К вопросу об образовании адеццива

ASTA LINGUISTICA LITHUANICA LI (2004), 49 -57 К вопросу об образовании адессива! Илья А. СЕРЖАНТ Universitat zu Koln Der Artikel beschäftigt sich mit der Entstehung des litauischen Adjektivs. Die Grammatikalisierung der adessiven Konstruktion (mit der protobaltischen Postposition baltischer *pie) zeigt sich nach der Wirkung des Leskienschen Gesetzes erfolgt zu sein. Die Behauptung von Rosinas (1999), dass die adessiven Singularformen auf der Basis alter Dative aufgebaut sind, wird kritisch untersucht und sowohl aus morphologischen als auch aus syntaktischen Gründen zurückgewiesen. Es wird versucht, eine Erklärung für das dialektale und altlitauische Dativ sg zu geben. Formen in -i, -u und -ie von i-, uund o-Stämmen. 0. ВВОДНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ Как известно, адессив (а также и аллатив) наиболее хорошо сохранился в старолитовских текстах?, в современных литовских говорах же за немногим исключением лишь в виде наречий?. Следующие примеры могут быть приведены из говоров, в которых адессив еще сохранил функцию падежа: dzieviep, vaikiep, versiep aus Gervecaj (Arumaa 1930: 66), bobaip, marčeip aus Zasecaj (Stand 1958: 184). Целью статьи является уточнение хронологии образования адессива, а также Kritik an der Annahme von Rosinas (Rosinas 1999), dass B основе форм адессива ед. ч. лежит древнее окончание датива. 1. ПРЕДНОСЫЛКИ 1.1. Формирование адессива и аллатива восходит, скорее всего, к одной и той же эпохе. В пользу этого свидетельствуют и совершенно идентичный принцип образования, и форма постпозиции. 1.2.1. Формирование адессива (возможно и аллатива) следует возводить к эпохе после действия закона Лескина о сокращении акутированных ауслаутных долгот. Исходя из этого предположения, следующие формы выводятся совершенно закономерно, без использования аналогии: - Adess. Ed. 1966: 202) < *sūnū + pi < *sūnū < *sūn-ūo < *sūn-ou (vgl. vedisch. loc. sg. pasau). Die unverkürzte Form *sūnou+- pi würde im Litauischen wahrscheinlich **sūnuopi ergeben, jedenfalls He sunup(i); i Vielen Dank für die zahlreichen Ratschläge und Hilfestellungen an P. G. Derksen, 2 Über die Funktion siehe. 1995) und Kavalier (2001). 3 Ausnahmen bilden die Dialekte von Zietela, Lazūnai, Gervėčiai, vgl. 1966 а также Акселю Хольфуту. (2. Auflage 1968). 50 | Илья А. СЕРЖАНТ — абсолютно аналогично развитие формы адесс. ед. ч. 1-склонения: индоевр. Lokalitätsende *-61, vgl. Vedic. In: Agnd, Grč. Alt-Attika. Pol-t: (Rix 1976: 51). Это окончание должно было дать в литовском -. Именно такая Die Form ist in altlitauischen Texten (vgl. Kazlauskas 1968: 153) vorhanden: ugnip (DP 158, 158,,), schirdipi (Katechismus von Mažvydas: 448., 446,)*. Кажущееся противоречие представляет собой носовой согласный в формах множественного числа, так как он должен был бы исчезнуть по закону Die Stimme ist ein „s“ und nicht ein „ss“. ranka (< *an) und ass. sg. Hand (*-an). Dies ist darauf zurückzuführen, dass in diesem Fall der Nasalkonsonant был внесен в форму адессива мн. ч. по аналогии. Здесь имеется несколько Möglichkeiten, z. B. in Analogie mit dem Allele MH. 1. dievump (-um-< gen. pl. dievų) zum Adjektiv pl. 4. *dievuosup > @eijzitr (Rosinas 1999: 178-180), oder analog zur Pronomenendung jJamp(i) < jamip(i). Die Tatsache, что носовой согласный был добавлен по аналогии, доказывает и его присутствие в еще не измененных по аналогии с инессивом формах адессива в некоторых западных старолитовских текстах, напр. Вилентас, Даукша i]j/etc. (Beispiele siehe Zinkevičius 1982: 30). Определить интонацию слога перед постпозицией -р(1) невозможно по Aus folgenden Gründen. Laut Zinkevičius (Zinkevičius 1966: 210, $280, 281 а также 222: $310, 311 и др.) в большей части записей говоров (произведенных Бугой, Арумаа и Лайгонайте) слог, предшествующий постпозиции -р(1), имел интонацию акута в обоих а4-падежах°. В связи с Dadurch sind wir gezwungen, die Metatonie (mėtatonie rude) anzunehmen, nach der исконно циркумфлексные‘ окончания перешли в акутированные. При этом циркумфлексные формы адессива и аллатива можно объяснить с помощью аналогии с циркумфлексом в окончаниях основных падежей, лежащих в основе адессива и аллатива. Наоборот же, акутированные окончания объяснить с помощью аналогии нельзя, так как все окончания генетива и локатива имеют циркумфлексную интонацию или сокращены по закону Лескина. К 4 Genau so erklärt Kazlauskas die Form Ii-CKIIOHEHHS (s. loc.); Stang (loc. cit.) glaubt, что данное окончание заимствовано из консонантного склонения. Здесь однако следует возразить, что, во-первых, процесс заимствования происходит в обратном направлении, т. е. Konsonanten-Konjugationsendungen werden durch Konsonanten-Konjugationsendungen ersetzt, nicht umgekehrt. Zweitens, weil die Endung -ip(i) (unter Berücksichtigung der Tatsache, dass Leskins Gesetz vor окончательного образования адессива) совершенно закономерно, нет никакой надобности объяснять его по аналогии, тем более, что тогда окончание -и-склонения (5йп-йр) остается не объясненным, так как принятие сначала аналогии консонантическое склонение > |- склонение, затем /-склонение > и-склонение представляется нам совершенно невероятным. $ По Зинкявичусу исключение составляет лишь Станг и Гринавецкене, которые установили Circumflexe Intonation. In Stangs Werken (z. B. Stang 1966: 228) findet sich jedoch nur die Endung ades. sg. f. galvos(p) hat eine circumflexe Intonation. 6 Zum Beispiel adess. sg. namiep, basierend auf dem alten Lokativ -0-OCHOB, vgl. 1966: Die 1000-jährige Stadt (1966) 1969: Die 1000-jährige Stadt (1969) 1969: Die 1000-jährige Stadt (1969) diévo (weil nicht nach Leskin abgekürzt (in **-a) a также без переноса иктуса с циркумфлексного слога по Соссюру-Фортунатову) при акуте в Alleative dievop(i) (Stang 1966: 228; Zinkevičius 1966: 210). К ВОПРОСУ ОБ ОБРАЗОВАНИИ АДЕССИВА | 51 тому же и латышские реликтные формы свидетельствуют в пользу метатонии, Sa 320) und (ME: 325) kup (= lit. **Körper(e))". 1.2.2. Формирование адессива и аллатива должно восходить ко времени редукции постпозиций в определенных позициях, практически сходной с индоевропейским аблаутом. Этот пункт требует дополнительного пояснения. Дело в том, что в качестве постпозиций вторичных аналитических падежей в восточнобалтийском были использованы их редуцированные варианты, ср. Ades. - Hallo. -p(1) in Bezug auf das Präpositionswort prié, Ill. -pa (nicht **-pi!) < *po gegenüber dem einwurzelnden Präfix *pb (nuo, pi-). Daten пары восходят, на наш взгляд, к относительно древнему периоду прабалтийского языка, в котором существовали ударные и безударные аллоформы пред- / послелогов / приставок. К ним также можно добавить Auch *ep im Lettisch {e-K$a < *ep-K-5a gegenüber dem Litauischen į < *in < *p, sowie im Lateinischen. sa-/sam-(- z. B. suods < *zap-4$) < *zot in Bezug auf K das litauische Präfix su < *sum < *sm. 1.3. Далее следует отметить, что, поскольку, по крайней мере, адессив существовал и в пралатышском языке - об этом свидетельствуют такие формы wie Šurp, Kyros, dessen Entstehungszeit auf die Epoche zurückzuführen ist, in der которой пралатышский и пралитовский языки уже хотя и отличались некоторыми диалектальными нюансами (напр. закон Лескина §1.2.1), однако могли еще свободно обмениваться инновациями. 2. СИНТАКСИС Основным камнем преткновения в традиционном объяснении адессива как падежа, аналитически образованного на древнем локативе, является несоответствие в синтаксическом употреблении синтетической и аналитической Adhäsive Konstruktionen: Verb prie(g) —Dat., aber Verb -Lok. Ed. 12:00 Uhr —*rie (Rosinas 1999: 174), während die allativen synthetisch und prie(g) —Rod. Ed. Er ist der Allmächtige, der аналитическая конструкции полностью соответствуют друг другу: Глагол — Allwissende. Ed. 12:00 Uhr - Oh, du Scheiße. Auch in Analogie zu anderen Vor-/Nachworten: dėl to und todėl oder app to und todrin muss die Form Ievrair nach Ansicht von Rosinas vollständig mit prieg ILEvrai und является поэтому, как и в последнем случае, дативом. 7 Bis jetzt ist uns die genaue Ursache der Metatonie (métatonie rude) nicht klar. Als Hypothese kann angenommen werden, dass die Formen auf -r eigentlich nicht auf dem Suffix p(r)ie basieren, sondern auf apie. Was касается семантики, то здесь можно привести в качестве типологического примера способ образования адессивного значения в древне-русском и в русск. диалектах с помощью предлога о/об (< *ор-) (Торогоу 1968: 188), который полностью (семантически и Etymologisch) entspricht dem litauischen apie. Phonetisch würde das Präfix apie einen Akut ergeben, z.B. in adesses. Ed. 12:00 Uhr 4-Deklinationen *-ai-api > *-ajapi > -dipi. Nach Stang (Stang 1966: 157) verhielt sich die Sequenz *-ViVähnlich wie die Sequenz -VuV-, z. B. kiautas < kėvetas. В этом же направлении и мнение Росинаса (1999: 174). 52 | Илья А. СЕРЖАНТ Здесь хотелось бы возразить следующее. Образование адессива и аллатива происходило не во время старолитовского языка, а значительно раньше (ср. $ 1.2.2; $ 1.3), und der Vergleich mit Konstruktionen wie dėl ju und todėl ist daher nicht ganz korrekt, da z.B. in der Postpositionsform -del He die Reduktion **-dėl auftritt (vgl. $ 1.2.2), d.h. sie wird nach völlig anderen Regeln gebildet als bei -del. другому принципу, а, следовательно, и в другой относительнохронологический этап истории языка. Таким образом, несоответствие рекции in Altlitauisch prie + dat. p. und Bildung des Kleberlocks. p. + -pi < *-prie не является, на наш взгляд, весомым аргументом. Здесь достаточно Vermuten, dass in der Zeit der Entstehung von Adhesiv und Allativ prie beherrschte (еще и) локативом. Как представляется, в пользу этого свидетельствуют и Lettische Reliktformen von r, kurp, wobei die schgi kurp eine ähnliche Bedeutung haben с локативом. Более того, в близкородственных, славянских языках предлог *prie steuert den Lokativ, vgl. Russisch. Bei Haus / Häusern, und Er **bei Haus / домам. 3. ФОРМАЛЬНАЯ ЧАСТЬ Zum Entfernen von Klebstoff ed. 1000 v. Chr. aus der Datierung von Rosinas (Rosinas 1999) erforderlich предположение целого ряда незакономерных развитий по аналогии: 3.1. ū-(6)-Deklination: Die Formen bobaip (1), mergdip /mergaip (4) (Zinkevičius 1966: 222) enthalten unserer Meinung nach die alte Lokativaussprache *-ai < *-eh,-i (siehe Seržant 2004). Wenn man jedoch ausschließlich von der Form der ed. 12:00 Uhr а-склонения, то принять однозначное решение касательно лежащего в основе адессива падежа нельзя. Здесь следует опираться на способ образования других форм адессива. 3.2. {-Deklination: Formen Ugnip (DP 158,, 158,1), schirdipi (Mažvydo Kat. 446,, gekürzt 448.) содержат, на наш взгляд, древнее окончание локатива ед. ч. {-склонения, nach Leskins Gesetz, *-či > *-ie > -i (vgl. $ 1.2). Rosinas (1999: 175) erklärt, dass die Form des Adessivs aus dem Dativ Ha -i hervorgegangen ist. Однако следует отметить, что следуя Росинасу, остается непонятной причина, nach der die bis heute erhaltene (Zinkevičius 1966: 230) grundlegende und regelmäßige Dativform der 1{-Deklination -ie (ame) (Stang 1966: 208) nicht послужила основой для образования адессива, а в основу легла маргинальная форма -, возникновение которой не до конца ясно! (ср. также § 4.4). 3.3. и-склонение: Здесь во всех старолитовских текстах и современных говорах Nur die Form adesses ist vorhanden. Ed. -up(i), cp. sunup(i), wobei die Dativform auf -ui / -io endet. In diesem Fall Rosinas (Rosinas 1999: 174-9 S. 100-101). Altslawisch. Datum. Ed. In: S. 10. (Sanskrit). kaveh < *-ei. ° Die vorherrschende Meinung (z.B. Stang 1966: 208) ist, dass diese Endung von склонения на согласный. Однако в современной индоевропеистике окончание датива wird ausschließlich als nicht ablaut alternierbares *-ei rekonstruiert, siehe Rix (1976: 117), Meier-Briigger (2002: 198-9 vor allem $ 5) und andere. Schon Szemerėnyi (1990: 173) tamip (> tamp) окончания дат. ед. ч. **-1 вообще не восстанавливает. К ВОПРОСУ ОБ ОБРАЗОВАНИИ АДЕССИВА | 53 5) объясняет это несоответствие тем, что в основе адессива лежит более Die alte Datierungsendung -U. Первое, что хотелось бы отметить, это тот факт, что в тех же текстах, где встречается датив существительных на -и, присутствует и прономинальный Das ist es, was ich dir gesagt habe. Jamug OR 433, Tamug DP 331, etc., die selbst feststellen, dass man Adhäsive auf *-up Rosinas (1999: 175). Следуя же предположению Росинаса, нам бы и здесь erwarten sollte, z.B. **tamup, **jamup, jedoch, soweit мне известно, таких форм ни в литовских говорах, ни в старолитовских текстах не встречается. Известные же прономинальные формы адессива содержат, как известно, древнее прономинальное окончание локатива, ср. /tamimp (-tin Analogie zum Alleativen). Zinkevičius (1966: 120) stellt fest, dass das Dativ ed. - und (oder) соответствующий ему редуцированный слогообразующий) в области примерно um Panevėžys (siehe auch die Verbreitungskarte dieser Endung N75 (Zinkevičius 1966: 520)), sowie Ha im Süden, etwa in Dzūkija. Für die richtige интерпретации этого окончания в области вокруг Паневежиса следует отметить, что именно в этом районе наблюдается сильная редукция окончаний, Zum Beispiel Instrumental-E-- Dur. 4. B Šeduvė endet auf -' (rag’), wobei die Dativform auf -i (rūgu) endet (Zinkevičius 1966: 120: $115), obwohl nach Rosinas diese окончания должны были бы здесь совпасть. Более того, для параллели достаточно сравнить е-склонение. Здесь в этом же районе присутствует Die Datierung endet auf -€ und nicht auf -ei. Somit kann die Endung -i als диалектизмом, проникшим из северо-восточных аукштайтских говоров", учитывая, что распространение окончания -и образует непрерывную область. В пользу этого, на наш взгляд однозначно, свидетельствует и датив определенных окончаний прилагательных на -мт, фигурирующий в тех же текстах, что и датив на -и существительных, хотя известно, что в основе liegt die Pronomenform jamui, in der die letzte Silbe apokopiert ist, vgl. Beispiele von Mažiulis (Mažiulis 1970: 108). Ich meine, hier произошло фонетическое сокращение конечных долгот. Как же было указано в 1.2-3, эпоха возникновения адессива и аллатива значительно древнее, чем такое сокращение ауслаутных долгот. Возможно и объяснение этого окончания как древнего окончания локатива, проникшего в датив, см. $ 4.4. Так или иначе, окончание -и в дативе не может быть древним, поскольку оно не выводимо ни из индоевропейского Datum. e-Deklinationen (< *-ouei, vgl. Söhne, u.a.-ind. bahave), ni aus dem Dativ o-glas100 mg/ Tag) So kann die Form des Klebstoffs 5ypir nicht eine Ha-Basis gebildet werden датива. 11 О том, что старолитовские тексты не являются моногенным отражением одного и того же говора / диалекта, свидетельствуют многочисленные факты. Как пример можно привести Die Betonung in Daukšos Postilė, wo das Alte und das Ausgestreckte gleichzeitig vorhanden sind слог назад ударение, характерное для северных аукштайтских говоров. 54 | Илья А. СЕРЖАНТ 3.4. o-Deklination: Adessiv Einheit. Die dieviep(i) (dievip(i) - seltener) Art He entspricht auch der Dativ-Endung, die als -sh oder dial bekannt ist. In: ui.de. B старолитовских текстах в соответствующей аналитической конструкции встречается окончание датива -ui или -и: (...) [toios prieg апат Angetui ОР 41,,; (...) prieg karunawoimu erfškiečieys PS И 244 „, auch prieg + dat. на -i (-ie-reize- ): Kar shi weiktis prieg dwari io DP 434 „, prieg Sakramenty PS 11 65,; 189, (Rosinas 1999: 175). Dass es sich um O handelt, zeigt das abgestimmte Pronomen: (...) kurie ik tam’ méti bus numirė DK 146,.. Rosinas (Rosinas 1999: 176) предлагает объяснить данное окончание по следующей пропорции: *dat. (pirt)-ei: lok. (Pirt)-ei = Ort. *namei: dat. x, rae x = *(nam)ei. В данном случае следует отметить, что ни окончание локатива ед. ч. {-склонения, ни окончание локатива ед. ч. консонантного склонения никогда Es gab keine **(pirt)-- ei. Im ersten Fall war es *-či > *-61 > -i, im zweiten *-> -i. Damit diese Proportion erhalten bleibt, muss Rossinas die Lokativabschlussform ed erklären. 12:00 Uhr 1{-Konjugation *(pirt)-ei als entlehnt von консонантного склонения, которое в свою очередь было перенято из о-склоNamen, z.B. namié. Aber abgesehen davon, dass diese Erklärung absolut ad hoc ist, kann man noch folgendes einwenden: 1. Закономерное индоевропейское окончание локатива ед. ч. основ на согласный хорошо сохранилось практически во всех аукштайтских говорах в виде -уе, где древнее *-1 было продлено по аналогии с лок. ед. ч. д-склонения или просто по аналогии с соотв. локативом мн. ч. (также объясняется напр. и Endung der I-Deklination -uje /(-uje)). Ausdrücke wie lig pačiam vakarie/-i являются реликтами регулярного окончания датива консонантного склонения (1970, 6. Auflage). T. e. in der Konsonantenkonjugation waren die Enden der Daten. - Es ist Locke. *-i (in der erweiterten Form -yje) und in der g-Konjugation von Datierungen. - Es ist Locke. *-&1 > *-ie + расширитель > -1 (по закону Лескина) + расширитель. Однако ни в одном, ни в другом склонении датив с локативом изначально не совпадали. Таким образом, как представляется, нет ни одного фактического подтверждения тому предположению, что некогда в согласном склонении присутствовало Lokativendung -e < *-ei, und sogar umgekehrt, bis heute erhalten geblieben день формы локатива консонантных основ опровергают это предположение, Da sie eher auf das alte *-1 zurückgehen (z.B. akmenyjė Erweiterung in Analogie zum Illativ), als auf K *-ie, folglich ist der erste Teil der Proportion lok. (pirt)-ei existierte nicht. 2. Картина, изображенная Росинасом, неприемлема и в том плане, что, согласно его реконструкции, во время становления адессива окончание датива Ed. d.h. die o-Deklination war angeblich *-ei (z.B. in dieviep < *-ei-pi), d.h. innovativ формой, при этом сегодняшняя же форма датива ед. ч. -ш, жем. -ио и их Varianten, wie bekannt, ist die ursprüngliche Endung des Datums ed. c.?, und folglich auch älter als *-ei. Die Behauptung, dass in der älteren 12-Dativ-- Endung der o-Deklination B i.-e. In der Sprache gab es ausschließlich nur *-0-ei > *-Oi. Da diese Aussage Opinio communis ist, zitiere ich keine spezifische Literatur. К ВОПРОСУ ОБ ОБРАЗОВАНИИ АДЕССИВА | 55 эпоху была распространена обновленная форма, при том, что в современное время за немногими исключениями присутствует на том же месте древняя форма, содержит, на наш взгляд, практически непреодолимое противоречие. Вариантов, как после образования адессива на основе реконструируемого Mit dem Dativ *-ei + *pi > *-eipi > (diev)-iep- (i) wurde diese Endung ersetzt auf die alte Datierungsendung -ui, gem. -io, Rosinas bietet nicht, und, auf unsere взгляд, их и не найти. Die seltenere Form des Adjektivs dievip ist eine Entlehnung aus der {-Deklination. Somit kann die Adjektivform dieviep nicht auf der Basis pi датива. 3.5. Итак, подводя итоги, можно сказать, что если единственно в а-склонении (3.1) флексия адессива может быть интерпретирована двояко - и как датив + gebildet werden, und als Lokativ + pi, ist es in den anderen Fällen entweder sehr unwahrscheinlich (:-склонение, 3.2), или просто невозможно (и- (3.3), о-склонение (3.4)). Далее, если исходить из того, что образование форм адессива во всех этих склонениях не происходило в совершенно разные эпохи развития языка, а в одну относительно-хронологическую стадию развития, о чем свидетельствует качество постпозиции (см. 1.2.2), то необходимо предположить, что образование всех форм адессива единственного числа происходило параллельно, а следовательно, Alle enthalten die Endung des entsprechenden Lokators mit dem Suffix -pi. 4. РЕЗУЛЬТАТЫ 4.1. Rosinas (1999) widerspricht nicht der bisher allgemein akzeptierten Meinung, о том, что в основе форм множественного числа адессива лежат соответствующие формы локатива. Относительно изложения развития и происхождения форм множественного числа адессива хотелось бы полностью Ich stimme Rosinas zu (Rosinas 1999: 178-180), wo er sich für die von Stang vorgeschlagene und begründete Interpretation ausspricht (Stang 1966: 185-6), о развитии инессива мн. ч. о-склонения под влиянием иллатива, а также о влиянии форм аллатива мн. ч. на формы мн. ч. адессива: адесс. -sup(i) all. - ump > adesses. -sump > Einfluss des Ingressivs > -semp. 4.2. Хотелось бы еще раз (1.3) обратить внимание на латышские формы, не принятые во внимание Росинасом. Учитывая факт, что в латышском сохранились лишь реликты некогда и здесь существовавшего адессива — при этом хотелось бы подчеркнуть, что реликты более древних форм обычно особенно устойчивы против воздействия различного рода аналогий, — формам Šurp, Kyros muss unserer Meinung nach eine besonders große Bedeutung beigemessen werden. Wie man sieht, sind diese Formen nicht auf dem Dativ **kam(ui) + pi, sondern auf dem Lokativ kur entstanden. Somit sind auch die lettischen Daten, wenn auch geringfügig, подтверждают оспариваемое Росинасом предположение, что в основе адессива лежат формы локатива, а не датива. 4.3. Принятие утверждения, что формы адессива были окончательнс сформированы после действия закона Лескина, дает возможность совершеннс 56 | Илья А. СЕРЖАНТ закономерного выведения форм адессива ед. ч. ии {-склонений, не используя, на наш взгляд, очень сложной аналогии. При этом нам не кажется неизбежным вывод, что хронологически закон Лескина должен был действовать и в пралатышском языке. Здесь достаточно предположить, что сама конструкция Präfix/Suffix *p(r)i (aus *p(r)ie, siehe $ 1.2.2) mit der nominalen Gruppe in локативе в адессивном значении существовала уже в правосточнобалтийскую эпоху и далее развивалась в пралатышском и пралитовском отдельно под влиянием балтийско-финских языков. 4.4. In Bezug auf die altlitauischen und dialektalen Datierenden der I-Beugung auf -I, der i-Beugung auf -i und der o-Beugung Ha -e (ro vakarie) wollte ich бы выразить следующее предположение. Учитывая тот факт, что все эти формы в большей или меньшей степени противоречат стандартному фонетическому развитию хорошо известных индоевропейских соответствующих окончаний датива и требуют, в связи с этим, предположения целого ряда аналогий / заимствований из других склонений, и факт, что параллельно Mit ihnen sind auch die phonetisch regelmäßigen Dativ-Endungen erhalten (T. e. -ie, -2, -ui/-io bzw.), und dass sie phonetisch vollständig entsprechen соответствующим окончаниям локатива, можно предположить, что они и являются исторически древними окончаниями локатива. Причина же, по которой данные окончания стали употреблятся в качестве датива, возможно, Das liegt daran, dass früher Präpositionen wie po, prie als s verwendet wurden. локативом, так и с дативом, позднее же семантические значения их употребDie Bedeutungen von Prie und Dat fallen zusammen, wie beispielsweise bei prie, wo, wie Rosinas (Rosinas 1999: 173-4) zeigt, die Bedeutung von prie + dat übereinstimmt. = Adresse. (2. Aufl., Bd. Gleichzeitig wurde die Endung des Lokativs selbst auf -je / -e erweitert und in einigen Fällen verlängert: -i > -ste /-ste, -> -yje /-ije, -ie > -e, neno\“ und wird von den Sprechern als Dativ-Allomorph wahrgenommen: prieg WiePpati OR 484, neben prie однако в конструкциях с предлогом древнее окончание локатива было сохраIPevraj = Wiefipati = IPevraj. Später wurde diese Allomorphie была устранена в каждом говоре по-разному: где-то было оставлено только древнее окончание локатива (напр. в Дзукии), где-то древнее окончание датива (в жем. и восточно-аукшт.). СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ ME -KARLIS MULENBACHS, Lettische Wortschatz. Ergänzt, ergänzt, fortgesetzt von JANIS ENDZELINS. 2. unveränderte Auflage. I-VI. Berlin: Verlag der Deutschen Akademie der Wissenschaften, 1954. Altslawisches Wörterbuch (ohne Handschriften des 10.-11. Jahrhunderts), herausgegeben von P. M. Zeitlin, Р. ВЕЧЕРКИ и Э. БЛАГОВОЙ. 2-е издание, стереотипное, Москва, 1999. 3 Ss. Verwendung von no im Altslawischen mit Akkusativ, Dativ und Lokativ (StSl 453). Здесь как типологический пример хотелось бы привести русск. выражение по приезде, где приезде - явно форма локатива, при том, что в современном русском языке предлог по употребляется исключительно с дативом. На этом примере видно, что препозиционные конструкции могут в идиоматических формах сохранять древнюю рекцию. 14 К ВОПРОСУ ОБ ОБРАЗОВАНИИ АДЕССИВА | 57 СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ ARUMAA, Р 1930: Litauische mundartliche Texte aus der Wilnaer Gegend. Die Republik Estland erhielt eine eigene Verfassung. Acta et Commentationes Universitatis Tartuensis, V Humaniora XXIII, Dorpat. 2001: Das Neue Testament in deutscher Übersetzung. Acta Linguistica Lituanica 45, 93-113. KAZLAUSKAS, J. 1968: Historische Grammatik der litauischen Sprache, Vilnius: Mintis. Mažiuris, V. 1970: Beziehungen zwischen baltischen und anderen indoeuropäischen Sprachen (Deklination), Vilnius: Mintis. MEIER-BRŪGGER, M. 2002: Indogermanische Sprachwissenschaft, 8., ūberarbeitete und erganzte Auflage der frūheren Darstellung von Hans Krahe. Unter Mitarbeit von Matthias Fritz und Manfred Mayrhofer, Berlin-New York: De Gruyter. Range, J.-D. 1995: Allativ und Adessiv in altlitauischen Težeп des 16. Jahrhunderts. Jahrhunderts. Baltische Sprachen 4, 93-103. Rosenthal, A., Hrsg. 1999: Zur Entstehung und Entwicklung der Inessivund Adesivformen. Baltistica 34 (2), 173–183. Rix, H. 1976: Historische Grammatik des Griechischen. Lautund Formenlehre, Darmstadt: Wissenschaftliche Buchgesellschaft. SERŽANT, I. A. 2004: Zur Vorgeschichte des Inessivs im Urostbaltischen. In: Acta Linguistica Lithuanica 51, STANG, Chr. S. 1958: Die litauische Mundart von Zasėčiai im Gebiet von Wilna. Zeitschrift für Sprachwissenschaft, 18, 1991, S. 171–199. Stang, Chr. S. 1966: Vergleichende Grammatik der baltischen Sprachen, Oslo etc. : Universitätsvorlage. Schöne, o.k. 1990: Einfithrung in die vergleichende Sprachwissensch59-67. aft, 4., durchgesehene Auflage, Darmstadt: Wissenschaftliche Buchgesellschaft. Toprorow, U. V. 1968: Lokativ in slawischen Sprachen, Moskau: Nauka. ZINKEVICIUS, Z. 1966: Litauische Dialektologie, Vilnius: Mintis. ZINKEVICIUS, Z. 1982: Postpositionale Lokalisatoren der litauischen Sprache. Baltistica 18 (1), 21-38. Илья А. Сержант Саша 2004 11 04 Universitat zu Koln Institut für Linguistik Historisch-Vergleichende Sprachwissenschaft D-50923 Köln [email protected]