doi.org/10.35321/term28-07

Термины строительства XX века — начала XXI века

когнитивные пропозиционные модели сложных слов

LINA RUTKIENĖ

Институт литовского языка

идентификатор ORCID: https://0000-0001-6661-3115

АННОТАЦИЯ

В статье с применением метода когнитивного моделирования выявляются и рассматриваются когнитивные пропозиционные модели исконных и гибридных сложных строительных терминов. Исходим из положения, что с ономасиологической структурой сложного слова коррелируют знания пропозиционального характера, и в сложном слове всегда просматривается связь между концептами. Эмпирический материал показал, что исконные и гибридные строительные термины-сложные слова образуются посредством актуализации 16 когнитивных пропозиционных моделей. В центре строительной сферы находятся объекты — преимущественно материальные продукты человеческой деятельности, поэтому базовый концепт ОБЪЕКТ при обозначении строительных реалий актуализируется чаще всего.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: сложное слово, когнитивная пропозиционная модель, концепт, объект, строительная сфера.

АННОТАЦИЯ

В статье с помощью метода когнитивного моделирования выявляются и рассматриваются когнитивные пропозициональные модели исконных и гибридных строительных терминов-композитов. Предполагается, что знания пропозиционального характера соотносятся с ономасиологической структурой композитов, в которых всегда прослеживается связь концептов. Эмпирический материал показал, что исконные и гибридные строительные термины-композиты образуются на основе 16 когнитивных пропозициональных моделей. В центре строительной сферы находятся объекты, преимущественно материальные продукты человеческой деятельности; поэтому при наименовании строительных реалий чаще всего актуализируется базовый концепт OBJECT.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: композит, когнитивная пропозициональная модель, концепт, объект, строительная сфера.

ВВОДНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ

В последние годы как в зарубежном, так и в литовском языкознании активно развивается когнитивная лингвистика, тесно связанная с философией, психо-

Terminologija | 2021 | 28

153

логией и изучающая связь языка и сознания, структуры знаний и их закрепление в языковых формах. В литовском языкознании, пожалуй, больше всего внимания уделяется теории концептуальной метафоры; проведено немало исследований концептуальных метафор в различных дискурсах (например: Aliūkaitė, Sideravičiūtė-Mickienė 2006; Marcinkevičienė 2006; Kvašytė, Župerka 2011; Kvašytė, Papaurelytė 2013; Būdvytė-Gudienė ir kt. 2014 и др.).

Когнитивные исследования важны и для терминологии. Представители когнитивной терминологии рассматривают термин как особую когнитивно-информационную структуру, выражающую в языковой форме профессиональные знания, накопленные за длительный период развития общества. Понимая, запоминая и актуализируя информацию, обозначаемую терминами, человек не только пользуется ею, но и интерпретирует, дополняет, изменяет и т. д. Когнитивный анализ терминов позволяет объяснить, как происходило познание научного мира, результатом которого стала функционирующая система терминов. Однако когнитивных исследований терминов значительно меньше, чем исследований общеупотребительной лексики; особенно это касается терминов-композитов, поэтому в данной статье при рассмотрении строительных терминов-композитов будет применяться когнитивный подход к композитам общеупотребительного языка.

Цель статьи — выявить когнитивные пропозициональные модели исконных и гибридных строительных терминов-композитов XX — начала XXI века, которые могут служить основой номинации строительных понятий. Для достижения этой цели в статье рассматриваются теоретические положения, связанные с когнитивными пропозициональными моделями; на основе эмпирического материала выявляются базовые концепты, актуализируемые компонентами композитов; определяется, с какими другими концептами они могут образовывать пропозициональные когнитивные модели; выясняется, какими типами словообразования реализуются эти модели.

Из 73 научных текстов по строительству XX — начала XXI века (учебников, монографий, словарей и др.¹) было собрано 518 исконных и гибридных² строительных терминов-композитов, компоненты которых основаны на свободных (самостоятельных) основах. В статье не рассматриваются композиты с препозитивными и постпозитивными связанными международными основами, такими как фото-, гео-, макро-,

¹ Жанр значительной части текстов начала XX века не указан.

² Исконным считается композит, оба компонента которого являются литовскими (основаны на индоевропейских словах, общебалтийских и общеславянских элементах, словах, характерных только для балтийских языков или только для литовского языка). Гибридным называется композит, один компонент которого является литовским, а другой — заимствованным.

154

Lina Rutkienė

XX a. – XXI a. pr. statybos terminų dūrinių kognityviniai propoziciniai modeliai

микро-, нано-; -граф и т. п. Когда в качестве основы выступает связанная основа, не имеющая грамматических признаков, установить ее связь с концептом сложно³.

При исследовании материала применяется один из методов когнитивной лингвистики — так называемое когнитивное моделирование (рус. когнитивное моделирование), суть которого заключается в выявлении когнитивных моделей, в данном случае — пропозиционального характера. Как пишет Наталия Беседина, метод моделирования является одним из основных методов когнитивного анализа. Применение этого метода — в языкознании в целом — позволяет получить определенный схематический конструкт (модель), заменяющий более сложный объект. По утверждению исследовательницы, модель позволяет зафиксировать наиболее важные признаки изучаемого объекта (Беседина 2014: 121). В статье метод когнитивного моделирования сочетается с аналитико-описательным методом.

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПОЛОЖЕНИЯ

Представители когнитивной лингвистики связывают с познавательными процессами и образование новых слов. По мнению Елены Кубряковой, словообразование следует понимать как систему, суть которой состоит в удовлетворении человеческой потребности выделять и фиксировать особые структуры знаний посредством языковых форм. Именно свойство производного слова быть такой единицей номинации, которая удобна для упаковки информации (рус. для упаковки информации) и использования в речевой деятельности, характеризует производное слово как особую когнитивную структуру (Кубрякова 2004: 393–394).

По мнению ученых, представляющих когнитивную лингвистику, в образовании новых слов, в том числе терминов, участвуют определенные мыслительные схемы, или, иначе говоря, когнитивные модели. Взаимодействуя с окружающей средой, человек выделяет явления, объекты или признаки. По словам Е. Кубряковой, выделение как начальный этап познания этих явлений закрепляется в языке посредством номинации, реализуемой средствами словообразования (Кубрякова 2004: 393).

Чтобы назвать нечто, необходимо идентифицировать референт, определить его место в познавательной системе, отнести его к определенной категории. Совершая акт номинации, человек пытается найти какую-либо известную модель, схему, на основе которой можно создавать новые слова. Таким образом, существуют определенные мыслительные модели, основанные на имеющихся знаниях, и эти модели представляют собой универсальные алгоритмы, позволяющие как создавать, так и понимать новое слово.

³Когнитивные пропозициональные модели сложных строительных терминов рассматривались при подготовке докторской диссертации «Сложные строительные термины: формирование и развитие», в которой была предпринята попытка описать когнитивные пропозициональные модели мнимых сложных слов, то есть сложных слов с международными связанными основами (см. Rutkienė 2021).

Terminologija | 2021 | 28

155

Когда человек сталкивается с новым словом, эти схемы (модели) активизируются в его сознании, и он применяет их, чтобы понять значение слова и текст, в котором оно употреблено (Бабина 2013: 15–16). Подобным образом пишет об этом и Suzanne Kemmer: по ее утверждению, схемы — это свойственные нашему мышлению образцы опыта, укоренившиеся настолько глубоко, что их можно применять при создании и понимании языковых выражений (Kemmer 2003).

Е. Кубрякова обращает внимание на то, что акт номинации не может состояться без пропозиции: предшественником акта номинации является «формирование пропозиции из уже существующих готовых концептов, однако, как только в результате этого акта появляется новое слово, оно становится представителем нового отдельного концепта, и люди получают возможность оперировать им как новой целостной структурой» (Кубрякова 2004: 317). Пропозиция — это конструкт, связывающий концепты; она понимается как аналог словообразовательной модели в смысле репрезентации знаний. Пропозиция позволяет понять, что в мире все события, объекты, явления и т. п. не существуют изолированно, а взаимодействуют друг с другом.

Таким образом, представители когнитивной лингвистики утверждают, что структуры знаний по своей сути являются структурами взаимодействующих концептов, а объединения этих концептов и называются пропозициями. По мнению Джорджа Лакоффа, пропозициональной называется такая когнитивная модель, которая формируется без участия механизмов воображения, то есть в ней не используются метафора, метонимия или мысленные образы (Lakoff 1990). Иными словами, пропозиция — это модель, состоящая из аргументов и базового предиката, связывающего эти аргументы.

Теория пропозиций применяется и к сложным словам: считается, что пропозициональные знания соотносятся с ономасиологической структурой сложного слова. Сложные слова — особые языковые единицы, поскольку в них всегда прослеживается связь между концептами. По утверждению Е. Кубряковой, производное слово, попавшее в группу единиц с одинаковой пропозициональной структурой, выражает одну и ту же когнитивную ситуацию (Кубрякова 2004: 393–394).

В этом контексте следует рассмотреть и само понятие концепта — одного из основных понятий когнитивной лингвистики. Как утверждает Алойзас Гудавичюс, концепт чаще всего понимается как «гетерогенная многомерная единица знаний о мире и опыта» (Gudavičius 2011: 112). В Кратком словаре когнитивных терминов концепт определяется как термин, обозначающий «ментальные или психические ресурсы нашего сознания и той информационной структуры, которая отражает знания и опыт человека»; здесь же приводится и другое определение: концепт — это «оперативная содержательная [имеющая содержание — прим. авт.] единица памяти, ментального лексикона, концептуальной системы и языка мозга (lingua mentalis), всего мира

156

Lina Rutkienė

XX a. – XXI a. pr. statybos terminų dūrinių kognityviniai propoziciniai modeliai

žemėlapio, atsispindinčio žmogaus psichikoje, vienetas“ (Кубрякова ir kt. 1996: 90). „Žmogus mąsto konceptais, jis analizuoja, lygina ir susieja skirtingus konceptus“, – rašo Silvija Papaurėlytė-Klovienė (2007: 16). A. Gudavičius pabrėžia, kad, „sakydami „koncepto raiška kalboje“, turėtume suprasti: koncepto dalis, kuri reiškiama kalbos vienetais“ (Gudavičius 2011: 113). Kalbant apie koncepto raišką, minėtina ir N. Besedinos pozicija: kalbininkė atkreipia dėmesį, kad, konceptą reprezentuojant kalbą, aktyvinamas ne visas konceptas, o tik tam tikra jo dalis. Taigi, nė vienas konceptas nėra verbalizuojamas iki galo (Беседина 2006).

В когнитивной лингвистике прежде всего выделяют так называемые базовые концепты⁴: ОБЪЕКТ, ЧАСТИ ОБЪЕКТА, ДЕЙСТВИЕ, МЕСТО, или ПРОСТРАНСТВО, ВРЕМЯ, СВОЙСТВО и т. д. (Jackendoff 1990). Исследовательница Lucy Vanderwende предлагает выявлять концепты с помощью вопросов, начинающихся в английском языке с Wh (СУБЪЕКТ (кто?) (англ. Subject (Who / what?)), ВРЕМЯ (когда?) (англ. Time (When?)), МАТЕРИАЛ (из чего?) (англ. Material (Made of what?)) и т. д. (Vanderwende 1994).

В настоящей статье автор в основном опирается на концепты, предложенные Анастасией Феденко, и предикаты, объединяющие их в пропозициональную структуру, поскольку объектом исследования этого автора также являются сложные слова. В своей работе А. Феденко выделяет следующие базовые концепты, которые вместе с предикатами образуют когнитивные пропозициональные модели сложных слов русского языка: ДЕЯТЕЛЬ (англ. ACTOR), ОБЪЕКТ (англ. OBJECT), МЕСТО (англ. PLACE), ВРЕМЯ (англ. TIME), ДЕЙСТВИЕ (англ. OPERATION). Помимо них, для сложных слов актуальны концепты ЦЕЛИ (англ. GOAL) и СПОСОБА (англ. MANNER). Эти концепты объединяют в пропозициональную структуру предикаты ПРИНАДЛЕЖАТЬ КОМУ / БЫТЬ СВОЙСТВЕННЫМ КОМУ (англ. BELONG TO), БЫТЬ ТИПОМ ЧЕГО-ЛИБО (англ. BE TYPE OF), ДЕЙСТВОВАТЬ (англ. DEALS WITH), БЫТЬ ИСПОЛЬЗУЕМЫМ ДЛЯ ЧЕГО-ЛИБО (англ. BE USED FOR), БЫТЬ ИСПОЛЬЗУЕМЫМ КЕМ-ЛИБО (англ. BY USED BY), БЫТЬ СДЕЛАННЫМ ИЗ (англ. BE MADE FROM), БЫТЬ ИСПОЛЬЗУЕМЫМ (англ. BE USED), БЫТЬ ЧАСТЬЮ ЧЕГО-ЛИБО (англ. BE PART OF), СОДЕРЖАТЬ, БЫТЬ ПОХОЖИМ НА (англ. BE LIKE) (Феденко 2015). Как показывает собранный материал, при рассмотрении сложных строительных терминов целесообразно также выделить концепты СОСТОЯНИЯ и РЕЗУЛЬТАТА.

⁴ В современной когнитивной лингвистике можно встретить различные типологии концептов.

Terminologija | 2021 | 28

157

КОГНИТИВНЫЕ ПРОПОЗИЦИОНАЛЬНЫЕ МОДЕЛИ СЛОЖНЫХ СТРОИТЕЛЬНЫХ ТЕРМИНОВ

Когнитивная пропозициональная модель с концептами ДЕЙСТВИЯ и ОБЪЕКТА

Основной концепт, входящий в большинство когнитивных пропозициональных моделей сложных строительных терминов, — это концепт ОБЪЕКТА, обозначающий сущности различных категорий: абстрактные сущности, предметы, их части, материалы и т. п. Учёные обычно считают основными два признака объекта: его точную физическую отделимость от другого объекта (даже если это мука или пролитая вода), а также внутренние связи, однородность и постоянство (Langacker 1991; Кубрякова 1997). Говоря об отделимости одного объекта от другого, следует упомянуть наблюдения Юрия Степанова: предметность прежде всего связана с идеей фона и фигуры в окружении человека, то есть с идеей пространства и его деления. Объект — это простейший результат дискретизации вселенной, выделения отдельных её фрагментов в пространстве (Степанов 2016). По мнению Рональда Лангакера, именно наличие чётких границ, контурность, а также то, что сущность занимает в пространстве достаточно определённое место, являются существенными признаками, позволяющими распознать объект (Langacker 1991: 63). Е. Кубрякова подчёркивает, что объект, тем не менее, не следует понимать только как физическую сущность — такое понимание слишком узко. Объектами могут быть и абстрактные сущности, то есть те, к которым нельзя прикоснуться. Они не обладают физическими признаками, но имеют ментальные характеристики (Кубрякова 1997).

Трудно сказать, как воспринимаются те или иные конкретные реалии строительства, однако с когнитивной точки зрения можно предположить, что прежде всего воспринимается их предметность.

При номинации строительных понятий часто используется когнитивная пропозициональная модель, состоящая из базовых концептов ОБЪЕКТА и ДЕЙСТВИЯ. При обозначении абстрактных понятий строительной сферы в качестве основного признака выделяется действие, направленное на определённый объект или совершаемое с объектом. Концепт ОБЪЕКТА в этой модели охватывает несколько типов сущностей: природные явления, абстрактные сущности и предметы. Далее мы подробнее рассмотрим объём концепта ОБЪЕКТА в этой модели.

Строительство зданий тесно связано с миром природы: от её стихий защищаются, их впускают в дома, стремясь улучшить условия жизни людей, природные реалии используются в строительном процессе и т. п. Поэтому ОБЪЕКТ в этой модели нередко включает в себя и природные реалии. К таким

158

Lina Rutkienė

XX a. – XXI a. pr. statybos terminų dūrinių kognityviniai propoziciniai modeliai

Сложными словами называют самые разные объекты строительства: сооружения, их части, машины, приборы и т. д. Часть сложных слов рассматриваемой модели ДЕЙСТВИЕ — ОБЪЕКТ образуется при опоре первых компонентов на существительные, называющие явления природы: dangus (dangoraižis TRLT 1949, RLKP 1959, MK 1977, SMSM 2008), dujos (dujotiekis CPŽŪ 1969, SM 2008; dujopūtė SMGT 2014), dūmai (dūmtraukis PK 1962; dūmlaidis RLSTŽ 1992), lietus (lietmatis RLSTŽ 1992, STŽ 2002), pūga (pūgomatis AKTA 1995), smėlis (smėliapūtė ALLA 1993; smėliasvaidė MTPM 1976, KSŽ1988), oras (ortraukis ŪTSV 1935; orvilka MMPK 1988; orlaidė DD 1967, KSŽ 1988, STŽ 2002, MAVL 2002 / orlaidis SDTSS 1930, SSB 1943, MMPK 1988), vanduo (vandenruoša SMSM 2008; vandentieka RLSTŽ 1992, HS 2008, STŽ 2002), vėjas (vėjalaikis SSB 1943; vėjagaudis SSB 1943).

Объектом действия, выраженного вторым компонентом сложных слов этой когнитивной пропозициональной модели, могут быть также величины или свойства, которые необходимо оценить и определить их числовое выражение. Второй компонент большинства таких сложных слов образован от переходного глагола matuoti «измерять», например: dažniamatis STŽ 2002; jėgomatis STŽ 2002; kietmatis RLSTŽ 1992, SIŽ 2004; kreivėmatis STŽ 2002; lygmatís SMGT 2014; gylmatis, gilumo matuoklė RLKP 1959; ilgiamatis RLSTŽ 1992, STŽ 2002; įlinkiamatis SKb 1989, STŽ 2002; slankmatis RLSTŽ 1992, MAVL 2002, SMB 2007, AKTM 2011; slankiamatis STŽ 2002; storimatis SMD 1992 / stormatis ALKPŽ 1958, STŽ 2002; traukomatis RLSTŽ 1992, STŽ 2002.

Большую группу сложных строительных терминов составляют также образования, в которых концепт ОБЪЕКТА связан с конкретными предметами и материалами. Сочетание концепта ОБЪЕКТА, охватывающего рассматриваемые предметы, с концептом ДЕЙСТВИЯ образует различные строительные термины — преимущественно названия строительных конструкций, деталей и машин, например: gegnėšis STŽT 1978 / gegnianėsis SAV 1935; langaaerė MMPK 1988; stiklalaikis SSB 1943; stiklalutis SSB 1943; akmenskalde SPM 1964; betonkrėtė RLKP 1959, STŽ 2002; betonvežis RLSTŽ 1992, ALLA 1993; blokvežis ST 1992, RLSTŽ 1992; paklotvežis RLSTŽ 1992; panelvežis SP 1965; plokštvežis ST 1992; santvarvežis STŽ 2002; bėgiagrežė SDKŽ 1940; poliakalė RLKP 1959, SP 1965, RLSTŽ 1992; žvyr(a)plovė ALLA 1993, STŽ 2002.

В рассмотренных выше сложных словах модели ДЕЙСТВИЕ — ОБЪЕКТ концепт ДЕЙСТВИЯ, выраженный глаголами во втором компоненте, в большинстве случаев обозначал активное действие, направленное на внешний мир. Действие в сложных словах с первым местоименным компонентом savi- противоположно — направлено не на внешний мир, а на себя

Terminologija | 2021 | 28

159

— направлено не на внешний мир, а на себя: savikontrolė RLSTŽ 1992; savireguliacija UGP 1997; savigalba UGP 1997; savitan ka STŽ 2002; savitrauka STŽ 2002; saviįtampa MK 1977; savisauga UGP 1997; savistaba RLKP 1959.

Когнитивные пропозициональные модели с обоими концептами ОБЪЕКТА

Пропозициональные модели сложных слов могут одновременно включать два ОБЪЕКТА: один объект может использоваться для другого объекта, один объект может быть частью другого, один объект может быть сделан из другого или оба объекта могут быть соединены так, чтобы образовать единый материал.

Большое множество сложных строительных терминов образуется при актуализации когнитивной пропозициональной модели ОБЪЕКТ 1 — БЫТЬ ИСПОЛЬЗУЕМЫМ — ОБЪЕКТ 2. Объекты могут быть связаны близкими отношениями, либо один объект может использоваться для предотвращения воздействия другого объекта, для его отталкивания. Близкие отношения встречаются гораздо чаще; они означают, что объекты не отдаляют друг друга, а соединяются.

Объект, используемый для отталкивания другого объекта, чтобы избежать его воздействия, выражается вторым компонентом сложного слова, а первый компонент обычно называет природное явление, от которого защищаются, например: lietsargė ŪTSV 1935; gaisrasienė STŽT 1978; sniegatvorė («ограда от снега») SG 1930, AKTA 1995; ugniasienė SDKŽ 1940.

Среди объектов, связанных близкими отношениями, один также может быть природным явлением, а второй объект используется для сбора этого природного явления и выведения его из сооружения (dūmatakis SDTSS 1930 / dūmtakis SP 1965; dūmavamzdis ALKPŽ 1958, SP 1965, STŽ 2002; lietvamzdis SSB 1943, RSD 1962) или, напротив, для впуска его в сооружение: šviesangis SEŽ; švieslangis SSM 1937, SDKŽ 1940, ALKS 1972; orlangė MMPK 1988; šviesiastogis SSB 1943.

Сложными словами рассматриваемой модели, компоненты которых обозначают объекты, связанные близкими отношениями, могут выражаться и другие значения: небольшой предмет используется для крупного предмета: kaminakaištis, kaminkaištis STŽT 1978; skliautatrama SSB 1943; skliautrėmis SGBT 1931; stiklajuostė PK 1962, MAVL 2002; staktaramstis STŽ 2002; staktajuostė MAVL 2002; kluonaraktis STŽT 1978; помещение или сооружение используется живыми существами (домашними животными): avitvartis STŽT 1978; karvi atvartis STŽT 1978; kiaulėtvartis STŽT 1978; kiauli atvartis STŽT 1978; keltvargtis STŽT 1978; kiauliagurbis STŽT 1978; предмет используется для хранения, подачи или формования материала: betonvamzdis BDT 1976; cementtakis RLSTŽ 1992; dumblia-

160

Lina Rutkienė

XX a. – XXI a. pr. statybos terminų dūrinių kognityviniai propoziciniai modeliai

vamzdis STŽ 2020; skiedintakis RLSTŽ 1992; tešlaskydis (доска для хранения штукатурного раствора) SSB 1943; mūrkaltis TRLT 1949, RLKP 1959, STŽ 2002; tinkašukės SSB 1943.

Объекты, обозначенные компонентами сложных слов когнитивной пропозициональной модели ОБЪЕКТ 1 — БЫТЬ С — ОБЪЕКТ 2, связаны лишь близкими отношениями. Сложные слова этой модели называют строительные материалы, а их компоненты обозначают основные составные части этих материалов. Вторые компоненты большинства строительных терминов-сложных слов рассматриваемой модели основаны на международных существительных betonas и cementas. Пропозиционная структура и многочисленность этих сложных слов отражают когнитивный процесс: бетоны — искусственные конструкционные материалы, широко используемые в строительстве и обладающие превосходными свойствами и возможностями применения, — исследуют, совершенствуют и сочетают с другими материалами, стремясь получить материал с ещё более высокими характеристиками. Первый компонент рассматриваемых сложных слов обозначает объект (чаще всего материал), с которым соединяют бетон или цемент: akmenbetonis SDKŽ 1940, SMSM 2008; gelžbetonis MGN 1933; gelžcementas SSB 1943; degutbetonis SM 1966, AKTA 1995; dervabetonis RLKP 1959; medbetonis RLSTŽ 1992, SIŽ 2004; molbetonis RLKP 1959, CPŽŪ 1969, STŽ 2002, AKTA 1995; pjuvenbetonis RLSTŽ 1992; plaušacementis ŠSDV 2015; pelenbetonis RLSTŽ 1992, STŽ 2002; plienbetonis SSB 1943, ALLA 1993, STŽ 2002, SKT 2009; stiklabetonis SMG 1974, STŽ 2002; smėlibetonis SP 1965.

Для остальных сложных слов этой модели повторение компонентов нехарактерно, ср.: derviadažiai SSB 1943; stiklavilinė SŽD 1939; gudrondegutas SMG 1974; putgumė SIŽ 2004.

Сложными словами модели ОБЪЕКТ 1 — БЫТЬ ЧАСТЬЮ — ОБЪЕКТ 2 называют строительные реалии, являющиеся частью некоторого целого. Это целое обычно представляет собой строительную конструкцию, часть сооружения или само сооружение; например, термином kluonraštis STŽT 1978 обозначают узор амбара, терминами langabalkis SSB 1943; langarėmis SSB 1943 — оконную балку (balkis) и оконную раму, а терминами laiptasijė SP 1965, SEŽ 1967; laiptotakis TRLT 1949 — лестничную балку и лестничный марш. К группе сложных слов этой модели относятся также термины mašinsuolis MMPK 1988; skliautanarys SSB 1943 («часть, элемент, образующий свод»); skliautapėdis SSB 1943; skliautsija SGBT 1931; skliautarkė SSB 1943; tuorlentė RLSTŽ 1992. Как и в модели ОБЪЕКТ 1 — БЫТЬ С — ОБЪЕКТ 2, объекты, обозначаемые компонентами сложных слов данной когнитивной пропозициональной модели, связаны конъюнктивными отношениями.

Terminologija | 2021 | 28

161

В сложных словах строительных терминов когнитивной пропозициональной модели ОБЪЕКТ 1 — БЫТЬ СДЕЛАННЫМ ИЗ — ОБЪЕКТ 2 концепт ОБЪЕКТ 1 обычно указывает на материал, из которого изготовлено сооружение, строительная конструкция или строительное изделие, актуализирующие концепт ОБЪЕКТ 2. В некоторых источниках наряду с однословным термином-сложным словом приводятся синонимичные двухсловные, а иногда и трёхсловные термины, яснее показывающие отношения между этими объектами, либо термин объясняется несколькими словами, например: lentarkė, lentinė arka, arka iš lentų SSB 1943; medjuostė TRLT 1949, MMPK 1988, RLSTŽ 1992 («полоса для закрытия стыка между полом и стеной»).

Сложными словами рассматриваемой модели в строительной сфере обычно называют разновидности кирпича: durpiaplytė SŽD 1939, SDKŽ 1940, SSB 1943; gipsaplytė SSB 1943; kamščiaplytė SSB 1943; medžplytė SSM 1937; plaušaplytė STŽ 2002; stiklaplytė SSB 1943 / stikliapytė SSM 1937. К сложным словам рассматриваемой когнитивной пропозициональной модели относятся также следующие образования: drožliaplokštė DS 1960 / drožleplokštė STŽ 2002; plaušaplokštė STŽ 2002; metal­tinklis SSB 1943; plytskli autis SSB 1943; stiklab lokis STŽ 2002; stiklaplokštė SSB 1943.

Когнитивные пропозиционные модели с концептами ОБЪЕКТА и СВОЙСТВА, МЕСТА, ВРЕМЕНИ, ЦЕЛИ и СОСТОЯНИЯ

Концепт ОБЪЕКТА может образовывать когнитивную пропозициональную структуру не только с концептами другого ОБЪЕКТА и ДЕЙСТВИЯ, но и с концептами СВОЙСТВА, МЕСТА, ВРЕМЕНИ, ЦЕЛИ и СОСТОЯНИЯ.

Концепт СВОЙСТВА передаёт информацию о цвете, форме, количестве и других признаках предмета и вместе с концептом ОБЪЕКТА образует когнитивную пропозициональную модель ОБЪЕКТ — БЫТЬ ХАРАКТЕРНЫМ — СВОЙСТВО. Концепт ОБЪЕКТА в этой модели охватывает предметы — сооружения, их части, строительные изделия, рабочие инструменты, приспособления и т. п. Характерно, что слова, называющие эти предметы, уже являются терминами строительной сферы. Отличительный признак рассматриваемых предметов может быть связан с цветом (geltonmedis SAV 1935; raudonmedis SSM 1937, MAVL 2002), формой (skerslangis SSB 1943; skerslentė DD 1967; skerstakis ALKS 1972; stačiaplytė STŽ 2002; statvamzdis SP 1965), размером (didžianamė STŽT 1978; didžkelis LPMK 1931; didžmedis SSM 1937; laibraštis SMG 1974, StM 2012; siauralentė DSD 2008; storlentė DSD 2008), количеством (daugiabutis ŠVOK 2019; daugpjūklis SAV 1935; daugiašakis ALLA 1993; keturstubė STŽT 1978; trišakis SDTSS 1930, SP 1965), оценкой (brangmedis RLSTŽ

162

Lina Rutkienė

XX a. – XXI a. pr. statybos terminų dūrinių kognityviniai propoziciniai modeliai

1992; dailyjuostė STŽ 2002; dailylentė TRLT 1949), действием (klijuotmedis SSM 1937; klotsienė SŽD 1939; skeltvinė DS 1960; soditkelis SAV 1935; spraustsienė SŽD 1939).

Соединяясь с концептом МЕСТА, концепт ОБЪЕКТА формирует когнитивную пропозициональную модель ОБЪЕКТ – БЫТЬ – МЕСТО. Концепт МЕСТА выражает информацию о положении ОБЪЕКТА в пространстве. В этой модели концепт МЕСТА часто выражается компонентом tarp: tarpatramis GSTŽ 2009; tarpcentris RLSTŽ 1992; tarpduris MTPM 1976; tarpkniedis RLSTŽ 1992; tarpkolonis RLSTŽ 1992; tarplangis SKPP 2008; tarplatakis RLKP 1959, SSKR 1989; tarprėmis SAV 1931, DD 1967; tarpsankabis STŽ 2002; tarp- santvaris RLSTŽ 1992; tarpsijis STŽ 2002; tarpslaitis RSD 1962; tarpulангis CPŽŪ 1969 и т. д.

В некоторых композитах этой модели указывается позиция объекта на вертикальной оси верх–низ: viršduris RLKP 1959, RLSTŽ 1992; viršlangis PK 1962 / viršulangis SP 1965, DD 1967; žemulangis SP 1965. В других композитах концепт МЕСТА актуализируется вторым компонентом, основанным на существительном место: laidovietė SDKŽ 1940; laiptavietė SSB 1943; dumblavietė STŽ 2002, либо компонентом, основанным на более конкретном существительном яма: kalkduobė TD 1934; durpduobė RLKP 1959, AKTA 1995; žvyrduobė KS 1936.

Концепт ЦЕЛИ, соединяясь с концептом ОБЪЕКТА, передаёт информацию о целевом назначении объекта. Рассматривая сложные строительные термины в рамках когнитивной пропозициональной модели ОБЪЕКТ – БЫТЬ ИСПОЛЬЗУЕМЫМ – ЦЕЛЬ, следует отметить, что для распознавания концепта ЦЕЛИ, возможно, в большей степени, чем для других концептов, необходимы контекст, семантический анализ и опора на лексическое значение слова. Например, термины dailoblis SAV 1935, slopiamedžiagės SSB 1943, slopiaplytė SSB 1943 можно было бы отнести и к группе сложных слов когнитивной пропозициональной модели ОБЪЕКТ – БЫТЬ ХАРАКТЕРНЫМ – СВОЙСТВО, то есть предположить, что объектам — рубанку, материалам, кирпичу — свойственны определённые качества (красота, способность поглощать звук). Однако контекст и семантический анализ позволяют понять, что первый компонент указывает не, например, на красоту рубанка, а на его назначение: рубанок предназначен для отделки («Наиболее подходящий инструмент для отделки дерева — отделочник, или dailoblis» SAV 1935: 86) (ср.: рубанок, которым делают канавки, — vagoblis, или rumbaoblis STŽ 2002). Первый компонент slop- в сложных словах также обозначает назначение: slopiamedžiagės и slopiaplytės — это объекты, предназначенные для поглощения звука.

Terminologija | 2021 | 28

163

В строительной терминологии есть и другие подобные сложные слова: словом kyliaplytis SS 1940 называют кирпич, используемый как «клин», то есть как клиновидная вставка; его назначение — вбивать, «заклинивать»; словом jungialapis SSB 1943 называют деталь, используемую для соединения балок; словом sargšulis RLKP 1959, SG 1930, LPMK 1931 обозначают дорожный столбик, «столб», назначение которого — служить стражем, не позволяя транспортному средству съехать с дороги. Концепт ОБЪЕКТА данной модели часто охватывает инструменты определённого назначения: skerspjūklis SAV 1935 — пила, предназначенная для поперечного распиливания; malksnojūklis STŽ 2002, vamzdžiapjūklis SP 1965, IŠŠŽ 1983 — пилы, предназначенные для распиливания дранки или труб; akmenkaltis SŽD 1939, kirstkaltis SAV 1931 — зубила, используемые для обработки камня; orpompis SŽD 1939, vandenpompis SŽD 1939 — насосы, предназначенные для перекачивания воды.

При номинации строительных понятий сравнительно редко используется когнитивная пропозициональная модель ОБЪЕКТ – БЫТЬ – СОСТОЯНИЕ. В сложных строительных терминах этой структуры первый компонент обозначает материал, а второй — форму (состояние) этого материала. К группе сложных слов этой структуры относятся термины cementmilčiai RLSTŽ 1992; klintmilčiai («известняк в виде муки») RLSTŽ 1992, SKKS 1998, SIŽ 2004; medmilčiai SSB 1943, RLSTŽ 1992; pemzamilčiai SAV 1935 («Пемзовая мука — очень мелко измельчённая и очищенная пемза» SAV 1935: 37). Как видно, концепт СОСТОЯНИЯ во всех упомянутых сложных словах выражен именным компонентом milt-.

Как отмечалось, концепт ОБЪЕКТА может образовывать пропозициональную структуру и с концептом ВРЕМЕНИ, который выражает определённый промежуток, в течение которого используется объект. Однако в строительной терминологии сложных слов, основанных на модели ОБЪЕКТ – БЫТЬ ИСПОЛЬЗУЕМЫМ – ВРЕМЯ, лишь несколько. В таких сложных словах первым компонентом обозначается предмет (сооружение, его конструкция), а вторым — время использования этого предмета: vasarlangis SSB 1943; vasarnamis ALLA 1993, STŽ 2002, RNS 2012; žiemlangis SSB 1943.

Когнитивные пропозициональные модели с концептами ДЕЙСТВИЯ и СПОСОБА, РЕЗУЛЬТАТА, ЦЕЛИ и МЕСТА

Как уже отмечалось, при образовании сложных строительных терминов концепт ДЕЙСТВИЯ обычно соединяется с концептом ОБЪЕКТА. Однако помимо него концепт ДЕЙСТВИЯ может также образовывать пропозициональные модели с концептами СПОСОБА, РЕЗУЛЬТАТА, ЦЕЛИ и ДЕЙСТВУЮЩЕГО ЛИЦА. Тем не менее модели с перечисленными концептами используются для образования сложных строительных терминов нечасто.

164

Lina Rutkienė

XX a. – XXI a. pr. statybos terminų dūrinių kognityviniai propoziciniai modeliai

Для терминов-сложных слов savigrinda HS 2008 и savitaka RLSTŽ 1992, ST 1992, savieiga ALKPŽ 1958, по-видимому, характерна пропозиционная структура ДЕЙСТВИЕ — СПОСОБ, поскольку первый, именной, компонент скорее указывает не на объект, на который направлено действие, а на способ его выполнения, то есть позволяет понять, как происходят действия по уплотнению, течению и ходьбе. Первый компонент других сложных слов этой когнитивной пропозиционной модели основан на наречиях образа действия: greitai: greitmaišė SSM 1937, ŠŽD 1939; pusiau: pusiauopiova PMST 1923 / pusiauupiūva PMST 1923; skersai: skerspjovė JŠSŽ 1983, RLSTŽ 1992.

Сложные слова, второй компонент которых образован от переходного глагола daryti (dujodaras SMU 2006, SP 2008 / dujodaris SM 1966, BABJ 2006 / porodaris BABJ 2006, SMB 2007; putodaris StM 2012; stiklodaris STP 1995), вероятнее всего, следует считать образованными по когнитивной пропозиционной модели ДЕЙСТВИЕ — РЕЗУЛЬТАТ, хотя предметность обозначаемого вторым компонентом также отчетливо выражена. Первый компонент этих сложных слов называет результат действия по изготовлению, то есть то, что производится, например: газ, поры, пена, стекло. По этой модели образованы также сложные слова sriegpjovė SP 1965, JŠSŽ 1983, RLSTŽ 1992; vagapjovė SIŽ 2004: в их первом компоненте актуализируется значение результата, то есть результат действия резания — резьба и борозда.

Термин graužmilčiai SSM 1937, найденный в литературе межвоенного периода, также можно было бы отнести к сложным словам этой когнитивной пропозиционной модели, поскольку обозначаемая вторым компонентом реалия имеет отчетливое значение результата действия: мука — результат действия грызения, а не объект грызения. Только в данном случае результат выражен вторым компонентом, а действие — первым.

Если оба компонента терминов slopiaklotis SSB 1943 и slopiakabis SSB 1943, обозначающих изоляционные конструкции для защиты от шума, соотнести с глаголами (семантическое осмысление, вероятно, именно этого и требует), то следует выделить еще одну когнитивную пропозиционную модель — ДЕЙСТВИЕ — ЦЕЛЬ. Сложными словами этой модели обозначается, что конструкцию, например, укладывают и подвешивают для подавления звука. Как показывают примеры, сложные слова с такой пропозиционной структурой встречаются только в книге одного автора — Йонаса Шимолюнаса. Впоследствии такие сложные слова не образовывались.

КОНЦЕПТ ДЕЙСТВИЯ может соединяться в пропозициональной структуре и с концептом МЕСТА, однако в строительной терминологии таких сложных слов также найдено крайне мало — всего два: šondėlis SSB 1943 и aukštalipys SP 1965. Первое сложное слово обозначает деталь, устанавливаемую сбоку, второе — человека, который поднимается и выполняет строительные работы на высоте.

Terminologija | 2021 | 28

165

Когнитивные пропозиционные модели с концептами ДЕЯТЕЛЯ и ОБЪЕКТА, ДЕЙСТВИЯ и СПОСОБА

Далее следует рассмотреть еще один важный концепт — ДЕЯТЕЛЯ, также называемый гиперконцептом. Этот концепт может охватывать как субъекта, которому свойственны сознательность, инициативность, способность оценивать окружающую среду и контролировать действия, то есть чаще всего человека, так и исполнителя действия — обычно природное явление, которое также воздействует на объект, меняя его положение в пространстве, форму или другие признаки. Однако специфика строительства и строительной науки обусловливает то, что концепт ДЕЯТЕЛЯ актуализируется нечасто; в данном контексте гораздо целесообразнее осмысливать объекты. В центре познания в этом случае находится не деятель, а продукт его деятельности — артефакт. Таким образом, строительная область не отличается обилием сложных слов, структура которых соответствует когнитивным пропозиционным моделям с концептом ДЕЯТЕЛЯ.

Несколько сложных слов актуализируют когнитивную пропозиционную модель ДЕЯТЕЛЬ — ДЕЙСТВИЕ: sulčiatekis SAV 1935; ledostova RLSTŽ 1992; lietlašė MMPK 1988; vandentekis MGN 1933, то есть называется действие, выполняемое природной реалией и выраженное непереходным глаголом: сок течет, лед стоит, дождь капает, вода течет.

Концепт ДЕЯТЕЛЯ входит еще в две когнитивные пропозиционные модели сложных слов строительной терминологии: ДЕЯТЕЛЬ (неодушевленный) — ДЕЙСТВИЕ — ОБЪЕКТ и ДЕЯТЕЛЬ (одушевленный) — ДЕЙСТВИЕ — СПОСОБ. Для наименования устройств, предназначенных для защиты зданий от молнии, применяется первая модель: образованные по ней слова обозначают, что действие деятеля направлено на защиту от объекта: žaibgynėjs / žaibgynėjas ŽG 1900; perkūnsargis SBTĮ 1922, PTŽ 1925, SBPK 1995. Сложные слова второй модели указывают, что деятель выполняет действие определенным способом, например металлы обрабатывают холодным способом или электричеством: šaltkalvis SDTSS 1930, SAV 1935, SDKŽ 1940; elektrosuvirintojas ASŠ 1969.

Связь когнитивных пропозициональных моделей и типов словообразования

При рассмотрении когнитивных пропозициональных моделей сложных строительных терминов следует подчеркнуть их связь с типами словообразования и частями речи: каждой модели соответствует определённый тип словообразования или несколько типов, а каждый концепт реализуется определённой частью речи или несколькими частями речи (см. таблицу 1).

166

Lina Rutkienė

XX a. – XXI a. pr. statybos terminų dūrinių kognityviniai propoziciniai modeliai

Таблица 1. Связь когнитивных пропозициональных моделей сложных строительных терминов и типов словообразования

КОГНИТИВНАЯ ПРОПОЗИЦИОНАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ

ТИП СЛОВООБРАЗОВАНИЯ

ПРИМЕРЫ

ДЕЙСТВИЕ – ОБЪЕКТ

сущ. + глаг., местоим. + глаг., местоим. + сущ.

dujotiekis, vėjagaudis; savistaba, savitrauka; savikontrolė, savireguliacija

ОБЪЕКТ 1 – БЫТЬ ИСПОЛЬЗУЕМЫМ – ОБЪЕКТ 2

сущ. + сущ.

sniegatvorė, ugniasienė

ОБЪЕКТ 1 – БЫТЬ С – ОБЪЕКТ 2

сущ. + сущ.

akmenbetonis, stiklav ilnė

ОБЪЕКТ 1 – БЫТЬ ЧАСТЬЮ – ОБЪЕКТ 2

сущ. + сущ.

laiptasijė, skliautarkė

ОБЪЕКТ 1 — БЫТЬ СДЕЛАННЫМ ИЗ — ОБЪЕКТ 2

сущ. + сущ.

lentarkė, plaušaplokštė

ОБЪЕКТ — БЫТЬ ХАРАКТЕРНЫМ — СВОЙСТВО

прил. + сущ., нареч. + сущ., числ. + сущ., прич. + сущ.

raudonmedis, siauralentė; daugpjūklis, daugiašakis; keturstubė, trišakis; skeltvinė, sodžikelis

ОБЪЕКТ — БЫТЬ — МЕСТО

сущ. + сущ., предл. + сущ.

durpduobė, laidovietė; tarpkniedis, tarplangis

ОБЪЕКТ — БЫТЬ ИСПОЛЬЗУЕМЫМ — ЦЕЛЬ

глаг. + сущ.

dailoblis, slopiamedžiagės

ОБЪЕКТ — БЫТЬ — СОСТОЯНИЕ

сущ. + сущ.

klintmilčiai, medmilčiai

ОБЪЕКТ – БЫТЬ ИСПОЛЬЗУЕМЫМ – ВРЕМЯ

сущ. + сущ.

vasarnamis, žiemlangis

ДЕЙСТВИЕ – СПОСОБ

нареч. + глаг., местоим. + глаг., местоим. + сущ.

greitmaišė, pusiaupliūva; savigrinda, savitaka; savieiga

ДЕЙСТВИЕ – РЕЗУЛЬТАТ

сущ. + глаг., глаг. + сущ.

sriegpjovė, vagapjovė; graužmilčiai

ДЕЙСТВИЕ – ЦЕЛЬ

глаг. + глаг.

slopiaklotis, slopiakabis

ДЕЯТЕЛЬ – ДЕЙСТВИЕ

сущ. + глаг.

sulčiatekis, ledostova

АГЕНТ – ДЕЙСТВИЕ – ОБЪЕКТ

сущ. + сущ.

молниеотвод, громоотвод

АГЕНТ – ДЕЙСТВИЕ – СПОСОБ

нареч. + сущ., сущ. + сущ.

кузнец; электросварщик

Terminologija | 2021 | 28

167

Часть речи с когнитивной точки зрения можно понимать как одну из языковых форм, передающих ментальное содержание. Я. Кубрякова придерживается позиции, согласно которой концепты в языке «могут объективироваться не только конкретными словами, но и разными классами и категориями слов» (Кубрякова 1997: 118). Как утверждает Николай Болдырев, например, пространственные характеристики в индоевропейских языках чаще всего выражаются предлогами или другими частями речи, которые могут обозначать изменчивость этих характеристик и их зависимость от точки зрения говорящего или наблюдателя (Болдырев 2006).

Из эмпирического материала очевидно, что предметность, целостность, наличие границ и устойчивость во времени, обозначаемые существительным, характерны для концептов АГЕНТА и ОБЪЕКТА; следовательно, в сложении эти концепты также реализуются существительными. Концепт МЕСТА выражается предлогами или существительными со значением места. Концепт ДЕЙСТВИЯ выражается глаголами, которым свойственно обозначать реальные признаки, связанные с действиями. СВОЙСТВА выражаются прилагательными или страдательными причастиями, обозначающими характерные, чаще всего неизменные признаки реалий, а также числительными и наречиями, указывающими на количественные характеристики реалий.

ВЫВОДЫ

1. С применением метода когнитивного моделирования были исследованы 518 строительных терминов-композитов и установлено, что все они образованы посредством актуализации 16 когнитивных пропозициональных моделей. За 100 лет, то есть с начала XX века до настоящего времени, когнитивные пропозициональные модели почти не изменились (исчезла лишь модель ДЕЙСТВИЕ – ЦЕЛЬ). Можно утверждать, что по мере развития строительной отрасли и номинации её понятий основные структуры распознавания и обозначения картины мира этой отрасли в сущности остаются неизменными.

2. Концепты, составляющие когнитивные пропозициональные модели композитов из исконно литовских и гибридных строительных терминов, отражают специфику строительной отрасли. В центре этой отрасли — объекты, преимущественно материальные продукты человеческой деятельности. Поэтому базовый концепт ОБЪЕКТА при обозначении строительных реалий также актуализируется чаще всего. Наибольшему числу композитов свойственна пропозициональная структура с концептом ОБЪЕКТА: ДЕЙСТВИЕ – ОБЪЕКТ, ОБЪЕКТ – БЫТЬ ХАРАКТЕРНЫМ – ПРИЗНАК, ОБЪЕКТ 1 – БЫТЬ ИСПОЛЬЗУЕМЫМ – ОБЪЕКТ 2, ОБЪЕКТ 1 – БЫТЬ ЧАСТЬЮ – ОБЪЕКТ 2.

3. Исходя из когнитивного подхода, согласно которому язык и его единицы обеспечивают доступ к структурам знаний, можно сказать, что когнитивные пропо-

168

Lina Rutkienė

XX a. – XXI a. pr. statybos terminų dūrinių kognityviniai propoziciniai modeliai

зиционные модели композитов позволяют хотя бы отчасти понять, как происходила (происходит) номинация строительных реалий. Данные исследования показывают, что эта номинация чаще всего происходит посредством распознавания и осмысления объектов, указания на то, для каких других объектов и каких целей, в какое время они используются, какими отношениями связаны с другими объектами и какими отличительными признаками обладают.

4. При номинации строительных реалий довольно часто актуализируется концепт ДЕЙСТВИЯ: указывается, какое действие совершается над объектом, называются способ его совершения, цель и результат. Концепты ВРЕМЕНИ, ДЕЯТЕЛЯ, МЕСТА, ЦЕЛИ и РЕЗУЛЬТАТА в строительной отрасли актуальны в меньшей степени.

5. Когнитивные пропозициональные модели реализуются в языке посредством определённых словообразовательных типов, а концепты — посредством определённых частей речи, передающих характерные признаки концепта.

ŠALTINIAI

AKTA – Automobilių kelių terminų aiškinamasis žodynas, sud. E. Palšaitis, Vilnius: Technika, 1995.

AKTM – Automobilių kelių tiesybos medžiagos: vadovėlis, aut. A. Vaitkus, D. Čygas, A. Laurinavičius, A. Tumavičė, Vilnius: Technika, 2011.

ALKPŽ – Anglų–lietuvių kalbų politechninis žodynas, sud. A. Novodvorskis, Vilnius: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla, 1958.

ALKS – Anglų–lietuvių kalbos statybos terminų žodynėlis, sud. J. Stonys, Vilnius: VISI, 1972.

ALLA – Anglų–lietuvių kalbų statybos terminų žodynas, sud. A. Kudzys, Vilnius: Technika, 1993.

AŠŠ – Atmintinė statybų šaltkalviui, vert. A. Kazlauskas, Vilnius: Lietuvos TSR MT Valstybinio statybos reikalų komiteto Centrinis techninės informacijos ir propagandos biuras, 1969.

BABJ – Beautoklavis akytasis betonas ir jo gaminiai: monografija, aut. A. Laukaitis, A. Sinica, Vilnius: Technika, 2006.

BDT – Betonavimo darbų technologija: metodinė medžiaga, reng. V. Rimvydienė, Vilnius: „Orgtechstatybos“ tresto spaustuvė, 1976.

CPŽŪ – Civiliniai, pramoniniai ir žemės ūkio pastatai, aut. V. Krasenskis, L. Fedorovskis, Vilnius: Mintis, 1969.

DD – Dailidystės darbai, aut. A. Jevstiugovas, A. Pokrovskis, Vilnius: Mintis, 1967.

DS – Drožliaplokštės statyboje, aut. M. Šaltenis, Vilnius: Vaizdas, 1960.

DSD – Dailidės ir stogdengio darbai: vadovėlis, aut. J. Burokienė, Vilnius: Mintis, 2008.

GSTZ – Gelžbetoninių sijų tempiamosios zonos elgsenos modeliavimas armatūros diagrama, aut. D. Salys, G. Kaklauskas, V. Gribniak. – Statybinės konstrukcijos ir technologijos 1(3), 2009.

HS – Hidrotechnikos statiniai: mokomoji knyga, aut. V. Damulevičius, J. Vyčius, Kaunas: Ardiva, 2008.

JŠŠŽ – Jaunojo šaltkalvio santechniko žinynas, aut. B. A. Žuravliovas, Vilnius: Mokslas, 1983.

KS – Kaimo statyba, aut. P. Drąsutis, P. Gaižutis, L. Gudzinskas, J. Juška, P. Kalita, E. Kersnauskas, V. Švipas, Kaunas: Spindulys, 1936.

KSŽ – Kaimo statybininko žinynas, aut. J. Jacinavičius, V. Matkevičius, Vilnius: Mokslas, 1988.

LPMK – Lietuvos plentai ir moderniškosios konstrukcijos. I dalis, aut. L. Tuskenis, Kaunas: Spindulys, 1931.

MAVL – Medienos apdirbimas: vienvėrių langų gamyba, įsprūdinių (filinginų) durų gamyba, aut. G. Blažys, R. Avižienis, Vilnius: Agora, 2002.

MGN – Miesto gyvenamieji namai: jiems statomi reikalavimai ir jų projektavimas, aut. V. Švipas, Kaunas: Varpas, 1933.

MK – Metalinės konstrukcijos: vadovėlis, aut. J. Paulauskas, A. Kvedaras, Vilnius: Mokslas, 1977.

MMPK – Mediniai ir mūriniai pastatai, konstrukcijos ir elementai: mokomoji knygelė, aut. V. Michalauskas, Vilnius: VISI rotaprintas, 1988.

Terminologija | 2021 | 28

169

MTPM – Medžiagyot yra tinkuotojams, plytelių ir mozaikos klotojams: vadovėlis, aut. A. V. Aleksandrovskis, Vilnius: Mokslas, 1976.

PK – Pastatų konstrukcijos. I dalis: vadovėlis, aut. A. Bistrickas, N. Geršas, J. Kapčius, K. Kaušinis, J. Mikuckas, V. Verbickis, B. Ziberkas, A. Žintelis, Vilnius: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla, 1962.

PMST – Papr asčiausiųjų medinių sijinių tiltų tipai⁵, Kaunas: Valstybės spaustuvė, 1923.

PTŽ – Perkūnsargiai (trobų nuo žaibo apsaugojimo būdai), aut. J. Šliogeris, Kaunas: Spindulys, 1925.

RLKP – Rusų–lietuvių kalbų politechninis žodynas, red. kol. A. Novodorskis, L. Kumpikas, J. Mikuckas, J. Stanaitis, S. Vasauskas, J. Vidmantas, Vilnius: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla, 1959.

RLSTŽ – Rusų–lietuvių kalbų statybos terminų žodynas, aut. J. Kiviliša, A. Kudzys, A. Rosinas, Vilnius: Lietuvos ūkis, 1992.

RNS – Rastinio namo statyba: žinynas, aut. R. Bortkūnas, T. Braškys, V. Č eikauskas, R. Daraškevičius, T. Gecas, T. Lapinskas, E. Norvaišas, M. Sakaitis, A. Sirvydis, T. Šlivinckas, G. Unikas, V. Uosaitis, Vilnius: Balto print, 2012.

RSD – Ruloniniai stogai ir jų dengimas, aut. S. K. Noskovas, Vilnius: Centrinis techninės informacijos ir propagandos biuras, 1962.

SAV – Stalių amato vadovėlis amatų mokykloms ir staliams. I dalis. Medžio sunėrimai, aut. P. Dankšas, Klaipėda: Rytas, 1931.

SAV – Stalių amato vadovėlis. II dalis. Pagalbinė, arba gretimoji medžiaga medžio dirbiniams: užbaigiamieji medžio dirbinių paviršiaus darbai: beicavimas, politūravimas ir dažymas, aut. P. Dankšas, Klaipėda: Rytas, 1935.

SBPK – Suvirintų ir besiūlių plieninių konstrukcijų saugos ir ilgalaikiškumo įvertinimas, aut. A. Kudzys, V. Vaitkevičius, Vilnius: Solertija, 1995.

SBTĮ – Statybos ir butų tvarkymo įstatymai, taisyklės, reng. K. Zubauskas, Tilžė: E. Jagomasto sp. „Lituania“, 1922.

SDKŽ – Statybos darbininkų kvalifikacijos žinynas, reng. S. V. Bašinskij, P. V. Blaževič, I. A. Petrov, Kaunas: Vilnius, 1940.

SDTSS – Statybos darbams technikinės sąlygos, sutartys ir kainos (gelžbetonas, kanalizacija, vandentiekis, centrinis apšildymas, elektros šviesos instalacija ir t. t.), aut. K. Dušauskas–Duž, Kaunas: A. Bako spaustuvė, 1930.

SEŽ – Statybos ekonomisto žinynas, aut. P. Rogožinas, Vilnius: Mintis, 1967.

SG – Sauskeliai. Gruntkeliai (vieškeliai). Dalis 2, aut. J. Gabrys, [n. d.], 1930.

SGBT – Sauskeliai. Gelžbetoniniai ir betoniniai tiltai, aut. J. Gabrys, Kaunas [n. s.], 1931.

SIŽ – Statybos inžinieriaus žinynas, aut. Č. Aksamitau skas, A. Ambrasas, A. Astrauka, T. Bal tušis, V. Barkauskas, J. Binkis, R. Bliūdžius, G. Brazauskas, G. Cinelis, V. Čaplikas, A. Čekanavičius ir kt., Vilnius: Technika, 2004.

SKb – Statybinės konstrukcijos 15. Mokslo darbai, red. kolegija: G. Marčiukaitis, J. Meškauskas, V. Stankevičius, K. Šapalas, Vilnius: Mokslas, 1989.

SKKS – Statybinės konstrukcijos: kūrimas ir stiprinimas, aut. D. Bačinskas, A. Baltrušaitis, A. Bičiulaitienė, E. Dulinskas, A. Endriukait ytė, A. Jarmolajev, V. Jokūbaitis, G. Jurkėnas ir kt., Vilnius: Technika, 1998.

SKPP – Statinių konstrukcijų projektavimo pagrindai: vadovėlis, aut. J. Parasonis, Vilnius: Technika, 2008.

SKT – Statybinės konstrukcijos ir technologijos. Engineering Structures and Technologies 1(1), red. kolegija: G. Marčiukaitis, A. Daniūnas, R. Šalna, A. Andruškevičius, J. Atkočiūnas, M. Augonis ir kt., Vilnius: Technika, 2009.

SM – Statybinės medžiagos: vadovėlis, aut. S. Ščesnulevičius, Vilnius: Mintis, 1966.

SMB – Statybinės medžiagos. Betonai: mokomoji knyga, aut. A. Naujokaitis, Vilnius: Technika, 2007.

SMD – Statybinės medžiagos ir dirbiniai, aut. M. Peliksa, A. Rumševičius, Kaunas: Technologija, 1992.

SMG – Statybinės medžiagos ir gaminiai: vadovėlis, aut. B. Grigaliūnas, Vilnius: Mintis, 1974.

SMGT – Statybinių medžiagų gamybos technologiniai procesai ir įranga: vadovėlis, aut. Dž. Nagrockienė, G. Skr ipkiūnas, Vilnius: Technika, 2014.

SMSM – Statybos menas, statybinės medžiagos, bendrieji statybos darbai, aut. A.Vaidila, J. Vėlyvis, Vilnius: Mintis, 2008.

SMU – Statybinės medžiagos. Užpildai: mokomoji knyga, aut. A. Naujokaitis, Vilnius: Technika, 2006.

⁵ Kalba netaisyta.

170

Lina Rutkienė

XX a. – XXI a. pr. statybos terminų dūrinių kognityviniai propoziciniai modeliai

SP – Statybos pagrindai, aut. A. Iljičiovas, A. Kokinas, J. Rebortovičius, vert. R. Kuosaitė. Vilnius: Vaizdas, 1965.

SP – Statybos pagrindai: mokomoji knyga, aut. D. Ramukevičius, Kaunas: Ardiva, 2008.

SPM – Stambiablokių pastatų montavimas, aut. N. Svorcovas, vert. D. Markauskas, Kaunas: Šviesa, 1964.

SS – Statyba. III tomas. Sienos, aut. J. Šimoliūnas, Kaunas: Spindulys, 1940.

SSB – Statyba. IV tomas. Stogai, bokštai, lubos, grindys, laiptai, durys, langai, tinkavimas, dažymas, apmušalai, stiklavimas, sanitariniai bei ūkiniai įrenginiai, aut. J. Šimoliūnas, Kaunas: Spindulys, 1943.

SSKR – Sutapdintųjų stogų konstrukcijų ir remonto žinynas, aut. K. Ilginis, K. Vaikšnoras, Vilnius: Mokslas, 1989.

SSM – Statyba. I tomas. Statybinės medžiagos, aut. J. Šimoliūnas, Kaunas: Spindulys, 1937.

ST – Statybos technologija: vadovėlis, aut. V. Krušinskas, V. Mažeika, P. Mikša, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidykla, 1992.

StM – Statybinės medžiagos: vadovėlis, aut. R. Žurauskienė, A. P. Naujokaitis, R. Mačiulaitis, R. Žurauskas, Vilnius: Technika, 2012.

STP – Silikatų technologijos pagrindai: vadovėlis, aut. A. Balandis, V. Jasiukevičius, M. Martynaitis, K. Strazdas, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidykla, 1995.

STŽ – Statybos terminų žodynas, aut. A. Kudžys, A. Rosenas, B. Kudzienė, Vilnius: Lietuvos mokslas, 2002.

STŽT – Statybos terminų žodynas. Trobesiai, aut. V. Michalauskas, Vilnius: VISI, 1978.

SŽD – Statyba. II tomas. Žemės darbai, aut. J. Šimoliūnas, Kaunas [n. s.], 1939.

ŠN – Šiaudiniai namai: straipsnių rinkinys, antroji laida, Vilnius: Atsinaujinančios energijos informacijos konsultacinis centras, 2010.

ŠSDV – Šlaitinio stogo dengimas vienetine ir lakštine danga: vadovėlis, reng. J. Burokienė, Vilnius: Ard reklama, 2015.

ŠVOK – Šildymas, vėdinimas, oro kondicionavimas: teorija ir praktika, aut. J. Čiuprinskienė, K. Čiuprinskas, V. Motuzienė, Vilnius: Super namai, 2019.

TD – Trobesių dažymas, aut. V. Švipas, Kaunas: Spindulys, 1934.

TRLT – Trumpas rusiškai–lietuviškas techninis žodynas, aut. A. Novodvorskis, Kaunas: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla, 1949.

UGP – Ugniagesybos ir gelbėjimo pagrindai, aut. A. Rutkauskas, Vilnius: Justitia, 1997.

ŪTSV – Ūkiškų trobų statybos vadovas, aut. V. Kindurys, Kaunas: Žaibas, 1935.

VPPG – Vienaukščio pramoninio pastato gelžbetoninių kolonų ir pastatų projektavimas: mokomoji knyga, aut. R. Balevičius, V. Jokūbaitis, D. Zabulionis, Vilnius: Technika, 2011.

ŽG – Žaibas ir griaustinis, aut. V. V. Lynkevič, vert. P. Vileišis, Tilžė: Otto Mauderodes spaustuvė, 1900.

LITERATŪRA

Aliūkaitė Daiva, Sideravičiūtė-Mickienė Ilona 2006: Gėrio ir grožio konceptai lietuvių kalbinėje sąmonėje. – Liaudies kultūra 6(111), 16–22.

Budvytytė-Gudienė Aina, Gudavičius Aloyzas, Jurgaitis Nedas, Papaurelytė-Klovienė Silvija, Toleikienė Reda 2014: Konceptualiosios metaforos viešajame diskurse: konceptualiųjų metaforų žodynas, Vilnius: BMK leidykla.

Jackendoff Ray 1990: Semantic Structures, Cambridge: MIT Press.

Gudavičius Aloyzas 2011: Reikšmė – sąvoka – konceptas ir prasmė. – Res humanitariae 10, 108–119.

Kemmer Suzanne 2003: Schemas and lexical blends. – Motivation in Language, Amsterdam: John Benjamins Publishing Company, 69–97.

Kvašytė Regina, Papaurelytė Silvija 2013. Kai kurie koncepto LIGA bruožai Lietuvos viešajame diskurse. – Filologija 18, 107–117.

Kvašytė Regina, Župerka Kazimieras 2011: Ašarų konceptualizavimas lietuvių ir latvių frazeologijoje. – Baltistica XLVI(1), 113–122.

Lakoff George 1990: Women, Fire, and Dangerous Things: What Categories Reveal about the Mind, Chicago: Chicago University Press.

Langacker Ronald Wayne 1991: Concept, Image, and Symbol: The Cognitive Basis of Grammar, Berlin–New York: Mouton de Gruyter.

Marcinkevičienė Rūta 2006: Konceptualioji metafora vertime. – Darbai ir dienos 45, 109–118.

Papaurelytė-Klovienė Silvija 2007: Lingvistinės kultūrologijos bruožai, Šiauliai: Šiaulių universiteto leidykla.

Terminologija | 2021 | 28

171

Rutkiene Lina 2021: Statybos terminijos dariniai: formavimasis ir raida: daktaro disertacija, Vilnius: Lietuvos kalbos institutas.

Vanderwende Lucy 1994: Algorithm for automatic interpretation of noun sequences. – Proceedings of the 15th conference on Computational linguistics, COLING ’94, Kyoto, Japan, 782–788.

Бабина Людмила 2013: Об одном из способов изучения производных слов в рамках когнитивно-дискурсивного подхода. – Теоретические и прикладные аспекты изучения речевой деятельности 8(1), 15–19.

Беседина Наталья 2006: Морфологически передаваемые концепты: монография, Тамбов: ИздвоТГУ.

Беседина Наталья 2014: Когнитивное моделирование процессов репрезентации знаний в морфологии. – Когнитивные исследования языка 8: сборник науч. трудов, 121–123.

Болдырев Николай 2006: Языковые категории как формат знания. – Вопросы когнитивной лингвистики 2(7), 5–22.

Феденко Анастасия 2015: Двухкомпонентные сложные существительные как модели репрезентации знаний о человеке и артефактах в современном английском языке: диссертация канд. филол. наук, Тамбов.

Кубрякова Елена 1997: Части речи с когнитивной точки зрения, Москва: Наука.

Кубрякова Елена 2004: Язык и знание. На пути получения знаний о языке (Части речи с когнитивной точки зрения. Роль языка в познании мира), Москва: Языки славянской культуры.

Кубрякова Елена, Демьянков Валерий, Панкрац Юрий, Лузина Людмила 1996: Краткий словарь когнитивных терминов, Москва: Издательство Московского государственного университета.

Степанов Юрий 2016: В трехмерном пространстве языка. Семиотические проблемы лингвистики, философии, искусства, Москва: Ленанд.

COGNITIVE PROPOSITIONAL MODELS OF COMPOUNDS IN CONSTRUCTION TERMINOLOGY IN THE 20ᵗʰ – 21ˢᵗ CENTURIES

S u m m a r y

The linguistic representation of the cognitive structures studied by cognitive linguistics, which focuses on the relationship between language and mind, changes the attitude towards compounds. From the cognitive perspective, compounds are viewed as special language units, in which we can see the relation between concepts. Compounding may be studied in the framework of the propositional theory by asserting that the knowledge of propositional nature correlates with the compound’s onomasiological structure.

The article studies indigenous and hybrid construction terminology compounds of the early 20ᵗʰ – 21ˢᵗ centuries from the scientific literature on construction of the aforesaid period using the cognitive modelling method. The aim of the article is to identify the cognitive propositional models of these compounds, which may serve as the grounds for the nomination of construction concepts. To achieve this aim, the theoretical viewpoints pertaining to cognitive propositional models are discussed; the basic concepts expressed by the components of compounds are identified; it is evaluated with which other concepts they may form the cognitive propositional models of construction terminology compounds. The study investigates the word-formation types followed in the actualization of these models.

The analysis of the empirical data revealed that compound construction terms are coined on the basis of 16 cognitive propositional models. The concepts comprising these models reflect the specificities of the field of construction. Objects, usually material man-made products, are in the centre of the construction field. Hence, in nom-

172 Lina Rutkienė │ XX a. – XXI a. pr. statybos terminų dūrinių kognityviniai propoziciniai modeliai

inating construction realities, the basic concept of the OBJECT is actualized most often. Most compounds feature the threefold propositional structure: ACTION – OBJECT (dangoraižis TRLT 1949, RLKP 1959; dujopūtė SMGT 2014; lietmatis RLSTŽ 1992), OBJECT – TO BE CHARACTERISTIC OF – FEATURE (skerstakis ALKS 1972; stačiaplytė STŽ 2002; statvamzdis SP 1965) and OBJECT 1 – TO BE USED FOR – OBJECT 2 (dūmatakis SDTSS 1930; kluonaraktis STŽT 1978; svieslangis SSM 1937), OBJECT 1 – TO BE A PART OF – OBJECT 2 (kluonraštis STŽT 1978; langabalkis SSB 1943; skliautarkė SSB 1943).

As revealed by the latter two models, the concept of the OBJECT may also enter into a propositional structure with the concept of another OBJECT. There are more models of this type: OBJECT 1 – TO BE WITH – OBJECT 2 (gelžbetonis MGN 1933; gelžcementas SSB 1943; degubetonis SM 1966), OBJECT 1 – TO BE MADE OF – OBJECT 2 (kamščiaplytė SSB 1943; drožliaplokštė DS 1960; metaltinklis SSB 1943). By joining the concept of the PLACE, the concept of the OBJECT creates the propositional model OBJECT – TO BE – PLACE (laiptavietė SSB 1943; tarpatramis GSTŽ 2009; tarpduris MTPM 1976; viršduris RLKP 1959); meanwhile, by joining the concept of the PURPOSE, it makes up the cognitive propositional model OBJECT – TO BE USED FOR – PURPOSE (dailoblė SAV 1935; slopiamedžiagės SSB 1943; slopiaplytė SSB 1943). In rare cases, the nomination of construction concepts resorts to the cognitive propositional models OBJECT – TO BE – STATE OF MATTER (cementmilčiai RLSTŽ 1992; klintmilčiai RLSTŽ 1992; medmilčiai SSB 1943, RLSTŽ 1992) and OBJECT – TO BE USED FOR – TIME (vasarlangis SSB 1943; vasarnamis ALLA 1993; žiemlangis SSB 1943).

The concept of the ACTION may not only form the propositional models with the concept of the OBJECT but also the MANNER (savitaka RLSTŽ 1992; savieiga ALKPŽ 1958), the RESULT (dujodaras SMU 2006; porodaris BABJ 2006; putodaris StM 2012), the PURPOSE (slopiaklotis SSB 1943; slopiakabis SSB 1943), the PLACE (šondėlis SSB 1943; aukštalipys SP 1965), the AGENT (lietlašė MMPK 1988; vanden-tekis MGN 1933).

The concept of the AGENT plays a role in two more cognitive propositional models of construction terminology compounds: AGENT (non-living) – ACTION – OBJECT (žaibginėjis ŽG 1900; perkūnsargis SBTĮ 1922) and AGENT (living) – ACTION – MANNER (šaltkalvis SDTSS 1930, SDKŽ 1940; elektrosuvirintojas ASŠ 1969).

In the analysis of the cognitive propositional models of compounds in construction terminology, their connection with word-formation types and parts of speech should be highlighted: each model corresponds to a certain word-formation type or several of them, whereas every concept is expressed by a certain part of speech or several parts of speech.

The research revealed that over the last century, i.e. from the beginning of the 20ᵗʰ century until now, cognitive propositional models have remained virtually unchanged (only the model ACTION – PURPOSE is no longer in use). It can be pointed out that with the development of the field of construction and the nomination of its concepts, the principal structures underlying the recognition and designation of the field of construction stay largely the same. Following the cognitive approach according to

Terminologija | 2021 | 28

173

which language and its units grant access to cognitive structures, we could state that the cognitive propositional models of compounds enable us to comprehend, at least in part, how the nomination of construction realities actually took place (takes place). The research data show that this nomination usually occurs by recognizing and reflecting upon the objects, specifying for which other objects, for what purposes and at what time they are used, what their relationships with other objects and their distinguishing features are.

Gauta 2021-09-25

Lina Rutkienė

Lietuvių kalbos institutas

P. Vileišio g. 5, LT-10308 Vilnius

E. paštas [email protected]

174

Lina Rutkienė

XX a. – XXI a. pr. statybos terminų dūrinių kognityviniai propoziciniai modeliai