ROBERTAS STUNŽINAS

Институт литовского языка

ПРОБЛЕМЫ ТЕРМИНОЛОГИИ НАРОДОВ ПРИБАЛТИКИ И ЕВРОПЕЙСКИЙ СОЮЗ

Vilnius: Lietuvių kalbos instituto leidykla, 2005, 172 p.

Это сборник статей, официально представленный Институтом литовского языка на Книжной ярмарке 2006 года; он составлен на основе докладов международного семинара по терминологии, состоявшегося в 2004 году: Проблемы и задачи терминологии Эстонии, Латвии и Литвы в Европейском союзе. Издание международное — в редакционную коллегию и число авторов статей входят литовские и зарубежные учёные, — и скорее англоязычное, чем литовское: три статьи на литовском языке (с аннотациями на английском) и семь — на английском (с аннотациями на литовском). Издание предназначено «как для тех, кто занимается практической терминологической работой, так и для всех, кто интересуется терминологией» (с. 8).

Тематика сборника разнообразна. В основном в нём говорится о терминологической работе международных организаций и разных стран (Литвы, Латвии, Эстонии, Венгрии и России), рассматриваются некоторые теоретические вопросы, представляются новшества в области терминологии.

Способ расположения статей в сборнике — в алфавитном порядке по авторам — не слишком удобен. Сборник открывается обзорной статьёй А. Ауксориуте, не затрагивающей спорных вопросов, Терминологическая работа в Институте литовского языка (с. 11–20). В статье подводится итог: масштаб терминологической работы в Институте литовского языка значительно расширился. Раньше терминологи Института занимались преимущественно практической работой, но в последнее время активнее развивается научно-теоретическая деятельность (с. 17). Самая большая обзорная статья сборника — обзор истории и современного состояния литовской терминологии Ст. Кейнса на английском языке (с. 48–67). Рассматриваются все периоды истории литовской терминологии — от первых письменных текстов XVI века (это своего рода ответ на мнение, что литовская терминология возникла в XX веке) до XX века. В современной литовской

Terminologija | 2006 | 13

213

терминологии трудности связаны с переводом терминов и заимствованиями («европеизацией» по английскому образцу), безответственной подготовкой многоязычных терминологических словарей, переводом текстов по гуманитарным и социальным наукам, законов и технических стандартов, а также с широким распространением литовско-английского двуязычия (с. 61–65).

Ситуация в латвийской терминологии после вступления в Европейский союз и её перспективы рассматриваются в англоязычной статье Валентины Скуйинии (с. 154–159; аннотации на латышском и литовском языках). В Латвии терминологической работой занимаются два учреждения — Терминологическая комиссия Академии наук Латвии и Центр переводов и терминологии (с. 154). Трудности в терминологической работе обусловлены разногласиями между специалистами, недостаточной теоретической и практической подготовкой. В условиях спешки термины заимствуются из английского языка; работу осложняют синонимия в существующих словарях и отсутствие обновления инструментов терминологической работы — терминологических баз. Латвийскую терминологическую работу ожидают существенные изменения: проект модернизации терминологической работы, объявленный Государственной комиссией по языку, призван помочь найти более эффективную модель работы (с. 157).

О трудностях перевода терминов в Брюсселе, Люксембурге и Эстонии рассказывается в статье Х. Тама (с. 160–167). В Центре эстонского юридического языка трудности терминологической работы связаны с недостаточным финансированием (за два года число сотрудников сократилось почти в девять раз), а также с различием взглядов самого Центра и Министерства юстиции (с. 164).

Сложная ситуация с терминологией в Венгрии описывается в статье Й. Пустая Создание терминов в Центральной Европе с учётом терминологии ЕС (с. 100–107). В Венгрии перевод документов Европейского союза и создание терминов осуществляют не терминологические учреждения (с. 102); терминологическая работа носит сравнительно спонтанный характер и в основном связана с переводом (с. 105). Автор статьи подчёркивает важность продуманной языковой политики и создания терминологических учреждений (с. 105). Правда, сопоставление небольших групп терминов из одного источника (с. 103–105) по происхождению и структуре по существу ещё не отражает языковую политику разных стран.

Различные проблемы терминологической работы в учреждениях по стандартизации рассматриваются в статьях Н. Дудлаускене и Ч. Галинскиса. В статье Н. Дудлаускене Стандартизация литовских технических терминов (с. 21–34) даётся обзор деятельности Департамента стандартизации Литвы и обозначаются наиболее острые и актуальные проблемы терминологической работы: «<...> В июле 2004 г. было принято постановление Технической комиссии LST о принятии европейских стандартов терминов в качестве литовских стандартов терминов и их утверждении-

214 Robertas Stunžinas

посредством уведомления. Следствие такого решения — уже изданы 44 стандарта Литвы по терминологии без литовских терминов, тем самым в фонд литовских технических терминов включаются только термины иностранных языков» (с. 28). Другие трудности в деятельности Департамента стандартизации Литвы — недостаточное финансирование работы LST TK 37, невозможность обеспечить участие представителей этого учреждения в деятельности ISO/TC 37 (с. 29). Вместе с тем предлагается и конкретный способ решения существующих проблем: все учреждения, занимающиеся упорядочением терминологии, должны совместно рассмотреть разрабатываемую Программу нормирования, употребления, развития и распространения государственного языка и ежегодные планы мероприятий по ее реализации, составляемые в соответствии с этой программой и связанные с терминологической работой (с. 30).

О деятельности ISO/TK 37 и его подкомитетов, о вновь формулируемых задачах и политике всеобщей семантической гармонизации говорится в статье Ch. Galinskio ISO/TC 37 и семантическая гармонизация (с. 34). Семантическая гармонизация должна основываться на единой методологии и осуществляться не только в мировом масштабе, но и с охватом различных обществ и прикладных программ (с. 42). Терминология и другие языковые ресурсы играют важную роль: они являются не только составной частью всех видов текстового контента, но и средством индексирования и поиска (с. 45).

Проблемы теории терминологии анализируются в статьях российских и латвийских терминологов. В статье V. Leičiko и S. Šelovo Русская терминология: состояние и перспективы (с. 68–88) кратко обозначены особенности и проблемы теории российской терминологии: сущность термина, языковая структура термина, характер терминологических систем, развитие терминологии и терминологических систем, термин и текст и др. Говоря о сущности термина, авторы статьи подчеркивают, что эта проблема рассматривается уже в первых публикациях D. Lotes и K. Drezeno. Полемика терминологов обобщается тезисом о том, что основа термина имеет языковую природу и заимствована из обыденного языка, а важнейшее свойство термина — способность обозначать, называть определенное понятие в системе понятий (с. 70). В разделе Языковая структура термина (с. 72–74) подчеркивается, что одна из главных целей лингвистических исследований в России — изучение проблем варьирующих (диморфных) терминов и границ терминологической вариативности (с. 73). В разделе Терминология как наука (с. 79–80) ставится вопрос о том, следует ли считать терминологию лингвистической дисциплиной. На него отвечают следующими тезисами: 1) наука о терминологии изучает не только термины как определенные лексические единицы, но и системы терминов, которые по своей сути не являются лингвистической категорией; 2) в терминологии чаще всего решаются

Terminologija | 2006 | 13 215

неязыковые теоретические вопросы; 3) методы терминологической работы неоднородны и выходят за рамки лингвистической компетенции. В заключение отмечается, что терминология — сложная междисциплинарная наука; приводится утверждение R. Kobrino о том, что «в науке о терминологии развиваются методы фундаментальных наук: лингвистики, философии, когнитивной науки; формальной, диалектической и математической логики; теории классификации и семиотики» (с. 79). В конце статьи приводится внушительный список важнейших работ российских ученых по терминологии.

В статье S. Šelovo Термины, терминологичность и определения терминов (семь шагов к теории терминологии) (с. 122–153) в форме вопросов и ответов обобщаются практические и теоретические исследования автора. В литовской терминологии проблематику определений подробно исследовал K. Gaivenis (см. Gaivenis 2004: 85–117). Определив сущность термина и терминологичности (с. 123), S. Šelovas излагает понятия определения термина (definition) и экспликации (exposition) (с. 124). По словам российского ученого, в широком смысле слова терминологическое определение — это объяснение понятийного содержания определяемого термина (с. 127). Рассматривая виды определений терминов, терминолог предлагает собственную классификацию: классификационные, перечислительные, операционные, контекстуальные, неспецифические и общие определения (с. 133). Ставя вопрос о необходимости определения, S. Šelovas подчеркивает, что некоторые термины полностью мотивированы и не нуждаются в определениях (с. 133). В разделе о понятийной структуре терминологии (с. 138–148) рассматриваются проблемы классификационной иерархии понятий. В таблицах (с. 143–148) приводятся примеры уровней понятий в терминологиях термической обработки и коммуникации.

Проблематика употребления метафор в терминологии информационных и коммуникационных технологий рассматривается в статье латвийских терминологов D. Reiznieces, J. Silio, I. Ilzinios и J. Borzovo (с. 108–121). Представляя полярные взгляды на метафоры, авторы выделяют две основные функции метафорических терминов — когнитивную и эстетическую. В статье сформулированы два правила, определяющих употребление метафорических терминов: 1) где это возможно, метафоры и экспрессивные элементы английского языка следует заменять латышскими эквивалентами; 2) необходимо сохранять равновесие между когнитивной и эстетической функциями латышских терминов. Однако эти правила не являются исключительными: следует также придерживаться общих принципов терминологической работы в области информационных и коммуникационных технологий.

Создание и развитие инструмента терминологической работы терминологического словаря литовского языка представлены в статье С. Мешкаускене (с. 89–99). В 2002 г. К. Гайвенис упоминал, что литовский банк терминов уже несколько лет создается в Институте математики и информатики,

216 Robertas Stunžinas |

что «при создании основной базы данных банка терминов параметризуются грамматика, семантика и прагматика терминов. Поиск терминов выполнялся бы по нормативному термину, его синонимам, определениям, соответствиям на других языках <...>» (Gaivenis 2002: 84). Результат этой многолетней работы — «238 тысяч терминов, перенесённых из двадцати четырёх словарей терминов различных областей (физики, математики, ботаники, химии, социологии, геологии и др.)» (с. 90).

Подводя итог, можно сказать, что в сборнике статей Проблемы терминологии народов Прибалтики и Европейский союз полезную информацию найдут специалисты, занимающиеся как практической, так и теоретической терминологической работой. Материалы сборника весьма разнообразны — в них рассматриваются проблемы терминологии различных языков и политические задачи после вступления в Европейский союз. Кратко, но сравнительно ясно обсуждаются также основные вопросы теории терминологии и употребления терминов.

LITERATŪRA

Gaivenis K. 2002: Lietuvių terminologija: teorijos ir tvarkybos metmenys. Vilnius.

Gaivenis K. 2004: Sudėtinių terminų pateikimas ir aiškinimas terminų žodynuose. – Terminologijos istorijos ir dabarties problemos, Vilnius, p. 85–117.

Gauta 2006-12-04

Robertas Stunžinas Lietuvių kalbos institutas P. Vileišio g. 5, LT-10308 Vilnius E. paštas [email protected]

Terminologija | 2006 | 13

217