LIETUVIŲ LEKSIKOS IR TERMINOLOGIJOS PROBLEMOS

LIETUVIŲ KALBOTYROS KLAUSIMAI, XXIX (1991)

РИТА ШЕПЕТИТЕ

СЕМАНТИКА АБСТРАКТНЫХ ИМЁН ПРИЛАГАТЕЛЬНЫХ

0.1. Детальный анализ семантики и употребления абстрактных имён прилагательных не является целью этой статьи — для этого потребовалась бы монография. Абстрактные имена существительные, образованные от имён и глаголов, представляют собой сложную область семантики языка, в которой переплетаются элементы лексической, деривационной и синтаксической семантики. До сих пор она изучена мало, поскольку наиболее популярные современные методы исследования лексической семантики лучше приспособлены к анализу конкретной лексики, чем к абстрактам «неосязаемой» семантики. Исследователи синтаксической семантики чаще обращают внимание на абстракты глаголов. В работах по словообразованию абстракты прилагательных как производные анализируются или, по крайней мере, обсуждаются обычно с указанием на то, что они имеют транспозиционное словообразовательное значение, то есть не очень «интересны» с точки зрения дериватологии («Если словообразование понимается прежде всего как номинация, присвоение имени некоему (новому) содержанию, то роль транспозиции в словообразовании может считаться лишь побочной, поскольку она придаёт уже существующему содержанию, уже имеющему в языке своё название, грамматически отличное выражение» (Urbutis, 1978, 167). Однако, хотя абстракты и не являются, по сравнению с другими лексическими группами, равноправными единицами номинации, исследование их семантики необходимо хотя бы потому, что их представление в толковых словарях — одна из наиболее сложных лексикографических задач.

0.2. Многообразие типов образования абстрактных имён прилагательных в литовском языке, по-видимому, опровергает принцип языковой экономии. «Грамматика литовского языка» приводит несколько типов образования абстрактных имён прилагательных, правда, различающихся продуктивностью: с суффиксами -umas, -ybė, -ystė, -enybė, -uma, -ovė, -ulys, -atvė, -atis, -yba, -astis, с окончаниями -is, -a, -as (LKG, 306—312, 315—316). Иллюстративный материал «Словаря литовского языка» (LKŽ) показывает, что некоторые из них разновременны и разнолокальны, то есть характерны для разных периодов развития языка и разных диалектов. В «Словаре современного литовского языка» (DŽ) также много абстрактных имён прилагательных. Например, aklybė и aklumas приводятся в гнезде прилагательного aklas без толкования значения (об этом говорится во «Введении» к словарю (с. XII)); aklatis уже толкуется: «1. слепота, отсутствие зрения 2. перен. духовная слепота, темнота» (без иллюстрации); aklystė — «1. положение слепого человека: Самое большое несчастье — слепота. 2. перен. духовная слепота»; tamsybė, tamsumas — в гнезде прилагательного tamsus, а tamsenybė — «темнота, мрак», tamsis — «темнота, мгла» — отдельно и с толкованием через слова, которые сами не толкуются (метатония, характерная для абстрактов с окончанием -is, не столь уж веский аргумент для выделения их в отдельные словарные гнёзда, тем более что их толкование, по существу, повторяет толкования абстрактов с суффиксами -umas или -ybė).

128

0.3. Цель этой статьи такова: во-первых, проанализировать семантические различия наиболее распространённых типов образования абстрактных имён прилагательных (с суффиксами -umas, -ybė, с окончанием -is), упоминаемых в «Грамматике литовского языка» (LKG, 306, 308, 316) и в книге П. Скарждюса «Словообразование литовского языка» (Skardžius, 1943, 65, 97—98); во-вторых, исследовать связь между типом абстракта и семантикой производящего прилагательного. Из LKŽ было отобрано более 200 первичных прилагательных, относящихся к различным семантическим группам, и соответствующие им абстракты. Разумеется, в словаре могут быть зафиксированы не все абстрактные имена прилагательных, однако сама фиксация служит аргументом в пользу реальности слова.

1.0. Абстракты с суффиксом -umas образуются от всех первичных (и не только первичных) прилагательных, даже от тех, которые обычно не образуют степеней сравнения, например, pėsčias — pėstumas, raitas — raitumas, basas — basumas и т. п. Абстракты двух других словообразовательных типов (с суффиксом -ybė и окончанием -is) уже не образуются (или, по крайней мере, не зафиксированы в LKŽ) от всех без исключения первичных прилагательных. Абстрактов с суффиксом -ybė нет у прилагательных gaivus, gulščias, basas, bukas, dryžas, dubus, griežtas, keršas, kraupus, liaunas, pėsčias, rainas, palšas, sartas и др.; абстракты с окончанием -is не зафиксированы рядом с прилагательными silpnas, senas, smagus, šaunus, šlapias, ramus, prastas, ėdrus, gležnas, klaikus, laisvas, aklas, aštrus, luošas, garsus, smalsus, markus, gobšus, gudrus, naujas, paikas, linksmas и др. Обусловлено ли такое положение потребностями номинации или его определяют семантические либо какие-то иные особенности производящего слова? Ведь, как видно из примеров, производящие прилагательные принадлежат к весьма разнообразным семантическим группам. По-видимому, если оставить в стороне разновременность и разнолокальность, образование абстрактных имён прилагательных с суффиксами -ybė, -umas и окончанием -is следует считать регулярными словообразовательными типами, тем более что это в целом отражено и в «Словаре современного литовского языка». Однако готовые производные, относясь к одной и той же категории абстрактов, различаются номинативным потенциалом и степенью лексикализации. Эта дифференциация связана с типом словообразования и семантикой производящего прилагательного. С другой стороны, большое влияние оказывает также тенденция к унификации и интеграции, обычно характерная для развития литературного (стандартного) языка.

2.0. Абстракты с окончанием -is образуются только от первичных прилагательных (дополнительные признаки этого словообразовательного типа — удлинённый гласный корня и метатония). Производные этого типа образования абстрактов склонны к лексикализации и обладают довольно высоким номинативным потенциалом. Это особенно заметно в настоящее время, с ростом научной терминологии и её систематизацией. «Было решено первые (более длинные) термины (с суффиксом -umas. — R. Š.) использовать для обозначения общих понятий (свойств), а вторыми (с окончаниями -is, -a. — R. Š.) обозначать определённую измеряемую величину, размерность понятий, например, aukštis 12 metrų, talpa 10 litrų» (Brazdžiūnas, 1977, 5). Однако признаётся, что такую систему «до сих пор так и не удалось полностью внедрить» (Там же). В возможности осуществить это сомневаются и лингвисты (Kruopas, Kaulakienė, 1971, 11). Как бы то ни было, стремление обозначать параметры в научной терминологии абстрактами с окончанием -is обоснованно. Аргументом может служить то, что только один из абстрактов, образованных от прилагательных, составляющих антонимические пары, обладает номинативной силой, тогда как второй обычно остаётся в сфере чистых абстрактов. Имеются в виду такие пары абстрактов, как storis — plonis, plotis — siauris, sunkis — lengvis, tankis — retis, dydis — mažis, greitis — lėtis,

9. Lietuvių kalbotyros klausimai 29 t.

129

длина — *краткость. Это свойство абстрактов с окончанием -is частично отражено в толкованиях «Словаря литовского языка». Например: sunkis 3. физ. «величина, характеризующая силу притяжения Земли или какого-либо другого небесного тела» и lengvis «легкость»; greitis 2. «степень, величина быстроты движения» и lėtis «медлительность»; storis 1. «расстояние между двумя поверхностями предмета по ширине», storis 2. «объем, толщина» и plonis 1. «тонкость», plonis 2 «стройность», plotis 1. «длина диаметра» и siauris «узость»; ilgis 1. «размер предмета между двумя наиболее удаленными его точками» (DŽ) и *trumpis: aukštis 1. «возвышение снизу вверх» (в LKŽ к этому значению приведены примеры, иллюстрирующие и чистый абстракт: Kas per aukštis to medžio! Vvr, и выражение меры свойства: Kiek aukščio turi trikampis? Z. Žem.) и *žemis.

Абстракты с окончанием -is, образованные от прилагательных, не обладающих выраженной антонимией, не имеют такой четкой поляризации.

2.1. У нескольких абстрактов с окончанием -is значение в значительной степени лексикализовано, например: karštis (karštis 1. «жар, зной», karštis 2. «повышенная температура тела (при болезни); тепло»); šaltis (šaltis 1. «холодный воздух с низкой температурой (состояние атмосферных условий)»); lygis (lygis 1. «высота подъема», lygis 2. «степень качества, величины, развития»); skystis (skystis 1. «жидкое вещество», skystis 2. «жидкость»), pyktis «враждебное отношение из-за причиненной обиды; злость, раздражение, гнев» (DŽ) и др.

2.2. Большинство других абстрактов с окончанием -is толкуются через абстракты с суффиксом -umas, например: baltis «белизна», pygis «дешевизна», pilkis «серость» и т. д., и, судя по иллюстративному материалу, приведенному в LKŽ, они часто употребляются как синонимы, например: Kokio dailaus margumo karvikė Skr и Abu veršiukai vieno margio Gs или Kas veido do baltis, kas lūpų raudonis Kltn и Netur jokio raudonumo, geltonas į geltonas Pvn. Однако нельзя не заметить (или хотя бы не почувствовать) определенного различия. Абстракты с окончанием -is лучше подходят для выражения параметра свойства, чем абстракты с суффиксом -umas. Особенно очевидно это на примере абстракта skonis. Этот абстракт уже не является синонимом слова skanumas. Saldūs, kartis, rūgštis, sūris, вероятно, обозначали бы разновидности вкуса. Подобным образом geltonis, raudonis, baltis, juodis и др. обозначали бы разновидности цвета. Например, сочетание pipirų kartis означает «вкус (горький), которым обладает перец», а сочетание pipirų kartumas уже обозначает модификацию этого вкуса и как бы требует продолжения, пояснения — какова эта горечь (необычная, ужасная, ну и … и т. д.). Pienių geltonis означает цвет, свойственный одуванчикам вообще, а pienių geltonumas означает (или, по крайней мере, может означать) разновидность этого цвета и т. д. Эти гипотетические рассуждения можно обобщить следующим образом: абстракты с окончанием -is часто являются семантическими инвариантами по отношению к абстрактам с суффиксом -umas (ср. также grožis — gražumas, gėris — gerumas). Поэтому в терминологии для обозначения параметра какого-либо свойства (как семантического инварианта) следует употреблять абстракты с окончанием -is (или иные формы), но не абстракты с суффиксом -umas.

3.0. Абстракты с суффиксом -ybė семантически прозрачнее. Они обладают признаками, достаточно хорошо отличающими их от других абстрактов. «Наиболее характерное различие состоит в том, что производные с суффиксом -ybė особенно охотно употребляются тогда, когда обозначаемое свойство нужно сильнее подчеркнуть, интенсифицировать, иначе говоря, когда речь идет об очень ярко выраженном, сильно проявляющемся свойстве» (LKG, 308), «… иногда производные с суффиксом -ybė

130

обозначают уже не столько абстрагированное свойство, сколько сам предмет, обладающий свойством…» (LKG, 308). Значение интенсивности частично отражено в толкованиях LKŽ (smailybė 1. «большая острота»; statybė «большая крутизна»; plokštybė «очень большая плоскостность»; šlapybė «большая влажность»); лексикализованные значения фиксируются в словарных статьях многих абстрактов, например: retybė 2. «редкий предмет, редкость»; rūgštybė 2. «очень кислая еда или напиток»; šlykštybė 1. «отвратительный, мерзкий предмет, вещь»; sunkybė 2. «тяжелый предмет, ноша»; bjaurybė 1. «уродливый, отвратительный предмет»; baisybe 3. «ужасная вещь», baisybe 4. «пугало, призрак»; smailybė 2. «острый предмет» и т. д. Однако далеко не каждый абстракт с суффиксом -ybė имеет лексикализованные значения, как и не все имеют значение интенсивности. Это, по-видимому, связано с семантикой производящего прилагательного. Лексикализованное значение «место, обладающее свойством» имеют абстракты, образованные от прилагательных aukštas, artus, platus, ankštas, tolus, gilus, а также šlapias, sausas, slidus, то есть от прилагательных, которые сами могут объединяться в группу с семой vieta в основе. Следует отметить, что значение места чаще всего выражается формой множественного числа абстрактов, например: Mes... žiūrime... į mėlynąsias jūros plat ybes J. Balč, Tauta turi visokių pasakų apie aukštybių dvasias rš. Эти абстракты синонимичны образованиям с суффиксом -uma. Значение «предмет, обладающий свойством» имеют абстракты, образованные от прилагательных, обозначающих вкус (kartus, rūgštus и т. д.), а также от прилагательных smailas, lengvas, sunkus, bjaurus, gražus, šlykštus, baisus, retas; это значение зафиксировано в словарных статьях соответствующих абстрактов с суффиксом -ybė; по-видимому, потенциально такое значение могли бы приобрести и другие абстракты с этим суффиксом. Кстати, точнее было бы определить его как «предмет, обладающий свойством с высокой интенсивностью».

3.1. Большая группа абстрактов с суффиксом -ybė синонимична абстрактам с суффиксом -ystė, которым свойственно, по выражению П. Скаржджюса, значение «состояния, характеризующегося свойством». Это абстракты, образованные от прилагательных, обозначающих внешние или внутренние качества человека: drąsybė, dosnybė, gudrybė, gobšybė, girtybė (girtybė 2. «обычай, склонность употреблять спиртные напитки; пьянство»), raišybė, puikybė, luošybė, kurtybė и т. д. Ими обозначается наличие (бытие) свойства. Следует отметить, что абстракты с суффиксом -ybė часто употребляются для обозначения свойства. Они утрачивают свое транспозиционное значение и переходят, можно сказать, в разряд конкретных существительных, то есть изменяются по числам, например: Jis turi daug silpnybių, trys dorybės, keletas šnektų bendrybių и т. д. Абстракты с суффиксом -ybė, по существу, являются наиболее «субстантивными» среди рассматриваемых здесь абстрактов, принадлежащих к разным словообразовательным типам.

4.0. Наиболее «абстрактными, транспозиционными, синтаксическими» являются абстракты с суффиксом -umas. Это их свойство отражено и в словарях: их не толкуют, а лишь соотносят с производящими прилагательными (в DŽ — помещая в словарную статью соответствующего прилагательного, в LKŽ — в отдельную статью, но не толкуя значения, а только указывая на значение производящего прилагательного). С одной стороны, это облегчает работу лексикографов, с другой — не раскрывает семантических особенностей абстрактов. Скажем, транспозиционное словообразовательное значение ограничивает номинативную способность абстракта, однако, как и любое существительное, он ею обладает. Поэтому следовало бы хотя бы попытаться отделить чисто транспозиционное, синтаксическое употребление (и значение) абстрактов с суффиксом -umas от номинативного (обозначения свойства). Например, абстракт margumas в LKŽ описывается так: margumas LKŽ aprašomas šitaip: margumas → margas: 1. Nuo gėlių margumo net akys raibo rš. Spalvų margumas rėžė akį rš. Višta vanago

9*

131

пестроты Штс. Какой красивой пестроты коровка Ск. В первых двух иллюстративных предложениях представлена явная транспозиция: абстрактные существительные здесь выступают как средство формирования предложения; в последних двух абстрактное существительное выполняет функцию обозначения свойства. Часто транспозиция (номинализация предикативного сочетания) предполагает двусмысленность, например, предложение мне не нравится его хитрость можно интерпретировать двояко: мне не нравится то, что он хитрый и мне не нравится то, насколько он хитрый.

4.1. Разумеется, следовало бы подробно исследовать, какие синтаксические структуры с производящим прилагательным номинализуют (транспонируют) абстрактные существительные с суффиксом -umas. Однако это не цель данной небольшой статьи. Рассмотрим пару случаев. Во-первых, содержание предикативного сочетания «X очень Y» (X — субъект, выраженный существительным, Y — признак, выраженный прилагательным) транспонируется в субъектное сочетание (абстрактное существительное от соответствующего прилагательного и родительный падеж существительного), например: Ужасна та собака — даже во двор не пускает Рм, Тупость шила — даже гнилую шкуру не проткнуть! Эр. Что ж ты такой слепой — перед глазами стоит, а не видишь Гс и т. п. Такая транспозиция широко распространена в разговорной народной речи, поскольку в тех случаях, когда речь идет об отрицательных признаках, она выполняет также эвфемистическую функцию, то есть высказывание Ну и глупость же у тебя! не так оскорбительно, как Ты очень глуп. Во-вторых, широко употребляется транспозиция содержания предложений типа «X — Y, но Z» (X — субъект, Y, Z — приписываемые ему признаки) посредством структуры, в которой признак Y описывается дважды — родительным падежом соответствующего абстрактного существительного и прилагательным в именительном падеже, тогда как фиксация признака Z в поверхностной структуре факультативна. Имеется в виду такое употребление абстрактных существительных: По доброте она добра, но непонятлива Пн, По весёлости место здесь весёлое Ск, По старости он не очень стар, только уже не силён Рм и т. д. В этих примерах абстрактные существительные от прилагательных выполняют эмфатическую функцию.

4.2. Лексикализация абстрактных существительных с суффиксом -umas, кстати, менее выражена, чем у абстрактных существительных с суффиксом -ybė, и также связана с семантикой производящих прилагательных. Например, абстрактные существительные, образованные от прилагательных, обозначающих вкус, имеют значение «еда, обладающая каким-либо вкусом»: вкуснятина 4. «лакомство, вкусное угощение», кислое 3. «кислая пища, кислое блюдо», сладкое 2. «сладкая вещь, сладости» и т. д.; абстрактные существительные, образованные от прилагательных, объединённых семой «пространство», могут приобретать значение места, например: острие 3. «см. smailuma 2»: На той горе, на самой вершине есть яма Ск, крутизна 2. «крутое место», ровнина 4. «см. lyguma 1» и т. д. Большинство абстрактных существительных может приобретать значение «предмет (вещь), обладающий свойством», например, глупость 2. «нечто, противоречащее здравому смыслу», зло 3. «зло, дурное», уродство 2. || Ест всякие невкусности, лишь бы поскорее поправиться Дс и т. д. Лексикализованные абстрактные существительные часто употребляются во множественном числе (множественное число некоторых абстрактных существительных приведено в LKŽ как отдельные слова, например, жидкости, жирности). В «Грамматике литовского языка» говорится, что «абстрактные существительные с суффиксом -umas склонны приобретать несколько более конкретное значение, когда употребляются формы множественного числа» (LKG, 306). На самом деле всё наоборот: лишь приобретая более конкретное значение, они получают свойственное конкретным существительным качество — изменение по числам. Само употребление множественного числа может быть не показателем конкретности значения, а стилистическим средством, например: О, какая красота, какая новизна у твоей косынки! Вб, И какая нежность — едва откусил кусочек мяса! Слм. Да это такая белизна — сорока на хвосте унесла бы! Сл.

132

5.0. При сопоставлении семантических различий рассмотренных абстрактных существительных выясняется, что с точки зрения номинационных возможностей ближе друг к другу абстрактные существительные с суффиксом -umas и окончанием -is. По характеру лексикализации ближе друг к другу абстрактные существительные с суффиксами -umas и -ybė. В некоторых позициях все эти типы абстрактных существительных могут употребляться синонимично. Однако нельзя не заметить и следующую тенденцию: абстрактными существительными с окончанием -is обозначаются параметрические свойства; абстрактными существительными с суффиксом -ybė обозначается наличие свойства, а абстрактные существительные с суффиксом -umas, помимо обозначения свойства, выполняют функцию средства синтаксической транспозиции. Эта системная тенденция из-за воздействия различных асистемных факторов (например, благозвучия) не всегда очевидна.

СОКРАЩЕНИЯ

DŽ – Dabartinės lietuvių kalbos žodynas. V., 1972.

LKG – Lietuvių kalbos gramatika. V., 1965. T. 1.

LKŽ – Lietuvių kalbos žodynas. V., 1956–1986. T. 1–14.

LITERATŪRA

Brazdžiūnas P. Fizinės lietuviškosios terminijos kūrimas // Kalbos kultūra. V., 1977. Sąs. 44. P. 4–8.

Kruopas J., Kaulakienė A. Dėl būdvardžių abstraktų su priesaga -umas ir galūnėmis -is, -a diferencijavimo terminijoje // Kalbos kultūra. V., 1971. Sąs. 21. P. 8–11.

Skardžius P. Lietuvių kalbos žodžių daryba. V., 1943.

Urbutis V. Žodžių darybos teorija. V., 1978.

Р. ШЯПЯТИТЕ

СЕМАНТИКА ДЕАДЪЕКТИВНЫХ АБСТРАКТОВ

Резюме

1. На материале многотомного „Словаря литовского языка“ и „Словаря современного литовского языка“ рассматриваются различия в семантике словообразовательных типов деадъективных абстрактов с суффиксами -umas, -ybė и окончанием -is. Практически не имея деривационных ограничений со стороны мотивирующего слова (прилагательного), абстракты, принадлежащие к определенным словообразовательным типам, различаются своим значением, а также степенью лексикализации и номинативной потенцией.

2. Несмотря на определенную гетерогенность абстрактов вышеуказанных типов, а также взаимопроницаемость их семантики, из взаимозаменяемости в некоторых контекстах, прослеживается тенденция использовать в языке абстракты с окончанием -is для именования параметрических качеств предмета, абстракты с суффиксом -ybė для именования качества, свойства как такового, отвлеченного от его носителей, а абстракты с суффиксом -umas, как наименее лексикализованные, — в качестве средства текстообразования и синтаксического варьирования.