LIETUVIŲ KALBOTYROS KLAUSIMAI XXVII (1988)

LIETUVIŲ KALBA IR BILINGVIZMAS

КАЗИМИЕРАС ГАРШВА, ЯКОВАС ТРИФОНОВАС

ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ЛИТОВСКОГО И РУССКОГО ЯЗЫКОВ В СФЕРЕ ОБРАЗОВАНИЯ ЛИТОВСКОЙ ССР

I. Введение

1. Ленинская языковая политика. В жизни народа родной язык имеет огромное значение; он является основой существования нации и национальной культуры, важнейшим средством просвещения людей и развития их мышления. Конституция Союза Советских Социалистических Республик (1977, статьи 34, 36, 45, 116, 159, с. 17, 18, 21 и т. д.) гарантирует равные права «пользоваться родным языком и языками других народов СССР», «обучаться в школе на родном языке». В новой редакции «Программы Коммунистической партии Советского Союза», принятой XXVII съездом КПСС (1986, с. 38–39), о дальнейшем расцвете и сближении социалистических наций и народностей сказано: «Здесь недопустимо какое-либо искусственное форсирование, как и сдерживание назревших объективных тенденций развития [...]. И впредь будет обеспечиваться свободное развитие родных языков и равные права пользоваться ими для всех граждан СССР. Вместе с тем владение русским языком, который советские люди добровольно приняли как средство межнационального общения, наряду с языком своей национальности дает возможность шире пользоваться достижениями науки, техники, культуры нашей страны и мира».

Информация на родном языке усваивается легче и быстрее и сохраняется дольше всего. Язык как важнейшее средство общения людей может быть достаточно эффективным только тогда, когда он близок и полностью понятен большинству населения. Поэтому В. Ленин и другие деятели Советского государства придавали первостепенное значение обучению на родном языке, решительно выступали против привилегированного «государственного» языка и нарушения прав национальных меньшинств, требовали развивать их язык и литературу (ср. Исаев, 1986, с. 124–128).

Возможность обучаться на родном языке и добровольно изучать второй язык народов СССР всегда была закреплена и соответствующими законами СССР об образовании. На основании новой редакции Основ законодательства СССР и союзных республик о народном образовании в связи с реформой образования в 1986 г. был несколько изменён и дополнен также Закон Литовской ССР о народном образовании от 18 июля 1975 г. В его новой редакции языку преподавания посвящена статья 26 главы III: «…учащимся общеобразовательных школ предоставляется возможность обучаться на родном языке или на языке другого народа СССР. Родители или заменяющие их лица имеют право по своему желанию выбрать для детей школу с соответствующим языком преподавания. Наряду с языком преподавания учащиеся по желанию могут изучать язык другого народа СССР».

В школах, где преподавание ведётся не на русском языке, создаются необходимые условия для изучения наряду с родным языком также и русского языка, который советские люди

150

добровольно приняли как средство межнационального общения¹. Это обеспечивает свободное владение этими языками и единый уровень общего образования с учётом особенностей населения Литовской ССР.

Чтобы шире знакомиться с культурой народов мира и иметь больше возможностей углублять профессиональные знания, в школах также преподаются иностранные языки» (Закон о народном образовании Литовской Советской Социалистической Республики, 1986, с. 2).

В политическом докладе ЦК КПСС XXVII съезду КПСС указано: «…наши достижения не должны создавать впечатления, будто национальные процессы не порождают проблем. Противоречия свойственны всякому развитию, они неизбежны и в этой сфере. Самое главное — видеть постоянно возникающие их аспекты и пределы, искать и своевременно давать правильные ответы на вопросы, выдвигаемые жизнью» (1986, с. 5). К. Ханазаров и др. в 1963, 1977, 1982 гг. выступали за обучение не на родном языке, хотя тогда второй язык часто становится «первым» (ср. Ханазаров, 1977, с. 137–143, 150 и т. д.). Такие тенденции критиковали языковеды (ср. Пяль, 1968, с. 390–401; 1985, с. 10–11; Гаршва, 1982, с. 120 и т. д.), писатели (Ч. Айтматов, Р. Гамзатов, Б. Олейник, В. Белов). «Политически и духовно неприемлемые тенденции вытеснения некоторых национальных языков из общественной жизни — школы, театра» были осуждены и на VIII съезде писателей СССР (Браженас, 1986, с. 7; Выступления участников съезда, 1986, с. 3, 10).

2. Обзор социологических исследований языков. В нашем обществе ищут эффективные методы интенсификации обучения языкам. Поэтому необходимо знать, насколько хорошо молодое поколение действительно владеет языками, чего ему больше всего не хватает (правильной речи, навыков чтения или письма), как оно относится к совершенствованию учебного процесса. Очень многое зависит от заинтересованности учащихся, их желания учиться и положительного отношения. Недаром В. Ленин (Сочинения, 20, с. 55) говорил: «…те, кому по условиям их жизни и работы необходимо знать русский язык, выучат его и без палки».

Всесоюзные переписи населения СССР о владении языками дают лишь самые общие и субъективные (определённые самими жителями) сведения. Вопросы о втором языке народов СССР не детализируются (например, «могу свободно говорить, читать и писать», «владею средне», «слабо» и т. д.), и опрашиваемому приходится выбирать только из двух ответов — «владею свободно» или «не владею». Понятие «владею свободно» зависит от потребности индивида в общении; в зонах активного и пассивного двуязычия оно довольно различается (см. также Михальченко, 1984, с. 24). Оно не обязательно включает культуру речи.

Из-за неодинаковых критериев владения языком в 1979 г. среди жителей СССР свободно владеющих русским языком литовцев было зарегистрировано на 2,3% больше (52,1%), чем украинцев (49,8%), чей родной язык мало отличается от русского и некоторые слова можно понять и без подготовки. Данные переписи не отражают и числа многоязычных людей: регистрируется только один язык, которым владеют помимо родного. Поэтому, например, среди 18 313 и 28 993 «поляков» Литовской ССР, считавших родным язык другой национальности, в 1970 и 1979 гг. не было зарегистрировано ни одного владеющего польским языком.

¹ Geriau šį terminą versti TSRS tautų bendravimo priemonė, žr. Kalbos kultūra. 1979. Nr. 37. P. 46.

151

Новые необходимые данные предоставляют социологические исследования функционирования языков, проводившиеся в Эстонии (опросили 1400 жителей Таллина и 2300 других жителей; ср. Пялль, 1968, с. 396–398 и т. д.), Казахстане (опросили 4517 жителей пяти областей, 43% горожан и 57% сельских жителей; см. Копыленко, Саина, 1982, с. 27), Азербайджане, Беларуси и других местах. Эти исследования активизировались после того, как в 1977 г. языковые институты АН СССР начали изучать тему «Русский язык как средство сотрудничества народов СССР».

В Советской Литве уже проведено шесть крупных социологических исследований языков. В 1967 г. С. Шимкус опубликовал статистические данные о жителях Алитусского, Капсукасского и Кедайнского районов. В 1978 и 1979 гг. В. Шернас представил данные о 4000 учащихся IV–XI классов республики и 1029 взрослых. Среди них 440 были работниками культуры и народного хозяйства, 285 — демобилизованными военнослужащими, а также 304 студента II–IV курсов различных специальностей. Й. Корсак (1979) кратко описал около 2000 студентов Каунасского политехнического института им. А. Снечкуса (об этих статистических статьях см. Каралюнас, 1983, с. 16–20).

В 1976 г. вопросы об употреблении языков включил в этносоциологические анкеты также Отдел этнографии Института истории АН Литовской ССР. При изучении роли семьи в этнических процессах в 1982–1983 гг. опросили 648 работников 19 учреждений республики (средних школ, библиотек и музеев), имевших собственные семьи. Из них 336 жили в Вильнюсе, а 312 — в Каунасе. Большая часть данных этого опроса опубликована в книжке П. Калниуса «Современная городская семья Литовской ССР» (В., 1988). В анкете были такие вопросы: родной язык опрашиваемого (-ой), степень владения вторым языком народов СССР, где он был изучен; употребление языков в собственной семье и в семье родителей, выбор языка на работе, при общении с соседями, друзьями, в общественных местах; язык средств массовой информации.

В 1983 г. на сходные вопросы (о языках их было 19) ответили 2000 жителей республики. Ответы в ходе опроса, данные которого были опубликованы в 1982 г. в Москве («Вопросник литовской этнографической экспедиции»), собирали 6 научных сотрудников Института этнографии им. Н. Н. Миклухо-Маклая АН СССР и Института истории АН Литовской ССР (руководитель — М. Устинова). Это одно из самых интересных социологических исследований, проведённых в республике до настоящего времени.

В 1987 г. научные сотрудники Института литовского языка и литературы АН Литовской ССР организовали социологическое исследование сфер функционирования языков в республике (более 2000 ответов); его данные планируется опубликовать в 4-м томе издания «Типология двуязычия и многоязычия в СССР».

В других исследованиях опрашивалось меньшее число жителей (ср. Трифоновас, 1978; Грумадене, 1984 и т. д.).

II. Методика социологического исследования языков

Анкета нашего исследования социологии языков была окончательно составлена и рассмотрена в 1983 г. Информантам предлагались четыре группы вопросов:

152

I. Как вы владеете литовским, русским и языками других народов СССР (хорошо, удовлетворительно, слабо, не владеете);

II. Как вы хотели бы владеть вторым (русским, литовским) языком:

1. хочу говорить, читать и писать,

2. хочу читать и писать,

3. достаточно, чтобы я мог(ла) объясниться.

III. Что, по вашему мнению, следует делать, чтобы в Литве лучше обучать литовскому, русскому и языкам других народов СССР:

1. улучшать качество уроков языка (повышая квалификацию учителей и т. д.),

2. совершенствовать средства обучения языкам (учебники и т. д.),

3. увеличить количество уроков в школе,

4. интенсивнее обучать в дошкольных учреждениях,

5. преподавать больше предметов на том языке, которому хотят обучить,

6. организовать курсы этого языка для взрослых,

7. другие меры (укажите).

IV. Год рождения, пол, национальность, родной язык, место рождения, место жительства, образование, профессия отвечавшего.

Информантам следовало отметить в анкете порядковый номер выбранного ответа или вписать ответ самостоятельно.

По числу респондентов, их характеристикам и способу обработки ответов исследование разделилось на три части. В первой части участвовали 1019 информантов, во второй — 300, в третьей — 56 (всего 1375 информантов ответили на 35 вопросов; было получено около 48 000 ответов).

Ответы первой части наиболее подробно представлены в статье. В первой, а также в третьей части были следующие группы информантов² (цифры обозначают номер группы и число опрошенных):

1—71 учитель русского языка и литературы средних школ различных районов Литовской ССР (курсы в Институте повышения квалификации учителей): 88,7% — литовцы, 69% родились и 80,3% живут в районных центрах.

2—54 жителя Радвилишкского района разных специальностей, работающие в городе Радвилишкис (34) и селе Аукштелкай (20): литовцы, 55,6% родились в Радвилишкисе, 37% — в деревнях и т. д.; возраст — 20—60 лет.

3—35 студентов II курса специальности «русский язык и литература» Вильнюсского университета, возраст — 20 лет.

4—53 студента II курса специальностей «немецкий язык и литература» и «английский язык и литература» Вильнюсского педагогического института: литовцы, 64,2% родились в районных центрах, 18,9% — в крупных городах, 11,3% — в деревнях.

5—77 учащихся VIII (63) и X (14) классов Вильнюсской школы-интерната среднего образования имени 50-летия ВЛКСМ, работающей с VIII класса (язык преподавания — русский), возраст — 15—18 лет.

6—39 учителей литовского языка и литературы средних школ различных районов Литовской ССР: все литовцы, 74,4% родились в районных центрах, 15,4% — в деревнях, 7,7% — за пределами республики, 2,6% — в городе.

² Ответы в 1985—1986 гг. собрали К. Гаршва (группы 1—3, 6—8, 26—27), Р. Венсайте (группа 4), Э. Романчукас (группа 5) и Ю. Трифоновас (группы 9—25). Анкеты первой части информантов в вычислительном центре АН Литовской ССР обработали сотрудницы отдела социологии молодёжи Института философии, социологии и права Э. Крукаускене и А. Дарелайте.

153

7—33 Учащиеся IX—X классов Вильнюсской средней школы № 49 (язык преподавания — русский), в возрасте 16—17 лет.

8—48 Учащиеся IX классов Вильнюсской средней школы № 48 (язык преподавания — литовский); 89,6% родились в городах (из них 12,5% — в районных центрах).

9—62 Учащиеся X (25) и XI (37) классов средней школы им. Ф. Жемайтиса в Шяуляе (с IX класса углублённо изучают русский язык и литературу): литовцы, родились в городе (за исключением 1 человека).

10—46 Учащиеся XI классов средней школы им. Я. Янониса в Шяуляе. Школа гуманитарного профиля (углублённое преподавание литовского языка). Литовцы; 71,7% родились в городе, возраст 17—18 лет.

11—40 Учащиеся XI классов средней школы № V в Шяуляе (углублённое преподавание английского языка): литовцы, 77,5% родились в городе.

12—32 Учащиеся X—XI классов Куршенской средней школы № I, с самого начала обучавшиеся в городе на литовском языке (в школе есть также класс с русским языком преподавания); 81,3% родились в Куршенай.

13—14 Учащиеся X—XI классов Куршенской средней школы № I, литовцы; до VIII класса учились в сельских восьмилетних школах (поэтому далее отнесены к учащимся сельских школ).

14—34 Учащиеся X (16) и XI (20) классов Мешкуйчяйской средней школы Шяуляйского района; 36,1% родились в селе, и 97,2% живут в селе.

15—50 Учащиеся IX (16), X (14) и XI (20) классов Падувисской средней школы Шяуляйского района, литовцы; 70% родились в селе, и 92% живут в селе.

16—70 Учащиеся X классов средних школ № III и IV в Шяуляе и № I в Куршенай; 90% — нелитовцы, язык преподавания — русский.

17—48 Учащиеся выпускных классов Шяуляйского среднего профессионально-технического училища № 43, будущие специалисты бытового обслуживания (35 парикмахеров и 13 портных-закройщиков), литовцы. 41,7% родились в селе (27,1% — в районном центре), а 16,7% окончили сельские восьмилетние школы.

18—57 Учащиеся выпускных классов специальностей радиоаппаратуры Шяуляйского среднего профессионально-технического училища № 13 — литовцы; 65% женщин родились в селе, 42% живут в селе; 42,1% окончили сельские восьмилетние школы.

19—36 Учителя начальных классов литовских школ Радвилишкского района. Все литовцы; 89% имеют высшее образование, 44,4% родились и живут в селе.

20—20 Учителя-русисты средних школ города и района Шяуляй: 55% литовцы, 75% женщины, все имеют высшее образование; 60% родились в городе, 95% живут в городе. Есть выходцы из других республик (30%).

21—18 Преподаватели-русисты ШПИ; 55,6% — нелитовцы, 38,9% родились в городе, 22,2% — в селе, 33,3% — за пределами республики.

22—10 Преподаватели ШПИ (специальность — литовский и иностранные языки); все литовцы, 90% женщины, 60% не старше 50 лет, 60% родились в селе.

23—26 учителей различных предметов г. Шяуляя и района, все литовцы, 85% женщин, все с высшим образованием, 53,8% родились в сельской местности, 88,5% живут в городе.

24—37 сотрудниц дошкольных учреждений г. Шяуляя (женщины-литовки), 78% с высшим образованием, 37,8% родились, а 97,3% живут в городе.

25—7 специалистов различных специальностей г. Шяуляя (слушатели Шяуляйского филиала университета марксизма-ленинизма), литовцы, 71% — женщины, 86% имеют высшее образование, 57% — в возрасте до 30 лет, 71% родились в городе и все живут в городе.

26—36 студентов V курса специальности «Литовский язык и литература» Вильнюсского государственного университета: литовцы, в возрасте 22—26 лет.

27—20 учителей литовского языка и литературы средних школ различных районов Литовской ССР, преподающих нелитовцам.

Во второй части исследования опрос по социологии языков был включен в анкету «Моя среда» отдела социологии молодежи Института философии, социологии и права АН Литовской ССР (В., 1983). Из 7000 школьников, участвовавших в предыдущем опросе, в 1983 г. отобрали и опросили 300 информантов, окончивших 8 классов средней школы. Школьники учились в 1) общеобразовательных средних школах (средние школы № 33 в Каунасе и № 1 в Мажейкяе, Меркинская и Купишкская средние школы), 2) профессионально-технических училищах (№ 7 в Капсукасе, № 43 в Шяуляе и ПТУ в поселке Паюрис Шилальского района), 3) специальных

154

средних учебных заведениях (Вильнюсский электротехнический техникум, Алантский сельскохозяйственный техникум Молетского района и Паневежский медицинский техникум имени А. Домашевичюса) и 4) специализированных классах (музыкальный класс Вильнюсской художественной школы имени М. К. Чюрлёниса, класс с углубленным изучением математики средней школы № 9 в Шяуляе).

III. Владение языками и их употребление

Согласно данным переписи населения 1979 г., вторым языком народов СССР свободно владели 53,5% жителей республики: 48,0% — русским, 4,7% — литовским, по 0,2% — латышским, белорусским, украинским и 0,1% — другими языками. Как и в других республиках, из 130 языков народов СССР жители Литовской ССР лучше всего знают русский язык. В период между переписями 1970 и 1979 гг. в Советском Союзе особенно увеличилось число узбеков и литовцев (последних — на 16,2%), владеющих русским языком. Литовцы СССР по владению русским языком (52,1%) среди национальностей, именами которых названы союзные республики, поднялись с 6-го на 4-е место (после белорусов, латышей и казахов, отставая от первых всего на 4,9%). По владению языками других народов СССР они переместились с 11-го на 14-е место.

Горожане Литовской ССР лучше владеют русским, литовским и другими вторыми языками народов СССР (53,4, 6,4 и 0,8%), чем сельские жители (39,9, 2,2 и 0,5%). Мужчины лучше владеют русским языком (52,6%), чем женщины (44,0%) — сказывается более активный образ жизни, служба в армии. Русским языком лучше владеют также национальные меньшинства (особенно украинцы, белорусы) и молодежь.

Если процент лиц, способных говорить на втором языке, рассчитывать не от всего населения республики, а только от тех, кто не считает этот язык родным, то свободно владеющих русским как вторым языком окажется больше — 54,0%, владеющих литовским языком — 24%, другими языками — 0,8%. Согласно данным переписи 1979 г., русский язык усвоили в 3,7 раза больше людей (2,2%), и по сравнению с теми, кто считает родным литовский язык (0,6%), это число в 1970—1979 гг. росло вчетверо быстрее. Число владеющих русским как вторым языком среди всех жителей республики за десятилетие увеличилось в 28,4 раза (14,2 и 0,5%), а среди тех, кто не считает этот язык родным (ср. табл. 1), — в 9,6 раза быстрее, чем число владеющих литовским языком (1,7%). В целом число владеющих русским как вторым языком было соответственно в 10,4 и 2,3 раза больше (47,9 и 53,9%), чем число владеющих литовским языком (46 и 23%). Таким образом, хотя в республике большинство населения говорит по-литовски, в качестве второго языка чаще изучают русский, и он распространяется значительно быстрее. Это объясняется тем, что русский язык является средством общения народов СССР, а 94,2% нелитовского населения Литовской ССР составляют славянские народы (русские, поляки, белорусы, украинцы), которые в основном учатся в русских школах и все чаще могут объясняться с литовцами по-русски. Кроме того, в школах с русским языком обучения уроков литовского языка втрое меньше, чем уроков русского языка в литовских школах.

На литовском языке в республике могут свободно общаться с 85% жителей; помимо литовцев, им владеют 55,8% латышей, 45,5% цыган, 36,0% русских, 32,5% евреев. Меньше всего говорят по-литовски поляки (всего 11,6%), белорусы (12,9%), украинцы (15,5%). По сравнению с 1970 г. число поляков, владеющих литовским языком, увеличилось совсем незначительно (на 0,7%), а среди евреев и малочисленных (не выделенных отдельно) национальных групп сократилось (на 1,8 и 9,9%). Последние показатели связаны с миграцией населения.

155

156

Таблица 1. Жители Литовской ССР, свободно владеющие вторым (неродным) языком народов СССР

(рассчитано на основе данных переписей населения СССР) (%)

Владеют вторым языком народов СССР, считая родным другой язык | Национальность: русские | литовцы | другой язык | Из числа не считающих родным язык своей национальности владеют им как вторым | Годы: 1970 | 1979 | 1970 | 1979 | 1970 | 1979 | 1970 | 1979 | литовцы | 34,9 | 52,3 | – | – | 0,5 | 0,3 | 35,6 | 41,2 | русские | – | – | 31,4 | 36,0 | 1,5 | 1,4 | 66,6 | 74,6 | поляки | 57,4 | 65,7 | 10,9 | 11,6 | 1,1 | 0,8 | – | – | белорусы | 78,6 | 81,2 | 9,7 | 12,9 | 0,3 | 0,3 | 16,3 | 14,1 | украинцы | 81,8 | 84,0 | 12,3 | 15,5 | 0,5 | 0,3 | 23,9 | 20,8 | евреи | 57,9 | 65,3 | 34,3 | 32,5 | 3,2 | 3,9 | 2,9 | 3,4 | другие национальности | 47,0 | 64,6 | 33,0 | 24,1 | 1,2 | 1,1 | 10,5 | 9,7 | всё население | 37,6 | 53,9 | 21,3 | 23,0 | 0,7 | 0,4 | 18,3 | 16,3

Число владеющих другими языками народов СССР за десятилетие в республике сократилось на 0,3% (столько же осталось только белорусов, а евреев стало на 0,7% больше). Примечательно, что после русского языка больше всего литовцев свободно владеют родственным нам латышским языком (0,27%).

В 1979 г. 3,1% жителей республики ассимилировались и считали родным язык не своей национальности: 2,2% — русский язык, 0,6% — литовский язык и 0,3% — другие языки. Из них свободно владели языком своей национальности как вторым 74,6% русских, 41,2% литовцев, 20,8% украинцев, 14,1% белорусов, 3,4% евреев и 9,7% представителей других национальностей, всего — 16,3% населения. За десятилетие число русских, владеющих языком своей национальности как вторым, увеличилось на 8%, литовцев — на 5,6%, евреев — на 0,5%; представителей других национальностей стало меньше на 2,1%, а поляков — вовсе не зарегистрировали.

В нашем исследовании наиболее смешанными в национальном отношении были 6 групп опрошенных, в которых изучались в общей сложности 253 человека: 45% литовцев, 33% русских и 22% представителей других национальностей. Национальность наиболее часто меняли те, у кого один из родителей был литовцем, а другой — русским. 8% выходцев из таких семей выбрали русскую национальность, 5% — литовскую и 4% — другие национальности. В отличие от своих родителей, 17% информантов, живущих в Вильнюсе, приняли литовскую национальность, 9% — русскую и 8% — другие национальности, а в Шяуляйском районе — 36% русскую национальность, 17% — другие и лишь 9% — литовскую. В Шяуляйском районе литовскую национальность выбирали примерно втрое реже, чем в Вильнюсе, потому что в окрестностях Шяуляя было в шесть раз больше людей, родившихся в других республиках СССР. Чем больше приезжих из других мест (группы 16, 18), тем чаще записывались русскими.

Во всех упомянутых 6 группах обучение в школе велось на русском языке. По сравнению с национальной принадлежностью число считавших родным русский язык увеличилось в общей сложности на 13%, а литовский язык — сократилось на 4%. В зависимости от числа смешанных семей и продолжительности обучения на русском языке, через 9—10 лет 34% (группа 7), 25% (группа 16) школьников считали родным русский язык; перестали считать родным литовский язык 15 и 4% учащихся. Из 59 опрошенных родителей, создавших смешанные семьи, 63,9% считали родным русский язык и 27,8% — литовский.

В послевоенные годы большинство школьников Браславского, Вороновского и других районов Белорусской ССР, происходивших из чисто литовских семей (Апсо, Рудняны, а также окрестности Балчишек), стали считать родным язык школы (родители и дедушки с бабушками тоже стали стараться говорить с детьми на понятном им школьном языке и чаще всего забывали родной язык). Для последующих поколений национальность, уже не совпадающая с родным языком, теряет смысл и обычно заменяется, подстраивается под новый (второй) родной язык.

По сравнению с родителями, среди 993 представителей более многочисленных национальностей литовцы на 0,9% реже считали родным язык своей национальности, русские — на 3%, белорусы — на 5%, украинцы — на 8,8%, поляки — на 10,4% (табл. 3). Между тем переписи населения 1959 и 1979 гг. показывают, что число русских и литовцев, считающих родным язык своей национальности, за 20 лет в республике увеличилось на 1,4 и 0,5%, а украинцев, белорусов и поляков — сократилось на 0,8, 6,2 и 8,5% (ср. Гапшва, 1982, с. 123).

Число поляков, считающих родным русский язык, увеличилось на 0,5%, литовцев — на 0,6%, украинцев — на 1,5%, белорусов — на 15%. Согласно переписям населения республики 1970 и 1979 гг., этот показатель у литовцев не изменился, у украинцев сократился на 0,5%, а у поляков и белорусов увеличился на 3,3 и 4%.

157

158

Таблица 2. Характеристика групп смешанного национального состава

Группа | количество | Информанты: национальность (%) — литовцы, русские, др. | Национальность родителей информантов (%) — литовцы, русские, литовцы, русские, др. | Информанты: родной язык (%) — литовский, русский, город, райцентр, село, др., республика | 3 | 35 | 54 | 9 | 37 | 49 | 6 | 11 | 34 | 51 | 17 | 26 | 37 | 6 | – | 5 | 77 | 88 | 3 | 7 | 87 | 1 | 1 | 11 | 88 | 7 | 29 | 40 | 7 | 10 | 7 | 33 | 18 | 45 | 36 | 6 | 39 | 24 | 31 | 3 | 79 | 70 | 9 | – | 21 | 16 | 70 | 10 | 61 | 29 | 1 | 41 | 41 | 17 | 6 | 86 | 36 | 6 | – | 58 | 20 | 20 | 55 | 30 | 15 | 55 | 25 | 10 | 10 | 60 | 30 | 30 | 30 | 5 | 30 | 21 | 18 | 44 | 50 | 6 | 44 | 39 | 11 | 6 | 39 | 56 | 33 | 6 | 22 | 33 | всего | 45 | 33 | 22 | 40 | 25 | 16 | 18 | 41 | 46 | 37 | 21 | 7 | 25

Сокращения: село — деревня, др. — другие национальности, лит. — литовский, город — город, райцентр — районный центр, республика — республика, рус. — русский. Число, недостающее до 100%, показывает количество информантов, не ответивших на этот вопрос.

Среди опрошенных русских, считавших литовский язык родным, стало на 3% больше, среди поляков — на 12,8%. По всей республике их доля была выше лишь на 0,2 и 0,7%.

Из 1375 опрошенных 1104 (80,3%) заявили, что хорошо владеют литовским языком, 217 (15,8%) — что владеют им на среднем уровне, 27 (2%) — что владеют им слабо (см. табл. 4). Поскольку 90% информантов были литовцами по национальности и примерно столько же считали родным языком литовский, 10% окончивших или заканчивавших среднюю школу полагали, что плохо владеют своим родным языком. Если иметь в виду правильное произношение, словарь, синтаксис и морфологию литературного языка, то очень хорошо говорящих было бы не так много.

Как и во время переписей населения (на которые главным образом опирается языковая политика в сфере образования, массовой информации и других областях), ответы опрошенных об уровне владения языками были довольно субъективными. Лучше всех, по их словам, владели литовским языком (100%) не только преподаватели-языковеды ШПИ, но и учителя начальных классов Радвилишкского района (табл. 5). По-видимому, эти учителя уже не испытывают особой потребности в дальнейшем повышении культуры родного языка.

Таблица 3. Национальность информантов и их родителей и родной язык

Национальность | Поколение | Родной язык (%) | количество | язык своей национальности | язык не своей национальности | русский язык | литовский язык | литовцы: дети 862 98,6 1,0 –; родители 842 99,5 0,4 – | русские: дети 86 95,3 – 4,6; родители 61 98,3 – 1,6 | поляки: дети 21 33,3 38,0 19,0; родители 16 43,7 37,5 6,2 | украинцы: дети 16 31,2 62,5 6,2; родители 10 40,0 60,0 – | белорусы: дети 8 25,0 75,0 –; родители 5 40,0 60,0 –

Выпускники Куршеная и Шяуляя, а также учащиеся выпускных классов школы села Падубяй Шяуляйского района указали, что выучили литовский не хуже (94–92%), чем учителя-литовцы разных предметов Шяуляйского района (92%); последние, в свою очередь, показали результат выше, чем студенты-пятикурсники ВГУ, специализирующиеся на литовском языке (92%), и учителя литовского языка и литературы школ разных районов республики (90%)*. Наименьшее число хорошо владеющих литовским языком оказалось среди учащихся той же средней школы № I в Куршеная, окончивших сельские восьмилетние школы (64%), а также среди учителей русского языка и литературы средних школ Шяуляйского района (65%) и преподавателей-русистов ШПИ (67%). Этот факт отчасти можно объяснить (среди русистов литовцы составляли 55 и 44,4%, хотя 70 и 66,7% родились в Литве), но как тогда обеспечить единое языковое образование в школах? Когда учитель (преподаватель) говорит хуже ученика (студента), страдают и речь ученика, и авторитет учителя. Русские

* Если к указанным владеющим языком «хорошо» добавить также владеющих им «на среднем уровне».

159

Учителя языка и литературы, работающие в различных школах республики, указали, что хорошо (85%) или удовлетворительно (9%) владеют литовским языком.

Для большинства опрошенных русский язык был неродным, вторым языком, выученным в школе. Существует мнение, что 99% людей не выучат любой второй язык так же хорошо и правильно, как родной. Даже среди учащихся тех виленских и шауляйских школ (7-я и 16-я группы), для которых (79 и 96%) русский язык был родным и которые с самого начала обучались в школах с русским языком преподавания, хорошо владели этим языком 81,8 и 91,4% (остальные отметили, что владеют им «удовлетворительно»).

Таблица 4. Оценка владения языками (сводные данные)

Информанты | Оценка владения языками Доля | число | Тип ответа | хорошо: лит. яз. | рус. яз. | удовлетворительно: лит. яз. | рус. яз. | слабо: лит. яз. | рус. яз. I | 1019 | число | 818 | 482 | 154 | 474 | 23 | 52 | | |% | 80,3 | 47,3 | 15,1 | 46,5 | 2,3 | 5,1 II | 300 | число | 239 | 74 | 57 | 188 | 2 | 36 | | |% | 79,7 | 24,6 | 19,2 | 62,6 | 0,7 | 12,1 III | 56 | число | 47 | 21 | 6 | 26 | 2 | 5 | | |% | 83,9 | 37,5 | 10,7 | 46,4 | 3,6 | 8,9 I—III | 1375 | число | 1104 | 577 | 217 | 688 | 27 | 93 | | |% | 80,3 | 42,0 | 15,8 | 50,0 | 2,0 | 6,8

Из 1375 информантов 577 считали, что хорошо владеют русским языком (42%), 688 (50%) — удовлетворительно и 93 (6,8%) — слабо. Учащиеся II категории информантов хуже всего освоили как родной, так и второй язык: лишь немногие владели ими хорошо, большинство — удовлетворительно.

Учителя русского языка и литературы Шяуляйского района считали, что владеют своим предметом лучше (100%), чем преподаватели-русисты ШПИ, готовящие таких учителей (89%). 80% второкурсников-русистов Вильнюсского университета уже освоили предмет своей специальности. Между тем другие учителя-русисты республики (I группа), повышавшие квалификацию на курсах усовершенствования, отметили, что хорошо (68%) и удовлетворительно (28%) владеют преподаваемым предметом (еще 4% не ответили).

Во исполнение указаний о дальнейшем совершенствовании преподавания русского языка в 1983 г. в Вильнюсе была создана республиканская специализированная школа-интернат военного профиля, посвященная 50-летию ВЛКСМ, с русским языком преподавания и углубленным изучением русского языка. Опрошенные 77 учащихся VIII и X классов этой школы (89% литовцев) указали, что хорошо владеют русским языком 43%. Таким образом, среди учащихся литовцев шести групп городских средних школ (I категория опрошенных) эти учащиеся (как и остальные, оценивавшие свои знания субъективно) заняли бы четвертое место — после выпускников школ Шяуляя с углубленным изучением английского языка (73%), после бывших десятиклассников и одиннадцатиклассников Куршеная (44%) и Шяуляя (43%) (в последней группе русский язык и литература изучались углубленно: в IX—X классах к учебному плану добавляли по 2, в XI классе — по 1 еженедельному уроку). Ненамного отстают от них даже девятиклассники (40%), обучавшиеся в обычной вильнюсской школе с литовским языком преподавания.

160

Таблица 5. Владение литовским и русским языками (оценка информантов)

Пор. № | Группа | Категория* | Число информ. | Оценка владения языками,% | литовский яз. хорошо | литовский яз. удовлетв. | русский яз. хорошо | русский яз. удовлетв. | русский яз. слабо 1 | 5 | I | 77 | 70 | 26 | 43 | 53 | 4 2 | 8 | | 48 | 87 | 13 | 40 | 60 | — 3 | 9 | | 62 | 90 | 10 | 44 | 53 | 3 4 | 10 | | 46 | 74 | 26 | 26 | 61 | 13 5 | 11 | | 40 | 93 | 5 | 73 | 25 | 2 6 | 12 | | 32 | 94 | 3 | 50 | 44 | 3 7 | 13 | II | 14 | 64 | 36 | „„ | 50 | — 8 | 14 | | 36 | 78 | 19 | 39 | 47 | 11 9 | 15 | | 50 | 92 | 8 | 54 | 46 | — 10 | 17 | III | 48 | 85 | 14 | 40 | 48 | 12 11 | 18 | | 57 | 89 | 9 | 26 | 68 | 5 12 | 26 | IV | 36 | 92 | 5 | 36 | 53 | 11 13 | 3 | | 35 | 77 | 17 | 80 | 20 | — 14 | 4 | | 53 | 87 | 9 | 36 | 53 | 7 15 | 6 | V | 39 | 90 | 10 | 3 | 77 | 20 16 | 27 | | 20 | 70 | 20 | 45 | 35 | 5 17 | 1 | | 71 | 85 | 9 | 68 | 28 | — 18 | 20 | | 20 | 65 | 25 | 100 | — | — 19 | 23 | | 26 | 92 | 8 | 27 | 69 | 4 20 | 19 | | 36 | 100 | — | 25 | 72 | 3 21 | 22 | VI | 10 | „„ | — | 40 | 60 | — 22 | 21 | | 18 | 67 | 6 | 89 | 11 | — 23 | 24 | VII | 37 | 95 | 5 | 13 | 76 | 11 24 | 25 | | 7 | 86 | 14 | 29 | 71 | — 25 | 2 | | 54 | 81 | 19 | 26 | 52 | 17

* Пояснение: в таблицах 5, 8, 12, 13 категории опрошенных: I — 305 учащихся городских средних школ из Вильнюса (группы 5, 8), Шяуляя (гр. 9—11) и Куршеная (12); II — 100 учащихся сельских средних школ из Куршеная (13), Мешкучая (14) и окрестностей П. Удубисиса Шяуляйского района (15); III — 105 учащихся городских (Шяуляйских) профессионально-технических училищ; IV — 124 студента вузов: литуанисты V курса ВГУ (26), русисты II курса (3), германисты и англисты ВПИ (4); V — 212 учителей средних школ республики: 59 литуанистов (6, 27), 91 русист (1, 20), 26 учителей различных предметов (23) и 36 учителей начальных классов (19); VI — 28 преподавателей-литуанистов (22) и русистов (21) ШПИ; VII — 98 работников различных специальностей г. Шяуляя и Радвилишкского района: 37 воспитательниц детских яслей-садов (24), 7 специалистов различных профилей (25) и 54 рабочих и т. д. (2).

11. 1880

161

Между тем одиннадцатиклассники средней школы им. Я. Янониса в Шяуляе, где было усилено преподавание литовского языка и литературы (с добавлением также латинского языка), среди учащихся литовских школ показали наихудшие результаты не только по русскому языку (26% владели хорошо, 61% — удовлетворительно и даже 13% — слабо), но и по литовскому языку (74% — хорошо, 26% — удовлетворительно). Еще хуже знали литовский язык в школе-интернате 50-летия ВЛКСМ с преподаванием на русском языке. 54 ученика (70%) указали, что хорошо знают литовский язык, 26 (20%) — удовлетворительно, 1% — слабо, а 2 (3%) совсем его не знали. Таким образом, эксперимент по преподаванию литовцам на русском языке в данном случае, по-видимому, не оправдал себя как в отношении русского, так тем более и литовского языка. Этим школьникам было значительно труднее учиться и по всем остальным предметам, поскольку большинство из них понимали язык преподавания — русский — лишь удовлетворительно (53%) или даже плохо (3%).

Наиболее подробно были изучены ответы первой группы информантов (1019 человек). Лучше всего литовским языком владели 87,1% литовцев, 61,9% поляков, 40,6% русских, 37,5% украинцев, 25% белорусов. Если сложить число хорошо и удовлетворительно владеющих, доля представителей этих национальностей составит соответственно 99,1, 95,2, 73,1, 75 и 62,5%.

О хорошем владении русским языком сообщили 93,7% украинцев (больше, чем русских), 93% русских, 87,5% белорусов, 71,4% поляков и 40,2% литовцев. Хорошо и удовлетворительно владеющих было бы 99,9% (русских и украинцев), 100, 95,2 и 93,2%. Среди опрошенных литовским языком лучше всего (хорошо и удовлетворительно) владели литовцы, поляки, украинцы, русские, белорусы, а русским языком — белорусы, украинцы, русские, поляки и литовцы.

Другими языками народов СССР хорошо владели 12,5—0,5% представителей различных национальностей, удовлетворительно — 25,0—1,5%: всего 37,5% белорусов, 25% украинцев, 8,1% русских, 4,7% поляков, 2% литовцев. Слабо знали другие языки 4,6—23,8% опрошенных.

Таким образом, для информантов были наиболее характерны пять типов двуязычия (многоязычия): русско-литовско-польский, русско-литовско-украинский, русско-литовско-белорусский (треть белорусов говорила только по-русски), литовско-русский и русско-литовский. Пятая часть русских и литовцев овладела также другими языками народов СССР.

В первой группе информантов анкеты полностью заполнили 987 человек, из них 289 мужчин и 698 женщин, что составило соответственно 29 и 72% ответивших в этой группе. Как и большинство жителей республики, мужчины лучше владели русским языком, а женщины — литовским.

Литовским языком хорошо, удовлетворительно, слабо владели или не владели 71,7, 21,7, 2,7, 3,4% мужчин и 84,4, 12,3, 1,9 и 0,4% женщин; русским языком — 48,9, 47,5, 3,4% мужчин (не владеющих не было) и 45,9, 47, 5,9 и 0,4% женщин. Женщины отличались от мужчин лучшим владением литовским языком (на 0,9%) и более слабым владением русским языком (на 2,5%). Мужчин, хорошо и удовлетворительно владевших русским языком, было больше на 3 и 0,5%, а удовлетворительно и слабо владевших литовским языком — на 0,6 и 0,8%. Хорошо владеющих литовским языком мужчин и женщин было на 22,8 и 38,5% больше, чем хорошо владеющих русским; удовлетворительно и слабо владеющих русским было на 25,8 и 34,7% больше, чем удовлетворительно владеющих литовским.

Вторым языком народов СССР хорошо владели 47,3% опрошенных, удовлетворительно — 46,5% (почти столько же), слабо — 5,1%, не владели — лишь 0,2%. Получается, что хорошо и удовлетворительно вторым языком народов СССР владело большинство людей — 93,8%. В основном это были литовцы, овладевшие русским языком.

162

Таблица 6. Национальность и оценка владения языками (%)

Оценка владения языками Национальность | хорошо: литовским языком, русским языком, языками других народов СССР | удовлетворительно: литовским языком, русским языком, языками других народов СССР | слабо: литовским языком, русским языком, языками других народов СССР | не владеют литовцы | 87,1 | 40,2 | 0,5 | 12,0 | 53,0 | 1,5 | 0,1 | 5,9 | 8,0 | 0,1 | 0,3 | 79,3 русские | 40,6 | 93,0 | 2,3 | 32,5 | 6,9 | 5,8 | 17,4 | – | 4,6 | 8,1 | – | 79,0 поляки | 61,9 | 71,4 | – | 33,3 | 23,8 | 4,7 | – | 4,7 | 23,8 | 4,7 | – | 42,8 украинцы | 37,5 | 93,7 | 12,5 | 37,5 | 6,2 | 12,5 | 18,7 | – | 18,7 | 6,2 | – | 37,5 белорусы | 25,0 | 87,5 | ” | ” | 12,5 | 25,0 | – | – | – | 25,0 | – | 62,5

11°

163

При распределении информантов по возрасту хорошо владела вторым языком большая доля лиц в возрасте 48, 63, 75, 49, 52, 16–17, 30–31, 20–24, 57, 27, 44 лет (от 100 до 57%), а удовлетворительно — лиц в возрасте 25, 41, 38, 57–59, 26, 34, 45–47, 36 лет. Связь возраста и владения вторым языком прослеживается не очень отчетливо, поскольку для этого исследования информантов было маловато и вместе были учтены русские, недостаточно хорошо владевшие вторым языком. Поэтому получилось, что среди 16–17-летних молодых людей хорошо владеют им 73–60%, в возрасте 18–19 лет — уже меньше, 46–33%, в возрасте 20–24 лет — 67–37% и т. д. Встречались также 17 и 11% лиц в возрасте 23 и 47 лет, не выучивших никакого второго языка.

В нашем исследовании доля литовцев и украинцев была несколько выше их доли в республике, а поляков, белорусов, русских и евреев — ниже. Процент хорошо владевших русским языком значительно различался среди жителей крупных городов (до 46%) и районного центра (Радвилишкиса) (15%). Среди городских школьников этот показатель колеблется от 40 до 72,5%, а в профессионально-техническом училище (18 групп), учащиеся которого приехали из районов, достигает лишь 26,3%. По сравнению с данными переписи населения 1979 г., в 1986 г. 50,3% поляков, 22,0% украинцев и 12,1% белорусов лучше владели литовским языком, а русским языком — 5,7, 9,7 и 6,3% соответственно.

Информанты (за исключением литовцев) на 3,2% чаще выбирали национальность отца и на 16% чаще (за исключением русских из семей военнослужащих) — родной язык матери.

IV. Потребность владеть литовским и русским языками

Основным средством общения в Литовской ССР является литовский язык — язык большинства местных жителей. Он имеет давние письменные традиции, в республике наилучшим образом выполняет важнейшие общественные функции и удовлетворяет все потребности во взаимном общении членов литовской социалистической нации. Кроме того, наряду с русским языком литовский язык служит средством общения для значительной части жителей нашей республики разных национальностей, то есть выполняет и функцию регионального общения (ср. Karaliūnas, 1983, p. 7–8; Михальченко, 1984, p. 28–106, 213, 222 и т. д.).

Второй по распространенности и функциям в настоящее время язык — русский — в определенных случаях дополняет литовский. Являясь национальным языком русских, он часто используется при общении с представителями Литовской ССР, других республик СССР, а также зарубежных государств, не владеющими литовским языком. Литовцы чаще используют русский язык пассивно, читают примерно треть литературы (ср. Korsakas, 1979, p. 51) и т. д.

Литовский язык используется во всех сферах экономической, общественной и культурной жизни республики. Не зная литовского языка, нельзя общаться с некоторыми жителями (особенно с детьми до 7–9 лет, а также с некоторыми пожилыми людьми), понимать всю республиканскую информацию.

Из 103 учащихся IX–X классов, обучающихся в школах с русским языком преподавания, 77 (74,7%, точнее — 84,8% виленских и 70% шауляйских учащихся) отметили, что хотят научиться говорить, читать и писать по-литовски, 20,4% — объясняться, 4,9% — читать и писать.

С учетом родного языка, национальности и жизненно важных потребностей населения в системе среднего и высшего образования республики преимущественно используется литовский язык. Родной язык помогает за кратчайшее время и с наименьшими усилиями усвоить накопленный человечеством многовековой опыт. В 1985/86 учебном году в республике действовало 2070 общеобразовательных

164

школ, из них 1997 (96%) — в языковом отношении не смешанные: в 1846 школах (92,4%) преподавание велось только на литовском языке, в 103 (5,2%) — на русском языке и в 48 (2,4%) — на польском языке. В них обучались соответственно 402.727, 52.450 и 3.753 учащихся литовской, русской и польской национальности, составлявшие 87,8%, 11,4% и 0,8% учащихся несмешанных школ, а также 96,2%, 71,5% и 34,6% всех учащихся соответствующей национальности.

Отмечено, что по сравнению с литературой на родном языке литовские школьники читают по-русски примерно в два раза медленнее, а на иностранном языке — как минимум втрое медленнее. Это влияет на количество прочитанной литературы и в целом на желание читать и учиться (Шярнас, 1978, c. 13). Поэтому в республике большая часть литературы печатается на литовском языке. В 1940–1985 гг. на литовском языке было издано 74,9% книг и брошюр, а на русском — 17,8% книг. В 1985 г. в республике на литовском языке было издано 70,3% книг, 78,4% газет, 73,5% журналов и бюллетеней, на русском языке — 17,8% книг, 18,7% газет, 22,3% журналов (ср. Lietuvos TSR spaudos statistika 1981–1985, p. 28–29, 75–76).

В социологическом исследовании потребность в родном языке считалась само собой разумеющейся. Поэтому спрашивали, сколько человек хотят владеть вторым языком. Из 1375 информантов 1075 (78,2%) хотели говорить, читать и писать на втором языке, 82 (6%) — читать и писать, 162 (11,8%) — объясняться (табл. 7). Выявились четыре тенденции, касающиеся потребности во втором языке. Во-первых, чем меньше в группе хорошо владеющих вторым языком, тем больше желающих освоить все его формы. Во-вторых, большинство информантов предпочитают активно общаться (прежде всего научиться говорить). В-третьих, хорошо владеющие этим языком стремятся освоить все его формы (говорить, писать, читать). В-четвертых, чем хуже человек владеет вторым языком, тем чаще он считает, что достаточно научиться только объясняться.

Во II части информантов число хорошо владевших русским языком было в 1,9 и 1,5 раза меньше (24,6%), чем в I и III частях. Однако число желавших говорить, читать и писать (72%) во II части информантов в 2,9 раза превышало число хорошо владевших языком, тогда как в I и III частях — лишь в 1,7 раза. Желающих освоить все три формы второго языка было больше всего (72–

Таблица 7. Потребность владеть вторым языком народов СССР* (сводные данные)

Часть информантов | число Тип ответов Потребность во втором языке народов СССР; хотят: говорить, читать и писать | читать и писать | объясняться I | 1019 | число | 824 | 47 | 101% | 80,9 | 4,6 | 9,9 II | 300 | число | 216 | 29 | 55% | 72 | 9,6 | 18,5 III | 56 | число | 35 | 6 | 6% | 62,5 | 10,7 | 10,7 I–III | 1375 | число | 1075 | 82 | 162% | 78,2 | 6,0 | 11,8

*93,7% опрошенных (представителей нерусских национальностей) считали вторым языком народов СССР русский язык, а 6,3% опрошенных (русских) — литовский язык.

165

100%) было среди учащихся сельских средних школ, городских профессионально-технических и средних школ, а также студентов высших учебных заведений (табл. 8), из которых лишь 26—80% хорошо владели этим языком. Вполне естественно, что 36—62% школьников, плохо владеющих вторым языком, рассчитывают лучше его выучить.

Потребности в изучении второго языка у работников старшего возраста выделяются особенно заметно. Многие учителя Шяуляйского района (100—78%) хотели всесторонне совершенствовать свои знания (также

Таблица 8. Потребность владеть вторым (русским) языком (%)

Порядковый № | Группа | Категория | Число информантов | Говорить, читать и писать | Читать и писать | Объясняться | Не ответили 1 | 5 | I | 77 | 82 | 8 | 10 | — 2 | 8 | | 48 | 73 | 17 | „ | — 3 | 9 | | 62 | 76 | 3 | 21 | — 4 | 10 | | 46 | 72 | 6 | 22 | — 5 | 11 | | 40 | 87 | 5 | 5 | 3 6 | 12 | | 32 | 94 | — | 3 | „ 7 | 13 | II | 14 | 100 | — | — | — 8 | 14 | | 36 | 94 | 3 | — | 3 9 | 15 | | 50 | 98 | 2 | — | — 10 | 17 | III | 48 | 92 | 2 | 6 | — 11 | 18 | | 57 | 88 | 7 | 5 | — 12 | 26 | | 36 | 72 | 17 | 8 | 3 13 | 3 | IV | 35 | 94 | — | 3 | „ 14 | 4 | | 53 | 89 | 6 | — | 5 15 | 6 | V | 39 | 87 | 5 | 8 | — 16 | 27 | | 20 | 45 | — | 15 | 40 17 | 1 | | 71 | 64 | — | 1 | 35 18 | 20 | | 20 | 100 | — | — | — 19 | 23 | | 26 | 92 | 8 | — | — 20 | 19 | | 36 | 81 | 5 | — | — 21 | 22 | VI | 10 | 50 | — | 30 | 20 22 | 21 | | 18 | 78 | — | 5 | 17 23 | 24 | VII | 37 | 68 | 8 | 13 | 11 24 | 25 | | 7 | 86 | — | 14 | — 25 | 2 | | 54 | 57 | 2 | 41 | —

166

Таблица 9. Уровень владения и потребность во втором (русском) языке

Уровень владения; владеют:

Информанты

Виды потребности; хотят (%):

говорить, читать и писать

читать и писать

объясняться

хорошо

число

407 | 12 | 36

% | 84,4 | 2,4 | 7,4

средне

число | 386 | 31 | 45

% | 81,4 | 6,5 | 9,4

слабо

число | 31 | 4 | 17

% | 59,6 | 7,6 | 32,6

не владеют

число | — | — | 3

% | — | — | 100

всего

число | 824 | 47 | 101

% | 80,8 | 4,6 | 9,9

преподавателей-русистов), учителя и специалисты по литовскому языку и литературе, а также по другим предметам. Между тем часть учителей и преподавателей литовского языка и литературы (30 человек, группы 27 и 22), а также рабочие Радвилишкского района, среди которых вторым языком владели 26–45% людей, меньше ощущали необходимость улучшать все формы владения этим языком (45–57%; этот показатель ниже и потому, что 27% специалистов по литуанистике не ответили).

Большинство информантов (94%) отдавали предпочтение более активным формам общения. Прежде всего они хотели уметь общаться. Несколько лучше знать язык — читать и писать — хотели некоторые информанты третьей части (10,7%), учителя и студенты-литуанисты, которым реже приходилось общаться с нелитовцами.

Всесторонне владеть вторым языком — говорить, читать и писать — хотят 59,6% слабо владеющих им, 81,4% владеющих на среднем уровне и 84,4% хорошо владеющих (табл. 9). Таким образом, виды потребности прямо пропорциональны уровню владения языком. Только читать и писать стремятся 2,4, 6,5 и 7,6% хорошо, средне и слабо владеющих, а только общаться — соответственно 7,4, 9,4 и 32,6% (и 100% не владеющих). Те, кто владеет языком лучше, хотят знать его еще лучше, а те, кто владеет хуже, довольствуются тем, что могут общаться или

Таблица 10. Национальность и потребность во втором языке народов СССР* (%)

Национальность

Говорить, читать и писать

Читать и писать

Общаться

Не ответили

литовцы | 82,0 | 4,9 | 9,1 | 3,8

русские | 73,2 | 3,4 | 18,6 | 4,6

поляки | 85,7 | — | 4,7 | 9,5

украинцы | 75,0 | — | 18,7 | 6,2

белорусы | „ | 12,5 | — | 12,5

*Вторым языком для всех национальностей, кроме русских, в данном случае был русский язык, а для русских — литовский.

167

читать и писать. Отчасти это можно объяснить и «экономией сил», и практичностью. Такая тенденция уже сейчас вызывает беспокойство у педагогов. Только общаться пожелали 18,5% учащихся II части (55 человек), а в группах 9, 10, 22, 2 — 21—40% опрошенных.

V. Совершенствование преподавания литовского и русского языков

В Советском Союзе литовский и русский языки (и литературу) преподают в школах трех типов. Литовский язык как родной преподают литовцам в литовских школах Литовской ССР и в нескольких русских школах Белорусской ССР; как второй язык народов СССР — во всех остальных школах республики, где обучение ведется на русском и польском языках. Русский язык как родной преподают русским и представителям малочисленных народов или их групп, а как второй язык — учащимся, принадлежащим к основным национальностям союзных и некоторых автономных республик.

Из 1375 опрошенных 15,8% литовцев знали литовский язык лишь на среднем уровне, а 2% — слабо. По 26% учащихся средних школ имени Я. Янониса в Шяуляе и 50-летия ВЛКСМ в Вильнюсе считали, что овладели родным языком «на среднем уровне», а в Куршенайской I средней школе таких было целых 36%.

В предыдущем социологическом исследовании 43,8% учащихся V—XI классов республики утверждали, что им трудно изучать литовский язык, 34% — русский, а 26,4% — иностранные языки. Если бы изучение языков не было обязательным, родной (литовский) язык изучали бы 83,9% опрошенных (еще 11,3% — если бы им было интересно), русский — 68,3%, иностранный — 56,3% (Шярнас, 1976, с. 62, 74). Среди участников нашего исследования правильно говорить, читать и писать по-литовски хотели научиться 82% литовцев и 73,2% русских, а по-русски — 85,7% поляков, 78% литовцев, 75% украинцев и белорусов (ср. табл. 10).

В 1979—1986 гг. Министерство просвещения Литовской ССР издало два постановления об улучшении преподавания литовского языка и семь важнейших постановлений о совершенствовании преподавания русского языка: «О преподавании родного языка в начальных классах общеобразовательных школ Шилальского района» (1980.05.28, № 58), «О совершенствовании преподавания литовского языка в общеобразовательных школах республики с русским и польским языками обучения» (1986.04.14, № 42); «О введении обучения детей русскому языку в подготовительных классах и дошкольных учреждениях» (1979.08.03, № 81), «Об усилении преподавания русского языка и литературы в классах с углубленным изучением русского языка» (1980.05.28, № 59), «О дополнительных мерах по улучшению преподавания русского языка в общеобразовательных школах и дошкольных учреждениях» (1983.09.13, № 83), «О выполнении программ обучения русскому языку в дошкольных учреждениях Скуодасского района» (1983.12.13, № 88), «Об оплате учителям уроков русского языка в подготовительных и I—XI классах» (инструктивное письмо от 1984.12.25 № 16-5288; ср. также приказ от 1983.09.13 № 86, постановление от 1985.06.25 и т. д. (См. Сборник постановлений, приказов и инструкций, № 49, с. 16—20, 64, с. 21—29, 72, с. 17—21, 49, с. 21—24, 69, с. 18—21, 70, с. 48, 72, с. 13—16, 74, с. 56).

Определенное значение для преподавания литовского языка имеет также постановление «Об усилении преподавания литовской литературы и ее воздействия на коммунистическое воспитание учащихся в общеобразовательных школах города Вильнюса, Игналинского и Пренайского районов» (1984.06.06, № 43), а также «Об ускорении сбора литовского языкового материала»

168

(1983.02.03, № 15) и другие постановления, касающиеся совершенствования преподавания гуманитарных дисциплин.

Выполняя постановления вышестоящих инстанций³, с 1977 г. органы просвещения уделяют еще больше внимания преподаванию русского языка литовцам и полякам. Ставится цель, чтобы каждый учащийся, получая среднее образование, свободно владел также русским языком. Для преподавания русского языка и литературы в 1986–1990 гг. в республике планируется издать около 100 наименований. В 1987 г. в программы Литовского радио была введена еженедельная передача «Русский язык». С 1984 г. учителя-русисты обязаны раз в три года повышать квалификацию (литуанисты школ с обучением на неродном языке — раз в пять лет). В Республиканском институте усовершенствования учителей созданы кафедра и кабинет русского языка и литературы, в ВВПИ учрежден факультет повышения квалификации, где обучаются и учителя начальных классов. На факультеты русского языка и литературы педагогических институтов РСФСР теперь ежегодно направляют без конкурса по 20 литовских выпускников средней школы, а на годичную стажировку — по 30 студентов (см. Спурга, 1986, с. 1–4). Чтобы улучшить преподавание русского языка и литературы в республике, прилагаются огромные усилия; чтобы рассмотреть и оценить всю эту работу, потребовалась бы отдельная монография.

Большинство опрошенных предлагали совершенствовать учебные пособия по литовскому и русскому языкам, повышать качество уроков, развивать языковые навыки в дошкольном возрасте (мнения о других способах расходились сильнее). Особенно много предложений по преподаванию своего предмета высказали учителя-литуанисты и русисты. Относительно первых трех способов обучения русскому языку последние придерживались того же мнения, что и большинство опрошенных. Наибольшее значение учебникам придавали также учащиеся городских средних и профессионально-технических училищ (см. табл. 11–14).

Женщины больше, чем мужчины, заботились о преподавании обоих языков и дали на 9,4% больше ответов (табл. 15). Мужчины несколько меньше придавали значение качеству уроков по обоим языкам.

Немногие желали организации курсов литовского языка для взрослых литовцев и увеличения числа уроков русского языка. Число еженедельных уроков русского языка и литературы в школах с преподаванием на литовском языке уже выросло в 1979–1987 гг. с 42 до 47.

Еще 2,3–0,1% опрошенных самостоятельно предложили дополнительные способы совершенствования преподавания литовского, русского и других языков: лучше использовать факультативы, телевидение, радио и кинофильмы, организовывать встречи учащихся с ровесниками, говорящими на других языках, конкурсы, викторины, языковые кружки. Предлагалось издавать больше учебной литературы, таблиц, наборов иллюстраций и т. д., лучше обеспечивать учителей методическими и дидактическими изданиями и наглядными пособиями, создавать условия для приобретения в книжных магазинах необходимых для работы книг.

Главная цель уроков языка в средней школе — научить практически правильно говорить и писать на родном и втором языках. Это должно прежде всего относиться к урокам литовского языка (особенно для нелитовцев). На уроках русского языка практическая направленность

³Ср. «О дальнейшем совершенствовании преподавания русского языка в общеобразовательных школах с литовским (польским) языком обучения» (постановление ЦК КПЛ от 1977.01.31); «О дополнительных мерах по совершенствованию преподавания русского языка в общеобразовательных школах и других учебных заведениях союзных республик» (постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 1983.05.26): Народное образование, 1979, с. 99–103, 207–209; Правда, 1983, 28 мая, с. 1; Шепетис, 1981, с. 151–156, 230–295 и т. д.; Губогло, 1984, с. 5–9, 67–71.

169

Таблица 11. Способы совершенствования преподавания второго языка народов СССР* (сводные данные)

Доля информантов | Язык | Тип ответов: число | Способы совершенствования преподавания: процент Литовский | I | 323 | 386 | 285 | 349 | 173 | 120 | 31,7 | 37,9 | 28,0 | 34,2 | 17,0 | 11,8 Литовский | II | 130 | 79 | 86 | 95 | 62 | 45 | 43,4 | 26,3 | 28,8 | 31,7 | 20,6 | 15,0 Литовский | III | 51 | 44 | 48 | 26 | 17 | 10 | 91,1 | 78,5 | 85,7 | 46,4 | 30,3 | 17,8 Литовский | I–III | 504 | 509 | 419 | 470 | 252 | 175 | 36,7 | 37,0 | 30,4 | 34,2 | 18,3 | 12,7 Русский | I | 304 | 478 | 173 | 351 | 225 | 188 | 29,8 | 46,9 | 17,0 | 34,4 | 22,1 | 18,4 Русский | II | 103 | 96 | 63 | 82 | 77 | 67 | 34,2 | 32,0 | 21,0 | 27,4 | 25,6 | 22,4 Русский | III | 19 | 20 | 1 | 1 | 8 | 9 | 33,9 | 35,7 | 1,8 | 1,8 | 14,3 | 16,1 Русский | I–III | 426 | 594 | 237 | 434 | 310 | 264 | 31,0 | 43,2 | 17,2 | 31,6 | 22,5 | 19,2

*В таблицах 11–15 графы 1, 2, 3, 4, 5, 6 соответствуют следующим способам совершенствования преподавания: 1 — повышать качество уроков языка (повышая квалификацию учителей и т. д.), 2 — совершенствовать учебные средства (учебники и т. д.), 3 — вводить больше уроков в школе, 4 — интенсивнее обучать в дошкольных учреждениях, 5 — преподавать больше предметов на том языке, которому хотят обучить, 6 — организовывать курсы для взрослых.

170

Таблица 12. Способы совершенствования обучения родному (литовскому) языку (%)

№ п/п | Группа | Категория | Число информантов | Способы совершенствования преподавания: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 1 | 5 | I | 77 | 16 | 26 | 19 | 32 | 25 | 4 2 | 8 | | 48 | 19 | 65 | 35 | 73 | 37 | 25 3 | 9 | | 62 | 26 | 37 | 43 | 31 | 26 | 2 4 | 10 | | 46 | 35 | 48 | 28 | 33 | 24 | 15 5 | 11 | | 40 | 37 | 27 | 7 | 17 | 5 | 2 6 | 12 | | 32 | 31 | 19 | 12 | 22 | 6 | 9 7 | 13 | II | 14 | 14 | 14 | 7 | 7 | 14 | 7 8 | 14 | | 36 | „ | 25 | 19 | 36 | 19 | 6 9 | 15 | | 50 | 4 | 98 | 4 | 68 | 4 | 4 10 | 17 | III | 48 | 60 | 10 | 2 | 23 | 2 | 4 11 | 18 | | 57 | 37 | 26 | 28 | 13 | 16 | 10 12 | 26 | IV | 36 | 86 | 80 | 92 | 42 | 19 | 14 13 | 3 | | 35 | 60 | 49 | 23 | 46 | 14 | 6 14 | 4 | | 53 | 58 | 45 | 45 | 43 | 32 | 13 15 | 6 | V | 39 | 91 | 78 | 86 | 46 | 30 | 18 16 | 27 | | 20 | 100 | 75 | 75 | 55 | 50 | 25 17 | 1 | | 71 | 14 | 27 | 18 | 7 | 6 | 10 18 | 20 | | 20 | 25 | 30 | 20 | 20 | 5 | „ 19 | 23 | | 26 | 54 | 54 | 65 | 31 | 31 | 19 20 | 19 | | 36 | 39 | 22 | 50 | 25 | 19 | 11 21 | 22 | VI | 10 | 50 | 40 | 70 | 30 | 20 | 20 22 | 21 | | 18 | 72 | 61 | 28 | 33 | 22 | 50 23 | 24 | VII | 37 | 59 | 43 | 16 | 30 | 13 | 27 24 | 25 | | 7 | 29 | 14 | 57 | 28 | — | — 25 | 2 | | 54 | 33 | 33 | 54 | 36 | 36 | 7 Итого | | | | 32 | 38 | 28 | 34 | 17 | 12

уже начинает уменьшаться. По мнению многих языковедов, необходимо в корне пересмотреть все программы и учебники родного языка и исключить из них некоторые устаревшие, противоречивые и ненужные рядовому носителю языка темы (ср. Garšva, 1984, p. 26–28). Тогда гораздо больше места нашлось бы и для культуры речи.

171

Таблица 13. Способы совершенствования преподавания русского языка как второго языка народов СССР

№ п/п | Группа | Категория | Число информантов | Способы совершенствования преподавания (%) | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 61 | 5 | I | 77 | 13 | 25 | 8 | 45 | 32 | 92 | 8 | | 48 | 25 | 37 | 4 | 35 | 17 | 103 | 9 | | 62 | 14 | 35 | 16 | 29 | 21 | 114 | 10 | | 46 | 22 | 59 | 9 | 13 | 4 | 45 | 11 | | 40 | 20 | 72 | 2 | 17 | 10 | 276 | 12 | | 32 | 37 | 53 | 16 | 44 | 31 | 197 | 13 | II | 14 | 7 | 29 | 21 | 57 | 43 | 368 | 14 | | 36 | 8 | 25 | 36 | 53 | 50 | 179 | 15 | | 50 | 14 | 4 | 4 | 86 | 4 | 410 | 17 | III | 48 | 2 | 54 | 12 | 12 | 17 | 411 | 18 | | 57 | 28 | 25 | 19 | 22 | 35 | 1912 | 26 | IV | 36 | 50 | 28 | 92 | 42 | 19 | 1413 | 3 | | 35 | 51 | 63 | 31 | 40 | 20 | 2014 | 4 | | 53 | 41 | 43 | 21 | 41 | 53 | 3015 | 6 | V | 39 | 41 | 15 | 3 | 13 | 3 | 1816 | 1 | | 71 | 48 | 93 | 38 | 51 | 22 | 2717 | 20 | | 20 | 65 | 80 | 5 | 45 | 25 | 3518 | 23 | | 26 | 65 | 58 | 4 | 15 | 15 | 1919 | 19 | | 36 | 39 | 78 | 14 | 28 | 11 | 3320 | 22 | VI | 10 | 30 | 50 | — | 10 | — | —21 | 21 | | 18 | 89 | 89 | 22 | 22 | 44 | 3922 | 24 | VII | 37 | 59 | 46 | 11 | 22 | 13 | 4323 | 25 | | 7 | 43 | 57 | — | 29 | — | 1424 | 2 | | 54 | 18 | 18 | 11 | 22 | 33 | 24Итого | | | | 30 | 47 | 17 | 34 | 22 | 18

С 1977 г. в республике издается журнал «Русский язык в школе», предназначенный для школ с литовским (польским) языком преподавания. Нуждается в отдельном издании и главный предмет большинства школ — литовский язык. Сейчас на него (вместе с литературой) отводится 75 уроков в неделю.

Основы языка формируются в основном еще до школы. В детских садах республики обучаются более 50 000 детей в возрасте 5–6 лет. Пятилетним полагается по 2 родных-

172

Таблица 14. Предлагаемые опрошенными представителями некоторых категорий сферы образования способы совершенствования преподавания русского языка (%)

Способы совершенствования | Учителя: русисты, нерусисты | Учащиеся литовских школ: городских школ, сельских школ, профтехучилищ | Учащиеся русских школ

1 | 58,7 | 48,0 | 20,0 | 11 | 16,2 | 26,2

2 | 89,9 | 34,7 | 42,6 | 13 | 38,1 | 16,5

3 | 29,4 | 2,7 | 9,2 | 18 | 16,2 | 38,0

4 | 45,0 | 13,3 | 31,8 | 70 | 20,0 | 35,0

5 | 26,6 | 6,7 | 19,7 | 26 | 26,7 | 14,6

6 | 30,3 | 16,0 | 12,5 | 13 | 12,4 | 13,6

1–6 | 46,5 | 20,2 | 22,6 | 25,2 | 21,6 | 24,0

Пояснение: в таблице представлены мнения: 1) учителей, работающих в общеобразовательных средних школах республики, преимущественно в городах (особенно учителей русского языка и литературы); 2) учащихся городских и сельских общеобразовательных средних школ и городских специальных профессионально-технических училищ, обучение в которых ведется на литовском языке; и 3) учащихся городских средних школ, обучение в которых ведется на русском языке.

... и уроки русского языка: шестилетним детям — всего 7 уроков родного языка и 2 урока русского языка. До сих пор большинство литовских детей сначала владеет только диалектной речью и фактически изучает литовский литературный язык как второй, поэтому одинаковое количество времени, отведенное пятилетним детям на родной и русский языки, нецелесообразно. Советские психологи отмечали, что дети 5–6 лет очень по-разному владеют родным языком и могут начать смешивать его со вторым языком.

Таблица 15 Зависимость предлагаемых способов совершенствования обучения языкам от пола (%)

Способы совершенствования | Литовский язык: мужчины, женщины | Русский язык: мужчины, женщины | Языки других народов СССР: мужчины, женщины

1 | 24,1 | 34,8 | 19,6 | 33,7 | 4,4 | 3,9

2 | 41,7 | 36,2 | 42,7 | 48,9 | 8,6 | 6,5

3 | 23,1 | 30,0 | 16,5 | 16,9 | 2,0 | 5,5

4 | 38,6 | 33,2 | 34,4 | 34,5 | 2,4 | 1,7

5 | 17,9 | 16,9 | 21,7 | 22,3 | 4,8 | 6,1

6 | 12,4 | 11,8 | 15,5 | 19,9 | 15,8 | 20,3

Навыки владения родным языком у ребенка окончательно формируются в первых классах школы. Многие наши психологи, педагоги и языковеды подчеркивали, что начинать обучение второму языку следует тогда, когда первый (родной) язык закрепится в психике ребенка и он овладеет грамотой на родном языке (Jacevičius, 1970, p. 27, 51, 80, 250, 255; Русский

173

язык в национальной школе, 1977, с. 21; Вайнрайх, 1979, с. 129—131, 139—142; Balčikonis, 1978, p. 106; Daukšytė, 1980, p. 77—78; Bendrosios psichologijos paskaitos, 1980, p. 141 ir t. t.)⁴. Mažesnių gabumų vaikams ankstyvosios dvikalbystės atvejais ikimokyklinėse įstaigose ir net pradinėse vidurinės mokyklos klasėse pastebima neigiama dvikalbystės įtaka: jų ne tik gimtoji, bet ir antroji kalba yra ne tokia gryna ir aiški, jie blogiau dėsto savo mintis, lėčiau išmoksta taisyklingai šnekėti ir rašyti, kartais sulėtėja protinis vystymasis. 732 Kauno ir Šiaulių miestų vaikų darželių dvikalbiai vaikai buvo suskirstyti taip: 647 (88%) bendrasis protinis išsivystymas normalus, 74 (10%) žemesnis ir 11 (2%) silpnas (Jacikevičius, 1970, p. 74, 77).

Чрезвычайно важно, чтобы воспитатели дошкольных учреждений и учителя начальных классов говорили правильно. В республике «назрела необходимость ясно и без обиняков говорить прежде всего о защите речи детей детских садов от уличного речевого загрязнения и речевых загрязнителей со стороны самих работников детских садов, а также быстрее перестроить лингвистическое воспитание в системе просвещения всех уровней» (Pupkis, 1987, p. 3).

В республике существуют объективные условия для выбора оптимального возраста начала обучения второму языку, количества уроков и метода преподавания, а также для регулирования практики изучения иностранного языка таким образом, чтобы как можно лучше усваивался родной язык. По сравнению с республиками Средней Азии в Литве изучать второй язык легче, поскольку детей школьного возраста меньше, а литовский язык генетически не столь сильно отличается от русского. Еще в 1979 г., когда русский язык начинали изучать не с 5, а с 8,5 лет, до семилетнего возраста им владели лишь 2,1% литовцев (8-е место среди основных национальностей союзных республик). К окончанию средней школы (в возрастной группе 16—19 лет) уже тогда свободное владение русским языком указывали 81,5% литовцев (вторым языком хуже владели представители девяти национальностей; больше всего — молдаване (76,4%), меньше всего — эстонцы (26,8%)). По сравнению с 1970 г. за десятилетие в указанной возрастной группе доля литовцев, свободно говоривших по-русски, выросла на 20,5% (по темпам роста — второе место в Советском Союзе после узбеков). Поэтому считается, что еще до школьной реформы по уровню обучения русскому языку Литва входила в число передовых республик (Пяль, 1985, с. 24—30).

В 1985/86 учебном году в республике было также 83 языково смешанные школы: 30 литовско-русских школ (21509 учащихся), 31 русско-польская (12 136 учащихся), 7 литовско-польских (1967 учащихся) и 15 литовско-русско-польских школ (8351 учащийся). Соотношение учащихся указанных национальностей в этих школах составляло соответственно 65,3 и 34,7%, 73,2 и 26,8%, 13,9 и 86,1%, 19,4, 54,9 и 25,7%. Среди 43.963 учащихся смешанных школ было 20.934 русских (47,6%), 15.937 литовцев (36,3%) и 7.092 поляка (16,1%).

С 1979/80 учебного года в общеобразовательных школах число учащихся в школах с литовским языком обучения ежегодно сокращается в среднем на 0,27%, в школах с польским языком обучения — на 0,08%, а в школах с русским языком обучения — увеличивается на 0,35% (за 6 лет доля учащихся в этих школах изменилась соответственно на —1,6, —0,5 и +2,1%). Это объясняется главным образом тем, что часть детей литовского и польского происхождения (особенно из смешанных семей) начинает учиться в классах с русским языком обучения.

⁴ Так утверждали и профессор Й. Лаужикас, К. Улвидас.

174

Предлагалось также приложить к учебникам математики, физики, химии, истории и обществоведения для старших классов школ с литовским языком обучения словарики литовско-русской научной терминологии и активно обучать русским терминам на всех уроках. Поскольку таким образом стремятся лучше преподавать не математику и другие упомянутые предметы, а русский язык, его термины целесообразнее, методичнее и экономнее давать в учебниках русского языка и изучать на уроках русского языка.

Использование второго языка вместо родного (полное или частичное преподавание на втором языке, а также его использование на утренниках в детских садах, собраниях, в пионерских и комсомольских стенгазетах и т. д.) сужает сферы употребления родного языка и способствует формированию не гармоничного двуязычия, а одноязычия. Такая деятельность относится не к теме «Русский язык как средство сотрудничества народов СССР», а к теме «Русский язык как национальный (родной) язык». Когда в 1979 г. в Эстонии рассматривались рекомендации начать преподавать некоторые предметы по-русски в школах с эстонским языком обучения (позднее от этого отказались из-за недостаточного владения вторым языком), число эстонцев, свободно говоривших по-русски, оказалось в целом на 4,5% меньше (среди молодых людей в возрасте 16–19 лет — на 14,2% меньше), чем в 1970 г. (Пялль, 1985, с. 27).

Гармонично развивать двуязычие будет возможно тогда, когда в этой работе, помимо специалистов по русскому языку, учителей и воспитателей детских садов, активнее будут участвовать также специалисты по родному языку, психологи и общественность. Установлено, что даже в высших учебных заведениях литовцы запоминают информацию на втором языке на 22–24,5% хуже, чем на родном, и хуже ее усваивают (Яникиявичюс, 1965, с. 24).

Не говоря о популяризируемой внеклассной и внешкольной работе на втором языке (факультативы по русскому языку, недели, олимпиады, коллективы художественной самодеятельности, спортивные секции, кружки русского языка, туризма и краеведения, школьные музеи, клубы интернациональной дружбы, переписка с другими республиками и т. д.), в общеобразовательных школах по-русски преподаются русский язык и литература, а также начальная военная подготовка. И учителя русского языка и литературы, и школьники, понявшие суть этого вопроса, а особенно взрослые, имеющие детей (в группах 6, 10, 11, 15, 19 и других), сочли нецелесообразным преподавать на втором языке еще больше предметов. Школы и их группы с русским языком обучения принимают всех желающих и создают для них хорошие условия. Для тех, кто хочет еще лучше овладеть русским языком, изучать русский язык и литературу и учиться в высших учебных заведениях других республик, в 1976/77 учебном году в 9 средних школах LTSR были созданы классы с углубленным изучением русского языка. В 1982/83 учебном году таких школ в республике было 12, в 1986/87 учебном году — 29.

На состоявшейся в 1982 г. всесоюзной научно-практической конференции по вопросам развития национальных отношений подчеркивалось, что для успешного преподавания русского языка как средства общения народов СССР необходимо также обеспечить, чтобы «русские и представители других национальностей, оканчивающие школы республики, хорошо владели языком основной национальности республики. Тогда они смогут активнее включиться в народное хозяйство республики, партийную, государственную и культурную работу» (Воспитывать убежденных патриотов-интернационалистов, 1982, с. 52). Язык, на котором говорит большинство жителей республики и который для некоренных национальностей является вторым или третьим языком народов СССР, — важное средство интернационально-патриотического воспитания; он помогает укреплять дружбу народов и даже распространять русский язык, поскольку двустороннее двуязычие не ассимилирует ни один из языков (Пялль,

175

1968, c. 391—398). Проблемы преподавания литовского и других национальных языков союзных республик в качестве вторых языков неоднократно поднимались в печати (обзор см. Garšva, 1984, p. 29; также ср. Костенецкая, Берзиньш, 1986, с. 2).

Когда обучение не подкрепляется навыками живого общения, русскоязычные жители LTSR не становятся двуязычными (Михальченко, 1984, с. 192—193), не могут использовать второй язык как средство общения, и тогда остаются невыполненными требования к средним школам с русским и польским языками обучения. Ученики не различают или плохо различают долгие и краткие гласные литературного литовского языка, не произносят звуки ė, o и восходящую интонацию, не согласуют части речи. 13—19% поляков, украинцев, русских и белорусов, учившихся в выпускных классах школ республики с нелитовским языком обучения, сообщили, что слабо выучили литовский, а 5—8% (25) — что вовсе его не знали (однако их переводили в следующий класс).

Для обучения литовскому языку нелитовцев остро не хватает хороших учебников, методической литературы и специалистов. С этими проблемами сталкиваются и литуанисты высших учебных заведений, преподающие нелитовцам, поэтому одна из кафедр должна специализироваться в этой области. Тогда можно было бы готовить преподавателей литовского языка и литературы для нелитовских школ: сейчас 30% таких учителей указали, что даже не владеют литовским языком хорошо, а среди неспециалистов, преподающих во II—IV классах, таких большинство. Они допускают грубые ошибки в произношении, грамматике, лексике и синтаксисе и с самого начала портят речь учеников (а позднее неправильные формы нередко перенимают и литовцы).

В начальных классах вместо неспециалистов, недостаточно хорошо знающих преподаваемый предмет, литовскому языку должны обучать литуанисты. Необходимо повышать квалификацию учителей (это отметили все опрошенные), уравнять оплату труда преподавателей всех языков народов СССР, изучаемых как вторые.

До 1985 г. в школах с русским языком обучения было 17 еженедельных уроков литовского языка и литературы, а в польских школах — 23 урока. В журнале ЦК КПЛ «Коммунист» предлагалось увеличить число этих уроков (Šermas, 1983, p. 28). В 1985/86 учебном году в школах с польским языком обучения отменили один еженедельный урок литовского языка и литературы (в IX классе), а в 1986/87 учебном году — еще два урока (отменив преподавание литовского языка во II классе и оставив один урок в III классе). Новая система распределения уроков несовершенна: здесь также следовало бы преподавать литовский язык начиная с I класса. Если этого не делать, оставшиеся три урока в III—IV классах пока лучше перенести в старшие классы, чтобы их вел специалист.

По сравнению со школами республики с русским языком обучения, в польских школах на 8 предметов (музыка, иностранный язык, география, физкультура и другие уроки) приходится на 3—1 больше часов. Сейчас в школах LTSR с польским языком обучения предусмотрено 44 еженедельных урока русского языка и 20 уроков литовского языка, хотя последний генетически дальше от польского и поэтому значительно труднее. При реформировании школы к 7 предметам в польских школах добавили по 1—0,5 урока, поэтому сокращение уроков литовского языка и литературы совершенно необоснованно.

Классы, в которых более 25 учеников, делятся на группы при обучении русскому и иностранному языкам, труду и физкультуре. Предлагается так же организовать обучение литовскому языку как литовцев, так и нелитовцев. Во многих общеобразовательных школах с нелитовским языком обучения есть только общие кабинеты польского—литовского и русского—литовского языков. Следовало бы

176

оборудовать отдельные такие кабинеты и обеспечить их специальной литературой и техническими средствами обучения.

Следует разъяснять пользу изучения языка межнационального общения в республике. Языковые навыки могли бы развивать факультативные занятия по литовскому языку, кружки, олимпиады и т. д. — многому можно научиться, совершенствуя преподавание русского языка, а также на опыте других республик. В Эстонии, Латвии и Литве по телевидению преподают язык титульной национальности; в Латвии с 1980 г. ежегодно успешно проводятся олимпиады по латышскому языку для учащихся русских школ, а в 1985 г. в порядке эксперимента начали преподавать латышский язык в русскоязычных детских садах (см. Костенецкая, Берзиньш, 1986, с. 2). Если дошкольное обучение второму языку считается полезным и русский язык преподают в литовских и польских детских садах, то почему более трудный для изучения литовский язык не преподают в русскоязычных дошкольных учреждениях республики?

В союзных республиках (Грузии, Узбекистане, Казахстане, Таджикистане, Украине, Азербайджане, Киргизии, Туркмении) школы работают даже на семи-четырёх языках: помимо языка титульной национальности и русского, обучение ведётся и на других местных языках (большинство представителей этих национальностей обычно живёт в соседних республиках). В 1980 г. было принято постановление ЦК КПСС и Совета Министров об экономическом и социальном развитии районов проживания северных народов, предусматривавшее издание на их языках программ, учебников и других учебных пособий для школ и дошкольных учреждений. Некоторые представители малочисленных народов Сибири, Севера и Дальнего Востока пожелали, чтобы в начальных классах преподавание велось на их родном языке или чтобы он изучался как предмет в русских школах (см. Губогло, 1984, с. 137, 139—142, 153).

В соседней Беларуси из восьми приграничных школ, где в 1957 г. дважды в неделю начали преподавать литовский язык как предмет (после войны в тех местах ещё преимущественно говорили по-литовски), до сих пор сохранились три: средняя школа в деревне Гервяты Островецкого района, восьмилетняя школа в Гирях и восьмилетняя школа в Пелесе Вороновского района. Этим школам очень не хватает учителей литовского языка, шефской поддержки, педагогической и художественной литературы на литовском языке и т. д.

В школах Литовской ССР с преподаванием на русском языке, где около половины учащихся составляют поляки, белорусы и украинцы (ср. Gaučas, Karalienė, 1981, с. 14), также необходимо повышать культуру родного языка, поскольку формируются местные варианты русского языка (ср. Трифоновас, 1978; Гаршва, 1986).

К. ГАРШВА, Я. ТРИФОНОВАС

ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ЛИТОВСКОГО И РУССКОГО ЯЗЫКОВ В СФЕРЕ НАРОДНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ЛИТОВСКОЙ ССР

Резюме

В 1983 и 1985—1986 гг. было опрошено 1375 жителей ЛитССР (90% — литовцы). Это были учащиеся старших классов городских и сельских общеобразовательных школ и городских ПТУ, студенты, учителя, преподаватели, а также рабочие и служащие. С помощью анкеты изучались степень владения и потребность в литовском, русском, в других языках народов СССР, способы совершенствования их преподавания и т. д. (всего 35 вопросов).

12. 1880

177

Литовский и русский языки хорошо знали соответственно 80,3 и 42% опрошенных, удовлетворительно — 15,8 и 50%, слабо — 2 и 6,8%; 78,2% информантов желали разговаривать, читать и писать на втором языке (преимущественно — хорошо владеющие), 11,8% — только разговаривать, 6% — читать и писать. Опрошенные лица предлагали совершенствовать средства обучения (учебники и т. д.) литовского и русского языков, повышать качество уроков, работу в дошкольных учреждениях и т. д. Дальнейшее увеличение числа уроков русского языка, перевод еще некоторых дисциплин на второй язык преподавания большинство учащихся и преподавателей считали нецелесообразным.

K. GARŠVA, J. TRIFONOVAS

ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ЛИТОВСКОГО И РУССКОГО ЯЗЫКОВ В СИСТЕМЕ ОБРАЗОВАНИЯ ЛИТОВСКОЙ ССР

Резюме

В 1983 и 1985—1986 годах были обследованы 1375 учащихся, студентов, учителей и других лиц, проживавших в Литовской ССР (90% из них были литовцами). Литовским и русским языками хорошо владели соответственно 80,3% и 42% опрошенных, удовлетворительно — 15,8% и 50%, плохо — 2% и 6,8%. 78,2% информантов хотели говорить, читать и писать на втором языке, 11,8% — только говорить, 6% — читать и писать. Большое число информантов предлагало улучшить учебники, качество уроков, дошкольное обучение и т. д.

LITERATŪRA

I

Leninas V. Ar reikalinga privaloma valstybinė kalba? // Raštai. V., 1953. T. 20. P. 54—56.

Gorbačiovas M. TSKP Centro Komiteto Politinis pranešimas Tarybų Sąjungos Komunistų partijos XXVII suvažiavimui // Tiesa. 1986. Vasario 26. P. 2—8.

Tarybų Sąjungos Komunistų partijos Programa. V., 1986.

Tarybų Socialistinių Respublikų Sąjungos Konstitucija (Pagrindinis Įstatymas). V., 1977.

II

Adlys P. Antroji kalba // Mokslas ir gyvenimas. 1983. Nr. 4. P. 32—33.

Balčikonis J. Rinktiniai raštai. V., 1978. T. 1.

Bendrosios psichologijos paskaitos. V., 1980.

Bražėnas P. Penkios dienos — penkeriems metams // Pergalė. 1986. Nr. 9.

Daukšytė J. Lietuvių ir rusų kalbų mokėjimo lygio, kaip ankstyvosios ir vėlyvosios dvikalbystės formavimosi rezultato, palyginimas // Mokymo ir auklėjimo klausimai. V., 1980. P. 77—78.

Garšva K. Antrosios kalbos funkcionavimas ir mokymas // Mūsų kalba. 1982. Nr. 5. P. 10—14.

Garšva K. Tobulinkime kalbų mokymą // Mūsų kalba. 1984. Nr. 4. P. 25—29.

Jacikevičius A. Daugiakalbystės psichologija. V., 1970.

Karaliūnas S. Respublikos lingvosocialinės situacijos charakteristika // Kalbų kontaktai Lietuvos TSR. V., 1983. P. 4—45.

Liaudies švietimas. K., 1979.

Lietuvos Tarybų Socialistinės Respublikos liaudies švietimo įstatymas // Tiesa, 1986. Liepos 16.

Nut arimų, įsakymų ir instrukcijų rinkinys / LTSR švietimo ministerija. V., 1979—1986. Nr. 49—74.

Pupkis A. Ir kalboje reikia persitvarkyti // Vakarinės naujienos. 1987. Sausio 12. P. 3.

Šernas V. Kai kurie pedagoginiai ir sociologiniai kalbų mokymo aspektai daugiakalbystės sąlygomis // Socialinės lingvistikos problemos. V., 1979. P. 35—40.

Šernas V. Brolybės ir draugystės kalba // Komunistas. 1983. Nr. 10. P. 25—28.

178

Вайнрайх У. Языковые контакты. Киев, 1979.

Выступления участников съезда писателей // Литературная газета. 1986. 21 июля.

Исаев М. И. Марксистско-ленинские принципы национально-языковой политики КПСС// Изв. АН СССР. Сер. лит-ры и яз. 1986. Т. 45. № 2. С. 120–129.

Гаршва К. К. Развитие двуязычия в Литовской ССР // Тр. АН ЛитССР. Сер. А. 1982. Т. 3(80). С. 120–130.

Гаршва К. К. Акустические особенности вокализма русского языка в сопоставлении с литовским языком//Тр. АН ЛитССР. Сер. А. 1986. Т. 1(94). С. 111–116.

Грумадене Л. Социолингвистическое исследование литовской речи коренных вильнюсцев // Kalbu kontaktai Lietuvos TSR. V., 1983. P. 62–101.

Губогло М. Н. Современные этноязыковые процессы в СССР. М., 1984.

Копыленко М. М., Саина С. Т. Функционирование русского языка в различных слоях казахского населения. Алма-Ата, 1982.

Корсакас Ю. Функционирование родного и русского языков в школах Советской Литвы// Socialinės lingvistikos problemos. V., 1979. P. 41–56.

Костенецкая М., Берзиньш У. Язык есть исповедь народа… // Лит. газ. 1986. 26 ноября. С. 2.

Михальченко В. Ю. Проблемы функционирования и взаимодействия литовского и русского языков. Вильнюс, 1984.

Пялль Э. О некоторых вопросах развития наций и национальных языков Советского Союза // Изв. АН ЭстССР. Общественные науки, 1968. Т. 17. № 4. С. 386–401.

Пялль Э. Н. Развитие национальных языков в СССР и современные проблемы двуязычия // Проблемы эстонско-русского и русско-эстонского двуязычия. Таллин, 1985. С. 5–39.

Русский язык в национальной школе. М., 1977.

Спурга В. На качественно высшем уровне // Русский язык в школе. 1986. № 4. С. 1–4.

Трифонас Я. С. Функционирование и взаимодействие русского и литовского языков в Литовской ССР: Дис. … канд. филол. наук. М., 1978. Машинопись.

Ханазаров К. Х. Решение национально-языковой проблемы в СССР. М., 1977.

Шепетис Л. К. Забота партии о духовном потенциале советского народа // Русский язык – язык дружбы и сотрудничества народов СССР. М., 1981.

Шимкус С. Интернациональное воспитание трудящихся села // Интернациональное воспитание трудящихся. Рига, 1967.

Шярнас В. Очерки по лингвистике. Вильнюс, 1976.

Шярнас В. И. Теоретические основы обучения нескольким языкам в школе (на материале Литовской ССР): Автореф. дис. … д-ра пед. наук. М., 1978.

Яцкявичюс А. О продуктивности вербальной памяти в системе двух языков // Науч. тр. вузов ЛитССР. Педагогика и психология. Вильнюс. 1965. Т. 7.

12⁶