ACTA LINGUISTICA LITHUANICA

XLIX (2003), 51–59

Проявления нормирования орфографии

Польское и литовское Евангелие

в изданиях 1647 и 1674 годов

MILDA LUČINSKIENĖ

Институт литовского языка, Вильнюс

В статье рассматривается графика двух изданий (1647 и 1674 годов) книги Jonas Jaknavičius’ Ewangelie polskie y litewskie. Различия между ними отражают стремление автора выработать более последовательную орфографию. Рассматриваются такие особенности, как употребление отдельных графем, передача дифтонгоидов в /m/, /n/, дифтонгов /au/, /uo/, /ai/, /ei/, /ui/, а также употребление надстрочного макрона для обозначения поствокального носового звука. Элементы сложившейся орфографической традиции прослеживаются в употреблении «a pochylone», использовании <w> для обозначения второго элемента дифтонга /au/, а также в написании отдельных лексем и собственных имён. Прямое влияние польского исходного текста на эти исправления не очевидно. Новым в издании 1674 года стало употребление носовых сокращений ē, ī, ō. Изменения, связанные с использованием литер, отражают вмешательство корректоров, возможно, самого печатника. Издания 1679 и 1690 годов существенно не отличаются от издания 1674 года, а введённые в последнем исправления, очевидно, сохранялись до 1705 года, когда Ewangelie были переписаны на западнолитовскую языковую разновидность.

1. ВВЕДЕНИЕ

О письменностях и орфографии отдельных авторов писали многие исследователи старой литовской письменности; самый широкий обзор представлен у Jonas Palionis. В этом обзоре речь идёт о письменности как системе графем и о принципах орфографии, то есть о том, на каких основаниях использовались отдельные графемы, хотя эти два явления тесно связаны (Palionis 1967: 19). Аналогично орфография трактуется и в последние годы: термином «орфография» обозначаются графика и орфография. Графика понимается как система начертательных знаков, используемых в письменных текстах для обозначения фонем языка и звуков речи, а орфография — как принципы и правила употребления этих знаков (Michelini 2000: 44). В этой статье рассматриваются некоторые различия графики и орфографии в изданиях 1647 и 1674 годов книги Jonas Jaknavičius Ewangelie polskie y litewskie (далее — Евангелия). Таким образом, речь пойдёт о различиях в письменности и орфографии, возникших вследствие исправлений составителей или редакторов, корректоров и издателей при подготовке к печати издания Евангелий 1674 года. Установлено, что в Евангелиях Якнавичюса (1647, 1674, 1679 и 1690 годов), как и в песеннике Славочинского 1646 года и отчасти в переводе катехизиса Беллармино, использовалась письменность Сирвида. Написание гласных в основном основывалось на фоне

52 | Milda Lučinskienė

согласно принципу, а согласные у Sirvydo (Daukšos, Kleino), а значит, и у Jaknavičiaus, писались с опорой на морфологический принцип (Palionis 1995: 28–30). Орфография этих изданий также сходна, однако ее неоднородность была обусловлена тем, что одна и та же фонема обозначалась несколькими буквами или сочетаниями букв и, наоборот, одна и та же буква обозначала более одной фонемы или ее варианта (Michelini 2000: 44).

2. АНАЛИЗ ИСПРАВЛЕНИЙ

2.1. Употребление графемы á в JE₄₇ и JE₇₄

Одно из наиболее часто встречающихся орфографических различий — замена a на á (около 2500 примеров)¹ и наоборот (около 100 примеров):

(i) a → á: JE₄₇ karalíjte _2₁₆ → JE₇₄ Káralíjte _2₂₁; JE₄₇ Pranáßo _4₁₀ → JE₇₄ Pránáßo _4₂₃; JE₄₇ parabíta _4₁₄ → JE₇₄ párábíta _5₃; JE₄₇ paßakie _5₂₀ → JE₇₄ páßakie _{6₁₀–₁₁}; JE₄₇ apßakídámas _7₁₅ → JE₇₄ ápßakídámas _8₈; JE₄₇ wadina _9₃ → JE₇₄ wádiná _10₂; JE₄₇ wáfara _2₁₂ → JE₇₄ wáfárá _2₁₇

Буква á употреблялась в Евангелиях, в Катехизисе Petkevičiaus, в Постилле Morkūno (Zinkevičius 1988: 198, 203), в грамматиках Kleino, в Knygoje nobážnystės (Jakulytė 2001: 73)². Часто встречающийся диакритический знак акута над á появился под влиянием польской гласной «a pochylone», обозначавшейся этой буквой, на литовский текст. Известно, что орфография старых текстов XVI–XVII веков и более позднего времени не была унифицирована и каждая типография имела свои предпочтения в употреблении букв. Такая неоднородная передача гласных «samogłosek pochylonych» затрудняет отделение языковых фактов от орфографии. В Польше не было учреждения, которое могло бы предписать типографиям придерживаться более единообразной орфографии (Birkenmajer 1971: 230). В самой Польше в XVII веке участились случаи неправильного написания a и á; эта тенденция особенно усилилась в первой половине XVIII века, когда á стали употреблять намного чаще и без соблюдения каких-либо норм, поэтому одно и то же слово, одна и та же форма в одном месте писались с a, а в другом — с á (Klemensiewicz 1985: 287).

Palionis обратил внимание на то, что во второй части PS Sirvydo чаще встречается «a pochylone» и что «[оно] не имеет какого-либо фонологического или просодического значения» (Palionis 1979: 21). Поскольку эту часть PS к печати готовил Jaknavičius, вероятно, он употреблял эту букву чаще, чем Sirvydas.

В JE₇₄ гласная a обозначается знаком акута в долгом или кратком слоге, а иногда даже во всех гласных слова a. Иногда одни и те же слова в JE₇₄ писались двояко; например, особенно часто á пишется в притяжательных местоимениях mano, tavo, savo; варианты написания этих местоимений таковы: fawo – 98x, fáwo – 62x; mano – 84x, máno – 31x; tawo – 32x,

¹Сравнительный анализ текстов JE₄₇ и JE₇₄ удалось провести благодаря компьютерным конкордансам словоформ этих изданий. Их составили сотрудники Института литовского языка Milda Lučinskienė и Vytautas Zinkevičius (программист) под руководством Šiaulių Ambrazo в рамках «Программы использования и развития государственного языка Литовской Республики на 1996–2005 годы», финансируемой за счет средств Государственной комиссии по литовскому языку при Сейме Литовской Республики.

² О употреблении á в Knygoje nobážnystės подробнее пишет D. Jakulytė.

EWANGELIE POLSKIE Y LITEWSKIE RAŠYBOS NORMINIMAS | 53

távo — 54 раза. Особенно часто «a pochylone» пишется в слове tárė — 145 раз (но наряду с ним встречается и tare — 83 раза), irá — 47 раз (ira — 120 раз).

Можно предположить, что для редактора JE₄₇ такое употребление графемы «a pochylone» считалось нормативным: общество уже апробировало эту графему (грамматики и другие старые письменные памятники), она признавалась правильной³ (ведь текст Evangelijų, столь тщательно выверенный, редактор, находившийся под надзором иезуитов, мог лишь улучшить и исправить).

(ii) á → a (100 раз): JE₄₇ atáius 15₂₇ → JE₇₄ atáius 17₁₆; JE₄₇ kád 28₂₀ → JE₇₄ kad 31₁₅; JE₄₇ Tái 31₃ → JE₇₄ Tay 34₃; JE₄₇ wáykieli 10₁₅ → JE₇₄ waykieli 11₁₇.

В JE₄₇ «a pochylone» употреблено 286 раз, тогда как составитель JE₇₄ использовал эту графему почти в десять раз чаще (2865 раз). Такая обратная правка иллюстрирует процесс стабилизации нормы.

2.2. Употребление графем ſ, s и ∫∫

В алфавите, употреблявшемся в Великом княжестве Литовском, как и в польском алфавите, графема s имела два аллографа: s традиционно писалась в конце слова, а ſ — в середине. Из приведённых далее примеров видно, как варьировалось написание графем s и ſ, ∫∫ между гласными в Evangelijose Якубовича. Наименее устойчивым было написание ∫∫.

В отличие от литовских письменных памятников Восточной Пруссии, на которые повлияла немецкая орфография, в письменных текстах ВКЛ (преимущественно в католических изданиях), как и в тогдашних польских текстах, удваивали только ſ. В письменных памятниках Восточной Пруссии такое удвоение чаще всего служило для обозначения краткости гласного перед удваиваемым согласным (Palionis 1995: 31). Считается, что на удвоение графем наибольшее влияние оказывали оригиналы (Palionis 1967: 48). Однако принцип последовательности не соблюдался: нередко в одном и том же слове одного издания чередовались ſ и ∫∫ (ед. ч., вин. п. JE₄₇ wiſſu 77₁₆–₁₇ и JE₄₇ wiſſu 129₁₉).

(i) ∫∫ → ſ (23 раза): JE₄₇ iźg wiſſo 119₁₁ → JE₇₄ iźg wiſo 125₁₂; JE₄₇ Táſſay 169₁₆–₁₇ → JE₇₄ Taſay 175₁₃; JE₄₇ iźg wiſſu 203₆ → JE₇₄ iźg wiſu 209₁₈; JE₄₇ iſſay 158₁₁ → JE₇₄ iſay 163₃.

ſ → ∫∫ (10 раз): JE₄₇ eſi 61₁ → JE₇₄ eſſi 66₁₀; JE₄₇ wiſas 148₁₃ → JE₇₄ wiſſas 153₁₂; JE₄₇ taſay 166₃ → JE₇₄ taſſay 171₁₉.

∫∫ → s (4 раза): JE₄₇ knigoſſe 69₁₆ → JE₇₄ knigoſe 75₅; JE₄₇ anaſſay 150₂₆ → JE₇₄ ánásay 155₂₂.

ſs → ſ (2 раза): JE₄₇ ne tikieſſite 161₂₈ → JE₇₄ ne tikieſites 166₁₆–₁₇.

ſ → ſs (2 раза): JE₄₇ iſſipildis 2₂₀ → JE₇₄ iſſipildis 3₂–₃.

ſ → s (5 раз): JE₄₇ aſliciu 53₁₈ → JE₇₄ asliciu 58₁₄; JE₄₇ wiriaujus 17₂₃–₂₄ → JE₇₄ wiriausius 19₁₅.

(ii) s → ſ (5 раз): JE₄₇ swiečiumu 13₁₁ → JE₇₄ ſwiečimu 14₁₉; JE₄₇ dunguoſe 176₂₂ → JE₇₄ dunguoſe 182₁₉–₂₀.

³ Такое понимание нормы представлено в книге Encyklopedia wiedzy o książce, а также в работе исследователя М. Cybulskiego, анализирующего язык польских текстов XVII века (Cybulski 1992: 17).

54 |

Milda Lučinskienė

(iii) ʃs → ʃʃ (13 раз): JE₄₇ eʃi 51₂₃ → JE₇₄ eʃʃi 56₉ (6 раз); JE₄₇ wiʃi 89₂ → JE₇₄ wiʃʃi 94₂₀ (5 раз); JE₄₇ iʃigando 59₁₁₋₁₂ → JE₇₄ iʃʃigundo 64₁₂.

Из анализа различий между JE₄₇ и JE₇₄, проведённого на основании компьютерных данных конкордансов, установлено, что в количественном отношении знаки ʃ и ʃʃ в этих изданиях распределены одинаково, однако обнаружены некоторые различия в принципах их употребления. В части перевода JE₄₇, приписываемой Якубовичу, форма множественного числа творительного падежа iuʃu писалась только с одной ʃ (46 раз), а в части, приписываемой неизвестному редактору, — наоборот, только с удвоенной ʃʃ (14 раз). Поскольку, как уже упоминалось, удвоенный согласный обычно писался после краткого гласного, в данном случае редактор JE₇₄ «исправил» непоследовательность орфографии JE₄₇ и выбрал вариант, который в то время мог восприниматься как нормативный, — именно iuʃu. О попытке редактора «нормализовать» текст свидетельствует и правка диграфа ʃs в слове eʃi: в JE₄₇ эта форма слова зафиксирована 19 раз, eʃʃi — только 1 раз (102₄), тогда как в JE₇₄ eʃi встречается уже вдвое реже (9 раз), а eʃʃi, соответственно, чаще (8 раз).

Исследование употребления ʃ и ʃʃ в польском оригинале JE₄₇ показало, что диграф ʃʃ употреблён в нём 6 раз и только в собственных именах (JE₄₇ Naáʃʃoná 143₁₅; JE₄₇ Ieʃʃego 143₂₂; JE₄₇ Manaʃʃes 144₁₇₋₁₈). Таким образом, в данном случае можно говорить о традиции орфографии литовских письменных памятников, на которую непосредственно не влиял конкретный польский оригинал.

(iv) ʃ → ʒ (12 раз)⁴: JE₄₇ Pharifeuʃams 69₂₈–₇₀₂ → JE₇₄ Pharizeuʃams 75₁₇₋₁₈ (5 раз); JE₄₇ Iʃaakas 143₃₋₄ → JE₇₄ Iʒáákas 148 (2 раза); JE₄₇ Ierʃalem 60₁₀₋₁₁ → JE₇₄ Ieruzalem 65₁₁₋₁₂ (2 раза); JE₄₇ Ieʃus 53₂₋₃ → JE₇₄ IEʒus 57₁₉ (1 раз).

Из этих исправлений видно, что фонема /z/ в редких случаях обозначалась графемой ʃ в нелитовских собственных именах JE₄₇: JE₄₇ Phariʃeuʃas написано 5 раз, а Phariʒ(ʒ)euʃas — 14 раз; Ieruʃalem — 2 раза, Ieruzalem — 8 раз; Ieʃus в JE₄₇ — 1 раз, а IEʒus — 192 раза; Iʃaakas — 2 раза. Однако в JE₇₄ у этих лексем графема ʃ уже не встречается — последовательно пишется графема ʒ. Хотя орфография слов Iʃ(ʒ)raelo и Iero(ʒ)olimos была исправлена, она не была полностью унифицирована. Таким образом, можно говорить о попытке редактора упорядочить орфографию нелитовских собственных имён.

2.3. Обозначение сочетаний ā, ū, ē, i + m, n и o + m

В литовском тексте JE₄₇ аббревиатурных букв было немного: ā написана 14 раз, а ū — всего 5 раз; знаки ī, ē, ō вообще не употреблялись. В польском тексте этих Евангелий аббревиатурные буквы встречаются чаще: ā — 33 раза, ē — 8 раз, ō — 7 раз, ī — всего 1 раз.

В середине слова над буквой обычно ставился волнистый штрих (знак циркумфлекса), а в конце слова — прямой; нередко строка JE₄₇ заканчивалась таким знаком (15 раз) либо после аббревиатурной буквы слово переносилось на следующую строку (7 раз)⁵. Такие аббревиатурные буквы писались и в других старых письменных памятниках, например, Wol-

JE₄₇ maʃgot 56₁₂ (1 раз) → JE₇₄ máʒgot 61₆₋₇.

⁵В слове Evangelija в JE₄₇ аббревиатурная ā не пишется; начиная со второго издания (чаще всего в заглавиях) этот знак написан 3 раза (Ewāgelia), слово сокращается до Ewā 9 раз.

EWANGELIE POLSKIE Y LITEWSKIE RAŠYBOS NORMINIMAS | 55

fenbüttelio postilėje (1573), kada tekstą reikėdavo sutalpinti riboto formato stačiakampyje (Gelumbekaitė 2000: 184).

Таким образом, такая аббревиатурная буква с диакритическим знаком обозначала два звука. Эта традиция обозначения восходит к рукописным текстам, когда в спешке и ради экономии времени старались сокращать слова и отдельные слоги (Birkenmajer 1971: 2–3).

(i) un, um → ū (16x): JE₄₇ dungaus 86₆ → JE₇₄ dūgaus 91₁₉; JE₄₇ athunkie 116₈–₉ → JE₇₄ atūkė 122₆; JE₄₇ mums 71₂₀ → JE₇₄ mūs 77₁₃; JE₄₇ pardaveiump 154₁₇ → JE₇₄ párdaveiūp 159₁₃; am, an → ā (11x): JE₄₇ mokitiniams 127₁₅ → JE₇₄ mokitinās 133₁₃; JE₄₇ iam 86₁₈–₁₉ → JE₇₄ iā 92₂,₁₃–₁₄; JE₄₇ oran 189₂₂ → JE₇₄ orā 196₁; JE₄₇ Ewangelia 6₁₈–₁₉ → JE₇₄ Ewāgelia 7₉–₁₀; im → ī (3x): JE₄₇ fawimp 121₁₂–₁₃ → JE₇₄ fāwip 127₁₄; JE₄₇ pagimde 143₈ → JE₇₄ pagīde 148₇–₈; om → ō (2x): JE₄₇ dienoms 146₂₂ → JE₇₄ dienōs 151₂₀; en → ē (1x): JE₄₇ talentu 127₁₉ → JE₇₄ talētu 133₁₆–₁₇; (ii) ā → am (10x): JE₄₇ pałkūciaulijā 34₁₀ → JE₇₄ páłkūciauljam 37₁₇–₁₈; JE₄₇ vntrā 58₆ → JE₇₄ vntram 63₅–₆; JE₄₇ iā 25₁ → JE₇₄ iam 27₁₃; JE₄₇ kuriā 61₁ → JE₇₄ kuriam 66₇; JE₄₇ mokitiniams 86₁₈–₁₉ → JE₇₄ mokitinās 92₁₃–₁₄; ū → um, un (4x): JE₄₇ kayčiū 49₃ → JE₇₄ kayčium 53₁₀; JE₄₇ mūs 155₁ → JE₇₄ mums 159₂₄; JE₄₇ dūgui 209₁₃ → JE₇₄ dungui 216₁₀.

Прямая или слегка изогнутая линия над буквами a, e, i, u и o обозначала отсутствие букв m или n. В Средние века таким образом особенно часто обозначали отсутствующую букву m в сочетаниях am, em, um (Cappelli 1967: xxiii–xxiv).

Такими аббревиатурными буквами графически обозначались только носовые звуки, хотя в целом в этих Евангелиях назальность графически не обозначается. Анализ орфографии текстов того времени показывает, что написаниями того или иного вида «носовых» и двузначных буквенных знаков во многих случаях обозначались подлинные носовые гласные; их употребление основывалось на фонетическом принципе (Palionis 1967: 45). В Евангелиях, как и в сочинениях Sirvydo, последовательно am, an, em, en встречаются в нескольких случаях: em, en употребляются в инфинитивах и производных от них формах тех глаголов, в настоящем или однократном прошедшем времени которых эти дифтонги сохраняются; an встречается в союзе idant; am, an, em, en сохраняются в именах собственных и нарицательных словах нелитовского происхождения (Morkūnas 1967: 140–142).

Из приведенных примеров видно, что редактор JE₇₄ склонен заменять сочетания am, an, um, un, en, im и om аббревиатурами ā, ū, ī, ē, ō (33 раза), однако зафиксированы и примеры обратной замены (14 раз). Таким образом, начиная с JE₇₄ для обозначения сочетаний en, im и om стали дополнительно употребляться аббревиатуры ē, ī и ō; чаще всего они пишутся в конце строки или при переносе слова на следующую строку. Нельзя исключать, что наборщик, набирая строку текста, сокращал ее по своему усмотрению и поэтому набрал аббревиатуру.

2.4. Написание дифтонгов [au], [uo]

В алфавите Sirvydo буква u обозначала звуки u и ū; v писалась для обозначения краткого гласного u в начале слова, а удвоенная w — для звука v (Palionis 1967: 36, 40). Хотя JE₄₇ и JE₇₄ опирались на алфавит Sirvydo, уже из приведенных примеров видно, что иногда эти

56 |

MILDA LUČINSKIENĖ

буквы смешивались. Звук [u] в JE₄₇ чаще всего обозначается буквой v в начале слова (JE₄₇ vbagay 197₁₃; JE₄₇ všveyzdetoias 23₁₅–₁₆; JE₄₇ vlėčiu 89₂₄), лишь один раз — в конце (JE₄₇ ſakaw 183₁₀)⁶, а иногда — буквой u (4 раза) (JE₄₇ uſ/wiro 119₂₀; JE₄₇ unt (2 раза) 50₁₄, 131₂₃; JE₄₇ uuždangoi 209₄–₅). В JE₄₇ буква w обозначает звук [u] в конце слова, за исключением taw и ſaw⁷; это происходит лишь один раз (JE₄₇ ſakaw 208*₁₉), и в JE₇₄ уже исправлено. В обоих изданиях «Евангелий» графема w довольно последовательно употребляется для обозначения звука [v] в начале слова.

(i) w, v и u в конце слова (реже — в середине слова): w → u (31 раз): JE₄₇ taw 43₂ → JE₇₄ tau 46₂₃ (20 раз); JE₄₇ ſakaw 208₁₉ → JE₇₄ ſakáu 215₁₆; u → w (2 раза): JE₄₇ aukščiáufiei 61₁₉–₂₀ → JE₇₄ áukščiáwſiei 66₂₂; JE₄₇ bitaw 90₉–₁₀ → JE₇₄ bitaw 96₅.

(ii) w, v и u в начале слова: u → v (13 раз): JE₄₇ unt 50₁₄ → JE₇₄ vnt 54₂₁ (4 раза); JE₄₇ ANuo 24₁₃ → JE₇₄ ANVO 26₂₁; v → u (8 раз): JE₄₇ vnt 37₁₀ → JE₇₄ unt 40₂₂ (3 раза); JE₄₇ vſždeta 106₁₃ → JE₇₄ uždėtu 112₅–₆; v → w (3 раза): JE₄₇ Vnt 31₁₇ → JE₇₄ Wnt 34₁₆; JE₄₇ vołakti 113₂₁ → JE₇₄ wotakti 119₁₅; JE₄₇ vogas 99₁₀ → JE₇₄ wuogas 104₂₄.

Из приведенных различий можно установить некоторые орфографические принципы редактора JE₇₄: 1) он стремится отказаться от буквы w, обозначающей краткий гласный [u] в дифтонге [au], чаще всего в односложных словах taw и saw (JE₄₇ taw — 42 раза; JE₄₇ ſaw — 3 раза). В JE₇₄ taw употребляется уже вдвое реже — 22 раза, а ſaw — лишь 1 раз⁸; следовательно, редактор стремится перейти к более устойчивому и простому написанию, хотя написание этих слов полностью не унифицировано; 2) в JE₄₇ и JE₇₄, за исключением упомянутых местоимений, сочетание aw в одном слоге не пишется; исключение — один случай в части, не приписываемой Jaknavičius (JE₄₇ ſakaw 208₁₉), но в JE₇₄ и это написание исчезает; 3) были отредактированы варианты предлога ant — unt, vnt и wnt, однако эти исправления несущественны, поскольку в обоих изданиях преобладает вариант vnt (в JE₇₄ — 266 раз), а два других можно считать «случайными» вариантами: unt (в JE₇₄ — 3 раза), wnt (в JE₇₄ — 2 раза); 4) в JE₄₇ перед буквой o, обозначающей дифтонг uo, во всех случаях добавляется v (8 раз; один раз — w). В JE₇₄ такое написание сохраняется, лишь в нескольких случаях редактор заменяет добавочное v на w. Неясно, отражает ли это диалектную особенность (добавление v сохранилось и сегодня в южноаукштайтском диалекте и большей части восточноаукштайтского диалекта (Zinkevičius 1966: 188)) или является лишь орфографической особенностью.

2.5. Написание дифтонгов [ai], [ei], [ui]

В JE₄₇ и JE₇₄ сочетания [a, e, u + i] обозначаются двояко: с i или y во втором компоненте. Анализ изменений и данные обратной конкорданции словоформ JE₄₇ показали, что графема y в дифтонгах ai, ei, ui в JE₄₇ пишется в шесть раз чаще, чем графема i.

6 В JE₄₇ не найдено ни одного случая, когда в середине слова для обозначения звука [u] использовалась бы буква v.

7 На написание taw и ſaw в Евангелиях могли повлиять формы этих местоимений в других падежах, которые пишутся с w (fawi, ſawis, tawi, tawam и др.).

8 Такая форма записана 1 раз в дополнительно включенной перикопе (JE₇₄ 166–167).

EWANGELIE POLSKIE Y LITEWSKIE RAŠYBOS NORMINIMAS | 57

ai → ay (98 раз): JE₄₇ vbagai 3₁₉ → JE₇₄ vbagay 4₄; JE₄₇ kurgai 4₁₇ → JE₇₄ kurłay 5₆; JE₄₇ kaip 7₁₈, 64, 105, → JE₇₄ kayp 8₁₂, 69₁₉, 110₁₇; JE₄₇ pálnikais 15₂₃ → JE₇₄ pálnikays 17₁₂; ay → ai (8 раз): JE₄₇ kurlay 47₇ → JE₇₄ kurlai 51₇; JE₄₇ kieterwiopay 201₉–₁₀ → JE₇₄ kieterwio-pai 207₁₆–₁₇; JE₄₇ priefinikay 205₂₂–₂₃ → JE₇₄ priefinikai 212₈; ei → ey (28 раз): JE₄₇ funkiei 25₁₇ → JE₇₄ funkiey 28₅; JE₄₇ erškiečiei 35₁₈–₁₉ → JE₇₄ erškiečiey 39₂; JE₄₇ wagiei 209₁₆ → JE₇₄ wagiey 216₁₂; ey → ei (10 раз): JE₄₇ ištleydis 84₁₅–₁₆ → JE₇₄ ištleidis 90₆; JE₄₇ reykia 187₈ → JE₇₄ reikia 193₁₆; ui → uy (3 раза): JE₄₇ Diewui 15₂₅ → JE₇₄ Diewuy 17₁₄; uy → ui (1 раз): JE₄₇ pałkuy 201₂₄ → JE₇₄ páłkui 208₅–₆.

Редактор JE₇₄ также стремился обозначать второй компонент этих дифтонгов графемой y. Примеров обратной замены (JE₄₇ a, e, u + y → JE₇₄ a, e, u + i) в шесть раз меньше, поэтому можно полагать, что, хотя написание этих графем и не было унифицировано, принцип орфографии постепенно прояснялся: эти дифтонги следует писать с графемой y. Чаще всего редактировались следующие слова: kai(y)p (22 раза), kursai(y) (20 раз), tai(y) (8 раз), tei(y)p (13 раз). В целом краткая i заменялась долгой y (ygreku) целых 140 раз (89 раз — в конце слова, 51 раз — в середине), тогда как обратная правка встречается лишь в 19 случаях. На написание таких слов повлияла польская орфография: в начале слова в польском языке чаще всего писалась i (iako A 9), в конце слова — y (smutney J 3), а перед согласными также последовательно писалась графема y (bogoboyney P 12) (Książek-Bryłowa 1976: 341). Таким образом, сочетания в одном слоге (с y) обозначались и в JE₄₇, и в JE₇₄.

2.6. Обозначение /š/⁹

В системе графем, использовавшейся К. Сирвидом, звук [š] обозначался буквой ʃ (в текстах, напечатанных латинским антиквенным шрифтом, — ſz и ʃ), а также ś (этой буквой обозначался и мягкий s).

ʃ → ſz (22 раза): JE₄₇ aufztunt 11₂ → JE₇₄ aufztunt 12₅; JE₄₇ Wieʃpaties 14₁₃–₁₄ → JE₇₄ Wieſzpaties 16₂–₃; JE₄₇ śiefʃtos 30₁ → JE₇₄ Siaſztos 32₂₄; JE₄₇ ʃwëtes 208₂–₃ → JE₇₄ ſzwëtes 215₁; ś → ʃ (7 раз): JE₄₇ duśios 202₂ → JE₇₄ duʃios 208₁₀–₁₁ (5 раз); JE₄₇ paraśinetus 8₂₁ → JE₇₄ paraſynetus 9₉; JE₄₇ śiewennis 31₂₈ → JE₇₄ ſiewminos 35₁–₂; ʃ → ś (7 раз): JE₄₇ ʃwintos 55₁₀ → JE₇₄ śwen tos 60₇ (2 раза); JE₄₇ ʃvjmuf 95₂₆ → JE₇₄ vʃimuś 101₁₇; JE₄₇ ʃfyrdis 209₁₉ → JE₇₄ śirdis 216₁₅.

Говоря о замене ʃ на ſz, следует обратить внимание на шрифты, использованные в JE₄₇ и JE₇₄. Польский и литовский текст JE₄₇ набран готическим швабахером¹⁰, польские заголовки — латинской антиквой, а литовские заголовки и текст перикопы — па-

⁹ Отмечены также следующие исправления: ʃ → sʃ (1 раз: JE₄₇ wieʃpaties 41₁₃ → JE₇₄ Wiesſpáties 45₅–₆); ſz → ʃ (1 раз: JE₄₇ Sjitai 4₁₄–₁₅ → JE₇₄ Sſjitai 5₄); ſz → ʃ (1 раз: JE₄₇ Szwętes 209₂₁ → JE₇₄ śwętes 216₁₇).

¹⁰ Готический швабахер быстро распространился и в XVI–XVII веках использовался во многих странах. Примечательно, что швабахер чаще всего применялся в текстах, печатавшихся на национальных языках (польском, литовском и др.), тогда как тексты на латинском языке обычно набирались антиквой (Kawecka-Gryczowa 1982: 220). В этой статье термин «швабахер» употребляется в соответствии с энциклопедическим словарём книговедения (Kaunas 1997: 360).

58 |

MILDA LUČINSKIENĖ

представить параллельные варианты лексем — курсивом латинской антиквой¹¹. JE₇₄ польский текст уже был перенабран латинской антиквой, тогда как литовский всё ещё был набран готическим шрифтом, а заголовки перикоп в обоих текстах выделялись курсивом латинской антиквы. Анализ различий показал, что лигатурный знак ſ заменялся диграфом ſz (22 раза) JE₇₄ только в заголовках перикоп. Выяснилось, что лигатурный ſ JE₄₇ набирался только готическим швабахером и курсивом латинской антиквы (знака z не было (ſz), всего 3 раза), то есть только в литовских заголовках. Здесь следует упомянуть также четыре случая, когда в параллельных вариантах, набранных курсивом латинской антиквы, графема ž JE₄₇ заменялась на ž JE₇₄, поскольку выбранный вариант уже был набран готическим швабахером, в котором не было литеры ž (JE₄₇ vžleios₂₇₁₉ → JE₇₄ vžleios₃₀₁₂; JE₄₇ ažurawgie₃₀₂₈ → JE₇₄ ažuraugie₃₄₁).

Итак, через 27 лет после первого издания был изменён не только шрифт польского текста и заголовков перикоп, но, по-видимому, заменён и комплект литер типографии Виленской академии¹². Вероятно, по этой причине в кассе латинской антиквы курсивом уже не было лигатурной ſ, и поэтому её заменяли двумя буквами ſz.

3. ВЫВОДЫ

Хотя в области как алфавита, так и орфографии ещё заметны непоследовательность и вариативность, уже предпринимаются попытки унифицировать текст, перейти к более устойчивым принципам использования литер и правописания.

Довольно последовательно, с ориентацией на традицию печатных текстов на польском языке, начинает употребляться диакритическая литера «a pochylone», которую корректор типографии мог уже воспринимать как нормативный вариант. Применение определённых устоявшихся правил обнаруживается также в редактировании слова iuſu, литеры w, обозначающей краткий гласный [u] в дифтонге au, а также орфографии некоторых имён собственных. На эти исправления непосредственно не повлиял конкретный польский оригинал.

Таким образом, в Евангелиях, начиная с JE₇₄, для обозначения сочетаний en, im и om стали дополнительно использоваться абревиатурные литеры ē, ī и ō. Исправления, связанные со шрифтами, свидетельствуют о том, что в упорядочении текста участвовал корректор типографии или даже сам печатник.

Поскольку переиздания Евангелия 1679 и 1690 годов лишь незначительно отличались от издания 1674 года (Lučinskienė 2001: 117–128), можно предположить, что эти исправления сохранялись вплоть до издания 1705 года, когда текст Евангелия был переписан на западном варианте письменного языка.

¹¹Латинская антиква, слегка наклонённая вправо, называлась курсивом или италиком. Такой курсив использовался для выделения отдельных слов в тексте или частей текста, набранных антиквой (Kawecka-Gryczowa 1982: 221).

¹² И. Петраускене указывает, что 1633–1652 годы были наиболее продуктивным этапом деятельности типографии Виленской академии. «Положение особенно улучшилось с 1666 года, по-видимому, после покупки новых печатных станков и шрифтов» (Petrauskienė 1976: 41). О том, что качество литер заботило иезуитов Виленской академии, свидетельствует также распоряжение провинциала иезуитов Литвы М. Ленчицкого, изданное после 28 августа 1634 года, о печатании изданий в типографии Виленской академии и их распространении. В одном из пунктов указано, что из платы, взимаемой за печать, следует оставлять некоторую сумму «на восстановление и обновление литер, которые легко стираются, а на их исправление требуется много средств» (Petrauskienė 1992: 251).

EWANGELIE POLSKIE Y LITEWSKIE RAŠYBOS NORMINIMAS | 59

СОКРАЩЕНИЯ

JE₄₇ – [Jonas Jaknavičius] ПОЛЬСКИЕ И ЛИТОВСКИЕ ЕВАНГЕЛИЯ, как воскресные, так и на все праздники, которые в Католической церкви, согласно римскому чину, читают в течение всего года. Изданы с разрешения старших в ВИЛЬНЕ. В типографии Академии Общества Иисуса. Год / 1647.

JE₄ – [Jonas Jaknavičius] ПОЛЬСКИЕ И ЛИТОВСКИЕ ЕВАНГЕЛИЯ. Как воскресные, так и на ВСЕ ПРАЗДНИКИ, которые в Католической церкви, согласно римскому чину, читают в течение всего года. ВИЛЬНА. В академической типографии Общества Иисуса. 1674.

PS – [Konstantinas Sirvydas,] «Точки проповедей на Великий пост» на литовском языке, сочинённые досточтимым отцом Константином Ширвидом, теологом Общества Иисуса, а затем переведённые на польский язык и изданные обоими языками в печати. с разрешения старших. В Вильне / в типографии Академии Общества Иисуса. В год Господень 1644.

LITERATÚRA

BIRKENMAJER, A., KOCOWSKI, B., TRZYNADLOWSKI, J., red., 1971: Encyklopedia wiedzy o książce, Wrocław, Warszawa, Kraków: Zakład Narodowy im. Ossolińskich.

CAPPELLI, A. 1967: Dizionario di abbrevia ture latine ed italiane. Ristampa, Milano: OFSA-Casarile.

CYBULSKI, M. 1992: Norma języka literackiego wobec normy rękopiśmiennych tekstów urzędowych z XVII wieku. Odmiany polszczyzny XVII wieku, Lublin: Wydawnictwo Uniwersytetu Marii Curie-Skłodowskiej.

GELUMBECKAITĖ, J. 2000: [Rec.] Wolfenbüttelio postilė. Archivum Lithuanicum 2, 173–194.

JAKULYTĖ, D. 2001: „Knygos nob ažnystės“ kalba. Knyga nob ažnystės krikščioniškos (1653) – XVII a. Lietuvos kultūros paminklas, Kėdainiai: Kėdainių krašto muziejus.

KAUNAS, D. 1997: Knygotyra. Enciklopedinis žodynas, Vilnius: Alma littera.

KAWECKA-GRYCZOWA, A. 1982: Współczesne polskie drukarstwo i grafika książki. Mały słownik encyklopedyczny, Wrocław etc.: Zakład Narodowy im. Ossolińskich.

KLEMENSIEWICZ, Z. 1985: Historia języka polskiego, Warszawa: Państwowe Wydawnictwo Naukowe.

KSIĄŻEK-BRYŁOWA, W. 1976: O języku druków lubelskich z XVII wieku. Annales Universitatis Mariae Curie-Skłodowska, vol. XXXI, 19, Lublin–Polonia.

LUČINSKIENĖ, M. 2001: Ryšytvebių redagavimas Jono Jaknavičiaus Evangelie polskie y litewskie 1674 metų leidime. Archivum Lithuanicum 3, 117–128.

MICHELINI, G. 2000: Martyno Mažvydo raštai ir jų šaltiniai, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas.

MORKŪNAS, K. 1967: Mišrieji dvigarsiai am, an, em, en ir balsiai ą, ę K. Širvydo raštuose. Lietuvių kalbotyros klausimai 9, 139–146.

PALIONIS, J. 1967: Lietuvių literatūrinė kalba XVI–XVII a., Vilnius: Mintis.

PALIONIS, J. 1979: Lietuvių literatūrinės kalbos istorija, Vilnius: Mokslas.

PALIONIS, J. 1995: Lietuvių rašomosios kalbos istorija, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidykla.

PETRAUSKIENĖ, I. 1976: Vilniaus akademijos spaustuvė 1575–1773, Vilnius: Mokslas.

PETRAUSKIENĖ, I. 1992: Vilniaus akademijos spaustuvės šaltiniai XVI–XIX a., Vilnius: Mokslas.

URBAŃCZYK, S., red., 1978: Encyklopedia wiedzy o języku polskim, Wrocław, Warszawa, Kraków, Gdańsk: Zakład Narodowy im. Ossolińskich.

ZINKEVIČIUS, Z. 1966: Lietuvių dialektologija, Vilnius: Mintis.

ZINKEVIČIUS, Z. 1988: Lietuvių kalbos istorija 3. Senųjų raštų kalba, Vilnius: Mokslas.

Milda Lučinskienė Lietuvių kalbos institutas P. Vileišio g. 5, 10308 Vilnius, Lietuva [email protected]

Gauta 2003 11 22