VYTAUTAS KARDELIS

Вильнюсский университет

Направления научных исследований: диалектология, история языка, когнитивная семантика, вариативность в языке.

DOI: https://doi.org/10.35321/all82-13

Asta Leskauskaitė, Vilija Ragaišienė

СЛОВАРЬ ГОВОРОВ ЮЖНЫХ ЮЖНЫХ АУКШТАЙТОВ

Vilnius: Институт литовского языка, 2016, т. I A–M, 682 с. ISBN 978-609-411-187–7 (общий), ISBN 978-609-411-188-4 (том I) Vilnius: Институт литовского языка, 2019, т. II N–Ž, 831 с. ISBN 978-609-411-187-7 (общий), ISBN 978-609-411-238-6 (том II)

В 2016 году вышел первый том «Словаря говоров южных южных аукштайтов» (A–M). Три года спустя, в 2019 году, был опубликован и второй том словаря (N–Ž). В ряду диалектных словарей это уже четырнадцатый словарь (более подробный обзор диалектных словарей, изданных до 2014 года, см. Zubaitienė 2014: 142–147). Оба тома «Словаря говоров южных южных аукштайтов» подготовили опытные и профессиональные диалектологи, прекрасные знатоки южноаукштайтского говора, исследовательницы и эксперты dr. Asta Leskauskaitė и dr. Vilija Ragaišienė. Научный редактор словаря — dr. Vilija Ragaišienė, редактор — dr. Vilija Sakalauskienė, автор карты — dr. Laura Geržotaitė. Словарь тщательно сверстала Neda Kostkienė, художественно оформил художник Rokas Gelažius. Подготовку словаря поддержала Государственная комиссия по литовскому языку (далее — VLKK) в рамках программы сохранения говоров и этнических топонимов на 2001–2010 годы; издание первого тома поддержал Совет по науке Литвы (далее — LMT) в рамках Государственной программы литуанистических исследований и их распространения на 2016–2024 годы. Для публикации второго тома, по-видимому, средств упомянутой программы LMT не хватило, однако отрадно и важно отметить, что издание второго тома поддержали и бизнес, и самоуправление Варенского района, и отдельные люди — часть из них указана на авантитуле словаря, а некоторые, щедро поддержав издание, пожелали остаться неизвестными. Здесь важно обратить внимание на несколько обстоятельств: на то, что издание научной работы начинает поддерживать не LMT, а бизнес, самоуправление и граждане,

Рецензии / Reviews

207

VYTAUTAS KARDELIS

ясно показывает, что словарь уже достиг своего адресата. Это прекрасный пример и патриотизма по отношению к родному краю, и поддержки культуры своего края. Также очевидно, что авторки словаря не являются случайными прохожими в жизни «цикрских дзуков», о чём свидетельствуют не только полученная поддержка издания словаря, искренние и тёплые презентации словаря в Вильнюсском Доме учителя и в Институте литовского языка, но и качество самого словаря.

Первый том словаря начинается с Предисловия (с. VII–IX), далее следует Введение. В последнем представлены все необходимые для терминологического словаря атрибуты: упоминаются говоры южных южных аукштайтов (здесь говорится и о социолингвистической ситуации — о двуязычных и трёхъязычных жителях) и их ареал (с. XI–XIII), рассматриваются своеобразие говоров и характерные особенности фонетики, акцентуации, морфологии и синтаксиса (с. XIII–XV). Кратко, структурированно и с привлечением наглядных и уместных примеров представлены характер и структура словаря (с. XXV–XXX). Далее следует раздел транскрипции, в котором представлены знаки гласных, согласных, ударения и интонации, а также синтагматического развёртывания текста, и их экспликация. Прилагаются списки сокращений топонимов, других сокращений и знаков, а также литературы. Второй том также начинается с Предисловия (с. VII–VIII), в нём есть Введение (с. IX–XI) — краткое резюме Введения к I тому. В этой части словаря повторены разделы первого тома, в которых представлены характер и структура словаря (с. XI–XV), транскрипция (с. XV–XVIII), списки топонимов, других сокращений и знаков.

«Словарь говоров южных южных аукштайтов», по утверждению авторов, «подготовлен по принципам наиболее полных диалектных словарей: в него включены все собранные слова говоров южных южных аукштайтов из живой речи и письменных источников (рукописного фонда и аудиозаписей, хранящихся в Архиве говоров Центра геолингвистики Института литовского языка, и картотеки дополнений к „Словарю литовского языка“, накопленной в Центре исследований нормативного языка)» (с. XXVI). В Предисловии также упоминается, что «за пять лет было записано почти триста часов аудиозаписей <...>. Именно из аудиозаписей этого периода отобраны диалектные примеры, которые и составляют основу словаря» (с. VIII). Кроме того, материал брался и из других аудиозаписей, сделанных коллегами в начале XXI века. Следует подчеркнуть, что «словарь пополнили также диалектные примеры из упомянутых ранее аудиозаписей 7–10-го десятилетий XX века, 2002–2003 годов, рукописных текстов и картотеки дополнений к „Словарю литовского языка“» (с. VIII–IX).

Читая эти утверждения, можно насторожиться и спросить — каковы принципы и критерии отбора материала? Очевидно, что между письменными источниками и оригинальными аудиозаписями существует различие. Также очевидно, что диалектные примеры из аудиозаписей 7–10-го десятилетий XX века, рукописных текстов и картотеки дополнений к «Словарю литовского языка» и собирались, и — особенно — обрабатывались на иных теоретических и методологических основаниях, чем принято в современной литовской диалектологии. Итак, может возникнуть вопрос, стоило ли помещать в один словарь

208

Acta Linguistica Lithuanica LXXXII

Asta Leskauskaitė, Vilija Ragaišienė.

Словарь говоров южных южных аукштайтов

материал, собранный и представленный более старыми методами, и «новый» материал, отмеченный новым теоретическим подходом. Кстати, такой способ компоновки эмпирического материала мог быть обусловлен мыслями авторов словаря, высказанными в предисловии, где довольно ясно ощущается несколько ностальгическая и исполненная тревоги о судьбе говоров интонация: «Мировосприятие, обычаи и повседневность жителей этих мест отражает их родной говор — мелодичный, богатый словами, архаичный, хотя уже несколько разбавленный новейшими заимствованиями. К сожалению, общины деревень южных дзуков, поддерживающие традиционные ремёсла, унаследованный от предков образ жизни и быт, ежегодно сокращаются из-за неблагоприятного демографического развития, экономических и социальных процессов, поэтому их существованию угрожает реальная опасность. С уменьшением числа людей уменьшается и число тех, кто владеет местным говором...» (с. VII). Как можно понять из этой довольно длинной цитаты, целью словаря было включить в него как можно больше разнообразного материала. Следует признать, что только что высказанное сомнение относительно сочетания материалов различного характера авторки рассеяли, выбрав рациональный и подходящий способ: «Предложения старых рукописных текстов переписаны с соблюдением оригинальной системы обозначений, представлены в оригинальной транскрипции с указанием места проживания и ссылки на рукописные тексты» (с. XXX). Это указание (RT) ясно идентифицирует более старый материал. В таком случае неровности и нюансы транскрипции старых примеров становятся не столь существенными; кроме того, при необходимости удобно сопоставлять материал различных хронологических слоёв.

Ещё один вопрос, способный вызвать дискуссии, — заимствованная лексика и «более новые или новые слова» (с. XXVI). Последние обозначены сокращением nj. Перед словами иноязычного происхождения (славизмами, германизмами) ставится помета sv., которая используется и для указания на заимствованные значения. Казалось бы, это достойная порицания двусмысленность, однако и здесь авторки нашли подходящее решение: «Заимствованные значения указываются перед толкованием значения в скобках сокращением sv.» (с. XXVI). Таким образом, в одном случае сокращение sv. стоит после заглавного слова, в другом — перед толкованием значения.

Ещё одно замечание о заимствованиях: по утверждению авторов, «по возможности старались указывать происхождение слов», однако «у древних заимствований <...> этимологические пометы не ставятся» (с. XXVI). Мне кажется, что привычка не обозначать «древние заимствования» не вполне удачна и заслуживает критики (аргументы см. Kardelis 2016: 8–9). Однако можно понять, что такой выбор был обусловлен и, по словам самих авторов, традициями подготовки диалектных словарей, и утверждёнными VLKК общими требованиями к подготовке словарей говоров (диалектов). Кстати, этим требованиям, хотя они и носят рекомендательный характер, авторки следовали надлежащим образом и творчески.

Один из таких примеров: прекрасно, что «в Словаре нет гнёзд глаголов, а вместе с ними и „слов-небылиц“, которые искусственно создаются при составлении глагольных гнёзд, например: bōsti, milti, mōkti, žinti. В Словаре также не приводятся производящие глаголы, для которых в говорах не зафиксированы примеры употребления» (с. XXVIII).

Краткое замечание о транскрипции: сразу видно, что словарь составляли и редактировали профессиональные и опытные диалектологи, одним из направлений работы которых является также подготовка

Рецензии / Reviews

209

VYTAUTAS KARDELIS

диалектных текстов. Например, транскрипция продумана, не перегружена, последовательна, описывает и системный каркас звуковой системы, и показывает более важные и тонкие нюансы.

Раздел Своеобразие говоров и характерные особенности довольно традиционен, используется терминология, привычная для работ по традиционной литовской диалектологии, особенно когда речь идёт о фонетике (упоминаются древние акутовые окончания, твёрдые согласные, «смешение» согласных). Такое традиционное изложение, вероятно, не следует особенно критиковать: с одной стороны, если кто-нибудь предпримет лингвистические исследования, основанные на материале словаря, он приведёт терминологию в соответствие со своими потребностями; с другой стороны, словарь будут читать не только лингвисты и специалисты-лексикографы. Поэтому более простое представление эмпирических фактов и объяснения в данном случае имеют свои основания и логику.

При чтении вышеупомянутого раздела сразу бросается в глаза одна яркая особенность, которую можно описать одним словом — варианты. То, что в словаре не избегают показывать вариативность — реальное фонетическое, морфологическое и синтаксическое разнообразие, — является отрадным и заслуживающим одобрения. Вариативность надлежащим образом описана и во Введении, и ясно видна в иллюстративных примерах. Можно утверждать, что представленный в словаре материал действительно оригинален и аутентичен (конечно, если бы мы сравнивали его с оригинальными аудиозаписями, могли бы возникнуть дискуссии относительно того или иного конкретного случая, однако каждый, кто транскрибировал диалектные тексты, прекрасно знает, что разные транскрибаторы иногда слышат одно и то же по-разному — это целостный, сложный когнитивный процесс, зависящий от множества факторов).

В целом относительно композиции и структуры самого словаря, материала и его представления, уже упоминавшейся транскрипции и экспликаций значений нельзя высказать каких-либо существенных критических замечаний. Следует признать, что авторки словаря соблюдают системность и лексикографическую последовательность как при представлении материала, так и при экспликации значений, подаче грамматических и других помет. Творческий и аналитический подход к работе над словарём довольно хорошо показывает и представление экспликаций значений. По крайней мере для меня хрестоматийным примером того, как переплетаются экспликации некоторых значений и иллюстрирующие их примеры, являются слова kalba, kalbėti «Современном словаре литовского языка» и «Словаре литовского языка» (далее — LKŽ). Достаточно сравнить их с экспликациями в «Словаре говоров южных южных аукштайтов» и их соотношением с примерами — и сразу видна гораздо более удачная картина. В целом авторки словаря, хотя и пользуются экспликациями LKŽ (разумеется, в тех случаях, когда они полностью подходят и не противоречат эмпирическому материалу словаря), часто предлагают и собственные, которые нередко и изящнее, и более мотивированны, и хорошо согласуются с примерами.

Отрадно, что тома «Словаря говоров южных южных аукштайтов» пополняют уже существующий ряд диалектных словарей. Важно, что он уже приносит и впредь будет приносить пользу не только традиционным разделам лингвистики (литовской диалектологии, балтистике, индоевропеистике), но обладает также прекрасным, самобытным, разнообразным материальным и духовным,

210

Acta Linguistica Lithuanica LXXXII

Asta Leskauskaitė, Vilija Ragaišienė. Словарь говоров южных южных аукштайтов

а в целом — культурным пластом. Им, вне всякого сомнения, смогут пользоваться не только профессиональные гуманитарии. В Предисловии авторки красиво и точно сказали: «Итак, этот словарь — небольшая дань хранителям крупного говора южных южных аукштайтов, или дзуков». Это работа, способствующая укреплению общинности, побуждающая осознавать ценность собственной идентичности и, наконец, напоминающая о том, что мы уже утратили.

С лингвистической точки зрения это большой и важный вклад в исследование этого говора, которое авторки «Словаря говоров южных южных аукштайтов» dr. Asta Leskauskaitė и dr. Vilija Ragaišienė в последнее время не только активно, но — что особенно важно — профессионально развивают и углубляют.

Остаётся лишь пожелать Коллегам, словами профессора Alberto Rosi-no, светлая память о котором жива, творческих успехов и дальнейших весомых исследований.

LITERATŪRA

Leskauskaitė Asta, Ragaišienė Vilija 2016: Pietinių pietų aukštaičių šnektų žodynas (A–M) I, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas.

Leskauskaitė Asta, Ragaišienė Vilija 2019: Pietinių pietų aukštaičių šnektų žodynas (N–Ž) II, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas.

Kardelis Vytautas 2016: Lietuvių kalbos slavizmai: tyrimo istorija ir perspektyvos. – Lietuvos lenkų tarmės. Prieiga internete: http://www.lenkutarmes.lfl.vu.lt/apie/straipsniai.

Zubaitienė Vilma 2014: Lietuvių leksikografija: istorija ir dabartis: mokomoji knyga, Vilnius: Vilniaus universiteto leidykla.

Įteikta 2020 m. balandžio 21 d.

VYTAUTAS KARDELIS Vilniaus universitetas Filologijos fakultetas Taikomosios kalbotyros instituto Lietuvių kalbos katedra Universiteto g. 5, LT–01131 Vilnius, Lietuva [email protected]

Recenzijos / Reviews

211