язык), староукраинский книжный (староукраинский книжный язык) или даже польско-белорусский (język polsko-białoruski) язык (Мякишев 2008: 16).

Acta Linguistica Lithuanica LXXVI

Slaviškos šaknies žodžių vartojimo kitimai Jono Jaknavičiaus Ewangelie Polskie y Liteskie 1647, 1674, 1679, 1690 ir 1705 m. leidimuose

заменяет заимствование или наоборот, а также когда одно заимствование заменяется другим. Довольно часто рядом с заимствованием в скобках приводится исконное слово. С учетом происхождения заменяемых слов все случаи можно разделить на три группы: 1) слово иностранного происхождения в позднейших изданиях заменяется исконным словом, из лексических вариантов выбирается исконное слово (25 случаев: adna (valanda) JEI 22,20, JEI 161,22 > valanda JEI 25,2, JEI 166,10; akmuo girnos (malnčia) JEI 193,12 > akmuo girnos JEI 199,15; daboti JEI 11,10 > veizdėti JEV 11,21; desetina JEI 105,10 > dešimtine JEV 106,18; kraštai (rubežiai) JEI 152,12 > kraštai JEI 157,10; magistras (mokytojas) JEI 171,11 > mokytojas JEI 177,11; mistras JEI 106,18, JEI 130,9, JEI 119,2 > mokytojas JEV 109,19, JEV 132,3, JEV 120,23; nusidėjusieji (griešnai) JEI 191,14, JEI 191,23 > nusidėjusieji JEI 197,17, JEI 197,23; nusidėjusioji (griešnė) JEI 181,11, JEI 81,24 > nusidėjusioji JEI 187,6, JEI 188,2; pragaras (pekla) JEI 194,16 > pragaras JEI 200,17; rodys (sukalbinėti) JEI 130,3 > sukalbinėti JEI 136,3; slūžyti JEI 112,18, JEI 161,10 > tarnauti JEI 118,13, JEI 166,2; valanda (adna) JEI 27,5 > valanda JEI 29,23; vienas JEI 142,14, JEI 142,16 > teisus JEI 147,14, JEI 147,15; vienas (teisus) JEI 141,26, JEI 142,1 > teisus JEI 147,2, JEI 147,3; viršus (viškos) JEI 40,26 > viršus JEI 44,16; žyvatas (gyvenimas) JEI 185,22 > gyvenimas JEI 192,5); 2) исконное слово в позднейших изданиях заменяется словом иностранного происхождения, из лексических вариантов выбирается слово иностранного происхождения (14 случаев: drauginykas JEI 128,17 > tavorius JEI 134,13, tavoričius JEV 130,12; drauginykas JEI 129,13 > tavorius JEI 135,7, tavoričius JEV 136,24, tavorius JEV 131,6; elgetauti (žebravoti) JEI 101,10 > žebravoti JEI 107,1; gailėjimas JEI 66,13 > pakūta JEV 67,13; iškuptas JEI 46,15 > išandžytas JEI 50,18; išdas (skarbas) JEI 178,23, JEI 180,15 > skarbas JEI 184,22, JEI 186,16; metas JEI 88,22 > adna JEV 90,3; meti JEI 43,12 > padaboti JEV 43,24; tolygus JEI 180,11 > padnus JEI 186,13, padnas JEV 180,7; veidas (abrazas) JEI 131,2 > abrazas JEI 137,2; viešpats (gaspadorius) JEI 180,12 > gaspadorius JEI 186,14; žokanas (istymas) JEI 190,5, JEI 196,23 > žokanas JEI 196,10, JEI 202,21); 3) слова иностранного происхождения заменяются другими словами иностранного происхождения (11 случаев: abda JEI 34,5 > kriva JEV 34,18; mierūti JEI 87,10 > mieruoti JEV 88,16; padarė JEI 9,19 > gaspada JEV 10,5; padurnykas JEI 110,7 > gaspadorius JEV 111,21; persuna JEI 130,15 > asaba JEV 132,8; prieanykas (prieras) JEI 105,6 > prieanykas JEI 110,19; sėbras JEI 94,8, JEI 95,2 > tavorščius JEV 95,17, JEV 96,13; sugata JEI 88,25 > gatava JEV 90,6; ūskupas JEI 7,8, JEI 172,16 > vyskupas JEI 8,2, JEI 178,13. К этой группе относятся также взаимные замены слов angel as, aniolas, anielas в первых пяти изданиях JE — всего 15 случаев).

Упомянутые случаи составляют лишь небольшую часть лексики JE, однако одни только изменения слов с учетом их происхождения (исконные <> иностранного происхождения) показывают, что утверждение М. Лучинскене о том, что лексика JE наиболее существенно изменилась во втором издании,

Straipsniai / Articles

ANŽELIKA SMETONIENĖ

а затем — в 1705 г. (Lučinskienė 2005, 19; Lučinskienė 2001, 118–119), совершенно верно. Из всех 65 случаев изменения, когда исконное слово заменялось словом иностранного происхождения или наоборот, замена одних слов иностранного происхождения другими словами иностранного происхождения, а также отказ от лексических вариантов произошли в издании 174 г. или в издании 1705 г. (за исключением хатишских

Изменения в употреблении слов славянского происхождения в изданиях Jono Jaknavičiaus Ewangielie Polskie y Litewskie 1647, 1674, 1679, 1690 и 1705 гг.

Изменение в источнике JEIJEIOriginalasJEIOriginalasJE VOriginalasslūžti 161,10slūžę 161,8tarnauti 166,2slūžę 166,8tarnauti 160,16slūžę 160,14tolygus 180,11podobnym być 180,12padbnus 186,13podobnym być 186,15padbnas 180,7podobnym być 180,8vienas 142,14wierny 142,10teisus 147,14wierny 147,15teisus 142,16wierny 142,15vienas 142,16wierny 142,12teisus 147,15wierny 147,16teisus 142,17wierny 142,16vyskupas 7,8arcykapan 7,7bySkupas 8,2arcykapan 7,23bySkupas 7,16arcykapan 7,18vyskupas 172,16biskup 130,19bySkupas 178,13biskup 178,14bySkupas 172,18biskup 172,20

Изменение в источнике JE VJEIOriginalasJEIOriginalasJE VOriginalasabyda 34,5krzywda 34,4abyda 37,13krzywda 37,11krivda 34,18krzywda 34,19dabo 11,10oglądać 11,11dabo 12,13oglądać 11,10veizdėti 11,21oglądać 11,23desetina 105,10dziesięcina 105,10desetina 110,23dziesięcina 111,1dėstinė 106,18dziesięcina 106,21galėjimas 66,13pokuta 66,17galėjimas 72,3galėjimas 72,1pokuta 67,13pokuta 67,5metas 88,22godzina 88,24metas 94,15godzina 94,15adyna 90,3godzina 90,3mėgti 43,12upodobać 43,12mėgti 47,9upodobać 47,7pasidaboti 43,24upodab 43,16mieryti 87,10mierzyć 87,12mieryti 93,4mierzyć 93,4mìeruoti 88,16mierzyć 88,16mistras 108,5nauczyciel 108,6mistras 114,1nauczyciel 113,24mokytojas 109,19nauczyciel 109,19mistras 119,2nauczyciel 119,3mistras 125,4nauczyciel 125,4mokytojas 120,23nauczyciel 120,25mistras 130,9nauczyciel 130,9mistras 136,8nauczyciel 136,8mokytojas 132,3nauczyciel 131,25padare 9,19gospoda 9,19padare 10,18gospoda 10,16gaspada 10,5gospoda 10,6

Stripsniai / Articles

ANŽELIKA SMETONIENĖ

Изменение произошло в IEV

JEI

Оригинал

JEI

Оригинал

IEV

Оригинал

падварнас 110,7

господар 110,8

падварнас 115,25

господар 116,2

gasparius 111,21

gospodar 11,22

персона 130,15

osoba 130,16

персона 136,13

osoba 136,14

asaba 132,8

osoba 132,6

sēbras 94,8

towarzsz 94,8

sēbras (00,1

towarzsz 100,2

tavorščius 95,17

towarzsz 95,17

sēbras 95,2

towarzsz 95,2

sēbras 100,21

towarzsz 100,21

tavorščius 96,13

towarzsz 96,10

sugatauta 88,25

gotowo 89,1

sugatauta 94,18

gotowo 94,19

gatava 90,6

gotowo 90,7

Из лексических вариантов JEI выбирается одно слово

JEI

Originalas

JEI

Originalas

IEV

Originalas

adna (час) 22,20

godzina 22,25

час 25,2

godzina 25,1

час 23,7

час 23,8

adna (час) 161,22

час 161,23

час 166,10

час 160,24

час 160,21

камень (мельница) 193,12

камень мельничный 193,14

камень жернова 199,15

камень мельничный 199,15

жернова 193,2

камень мельничный 193,3

нищенствовать (попрошайничать) 101,10

просить милостыню 101,8

попрошайничать 107,1

просить милостыню 106,24

попрошайничать 102,18

просить милостыню 104,18

казна (skabas) 178,23

сокровище 178,21

skabas 184,22

сокровище 184,23

skabas 178,18

сокровище 178,18

казна (skabas) 180,15

сокровище 180,15

skabas 186,16

сокровище 186,17

skabas 180,10

сокровище 180,11

закон (żokanas) 196,23

żakon 196,27

żokanas 202,21

żakon 202,22

żokanas 196,8

żakon 196,12

граница (рубежи) 152,12

granica 152,13

krāsti 157,10

granica 157,11

krāsti 152,5

granica 152,4

магистр (учитель) 171,11

nauczyciel 171,17

учитель 177,11

nauczyciel 177,11

учитель 171,14

nauczyciel 171,19

Acta Linguistica Lithuanica LXXVI

Изменения в употреблении слов славянского происхождения в изданиях «Ewangelie Polskie y Litewskie» Йонаса Якнавичюса 1647, 1674, 1679, 1690 и 1705 гг.

Из лексических вариантов JEI в JEI выбирается одно slovoJEIOriginalasJEIOriginalasJEVOriginalasгрешники (гриэшнай) 191,14grzeszniki 191,14грешники 197,17grzeszniki 197,16грешники 191,2grzeszniki 190,26грешники (гриэшнай) 191,23grzeszniki 191,21грешники 197,23grzeszniki 197,23грешники 191,9grzeszniki 191,7грешница (гриэшнэ) 181,1grzesznica 181,1грешница 187,6grzesznica 187,5грешница 180,22grzesznica 180,23грешница (гриэшнэ) 181,24grzesznica 181,24грешница 188,2grzesznica 188,1грешница 181,17grzesznica 181,18ад (пэкла) 194,16piekło 194,16ад 200,17piekło 200,15ад 194,4piekło 194,3приаугас (приас) 105,6cudołożnik 105,6приаугас 110,19cudołożnik 110,21приаугас 106,14cudołożnik 106,17показываться (сусикалбэти) 130,3radzić 130,3переговариваться 136,3radzić 136,3переговариваться 131,22radzić 131,20час (адна) 27,5godzina 27,6час 29,23godzina 29,23час 27,23godzina 27,20лицо (образ) 131,2obraz 131,2образ 137,2obraz 137,2образ 132,21obraz 132,19один (праведный) 141,26wierny 141,24праведный 147,2wierny 147,3праведный 142,4wierny 142,2один (праведный) 142,1wierny 141,26праведный 147,3wierny 147,4праведный 142,5wierny 142,4господин семьи (господарус) 180,12gospodarz 180,13господориус 186,14gospodarz 186,16господариус 180,8gospodarz 180,9верх (вишкос) 40,26ganek 40,24верх (44,16)ganek 44,13верх 41,11ganek 41,4зоканас (закон) 190,5zakon 190,4зоканас 196,10zakon (196,10)зоканас 189,17zakon 189,19

Str sería

Straipsniai / Articles

ANŽELIKA SMETONIENĖ

Как видно из таблицы, во всех рассмотренных случаях текст польского оригинала не влиял на замену слов в литовском переводе. Особенно это проявляется в конкуренции приведённых выше слов angelas, aniolas, anielas: в польском языке употребляется только aniol, и нет никакого слова, которое могло бы обусловить употребление литовских anielas или angelas в JE, хотя эти слова зафиксированы не только во втором и пятом изданиях, но также в третьем и четвёртом (см. табл. 2).

ТАБЛИЦА 2. Конкуренция слов angelas, aniolas и anielas в JE

А можно предположить, что изменение исследуемых слов в JE было обусловлено не польским оригиналом, а исключительно процессами литовского языка или редакторами более поздних изданий Евангелий. Возможно, по крайней мере слова иноязычного происхождения заменялись другими словами иноязычного происхождения из-за их происхождения, то есть, вероятно, заимствования

Acta Linguistica Lithuanica LXXVI

Slaviškos šaknies žodžių vartojimo kitimai Jono Jaknavičiaus Ewangielie Polskie y Litewskie 1647, 1674, 1679, 1690 ir 1705 m. leidimuose

вытеснялись восточнославянские слова из-за укрепившихся позиций польского языка.

ПРОИСХОЖДЕНИЕ ЗАИМСТВОВАНИЙ И ЕГО ВЛИЯНИЕ НА УПОТРЕБЛЕНИЕ

XVII век в истории литовского языка отмечен определённым упадком: в старых текстах на литовском языке стало больше заимствований (Zinkevičius 1988: 276–277). В Великом княжестве Литовском и ранее функционировало несколько языков: церковнославянский, латинский, польский, литовский, руський. Последний с XV века начали использовать не только как канцелярский, но и в религиозных текстах. Тем не менее после конца XVII века, когда официальным языком стал польский, начались особенно быстрое ополячивание знати и сужение сфер употребления литовского языка. Исходя из этих фактов можно предположить, что в JE заимствования старого слоя, пришедшие из восточнославянских языков, постепенно вытеснялись полонизмами.

Стоит начать с того, что случаев замены одних слов иноязычного происхождения другими словами иноязычного происхождения всего 26, однако некоторые слова повторяются, поэтому рассмотреть нужно только пары: abyda > krivda; mierÿti > mieruoti; padare > gaspada; padarnÿkas > gaspadorius; persuna > asaba; prierunek (prieras) > prierunek; sėbras > favorčius; sugavÿta > gatava; vÿskupas > byskupas и взаимная замена an-gelas, aniolas, anielas.

Первая пара — sugavÿta > gatava — состоит из однокоренных слов, и различия в происхождении здесь нет: Ir nufnte tarnu fawo metu wieczerios kalbet pakwietiemus adnt ataytu / nes iau fugatawita ira wis (JE 88,20–89,1); Ir nufnte tana fawa / adinoy wieczerios kalbet pakwietiemus idant ataytu / nes iau gatava ira wis (JE 90,2–90,7). Источник глагола gatyti, -ija, -ijo ‘готовить, изготовлять’ (LKŽ) и прилагательного gatavas, -a ‘законченный, сделанный, приготовленный’ (LKŽ) вряд ли можно установить, поскольку языком-донором могли быть и восточнославянские языки (рус. готовитъ ‘готовить, изготовлять’ (ГСБМ VII 120; МДЧМ I 187); ст.-рус. готовити ‘готовить; изготовлять; делать запасы’ (СДЯ I,1: 573; СРЯ11–17 IV 110; СДЯ11–14 II 375); руськ. готовый, готовый, готов, готовити 1. ‘приготовленный, приведённый в порядок, законченный’ 2. ‘наличные деньги’ (ГСБМ VII 120; СМ I 258; МДЧМ I 187), ст.-рус. готовы ‘приготовленный, пригодный к употреблению, использованию; готовый’ (СДЯ I,1: 573; СРЯ11–17 IV 111; СДЯ11–14 II 375)), а также польский язык (п. gotowić ‘делать пригодным к употреблению, использованию’ (SPol VIII 68); п. gotowy ‘готовый, приготовленный, законченный’ (SPol VII 70; SS II 476; SJP XVII)), следовательно, различие между словами возникло лишь в результате стилистического выбора.

Говорить о замене одного слова иноязычного происхождения другим из-за различий в происхождении также нельзя в случае prieras ‘любовница’ (LKŽ) > prierunek ‘распутник, прелюбодей’ (LKŽ). Существительное prieras является заимствованием из польского fryjer

Straipsniai / Articles

ANŽELIKA SMETONIENĖ

frjerz ‘распутник, чужеземец, любовник’ (Spol VII 136). Уже в издании 1620 года Dictionarium trium linguarum К. Сирвида польское существительное fryerz переводится на литовский как prieras (SDI 32). А prienukas — литовское производное от глагола prierauti, -auja, -avo ‘изменять, прелюбодействовать’ (LKŽ), который также засвидетельствован в словаре К. Сирвида и в сочинениях М. Мажвидаса. Сам глагол также является гибридом. Таким образом, существительное prieras — заимствование из польского, а prienukas — гибрид с польским корнем.

Существительные padarė 1. ‘двор, усадьба’; 2. ‘постоялый двор, гостиница, трактир’ (LKŽ) > gaspada 1. ‘постоялый двор; трактир; гостиница’; 2. ‘жилище; хозяйство, двор’ (LKŽ) и padarykas ‘хозяин дома, постоялого двора, хозяйства’ (LKŽ) > gaspadorius 1. ‘владелец хозяйства, хозяин дома, двора’; 2. ‘старший работник поместья, управляющий’; 3. ‘первый маленький сноп с начатого жать ржаного поля’ (LKŽ) стоит рассмотреть вместе. Пранас Скарџюс утверждал, что происхождение заимствования padarė неясно (Skardžius 1998: 208). По-видимому, к такому мнению привёл тот факт, что формально источник заимствования можно найти и в польском языке (польск. podworze, podwórze 1. ‘открытая площадка у дома’; 2. ‘двор’ (Spol XXVI 107; SS VI 285), и в восточнославянских языках (руськ. подворье, подворе, подворье, подворье 1. ‘дом с двором и всеми хозяйственными постройками’; 2. ‘гостиница’; 3. ‘двор’; 4. ‘дорога, путешествие’ (ГСМ XXV 185); ст.-рус. подворье, подворье, подворье 1. ‘дом с двором и другими постройками’; 2. ‘усадьба, дом для временного проживания’; 3. ‘дом в городе при церкви, предназначенный для временного проживания духовенства’ (СДЯ II,2: 106; СРЯ11–17 XV 24). Однако значения заимствования показывают, что оно было заимствовано из последних языков, поскольку в польском podworze не употребляется в значении ‘постоялый двор, гостиница, трактир’. Между тем padarykas могло быть заимствовано из польского (podownik ‘управляющий домом, хозяйством; слуга в поместье’ (Spol XXVI 107; SS VI 283)) или из восточнославянских языков (руськ. подворник 1. ‘управляющий домом, хозяйством; слуга’; 2. ‘хозяин гостиницы, трактира’ (ГСМ XV 184)), а Войцех Смоциньский предлагает считать это существительное производным от padarė с суффиксом -nykas, поскольку в словарях современного белорусского языка не найдено соответствие padarykas (Smoczyński 2016: 843). Тем не менее при изучении данных словарей старых славянских языков, составленных Я. Швабе, обнаруживаются слова, которые могли быть источником padarykas. Однако в данном случае нет признака, который позволил бы точнее определить происхождение заимствования. П. Скарџюс также указывает, что существительное padarykas могло быть заимствовано либо из восточнославянских языков, либо из польского (Skardžius 1998: 208).

Padarė ir padarykas в JEV были заменены заимствованиями gaspada и gaspadorius. ALEW указывает, что происхождение обоих этих слов неясно: соответствия есть и в восточнославянских языках, и в польском (ALEW I 298). Существуют мнения, что gaspadorius имеет восточнославянское происхождение (Skardžius 1998: 132; Smoczyński 2016: 303), а gaspada — заимствование либо из польского, либо из восточнославянских языков (Skardžius 1998: 132; Smoczyński 2016: 303). Однако данные славянских языков показывают, что как

Acta Linguistica Lithuanica LXXVI

Slaviškos šaknies žodžių vartojimo kitimai

gaspada, как и gasporius, имеет соответствие в польском языке и восточнославянских языках (рус. основа 1. ‘дом, хозяйство’; 2. ‘постоялый двор, трактир’; 3. ‘комната, помещение’ (ГСБМ VII 101); основарь, коеснодарь 1. ‘господин’; 2. ‘владелец хозяйства, хозяин дома, двора’; 3. ‘управляющий’ (ГСБМ VII 105); др.-рус. основа ‘дом, хозяйство’ (СРЯ11–17 IV 100); основарь ‘господин, хозяин, владыка’ (СДЯ I,1: 563; СРЯ11–17 IV 100); польск. gospoda ‘гостиница, трактир; частный дом, хозяйство; местность’ (Spol VII 32; SP XVII); gospodarz 1. ‘хозяин дома’; 2. ‘правитель’; 3. ‘владелец чего-либо’; 4. ‘умеющий хорошо вести хозяйство, управлять’; 5. ‘хозяин трактира, гостиницы’ (Spol VII 49; SP XVII)), поэтому вряд ли можно установить язык-донор заимствований. Чаще всего, если слово в славянских языках является наследственным (праслав. *gospoda, *gospodarь (ЭССЯ VII 59–59)), то ни фонетика, ни семантика заимствования, ни другие критерии не указывают точный путь его проникновения в литовский язык.

Обычное в современном литовском языке существительное vyskupas ‘христианский священнослужитель, имеющий высший сан’ (LKŽe) является переделкой заимствования из польского языка biskupas ‘епископ’ (LKŽe) (польск. biskup 1. ‘священнослужитель, имеющий высший сан’; 2. ‘надзиратель’; 3. ‘определённый вид пытки’ (Spol II 153)). По мнению W. Smoczyńskiego, чередование v / b обычно для литовского языка (Smoczyński 2016: 1587). Это означало бы, что первоначальный вариант заимствования засвидетельствован в более поздних изданиях – JEI, JEII, JEIV и JEV.

Оба существительных из пары abyda 1. ‘ущерб, обида, оскорбление’; 2. ‘стыд’ (LKŽe) > krivda 1. ‘ущерб’; 2. ‘вина’; 3. ‘непрямой, кривой путь (к цели), обман’ (LKŽe) не являются устаревшими в современном литовском языке. Существительное abyda пришло из восточнославянских языков (рутен. обида ‘ущерб’ (ГСБМ XXI 151; ССМ II 68); др.-рус. обида 1. ‘ущерб, оскорбление’; 2. ‘спор’; 3. ‘вражда’ (СДЯ II,1: 502; СРЯ11–17 XII 49)). В словарях старопольского языка нет слова, которое могло бы быть источником заимствования abyda. На такой возможный источник в польском языке XVI–XVII вв. не указывают и некоторые старые памятники литовского языка: сопоставление употребления существительного abyda в катехизисе и постилле Микалоюса Даукши с соответствиями в польском оригинале показывает, что во всех случаях это существительное переводит krzywda. Во всех изданиях словаря К. Сирвида существительным abyda поясняется польское слово przyśka, а в Punktuose sakymų, при переводе текста на польский язык, abyda переведено как hańba. Только в современном польском диалекте есть слово, формально соответствующее abyda (польск. диал. obid ‘отвращение’ (SP III 459)), однако его значение не совпадает со значениями литовского заимствования.

Определение происхождения существительного krivda, однако, затруднительно. Во-первых, возможные источники заимствования имеются и в восточнославянских языках (рутен. кривда, кривьда 1. ‘ущерб’; 2. ‘оскорбление, стыд’; 3. ‘неправда’; 4. ‘жалоба’ (ГСБМ XVI 131; ССМ I 513; МДСУМ I 384); др.-рус. кривда ‘несправедливость; ложь’ (СДЯ I,2: 1322; СРЯ11–17 VIII 53)) и в польском языке (польск. krzywda 1. ‘ущерб, несправедливость;

Straipsniai / Articles

ANŽELIKA SMETONIENĖ

2. ‘спор’; 3. ‘неправда, оскорбление’ (Spol XI 334; SS II 415). Во-вторых, в старых литовских письменных памятниках употребляется не только krivida, но и krivda. Первое характеризуется как заимствование неясного происхождения (Būga 1959: 32; Fraenkel 1962: 300), а krivda — как заимствование неясного происхождения (Būga 1959: 32; Fraenkel 1962: 300), либо выдвигается предположение, что -i- здесь является вставным (Skardžius 1998: 168). Если принять это предположение, krivda — древнее заимствование: оно должно было прийти ещё до редукции гласных (ср. *krivda). Этот процесс завершился около XII в. (ИПЯ 67), поэтому заимствование пришло в литовский язык из древнерусского. Таким образом, в JEI была распространённая форма заимствования, пришедшая из рутенского или древнерусского языка (abda), а в пятом издании JE — заимствование неясного происхождения или, если исключить возможность наличия в этом слове следов b, заимствование из древнерусского языка.

Единственная пара глаголов в этой группе — mieri, -ija, -ijo 1. ‘измерять’; 2. ‘целиться’ (LKŽ) > mieruoti, -uoja, -avo 1. ‘измерять’; 2. ‘отмерять’; 3. ‘примерять, подгонять’; 4. ‘целиться’ (LKŽ). Первое заимствование могло прийти из старопольского или восточнославянских языков (рутен. мерити, мерити 1. ‘измерять’; 2. ‘примерять, подгонять’; 3. ‘целиться’ (ГСМ XVII 346; др.-рус. мерити 1. ‘измерять’; 2. ‘примерять, подгонять’; 3. ‘ограничивать’ (СДЯ II,1: 243; СРЯ11–17 IX 100; СДЯ11–14 V 106); польск. mierzyć 1. ‘измерять’; 2. ‘взвешивать’; 3. ‘целиться’ (Spol XIV 42; SS IV 234). Mieruoti, -uoja, -avo следует считать гибридом: суффикс -uoti нехарактерен для заимствований из славянских языков. Как показывают старые письменные памятники XVI–XVII вв., этот гибрид употребляется чаще, чем заимствование mieri, -ija, -ijo: mieruoti, -uoja, -avo засвидетельствовано не только в JE, но и в DK 142, VlnE 150, SDI 106, SPI 179, SG 57, KN SE 20, ChNT 16, а mieri, -ija, -ijo — только в Mž 517, SDI 10, KN SE 105. Обычно считают, что mieruoti, -uoja, -avo — литовское производное от miera, mieros 1. ‘единица измерения, мера’; 2. ‘измерительный инструмент’; 3. ‘сосуд, которым что-либо отмеряют, мера’; 4. ‘количество чего-либо, равное вместимости старинной меры для зерна’; 5. ‘рюмка для крепких напитков; мерка’; 6. ‘размер’; 7. ‘дым, высота, толщина’; 8. ‘цель’ (LKŽ) (Skardžius 1998: 450; Fraenkel 1962: 188). В четырёх изданиях JE употреблявшееся заимствование mieri, -ija, -ijo JE заменил более распространённым гибридом.

Существительное tavorščius 1. ‘друг, товарищ’; 2. ‘соучастник, компаньон’; 3. ‘спутник в путешествии’ (LKŽ) уже упоминалось: уже в JEI оно записано вместо drauginas (JEI 128,17; 129,13). Заимствование tavorščius также заменило существительное sėbras, -ė 1. ‘тот, кто совместно с другим держит пчёл, друг, пчеловод’; 2. ‘друг’; 3. ‘партнёр по покупке или продаже, участник обмена’; 4. ‘сообщник’; 5. ‘участник дурных дел, дурной компании, соучастник’ (LKŽ), но не в издании 1674 г., а в издании 1705 г. Существительное sėbras, -ė следует считать рутенизмом в литовском языке из-за его фонетики (рутен. сѣбръ, сѣбръ 1. ‘сообщник’; 2. ‘сосед, член одной общины’ (МДСМ II 383; СДЯ II,1: 907)). Праславянская форма реконструируется как *sębr (ЕСМ V 495; ЭСБМ XIII 135). Последняя

Acta Linguistica Lithuanica LXXVI

Slaviškos šaknies žodžių vartojimo kitimai Jono Jaknavičiaus Ewangiele Polskie y Litewskie 1647, 1674, 1679, 1690 ir 1705 m. leidimuose

Носовой звук в польском языке не отражается, поэтому и польское siabr, siebr ‘wspólnik’ (SS VIII 159), вероятнее всего, является в этом языке русизмом. Происхождение заимствования tavòrščius очевидно: обычно указывается, что tavòrščius (и его варианты tavòrščias, tavòrkščias, tavòrčius, stavorčius tavorius) заимствованы из восточнославянских языков (Smoczyński 2016: 136; ALEW II 1084). Однако П. Скаржюс разграничивает tavoriščius (а также tavorius) и tavorius: последнее слово он выводит из польского towarzysz или восточнославянского мованъ, а заимствование tavòrščius, tavòrčius — из восточнославянского мовапъ (Skardžius 1998: 278). Фонетика заимствований показывает, что для разграничения происхождения этих слов есть основания. Кстати, в JEI и JEII употребляется tavòrčius (JEI 135,7, JEII 135,7), в JEIV — tavòrčius (136,4) и tavorius (136,24), в JEV — tavòrčius (130,12), а в рассматриваемых здесь местах — tavòrščius (95,17). В славянских языках соответствующие слова имеют много вариантов: в руськом мованъ, мавапъ, маванъ, мовапъ, мовапъ, мовапъ 1. ‘друг, товарищ’; 2. ‘попутчик’; 3. ‘человек, занимающийся тем же делом’; 4. ‘соучастник’; 5. ‘участник дурных дел, плохой компании, сообщник’ (ГСБ XXII 331, 333); в древнерусском мовапъ 1. ‘тот, кто занимается тем же делом’; 2. ‘помощник’; 3. ‘близкий человек, друг’; 4. ‘небольшие города и поселения, зависящие от центра’ (СДЯ III,2: 969; СРЯ11–17 XXVII 381); польск. towarzysz ‘тот, с кем находятся в одном месте, в одной ситуации; с кем занимаются тем же делом’ (SJ XVII; SS IX 176). Засвидетельствованные в JEV tavoriščius, tavorius происходят из восточнославянских языков. Существительное persona 1. ‘лицо’; 2. ‘выдающаяся личность’ (LKŽė) в JEV заменено другим заимствованием — asaba 1. ‘лицо, личность’; 2. ‘изображение’; 3. ‘лицо, лик’ (LKŽė). Считается, что persona попало в литовский язык через восточнославянские языки (Skardžius 1998: 225; Smoczyński 2016: 46). В славянских языках засвидетельствованы следующие формы: в руськом nepcona, napcona, napcna, nepena, nocna 1. ‘лицо, человек’; 2. ‘выдающаяся личность’; 3. ‘фигура’; 4. ‘внешность’ (ГСБ XIV 251); ocoba 1. ‘лицо, человек’; 2. ‘внешность, наружность’; 3. ‘внешность, наружность’; 5. ‘выдающаяся личность’ (ГСБ XXII 402); в древнерусском nepcona, nepcona, napcna, napcna, nepcna, nocna 1. ‘лицо, человек’; 2. ‘выдающаяся личность’; 3. ‘фигура, портрет’; 4. ‘внешность, наружность’; 5. ‘роль’ (СРЯ11–17 XIV 310); ocoba 1. ‘лицо, человек, личность’; 2. ‘титул’ (СРЯ11–17 XIII 123); польск. persona, persona 1. ‘лицо, человек’; 2. ‘одно из лиц Троицы’; 3. ‘выдающаяся личность’; 4. ‘внешность, наружность’ (Spol XXIII 391; SJ XVII); osoba 1. ‘лицо, человек’; 2. ‘внешность, наружность’; 3. ‘собственность’; 4. ‘вид’; 5. ‘грамматический термин’ (Spol XXII 159; SJ XVII). Неясно, из какого славянского языка существительное asaba попало в литовский (Skardžius 1998: 92; Smoczyński 2016: 46; ALEW I 58). Между тем persona, засвидетельствованное в JE, вероятнее всего, заимствовано из восточнославянских языков, поскольку только в руськом и древнерусском есть слова, вокализм которых полностью соответствует вокализму литовского заимствования.

Straipsniai / Articles

ANŽELIKA SMETONIENĖ

Наибольшие изменения в первых пяти изданиях IE затронули употребление слов angelas, aniolas и anielas. Эти слова имеют одно и то же значение: 1. ‘в иудаизме, христианстве, исламе и некоторых других религиях — посланник Бога, посредник между Богом и людьми’; 2. ‘перен. о очень добром человеке’ (LKŽ). Замены этих слов уже были представлены в отдельной таблице (см. табл. 2). В первых четырёх изданиях употребляются angelas, aniolas, реже — anielas. Между тем в JEV употребляется только anio-las, значительно реже — anielas (например: JEV 63,4). Как видно, различий в значении этих заимствований нет. Тем не менее в пятом издании angelas, закрепившееся в современном литовском языке, было полностью вытеснено в издании 1705 г. славянизмом aniolas.

В ALEW утверждается, что angelas и его варианты anielas, aniolas — заимствования неясного происхождения в литовском языке (ALEW I 40). В целом в славянских языках есть соответствия всем трём словам: в русинском анелъ (ГСБМ I 114); анелъ, анелъ (ГСБМ I 124); в древнерусском ангелъ, ангелъ, ангелъ, ангелъ, ангелъ 1. ‘ангел’; 2. ‘святой, имя которого дают при крещении или при пострижении в монахи’ (СРЯ11–17 I 37; СДЯ I,1: 22); польск. anioł, anjeł, anioł, angoł, janiol, jenioł, amnioł, anniol, jamioł 1. ‘посредник между Богом и людьми’; 2. ‘очень хороший человек’; 3. ‘изображение ангела’; 4. ‘злой дух, сатана’; 5. ‘артиллерийский снаряд, ядро’ (Spol I 170; SJ XVII; SS I 38). Тем не менее следует отметить, что в словаре польского языка XVI в. приводятся только anioł, anjeł, а в более поздних словарях — также angioł. Однако последнее не могло быть заимствовано в литовский как angelas (ср. angios (Skardžius 1998: 87)). Это свидетельствует о том, что по крайней мере заимствование angelas должно было прийти из восточнославянских языков. Следует отметить, что в белорусском (анел), украинском (анел) и русском (анел) языках это слово сохранилось от древнерусского, а в древнерусский оно пришло из старославянского, где слово ἀγγελος (ср. русинское агелъ) было заимствовано из древнегреческого (ЭСБМ I 112).

Между тем соответствия anielas, aniolas в славянских языках несколько иные. Первоначальным источником польских anioł, anjeł, anioł и т. д. также является древнегреческий язык, но слово сначала прошло через латинский, а затем через старочешский (anjel), откуда и было заимствовано в польский. Слово современного белорусского языка анёл закрепилось в нём лишь с появлением литературного белорусского языка, то есть довольно поздно. Это заимствование из польского языка, распространённое и в диалектах (ЭСБМ I 114). В древнерусском языке такого существительного не обнаруживается, поэтому можно предположить, что и русинское анелъ, анелъ — полонизм, проникший в этот язык не ранее конца XIV в., уже после формирования русинского языка и начала притока в него полонизмов после 1385 г. Сначала они появились в канцелярских текстах старобелорусского языка, позднее распространились в текстах других жанров, особенно если те переводились с польского. Начало второй волны полонизмов датируется 1569 г. (Булыка 1980: 9). Однако в русинском языке нет слова, которое могло бы быть источником aniolas. Можно заключить, что angelas в литовском языке является заимствованием из восточнославянских языков, а aniolas — из польского языка,

Acta Linguistica Lithuanica LXXVI

Slaviškos šaknies žodžių vartojimo kitimai Jono Jaknavičiaus Ewangielie Polskie y Litewskie 1647, 1674, 1679, 1690 ir 1705 m. leidimuose

anielas — слово неясного происхождения, хотя вероятнее всего, это также полонизм. Что два последних слова являются полонизмами, утверждал и П. Скаржюс (Skardžius 1998: 87).

Рассмотрение случаев, когда одно слово иноязычного происхождения заменяется другим словом иноязычного происхождения, показало, что лишь в нескольких местах их происхождение различается: заимствование из восточнославянских языков pesuna в EV было заменено заимствованием неясного происхождения asaba; в JEV закрепился полонизм anielas, заменивший заимствование из восточнославянских языков angelas и заимствование неясного происхождения anielas. Это означает, что усиление влияния польского языка в XVII в., пока он в конечном итоге не стал официальным, и возраставшая полонизация не повлияли на употребление славизмов в JE, а очевидные полонизмы не вытеснили более ранние заимствования. Кроме того, славизмы и гибриды, использованные в JEV, не во всех случаях были более распространены в других старых письменных источниках: vyskupas засвидетельствовано в AK 32, SDII 17, SPI 19, Q 182, а byskupas — в Mž 279 и DP 120; aba записано в DK 55, DP 161, AK 89, SD 150, SPI 35, KN SE 41, ChNT 62, KR 57, BK 36, а krida, krida — в BB1 Mž 26, BPII 314, DK 55, PK 84, KN SE 112, ChNT 218; pesuna зафиксировано в DP 187, AK 12, SDI 116, SDII 273, а asaba — в BB4 Mž 9. Помимо JE, prieras и prieraunakas вообще известны только по словарям К. Сирвида (соответственно SDI 32 и SDI 16). Гибрид mieruoti, -uoja, -avo, употребленный в JEV, засвидетельствован в старых письменных источниках литовского языка (DK 142, DP 122, SG1 57, SDI 106, SPI 179, KN SE 20, ChNT 16), а также в более поздних источниках значительно чаще, чем заимствование mierija, -ijo (Mž 517, SDI 10, KN SE 10). Заимствования gaspad, tavoiričius и gaspadorius заняли в JEV место существительного ėbras (помимо JE засвидетельствованного также в DP 293, SDI 26, KN SE 21, Q 106) и padurnykas (также засвидетельствованного в DP 322, SDI 38, SDII 74); в старых письменных источниках литовского языка они не зафиксированы — эти слова появляются в более поздних источниках, после 1705 г., а также записаны в диалектах.

Обычно выделяют два основных условия проникновения в язык слова иноязычного происхождения: необходимость в новом слове (чаще всего при появлении нового явления или предмета) и двуязычие людей (Чекман 1972: 154; Грега 2003: 23). Первая причина не актуальна для смены слов в JE, поэтому на конкуренцию славизмов могло повлиять участие людей, привлекавшихся к подготовке уже издания евангелий 1674 г., вероятно, и их двуязычие.

СООТНОШЕНИЕ ИСКОННЫХ И СЛОВ ИНОЯЗЫЧНОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ В JE

В JE насчитывается 25 случаев, когда в более поздних изданиях евангелий славизмы были заменены исконными словами (без повторений отдельных пар — 14: daboti было заменено на veizėti, adyna — на valanda, višoks — на viršus, desėtina — на dešimtine, mistras — на mokytojas, rodytis — на susikalbėti, vienas — на teisus, rubežiai — на kraštai, slūžyti — на tarnauti, magistras — на mokytojas, griešnė (-ai) — на nusidėjusioji (-ieji),

Straipsniai / Articles

ANŽELIKA SMETONIENĖ

Žyvatas — на gyvenimas, melnyčia — на girnos, pekla — на pragaras, и 14 случаев, когда исконные слова были заменены словами иноязычного происхождения (14 отдельных пар: mėgti — на pasidaboti, iškuoptas — на iškandžytas, galėjimas — на pakūta, metas — на dyna, elgetauti — на žebroti, draugnykas — на tavoryščius / tavoryčius, veidas — на abras, židas — на skarbas, tolygus — на padbonus, viešpatis — на gaspadorius, įstatymas — на zokonas). В эти подсчёты включены и лексические варианты: JEI отличается от остальных тем, что в нём употребляются лексические варианты, например dyna (valanda) JEI 22,20, elgetauti (žebroti) JEI 101,10 и т. д.; уже в издании 1674 г. было выбрано употреблять либо исконное литовское слово, либо слово иноязычного происхождения.

Уже рассмотренные пары из других групп показывают, что совершенно неважно, из какого языка пришли слова иноязычного происхождения: это не повлияло на их закрепление в JE. Составители последующих изданий JE вряд ли целенаправленно стремились заменить заимствования и гибридные исконными словами; вероятнее всего, такие слова иноязычного происхождения просто выходили из употребления в то время по той или иной причине. Известно, что некоторые из этих заимствований употреблялись и в несколько более поздних старых письменных источниках литовского языка, чем JEI (daboti, -oja, -ojo KN SE 37, ChNT 93, PP 27; slūžyti, -ija, -ijo KN SE 132, ChNT 136, PP 31; griešnykas KN SE 169, ChNT 166; rodyti, -ija, -ijo KN SE 112, ChNT 33; rubežius KN SE 209, ChNT 4), однако, вероятнее всего, в начале XVII в. они употреблялись уже не так часто и уступили место исконным словам. Другие же слова известны главным образом лишь по источникам, более ранним, чем JEI (dyna DP 544; viškos BB1 Moz 6, SDII 61, desina DP 514, AK 73; mitras Mž 263, BB2 Moz 38, DK 9, DP 46, SDI 81, SDII 175; vienas Mž 30, DK 16, PK 18, MP 80; žyvatas DK 58, PK 7, DP 18, AK 12; melnyčia DP 85, SDI 82, SDII 177; pekla DK 92, PK 7, DP 352, SDI 121), поэтому естественно, что к изданию JE 1705 г., а иногда и раньше, они исчезли.

Несколько иначе обстоит дело с исконными словами, которые в более поздних изданиях JE были заменены словами иноязычного происхождения: все литовские слова вошли в современное употребление, то есть не были полностью вытеснены словами иноязычного происхождения. Существенный вопрос состоит в том, как эти исконные литовские слова засвидетельствованы в других старых письменных источниках литовского языка. Это может отражать тенденции их употребления.

Большинство исконных литовских слов были заменены словами иноязычного происхождения уже в JEI, то есть в 1674 г., за исключением mėgti, galėjimas и metas, которые были заменены только в 1705 г. Эти слова засвидетельствованы и в старых письменных источниках литовского языка, предшествующих 1705 г.: mėgti Mž 62, PK 107, BP 138, DP 15, SDI 27, SDII 158, SPI 89, KN P 170, ChNT 7; galėjimas PK 144, DK 94, DP 122, MP 57, SDI 130, SPI 122; metas Mž 74, BP 166, BB2 Moz 9, DK 119, PK 15, DP 27, SDI 17, SDII 370, SPI 1, ChNT 20. Остальные слова зафиксированы в источниках, появившихся до 1674 г.: iškuoptas BB1 Moz 46, Vln E1, DP 297, SDI 19, SDII 436, SPI 189, KN P 268, ChNT 22; elgetauti DP 272, SDII 540, KN SE 174; draugnykas Mž 325, SDII 445, SPI 213, KN SE 230; veidas

Acta Linguistica Lithuanica LXXVI

Slaviškos šaknies žodžių vartojimo kitimai Jono Jaknavičiaus Ewangelie Polskie y Litewskie 1647, 1674, 1679, 1690 ir 1705 m. leidimuose

Mž 234, VlnE 34, BPI Moz 4, DK 50, PK 57, DP 93, MP 79, SDI 72, SDII 28, SPII 220, ChNT 76; iżdas BP 176, PK 30, MP 132, SDI 166, SDII 404, SPI 54; tolygus SDI 127, SPII 157; viešpatis Mž 438, Vln 30, BPII 213, DK 14, PK 88, DP 114, SDI 38, SDII 378, KN P 269, ChNT 72; įstatymas Mž 29, Vln 9, PK 191, DP 75, SDI 208, SDII 344, SGI 43. Все эти слова широко употреблялись в письменных источниках до 1705 года и позднее (например, в трудах С. Даукантаса, К. Донелайтиса), и употребляются до сих пор. Это означает, что исконные слова, по сравнению со словами иноязычного происхождения, не были менее популярными и не заменялись по этой причине. Вероятнее всего, при переиздании текста ĮE вновь действовали только языковые предпочтения редакторов.

ОБОБЩЕНИЕ

Сопоставление первых пяти изданий ĮE показало, что несколько чаще встречаются случаи, когда слово иноязычного происхождения, употреблявшееся в издании 1647 года, позднее заменялось исконным (всего 25 случаев, без повторов — 14 пар: adyna (valanda) > va- landa; akmuo giros (melnÿčia) > akmuo giros; dabti > veizėti; desėtina > de- šimtinė; kraštai (rubežiai) > kraštai; magistras (mokytojas) > mokytojas; mistras > mokytojas; nusidejusiej (griešnÿ) > nusidejusiej; nusidejusioji (griešnÿke) > nu- sidejusioji; pragaras (pekla) > pragaras; rodytis (sukalbineti) > sukalbineti; slū- žyti > tarnauti; valanda (adyna) > valanda; vienas > teisu; vienas (teisu) > tei- sus; viršus (viškos) > viršus; žyvatas (gyvenimas) > gyvenimas; кроме того, изменение произошло всего пять раз в ĮEV, во всех остальных случаях исконное слово закрепилось уже в издании 1674 года. Когда в последующих изданиях исконные слова заменялись заимствованиями, обнаружено 14 случаев (draugnikas > tavornis, tavornčius; draugnikas > tavornis, tavornčius, tavornčius; elgetauti (žebroti) > žebroti; galėjimas > pakuta; iškuptas > iškandažytas; iżdas (skabas) > skabas; metas > adyna; mėgti > pasidabti; tolygus > padnus, padnas; veidas (abozas) > abozas; viešpatis (gaspadorius) > gaspadorius; zokonas (įstymas) > zokonas). Эти изменения также произошли преимущественно уже в ĮEII. Иноязычные слова заменялись другими словами иноязычного происхождения несколько иначе (всего 26 случаев): если не считать angelas, anolas, anelas хаотичной взаимной вариативности (15 случаев) в первых пяти изданиях ĮE, то из 11 оставшихся пар 7 изменений произошли только в ĮEV (abyda > krivida; mierly > mieruoti; padarė > gaspadà; padarykas > gaspadorius; persona > asaba; sèras > tavornčius; suga- tavoja > gatava). Всё это подтверждает, что лексика евангелий Я. Якнавичюса изменялась преимущественно именно в издании 1674 года. В 1705 году больше всего изменений затронуло лексику иноязычного происхождения — это может быть связано с тем, что в то время эти евангелия были переписаны в языковом варианте среднего письменно-литературного языка, где для обозначения тех же явлений могли закрепиться другие заимствования и гибриды. О том, что происхождение самих заимствований (и корней гибридов) совершенно не влияло на такие изменения, свидетельствует

Straipsniai / Articles

ANŽELIKA SMETONIENĖ

тот факт, что в первых пяти изданиях JE лишь в нескольких местах, где наблюдались изменения, различается происхождение заимствований (и корней гибридов). Таким образом, утверждение польского языка в XVII веке не повлияло на употребление славянизмов в JE, а очевидные новые полонизмы не вытеснили более ранние заимствования.

Происхождение заимствования (и корня гибрида) также не влияло на случаи, когда исконно литовские слова заменялись словами иноязычного происхождения и наоборот. В издании JE 1674 года и последующих изданиях исконные слова, вероятнее всего, заменялись заимствованиями и гибридами потому, что по тем или иным причинам выходили из употребления (только daboti, -oja, -ojo; slūžyti, -ija, -ijo; gręžnykas; rodyti, -ija, -ijo; rubėžius засвидетельствованы в несколько более поздних старых письменных памятниках литовского языка (KN, PP, ChNT), уступив место исконным словам; однако это не связано с происхождением заимствований и гибридов.

Исконные литовские слова, которые в 1674 году (а в некоторых случаях — в 1705 году) были заменены словами иноязычного происхождения, широко засвидетельствованы в других старых письменных памятниках и в трудах XVIII–XIX веков. Это означает, что читателям эти слова не должны были казаться непонятными и что не было объективных причин заменять их заимствованиями или гибридами со славянским корнем. О том, что в таких заменах отсутствовало логическое языковое основание, свидетельствуют такие пары, как daboti / veizdėti, mėti / padaboti, metas / adyna ir adyna / valanda. Глагол daboti в JEV заменён на veizdėti, однако в том же издании появляется padaboti, занявший место глагола mėti. Существительное adyna уже в 1674 году было заменено на valanda, а в 1705 году вновь появляется вместо слова metas.

Учитывая, что на рассматриваемые случаи лексических изменений в JE не повлияли ни текст польского оригинала, ни происхождение заимствований и корней гибридов, остаётся предположить, что эти лексические изменения в изданиях 1674 и 1705 годов были обусловлены внутренними процессами литовского языка либо людьми, редактировавшими более поздние издания евангелий.

СОКРАЩЕНИЯ

AK — Анонимный катехизис.

BK — катехизис Роберта Беллармино.

BB (с указаниями на текст) — Библия Бреткуна.

BP — постилла Бреткуна.

DK — катехизис М. Даукши.

DP — постилла М. Даукши.

ChNT — Новый Завет Библии С. Б. Хилинского.

Acta Linguistica Lithuanica LXXVI

Slaviškos šaknies žodžių vartojimo kitimai

Jono Jaknavičiaus Ewangelie Polskie y Litewskie 1647, 1674, 1679, 1690 ir 1705 m. leidimuose

KN – Knyga nobážnės (для обозначения соответствующих частей используются сокращения: KN G («Псалмы Давида»); KN K («Катехизис»); KN M («Христианские молитвы»); KN SE («Сумма евангелий»).

KR – Rožančius švenčiausios Marijos. Юргиса Касаукса.

MP – постилла Й. Моркунаса.

Mž – катехизис М. Мажвидаса.

PK – катехизис М. Пяткявичюса.

PP – Pradžia pamokslo

SD – Dictionarium trium linguarum. К. Сирвидаса.

SG – песенник С. М. Славчинского.

SP – Punktai sakymų. К. Сирвидаса.

VnE – Epistolas ir Evangelijas. Б. Вилента.

Q – рукописный немецко-литовский словарь XVII в. из бывшего архива Кёнигсберга (называемый словарём А. Краузе).

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА

ALEW I–II – Altlitauisches etymologisches Wörterbuch 1–2. Гамбург: Baar, 2015.

Būga Kazys 1958: Rinktiniai raštai 1. Vilnius: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla.

Fraenkel Ernst 1962: Litauisches etymologisches Wörterbuch 1. Heidelberg: Winter.

Girdenis Alekas 2001: Pamąstymai apie Leskienės dėsnį ir bendrą giminę. – Kalbotyros darbai 3, 385–386.

Grzega Joachim 2003: Borrowings as Word-Finding in Cognitive Historical Onomasiology. – Onomasiology Online 22–42. Prieiga per internetą: http://www1.ku-eichstaett.de/SLF/EngluSW/OnOn.htm.

Jakaitienė Evalda 2009: Leksikologija. Vilnius: Vilniaus universitetas.

JE – Якавичюс Йонас 1647¹, 1674², 1679³, 1690⁴, 1705⁵: Ewangelie Polskie y Litewskie. Доступно в интернете: http://www.lki.lt/seniejirastai/db.php.

Judžentis Artūras, Milda Lučinskienė 2008: Lyginamosios konstrukcijos 1647 m. „Ewangelie polskie y litweskie“ vertime. – Baltistica 43(1), 71–89.

Straipsniai / Articles

ANŽELIKA SMETONIENĖ

Keinys Stasys 1984: Lietuvių kalbos hibridai (sąvoka, rūšys ir normiškumas). – Lietuvos TSR Mokslų Akademijos darbai. A serija, 113–123.

Kregždys Rolandas 2014: Методика и критерии идентификации полонизмов литовского языка. – LingVaria 2(18), 195–217.

LE – Энциклопедия литовского языка. Редактор V. Ambrazas. Вильнюс: Институт науки и издательства энциклопедий, 2008.

LKŽ – Словарь литовского языка, электронная версия. Доступно в интернете: http://www.lkz.lt/.

Lučinskienė Milda 1998: Morfologinių formų kaita J. J aknavičiaus evangelijų leidimuose – Baltistica, V priedas, 147–151.

Lučinskienė Milda 2001: Rytietybių redagavimas Jono Jaknavičiaus „Ewangelie polskie y litewskie“ 1674 metų leidime. – Archivum Lithuanicum 3, 117–128.

Lučinskienė Milda 2003: Rašybos norminimo apraškos „Ewangelie polskie y litewskie“ 1647 ir 1674 metų leidimuose. – Acta linguistica Lithuanica 49, 51–59.

Lučinskienė Milda 2005: Jono Jaknavičiaus „Ewangelie polskie y litewskie“: dokumentinis leidimas ir kompaktinė plokštelė. Vilnius: Lietuvių kalbos institutas.

Sabaliauskas Algirdas 1990: Lietuvių kalbos leksika. Vilnius: Mokslas.

SJP I–VII – Słownik języka polskiego 1–8. Варшава: 1898–1923.

SJP18 – Słownik polszczyzny XVI wieku. Доступно в интернете: http://sxvi.pl.

Smoczyński Wojciech 2016: Słownik etymologiczny języka litewskiego, 2 patikslintas ir papildytas leidimas. Prieiga per internetą: https://dl.dropboxusercontent.com/u/21280621/Smo%D1%81zy%C5%84ski%20W.%20S%C5%82ownik%20etymologiczny%20j%C4%99zyka%20litewskiego.pdf.

Sp I–XXV – Słownik polszczyzny XVI wieku 1–35. Вроцлав – Варшава – Краков – Гданьск – Лодзь, 1966–2011.

SS I–XI – Słownik staropolski 1–11. Вроцлав – Варшава – Краков – Гданьск – Лодзь, 1953–2002.

Urb is Vincas 1978: Žodžių darybos teorija, Vilnius: Mokslas.

VLE VII – Всеобщая энциклопедия литовского языка 8. Вильнюс: Институт науки и издательства энциклопедий, 2005.

Zinkevičius Zigmas 1988: Lietuvių kalbos istorija 3: Senųjų raštų kalba. Vilnius: Mokslas.

Acta Linguistica Lithuanica LXXVI

Slaviškos šaknies žodžių vartojimo kitimai Jono Jaknavičiaus Ewangelie Polskie y Litewskie 1647, 1674, 1679, 1690 ir 1705 m. leid[u]ose

Булыка Аляксандр Мікалаевіч 1980: Лексічныя запазычанні ў беларускай мове XIV–XVIII ст. Мінск: Навука і тэхніка.

ГСБМ I–XXIII – Исторический словарь белорусского языка 1–33. Минск, 1982–2013.

ИГРЯ – Горшкова К. В., Хабураев Г. А. 1981: Историческая грамматика русского языка. Москва: Высшая школа.

Чекман В. Н. 1972: К проблеме литовско-белорусских лексических связей. – Baltistica 8(2), 147–156.

ЕСУМ I–VI – Этимологический словарь украинского языка 1–4. Киев: Наукова думка, 1982–2012.

МДСМ I–II – Материалы к словарю письменного и книжного украинского языка 1–2. Киев – Нью-Йорк: Национальная академия наук Украины, 2002–2003.

Макшев Владимир 2008: Язык литовского статута 1588 года. Kraków: Lexis.

Темчинас Сергєос 2012: О времени и условиях становления русской мовы в качестве литературного языка. – Новае слова ў беларускай мове, 47–52.

СДЯ I–III – Словарь древнерусского языка 1–3. Москва: Книга, 1989.

СДЯ 11–14 I–IX – Словарь древнерусского языка (XI–XIV вв.) 1–9. Москва: 1988–2012.

СРЯ 11–17 I–XXIX – Словарь русского языка XI–XVII вв. 1–29. Москва: Наука, 1975–2011.

ССМ I–II – Словарь староукраинского языка XIV–XV вв. 1–2. Киев: Наукова думка, 1977–1978.

ЭСБМ I–XII – Этимологический словарь белорусского языка 1–13. Минск: 1978–2010.

ЭСЯ I–XXVII – Этимологический словарь славянских языков 1–38. 1974–2012.

Straipsniai / Articles

ANŽELIKA SMETONIENĖ

Изменение слов славянского происхождения в Ewangelie Polskie y Litewskie Йонаса Якнавичюса в изданиях 1647, 1674, 1679, 1690 и 1705 годов

РЕЗЮМЕ

Ewangelie Polskie y Litewskie (далее — JE) Йонаса Якнавичюса неоднократно переиздавалось начиная с 1647 года. Первое издание JE, как уже упоминалось, датируется 1647 годом (JE), второе — 1674 годом (JEII), третье — 1679 годом (JEIII), четвертое — 1690 годом (JEIV), а пятое — 1705 годом (JEV). Это особенно ценно, поскольку один и тот же текст, издававшийся на протяжении нескольких десятилетий, может отражать некоторые изменения в языке. Объект статьи — слова славянского происхождения в первых пяти изданиях Ewangelie Polskie y Litewskie. Цель статьи — установить, как на протяжении десятилетий менялось употребление заимствований и гибридов в JE: какие заимствования или гибриды в той же позиции заменялись другими заимствованиями, гибридами либо исконно литовскими словами и, наоборот, какие исконно литовские слова заменялись заимствованиями и гибридами; также определить, существует ли связь между происхождением заимствований, изменениями в польских оригинальных текстах и чередованием заимствований и гибридов в первых пяти изданиях Ewangelie Polskie y Litewskie. Для достижения этой цели тексты на литовском языке в упомянутых изданиях Ewangelie Polskie y Litewskie сопоставлялись с польскими оригинальными текстами.

Хотя количество слов иностранного происхождения в качестве лексических единиц во всех изданиях JE почти одинаково, частота их употребления различается. Кроме того, в некоторых случаях в более поздних изданиях исконное слово заменяется заимствованием, а иногда, напротив, отдельное заимствование заменяется исконным словом или даже другим заимствованием. Все случаи чередования слов в JE можно классифицировать следующим образом: 1. Слово иностранного происхождения в более поздних изданиях JE заменяется исконным словом; 2. Исконное слово в более поздних изданиях заменяется словом иностранного происхождения; 3. Заимствование заменяется другим заимствованием.

Анализ примеров в JE позволяет заключить, что между происхождением заимствования и его употреблением в более поздних изданиях JE (1674, 1679, 1690, 1705) связи нет. Кроме того, чередование некоторых слов в первых пяти изданиях JE не было обусловлено изменениями в польских оригинальных текстах.

Поступила 11 апреля 2017 г.

ANŽELIKA SMETONIENĖ

Институт литовского языка

ул. Петра Вилейшиса, 5, LT-10308 Вильнюс, Литва

[email protected]

Acta Linguistica Lithuanica LXXVI

ИЗМЕНЕНИЯ В УПОТРЕБЛЕНИИ СЛОВ СО СЛАВЯНСКИМ КОРНЕМ В ИЗДАНИЯХ 1647, 1674, 1679, 1690 И 1705 ГГ. «ЕВАНГЕЛИЕ ПОЛЬСКОЕ И ЛИТОВСКОЕ» ЙОНАСА ЯКНАВИЧЮСА

Изменения в употреблении слов со славянским корнем в «Евангелие польское и литовское» Йонаса Якнавичюса в изданиях 1647, 1674, 1679, 1690 и 1705 годов

АННОТАЦИЯ

АННОТАЦИЯ

ВВЕДЕНИЕ

ПОНЯТИЕ СЛАВИЗМОВ

СЛУЧАИ ИЗМЕНЕНИЯ ПРОИСХОЖДЕНИЯ СЛОВ

ПРОИСХОЖДЕНИЕ ЗАИМСТВОВАНИЙ И ЕГО ВЛИЯНИЕ НА УПОТРЕБЛЕНИЕ

СООТНОШЕНИЕ ИСКОННЫХ И СЛОВ ИНОЯЗЫЧНОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ В JE

ОБОБЩЕНИЕ

СОКРАЩЕНИЯ

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА

Изменение слов славянского происхождения в Ewangelie Polskie y Litewskie Йонаса Якнавичюса в изданиях 1647, 1674, 1679, 1690 и 1705 годов

РЕЗЮМЕ

Document details