LIETUVIŲ KALBOTYROS KLAUSIMAI, XXX (1993)

PERIFERINĖS LIETUVIŲ KALBOS TARMĖS

Kazys MORKŪNAS

О ПОНЯТИИ ПЕРИФЕРИЙНЫЕ ДИАЛЕКТЫ

1. 0. Говоря о периферийных диалектах (или говорах) литовского языка, следует знать, к каким диалектам применяется это понятие или по каким признакам они выделяются среди других диалектов. Буквальное значение слова периферийный, -ая указывало бы на то, что таковыми следует считать диалекты, наиболее удалённые от центра. Однако и понятие центр не всегда однозначно. При рассмотрении вопроса о периферийных диалектах это понятие может пониматься как с географической, так и с административной и чисто лингвистической точки зрения. Правда, и в первом, и во втором случае нельзя полностью отрешиться от лингвистического аспекта — обсуждать выделяемый так или иначе регион в пределах языковой территории, не учитывая исторически сложившегося в нём языкового положения.

1. 1. Географическим, а вместе с тем и этнографическим центром современной Литвы следует считать окрестности Кедайняя. Они вместе с употребляемыми там диалектами занимают примерно центральную часть и современной территории литовского языка. В XVI–XVII вв. Кедайняй были также одним из важнейших культурных центров Великого княжества Литовского. Первые литовские издания, появившиеся в Великой Литве почти 400 лет назад, были написаны на так называемом среднем варианте письменного языка, близком к диалекту окрестностей Кедайняя¹. К классическому фонду старой письменности относятся издания Микалоюса Даукши (около 1527–1613), последователей Реформации — Меркелиса Петкявичюса (около 1550–1608), Якубаса Моркунаса (виленский печатник, около 1550 — после 1611) и других. Вследствие изменения политической, экономической, культурной и религиозной обстановки Кедайняй и местный диалект утратили особую роль в Великой Литве, а некоторые окрестности значительно затронула и волна полонизации.

1. 2. Второй исторически сложившийся центр — Вильнюс, на протяжении многих веков бывший и остающийся важнейшим очагом политики, экономики, культуры, образования, науки и других сфер общественной жизни литовского народа.

В XVII в. на виленском (восточном) письменном языке, сложившемся на основе диалекта восточных аукштайтов, были изданы важные для своего времени и для литовской письменности в целом труды, подготовленные Константинасом Сирвидасом (около 1579–1631), Йонасом Якнавичюсом (1598–1668) и другими представителями этого края и предназначенные для Виленской епархии. По словам З. Зинкявичюса, «если бы исторические условия литовского государства и города Вильнюса сложились иначе, восточный письменный язык XVII в., возникший в экономическом и культурном центре края и столице государства — Вильнюсе, конечно, мог бы стать общим языком всей Литвы»².

¹ Plg. Zinkevičius Z. Dėl lietuvių raštų kalbos kilmės // Baltistica, 1977. T. 13(1). P. 239.

² Zinkevičius Z. Rytietiškoji XVII a. lietuvių raštų kalba, jos kilmė ir išnykimas // Baltistica, 1972. T. 8(1). P. 99.

4

Из-за сложных и крайне неблагоприятных для Литвы условий, особенно после её присоединения к Российской империи в 1795 году, продолжавшегося более 120 лет, ближайшие окрестности Вильнюса постепенно славянизировались, а употреблявшийся там литовский язык (говоры этих окрестностей) исчезал. Этот процесс в основном продолжался и в XX веке: в межвоенные годы полонизацию Виленского края осуществляли польские оккупационные власти, а после Второй мировой войны благоприятные условия для славянизации создал советский строй.

Литовский диалект ближайших и несколько более отдалённых окрестностей Вильнюса в настоящее время не играет особой роли в системе диалектов литовского языка в целом.

1. 3. С лингвистической точки зрения важнейшее — центральное — место в системе литовских диалектов, можно сказать, повсеместно и обоснованно признаётся за диалектом, на основе которого создан общий (литературный) язык всего народа. Основой современного литовского литературного языка послужил диалект каунасцев западных аукштайтов. Став одним из основных вариантов языка первых литовских письменных памятников, он оказался в более благоприятных исторических обстоятельствах, чем варианты письменного языка, формировавшиеся на основах других диалектов (средних и восточных аукштайтов, а в некоторых случаях и жемайтов). Автор первой грамматики литовского языка, написанной на латыни (Grammatica Litvanica) и изданной в Кёнигсберге в 1653 году, Даниэлюс Клейнас, кратко обозрев в «Предисловии к читателю с приветствиями» разнообразие литовских диалектов, проницательно заметил, что прусским литовцам по диалекту ближе других «жители Каунасского края» и что «в Прусском княжестве мы следуем диалекту каунасцев как самому лучшему и наиболее подходящему»³. Много позднее это мнение подтвердил и автор другой «Грамматики литовского языка» Фридрих Куршайт (1806–1884), назвав диалект, распространённый к югу от Немана — между Каунасом и Сталупенами, — диалектом литовского письменного языка⁴. Современный литовский литературный язык окончательно сформировался на основе упомянутого диалекта западных аукштайтов во второй половине XIX — начале XX века, в ходе национального, политического и культурного возрождения и других процессов консолидации литовского народа, с началом издания предназначенных для школ грамматик и различных практических пособий по литовскому языку (особенно большое значение имели труды Йонаса Яблонскиса, отца литовского письменного языка).

С географической точки зрения некоторые говоры каунасцев — в том числе ближайшие к литературному языку говоры Гришкабудиса, Кудиркос-Науместиса, Вилкавишкиса и соседних окрестностей — теперь находятся на одном из краёв территории литовского языка, то есть у её юго-западной границы. Однако ещё сравнительно недавно — до Второй мировой войны — географическое положение этих говоров было иным: литовскоязычные коренные жители жили значительно дальше к западу и юго-западу. Последние, то есть литовские говоры Малой Литвы (Восточной Пруссии), в основном составлявшие продолжение диалекта западных аукштайтов (за исключением узкой полосы Куршского залива, близкой к западным жемайтам Клайпедского края⁵), до того времени занимали юго-западную окраину территории литовского языка.

³ Pirmoji lietuvių kalbos gramatika. 1653. Atsak. red. J. Kruopas. V., 1957. P. 406. ⁴ Plg. Kurschat F. Grammatik der litauischen Sprache. Halle, 1876. S. 9-11. ⁵ Plg. Gerullis J. ir Stang’as Chr. Lietuvių žvejų tarmė Prūsuose. K., 1933.

5

2. Сравнивая литовские говоры различных местностей, нетрудно заметить, что чем дальше они отстоят друг от друга географически, тем больше в них языковых особенностей, отличающих их друг от друга. Наиболее удалены от каунасцев и имеют больше всего отличий от них северные жемайты, а из аукштайтов — восточные (особенно северной части). По отношению к каунасским говорам — центральным говорам — последние занимают периферийное положение, хотя каунасцы, как и все западные аукштайты, одновременно являются посредниками между восточными аукштайтами и жемайтами как с географической, так и с лингвистической точки зрения.

3.0. В литовской диалектологии при выделении периферийных говоров среди прочих учитываются и другие особенности. Одна из них — непосредственные связи (контакты) некоторых литовских говоров с другими языками (их говорами).

3. 1. Пожалуй, чаще всего понятие периферийных говоров применяется к говорам восточной и юго-восточной окраины ареала литовского языка, к территории которой теперь относятся и окрестности Вильнюса. На говоры этой окраины, а также на литовские говоры за пределами Литвы — в Беларуси и Польше — очень сильно влияют славянские языки (белорусский, польский, а в некоторых местах и русский).

3. 2. По тем же признакам другую группу периферийных говоров составляли упомянутые говоры Малой Литвы, на протяжении нескольких столетий испытывавшие сильное влияние немецкого языка (немецких говоров Восточной Пруссии). Эти литовские говоры во многих случаях были своего рода посредниками, способствовавшими распространению различных германизмов и в другие литовские говоры.

3. 3. Взаимодействие говоров северной окраины Литвы с соседними говорами латышского языка не столь интенсивно. Результаты этого взаимодействия не всегда очевидны также потому, что некоторые явления в говорах обоих языков — литовского и латышского, весьма близких по происхождению, — могут быть общими, то есть унаследованными с давних времен. В некоторых местах литовцы живут (или жили) и на территории Латвии: в окрестностях Акнисте, Цискода, Даугавпилса, Краславы и др. Их язык (говор) испытал гораздо более сильное влияние латышского языка или полностью с ним ассимилировался⁶.

4. Из всех периферийных говоров литовского языка наиболее широко с разных точек зрения исследованы восточные и юго-восточные говоры. Это наглядно показывает опубликованный «Указатель литературы по исследованию периферийных говоров литовского языка» (составитель Ана Романчукайте)⁷. Однако в этом указателе представлены только важнейшие исследования языка (говоров) литовцев, с давних времен проживающих (проживавших) за пределами современной территории Литвы — в Латвии, Беларуси, Польше, Малой Литве (Восточной Пруссии), — или поселившихся колониями (уехавших, депортированных) в более позднее время (в XIX–XX вв.) в некоторых странах (Беларуси, России, Америке). Можно полагать, что некоторые (не только составительница упомянутого указателя) склонны считать периферийными литовскими говорами только те, которые находятся за пределами Литвы. Однако современные границы Литвы чаще всего разделяют очень близкие или, по существу, одни и те же говоры, которые, кроме того, пережили сходные процессы развития; ср. литовские говоры восточной и юго-восточной окраины территории Литвы и окрестностей Апсо, Камоев, Гервят, Пелесы, Родунь, Лазун (Беларусь), Пунска, Сейны (Польша). Их

⁶ О распространении литовского языка (говоров) за пределами современных границ Литвы (в Малой Литве, Латвии, Беларуси, Польше) и его исчезновении см.: Garšva K. Kalbinės situacijos raida pakraščių šnektose // Kalbų ryšiai ir sąveikos (Lietuvių kalbotyros klausimai. T. 28). V., 1989. P. 12-38 (с указанной литературой).

⁷ Kalbų ryšiai ir sąveikos. P. 215-230. За последние несколько лет библиография исследований периферийных литовских говоров несколько пополнилась.

6

Эта связь очевидно прослеживается в работах по лингвистической географии⁸. Поэтому периферийными следует считать диалекты всего этого пояса — расположенные по обе стороны литовской границы.

5. Периферийными иногда называют также говоры крупных диалектов, наиболее удалённые от их центра и обладающие многими особенностями других диалектов, например юго-восточные говоры южножемайтского диалекта (расейняйцев), в которых многочисленны особенности аукштайтского диалекта. Некоторые говоры крупных диалектов (соответственно, поддиалектов), расположенные в середине ареала литовского языка, также обладают большим количеством признаков, характерных для периферийных диалектов (соответственно, говоров), — тесно взаимодействуют со славянскими языками (польским, русским); например, в ареале шяуляйцев — говоры Шеты и части окрестностей Ионавы; в ареале каунасцев — говоры Ванджиогалы и других окрестностей. Однако эти литовские диалекты (соответственно, говоры) пока мало изучены в различных аспектах.

6. В литовской диалектологии часто употребляются и другие термины: пограничные диалекты (соответственно, говоры), окраинные диалекты. Правда, первый из них — пограничные диалекты — не всегда ясно указывает, о чём идёт речь: о диалектах на окраинах современной территории Литвы, о ближайших диалектах, расположенных за пределами Литвы в других государствах, о диалектах на окраинах бывших этнических литовских земель и т. п. Второй термин — окраинные диалекты — меньше ассоциируется с административными, политическими и другими границами и во многих случаях может служить синонимом термина периферийные диалекты.

О ПОНЯТИИ ПЕРИФЕРИЙНЫХ ДИАЛЕКТОВ

Аннотация

Западноаукштайтский диалект (или каунасцы — диалект, на котором говорят в Каунасе и его окрестностях) занимает центральное положение в системе литовских диалектов и лежит в основе литературного литовского языка. Диалекты, географически удалённые от диалекта каунасцев и отличающиеся от него в языковом отношении, занимают периферийное положение. Характерная особенность периферийных диалектов состоит в том, что они непосредственно соприкасаются с другими языками (или их диалектами), например со славянскими языками (белорусским, польским, русским) на восточной и юго-восточной границе, с немецким (до Второй мировой войны) — на юго-западной, а с латышским — на северной границе Литвы.

Периферийными можно также считать подговоры, удалённые от центра крупных диалектов и содержащие примесь особенностей других диалектов. Например, юго-восточные подговоры южножемайтского диалекта (или расейняйцев) обладают многими особенностями аукштайтского диалекта. Эти подговоры взаимодействуют с другими языками (польским, русским); например, с польским взаимодействует подговор окрестностей Ванджиогалы, расположенных на границе ареала каунасского диалекта.

Одно и то же понятие в литовской диалектологии можно выразить по-разному, например: пограничные диалекты, окраинные диалекты.

Последний термин в наименьшей степени ассоциируется с политическими, административными и другими границами. В большинстве случаев он является синонимом термина «периферийные диалекты».

⁸Ср.: Атлас литовского языка. Т. 1. Лексика. Вильнюс, 1977; Т. 2. Фонетика. Вильнюс, 1982; Т. 3. Морфология (в печати).

7