ACTA LINGUISTICA LITHUANICA XLVI (2002), 131 – 144

Валентность прилагательных в сравнительной и превосходной степени

LORETA SEMĖNIENĖ

Институт литовского языка, Вильнюс

В статье рассматривается валентность литовских прилагательных в сравнительной и превосходной степени. Эта валентность определяется не только значением прилагательного, но и грамматическими свойствами степеней сравнения. Помимо участников (обязательных и факультативных), обусловленных значением прилагательного как лексической единицы, формы степеней сравнения открывают синтаксическую позицию для сравнительной группы. Если прилагательное само по себе назначает своим синтаксическим участникам падежную форму (с предлогом или без него), то его степени сравнения могут либо назначать падежную форму (с предлогом) сравнительной группе, либо форма сравнительной группы может быть непредсказуемой с точки зрения валентности.

0. ВВОДНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ

0.1. Валентность прилагательных литовского языка¹ начала изучаться лишь недавно². В статье придерживаются мнения, что валентность прилагательного — это обусловленная значением прилагательного способность открывать определённое количество свободных позиций, которые в предложении (или словосочетании) занимают слова определённого значения или их эквиваленты (ср.: Sommerfeldt, Schreiber 1983: 15; Pitulainen 1983: 87–89; Lee 1994: 66). Следовательно, валентные свойства прилагательного семантически мотивированы его значением, которое выявляется в определённом синтаксическом окружении.

0.2. Валентность связывают с тремя уровнями: абстрактным уровнем логической семантики и двумя конкретными уровнями языка — синтаксиса и лексической семантики.

С помощью метода предикатного анализа на уровне логической семантики устанавливается, сколько свободных позиций для аргументов открывает предикатное слово (в данном случае прилагательное). Также на уровне логической семантики предикатное слово задаёт семантические функции аргументов (свободных позиций), которые зависят от того, как интерпретируется описываемая ситуация, и представляет определённые аспекты воспринимаемой нами ситуации. Таким образом, семантическая валентность прилагательного как предикатного слова — это определённая семантическая интерпретация описываемой прилагательным ситуации, характеризуемая посредством определённых семантических функций. Семантическую валентность прилагательного

¹ В статье не рассматриваются формы прилагательных среднего рода, которые «обычно не соотносятся с существительными и обозначают признак в обобщённом виде» (Ambrazas, ред. 1996: 169; Ambrazas, ed. 1997: 137; ср. Vaičiulytė-Semėnienė 2001: 123–125).

² Об этом см.: Tekorienė (1983; 1985; 1986), Vaičiulytė-Semėnienė (1998; 2000; 2001).

132 |

LORETA SEMĖNIENĖ

Валентность можно установить, анализируя предложения, построенные с этим прилагательным. Только в предложении выясняется, в каком значении употреблено прилагательное, как интерпретируется описываемая ситуация и каковы семантические функции аргументов.

На синтаксическом уровне при анализе предложений устанавливается, какими формами слов реализуются семантические актанты предиката-прилагательного, а также необходимость и факультативность синтаксических актантов, то есть слов определённой формы или их эквивалентов. Потребность, обусловленная значением прилагательного, присоединять определённое количество слов определённой формы (или их эквивалентов) называется синтаксической валентностью прилагательного. Сколько у предиката-прилагательного аргументов — семантических актантов, столько же у него и синтаксических актантов. Следовательно, между семантической и синтаксической валентностью существует отношение изоморфизма.

0.3. По числу синтаксических актантов можно выделить одновалентные и многовалентные прилагательные. Одновалентные прилагательные обозначают признак предмета и открывают одно свободное место для аргумента, являющегося носителем признака — дескриптом³:

(1) На неё действовал яростный лай, и она охватилась всеобщей тревогой KtLPV 325.

(2) В ясный морозный март нагрянули тёплые ветреные дожди ŠvAŠ 30.

(3) Луций чрезвычайно чувствителен из-за своего честолюбия и обидчив M-PtR₅ 110.

Большинство прилагательных литовского языка одновалентны. Для них, как и для других прилагательных, реализация дескрипта обязательна, поскольку прилагательное синтаксически зависит от существительного, то есть слова-дескрипта, и согласуется с ним.

Значительное число прилагательных литовского языка обозначает признак как отношение между двумя или более предметами. Открывая два или более свободных места для аргументов предиката, прилагательное само управляет словами, обозначающими предметы, которым приписывается выражаемый предикатом признак-отношение, за исключением слова-дескрипта, с которым прилагательное согласуется. Поэтому далее по числу открываемых свободных мест, которое зависит от значения прилагательного, можно выделить следующие многовалентные прилагательные:

a) двухвалентные (например, подходящий кому),

b) трёхвалентные (например, благодарный кому за что),

c) четырёхвалентные (например, должный кому что за что), например:

(4) Вот в одном углу торчит грабля, — может, и там найдётся что-нибудь подходящее для костра KT.

(5) Я тебе действительно очень-очень благодарна за собаку, но всё равно осталась какая-то горечь, что Аурию с тобой было лучше... KT

(6) За выполненную тобой работу ты мне должен хотя бы благодарность KT.

0.4. Все синтаксические актанты прилагательного имеют опору на уровне логической семантики, поскольку являются синтаксической реализацией семантических актантов. С другой стороны, синтаксические актанты бывают обязательными и факультативными. Те синтаксические актанты прилагательного, которые нельзя опустить в предложении, поскольку после их опущения предложение было бы неграмматичным и непонятным, называются обязательными (ср. Sl对žienė 1994: 31; 1995: 61; Helbig 1982: 24; 1992: 99, 103; Gladrow

³ Deskripto terminas skolintas iš D. Tekorienės (1983: 97–107) ir E. Jakaitienės (1988: 62).

BŪDVARDŽIO LAIPSNIŲ VALENTINGUMAS

| 133

1984: 20–21; Jakaitienė 1988: 64). Обязательные синтаксические актанты обозначают ту часть ситуации, которая наиболее важна для значения прилагательного. Факультативные синтаксические актанты — это те, которые могут опускаться в предложении, при этом предложение остается грамматичным и понятным. Однако факультативные синтаксические актанты, хотя и не выраженные, соответствуют актантам семантической валентности прилагательного так же, как и обязательные синтаксические актанты⁴. Предложения без факультативных актантов означают примерно то же, что и предложения с ними, поскольку факультативные актанты имплицированы в самом значении предиката. Поэтому отсутствие факультативных синтаксических актантов не делает предложение неполным ни в структурном, ни в семантическом отношении. Факультативные синтаксические актанты обозначают ту часть ситуации, которая менее важна для значения предиката (ср. Slizienė 1986: 56; Emons 1974: 104).

0.5. Цель данной статьи — рассмотреть валентность форм сравнительной и превосходной степени прилагательного.

1. ФУНКЦИИ ФОРМ СРАВНИТЕЛЬНОЙ И ПРЕВОСХОДНОЙ СТЕПЕНИ ПРИЛАГАТЕЛЬНОГО

1.1. Прилагательные обозначают признаки предметов. По обозначаемому признаку один предмет может сравниваться с другим предметом (другими предметами) или могут сравниваться два признака одного предмета. Для обозначения количественных различий признаков в литовском языке используются морфологические формы сравнительной и превосходной степени прилагательных⁵.

1.2. Формы сравнительной степени могут употребляться, когда нужно сказать, что один предмет обладает каким-либо признаком в большей степени, чем другой. В таких случаях обычно употребляется конструкция с предлогом už и винительным падежом либо сравнительные конструкции с союзами kaip, nekaip, negu, nei, nelyginant, например:

(7) Mano širdies plakimas buvo garesnis už visų laikrodžių tvaksėjimą ŠkBD 113.

(8) Добродетели госпожи Кристины крепче, чем все уловки господина юрисконсульта_Tr 197.

(9) Вилиус немного слабее в плечах по сравнению с Анскисом, зато выше ростом SmNVK 178.

(10) Нет неба голубее, чем наше [небо] KT.

Формы сравнительной степени прилагательных также употребляются при сравнении двух признаков одного предмета. Тогда с формами сравнительной степени прилагательных употребляются сравнительные конструкции с союзами kaip, negu, nei и т. п. (ср. Valeckienė 1961: 57; Ulvydas, ред. 1965: 520), например:

(11) Этот ученик способнее, чем прилежен BK.

⁴ Факультативные синтаксические актанты в иллюстративных примерах заключаются в скобки.

⁵ Автор статьи отдельно не выделяет усилительную степень и все формы превосходной степени (как это делается в Lietuvių kalbos gramatikos, т. I (Ulvydas, ред. 1965: 515; 522)), поскольку опирается на концепцию категории степени, представленную в Dabartinės lietuvių kalbos gramatika (Ambrazas, ред. 1996: 170; ср. Ambrazas, ed. 1997: 138), а также разделяет мнение A. Paulauskienė (1994: 230), согласно которому эти степени являются лишь своеобразными вариантами сравнительной и превосходной степеней (ср.: Valeckienė 1998: 254; Jablonskis 1957: 206; Balčikonis 1982: 36).

134 |

LORETA SEMĖNIENĖ

1.3. Формы превосходной степени употребляются, когда хотят сказать, что среди какой-либо группы предметов один предмет обладает более высокой степенью признака, чем все остальные, с которыми его сравнивают (Ambrazas, red. 1996: 172; Ambrazas, ed. 1997: 139–140; Paulauskienė 1994: 229–230; Balčikonis 1982: 36; Jablonskis 1957: 207; plg. Paulauskienė, Valeika 1994: 193; Valeckienė 1998: 126). К формам превосходной степени часто присоединяются конструкции с предлогами iš, už, tarp(u) и родительным или винительным падежом, наречия užvis, pervis, местоимения и др., например:

(12) Вилиус самый старательный (из) всех SmnVK 111.

(13) Ты был самым сильным (из) всех нас M-PTr₅ 98.

(14) Но лучше всех всё же чёрноухая коровка – она к Сигуре милосердна S. Nėris; Ulvydas, red. (1976: 253).

(15) Bet tarpu visų garsių tos giminės vyrų, tarpu visų, kurie sėdėjo aukštoje Merkinės pilyje, garsiausias buvo bajoras Mykis V. Krėvė; Ulvydas, red. (1965: 522).

1.4. Положительная степень прилагательного противопоставляется сравнительной и превосходной степеням по признаку сопоставления / несопоставления количественной выраженности признака. Форма положительной степени обозначает только признак предмета, не указывая различий в степени (Ambrazas, red. 1996: 171; Ambrazas, ed. 1997: 138; Valeckienė 1998: 254–255; plg. Bierwisch 1987: 101; Paulauskienė, Valeika 1994: 193).

1.4.1. Встречаются также случаи, когда форма положительной степени прилагательного вместе с наречием образа действия в сравнительной степени употребляется при сопоставлении двух предметов по определённому признаку. Тогда форма положительной степени прилагательного используется в сравнительных конструкциях и обозначает более высокую (низкую) степень определённого признака у одного предмета. Более высокая (низкая) степень признака обусловлена словами с подчёркивающим значением, например, не такой, как, не менее и т. п., а само сопоставление степени признака выражается аналитически⁶ (ср. Paulauskienė, Valeika 1994: 194–195), например:

(16) Он не такой умный, как его друг (ср. он не умнее своего друга) BK.

(17) Она была не менее счастлива, чем её муж, поскольку, пока он занимался делами пивоварни в Краштукенай, к Марюсу пришёл Чёрный Биге (ср. она ещё счастливее своего мужа) AVŽSTM 452.

(18) Ты [ты] не менее амбициозен, чем я, и после открытого скрещения шпаг мне больше не будет места в твоей команде (ср. ты ещё амбициознее меня) KT.

(19) Išsiskyrimo kančia ne mažiau skaudi už išsuktos kojos ar geliančio danties skausmą (plg. išsiskyrimo kančia skaudesnė už išsuktos kojos ar geliančio danties skausmą) KT.

⁶ Nors kalbinėje literatūroje teigiama (Paulauskienė 1994: 226; Valeckienė 1961: 58, 62; Ulvydas, red. 1965: 520; Klimavičius 1969: 7, 10), kad dažniausiai lietuvių kalbos būdvardžių laipsniai reiškiami sintetiniu būdu, tačiau reikėtų pritarti A. Paulauskienei (1994: 226), kad šiuo metu pastebimas ypač spartus analitinių formų amplitudės. Kai kuriose gramatikose apie analitines laipsnių formas apskritai nekalbama (plg.: Ambrazas, red. 1985: 116–121; Valeckienė 1998: 254–259). Tiesa, kalbos kultūros praktikoje daugelį analitinių laipsnio raiškos formų, kuriomis reiškiama gradacija, siūloma keisti sintetinėmis (Klimavičius 1969: 7–15; plg.: Pupkis, sud. 1985: 141, 143; Jakaitienė, Laigonaitė, Paulauskienė 1976: 67, 71).

BŪDVARDŽIO LAIPSNIŲ VALENTINGUMAS

135

(20) Происходит не менее ответственный, чем выборы, случай (ср. происходит более ответственный, чем выборы, случай KT.

Важно отметить, что, если мы хотим более дифференцированно выразить меньшую степень свойства предмета, сравнивая его с другим предметом, без аналитических форм степени не обойтись (Klimavičius 1969: 13; Pupkis, sud. 1985: 143, 153), например:

(21) Господин комиссар, [он] без слов обмяк в своем кресле, и в это мгновение выглядел гораздо более жалким, чем Сократ, — даже его глаза стали менее выразительными, чем пустые глазницы Сократа KT.

1.4.2. Формы сравнительной степени прилагательных употребляются при сравнении двух свойств одного и того же предмета. Тогда степень одного свойства того же предмета выше (ниже), чем степень другого свойства. В таких случаях используются только сравнительные конструкции с союзами как, чем, нежели, чем и т. п. (ср. 1.2.), например:

(22) Однажды со мной приключилась забавная история, — продолжал он, — может, не столько забавная, сколько свинская KT.

(23) Йонас был скорее сердит, чем весел BK.

(24) Главный тренер команды «Паневежис» Гинтарас Леонавичюс был не столько рад победе, подаренной «Жальгирисом», сколько удивлен ею KT.

2. ВАЛЕНТНОСТЬ ФОРМ СРАВНИТЕЛЬНОЙ И ПРЕВОСХОДНОЙ СТЕПЕНЕЙ ПРИЛАГАТЕЛЬНОГО

2.1. Можно было бы утверждать, что формы сравнительной и превосходной степеней как одновалентных, так и многовалентных прилагательных, помимо синтаксических актантов, обусловленных значением прилагательного (как обязательных, так и факультативных), должны присоединять еще по меньшей мере один обязательный синтаксический актант — одну из сравнительных конструкций. Однако наличие этого синтаксического актанта в предложении обусловлено не значением прилагательного, а морфологической формой прилагательного — суффиксом -esnis, -iau-sias (о формах степеней прилагательных в немецком языке ср. Bierwisch 1987: 174, 183–184, 186). Следовательно, одновалентные прилагательные, употребленные в форме сравнительной или превосходной степени, должны быть двухвалентными, двухвалентные — трехвалентными и т. д.

2.2. Анализ собранного материала позволяет утверждать, что часто именно так и происходит. Иными словами, большинство одновалентных прилагательных литовского языка, употребленных в форме сравнительной или превосходной степени, являются двухвалентными (о формах степеней одновалентных прилагательных в немецком языке ср. Sommerfeldt, Schreiber 1971: 228; Piitulainen 1983: 17; Bierwisch 1987: 174; Lee 1994: 29), например:

(25) Будь [ты] меньше даже макового зернышка, никому не бросайся в глаза BltR₄ 21.

(26) Люди в лесу были раньше жизни ⁷, позже смерти KT.

⁷Хотя литовские прилагательные, обозначающие отношения неодновременности, например: ankstesnis, -ė «бывший ранее», anksčiausias, -ia, paskesnis, -ė «следующий позднее, более поздний», paskutiasias, -ia «самый последний, позднейший», pirmesnis, -ė «предшествующий», pirmiausias, -ia «самый первый», vėlesnis, -ė «находящийся, происходящий позднее, потом», vėliausias, -ia «самый поздний» и т. п., имеют формы сравнительной и превосходной степени

136 |

LORETA SEMĖNIENĖ

(27) Я хочу быть [я] выше того до глубины души опостылевшего мне варшавского колдуна… MISEVČ 76.

(28) Ты трудолюбивее (из) других детей SmNVK 110.

(29) Главной распорядительницей этих игр была Котрина — старшая (из) всех девочек, очень красивая, смелая, властная KT.

2.2.1. В литовском языке есть одновалентные прилагательные, формы превосходной степени которых являются трехвалентными. Такие формы сравнительной степени прилагательных, помимо обязательной сравнительной конструкции, требуют третьего факультативного синтаксического актанта, который может выражаться творительным падежом существительного или местоимения (самостоятельно или с зависимым словом) либо количественными наречиями, например:

(30) Вошел незнакомец, мужчина с огромным животом, выше меня (на целую голову) KnN 125.

(31) Ксёндз Меркулис был моложе Григория (но ненамного, может, лет на пять), выглядел человеком с красивым, полным лицом BUBTTA 64.

(32) Волосы Леонарда сверкали, как огонь, сам он был ниже Абрутиса (на метр) и никогда не повышал голоса KT.

(33) Священник Симона, намного ниже мужа Ангеле, первым входит в амбар, останавливается, поднимает руку к левому боку, словно сдерживая трепещущее сердце, с удивлением оглядывается KT.

(34) А двоюродная сестра старше ее (аж на два года) SmNR₁ 225.

(35) Я был [я] старостой группы, то есть вроде как (в чем-то) выше других, и приезжавшие из Москвы на курсы с визитом представители прежде всего разговаривали со мной (а может, из-за своей наивности я только так и думал) KT.

2.3. Двухвалентные прилагательные также употребляются в формах сравнительной или превосходной степени. Такие двухвалентные прилагательные (как и одновалентные), помимо обязательных и факультативных синтаксических актантов, обусловленных значением прилагательного, часто присоединяют еще один дополнительный синтаксический актант, например:

(36) В деревне сильно заболела ее крестная, более близкая ей, чем родная мать, — она извинилась за отсутствие на занятиях, и, к собственному удивлению, декан сразу согласился KT.

(37) А эти потомки крепостных […] рабы своих хозяйств, для которых литр снятого молока дороже человеческого достоинства AvŽSTM 558.

(38) Racionaliai nepaaiškinamas ministro K. Kristinačio įsivaizdavimas, kad teismas yra kompetentingesnis spręsti etikos klausimus negu Vyriausioji tarnybinės etikos komisija KT.

(39) [Ji] netikėjo, kad sielos dalykai, kuriuos ji buvo išmokyta gerbti labiau už viską pasaulyje, (jam) [Germano tėvui] būtų svarbesni už kūniškuosius KnDKHG 54

(40) Деревенские дела (для Раполиса) были не менее чужды, чем дела собственного дома VŽR₃ 90.

Формы степени, они считаются отдельными словами, а не морфологическими формами прилагательных ankštus, vėlius. В качестве отдельных слов эти прилагательные приводятся в «Словаре современного литовского языка» и академическом «Словаре литовского языка», за исключением anksčiausias, -ia, vėliausias, -ia, которые в «Словаре современного литовского языка» не считаются отдельными словами. Как видно из примеров, эти одновалентные прилагательные употребляются с конструкциями сравнения при сопоставлении двух предметов во временно́м отношении.

BŪDVARDŽIO LAIPSNIŲ VALENTINGUMAS | 137

(41) Из озимых зерновых рожь наиболее устойчива к зимовке, но по этому признаку сорта очень различаются между собой KT.

(42) Однако нельзя сказать, что именно он был самым виноватым в том, что не знал, что случится, когда эта бомба упадёт в центр многотысячного города KT.

Правда, в тех случаях, когда двухвалентное прилагательное, употреблённое в форме сравнительной или превосходной степени, требует факультативного синтаксического актанта, он может быть не выражен в предложении (ср. 0.4.), например:

(43) И всё же этот день благоприятнее, чем вчерашний, поэтому стоит заняться более важными делами (ср. всё же этот день (для вас) благоприятнее, чем вчерашний) KT.

(44) – Всё в порядке, – сказала она по-английски, слабо улыбнувшись мужчине, – я уверена, что ваша трубка будет гораздо приятнее, чем сигареты моего спутника (ср. ваша трубка будет (для меня) гораздо приятнее, чем сигареты моего спутника) KT.

(45) Слово «Литва» приятнее всего на свете (ср. слово «Литва» (для нас) приятнее всего на свете) KT.

2.4. Не обнаружено трёхвалентных прилагательных сравнительной или превосходной степени, которые употреблялись бы в предложении со всеми синтаксическими актантами, обусловленными значением прилагательного (обязательными и факультативными), и дополнительно присоединяли бы сравнительную конструкцию. Не найдено и таких примеров, в которых форма сравнительной или превосходной степени трёхвалентного прилагательного употреблялась бы с обязательными синтаксическими актантами, обусловленными значением прилагательного, и сравнительной конструкцией. То же можно было бы сказать и о четырёхвалентных прилагательных сравнительной или превосходной степени. Однако теоретически такие примеры возможны. Отсутствие подобных примеров, вероятно, объясняется тем, что в таком случае значительно расширился бы ряд слов, зависимых от прилагательного, например:

(46) (За искренние советы я [я] благодарнее маме, чем тебе, моей лучшей подруге (за принесённую книгу советов) BK.

3. МОРФОСИНТАКСИЧЕСКАЯ РЕАЛИЗАЦИЯ СРАВНИТЕЛЬНЫХ КОНСТРУКЦИЙ

3.1. Как уже отмечалось, как формы сравнительной или превосходной степени прилагательного, так и формы положительной степени прилагательного, выражающие сравнение, обычно присоединяют один дополнительный синтаксический актант — сравнительную конструкцию. Однако, в отличие от самого прилагательного (как части речи), формы сравнительной и превосходной степени прилагательного не всегда определяют форму своего синтаксического актанта — сравнительной конструкции.

3.1.1. В тех случаях, когда два или более предмета сравниваются с предметом, обозначенным словом-дескриптором, формы сравнительной степени управляют предложной конструкцией с предлогом за. Формы превосходной степени управляют предложными конструкциями с предлогами из, среди, за. Предлог за требует винительного падежа, а из, среди — родительного (ср. 1.2.–1.4.), например:

138 |

LORETA SEMĖNIENĖ

(47) Бремя тяжелее камешка, слово острее щегла Vrn; Ulvydas, red. (1965: 515).

(48) Тогда это его первый цветок, печальнее шума лесов Maironis; Ambrazas, red. (1996: 171).

(49) Трудно было бы найти человека молчаливее него: он почти совсем не говорил J. Balčikonis; Ulvydas, red. (1965: 519).

(50) Эгле счастливее всех невесток; она не проливает обильных горьких слёз S. Nėris; Ulvydas, red. (1965: 522).

3.1.2. Между тем прилагательные сравнительной степени обычно не определяют форму сравнительных конструкций, употреблённых с союзами kaip, nei, negu и т. п. (ср. 0.2.). Сравнительные конструкции с указанными союзами представляют собой редуцированные предложения⁸, в которых формально выражено лишь то, что различается по степени обозначаемого признака, то есть то, с чем проводится сравнение (ср. 1.4.2.). Довольно трудно предугадать, что именно и в какой форме будет сказано в сравнительной конструкции. Тем не менее можно выделить несколько случаев, когда прилагательные сравнительной и превосходной степени определяют форму сравнительных конструкций с союзами kaip, nei, negu и т. п.:

a) В тех случаях, когда два предмета сравниваются с предметом, обозначенным словом-дескриптором, сравнительные конструкции с союзами kaip, nei, negu и т. п. обычно имеют форму именительного падежа, хотя предмет, служащий основанием для сравнения, может обозначаться другими падежами, например:

(51) Лучше отец, пусть и жестокий, чем отчим, даже если он сладок, как сахар V. Krėvė; Ambrazas, red. (1996: 171).

(52) Нет неба (для меня) прекраснее, чем небо моей родины E. Mieželaitis; Ulvydas, red. (1965: 519).

(53) Солнце зашло за более тёмный, чем ночь бор KT.

Ср.: (54) Лучше отец, пусть и жестокий, чем хороший отчим, даже если он сладок, как сахар.

(55) Нет неба (для меня) прекраснее, чем прекрасно (для меня) небо родины.

(56) Солнце зашло за более тёмный, чем ночь тёмна, бор.

Отдельно следует отметить случаи, когда сравнительная конструкция с указанными союзами согласуется по форме со словом, служащим основанием для сравнения. Тогда можно говорить о падежной аттракции, например:

⁸

К редуцированным сравнительным предложениям автор статьи относит все сравнительные конструкции с союзами как, nei, negu и т. п., которые в академической трёхтомной Грамматике литовского языка рассматриваются либо как сравнительные обороты, либо как придаточные части сравнительных предложений. С другой стороны, сама Грамматика литовского языка (Ulvydas, red. 1976: 656–657) признаёт, что по своей грамматической структуре и значению сравнительные обороты близки к придаточным частям сравнительных предложений. Как отмечается в грамматике, важнейшее различие между сравнительными предложениями и предложениями со сравнительными оборотами заключается в том, что сравнительные обороты не имеют грамматической формы предложения. Однако, по-видимому, редуцированное предложение можно усмотреть и в таком предложении, как: Боль в сердце была мучительнее, чем телесная боль или раны на обожжённых руках KrėvP 131. Ср.: Боль в сердце была мучительнее, чем мучительна была телесная боль.

BŪDVARDŽIO LAIPSNIŲ VALENTINGUMAS

139

(57) Я хотела бы мужчину покрасивее, чем такой коротышка I. Simonait yte; Ulvydas, red. (1976: 688).

Ср.: (58) Я хотела бы мужчину покрасивее, чем этот коротышка красив.

б) В тех случаях, когда два или более предмета сравниваются не по отношению к предмету, обозначенному словом-дескриптором (как показывают предыдущие примеры), а по отношению к предмету, обозначенному словом, управляемым многовалентным прилагательным, хотя употребляются только сравнительные конструкции с союзами kaip, nei, negu и т. п., форма сравнительных конструкций такая же, как у слова, управляемого прилагательным, то есть валентного актанта, например:

(59) Он знал, что (с этой дамой) [он] был откровеннее, чем со своим духовником V. Mykolaitis-Putinas; Ulvydas, red. (1976: 688).

(60) Алёна была благосклоннее к нему, чем к кому-либо другому A. Vienuolis; Ulvydas, red. (1976: 688).

(61) И пусть никто не осуждает нас за то, что свою историю мы по крупицам украдкой похитили у чужих, — она нам нужнее, чем тем, кто до сих пор её нам не вернул KT.

Как видно из примеров, когда сравнение проводится по отношению к предмету, обозначенному факультативным синтаксическим актантом прилагательного, этот актант обязательно должен быть выражен в предложении (ср. 0.4.), ср.:

(62) * Он знал, что [он] был откровеннее, чем со своим духовником.

в) В тех случаях, когда сравнивается разная степень проявления определённого свойства у одного предмета в одно время или при одних обстоятельствах и в другое время или при других обстоятельствах, сравнительные конструкции с союзами kaip, nei, negu и т. п. употребляются со словами или конструкциями обстоятельственного значения (времени, места), например:

(63) Однажды утром больной проснулся бодрее, чем обычно V. Mykolaitis-Putinas, Ulvydas, red. (1976: 688).

(64) Лучше я буду жить измученной и голодной, но всё равно буду [я] счастливее, чем здесь J. Paukštelis; Ulvydas, red. (1976: 688).

(65) На охоту он отправлялся, чтобы повеселиться, побродить по лесам, но на охоте Илгис один-одинёшенек ездил верхом в шлеме, не беря в руки мозгов и не питая больше надежд, [он] мрачнее возвращался, чем уезжал из дома V. Krėvė; Ulvydas, red. (1965: 518).

г) Когда сравниваются разные степени проявления определённого свойства у одного предмета в разных «возможных или воображаемых мирах», сравнительные конструкции с союзами kaip, nei, negu и т. п. употребляются с другим предикатом (например: atrodyti, galvoti, manyti, tikėtis и т. п.), указывающим, в каком «возможном» мире наблюдается та степень проявления свойства, с которой проводится сравнение, например:

(66) Вы несчастнее, чем я думал V. Mykolaitis-Putinas; Ulvydas, red. (1976: 906).

(67) Отец лежал в постели, и небритая седая борода вместе с хохолком седых волос над лбом делали его значительно старше, чем он был на самом деле A. Venclova; Ulvydas, ред. (1976: 907).

140 |

LORETA SEMĖNIENĖ

(68) «„Изношенный“ и изгнанный из поместья слуга нашёл себе семью большую, чем могла бы воспитать для него барышня Марта Лаздыну Пеледа; Ulvydas, ред. (1976: 907).

Следовательно, можно было бы утверждать, что валентность форм сравнительной и превосходной степени имеет иной характер, чем валентность прилагательного (как части речи). Если валентность прилагательного семантически мотивирована его значением, то валентность форм сравнительной и превосходной степени прилагательного определяется не только значением прилагательного, но и морфологическими формами степени⁹.

4. ФАКУЛЬТАТИВНОСТЬ СРАВНИТЕЛЬНЫХ КОНСТРУКЦИЙ

4.1. Отмечено, что при формах сравнительной и превосходной степени как одновалентных, так и многовалентных прилагательных сравнительные конструкции, которые обычно обязательны в предложении¹⁰, могут не выражаться, то есть являются факультативными. Следует отметить, что факультативность сравнительных конструкций отличается от факультативности синтаксических актантов прилагательного. Если факультативные синтаксические актанты прилагательного имплицированы в самом значении прилагательного, поэтому предложения без факультативных актантов являются полными и структурно, и семантически¹¹, то факультативные сравнительные конструкции не имплицированы в значении форм сравнительной или превосходной степени прилагательного и выявляются из предложения. Можно выделить несколько групп случаев, когда формы сравнительной и превосходной степени прилагательных употребляются без сравнительных конструкций:

а) Сравнительная конструкция опускается при форме превосходной степени прилагательного, когда обозначается наибольшая степень выраженности свойства того же предмета при определённых обстоятельствах (ср. Sommerfeldt, Schreiber 1971: 228; Welke 1988: 121) (ср. 2.3.), например:

(69) Веселее всего ему на толоке rš.; Ulvydas, ред. (1965: 523).

(70) Так они долго разговаривали, […] но всё ходили вокруг да около, уклоняясь от самых трудных тем BubPV 322.

(71) Когда, по-вашему, ребёнок наиболее восприимчив ко злу? KT

(72) Пересказывая истории людей, он наиболее чуток к тем персонажам, которые напоминают его самого KT.

⁹ Pasak A. Paulauskienės (1994: 230–231), laipsniavimas priklauso vidinei gramatinei semantikai, tačiau laipsnių formos turi ir savo vartojimo kontekstus. Aukštesnysis laipsnis vartojamas su vienais lyginamaisiais ir pabrėžiamaisiais žodžiais, o aukščiausiasis – su kitais.

¹⁰ A. Paulauskienė (1994: 231) teigia, kad vieno daikto lyginimui su kitu pagal didesnį ypatybės kiekį neužtenka vien morfologinės formos – priesagos -esnis. Aukštesniojo laipsnio formą sakinyje lydi lyginamieji žodžiai už, kaip, negu... Jie būtini.

¹¹ Исключение составляют случаи, когда многовалентное прилагательное имеет два или более факультативных синтаксических актанта. В таких случаях, если один (или несколько) факультативных синтаксических актантов не выражен, может быть неясно, в каком значении употреблено прилагательное. Например, прилагательное виноват «не рассчитавшийся с кем-либо» четырёхвалентно (например: Йонас должен отцу (денег) (за помощь). Однако в таких предложениях, как: Йонас должен мне (денег), Йонас мне должен, остаётся неясным, в каком значении употреблено это прилагательное — «не рассчитавшийся с кем-либо» или «занявший что-либо». Но: Йонас должен мне (за помощь).

BŪDVARDŽIO LAIPSNIŲ VALENTINGUMAS

141

(73) Для обучения рассказыванию лучше всего подходят те тексты, сама природа которых повествовательная, где звучит — более или менее совершенно — эмоциональная, экспрессивная, лаконичная живая [речь] KT.

b) Когда сравниваются два однородных предмета с различными свойствами, второй объект, то есть основание сравнения, может не называться, но подразумеваться (ср. 1.2.; 2.1.1.), например:

(74) Наверное, вторая половина зимы болезненнее Gs; Ulvydas, ред. (1965: 516).

(75) Правый карман пиджака уже Jnšk; Ulvydas, ред. (1965: 516).

(76) Основную фигуру леплю значительно крупнее BuBPV 386.

(77) Крепкая лошадь выносливее для работы Svn; Ulvydas, ред. (1965: 517).

c) Формы сравнительной и превосходной степени одновалентных и двухвалентных прилагательных употребляются без сравнительных конструкций, когда имеют несравнительное (элятивное) значение, то есть обозначают более высокую или наивысшую, чем обычно, степень признака, например:

(78) В тот вечер разговор не клеился, не была затронута ни одна интересная тема M-PsS 323.

(79) Промелькнули у него в голове ужасные ужаснейшие, черные-пречерные картины и видения Vaižgantas; Ambrazas, ред. (1996: 173).

(80) Было неописуемо красиво. На небе ни облачка J. Biliūnas; Ambrazas, ред. (1996: 173).

(81) Желаю тебе […] всего наилучшего в твоей новой жизни RŠ. LKŽ_V 160.

4.2. С другой стороны, следует согласиться с мнением Г. Хельбига (1984: 51; 1990: 128; 1992: 49), что каждый человек в конкретной ситуации общения вправе выбрать, реализовать ли в синтаксической структуре то, что заложено в семантической структуре языка. Однако тогда следовало бы говорить не о языке как системе, а о случаях употребления языка (Helbig 1992: 42; ср. Helbig 1982: 22; Gansel 1993: 159), например:

(82) Как удобно тем, чья этика умещается в одном предложении: ты выше — я дурак, я выше — ты дурак (ср. когда ты выше меня — я дурак, когда я выше тебя — ты дурак) KT.

(83) Две башенки выросли выше большой стены — крытые красной черепицей, кажется, небогато. Возвели какое-то громоздкое пристроенное здание. Поодаль еще одно здание, только пониже… (ср. это здание ниже громоздкой пристройки) KT.

(84) Он пожимает мне руку крепче, чем я ему. Молча мы окинули друг друга взглядом. Я был [я] (немного) ниже, уже в плечах, худой. Он — тяжелый, инертный, с глазами мутными, как болотный туман (ср. я был (немного) ниже его) KT.

(85) О жизни Маре можно было бы написать книгу. Жизнь деревенской девушки. Еще до Первой мировой войны, во время войны и после нее. Много детей в семье. Она старшая (ср. Маре̇ старшая среди всех детей семьи) KT.

Хотя в предложениях опущена сравнительная конструкция и поэтому сами предложения как единицы языковой системы считались бы неграмматичными, в тексте это нормальные случаи употребления (ср.: Sommerfeldt 1973: 96; Helbig 1984: 49; 1985: 154; 1990: 129; Schwitalla

142 |

LORETA SEMĖNIENĖ

1985: 297; Fries 1987: 205; Baskevič 1987: 153). По мнению Г. Хельбига (1992: 50), именно контекст позволяет опускать обязательные синтаксические актанты и сохраняет всю содержащуюся в них информацию, поэтому неграмматичность предложения нейтрализуется¹².

5. ВЫВОДЫ

1. Различия в валентности форм сравнительной и превосходной степени прилагательных связаны не только со значением прилагательного, но и со спецификой грамматической категории степени, выражающей различия в степени проявления признаков предметов (ср. Ambrazas, ред. 1996: 170), поэтому их нельзя отождествлять с валентностью прилагательных, обусловленной значением прилагательного (ср.: Sommerfeldt, Schreiber 1971: 228; Heidolph, Flämig, Motsch 1981: 621; Sommerfeldt 1986: 92; Sommerfeldt, Schreiber 1983: 31; Lee 1994: 49).

2. Валентное свойство форм сравнительной и превосходной степени прилагательных присоединять сравнительные конструкции имеет иную природу: оно свойственно не прилагательному как определённой части речи, а только морфологической категории степени, которая охватывает не только прилагательные, но и наречия.

ŠALTINIAI

AvžSTM – Jonas Avyžius. Sodybų tuštėjimo metas. 1985

BK – bendrinė kalba

BlTR₄ – Juozas Baltušis. Raštai. T. 4. 1982

BubPV – Vytautas Bubnys. Pilnaties valanda. 1985

BubTTA – Vytautas Bubnys. Teatsiveria tavo akys. 1993

KnN – Milan Kundera. Nemirtingumas. 1997

KndKHG – Saulius Tomas Kondrotas. Kentauro herbo giminė. 1989

KtLPV – Marius Katiliškis. Paskendusi vasara. 1997

MisevČ – Vytautas Misevičius. Čičinskas. 1978

M-PTS – Vincas Mykolaitis-Putinas. Sukilėliai. 1957

M-PT_R5 – Vincas Mykolaitis-Putinas. Raštai. T. 5. 1993

SmnR₁ – Ieva Simonaitytė. Raštai. T. 1. 1956

SmnVK – Ieva Simonaitytė. Vilius Karalius. 1977

ŠkBD – Antanas Škėma. Balta drobulė. 1990

ŠvAŠ – Rimantas Šavelis. Amžinoji šviesa. 1987

VzR₃ – Vaižgantas (Juozas Tumas). Raštai. T. 3. 1995

LKŽ_1–XVIII – Lietuvių kalbos žodynas 1–2, Vilnius: Mintis, 1968–1969; 3–6: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla, 1956, 1957, 1959, 1962; 7–9: Mintis, 1966, 1970, 1973; 10–15: Mokslas, 1976, 1978, 1981, 1984, 1986, 1991; 16–17: Mokslo ir enciklopedijų leidykla, 1995, 1996; 18: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas, 1997.

KT – Kauno Vytauto Didžiojo universiteto Kompiuterinės lingvistikos centro sudarytas lietuvių kalbos tekstynas

¹² Kalbos vartosena šiame straipsnyje nebus išsamiau aptariama, kadangi valentingumo teorijos požiūriu laikytina periferinėmis predikato valentingumo struktūrų modifikacijomis, kurios gali įvairuoti skirtinguose tekstuose, atsižvelgiant į kalbančiojo komunikacinius tikslus bei užduotis.

BŪDVARŽIO LAIPSNIŲ VALENTINGUMAS

143

LITERATŪRA

AMBRAZAS, V., red. 1985: Грамматика литовского языка. Вильнюс: Мокслас.

AMBRAZAS, V., red. 1996: Dabartinės lietuvių kalbos gramatika, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidykla.

AMBRAZAS, V., ed. 1997: Lithuanian Grammar, Vilnius: Baltos lankos.

BALČIKONIS, J. 1982: Rinktiniai raštai 2, sudarė A. Pupkis, Vilnius: Mokslas.

BASKEVIČ, V. 1987: Zum Einfluß kommunikativ-pragmatischer Faktoren auf die Valenz. Deutsch als Fremdsprache 24 (3), 153–155.

BIERWISCH, M. 1987: Semantik der Graduierung. Bierwisch, M., Lang, E., Hrsg., Grammatische und konzeptuelle Aspekte von Dimensionsadjektiven, Berlin: Akademie Verlag, 91–286.

EMONS, R. 1974: Valenzen englischer Prädikatsverben, Tübingen: Max Niemeyer Verlag.

FRIES, N. 1987: Nochmals: Valenz und Text. Deutsch als Fremdsprache 24 (4), 205–207.

GANSEL, CH. 1993: Obligatheit und Fakultativität als Ausdruck von Perspektivierungen. Deutsch als Fremdsprache 30 (3), 157–163.

GLADROW, W. 1984: Kompletivsätze und Attributsätze im Russischen. (Linguistische Studien. Zeitschrift des Zentralinstituts für Sprachwissenschaft der Akademie der Wissenschaften der DDR. Reihe A, 115.)

HEIDOLPH, K. E., FLÄMIG, W., MOTSCH, W. 1981: Grundzüge einer deutschen Grammatik, Berlin: Akademie Verlag.

HELBIG, G. 1982: Valenz – Satzglieder – semantische Kasus – Satzmodelle, Leipzig: VEB Verlag Enzyklopädie.

HELBIG, G. 1984: Studien zur deutschen Syntax 2, Leipzig: VEB Verlag Enzyklopädie.

HELBIG, G. 1985: Valenz und Kommunikation. Deutsch als Fremdsprache 22 (3), 153–156.

HELBIG, G. 1990: Pragmatische Valenz? Das Wort. Germanistisches Jahrbuch DDR, 128–139.

HELBIG, G. 1992: Probleme der Valenz und Kasustheorie, Tübingen: Max Niemeyer Verlag.

JABLONSKIS, J. 1957: Rinktiniai raštai 1, sudarė J. Palionis, Vilnius: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla.

JAKAITIENĖ, E. 1988: Leksinė semantika, Vilnius: Mokslas.

JAKAITIENĖ, E., LAIGONAITĖ A., PAULAUSKIENĖ, A. 1976: Lietuvių kalbos morfologija, Vilnius: Mokslas.

KEINYS, St., red. 1993: Dabartinės lietuvių kalbos žodynas, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidykla.

KLIMAVIČIUS, J. 1969: Dėl analitinių laipsnio formų vartojimo. Kalbos kultūra 17, 7–15.

LEE, S. M. 1994: Untersuchungen zur Valenz des Adjektivs in der deutschen Gegenwartssprache, Berlin: Lang.

PAULAUSKIENĖ, A. 1994: Lietuvių kalbos morfologija: Paskaitos lituanistams, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidykla.

PAULAUSKIENĖ, A., VALEIKA, L. 1994: Modern Lithuanian, Vilnius: Žodynas.

PITULAINEN, M. L. 1983: Zu den valenzgebundenen Bestimmungen des Adjektivs im Deutschen und im Finnischen, Tampere.

PUPKIS, A., sud. 1985: Kalbos praktikos patarimai, Vilnius: Mokslas.

SCHWITALLA, J. 1985: Verbvalenz und Text. Deutsch als Fremdsprache 22 (5), 266–270.

SLIŽIENĖ, N. 1986: Lietuvių kalbos veiksmažodžių valentingumas ir sintaksinė klasifikacija. Lietuvių kalbotyros klausimai 25, 45–97.

SLIŽIENĖ, N. 1994: Lietuvių kalbos veiksmažodžių junglumo žodynas 1, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidykla.

SLIŽIENĖ, N. 1995: Lietuvių kalbos veiksmažodžių valentingumas ir jo aprašymo principai. Lietuvių kalbotyros klausimai 33, 54–74.

SOMMERFELDT, K. E. 1973: Zur Besetzung der Leerstellen von Valenzträgern. Deutsch als Fremdsprache 10 (2), 95–102.

144 |

LORETA SEMĖNIENĖ

SOMMERFELDT, K. E. 1986: Zu einer semantisch orientierten Satzmodellierung. K. E. Sommerfeldt, W. Spiewok, Hrsg., Linguistische Studien. Beiträge zur einer funktional-semantischen Sprachbetrachtung, 76–95.

SOMMERFELDT, K. E., SCHREIBER, H. 1971: Untersuchungen zur syntaktischen und semantischen Valenz deutscher Adjektive (1). Deutsch als Fremdsprache 8 (4), 227–231.

SOMMERFELDT, K. E., SCHREIBER, H. 1983: Wörterbuch zur Valenz und Distribution deutscher Adjektive, Leipzig: VEB Bibliographisches Institut.

TEKORIENĖ, D. 1983: Lietuvių kalbos būdvardžio semantinis valentingumas. Kalbotyra 34 (1), 97–107.

TEKORIENĖ, D. 1985: Lietuvių kalbos būdvardžių būtinio semantinio valentingumo raiška. Kalbotyra 36 (1), 72–83.

TEKORIENĖ, D. 1986: Sintaksiniai būdvardžių semantikos nagrinėjimo aspektai. Kalbotyra 37 (1), 77–86.

ULVYDAS, K., red. 1965: Lietuvių kalbos gramatika 1, Vilnius: Mintis.

ULVYDAS, K., red. 1976: Lietuvių kalbos gramatika 3, Vilnius: Mokslas.

VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ, L. 1998: Būdvardžių reikšmė ir valentingumas. Lietuvių kalbotyros klausimai 40, 59–73.

VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ, L. 2000: Lietuvių kalbos daugiavalenčių būdvardžių sintaksinis ir semantinis valentingumas. Lituanistica 3/4 (43/44), 35–60.

VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ, L. 2001: Lietuvių kalbos būdvardžių valentingumas. Daktaro disertacija, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas.

VALECKIENĖ, A. 1961: Dabartinės lietuvių literatūrinės kalbos būdvardžių laipsniai ir jų reikšmės. Lietuvių kalbotyros klausimai 4, 49–63.

VALECKIENĖ, A. 1998: Funkcinė lietuvių kalbos gramatika, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidykla.

WELKE, K. M. 1988: Einführung in die Valenz- und Kasustheorie, Leipzig: VEB Bibliographisches Institut.

Loreta Semėnienė Lietuvių kalbos institutas P. Vileišio g. 6, 2055 Vilnius, Lietuva [email protected]

Gauta 2002 03 29