Kalbiniai ir loginiai terminų reikalavimai

Kazimieras GAIVENIS ЯЗЫКОВЫЕ И ЛОГИЧЕСКИЕ ТРЕБОВАНИЯ К ТЕРМИНАМ Каждый термин имеет форму и содержание. Форма термина — это словесная оболочка обозначаемого понятия, а содержание — терминологическое значение, отражаемое определением. Терминологическое значение не совпадает с лексическим значением слова. Структурные элементы обоих этих значений в языкознании чаще всего называются семами. По характеру выражения семы терминов можно разделить на имеющие формальное выражение (эксплицитные) и не имеющие формального выражения (имплицитные). Например, окончание множественного числа термина cukrus (химия) указывает на то, что он обозначает класс определённых химических веществ, поскольку слово cukrus в общеупотребительном языке, а также в терминологии некоторых областей употребляется только в единственном числе. Суффикс термина pataisėčiai (Lycopodiales) указывает на то, что это название порядка растений и т. д. Это семы, имеющие формальное выражение. И терминологизация (превращение слов общеупотребительного языка или терминов в термины), и транстерминологизация (превращение терминов одной области в термины другой области), и детерминологизация (превращение терминов в нетермины) связаны со значительными семантическими изменениями. Терминологизированное слово получает новые семы. Например, лексическое значение общеупотребительного слова kiaulpienė состоит из сем «сорняк», «желтоцветковый», «медоносный» и др., тогда как терминологическое значение термина kiaulpienė (Taraxacum) уже включает и новые специальные семы, необходимые для систематического описания этого растения и отличения его от других похожих растений (например, kreisvių или vanagių), такие как: «цветки имеют 5 тычинок», «пыльца одинакового размера, около 30μ» и др. Последние семы неспециалистам неизвестны и в толковых словарях общеупотребительного языка большей частью не отражаются. Определения терминов должны отражать семы ядра терминологического значения. Только в этом случае они будут научными. Однако, поскольку сем ядра больше, чем обычно отражается в определениях, правильными могут быть не одно, а даже несколько определений терминов. Терминологическое значение нередко формализуется не только с помощью дендрограмм, гистограмм, схем, но и раскрывается при использовании фор- 26 мул. Считается, что формализация значения слова — один из наиболее объективных способов научного описания значения слова1. По форме термины чаще всего делятся на однословные и составные (многословные). Однословными терминами являются не только первичные (простые) слова, но также различные производные и сложные слова, например: asmenuotė (грамматика), baudinys (спорт), deguonis (химия), garotiekis (техника), jonazolė (ботаника) и др. Составные термины чаще всего обозначают различные видовые и составные понятия. Они могут состоять из двух, трёх и вообще многих слов, например: tikrinis daiktavardis (языкознание), naudingųjų iškasenų sodrinimas (химия, геология), neregistruotųjų vertybinių popierių rinka (экономика) и др. В научных и специальных текстах встречаются также более длинные так называемые описательные составные термины, например: kopūstai po dobilų, įsėtų į vikių ir avižų mišinių žaliajam pašarui (название предшественника в сельскохозяйственной терминологии), nacionalinių pajamų sukūrimo, paskirstymo, perskirstymo ir galutinio panaudojimo balansas (экономика) и т. п. По содержанию (или функциональному признаку) термины делятся на видовые, родовые и категориальные. Это деление связано с различным объёмом (экстенсией) и содержанием (интенсией) терминов. Первое свойство Ш. Шалкаускис называл протяжённостью, а второе — ёмкостью. Они связаны отношением обратной пропорциональности: при уменьшении одной другая увеличивается. Наибольший объём имеют категориальные термины, наименьший — видовые. Терминология каждой области включает тысячи терминов, поэтому в практической работе по упорядочению терминов важны также вопросы связей между терминами, их разделения и классификации. Решая проблему содержания терминов и их отношений, терминология прежде всего опирается на три науки: конкретную научную (производственную, спортивную и т. п.) область, языкознание и логику. Эти области и составляют основу теории терминологии. И Ш. Шалкаускис, и Э. Вюстер связывали объект терминологии также с онтологией, психологией, философией и другими науками. Однако эти области всё же имеют с терминологией меньше точек соприкосновения, чем с 1 Jakaitienė E. Leksinė semantika. V.,1988.P.18. 27 логика, словообразование, культура речи или социолингвистика. Канадский терминолог F.W.Rigs помещает терминологию между лексикологией и концептологией и иллюстрирует их взаимосвязь следующей схемой2: Языковые требования к терминам Основные и наиболее часто упоминаемые языковые требования к терминам таковы: правильность, точность, системность, краткость, словообразовательное удобство, эмоциональная нейтральность и др. Некоторые из этих требований мы уже рассматривали в других изданиях3, поэтому в этот раз подробнее поговорим о 3 наиболее важных языковых требованиях к терминам, а именно: правильности, точности и словообразовательном удобстве. Правильность — одно из важнейших требований терминологии. В стандарте Литовской Республики «Принципы и методы терминологии» (1115–90), подготовленном на основе соответствующего международного стандарта (ISO 704–87), она определяется как соответствие нормам конкретного языка. Итак, правильность — это соблюдение правил произношения, ударения, орфографии, грамматики, словообразования и употребления. Например, термин или его компонент не может быть образован неправильно (bešaudyklinės staklės, vyrinžinierius), иметь неправильное ударение (dožimetras, įkrova, važiuoklė), быть написан неправильно (skersnukis, šašlikas, pusiausvyrumas), иметь неправильное грамматическое оформление (ekslibris, herbera, jacintas) и т. д. Термины часто имеют более сложную словообразовательную структуру, чем простые слова, например: [(žied)+yn]+ pumpuris (ботаника), {prieš + [(stipr)+ in) + turi + is } (техника), {[į + (magnet + in)] + am] + umas (техника), {[(šluo + t) + smilg] + ynas} (ботаника) и т. д. 2 Суперанская А., Подольская Н., Васильева Н. Общая терминология. М., 1989. С.21. 3 Gaivenis K. Lietuviškų terminų vaizdingumo klausimu//Lietuvių leksikos ir terminologijos problemos. V.,1991.P.26–31. 28 Теоретики словообразования иногда называют ступени словообразования также шагами или актами словообразования. В общебалтийских и общеславянских языках, как считается, в среднем насчитывается 3–4 словообразовательных шага. Образование терминов иногда достигает 5–6 шагов. Разумеется, более подробное исследование ступенчатости (глубины) словообразования терминов уже может выйти за пределы синхронного словообразования. Наиболее частые случаи неправильного образования терминов в настоящее время таковы: 1. Неточный выбор приставки, суффикса, окончания, основы или производящего слова, обусловленный копированием структуры слов других языков, например: название теплоизоляционного строительного материала apšildytojas неправильно не только из-за употребления неподходящего суффикса, но и из-за неверно выбранного производящего слова (должно быть: šiltalas) и т. д. 2. Неточный выбор словообразовательного типа или категории, обусловленный применением принципа псевдоаналогии. Например, неологизм bebrim-vietė образован по аналогии с сомнительными образованиями augimvietė, kirtimvietė, perimvietė, radimvietė и подлежит замене правильным неологизмом bebravietė. Нельзя утверждать, что неправильный термин ugniaat-sparumas образован от слов ugnis и atsparumas (на самом деле он образован от прилагательного ugniaatsparus, а последнее — от слов ugnis и atsparus). Итак, слово ugniaatsparumas неправильно потому, что неправильно его производящее слово — прилагательное ugniaatsparus. Этот однословный термин следует заменить составным термином atsparumas ugniai. 3. Неточный выбор грамматических конфигураций составных терминов, обусловленный копированием структуры словосочетаний других языков. Например, для выражения отношения целого и части в русской терминологии употребляются составные термины типа «прилагательное + существительное», тогда как в нашей терминологии — словосочетания с родительным падежом, например: stabdinė (= stabdžių) pavarà, anteninis (= antenos) pérjungiklis и т. д. 4. Из проектов стандартов терминов видно, что при постановке ударения в литовских терминах чаще всего ошибаются в определении интонации, а не места ударения (например, в выборке из 320 терминов обнаружено 94 ошибки выбора интонации и 10 ошибок определения места ударения). Чаще всего встречаются следующие ошибки интонации: a) неправильно ставится ударение в приставочных производных (например, sąnaudos, įtvaras, povėržlė и т. п.); b) не учитывается 29 метатония в суффиксальных существительных (например, matúoklis, gru- pūotė и т. п.); c) неправильно ударяется вторая часть сложных слов (например, lūpažiedžiai, šimtakojis, daugiasluoksnis и т. п.). 5. Наиболее распространены следующие орфографические ошибки в терминах: a) постановка там, где она не нужна, и отсутствие там, где она необходима (например, helioterapija, т. е. helioterapija, kompiuteris, т. е. kompiuteris, variantas, т. е. variantas и т. п.); b) при соединении частей сложных терминов, а также приставки с корнем пишутся не все столкнувшиеся согласные или гласные (например, название рыбы skersnukis, т. е. skersnukis, прилагательное tarplanetinis, т. е. tarpplanetinis и т. п.); c) дефис между компонентами составного термина ставится там, где он не нужен, или не ставится там, где он необходим; кроме того, дефис смешивают с тире (например, silabinė toninė eiliadara, т. е. silabinė-toninė eiliadara, gydytojas-chirurgas, т. е. gydytojas chirurgas и т. п.); d) компоненты составных собственных названий в астрономии, географии и некоторых других областях пишутся не по правилам орфографии (например, Didieji Grįžulo ratai, т. е. Didieji Grįžulo Ratai, Raudonasis kryžius, т. е. Raudonasis Kryžius и т. п.) Точность. Точность терминов прежде всего связана с их однозначностью и определённостью значения. Однако в практической работе по нормализации терминов этих качеств нелегко достичь. Однозначность терминов формируется в ходе постоянной борьбы мнений. Лишь небольшую часть терминов все специалисты той или иной области на протяжении сравнительно длительного времени понимают и употребляют одинаково. Неодинаковое понимание терминов может сохраняться десятилетиями. Например, геологический термин facija существует более 100 лет, но до сих пор не имеет более или менее единого определения. Кроме того, этот термин употребляется не только в геологической, но и в географической терминологии, где его понимание и определение уже несколько иные. Неодинаково понимаются и толкуются также литературоведческие термины fabula ir siužetas, термины языкознания žodis, tranzityvumas, veiks las и др. Чаще всего это наиболее содержательные категориальные понятия. В целом всё это вполне нормально. Если бы все специалисты какой-либо одной области понимали и определяли термины только одинаково, это означало бы отсутствие какого-либо научного прогресса. В терминологии существует и так называемая категориальная многозначность— 30 ность. Это явление, при котором одним и тем же термином обозначаются и действие, и результат (например, vertimas — литература) либо действие и место действия (например, kirtimas — лесное хозяйство). Специалисты некоторых областей успешно избегают такой неточности терминов. Например, физики обозначают терминами greitis, dažnis, tankis конкретные величины, выраженные в определённых единицах, и не смешивают их с названиями свойств. Между тем специалисты других областей, называя результаты действий, часто без необходимости (особенно под влиянием других языков) превращают множественное число названий действий в термины (например, išrūkimai, т. е. išrūkos — экология, išvarvėjimai, т. е. išvarvos — ветеринария и т. п.). Точность терминов, несомненно, связана и с их мотивированностью. Однако нельзя утверждать, что мотивированные термины точны, а немотивированные — неточны. Неточными следует считать лишь термины с вводящей в заблуждение мотивировкой. Такие термины часто возникают под влиянием других языков, например: непрерывное (= ненепрерывное) производство (экономика), учащённое (= участившееся) дыхание (медицина) и т. п. Кроме того, точность терминов нельзя связывать со словообразовательным значением. Специалисты разных областей очень часто так поступают, утверждая, что тот или иной термин неточен, потому что его словообразовательное значение не противоречит терминологическому значению. Точнее говоря, словообразовательное значение они воспринимают как важнейшую сему значения термина. В действительности словообразовательное значение по своей абстрактности, можно сказать, занимает промежуточное положение между лексическим и грамматическим значениями. Оно вытекает из структурных компонентов производного слова и отношений между ними. Например, словообразовательное значение термина pievagrybis (Agaricus) — «гриб, растущий на лугу (луговой гриб)». Его лексическое и терминологическое значения гораздо шире и конкретнее. Ботаники выделяют по меньшей мере несколько видов этих грибов и говорят даже о лесных шампиньонах (Agaricus silvaticus) и полевых шампиньонах (Agaricus arvensis). Кроме того, на лугах растёт ещё множество других грибов, которые шампиньонами не называют. Таким образом, словообразовательное значение чаще всего представляет собой мнимое, обманчивое значение слова. В целом можно утверждать, что точность терминов в наибольшей степени связана с их семантикой. Удобство употребления. Э. Якайтене утверждает, что цивилизованные наро- 4 Jakaitienė E. Ten pat. P. 91. 31 В тех языках производные составляют около 60% лексики4. Другие теоретики говорят, что соотношение производных и первичных слов зависит от степени синтетичности языка. В аналитических языках первичных слов, по-видимому, больше, чем в синтетических. В. Урбутис утверждает, что в литовском языке производные должны составлять не менее 4/5 всей лексики5. В «Словаре словообразования» русского языка А. Тихонова (1985) соотношение первичных слов и производных, как сообщается, таково: 18118 и 126690= 1:76. По данным С. Кейниса, 92,5% существительных — однословных терминов, исконно литовских и гибридных, включённых в «Русско-литовский словарь экономических терминов» (В., 1966), образованы от других слов (всего для подсчёта было взято немногим более 1600 разных слов, из них первичных — около 120). Около 90% таких же терминов, представленных в «Русско-литовско-английском словаре терминов вычислительной техники» (В., 1971) и «Словаре ботанических терминов» (В., 1965), также являются производными (всего соответственно более 1900 и около 800 разных слов, из них первичных — около 180 и 120)7. Так или иначе, производные составляют большую часть однословных терминов, поэтому важно, чтобы их было удобно образовывать. Корневое слово и производное считаются «словообразовательной парой», маркированным членом которой является производное. Это понятие служит своего рода элементарной ячейкой всего словообразования. Однако словообразовательный процесс не ограничивается словообразовательной парой. Если от производных снова образуются новые слова, возникают словообразовательные цепочки8, например: •—•—•—• (1) Рис. (1): leisti→laidus→laidininkas→puslaidininkis→puslaidininkinį; stiprus→stiprinti→stiprintuvas→priešstiprintuvis и т. п. 5 Urbutis V. Žodžių darybos teorija. V., 1978. P. 62. 6 Моисеев А. Основные вопросы словообразования в современном русском литературном языке. Л., 1987. С.5. 7 Keinys S. Priesaginė lietuviškų terminų daryba // Lietuvių terminologija. V., 1975. P. 7. 8 Моисеев А. Там же. С. 181 и далее. 32 Такие словообразовательные цепочки терминов могут разветвляться, например: (2) Рис. (2): от слова geležis образовано слово geležinis, а от последнего — geležinkelis, geležiniai (оковы); от слова geležinkelis — geležinkelininkas и т. д. Если от одного и того же корневого слова вновь образуются новые слова, возникают словообразовательные веера, например: (3) Рис. (3): vilkas → vilkauglis, vilkauogė, vilkduobė, vilkdagis, vilkligė и др. Словообразовательные веера терминов могут также соединяться и образовывать словообразовательные комплексы терминов. Кроме того, специалисты по словообразованию говорят и о словообразовательных гнёздах. Правда, это понятие часто понимается неодинаково. Одни полагают, что гнездо могут составлять только слова с одним корнем, другие же считают, что его могут составлять все производные от какого-либо одного словообразовательного аффикса. Однако чаще всего предполагается, что словообразовательное гнездо образует совокупность родственных слов с общим корнем. Словообразовательное гнездо является результатом словообразовательных процессов. Например: drąsus – смелость – смело – смельчак – смелеть – смеление – смелить – ободрение – смельчак В словообразовательных гнёздах могут выделяться также словообразовательные па- 33 Парадигмы — совокупности слов одной ступени словообразования. Иначе говоря, это ветви словообразовательных гнёзд. Следовательно, сами гнёзда также можно считать большими парадигмами. Понятие «словообразовательное гнездо», выражаясь словами математиков, обратно пропорционально понятию «словообразовательный тип»: гнездо — совокупность слов с общим корнем и различными аффиксами, а тип — совокупность слов с общим аффиксом, но различными корнями. Например, все прилагательные с суффиксом -inis образуют один словообразовательный тип, хотя их корни могут быть разными: от существительных (medinis: medis), прилагательных (saldinis: saldus), числительных (pirminis: pirmas), даже названий букв (tėjin: tė) и т. д. В. Урбутис говорит, что словообразовательный тип можно понимать двояко: либо как существующую в языке абстрактную структурную схему, по которой образуются все производные одной и той же словообразовательной семантики и формы, либо как существующие в речи (то есть в высказывании) сами такие производные, их совокупность9. Словообразовательный тип как формальную схему можно представить в трёх измерениях: 1) словообразовательное значение; 2) лексико-грамматический характер производящего слова; и 3) словообразовательный формант. Словообразовательная продуктивность — это пригодность термина для образования новых слов, семантически и формально от него зависимых. Наибольшей словообразовательной силой в литовском языке обладают существительные, прилагательные и глаголы. Однако это обширные и разветвлённые части речи, и термины образуются не от всех их разрядов. Например, названия орудий образуются только от глаголов активного действия. Названия действий с суффиксом -imas не образуются от смешанных глаголов, имеющих в инфинитиве суффикс -yti. Названия результата действия с суффиксом -muo (-menys) не образуются от глаголов с приставками. Наиболее типичные и очень редкие случаи образования сложных терминов таковы: 9 Urbutis V. Ten pat. P. 246. 34 Сложное слово Часто Умеренно часто Редко Очень редко (или невозможно) Существительное + существительное + Существительное + прилагательное + Прилагательное + существительное + Прилагательное + прилагательное + Прилагательное + глагол + Глагол + существительное + Глагол + прилагательное + Глагол + глагол + И в общеупотребительном языке, и в языке науки глаголы образуются не только от глаголов, но и от именных частей речи. В терминологии часто возникает необходимость вновь образовывать существительные от отглагольных существительных. Такой способ работы уже неудобен и бесперспективен. В целом наиболее полезны для словообразования короткие литовские слова. Логические требования к терминам Логики говорят, что наименование, или имя, — это языковое выражение, 35 обозначающее объект или класс объектов10. Однако понятия и «объекта», и «нарицательного или собственного имени» в языкознании и логике не совпадают. Например, существительное человечество в логике считается собственным (единичным) именем, а в языкознании — нарицательным, собирательным. Различается и понимание понятия «понятие». Несомненно, логики будут понимать «понятие» глубже и всестороннее, тогда как для терминологии понятие имеет лишь второстепенное значение, хотя и стандартизовано международным стандартом (ISO|R 1087 – 1969): «любая единица мышления, выраженная термином, буквенным или каким-либо иным символом». Все термины обозначают понятия. Однако есть слова, которые понятий не обозначают, например: союзы, частицы, междометия и т. д. С другой стороны, термины обозначают не обычные, а специальные понятия той или иной области. Каждое понятие имеет содержание (совокупность внутренних и внешних признаков) и объём (совокупность всех объектов, обладающих признаками данного понятия). Чем шире содержание понятия, тем уже его объём. Иными словами, чем больше признаков отражено в понятии, тем меньше объектов обладают этими признаками. Важнейшими являются два логических требования к терминам: системность и точность определений. Первое требование связано с распределением и классификацией терминов и соответствующих им понятий, а второе — со стандартизацией определений. Совокупность понятий в терминологии прежде всего распределяется по категориям: предметы, процессы, инструменты, свойства, величины. Предметам свойственны признаки формы, размера, происхождения, конструкции (строения), назначения, материала, химического состава, способа производства, принципа действия. Для понятий категории процессов выделяются признаки характера протекания, его скорости, интенсивности, времени, причины возникновения, результатов и т. д. Такое распределение по категориям, конечно, ещё не является исчерпывающим и точным. В терминологии понятия отличаются друг от друга прежде всего объёмом. В зависимости от него отношения между понятиями могут быть нескольких видов, а именно: 10 P l e č k a i t i s R. Logikos įvadas. V., 1968.P128. 36 1) равенства значений (тождественности), например: «лингвистика» (A) и «языкознание» (B), 2) разобщённости, например: «ворона» (A) и «ворон» (B) 3) пересечения, например: «термин» (A) и «слово» (B) 4) включения, например: «cyplė» (A) и «утка» (B) В практической деятельности по упорядочению терминов чаще всего выделяют два типа отношений между понятиями: иерархические и неиерархические отношения, например: «автобус» (родовое понятие) и «двухэтажный автобус» (видовое понятие); «автобус» (понятие целого) и «ходовая часть» (понятие части). Неиерархические отношения между понятиями чаще всего таковы: материал — продукт, причина — следствие и др. Они основаны не на внутренних, а на внешних признаках понятий. Классификация понятий тесно связана с их логическим делением. Чаще всего выделяют два вида деления: 1) деление по изменению признака и 2) деление по наличию или отсутствию признака. Последнее деление также называют дихотомическим. Это такое деление, при котором классы разделяются только на два подкласса. При делении понятий необходимо соблюдать определённые правила, а именно: 1) деление должно быть соразмерным; 2) деление должно быть непрерывным; 3) члены деления должны исключать друг друга и 4) деление должно проводиться по одному основанию. При несоблюдении правил деления возникают различные несистемные понятия и соответствующие им термины. Например: 1) летучие вещества в магме нельзя делить на воду, хлор, фтор, оксид бора и углекислоту 37 поскольку здесь деление проводится не по одному основанию: одни члены деления — химические элементы (например, хлор, фтор), а другие — соединения (оксид бора; углекислота); 2) основные антисептические вещества нельзя делить на фенолы, формальдегиды, галогены, перекись водорода, перманганат калия, борную кислоту, соли тяжёлых металлов, сульфаниламиды, антибиотики, поскольку понятия «перекись водорода», «перманганат калия», «борная кислота» являются видовыми, а «фенолы», «формальдегиды», «галогены» — родовыми (здесь нарушено правило непрерывности деления); 3) подъёмники (техника) нельзя делить на механические, винтовые и гидравлические, поскольку винтовые подъёмники являются подвидом механических подъёмников и т. д. Деление понятий тесно связано с их классификацией: всякая классификация одновременно является и делением, однако не всякое деление является классификацией. Логики дают такое определение классификации: «Классификация — это такое деление, при котором (когда — K.G.) объекты распределяются по классам так, что каждый класс занимает постоянное определённое место по отношению к другим классам»11. В логике чаще всего выделяют два вида классификации — вспомогательную и основную (истинную, естественную). Первая классификация помогает находить объекты среди других объектов (например, распределение терминов в алфавитном порядке), а вторая распределяет объекты по классам на основе их существенных признаков. В терминологии же чаще используются две другие системы классификации: иерархическая, при которой между классифицируемыми группами устанавливаются отношения подчинения, и фасетная, при которой множество многократно делится по различным основаниям. Системность терминов иногда понимают и как типичность словообразования. Однако всё же точнее называть системностью последовательность и согласованность классификации или деления терминов. Следовательно, несистемные термины могут быть совершенно правильными и точными. В этой статье мы отдельно не будем говорить о точности определений, поскольку ранее она уже обсуждалась в издании «Terminologija»12. 11 P l e č k a i t i s R. Ten pat. P. 91. 12 G a i v e n i s K. Keletas minčių apie terminų standartizaciją// Terminologija. V., 1995. Kn. 2. P. 6–11. 38