LAIMUTIS BILKIS

Институт литовского языка

ORCID id: orcid.org/0000-0002-2902-4722

Направления научных исследований: топонимика, антропонимика.

DOI: doi.org/10.35321/all85-10

О ПРОИСХОЖДЕНИИ ЛИТОВСКИХ ТОПОНИМОВ С КОРНЯМИ JUJ-/JŪJ-

О происхождении литовских топонимов с корнями juj-/jūj-

АННОТАЦИЯ

В статье впервые рассматриваются возможные варианты происхождения литовских топонимов с корнями juj-/jūj. В попытке выяснить происхождение ойконима Jujėnai подробно анализируются данные живого языка и его фиксации в исторических документах — метрических книгах Вабальнинкской церкви XVII–XVIII веков и источниках административного характера. Зафиксировав множество исторических вариантов, анализируются причины их появления и обосновывается, почему современную форму можно считать аутентичной. Обнаружив историческое личное имя *Jujnyčia с корнем juj, выдвигается гипотеза об антропонимическом происхождении ойконима. Утверждается, что записанные в живом языке гидронимы (варианты) Jujà, Jūjos lėnkis, Jūjà могут указывать на juj-/jūjапофонию. Не исключено, что эти топонимы могли произойти от авд. *Jujà, *Jūjà.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: историческая топонимика, историческая антропонимика, развитие ойконимов, происхождение ойконимов, исторические фиксации онимов.

АННОТАЦИЯ

В статье впервые рассматриваются возможности происхождения литовских топонимов с корнями juj-/jūj-. В попытке определить происхождение ойконима Jujėnai в статье проводится тщательный анализ данных разговорного языка и его фиксаций в исторических документах, то есть приходских метрических книгах Вабальнинкской церкви XVII–XVIII веков и источниках административного характера. После сбора ряда исторических вариантов в исследовании анализируются причины их появления. Приводятся аргументы в пользу того, почему современную форму можно считать аутентичной. После выявления исторического личного имени *Jujnyčia с корнем juj была выдвинута гипотеза об антропонимическом происхождении ойконима. Утверждается, что гидронимы (варианты), записанные в живом языке

184

Acta Linguistica Lithuanica LXXXV

О происхождении литовских топонимов с корнями juj-/jūj-

В разговорном языке Jujà, Jūjos linkis, Jūjà может проявляться апофония juj-/jūj-. Следует учитывать, что приведённые выше топонимы могут восходить к личному имени *Jūjà, *Jūjà.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: историческая топонимия, историческая антропонимия, развитие ойконимов, происхождение ойконимов, исторические фиксации онимов.

В живом литовском языке зафиксировано несколько названий мест с корнем juj-/jūj-: ойконим Jujėnai, которым обозначается деревня в старостве Karsakiškio Паневежского р., и записанные в деревне Vėžionių Купишкского староства названия (варианты) Jujà, Jūjà, Jūjos linkis участка реки Lėvens, называемого sietuva, с поворотом в обратную сторону (см. рис.). В словаре латышских топонимов приведено название хутора Jūjas в окрестностях Dundagos, которое предположительно связывается с литовским названием деревни Jujėnai (Endzelīns 1956: 402). Происхождение этих топонимов неясно: нарицательные слова и личные имена с таким корнем не зафиксированы в лексике ни литовского, ни латышского языка. О литовских топонимах с juj пока ничего не написано; латышский топоним, как уже упоминалось, лишь пытаются связать с литовским ойконимом, но его происхождение также не комментируется.

РИС. Распространение топонимов с juj-/jūj: ○ Jujėnai, ◯ Jujà, Jūjà, Jūjos linkis (создано с использованием карт «Google»)

В статье рассматриваются возможные варианты происхождения литовского ойконима и гидронимов с этим корнем на основе данных об их употреблении и развитии. С этой целью ставится задача зафиксировать обстоятельства и особенности записи топонимов в живом языке

Straipsniai / Articles

185

LAIMUTIS BILKIS

и формы, употреблявшиеся в исторических источниках¹, установить их хронологическую последовательность, объяснить причины появления графических и фонетических вариантов, определить наиболее вероятную исходную форму, выяснить её возможную связь с антропонимией и ойконимией источников. Поэтому для реализации поставленных задач прежде всего привлекаются историческое исследование и сравнительный анализ данных; при объяснении причин появления вариантов исторических ойконимов во многих случаях используется метод аналогий.

Как уже упоминалось, название деревни Júenai с точки зрения словообразования и происхождения не рассмотрено ни в одной топонимической работе². В источниках, основанных на живом употреблении, его форма не варьирует: Júenų km.³ 1925 m. (LAV 53), Júenai k. (1)⁴ (VB I), Júenų km.⁵ 1959 m. (LATS 531), Júenai (1), k.⁶ 1976 m. (LATSŽ II 108). Из уст местных жителей ойконим Júenai впервые записан в картотеке Kazimieras Būga, датируемой началом XX в.⁷ (BgK). Затем он был зафиксирован в 1974, 1984⁸ и 1990 годах (VK). Эти данные показывают, что в живом языке сейчас употребляется только одна форма, которая уже наверняка устоялась в первой половине XX в.

Исторически Júenai относилась к приходу и волости Vabalninko. Эта деревня не была крупным или важным в административном и социальном отношении населённым пунктом. В подробном исследовании, посвящённом истории Vabalninko и его окрестностей, она упоминается редко: говорится, что в 1849 году её приписали к имению Stumbriškių, а на составленной автором карте староства Vabalninko 1780 года она изображена как деревня, принадлежавшая имению Vabalninko (Šakenis 1935: 165; карта). О принадлежности населённого пункта к упомянутому имению говорится также в краеведческих работах (Juknevičius 2020: 45). Проведённый подробный анализ исторических источников, главным образом метрических книг прихода Vabalninko, позволяет утверждать, что деревня начала упоминаться по меньшей мере в первой половине XVII века. Первая её фиксация обнаружена в книге записей о крещениях и браках прихода Vabalninko за 1624–1741 годы: запись 1634 года

¹ Имеются в виду исторические записи ойконима, поскольку в исторических источниках названия участка реки не обнаружены.

² О нём не говорится в объёмной статье, посвящённой анализу образования ойконимов, происходящих от личных имён с патронимическими суффиксами, — см. Raz­mukaitė 1993: 133–165. В обобщающем труде, посвящённом исследованию литовских личных имён, в котором предполагаемые антропонимы часто восстанавливаются по ойконимам, для названия деревни Júenai личное имя *Júenas не реконструируется — см. Zinkevičius 2008. По-видимому, это название считалось ойконимом с неясным словообразованием и происхождением.

³ Относилась к волости Vabalninko Биржайско-Пасвальского уезда.

⁴ В волости Vabalninko Биржайского уезда.

⁵ Относилась к Sodelių апилинке района Vabalninko.

⁶ В Karsakiškio апилинке Паневежского района.

⁷ По инициалам записавшего топоним A. V. можно предположить, что это языковед, педагог и общественный деятель межвоенного периода Antanas Vireliūnas, родившийся в деревне Vėžionių волости Kupiškio и окончивший в 1910 году Паневежскую учительскую семинарию.

⁸ Записал языковед Артурас Юджентис.

186

Acta Linguistica Lithuanica LXXXV

О происхождении литовских топонимов с корнями jū-/jūj-

свидетельствует запись о крещении сына по имени Миколай (Mikolay), родителями которого указаны Jonulis Juozūnas и Kotryna, проживающие в деревне Deikiškiai⁹ (oyca Janula Jozounda¹⁰ Č dėykiszek Zmatki katriny), а крёстными родителями — Mečulis и Agnė¹¹ из деревни Jujėnai (Jaujėnai) (kūm mecžulis de iaiunis kūma Aagna) (VbKr)n 13). Затем деревня упоминается в этом источнике в 1698 году: записаны родители крещаемого Steponas (Stephanus), Adomas Žilė¹² и Zofija (Adami Zilė et Sophiæ de Iuywieny), а также проживающая в этой деревне крёстная мать Zofija Jurgyčia¹³ (Sophia Jurgicia ibidem de Iuieny) (VbKr)n 83). В 1699 году упомянута жительница Jujėnai, крёстная мать Zofija Junynčia (Juinyčia) (Sophia Juynicia de Junieny) (VbKr)n 87). Далее в упомянутой метрической книге приводятся следующие варианты ойконима и личные имена жителей деревни: сын Petrus, родители Vladijilai Zeyzgeni⁴ C’ Anna de Iuwieny 1700 г. (л. 105); крёстная мать Anna Zadzienie de Iuwieny 1700 г. (л. 108); дочь Catharinam, родители Vladislai Zeyd elenas et Anna de Iuieny и крёстная мать Sophia Baltrienie [...] de Iuieny 1701 г. (л. 114); муж и жена Georgium Baltren...¹⁵ de Mazuchny cum Sophia Stasiucia de Iuwieny, свидетель Step...nus¹⁶ Baltrenas de Iuieny 1702 г. (л. 274); крёстная мать Sophia Staf iucia de Iuieny 1703 г. (л. 141); сын Jacobum, родители Vladilai Zydele et Anna de Iuieny, крёстная мать Crif tina Staf ziucia de Iuwieny 1704 г. (л. 159); крёстный отец Georgius Zeidel enas de Iuieny; крёстная мать Anna Władienie de Iuwieny 1705 г. (л. 164); муж и жена Petrum Staniutanis de Natyſki¹⁷ cum A...na Martynaycia de Iunieny 1705 г. (л. 278); свидетель Georgius Baltrenas de Mazuchni alias Iunieny 1705 г. (л. 280); крёстная мать Anna Jakštaycia de Iuieny; дочь Mariannam, родители Georgy Zeyd elenas et Agatha, крёстные родители Georgius Zeydele cum Barbara Rasiucia Omnes de Iuieny 1708 г. (л. 202); дочь Catharinam, родители Georgy Baltrenas et Sophia de Iuieny 1708 г. (л. 203); крёстная мать Anna Władysławowa de Iuieny 1708 г. (л. 204); крёстная мать Dorothea Blekaycia de Iuieny 1708 г. (л. 211); крёстный отец Georgius Baltrenas de Iuniany¹⁸

⁹ Deikiškiai — деревня в Биржайском районе, в Вабальнинкской старостве.

¹⁰ Второе имя отца читается довольно трудно, поэтому восстановленная форма несколько сомнительна.

¹¹ Крёстные родители, как и мать, записаны только по именам.

¹² О возможности такой формы ср. лит. zilė ‘седина, седой человек; седые волосы, седая голова’ (LKŽe); ср. также фамильную форму Žilinskas, Žiliñskas в Вабальнинкской волости (LPDB).

¹³ При восстановлении литовских форм личных имён незамужних женщин сохраняются характерные для диалекта суффиксы.

¹⁴ Личное имя читается трудно; приводится наиболее вероятный вариант.

¹⁵ Последние буквы личного имени выцвели.

¹⁶ Антропоним в книге перенесён на следующую строку, поэтому в его середине не видна одна буква.

¹⁷ Natiškiai — деревня в Биржайском районе, в Вабальнинкской старостве.

¹⁸ Достоверность этого ойконима вызывает сомнения; его можно прочитать и как Iuwianý.

Straipsniai / Articles

187

LAIMUTIS BILKIS

1710 г. (л. 219); свидетель georgius baltrenas de iuianÿ 1710 г. (л. 288); сын Simon, родители Ioannes Narwidas, Christina [...] de Iuiany 1714 г. (л. 239); крёстная мать Agnes Wijzomirska de Iuiany, Agnes Wiszomirska de Iuiany, Agnė’s Wijzomierska de Iuiany 1720 г. (л. 259, 263, 264).

Несколько раз деревня Jujėnai упоминается также в метрической книге крещений Вабальнинкской парафии за 1678–1689 годы: дочь Maryannam, родители Cafimirum Randananij et Nastazya de Iugenÿ, крёстная мать Jophia Ionaycze de Iuieny 1680 г. (VbKr₁ 56); дочь Reinam, родители Martini Waycwizonis et Helenᶻ de Iuienny, крёстная мать Anastasia Iuzuycia de Iuienÿ 1682 г. (л. 74).

В метрической книге крещений Вабальнинкской парафии за 1721–1742 годы, охватывающей период первой половины XVIII века, имеются следующие упоминания деревни и её жителей: дочь Marianam, родители Joannis Wiłzomirski et Agnetis de Iuiany 1721 г. (VbKrII 2); сын Nicolaum, родители Ioannis Sadowski et Zofia de Iuiany 1721 г. (л. 5); крёстная мать Agnes Wiszomirska de Iuiany 1722 г. (л. 6); дочь Magdalena, родители Joannis Sadauckas et Zofia Sadauckienią de Iuiany, кр. мать Agnete Wyłzamerką de Iuiany 1722 г. (л. 7); дочь Elisabetha, родители Ioaneƒ Wijzomierƒki, Agneta Mazuchnowna De Iuiany 1724 г. (л. 13); крёстная мать Elisabetha Putiowa Mozuchnowa de Iuiany 1727 г. (л. 25); сын Antonius, родители Ioannis Sadowski et Zophia Durelicia de Iuiany 1727 г. (л. 26); дочь Tereƒa, родители Iacobi Weytekunas, Catharina Smiłaycia de Iuiany 1728 г. (л. 28); дочь Hedwig..., родители Jōrij Oƒtrowski, Agnetha Mazoch nowna de Iuiany 1731 г. (л. 42); сын mathia, родители Ioanȷ Sadowski, Sophia Durelicia d Iuiani 1732 г. (л. 47); крёстная мать Sophia Sadowska de villa Ieuny 1736 г. (л. 67); крёстная мать Sophia SAdowskienia de villa Ia iuny 1736 г. (л. 73); сын Iosephus, родители Casimiri Markunas et Sophia de Villa Iuieny 1740 г. (л. 118); дочь Barbara, родители Ioannes Sadowski et Sophia de Villa Iuiany 1740 г. (л. 122); крёстная мать Helifabeth Burbulenienie de Iuiany 1741 г. (л. 132).

Деревня Jujėnai и проживавшие в ней лица несколько раз упоминаются также в метрической книге крещений Вабальнинкской парафии за 1743–1761 годы: сын Laurentius, родители Petri Burbulis et Elisabeth [...] de villa Iuieny 1745 г. (VbKrIII 26); дочь Agatha, родители Simoni Gieygus et Apollonia ex villa Iuienÿ, крёстная мать Elifabet Burbulien ia ex villa Iuieny 1747 г. (л. 36); сын Iacobus, родители Petri Burbulis et Elisabeth de villa Iuieny 1747 г. (л. 45); сын Antonius, родители Simoni Gieygus et Apolonia de villa Iuieny 1750 г. (л. 63); сын Bartholomey, родители Petri Burbulis et Elisabeth de villa Iuiany 1751 г. (л. 70).

Деревня упоминается также в исторических источниках административного характера. В инвентаре Вабальнинкского староства 1698 года записана застианка Jujėnai (Zascianek Iuiany) и её жители: Marcinie Woydzie, Władysław Žayždela, Stanisław Geyzunas (VbI₁ 14). В инвентаре местечка и староства Вабальнинка 1705 года вновь указана застианка (Zascianek Iuiany) и проживавшее в ней лицо Władysław

188

Acta Linguistica Lithuanica LXXXV

О происхождении литовских топонимов с корнями ju-/jū-

Zeyzdela, Stanisław Miedziunas, Marcin Czeponis (VbII 19). В XIX веке меняется статус поселения — упоминаются Jūjėnų kaimas: Деревня Юльны (первая половина XIX в.) (VbE 7), Jujany 1854 г. (Hołowiński 1854), Юяны, деревня 1892 г. (KGGS 243), Jujany 1905 г. (SG XV (2) 29).

Подробный анализ нескольких источников XVII и XVIII веков показывает, что современная форма ойконима Jujėnai в метрических книгах имеет множество исторических вариантов написания: de iauianis 1634 m., de Iugenу, de Iuieny (tas pats įrašas) 1680 m., de Iuienny, de Iuieny 1682 m., de Iuywieny, de Iuieny 1698 m., de Iunieny 1699 m., de Iuwieny 2x 1700 m.; de Iuieny 1701 m.; de Iuwieny, de Iuieny 1702 m., de Iwieny 1703 m., de Iuwieny, de Iuwieny 1704 m., de Iuwieny, de Iuwieny, de Iunieny 1705 m., de Mazuchni alias Iunieny 1705 m., de Iuieny 4x 1708 m., de Iunianÿ (Iuwiany?), de yuianÿ 1710 m., de Iuiany 1714 m., de Iuiany 3x 1720 m., de Iuiany 2x 1721 m., de Iuiany, de Iuiany 2x 1722 m., De Iuiany 1724 m., de Iuiany 1727 m., de Iuiany 1728 m., de Iuiany 1731 m., d Iuiani 1732 m., de villa Ięuny, de villa Iaųny 1736 m., de Villa Iųieny, Iųany 1740 m., de Iųeny 1741 m., de villa Iųeny 1745 m., ex villa Iųeny, ex villa Iųeny, de villa Iųeny 1747 m., de villa Iųeny 1750 m., de villa Iųany 1751 m. На основании этих записей формально можно восстановить формы *Jaujėnai, *Juvǫenai (*Juvǫenai), Jujėnai, *Junėnai, *Juvėnai, *Jugenai, *Jęūnai. То, что это названия одной и той же деревни, не вызывает сомнений по нескольким причинам. Во-первых, в ближайших окрестностях (и во всей Литве) больше не зафиксировано ойконимов таких форм. Во-вторых, их тождество подтверждается данными антропонимии, поскольку рядом с вариантами этого ойконима часто указываются одни и те же лица: в 1702 году записан Юргис Балтренас из Мажукнов (Georgium Baltren... de Mazuchny), в 1705 году — из Мажукнов¹⁹, иначе *Юне̇нов (Georgius Baltrenas de Mazuchni alias Iunieny), в 1708 году — из Юже̇нов (Georgÿ Baltrenas de Iuieny), а в 1710 году — из Юже̇нов и *Юне̇нов (Georgÿ Baltrenas de Iuieny, georgius baltrenas de yuianÿ, Georgius Baltrenas de Iunianÿ); жена Юргиса Балтренаса Зофия Балтриене, в девичестве Стасюча, в 1701 и 1708 годах упоминается как жительница Юже̇нов (Sophia Baltrienie... de Iuieny, Georgÿ Baltrenas et Sophia de Iuieny), а в 1702 и 1703 годах — как жительница *Юве̇нов (Sophia Stasiucia de Iuwieny, Sophia Staljucia de Iuwieny); местом жительства Юргиса Жейделенаса в 1705 году указана деревня *Юве̇нов (Georgius Zeidelenas de Iuwieny), а в 1708 году — деревня Юже̇нов (Georgÿ Zeydelenas de Iuieny); Она Владене́ однажды охарактеризована как жительница Юве̇нов (Anna Władienie de Iuwieny 1705 m.), а в другой раз — как крёстная мать, живущая в Юве̇нах (Anna Władysławowa de Iuieny 1708 m.); несколько раз упомянутого Йона

^¹⁹ По такой записи можно предположить, что Mažuknų и Jujėnų (*Junėnų) — названия одного и того же населённого пункта, однако такой случай в исследованных метрических книгах является единственным. Во многих записях упоминаются отдельные деревни Mažuknai и Jujėnai. В 1925 году ойконим Mažuknai (ar Mažuknos) приводится как вариант названия деревни Рателяй Вабальнинкской волости (LAV 55).

Straipsniai / Articles

189

LAIMUTIS BILKIS

Местом жительства Садаускаса и его жены Зофии Садаускене, в девичестве Дуреличя, указана деревня Юйенай (Ioannis Sadowski et Zofia de Iuiany 1721 m., Joannis Sadauckas et Zofia Sadauckienia de Juiany 1722 m., Ioannis Sadowski et Zophia Durelicia de Iuiany 1727 m., Ioanj Sadowski, Sophia Durelicia d Iujani 1732 m., Ioannes Sadowski et Sophia de Villa Iujany 1740 m.), однако в двух случаях записано, что та же Зофия Садаускене, крёстная мать, живёт в *деревне Йейунай (Sophia Sadowska de villa Ieiuny 1736 m., Sophia SAdowskienía de villa Iaiuny 1736 m.). В-третьих, вариативность форм подтверждается и случаями их употребления в одной и той же записи: de Iugeny и de Iuieny 1680 m., de Iuywieny и ibidem²⁰ de Iuieny 1698 m., de Iuwieny и de Iuieny 1702 m.

Объяснить, почему в исторических документах так много вариантов названия деревни Юйенай, непросто. В поисках первичной формы с большей уверенностью можно утверждать лишь то, что почти все варианты свидетельствуют о суффиксе -ėnai, переданном латинизированным окончанием -ianis²¹ (de iaŭianis) и славянизированными (полонизированными) окончаниями -eny, -en-ny, -ieny (-ienÿ), -iany (-ianÿ), -any, -ani: de Iugeny, de Iuieny, de Iuienny, de Iuienÿ, de Iuywieny, de Junieny, de Iuwieny, de Iuieny, de Iunieny, de Iuniany, de Iunianÿ, de vuianÿ, de Iuiany, Iuiany, De Iuiany, d Iujani, de Villa Iujieny, Iujany, de villa Iuieny, ex villa Iuienÿ, de villa Iuieny. Такая передача суффикса -ėnai в исторических ойконимах засвидетельствована многими исследователями, ср. исторические записи de Czulany 1688 m. (= Čiulėnai), de Drusiany 1687 m., de Drujiany 1688 m. (= Drāsernai), de Grybeny 1691 m. (= Grybėnai), de Iodani 1686 m. (= Juodėnai) (Garliauskas 2004: 157, 158, 159, 160), Kojrany 1588 m. (= Kairėnai), Rasteniany 1795 m., Rostyniany 1834 m. (= Rastinėnai) (Jurkštas 1985: 11, 12), Olxnieny 1682 m., Olxniany 1682, 1683 m. (= Alksnėnai), Iodupeny 1632, 1634, 1644 m., Iodupenÿ 1640 m., Iodupianÿ 1643, 1682, 1686, 1689 m. (= Juodupėnai) (Maciejauskienė 2009: 169, 172), de Dubiany 1733, 1758 m. (= Dubėnai), Miklusany 1743 m. (= Miklusėnai), de Puyszany 1733, 1746, 1757 m., de Puysz anis 1738 m. (= Puišėnai) (Palionis 2008: 262, 265, 267).

С этой точки зрения следует выделить только две формы, указанные в одной и той же записи 1736 года de villa Ieiuny, de villa Iaiuny, формально предполагающие вариант суффикса -ūnai — *Jėjūnai или подобное. Однако эти две записи являются единственными, а упоминаемая в этой записи жительница деревни Зофия Садаускене во всех остальных случаях названа живущей в Юйенай. Поэтому можно утверждать, что это всего лишь спорадические графические формы, возникшие из-за перестановки писцом слогов ju-jė: Jujėnai → *Jėjūnai. Итак, варианты Ieiuny и Iaiuny, вероятнее всего, возникли потому, что писец

²⁰ То есть из того же поселения Юйенай.

²¹ Подробнее см. Garliauskas 1998: 165; Palionis 2008: 28; Bilkis 2020: 183; 2020a: 280.

190

Acta Linguistica Lithuanica LXXXV

О происхождении литовских топонимов с корнями ju- / jų-

неправильно расслышав или ошибившись при письме^²². Подобные перестановки в исторической ойконимии и антропонимии можно наблюдать и далее, ср. название деревни Alkamantis 1684 m. (= Antūmalkėstė), de Downiuciu 1683 m. (= *Daučiūnai) (Garliauskas 2005: 156, 158), фамилию *Kar-but-as ← Korbutowicz 1753, 1757, 1760, 1762, 1763, 1764 m., Korbutowicza 1760, 1762, 1763, 1764, 1765, 1767, 1768, 1772 m. и Kurbatowicza 1749 m., Kurbatowicz 1748 m. (Sinkevičiūtė, Račickaja 2014: 301–302). Кроме того, нельзя исключать, что изменение суффиксов ойконимов могло повлиять и на наблюдаемое в исторической антропонимии варьирование суффиксов -ėnai и -ūnai у одних и тех же фамилий, ср. фамилию Ian Iasiunas 1763 m. и Ian Iasienas 1771 m., Michal Mickienas 1779 m. и Michal Mickunas 1783 m., Marcin Stasiunas Bracia Mateusz, Stefan, Antoni 1795 m. и Mateusz Stasienas, Bracia Stefan, Antoni 1799 m. (Maciejauskienė 1991: 129–130).

В хронологическом отношении прежде всего следует выделить самую раннюю форму de jaūanis, записанную в первой половине XVII века, предполагающую литовское *Jaūienai. На основании этой записи было бы заманчиво связать происхождение ойконима с лит. jáuja ‘часть гумна с печью, где сушат лён или зерно; сушильня; гумно с такой сушильней; отдельная изба, в которой сушат и мнут лён; баня; количество зерна или льна, помещающееся в одной јауйе (сушильне); строение для хранения и молотьбы зерна; ток, гумно’ (LKŽe) или с фамилией *Jaujenas, поскольку у личного имени корень jaucp. лат. фамилию Jauja (Staltmane 1981: 115). Однако, учитывая контекст всех исторических записей названия деревни, едва ли можно выдвигать такую гипотезу. Ведь запись с корнем jau в исследованных метрических книгах хотя и ранняя, но единственная. Все зафиксированные после неё варианты свидетельствуют о корне не с дифтонгом [au̯], а с гласным [u]. Если бы форма с дифтонгом была первичной, она должна была бы передаваться чаще, поскольку лит. [au̯] в исторических ойконимах обычно сохраняется и обозначается буквами au, eu (после мягкого согласного), aw, ou, ow, ср. de auxzta Duaris (= *Aukštadvaris), Siola jauneikiu (= Jauneikiai), de Antakiawnia (= *Antak iaunis), de Kreuieliu (= Kraujėliai), isz Toukielu (= Taukėliai), de Dowiociu (= Daujočiai) (Garliauskas 1998: 185–189), Porowswie 1617–1618 m., 1632–1634, 1643 m., porawswie 1619, 1621 m., Poraūie 1649 m., Poroūle 1681, 1684 m. (= Parausiai), Sawsuniki 1617 m., Saūyniki 1634 m., Soūiniki 1634 m. (= Sausininkai) (Maciejauskienė 2009: 178–179, 180). Поэтому можно предположить, что форма iaūanis (*Jaūienai) скорее является следствием встречающейся в записях исторических ойконимов, хотя и редко, замены u на au, ср. записи Wies Raukscie 1669 m., Zaščianek Rauksčie 1731 m., Wies Rukszt eliszki 1804 m., Miejsce Raukštyszki 1804 m., Rukjztaliszki

^²²О том, что возникновение графических форм исторических ойконимов часто обусловлено некомпетентностью, ошибками и невнимательностью писцов, писали многие исследователи исторической ономастики, ср. Zinkevičius 1977: 97; Maciejauskienė 1991: 119; 2009: 165; Garliauskas 1998: 194; Ragauskaitė 2005: 58; Palionis 2008: 27–28.

Straipsniai / Articles

191

LAIMUTIS BILKIS

1814 г., Rukštališkio I по сравнению с 1925 г. (= Rūgšteliškis) (Garliauskas 2005: 1056–1057)²³. Зафиксированы также примеры передачи других гласных дифтонгом, ср. de Leylucių 1688 г. (= Lolūčiai) (Garliauskas 2004: 162), de Mayzunų 1714 г. (= Mažiūnai) (Palionis 2008: 196).

Наибольшее разнообразие графических форм ойконима отражено в записях второй половины XVII и начала XVIII в.: наряду с формой Jūjenai (de Iuieny, de Iuienny, de Iuienÿ, de yuianÿ) встречаются также *Jūvenai (de Iuwieny, de Iuwienny de Juwieny, всего 8 записей), *Junėnai (de Junieny, de Junieny, de Iuniānÿ, 4 записи), *Jugėnai (de Iugen̄y) и *Juvėnai или *Juvėnai (de Iuywieny). С 1714 г. последовательно употребляется вариант Jūjenai, за исключением уже рассмотренных de villa Iēuny, de villa Iāuny 1736 г.

С точки зрения аутентичности исторических форм ойконима прежде всего следует отметить, что зафиксированная во второй половине XVII в. форма de Iugen̄y, записанная лишь однажды и притом рядом с имеющейся в той же записи формой de Iuieny, может быть графическим вариантом Iuieny, отражающим отмечавшуюся до XVII в. традицию передачи находящегося между гласными [j] буквами g, gh (подробнее см. Šinkūnas 2015: 197–244). С другой стороны, такая орфографическая традиция была характерна только для писаний евангеликов-реформатов (там же: 220, 221, 225), поэтому de Iugen̄y может быть ошибкой писца, поскольку в исторической топонимии не зафиксированы последовательные примеры написания g вместо j²⁴. Появление форм de Iunieny, de Iunieny, de Iunianÿ можно объяснить тем, что находящийся перед [n] [j] писец мог услышать и записать как [n]: Jūjenai (Iuieny, Iuianÿ) → *Junėnai (Iunieny, Iunianÿ). В исторических источниках встречаются сходные случаи, когда, по-видимому, под влиянием последующего n заменяется предшествующая буква j, ср. ойконимы de Jewanszany, de Jowenszany 1707 г. (= Jovaišōnys), de Eygindancy 1738 г. (= Ēigirdonys) (Palionis 2008: 194), личные имена Casimiry Augucianis и Casimirus Angucianis (Maciejauskienė 1991: 147). Варианты с корнем v (de Iuwieny, de Iuwieny, de Juwieny) употреблялись в метрических книгах довольно короткое время — в 1699–1705 гг. Их появление нельзя обосновать какими-либо фонетическими закономерностями. В историческом именослове имеются примеры написания v (w) вместо той или иной буквы, ср. ойконим Balwierzyvski 1744 г. (= Balbieriškis) (Palionis 2008: 261), личное имя Symon Burba 1769 г., его сын Jakub Burwa 1785 г. (Maciejauskienė 1991: 124). Однократно употреблённую форму de Iuywieny следует рассматривать как созданную писцом комбинацию вариантов de Iuieny и Iuwieny.

Таким образом, кратковременное или однократное употребление рассмотренных вариантов, наличие сходных случаев искажения в исторической ойконимии и антропонимии, последовательная

²³ Такое чередование u и au отражается и в исторической антропонимии, ср. варианты одной и той же фамилии Walenty Gniuzis 1718 г., Walenty Gnia wzys 1720 г., Walenty Gniauzys 1728 г., Walenty Gniawzus 1728 г. (Maciejauskienė 1991: 120).

²⁴ Встречаются случаи, когда g пишется вместо k, ср. de Villa Lenki 1802 г., Wies Linki 1805 г. и Wieś Lingi 1804 г. (= *Linkai) (Garliauskas 2005: 1052).

192

Acta Linguistica Lithuanica LXXXV

О происхождении литовских топонимов с корнями jù–/jū̃–

Употребление одной формы в исторических источниках административного характера позволяет утверждать, что записи ойконима Jū́enai с корнями jau–, jug–, jun–, juv–, juvo– (jujo–), вероятнее всего, являются результатом деятельности авторов (писцов) метрических записей и не связаны с естественным развитием названия в живой речи. Формы, отражающие современный ойконим, в исторических источниках употреблялись чаще всего; их много во всех исследованных метрических книгах, нередко наряду с другими вариантами корня, поэтому можно полагать, что корень juj– и является подлинным, этимологическим.

Говоря о происхождении названия деревни Jū́enai, прежде всего следует обратить внимание на то, что в деревне не зафиксированы исторические личные имена, корни или основы которых полностью совпадали бы с соответствующей частью слова в ойкониме. Однако одно личное имя, записанное в метрической книге, может свидетельствовать об антропонимическом происхождении этого топонима. Это уже упоминавшаяся запись 1699 года Sophia Juynicia de Junieny (VbKrJn 87). Второе личное имя крёстной матери из деревни Juenai, названной таким образом, Juynicia (Juinyčia) может быть спорадически сокращённой формой от *Juynęyčia, то есть ‘[дочь Juenas]²⁵’. Примеров, иллюстрирующих именно этот случай, при исследовании именования женщин не обнаружено, однако зафиксированы случаи сокращения других патронимических суффиксов, ср. женское личное имя Chriftina Giedrociowna наряду с мужским личным именем Giedroyc (Giedroic), а также личные имена Heduis Giedrociowna, Anna Giedrociowa, Dorothea Ciulacia (Maciejauskienė 1991: 263, 265, 270). В любом случае по записи Sophia Juynicia de Junieny можно заключить, что в Juienai жили люди, второе личное имя которых содержало корень juj–, поэтому весьма вероятно, что ойконим Jū́enai произошёл от личного имени *Jū́enas.

Происхождение корня антропонима *Jū́enas «сын Jū́os, Jū́o или др.» неясно. В Литве корень juj– встречается ещё в одном топониме, поэтому целесообразно рассмотреть также обстоятельства его записи в живой речи и возможности установления его происхождения. Как уже упоминалось, в окрестностях Купишкиса были записаны названия сейтв Левенса, затонов Jū́a, Jū́ja, Jū́jos líṅkis. Топонимы зафиксированы давно. В картотеке Буги начала XX века приведено название речной сейты Jū́ja, –õs²⁶, а в анкете земельного кадастра деревни Вежёнис волости Купишкис, составленной в 1935 году, — название части реки²⁷ Jū́jos líṅkis с пометой, что иногда говорят просто Jū́ja. По таким записям трудно судить, каков настоящий вокализм корня топонима. Поскольку топоним находится в зоне условного оттягивания ударения, где ударение оттягивается только с краткого окончания на любой долгий предпоследний слог, вариант Jū́ja, –õs как будто мог бы свидетельствовать об истинной форме Jū́ja (Jū́jos), однако этому противоречит вариант

^²⁵ О женских девичьих фамилиях с диалектным суффиксом -yčia см. LKA II 121–122, карта № 112.

^²⁶ Инициалы записавшего те же, что и у записавшего название деревни Jū́enai, — A. V. По-видимому, это тот же Antanas Vireliūnas.

^²⁷ Указано, что это заводь, заросшая камышом. Информанты анкеты — жители Вежёниса Jonas Vireliūnas, Kazimieras Jonuška, Povilas Pėža и Jonas Kriaučiukas.

Straipsniai / Articles

193

LAIMUTIS BILKIS

Jūjos lińkis (не Jūjos lińkis или Jūjos lińkis), ещё больше всё запутывает запись Jūja, акцентированная не в соответствии с характерным для этой местности законом оттягивания ударения²⁸, который отражается в акцентуации других топонимов, приведённых в той же анкете: записанная у местных жителей ударная форма Luńka писцом исправляется на Lanką, а Valka — на Valkà. Судя по записям из живой речи, вероятно, можно предположить, что все эти варианты, возможно, отражают реально существовавшее чередование гласных в корне местного названия juj–/jūj–^²⁹.

Происхождение гидронимов неясно. Поскольку зафиксирована и составная форма, нельзя исключить возможность антропонимического происхождения — от антропонима *Jujà, *Jūjà и литовского lińkis ‘впадина или возвышение поверхности; низина, долина, лощина; изгиб, извилина’. Такую версию происхождения подтверждала бы возможная связь уже рассмотренного ойконима Jujėnai с однокоренным антропонимом *Jujėnas. С другой стороны, этому отчасти противоречат нескладные названия Jūjà или Jujà, поскольку топонимы подобной структуры редко происходят от антропонимов. Принимая версию антропонимического происхождения топонимов, антрополексему juj– можно связать с литовским междометием jui = ùi, uĩ ‘выражать чувства и ощущения (страха, боли, холода, удивления, восхищения и т. п.)’ (LKŽė). Интересно, что ùi записано также в окрестностях Купишкиса и Миежишкиса (Паневежский р.). Возможность связи прозвищных антропонимов с междометиями или звукоподражательными словами показывают прозвища Ajãgi, Ùfa, Ujùjui (Butkus 1995: 141, 429) и др. Нельзя исключить и связь антропонимов с довольно распространёнными польскими фамилиями Jujka, Jujeczka ← польск. диал. jojczeć ‘причитать; жаловаться; стонать; прихварывать’ (ISNP), Juja, Jujaniec, Jujanka, Jujeczko, Jujko (SNP IV 395–396).

ВЫВОДЫ

1. На основании данных живой речи и исторических источников можно утверждать, что современная форма названия деревни Jujėnai является подлинной, этимологической, поскольку её подтверждают все записи от местных жителей и большинство записей в исторических источниках.

^²⁸ Несоставной вариант с предпоследним кратким слогом следует акцентировать как *Jūjà, ср. записанный в той же анкете из живой речи топоним Salà, который одинаково акцентирован и в разделах диалектных, и литературных форм.

^²⁹ Как уже упоминалось, ойконим Jujėnai и гидроним Jūja в картотеке Буги записаны одним и тем же лицом — вероятнее всего, языковедом Антанасом Вирелиунасом, поэтому это может служить дополнительным экстралингвистическим аргументом в пользу апофонии корня.

^³⁰ От форм единственного числа антропонимов могут происходить несколько десятков гидронимов, например названия рек Gėdyudas, Jánka, Jonėlis, Vaidótas, Adomáitis, Býgaudas, Bijõtas, Višágin­as (Vanagas 1981: 35, 63, 110, 134, 137, 358, 388) и др.; подробнее см. Vanagas 1970: 47–49.

194

Acta Linguistica Lithuanica LXXXV

О происхождении литовских топонимов с корнями juj-/jūj-

2. На основании исторических записей формально можно реконструировать формы ойконима *Jau̇enai, *Juvėnai (*Juivėnai), Juvėnai, *Junėnai, *Juvėnai, *Jugėnai, *Jējūnai, идентичность которых подтверждают отсутствие названий таких деревень в близлежащих окрестностях, указание тех же лиц (антропонимов) рядом с этими вариантами и употребление нескольких форм в одной и той же записи.

3. Исторические (церковно-метрические) варианты ойконима с jau-, jug-, jun-, juv-, juju- (juiv-), вероятнее всего, являются результатом деятельности писцов; их появление было обусловлено фонетическими особенностями названия, орфографической традицией или продиктованными некомпетентностью ошибками при диктовке.

4. Juvėnai — вероятнее всего, ойконим антропонимического происхождения, восходящий к антропониму *Jujenas; такую возможность происхождения предполагают исторический женский антропоним с корнем juj Sophia Jujnicia 1699 г. и = диал. *Jujnyčia ← *Jujėnyčia ‘дочь Jujėnas’, обозначающий жительницу этой деревни.

5. Нельзя исключить, что гидронимы Jujà, Jūjà, Jūjos lūnkis отражают juj-/jūj апофонию; в связи с зафиксированной составной формой можно предположить, что они произошли от антропонимов *Jujà, *Jūjà.

СОКРАЩЕНИЯ

avd. — антропоним; dial. — диалектный; interj. — междометие или звукоподражательное слово; lenk. — польский; liet. — литовский; prvd. — прозвище; pvd. — фамилия; r. — район; vv. — топоним

ЛИТЕРАТУРА И ИСТОЧНИКИ

BgK — Kazimiero Būgos nomina propria kartoteka. Хранится в архиве Центра исследований балтийских языков и ономастики Института литовского языка.

Bilkis Laimutis 2020: О происхождении названия деревни Ẏuoliai. – Acta Linguistica Lithuanica 83, 178–192.

Bilkis Laimutis 2020a: О развитии и происхождении названия деревни Jędžiotai. – Lituanistica 66, 4(122), 275–287.

Butkus Alvydas 1995: Lietuvių pravardės, Kaunas: Æsti.

Straipsniai / Articles

195

LAIMUTIS BILKIS

Endzelīns Jānis 1956: Latvijas PSR vietvārdi 1(1), Rīgā: Latvijas PSR Zinātņu akademijas izdevniecība.

Gar­liauskas Vidas 1998: Формы литовских ойконимов в нелитовских источниках XVI–XIX вв. – Lietuvių kalbotyros klausimai 40, 123–204.

Gar­liauskas Vidas 2004: XVII a. Molėtų bažnyčios krikšto ir santuokos metrikų knyga, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas.

Gar­liauskas Vidas 2005: Названия деревень Таурагнайской волости в исторических источниках, Tauragnai, Vilnius: Versmė, 1041–1063.

Hołowiński Ignacy 1854: [Рукописный список названий местностей Тельшяйской и Жемайтийской епархии Игнатия Hołowińskio]. Хранится в архиве Центра исследований балтийских языков и ономастики Института литовского языка.

ISNP – Internetowy słownik nazwisk w Polsce, авт. B. Czopek-Kopciuch, H. Górny, M. Magda-Czekaj, E. Palinciuc-Dudek, K. Skowronek, E. Supranowicz. Instytut języka polskiego Polskiej akademii nauk. Доступно в интернете: https://nazwiska.ijp.pan.pl/.

Jonas Jurkštas 1985: Vilniaus vietovardžiai, Vilnius: Mokslas.

Juknevičius Petras 2020: Karsakiškio seniūnijos gyvenamosios vietos, Panevėžys: Reklamos agentūra „25 kadras“.

KGGS – Списокъ населеннныхъ местъ Ковенской Губернии, Ковна: Въ Типографіи Губернскаго Правленія, 1892.

LATS – Lietuvos TSR administracinis-teritorinis suskirstymas, ред. P. Bikelis, Vilnius: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla, 1959.

LATSŽ – Lietuvos TSR administracinio-teritorinio suskirstymo žinynas 2, ред. Z. Noreika, V. Stravinskas, Vilnius: Mintis, 1976.

LAV – Lietuvos apgyventos vietos, Kaunas: A. Bako spaustuvė, 1925.

LKA III – Lietuvių kalbos atlasas 3. Morfologija, авт. текста S. Ambrazas, G. Belickienė, E. Grinaveckienė, A. Jonaitytė, J. Lipskienė, K. Morkūnas, B. Vanagienė, A. Vidugiris, отв. ред. K. Morkūnas, Vilnius: Mokslas, 1991.

LKŽe – Словарь литовского языка 1–20 (1941–2002), ред. коллегия: G. Naktinienė, J. Paulauskas, R. Petrokienė, V. Vitkauskas, J. Zabarskaitė, гл. ред. G. Naktinienė, электронная версия, Vilnius: Институт литовского языка, 2008 (обновлённая версия, 2017). Доступ в интернете: https://ekalba.lt/lietuviu-kalbos-zodynas.

LPDB – База данных литовских фамилий. Доступ в интернете: https://ekalba.lt/pavardziu-duomenu-baze/.

Maciejauskienė Vitalija 1991: Формирование литовских фамилий, Vilnius: Mokslas.

196

Acta Linguistica Lithuanica LXXXV

О происхождении литовских топонимов с корнями juj–/jūj–

Maciejauskienė Vitalija 2009: Ойконимы в церковной книге Ланкелишской волости XVII века. – Archium Lithuanicum 11, 159–188.

Palionis Jonas 2008: Антропонимы и топонимы Пуниской волости конца XVII — первой половины XVIII века, Vilnius: Вильнюсский университет.

Ragauskaitė Alma 2005: Антропонимы каунасцев XVI–XVIII веков, Vilnius: Институт литовского языка.

Razmukaitė Marija 1993: Распространение ойконимов, образованных от антропонимов с патронимическими суффиксами, в Литве. – Вопросы литовского языкознания 32, 133–165.

SG XV (2) – Географический словарь Польского королевства и других славянских стран 15(2), издан под редакцией B. Chlebowskiego, Warszawa: Druk „Wielku“ Nowy–Świat Nr. 61, 1902.

Sinkevičiūtė Daiva, Račickaja Veslava 2014: Личные имена литовского происхождения с двусоставными основами и особенности записи их основ в списке новых виленских горожан и поручителей 1661–1795 годов. – Archium Lithuanicum 16, 295–322.

SNP IV – Словарь фамилий, употребляемых в современной Польше 4, сост. K. Rymut, Kraków: Польская академия наук, Институт польского языка, 1993.

Staltmane Velta E. 1981: Сталтмане Велта Э. Латышская антропонимия. Фамилии, Москва: Наука.

Šakenis Konstantinas 1935: Вабалнинкас и его окрестности в прошлом. До восстановления независимости Литвы, Kaunas: Литовское историческое общество, (Библиотека прошлого 2).

Šinkūnas Mindaugas 2015: Различия в литовской орфографии в католических и евангелических реформатских письменных источниках (XVI–XVII вв.): написание согласного /j/ и дифтонгов /ai/, /ei/. – Baltistica 50(2), 197–244.

Vanagas Aleksandras 1970: Образование гидронимов Литовской ССР, Vilnius: Mintis.

Vanagas Aleksandras 1981: Этимологический словарь литовских гидронимов, Vilnius: Mokslas.

VB I – Списки населённых мест Алитусского, Биржайского и Каунасского уездов Межвоенной комиссии по фамилиям и топонимам (дела) 1. Хранятся в архиве Центра исследований балтийских языков и ономастики Института литовского языка.

VbE – [Экспликация земельного плана Вабалнинкского староства первой половины XIX в.], LVIA F. 525, Apr. 8, B. 1304.

VbI – [Инвентарь имений Вабалнинкского староства, принадлежавших реформатам, 1698 г.], LVIA F. 525, Apr. 8, B. 135.

VbII – [Инвентарь местечка и деревень Вабалнинкского староства 1705 г.], LVIA F. 525, Apr. 8, B. 136.

Straipsniai / Articles

197

LAIMUTIS BILKIS

VbKr₁ₙ – [Книга регистрации метрических записей о крещениях и бракосочетаниях прихода Вабалнинка. 1624–1741 гг.]. Доступ в интернете: http://www.genmetrika.eu/galerija_metr/Vabalninko_kriksto_1624–1741.

VbKr₁ – [Книга регистрации метрических записей о крещениях прихода Вабалнинка. 1678–1689 гг.]. Доступ в интернете: http://www.genmetrika.eu/pdf/vabalninko_1678–1689_gimimo.pdf.

VbKr₁₁ – [Книга регистрации метрических записей о крещениях прихода Вабалнинка. 1721–1742 гг.]. Доступ в интернете: http://www.genmetrika.eu/galerija_metr/Vabalninko_kriksto_1721–1742.

VbKr₁₁₁ – Liber Regenerationis seu Ad Parochialem Ecclesiam Vobolnicensem Sem Baptizatorum per me Stephanum Thaddaeum Kudrycki Decanum Kupiscensem Parochũ Vobolnicensem Comparatus atque Anno Dñi 1742. Ætatis 51mo Presbyteratũs 25to Regimis 12mo Publico Usuj Applicatus Ad M. D. G. B. V. M. H. [Книга регистрации метрических записей о крещениях прихода Вабалнинка. 1743–1761 гг.]. Доступ в интернете: http://www.genmetrika.eu/pdf/1743–1761_gimimo.pdf.

VK – Алфавитная картотека топонимов, собранных из живой речи. Хранится в Центре исследований балтийских языков и именника Института литовского языка.

Zinkevičius Zigmas 1977: Литовская антропонимика. Личные имена литовцев Вильнюса в начале XVII в., Vilnius: Mokslas.

Zinkevičius Zigmas 2008: Литовские личные имена, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas.

О происхождении литовских топонимов с корнями juj-/jūj-

РЕЗЮМЕ

Из литовской разговорной речи зафиксировано несколько топонимов с корнями juj-/jūj: ойконим Jujėnai, обозначающий деревню в Паневежском районе, и названия (варианты) участка реки Левуо, известного как «sietuvà» или «užsūkis» (по-русски: речной омут или изгиб), Jujà, Jūjà, Jūjos linkis, зафиксированные в деревне Вежёнюс К||||ский районе. «Словарь латышских топонимов» включает Jujas — название однодворного поселения в окрестностях Дундаги, которое, предположительно, произошло от названия литовской деревни Jujėnai. О литовских топонимах с juj-, jūj- до сих пор ничего не написано; пока была высказана лишь возможность установить этимологическую связь между латышским топонимом и литовским ойконимом.

Название деревни Jujėnai впервые было зафиксировано в речи местных жителей в начале XX века, а позднее — примерно в 1935 году; после войны оно также фиксировалось несколько раз. В административных источниках, основанных на разговорной речи, форма ойконима

198

Acta Linguistica Lithuanica LXXXV

О происхождении литовских топонимов с корнями juj-/jūj-

также не варьировала. Таким образом, можно утверждать, что в разговорном языке употреблялась и по-прежнему употребляется только одна форма, закрепившаяся уже в первой половине XX^th века. Углублённый анализ нескольких источников XVII^th и XVIII^th веков показывает, что современный ойконим Jū̄nėnai имеет широкий набор зафиксированных вариантов в приходских метрических книгах: de Iaū̄ianis, de Iugený, de Iuieny, de Iuienny, de Iuwįeny, de Junieny, de Iuwieny, de Iunianý, de Iuiany, de Iuajany, de villa Iē̄uny, de villa Iā̄iuny и т. д. Это приводит к формальному восстановлению форм *Jaū̄jėnai, Jū̄jėnai, *Jujvėnai, *Jūnėnai, *Juvėnai, *Jugėnai, *Jė̄ūnai. Записи из исторических административных источников Iuiany, Юняи, Iujany указывают на единственный ойконим Jū̄jėnai.

Кратковременное или однократное употребление большинства вариантов названия деревни, наличие подобных случаев искажения в исторической ойконимии и антропонимии, а также последовательное употребление одной формы в исторических административных источниках позволяют утверждать, что записи ойконима Jū̄jėnai с корнями *jau-, *jug-, *jun-, *juo-, *jujo являются, скорее всего, результатом, созданным авторами (писцами) записей в метрических книгах; их не следует связывать с естественным развитием названия в разговорной речи. Формы, отражающие современный ойконим, чаще всего употреблялись в исторических источниках; они многочисленны во всех исследованных метрических книгах и часто встречаются рядом с другими вариантами корня. Следовательно, можно предположить, что корень juj является истинным, этимологическим.

В приходской метрической книге зафиксировано личное имя, которое может свидетельствовать об антропонимическом происхождении этого топонима. Это запись Sophia Juynicia de Junieny, датированная 1699 годом. Это второе личное имя крёстной матери из деревни Jujėnai — Juynicia (Juinyčia), — которое может быть случайно сокращённой формой от *Jujėnyčia, то есть «дочь Jujėnas».

Этимология гидронимов Jujā, Jujà, Jūjos lį̄kis неясна. Записи разговорной речи позволяют предположить, что все приведённые выше варианты, возможно, отражают фактическое изменение гласного корня топонима juj-/jūj-. Поскольку была зафиксирована и составная форма, заслуживает рассмотрения возможность антропонимического происхождения от личного имени *Jujā, *Jujà и лит. lį̄kis «изгиб или возвышение поверхности; овраг, долина; изгиб, меандр». С другой стороны, эта возможность отчасти не подтверждается однословными гидронимами Jūjā, Jujà, поскольку топонимы подобной структуры редко происходят от личных имён.

Представлено 28 октября 2021 г.

LAIMUTIS BILKIS

Lietuvių kalbos institutas

Petro Vileišio g. 5, LT–10308 Vilnius, Lietuva

[email protected]

Straipsniai / Articles

199