Dėl terminų „standartizacija“, „norminimas“ ir „kodifikacija“ santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje

RITA MILIŪNAITĖ Институт литовского языка О СООТНОШЕНИИ ТЕРМИНОВ СТАНДАРТИЗАЦИЯ, НОРМИРОВАНИЕ И КОДИФИКАЦИЯ В СОВРЕМЕННОМ НОРМАТИВНОМ ЯЗЫКОЗНАНИИ КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: литературный язык, языковое регулирование, стандартизация языка, нормирование, кодификация, терминология. ВВОДНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ В работах по современному литовскому и зарубежному языкознанию трактовка понятий, обозначаемых терминами нормативного языкознания стандартизация, нормирование и кодификация1, варьируется; сами термины также еще не до конца устоялись. Поэтому не случайно необходимость пересмотреть эти и некоторые другие термины данной области и точнее их определить (или даже переименовать то или иное понятие) поднимается в ряде недавних научных публикаций литовских языковедов2. Однако возможности для всесторонней дискуссии о терминах ограничивает то, что иногда опираются лишь на отдельные источники, а это само по себе сужает круг проблем, связанных с употреблением этих терминов. Поэтому выводы не всегда отличаются научной точностью и объективностью. Возможны несколько подходов к проблематике этих терминов, определяющих также направления исследования: 1) диахронический, позволяющий рассматривать возникновение упомянутых терминов, их историческое развитие и связь с этапами становления и контекстом развития самого литовского литературного языка (в более широком смысле — также литературных языков других стран); это требует специальных подробных исследований (см. Deumert, Vandenbussche 2003: 455–469; Subačius 2004: 97–115; Miliūnaitė 2010: 231–256); 2) синхронический, ограниченный современным состоянием терминов нормирования языка и включающий два аспекта: 1 Эти три термина в заглавии статьи, введении и части 1 в обобщенном виде обозначают гнезда терминов с соответствующими корнями, поскольку в реальном употреблении есть и другие словообразовательные варианты каждого термина, а иногда и синонимы, обозначающие сходные, но не тождественные понятия. 2 Например, Audrius Valotka рассматривал термины языковая политика и языковое планирование (Valotka 2015: 84–101); другие недавние обсуждения терминологии этой области рассматриваются в последующих частях статьи. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351–7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 2 а) теоретически определить потребность в рассматриваемых терминах и взаимосвязи между понятиями, выражаемыми терминами этой микросистемы, опираясь на важнейшие современные источники по литовскому языкознанию, а также на контекст англоязычной лингвистической литературы, которая сегодня в целом во многом определяет выбор литовской терминологии; б) исследовать особенности реально функционирующих рассматриваемых терминов в различных текстах по литовскому языкознанию и установить тенденции их употребления. Совокупность этих направлений и аспектов исследования может помочь составить достаточно полное представление о развитии и функционировании рассматриваемых терминов в литовском языкознании. Объём статьи позволяет выбрать один из аспектов. Особенно интересным, хотя и нелёгким для реализации, представляется случай 2а, поэтому далее рассматривается именно он, при этом не исключаются связи и с упомянутыми исследованиями иного направления. 1. КАКОГО МАСШТАБА «ЕЩЁ ОДНА БЕДА ЛИТОВСКОГО ЯЗЫКОЗНАНИЯ»? К рассмотрению терминов нормативной лингвистики стандартизация, нормирование и кодификация побудила опубликованная в 2016 г. в интернет-журнале Вильнюсского университета Lietuvių kalba Lietuvių kalba статья трёх авторов — Ирене Сметонене, Антанаса Сметоны и Аудрюса Валотки — «О термине стандартный язык» (Smetonienė, Smetona, Valotka 2016)3. Как следует из заглавия статьи, она посвящена термину стандартный язык, а её содержание показывает, что авторы пытаются обосновать необходимость этого термина для современного литовского языкознания и заменить им укоренившийся термин общий язык, употребляемый с 1927 г. с перерывом на несколько лет советского периода. Наряду с этим кратко упоминаются и другие важные для нормативной лингвистики термины (Smetonienė, Smetona, Valotka 2016: 10): Следует обратить внимание и на ещё одну беду литовского языкознания: нормирование и кодификация языка для нас — синонимы, а стандартизация вообще не определена.4 В подтверждение этого утверждения авторы на странице 10 приводят таблицу (только не указывают её название, см. таблицу 1). Не анализируя содержание этой таблицы (далее в тексте — таблица КНС), авторы статьи делают следующий вывод (имея в виду не только 3 Рецензию Алдонаса Пупкиса на эту статью см. в 90-м номере журнала Bendrinė kalba (доступен в интернете: http://www.bendrinekalba.lt/Straipsniai/90/Pupkis_BK_90_straipsnis.pdf). 4 Опечатка, оставленная авторами статьи. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 3 эти, но и ранее обсуждавшиеся в тексте термины для обозначения разновидности общего языка) (Smetonienė, Smetona, Valotka 2016: 11): Итак, как мы видим, терминологический хаос очевиден (и, кстати, в лингвистической терминологии он не так уж редок). Цель этой статьи — не упорядочить всю эту микросистему терминов. Тем не менее утверждение авторов о «ещё одной проблеме литовского языкознания» весьма далеко от истины. Почему? Главная «проблема» самих авторов заключается в том, что они опираются на единственный литовский источник — Энциклопедию литовского языка (далее — LKE), а среди источников на других языках также выбирают лишь по одному, поэтому не видны ни разнообразие, ни другие упущенные из виду аспекты употребления этих терминов. Не обращено внимание даже на довольно недавний лексикографический источник — Словарь терминов лингводидактики (далее — LTŽ) (2012), включённый также в Банк терминов Литовской Республики (далее — TB), — где эти термины чётко определены. Кроме того, микросистемы терминов нескольких языков можно и нужно сопоставлять, однако те или иные расхождения сами по себе ещё не означают, что какая-либо из этих микросистем в чём-либо ущербна. С другой стороны, следует признать, что в литовской микросистеме терминов нормирующей лингвистики есть определённая неупорядоченность, обусловленная несколькими причинами: 1) нет чёткого соглашения о том, какие понятия необходимы и каково их содержание; 2) базовые понятия «стандарт» и «норма» являются частичными синонимами, что порождает синонимичность производных понятий, а вместе с ней и двусмысленность; 3) микросистему терминов литовской нормирующей лингвистики разбалансирует влияние других языков, поскольку в них эта микросистема формируется не всегда по тем же принципам. Гораздо более серьёзная проблема, как ни парадоксально, — нынешнее состояние кодификации литовской лингвистической терминологии. Отделив кодификацию литовской лингвистической терминологии (и рассматриваемой микросистемы) от реального употребления, можно утверждать, что эта терминология по сравнению с терминологией других научных областей довольно плохо упорядочена лексикографически. Большая часть лексикографических источников отстаёт на несколько десятилетий, если не больше, от реально употребляемой терминологии. Создаётся или заимствуется множество новых терминов в ответ на актуальные направления зарубежного языкознания, однако эта терминология ни централизованно не систематизируется, ни публикуется. Вышедший в конце XX века литовский Словарь лингвистических терминов (далее — KTŽ) в своё время был необходимым и полезным трудом (см. KTŽ 1990, 288 p.), однако теперь он уже не может сравниться даже BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 4 с изданным латышами в 2007 г. «Толковым словарём лингвистических терминов» (далее — VPSV) (2007, 623 с.). 1ТАБЛИЦА. Определения кодификации, нормирования и стандартизации в источниках на трёх языках (Smetonienė, Smetona, Valotka 2016: 10). Кодификация Кодификация языка Codification Установление и отбор языковых норм на основе методов языкознания называются кодификацией или нормированием. (Энциклопедия литовского языка) Эксплицитное (зафиксированное в словарях, грамматиках и т. п.) признание нормативности языкового явления или факта, целенаправленная разработка правил и предписаний, призванная способствовать сохранению литературных норм и их научно обоснованному обновлению. (Словарь социолингвистических терминов) Термин, используемый в языковом планировании (планировании корпуса), обозначающий составление систематического изложения правил и условностей, регулирующих употребление разновидности языка, обычно стандартного языка сообщества. (D. Crystal A Dictionary of Linguistics and Phonetics) Нормирование Нормализация языка Normalization Установление и отбор языковых норм на основе методов языкознания называются кодификацией или нормированием. (Энциклопедия литовского языка) Процесс формирования орфоэпических, грамматических и лексических норм, считающихся образцовыми в данном языке. (Словарь социолингвистических терминов) Термин, используемый в слуховой фонетике для обозначения типа произношения, формирующегося при восприятии речи, при котором учитываются такие вариации, как различия между говорящими или изменения темпа речи. (D. Crystal A Dictionary of Linguistics and Phonetics) Стандартизация Стандартизация языка Standardization В Энциклопедии литовского языка не описан. Сведение свободных вариантов языковых единиц к одному, выбор предпочтительного (рекомендуемого) образцового варианта с соответствующей фиксацией в словарях, грамматиках и т. п. как основа нормализации языка. (Словарь социолингвистических терминов) Естественное развитие стандартного языка в речевом сообществе (или попытка сообщества навязать один диалект в качестве стандарта) называется стандартизацией. (D. Crystal A Dictionary of Linguistics and Phonetics) Авторы упомянутой статьи, понимая, что проблема рассматриваемых терминов заслуживает большего внимания, призывают «учёных, специализирующихся в этой области языкознания, заняться упорядочением всей микросистемы». Для такого упорядочения, насколько в нём есть необходимость, следовало бы BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 5 уделить отдельное внимание, например, при подготовке нового словаря лингвистических терминов или выпуске нового издания LKE. Однако, как уже упоминалось, для всестороннего рассмотрения теоретических и практических аспектов происхождения обсуждаемых терминов, их исторического развития и функционирования, а также их представления в различных источниках потребовалось бы более масштабное исследование. Поэтому цель настоящей статьи уже: теоретически определить микросистему понятий, необходимых для описания процесса нормирования литературного языка, и терминов, обозначающих эти понятия. Для достижения этой цели ставятся следующие задачи: 1) охарактеризовать основные понятия, обозначающие составные части (этапы) процесса нормирования; 2) обсудить термины стандартизация, нормирование и кодификация, а также их варианты и синонимы; 3) раскрыть взаимосвязи между терминами, обозначающими регулирование языка, и представить очерк возможной микросистемы этих терминов. 2. О КАКИХ ПОНЯТИЯХ И ОБОЗНАЧАЮЩИХ ИХ ТЕРМИНАХ ИДЁТ РЕЧЬ? Термины стандартизация, нормирование и кодификация, а также их варианты и синонимы описывают различные аспекты регулирования литературного языка, связанные как с внешней стороной литературного языка (то есть с его отделением от других вариантов национального языка), так и с его внутренним устройством (то есть с кристаллизацией и упорядочением норм литературного языка). Чтобы содержание и контекст рассматриваемых терминов были яснее, сначала необходимо определить опорные понятия «литературный язык» и «регулирование литературного языка». Литературный язык — это вариант языка, который складывается как стихийно, так и создаётся сознательно. Этим он отличается от других вариантов языка, возникновение, функционирование и развитие норм которых обычно описываются лишь как саморегуляция языка, без сознательного и целенаправленного вмешательства извне. Правда, говоря о литературном языке, перевешивает (и вполне понятно почему) один аспект — подчёркивается более или менее активное, организованное (часто на государственном уровне) воздействие на его развитие, тогда как особенности его естественного развития остаются в стороне. Кроме того, литературный язык одновременно является и объектом регулирования, и его результатом. Именно взаимодействие этих двух, пусть и противоречивых, сторон природы одного и того же литературного языка — объекта и результата регулирования — и не пытаются осмыслить в нынешней дискуссии о содержании и соотношении терминов литературный язык и стандартный язык. Более того, пытаются искусственно разделить эти две стороны и деконструировать единство термина литературный язык: нормативный, то есть BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 6 кодифицированный литературный язык противопоставляется его реальному употреблению, как если бы это были две отдельные разновидности, которые следовало бы называть совершенно разными терминами. Поэтому, несколько отступая от основной цели и задач, целесообразно предложить наиболее приемлемое для рассматриваемой проблематики понимание литературного языка. Лингвист Прана́с Скарждюс в 1927 г. в журнале Švietimo darbas (Skardžius 1997 [1927]: 30–85) первым публично употребил термин bendrinė kalba и обосновал его. Кстати, до марта 2013 г. в Литве считали и писали, что именно П. Скарждюс создал этот термин. Однако в том же марте в передаче Литовского национального радио «Ryto garsai» прозвучала одна из программ радиостанции «Amerikos balsas», в которой была опубликована запись выступления, сделанная в 1964 г. на съезде Католической академии в Соединённых Штатах Америки; на вопросы там отвечал известный межвоенный лингвист Антанас Салис, во время войны уехавший на Запад. Он объяснил, что сам предложил П. Скарждюсу термин bendrinė kalba как перевод немецкого термина Gemeinsprache, после чего тот стал повсеместно его употреблять. Прана́с Скарждюс определяет литературный язык как такой, «который могли бы понимать жители всей страны», который «стал общим для всей страны, для всего государства», «признаётся, употребляется или стремятся употреблять во всей этнографической Литве как общепринятое средство общения», особо подчёркивая тем самым его общность (Skardžius 1997 [1927]: 34–35). Именно для процесса создания литературного языка, отбора его норм и их распространения, который разворачивается во времени от выбора основы литературного языка до настоящего момента и определения ориентиров на будущее, и необходимы специальные термины, позволяющие описывать этот процесс с учётом различных особенностей. В определениях литературного языка обычно указываются важнейшие признаки, отличающие эту разновидность языка от других разновидностей национального языка. Для контекста рассматриваемых терминов важнейшим является признак литературного языка, характеризующий целенаправленное воздействие на него, или характер его упорядочения5. Процесс упорядочения литературного языка из-за постоянных языковых изменений не имеет завершения; различаются лишь его масштаб и используемые средства в разных странах. С учётом этого для литовского литературного языка могло бы подойти следующее определение: Литературный язык — престижная разновидность языка, создаваемая, используемая и целенаправленно упорядочиваемая языковым сообществом, исторически, культурно, а часто и политически связанным, предназначенная для нужд общественной жизни и обладающая нормами, фиксируемыми кодификацией. 5Сознательному регулированию может подвергаться не только литературный язык, но и другие разновидности (например, нормируется письменность литературного жемайтского диалекта), однако это не тенденция, а скорее исключение, продиктованное потребностями конкретного языкового сообщества. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 7 Сходным образом, но более развёрнуто, литературный язык определяется и в LTŽ (2012): литературный язык (англ. standard language, фр. langue standard (f), рус. литературный язык, нем. Standardsprache (f)) общепринятая разновидность ↑языка, в большей или меньшей степени нормированная, обладающая наибольшим престижем и высочайшим общественным статусом ↑в языковом сообществе, используемая как язык письменности, общественной жизни, образования, культуры, средств массовой информации, литературы и образованных слоёв общества. Δ постоянно обогащается, целенаправленно создаётся, регулируется и нормируется; для этого издаются словари, грамматики и другие нормативные и учебные пособия. Δ нормированием занимаются научные учреждения и государственные органы, в Литве — Государственная комиссия по литовскому языку. Δ этой разновидности обучают в школах; её преподают как ↑иностранный язык носителям других языков. В этих двух определениях понимание литературного языка отличается от традиционного для литовского языкознания, поскольку в них выдвигаются два новых положения. Первое — непрерывность упорядочения языка, поскольку до сих пор чаще подчёркивался результат упорядочения, а не сам процесс. Например, в различных трудах по литовскому языкознанию говорится, что литературный язык является «сознательно обработанным» (Pupkis 2005: 30), «в большей или меньшей степени нормированным языком, предназначенным для нужд письменности всего народа, общественной жизни и культуры» (LKE 2008: 77); тем самым выделяется лишь один аспект — кодифицированный литературный язык. В законопроектах о внесении изменений в Закон о государственном языке, рассматриваемых Сеймом Литовской Республики, главным признаком указывается нормативность: Литовский литературный язык — правильный, то есть основанный на словаре литовского языка, правилах грамматики, орфографии и пунктуации и других признанных источниках языковых норм письменный или устный литовский язык, предназначенный для нужд общественной жизни. (LRVKĮPĮ 2008). Литовский литературный язык — правильный письменный или устный литовский язык, основанный на нормах словаря, грамматики, орфографии и пунктуации литовского языка и предназначенный для нужд общественной жизни. (LRVKĮPĮ 2011). Panašiai rašoma ir aukštųjų mokyklų vadovėlyje (LBK 2014: 24, paryškinta autorių): Литературный язык — это нормированная (стандартизированная) разновидность языка, имеющая письменную и устную формы и используемая во многих сферах, общая для всех пользователей языка. От других разновидностей языка (диалектов или социолектов) литературный язык прежде всего отличается тем, что он кодифицирован, или нормирован, то есть стандартизирован. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351–7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 8 Нормированным и правильным можно считать состояние кодифицированного литературного языка, но не его реальное употребление, которое часто отличается вариативностью как вследствие внутреннего развития, так и под влиянием общих процессов дестандартизации, происходящих в настоящее время в европейских языках, и поэтому не лишено элементов, свойственных другим разновидностям национального языка и другим языкам. Во-вторых, у литературного языка, как уже отмечалось, есть и уровень естественного развития, поскольку не всё в нём происходит в результате сознательного регулирования. Поэтому важно отметить, что он также «создаётся языковым сообществом». Соотношение этих двух процессов — естественного и сознательного — может сильно различаться в разных языках и в разные периоды развития. В литовском языке сознательное воздействие на литературный язык, или его регулирование, иначе говоря — языковое упорядочение, занимает существенную часть развития, функционирования и изменения литературного языка, тогда как естественные процессы — гораздо меньшую. Пранас Кнюкшта относит к упорядочению литературного языка нормирование, надзор и развитие языка (Kniūkšta 1995: 28–39): Главный принцип целенаправленного упорядочения языка — системность, или закономерность. Она не только помогает нормировать язык, осуществлять за ним надзор и учиться ему, но во многих случаях также согласуется с задачами языкового развития. Более подробно языковое упорядочение определяется в LTŽ (2012): Языковое упорядочение — создание правовой системы охраны языка, учреждение органов и учреждений по нормированию языка, консультированию по вопросам его употребления, надзору и контролю за языком, а также организация их деятельности; разработка, администрирование и реализация программ и проектов поддержки языка; нормирование языка, распространение языковых норм, надзор за языком и контроль за ним. Таким образом, литературный язык, как и другие разновидности языка, складывается, функционирует и изменяется естественным образом, а также сознательно создаётся и упорядочивается (регулируется). Эти процессы происходят на двух уровнях: 1) макроуровне, то есть при понимании литературного языка как разновидности национального языка; 2) микроуровне, то есть при рассмотрении литературного языка как совокупности его норм. Если отделить от языкового упорядочения всё правовое и административное регулирование, то для обозначения других аспектов регулирования(ся), непосредственно связанных с разновидностью литературного языка и её нормами, потребуется не менее четырёх отдельных терминов (см. таблицу 2). BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 9 ТАБЛИЦА 2. Характер и уровни регулирования(ся) литературного языка и потребность в терминах Если разделить некоторые процессы, обозначаемые этими четырьмя терминами, на более мелкие этапы, терминов потребуется ещё больше. Поскольку можно выделить несколько этапов сознательного регулирования норм литературного языка (T2) — установление норм, их узаконивание и распространение в употреблении, — каждый из них также часто получает специальное обозначение. Таким образом, очевидно, что в литовском языкознании для этой цели используется больше терминов, чем приведено в таблице KNS (ср. таблицу 1). На рисунке 1 указаны термины, наиболее часто употребляемые (или предлагаемые к употреблению) в современных работах по литовскому языкознанию: стандартизация (стандартизация как процесс), стандартизирование; нормирование, нормализация (нормализация как процесс), кодификация, кодифицирование. Именно этот инвентарь терминов и рассматривается далее. Кроме того, все эти термины связаны с опорными понятиями «стандарт», «норма» и «кодекс», поэтому необходимо выяснить и их значения, связанные с терминами рассматриваемого инвентаря. РИС. 1. Термины, употребляемые (или предлагаемые к употреблению) в литовском языкознании для обозначения регулирования(ся) литературного языка BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 10 Далее эти термины рассматриваются в трёх отдельных группах в зависимости от их связей с опорными понятиями. Термины каждой группы обладают особенностями выражения, содержания и употребления, а также отдельными связями с терминами других языков, особенно английского. 2.1. Стандартизация (стандартизация языка) и стандартизирование Стандартизация, понимаемая как унификация разнообразных средств выражения языка, устранение вариантов и кристаллизация норм, в отличие от кодификации (см. раздел 2.3), считается социолингвистической универсалией (см. Deumert 2004: 6). Это обусловлено исторически сложившейся потребностью неоднородного языкового сообщества иметь языковой стандарт, или эталон, — общий, понятный всем вариант языка и его нормы (Milroy, Milroy 1999 [1985]: 19). В англоязычной лингвистической традиции термин стандартизация (англ. standardization) употребляется в нескольких значениях. Первое значение стандартизации относится к макроуровню (T1), то есть связано с литературным языком как разновидностью национального языка и означает более или менее сознательное, планомерное, централизованное создание и упорядочение этой разновидности (Deumert 2004: 6; Subačius 2004: 104–1056). Более конкретно Ана Доймерт определяет стандартизацию как процесс, в ходе которого литературные языки — относительно однородные, кодифицированные и идеологически легитимированные разновидности — создаются и развиваются в результате более или менее планомерной деятельности отдельных лиц или групп и распространяются по официальным каналам контроля, прежде всего через систему образования (Deumert 2010: 244). Кроме того, стандартизация означает также стихийное формирование такой разновидности (T3). Эти два аспекта значения непосредственно связаны со значениями наиболее близких к языкознанию опорного существительного стандарт и прилагательного стандартный, -ая, -ое в английском языке. Ср.: standard (сущ.) — форма языка, широко признанная обычной формой. (Англ. A form of language that is widely accepted as the usual form.) (OD) standard (прил.) — обозначающий форму языка или относящийся к форме языка, широко признанной обычно правильной формой: носители литературного языка (Англ. Denoting or relating to the form of a language widely accepted as the usual correct form: speakers of standard language) (OD) 6 Гедрюс Субачюс пересказывает концепцию стандартизации, предложенную Чарльзом Фергюсоном в 1968 году: «По его словам, стандартизация языка — это процесс, в ходе которого один вариант языка становится широко принятой языковым сообществом наддиалектной нормой — наилучшей формой языка». BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 11 standard (сущ.) — то, что установлено авторитетом, традицией или всеобщим согласием в качестве модели или примера) (англ. something established by authority, custom, or general consent as a model or example) (MW) standard (прил.) — в основном единообразный, закреплённый в письменном и устном употреблении образованных людей и широко признанный допустимым: общепринятое (стандартное) произношение (англ. substantially uniform and well established by usage in the speech and writing of the educated and widely recognized as acceptable: standard pronunciation <...>) (MW) Таким образом, в английском узусе общепринятую, договорную разновидность языка принято называть стандартной. Второе значение стандартизации в английском языке относится к микроуровню (T2). Это устранение вариантов одной и той же языковой единицы (например, орфографических, произносительных, формообразовательных и др.), то есть легитимация, признание одного из имеющихся в языке вариантов и его отнесение к нормативным (ср. Milroy, Milroy 1999 [1985]: 18–23). В латышском VPSV приводятся два значения стандартизации (standartizēšana, standartizācija): одно определяется как процесс разработки стандартов (документов), особенно связанный с упорядочением терминологии, а от второго значения даётся отсылка к нормированию языка (VPSV 2007: 371–372). Таким образом, в латышской лингвистической терминографии актуализировано только значение T2. В графе таблицы на литовском языке KNS указана форма стандартизирование и утверждается, что этот термин не описан в LKE. Это верно, однако вариант стандартизации — стандартизация — определён в Словаре лингвистических терминов (KTŽ 1990) и других источниках либо по крайней мере приводится со ссылками на другие термины, понимаемые как синонимичные (см. таблицу 37). 7 В этой и других таблицах термины выделены мной. — R. M. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351–7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 12 ТАБЛИЦА 3. Определения терминов стандартизация и стандартизирование в литовских источниках Šaltiniai Apibrėžtys KTŽ standartizacija – стандартизация, standartization8, normalization. Įvairių to paties kalbos elemento (tarties, formų, žodžių ir kt.) variantų panaikinimas, t. y. vieno iš kalbos turimų variantų įteisinimas, pripažinimas, laikymas norminiu. Skirtingai nuo anglų kalbos, kurioje standartizacijos terminu paprastai žymima kalbos normalizacija, lietuvių ir rusų kalbotyroje paprastai kalbama tik apie terminų standartizaciją. LKE nėra. LTŽ standartizacijos nėra; yra tik kalbos standartizavimas, žr. kalbos norminimas. DŽ7i standartizacija – standartų nustatymas. TŽŽ standartizacija – kalbot. to paties kalbos elemento variantų panaikinimas. Dėl lietuvių kalboje ne visada aiškiai daromo skirtumo tarp vedinių su baigmeniu -avimas (veiksmo pavadinimas) ir -acija (veiksmo rezultatas arba sukonkretėjęs reiškinio pavadinimas) kai kada pastaruosius linkstama vartoti stipriojoje pozicijoje, t. y. abiem atvejais linkstama prie standartizacijos9 – kaip kad yra anglų ar rusų kalbose (tai tinka ir 2.3 skyriuje aptariamiems terminams kodifikacija ir kodifikavimas). Akivaizdu, kad lietuviškuosiuose leksikografijos šaltiniuose standartizacija (arba standartizavimas) apibrėžiama T2 reikšme, t. y. turint galvoje ne makrokontekstą, o sąmoningą bendrinės kalbos normų reguliavimą, ir ne bet kokį, o vienakryptį, mažinantį variantišką raišką. Todėl suprantama, kad T2 sąvokai pavadinti susidaro variantiška sinonimų pora standartizacija (standartizavimas) ir norminimas (apie šį žr. 2.2 skyrių). O kaip tada dėl sąmoningo bendrinės kalbos normų reguliavimo (T2) ir savaiminės jų raidos (T4) skirties? Giedrius Subačius savaiminiam normų kristalizavimuisi pavadinti (T4) lietuvių kalboje siūlo vartoti standartėjimą (normėjimą), o normų reguliuojamajai veiklai (T2) – standartizavimą (norminimą) (Subačius 2002: 229). Taigi T2 ir T4 atveju matyti terminų perteklius: turint aiškiai su norma siejamą terminą norminimas, su standartu siejami terminai nėra tikslingi. 8 Anglų kalboje vartojama forma standardization (plg. standard „standartas“). 9 Plg. įstaigos, kuri rūpinasi terminų standartizavimu, pavadinimą Lietuvos standartizacijos departamentas. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 13 Kaip tik dėl to lietuvių kalboje norminamosios kalbotyros terminai standartizacija ar standartizavimas nėra populiarūs. Dabartinėje kalbinėje literatūroje šie terminai, jei ir pasitaiko ne terminologijos tekstuose, nėra įgavę konkretumo: dažniau vartojami apibendrinamąja vienodinimo, bendrinimo reikšme, plg.: Žodynas yra žodynas, didelės gyvasties iš jo neišreikalausi, bet per didelė standartizacija ir jo gyvastį gali mažinti. <...> Šiais kalbos biurokratinimo ir standartizavimo laikais dažniau reikėtų prisiminti žmones, kėlusius gyvosios kalbos svarbą. (Kniūkšta 1995: 29) Vienas iš svarbiausių skiriamųjų bendrinės kalbos požymių yra didelis struktūros subendrinimo, arba standartizavimo, laipsnis. (Pupkis 2005: 31) Tokios vartosenos priežastis aiški: lietuvių kalboje standartas suprantamas kiek kitaip nei anglų kalboje, o tai iš dalies lemia ir termino standartizacija skirtumus abiejose kalbose. Tarptautinių žodžių žodyne (toliau – TŽŽ) (2013) nurodomos trys standarto reikšmės, ir nė viena iš jų nepažymėta kaip kalbotyros terminas: standártas [angl. standard – norma, pavyzdys], norma, pavyzdys; sutartas, nustatytas matas, pagrindas: 1 standartizacijos dokumentas, nustatantis normas, taisykles ir reikalavimus produkcijai, metodams, sąvokoms, simboliams arba kt. objektams; 2 tipinis pavyzdys, atitinkantis tam tikras kokybės, chem. sudėties, fizik. savybių, mato, masės ir kt. sąlygas; 3 aukso △ ek. aukso padengtų pinigų sistema, kurioje pinigus galima pakeisti į auksą; valiutos kursas, išreikštas aukso kiekiu. Standartizacija lietuvių, kaip ir latvių, kalboje dažniausiai ir siejama su griežtų standartų diegimu; tai yra standartų diegimo, virtimo (vertimo) standartų procesas. Viena iš kalbos dalykams artimiausių sričių – terminų standartų kūrimas, todėl šioje srityje, kaip nurodyta KTŽ (1990: 191), standartizacijos terminas dažniausiai ir vartojamas. Dar plg. Kazimiero Gaivenio teiginį, kad „[s]ąvoka „terminų standartizacija“ reiškia tik terminų standartų rengimą“, siekiant suderinti skirtingų kalbų sąvokas, jų mikrosistemas ir terminus (Gaivenis 2002: 81). Panašiai ir būdvardis standartinis, -ė lietuvių kalboje apibūdina objektą, atitinkantį standartą, t. y. nepasižymintį nukrypimu nuo jo (TŽŽ 2013): 1 atitinkantis standartą, tipinis; 2* neturintis individualumo, šabloniškas, neoriginalus10. 10 Žvaigždutė * TŽŽ 2013 reiškia, kad reikšmė perkeltinė. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 14 Stilistikoje standartiškumas siejamas su šablonu, kalbos štampais ir priešinamas kalbos gyvumui. Bendrinės kalbos normos, tiek realiosios, tiek kodifikuotos, toli gražu ne visais atvejais yra nevariantinės, nekalbant jau apie funkcinių stilių, komunikacinių sričių, kalbos registrų įvairovę, kuri lemia ir raiškos priemonių variantiškumą. Kaip tik dėl šių priežasčių ne visiems priimtinas siūlymas bendrinę kalbą lietuviškai imti vadinti standartine kalba, t. y. griežtai, be nuokrypių atitinkančia standartą – nevariantiska, nepaliekanti alternatyvios raiškos (plg. Locher, Strässler 2008: 1–2), be to, šabloniška, t. y. stilistiškai skurdžia. Jeigu bendrąją standartizacijos sampratą, kuri sietina su variantiškumo nepripažįstančiu standartu, pritaikysime kalbotyros sričiai, galėsime sakyti, kad kalbos standartizacija yra procesas, kurio metu susidaro arba nustatomas ir palaikomas kalbos standartas. Vadinasi, standartizacija – pirmiausia bendrinės kalbos kūrimo(si) procesas, tiksliau – vienos kalbos atmainos iš(si)skyrimas iš kitų regioninių ar socialinių atmainų ir jos virtimas (pavertimas) standartu bei tolesnis kultivavimas. Tai logiška, nes, skirtingai, nei kalbant apie mikrolygmenį, kur nėra tikslo variantiškumą visiškai pašalinti, makrolygmeniu iš tiesų atsisakoma atmainų įvairavimo kalbinės bendruomenės viešajame bendravime. Kaip tik šia T1 reikšme lietuvių kalboje atskiro nusistovėjusio termino ir nėra. Tiesa, tų nedaugelio autorių, kurie rašo bendrinės kalbos istorijos klausimais ir skaito dabartinę užsienio kalbotyros literatūrą, ypač naujesniuose tekstuose tokios vartosenos pasitaiko, plg. (paryškinta pačiame šaltinyje. – R. M.): Kalbos standartizavimu vadinamas bendrinės kalbos formavimasis arba raida: tai tam tikras kalbos sąmoningo planavimo (kūrimo) ir savaiminės raidos procesas. (LBK 2014: 24) Vadovėlyje moderniau pažvelgta į lietuvių bendrinės kalbos formavimąsi ir raidą. Bendrinės kalbos samprata čia aptarta per keturis kalbos standartizavimo (kalbos planavimo) aspektus, padėsiančius geriau suvokti lietuvių bendrinės kalbos vietą kitų Europos bendrinių kalbų kontekste, jos ištakas, šiandienes kodifikacijos tendencijas ar valstybinės kalbos politikos ir planavimo prioritetus. (LBK 2014: 9) BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 15 Nors šiose citatose vartojamas tik variantas standardizavimas, lietuviškai turime galimybę savaiminį ir sąmoningą bendrinės atmainos kūrimo(si) procesą (T3 ir T1) pavadinti skirtingais terminais: 1) standartizacija (standartėjimas), 2) standardizavimas. Šiems terminams makrolygmeniu vartoti pagrindo duoda ir keli tarptautiniai su standartu kaip kalbos atmaina susiję kalbotyros terminai, pasitaikantys ir lietuvių kalbotyros darbuose: 1) destandardizacija – priešingas standartizacijai procesas, t. y. bendrinės kalbos išsisklaidymas postmoderniajame pasaulyje (Nekvapil 2010 [2008]: 260). 2) standardologija – mokslas apie bendrinių kalbų kūrimąsi (standartizaciją) (žr. Deumert, Vandenbussche 2003: 455–469); 3) substandartas – bendrinę kalbą reguliariai lydintys reiškiniai, paprastai atsiradę dėl interferencijos su kitomis, nebendrinėmis atmainomis (dažniausiai reiškiasi sakytine forma) (plg. Milroy, Milroy 1999 [1985]: 2); 4) kvazistandartas – kitaip, negu mokslo priimta, suprantamas standartas (t. y. bendrinės kalbos atmaina) (Aliūkaitė 2009: 160–187); Taigi pagal anglakalbę tradiciją lietuvių kalboje skolintą terminą standartizacija, lietuvių kalboje pasidarytus standardizavimą ir standartėjimą, taip pat naujus bendrašaknius terminus tikslingiausia makrolygmeniu (T1) sieti su bendrine kalba kaip nacionalinės kalbos atmaina. 2.2. Нормирование и нормализация (нормирование) Для обозначения конкретного процесса упорядочения норм литературного языка (T2) требуется отдельный термин. В наиболее общем значении в литовском языке для этого используется термин нормирование. Его опорный термин — норма; применительно к литературному языку, помимо реально функционирующих языковых фактов, признаваемых языковым сообществом, — реальных норм, — он имеет также значение «образец языка, которому должны следовать его пользователи» (KTŽ 1990: 134), «наиболее подходящее для литературного языка средство выражения, устанавливаемое на основе языковой практики и закономерностей развития» (TŽŽ 2013). Чтобы отличать их от реальных норм, нормы литературного языка, узаконенные в трудах по кодификации, чаще всего обозначаются как кодифицированные нормы. Важнейшая цель нормирования литературного языка — с учетом кодификации литературного языка и изменений в узусе поддерживать равновесие его функционирования (гибкую стабильность норм), чтобы эта разновидность языка, постоянно обновляясь, наилучшим образом BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351–7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 16 удовлетворяла потребности пользующегося ею языкового сообщества. В свою очередь, задачи нормирования связаны с тремя временными состояниями развития литературного языка: 1) прошлым: стремиться к устойчивости норм, то есть сохранять преемственность литературного языка и традицию норм; 2) настоящим: стремиться к функциональности литературного языка, то есть периодически пересматривать кодификацию и устанавливать такие нормы литературного языка и правила употребления, которые позволяли бы гибко пользоваться выразительными возможностями; 3) будущим: создавать благоприятные условия для развития литературного языка и предусматривать способы, позволяющие определить, как и в каких направлениях он мог бы обновляться. Как видно и из таблицы KNS, термин «нормирование» иногда употребляется вперемешку с термином кодифицирование. Кроме того, этот процесс обычно подразделяется на этапы, каждый из которых часто имеет собственное название. Чешский лингвист Франтишек Данеш выделил следующие этапы процесса нормирования (правда, называя его кодификацией, тем самым расширяя значение последнего термина, а нормирование считая одной из частей кодификации) (Данеш 1988 [1979]: 281–283): 1) описательный этап: выявление и объективное описание норм литературного языка; 2) регулирующий (нормирующий) этап: а) оценочный (средства языкового выражения и способы их употребления оцениваются по определенным объективным критериям с учетом потребностей общества и динамики развития литературного языка), б) этап непосредственной кодификации; 3) этап реализации (стратегически-тактический): внедрение кодификации в узус. В современном литовском нормативном языкознании (в меньшей степени в лексикографии, см. таблицу 4, в большей — в более новой научной литературе) отчетливо проявляется противоположная тенденция: употреблять термин нормирование в более широком значении, чем указывал Ф. Данеш, а значение термина кодификация сузить до обозначения этапа 2b. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351–7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 17 ТАБЛИЦА 4. Определения термина нормирование в литовских источниках Šaltiniai Apibrėžtys KTŽ Literatūrinės kalbos norminimas (žr. n o r m a l i z a c i j a) yra mokslinis vartotinųjų kalbos sistemos faktų nustatymas (p. 134, straipsnyje norma). LKE Kalbotyros metodais pagrįstas kalbos normų nustatymas bei parinkimas vadinamas kodifikavimu, arba norminimu (p. 253, straipsnis kalbos norma). LTŽ kalbos norminimas (tas pat kas standartizavimas) – (angl. standardisation, pranc. normalisation (f), standardisation (f), rus. нормализация, vok. Sprachkritik (f), Sprachlenkung (f), Sprachpflege (f), Sprachregelung (f)) bendrinės, visuotinės, pavyzdinės kalbos kaip oficialiosios bendravimo priemonės nustatymas; kalbos vartojimo normų ↑kodifikavimas, jų tikslinimas ir diegimas į ↑vartoseną. Δ dažniausiai susijęs su viešąja kalba ir su rašytine kalba, rašytiniu kodu, rašybos taisyklėmis ir pan. DŽ₇ᵢ norminimo nėra; norminti – nustatyti normas, tvarkyti pagal normas. TŽŽ norminimo nėra; norminti – nustatyti normas, tvarkyti pagal normas. Pagal pačią plačiausią sampratą norminimas atstoja T1 terminą – taip jis apibrėžiamas LTŽ: „bendrinės, visuotinės, pavyzdinės kalbos kaip oficialiosios bendravimo priemonės nustatymas“, t. y. turimas galvoje kalbos atmainos pasirinkimas. Pagal siauresnę, būdingiausią sampratą, bendrinės kalbos normų nustatymas apima vartosenos tyrimą, normų atranką ir vertinimą. Be to, norminamajam procesui priskiriamas ir oficialus normų įteisinimas raštu bei normų sklaida. Antrąjį dėmenį – normų įteisinimą raštu, – o kartais ir pirmąjį, linkstama vadinti atskiru terminu kodifikacija (žr. 2.3 skyrių). Kad norminimas ir kodifikacija ne visada tapatinami, rodo ir Valstybinės lietuvių kalbos komisijos (VLKK) įstatymas. 3-io straipsnio, kuriame vardijami VLKK uždaviniai, 4-ame punkte vartojami šie abu terminai, tik pačiame įstatyme nepateikiamos jų apibrėžtys (VLKK Į 2016): Kalbos komisija: <...> 4) nustato lietuvių kalbos tvarkybos kryptis, sprendžia lietuvių kalbos norminimo ir kodifikavimo klausimus; <...>. Beje, tame pačiame įstatyme bendrinės kalbos normas fiksuojantys veikalai apibūdinami bendresniu pažyminiu norminamasis, o ne siauresniu kodifikacijos (VLKK Į BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 18 2016), – galbūt todėl, kad, pavyzdžiui, vadovėliai gali būti laikomi normų šaltiniu, bet neturi kodifikacinės galios: 5) vertina ir tvirtina svarbiausius norminamuosius kalbos veikalus (žodynus, žinynus, vadovus, vadovėlius); <...>. Kaip norminimo (ir ta pačia reikšme suprantamos kodifikacijos) variantas lietuvių kalbotyroje pavartojamas terminas normalizacija11. Plg. sakinį iš Jono Klimavičiaus straipsnio (Klimavičius 2002: 22): Labiausiai mokslinės lingvistinės analizės reikalingi variantai ir klaidos, ypač objektyvios vartosenos ir pagal prigimtį subjektyvios normalizacijos (normų kodifikacijos) prieštaravimai ir susikirtimai. Ankstesnėje kalbotyros literatūroje normalizacija vietoj norminimo pasitaikydavo dažniau, greičiausiai palaikoma ir rusų kalbos, o šiomis dienomis ji jau retoka, nes tada, kai norminimas ir normalizacija laikomi tą patį reiškiančiais terminais, pirmenybė teikiama aplietuvintajam, arba normalizacijos visai atsisakoma (žr. 5-ą lentelę). 5 LENTELĖ. Termino normalizacija apibrėžtys lietuviškuose šaltiniuose Šaltiniai Apibrėžtys KTŽ normalizacija, нормализация, normalization. Kalbos norminimas, jos normų nustatymas, tvarkymas (p. 135). LKE normalizacijos nėra. LTŽ normalizacijos nėra. DŽ₇ᵢ normalizacija – normos, normų nustatymas; sutvarkymas pagal normas, taisykles, nuostatus. TŽŽ normalizacija 1. normalios padėties nusistojimas, įvedimas; sunorminimas, sutvarkymas pagal normas, taisykles, nuostatus; 2. privalomų normų nustatymas ir įgyvendinimas (ir dar dvi konkretesnės su pramonės gamyba susijusios reikšmės). 11 Tokia tradicija ėjo bent nuo prieškario Gimtosios kalbos, kur buvo kalbama apie bendrinės kalbos normalizacijos kriterijus, plg. Gimtoji kalba, 1938: 143. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 19 Vis dėlto reikia pažymėti, kad būta mėginimų šiuodu terminus – norminimą ir normalizaciją – diferencijuoti (atsiremiant į tą normalizacijos reikšmės sandą, kuris TŽŽ (2013) nusakytas kaip „normalios padėties nusistojimas“. Pavyzdžiui, Jonas Palionis normalizacijos terminu vadina savaiminį normų kristalizavimosi procesą12, kurio metu kalbos normos išsirutulioja, išsigrynina pačioje kalbos praktikoje (T4) (Palionis 1989: 51; dar plg. Miliūnaitė 2003: 42–43). Praktiškai nevartojamas dar vienas – G. Subáčiaus siūlytas aplietuvintas šios reikšmės termino variantas normėjimas (Subáčius 2002: 229). Ar terminas normalizacija apskritai reikalingas praktiškai, ar svarbi tik teorinė galimybė jį tokį turėti? Kadangi normų kristalizacija vyksta kiekvienoje pokyčių patiriančioje kalboje, taigi ir sąmoningai nereguliuojamose atmainose, tikslinga prireikus šį procesą įvardyti atskiru terminu. Bendrinės kalbos normų kristalizacija specialiai tyrinėjama mažai, šis procesas kartais sąlygiškai įtraukiamas į pirmąjį norminimo etapą, kuriame aprašomos vartosenoje funkcionuojančios normos ir konkuruojantys jų variantai, tačiau dėl tikslumo gali prireikti jį skirti nuo norminimo. Normų kristalizacija gerai matyti, kai į kalbą patenka koks nors naujas reiškinys ir netrukus ima konkuruoti su lietuviškos raiškos variantais. Vartosenoje dažnai pirmiausia stichiškai vyksta tinkamiausio varianto paieška, normintojams stebint padėtį ir dar nesikišant į šį procesą. Pavyzdžiui, kai lietuvių kalboje pradėta vartoti sunkiai adaptuojama anglybė think-tank, dažniausiai reiškianti „tarpdalykinius tyrimus atliekančią ekspertų grupę, kurią remia vyriausybiniai arba komerciniai klientai, ir patariančią jiems socialiniais, politiniais ar pan. klausimais“ (ND, žiūrėta 2017 11 14), vartosenoje susidarė tokia konkuruojančių raiškos būdų įvairovė (paryškinta mano, pavyzdžiai pateikti chronologiškai. – R. M.): Kažin ar daug žmonių yra girdėję apie tokį Demokratinės politikos institutą (DPI), kuris buvo ir yra (ne)oficialus Tėvynės sąjungos „think tank“ (smegenų centras). O juo labiau apie jo prezidentą M. Adomėną, kuris nuo tų pačių 2006 metų buvo ir Seimo pirmininko pavaduotojo Andriaus Kubiliaus patarėjas. (lzinios.lt, 2009) Pirmiausia universitetai atlieka savo profesinės srities lyderio vaidmenį – jie organizuoja konferencijas, kviečia verslininkus, daro kasmetinius renginius, rengia publikacijas, seka žinias, 12 Savaiminis normų kristalizavimosi procesas būdingas ne tik bendrinės kalbos atmainai; galima kalbėti ir apie kitų kalbos atmainų, ir apie ankstesnio, ikikodifikacinio laikotarpio, iki susikuriant bendrinei kalbai, normų kristalizaciją. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 20 daro ekspertines išvadas. Kitaip sakant, veikia kaip think-tank komanda – kaip „smegenų centras“ šalia pasirinktos industrijos. (Universiteto žinios, 2012) LLRI yra ne mokslinių tyrimų institutas, o idėjų kalvė (angl. Think tank). Jis teikia praktines idėjas, pasiūlymus, situacijos vertinimus bei komentarus, užsiima visuomenės švietimu. (lt.wikipedia.org, 2014) Rusijos „thinktankas“ „Katehon“ yra Kremliaus palaikomas naujienų puslapis, kuris dažnai siūlo geopolitinę informaciją, tiesiog prisotintą karinio ortodoksinio nacionalizmo. (tv3.lt, 2016) Trečioji pakopa – think tankai arba lietuviškai idėjų kalvės ir smegenų centrai Taip, draugai socialdemokratai su savo „darbo grupėmis“ pabandė paversti šį mechanizmą parodija. Bet atskirkime grupę sovietinių partinių bičiulių, kurių vienintelis tikslas greičiau įsisavinti ES lėšas, nuo smegenų centro, kurio vieno profesoriaus intelektas ir tarptautinė patirtis gali pranokti visos „darbo grupės“ kartu sudėjus. (delfi.lt, 2016) Ar R. Karbauskis yra susipažinęs su minėta amerikiečių think-tank'o CSIS analitine studija „Kremliaus scenarijai“ ir joje išdėstytais konkrečiais techniniais siūlymais, kokių veiksmų turi imtis Vakarų valstybės, kad užkardytų kelią tam, kad verslas, susijęs su Rusija, nedarytų žalingo poveikio nacionalinių valstybių politikoms? (delfi.lt, 2016) „Komiteto biuras pasitikslino, nei šią, nei praėjusią kadenciją nebuvo tokio sprendimo, kad komitetas neišleistų į komandiruotę, tuo labiau, kad iš Seimo jokių lėšų nėra prašoma ir tai rimtas renginys, Europos liaudies partijos think tanko Generalinė asamblėja, kur aš atstovauju Tėvynės sąjungai ir reguliariai lankausi“, – BNS sakė M. Adomėnas. (delfi.lt, 2017) „Europa – ar dar tebeveikiam išvien? Ką gyventojai ir elitai iš tikro galvoja apie ES?“ – tokiu pavadinimu šį antradienį paskelbta idėjų kalvės studija, grindžiama plataus masto reprezentatyvia apklausa. (delfi.lt, 2017) Šie pavyzdžiai rodo, kad kristalizuojasi du lietuviški metaforiški, dėl to pagaulūs atitikmenys idėjų kalvė ir smegenų centras, kurie ilgainiui turėtų išstumti svetimybę bent iš oficialiosios vartosenos. Tiesa, TB pateiktas lietuviškas daugiskaitos formas think tanks atitikmuo analitikų centrai¹³, bet vartosenoje jis beveik neturi atramos, arba analitikos centru verčiamas kitas angliškas terminas analytics center. Toks normos radimosi etapas, kol vartosenoje nusistovės perspektyvus variantas, ir gali būti vadinamas normalizacija. Jis 13 Šis terminas fiksuotas į TB įtrauktame šaltinyje: Politikos mokslų enciklopedinis žodynas. Redaktorių kolegija: Algimantas Jankauskas (ats. red.) ir kt. Vilnius: Vilniaus universiteto leidykla, 2007. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 21 dažnai eina pirmiau už norminimo procesą, o kartais ir lygiagrečiai su juo (kai stebima ir tiriama įvairuojanti vartosena), kol įteisinama (kodifikuojama) tam tikro laikotarpio realioji norma. Angl天kalbės kalbotyros tekstuose terminas norma dažnai vartojamas pramaišiui su standartu, o kartais skirtingose kalbotyros šakose jie traktuojami skirtingai (Locher, Strässler 2008: 1). Žodynuose norma bendresne reikšme – kaip modelis, etalonas ar pavyzdys – apibrėžiama ir kaip standarto sinonimas (OD; MW), o kalbotyroje – kaip siauresnė už standartą sąvoka. Terminas norminimas, arba normalizacija (angl. normalization), anglkalbėje kalbotyroje, kaip matyti ir KNS lentelėje, vartojamas ne norminamosios kalbotyros reikalui, o fonetikos srityje. Norminamajam procesui pavadinti jį atstoja aptartoji standardizacija (antrąja reikšme, T2) (plg. Bartsch 1985: 23; Subačius 2002: 229). Latvių kalbotyroje vartojamas terminas kalbos norminimas (valodas normēšana) apibrėžtas kaip „normos nustatymas – procesas, susijęs su kalbos dėsningumų ištyrimu, fiksavimu, vertinimu, palaikymu ir sklaida“, o jo atitikmenys kitomis kalbomis nurodyti šie: angl. language standardization, vok. Sprachnormierung (f), Sprachpflege (f), rus. нормализация языка (VPSV 2007: 421), taigi atitinka lietuviškąją norminimo sampratą. 2.3. Кодификация и кодирование Как было видно из предыдущей главы, для обозначения важного этапа нормирования (или употребляемой в этом значении стандартизации), в ходе которого отобранные нормы литературного языка получают письменное закрепление в определённых источниках, необходим отдельный термин (см. (Milroy, Milroy 1999 [1985]: 22, 28; Nevalainen, Tieken-Boon van Ostade 2006: 283). Правда, отбор норм нередко также связывают с этим этапом, отличая его от термина более абстрактного уровня — нормирование; однако, как отмечалось в разделе 2.2, границы этапов нормирования условны. В теоретическом отношении кодификация особенно важна для определения одного из важнейших понятий нормативной лингвистики — языковую норму. Когда нормы литературного языка получают письменное закрепление, они становятся кодифицированными, и со временем возникает больший или меньший разрыв между ними и реальными нормами, функционирующими в узусе. В англоязычной лингвистической литературе и лексикографических источниках для этой цели используется слово кодификация (англ. codification), без разграничения процесса и его результата. В отличие от стандартизации, кодификация может быть только сознательной, организованной BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 22 деятельностью; как отбор предписываемых языковых норм и (или) их закрепление, кодификация не является универсальным явлением и имеет выраженный культурный характер (см. Deumert 2004: 6). Этот термин в связи с языковым планированием популяризировал в 1960-х годах XX века Эйнар Хауген (Haugen 1966: 922–935). Это часть планирования структуры языка (подробнее см. Miliūnaitė 2010: 231–256): обычно кодифицируются система графических знаков и правила орфографии, произношение, ударение, лексика, морфология и синтаксис. В латышском VPSV кодификация (kodificēšana, kodifikācija) определяется как «отбор языковых норм и их фиксация в нормативных источниках, например в грамматиках и орфографических словарях» (VPSV 2007: 184), то есть понимается в более узком смысле, чем определённое в том же словаре нормирование. Как в зарубежных, так и в литовских лингвистических работах термин кодификация вызывает меньше всего разногласий. Кодификация прежде всего означает обобщённое обозначение одной из частей (этапов) нормировочной работы: это официальное закрепление в письменном виде языковых норм и правил, установленных в процессе нормирования, в определённых престижных источниках, доступных языковому сообществу: словарях, грамматиках, пособиях по стилистике и практике речи, сводах правил, постановлениях и рекомендациях органов языкового надзора (ср. Garvin 1993: 42). Кодификация как один из элементов языкового планирования включена и в широко известную модель языкового планирования Эйнара Хаугена, неоднократно дорабатывавшуюся самим автором и охватывающую важнейшие этапы формирования литературного языка (см. Haugen 1983: 270–275). Во-вторых, кодификация — это сам результат узаконения норм и правил литературного языка, можно сказать, совокупность узаконенных норм и правил (Girdenis, Pupkis 1978: 56). Опорное понятие «кодекс» как раз и означает «свод правил какой-либо области науки» (TŽŽ 2013). Поэтому при необходимости говорят об изменении кодификации или кодифицированных норм (подробнее см. Miliūnaitė 2007: 7–23). Для более точного разграничения процесса и результата либо обобщённого обозначения одной из частей нормативной работы в литовском языке иногда употребляется и термин кодифицирование — для обозначения процесса письменного узаконения норм литературного языка, однако на практике эта тенденция не выражена явно. Различие между кодификацией и кодифицированием проводит и LTŽ (2012). В изученных литовских лексикографических и энциклопедических источниках представления о кодификации различаются незначительно (см. таблицу 6). BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 23 ТАБЛИЦА 6. Определения терминов кодификация и кодирование в литовских источниках Šaltiniai Apibrėžtys KTŽ nei kodifikacijos, nei kodifikavimo nėra. LKE Kalbotyros metodais pagrįstas kalbos normų nustatymas bei parinkimas vadinamas kodifikavimu, arba norminimu (straipsnis kalbos norma). LTŽ kodifikacija – (angl. codification, pranc. codification (f), rus. кодификация, vok. Kodifizierung (f)) kalbos taisyklės, norminamuosiuose darbuose aprašytos normos ir jų vartojimo dėsningumai. kodifikavimas – (angl. codification, pranc. codification (f), rus. кодифицирование, vok. Kodifizierung (f)) kalbos norminimo veiklos dalis – pirminis normų nustatymas. DŽ7i kodifikacija lingv. pavyzdinių kalbos normų nustatymas ir sisteminimas, teikyba. TŽŽ kodifikacija kalbot. pavyzdinių kalbos normų nustatymas ir sisteminimas. Kaip nurodė ir KNS lentelės autoriai, LKE kodifikavimas prilyginamas norminimui kaip sinonimas. Kituose šaltiniuose skiriamos kodifikacijos procedūros – normų nustatymas, sisteminimas, parinkimas, teikyba – taip pat rodo, kad kodifikacija čia suprantama labai plačiai ir iš esmės nesiskiria nuo norminimo. Plg. J. Palionio pateiktą kodifikacijos apibrėžtį (Palionis 1989: 51): Mokslinis rašomosios kalbos normų aprašymas bei sisteminimas, taip pat tam tikrų kalbos ir rašybos lyčių tikimo normai nustatymas, vadinamas kodifikacija. Tačiau naujesnėje kalbinėje literatūroje terminas kodifikacija santykiauja su terminu norminimas kaip dalis ir visuma (plg. Miliūnaitė 2003: 42; Miliūnaitė 2006a: 50–59; Miliūnaitė 2006b: 9–28; LTŽ 2012). Žinoma, tai nepanaikina susidariusių, kad ir dalinės, jų sinonimijos. Ypač sinonimiškumas ryškus sudėtinių terminų kalbos norminimo / kodifikacijos (–avimo) principai ir kriterijai vartosenoje14. 14 Plg., pavyzdžiui, mokslo straipsnių pavadinimus, kurie rodo XX a. pabaigoje šiuos terminus buvus dar ne visai nusistovėjusius: Bendrinės kalbos norminimo ir kodifikavimo principai (Girdenis, Pupkis 1978: 53–66); Evalda Jakaitienė. Dėl semantinės motyvacijos, kaip kodifikavimo kriterijaus. – Kalbotyra XXXVII (1), 1986, 102–105; Aleksas Girdenis, Aldonas Pupkis. Kalbos norminimo principai. – Gimtoji kalba, 1996, 8, 1–5. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 24 3. МИКРОСИСТЕМА ТЕРМИНОВ РЕГУЛИРОВАНИЯ ОБЩЕГО ЯЗЫКА Учитывая потребность нормативной лингвистики в разных терминах для обозначения самостоятельного развития общего языка как разновидности и его норм, а также их сознательного регулирования, можно предложить набор из четырёх основных терминов (два из которых имеют также адаптированные варианты): стандартизирование – стандартизация и нормирование – нормализация (см. таблицу 7). ТАБЛИЦА 7. Основные термины регулирования общего языка В литовском языкознании, можно сказать, уже начинает складываться согласие относительно того, что наряду с нормированием следует употреблять более узкий термин для обозначения одного из этапов нормирования — кодификацию, а его результат называть кодификацией. Схема на рисунке 2 показывает связи между понятиями, обозначаемыми терминами, обсуждавшимися в статье. Стандартизирование и стандартизацию можно считать наиболее общими терминами, обозначающими регулирование общего языка, включающее и более узкие понятия «нормирование» и «кодификация». Стандартизирование и стандартизация в литовском языкознании пока употребляются довольно редко. Основу микросистемы составляют термины нормирование и кодификация (кодирование), тогда как нормализация относится к периферии, поскольку стержень процессов регулирования общего языка — его активное, сознательное упорядочение, то есть нормирование. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 25 РИС. 2. Микросистема терминов регулирования общего языка ВЫВОДЫ Следует признать, что литовская лингвистическая терминология по сравнению с терминологиями других наук систематизирована недостаточно: в разных и редко обновляемых словарях она существенно варьируется, а современных систематизированных собраний терминов, отражающих исследования мировой лингвистики, в целом не хватает. Такое положение затрудняет и системный анализ терминологии нормативной лингвистики: реальное употребление терминов этой области, хотя и явно демонстрирует определённые тенденции, не соответствует разнообразной и устаревшей картине, представленной в немногочисленных лексикографических трудах. На основе литовских и англоязычных источников, а также одного латышского лингвистического источника в статье теоретически определены важнейшие понятия нормативной лингвистики, необходимые для обозначения процессов создания общего языка и его регулирования. Прежде всего, в зависимости от характера регулирования этой разновидности разграничены её самостоятельное развитие и сознательное упорядочение. Второе разграничение касается микро- и макроуровней этих процессов: в одном случае охватывается сама разновидность общего языка, в другом — её конкретные нормы. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 26 Составив инвентарь терминов, используемых для обозначения этих понятий (стандартизация (стандартизирование), стандартизирование; нормирование, нормализация (нормирование) и кодификация, кодифицирование), и исследовав их взаимосвязи, удалось установить, что одни термины дублируют друг друга, другие являются синонимами с не вполне тождественным значением, а третьи соотносятся как часть и целое обозначаемых явлений. Варианты рассмотренных терминов с окончаниями -ация и -ирование пока еще четко не разграничены в соответствии с общими тенденциями употребления этих образований для обозначения конкретизировавшегося явления (-ация) и действия или названия действия (-ирование). Сильные члены этой вариации с окончанием -ация (точнее говоря, заимствования с таким условно выделяемым окончанием) стандартизация и кодификация часто употребляются в самом широком значении — как явления, так и действия. Размышляя о том, как сделать эту микросистему терминов нормирующей лингвистики более компактной, можно предложить следующие ориентиры: 1. Стандартизирование — сознательный выбор разновидности литературного языка и обобщенный процесс ее упорядочения. Стандартизация — самопроизвольное становление и саморазвитие литературного языка как разновидности. 2. Нормирование — сознательное упорядочение норм литературного языка: изучение узуса, отбор и оценка норм, их письменная кодификация и распространение. Нормализация — самопроизвольный процесс кристаллизации норм литературного языка. 3. Кодифицирование — один из этапов нормирующего процесса: отбор норм литературного языка и их письменная кодификация. Кодификация — результат этого процесса: совокупность кодифицированных норм и правил литературного языка. С учетом объема понятий, обозначаемых этими терминами, и их представления в наиболее значимых трудах по литовской лексикографии ядро микросистемы составляют три термина: наиболее широким является термин стандартизация, ее частью выступает нормирование, а кодификация — результат одного из этапов нормирования. В литовской лингвистической литературе также наблюдаются подобные тенденции, однако их следует изучить подробнее, а затем окончательно обсудить микросистему терминов этой области, приемлемую для современного этапа развития литературного литовского языка. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 27 ŠALTINIAI DŽ7 2015: Dabartinės lietuvių kalbos žodynas. Vyr. red. Stasys Keinys. 7-as internetinis leid.Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, 2015. Prieiga internete: http://lkiis.lki.lt. KTŽ 1990: Gaivenis K., Keinys S. Kalbotyros terminų žodynas, Kaunas: Šviesa. LBK 2014: Agnė Bielinskienė, Asta Kazlauskienė, Erika Rimkutė, Aureli­ja Tamošiūnaitė. Lietuvių bendrinė kalba: normos ir vartosena. Vadovėlis aukštųjų mokyklų studentams. Versus aureus: Vytauto Didžiojo universitetas. Prieiga internete: http://www.llks.lt/pdf2/kalba/Lietuviu%20bendrines%20kalbos%20normos%20ir%20vartosena.pdf (žiūrėta 2017 12 12). LKE 2008: Lietuvių kalbos enciklopedija. Parengė Kazys Morkūnas, redagavo Vytautas Ambrazas. 2-as patikslintas ir papildytas leidimas. Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas. LRVKĮPĮ 2008: Lietuvos Respublikos valstybinės kalbos įstatymo pakeitimo įstatymas. Projektas XP-1320(2). Prieiga internete: https://e-seimas.lrs.lt/portal/legalAct/lt/TAP/TAIS.324133 (žiūrėta 2017 09 15). LRVKĮPĮ 2011: Lietuvos Respublikos valstybinės kalbos įstatymo pakeitimo įstatymas. Projektas XP-1320(3). Prieiga internete: https://e-seimas.lrs.lt/portal/legalAct/lt/TAP/TAIS.402981?jfwid=-wbkgqm837 (žiūrėta 2017 09 15). LTŽ 2012: Lingvodidaktikos terminų žodynas. Meilutė Ramonienė, Jelena Brazauskienė, Nida Burneikaitė, Jurga Daugmaudytė, Eglė Kontutytė, Joana Pribušauskaitė. Vilniaus universitetas. Vilnius: Vilniaus universiteto leidykla. Prieiga internete: http://www.lsk.flf.vu.lt/file/Lingvodidaktikos_terminu_zodynas___2012_2.pdf (žiūrėta 2017 09 12). MW – Merriam-Webster dictionary. Prieiga internete: https://www.merriam-webster.com/dictionary (žiūrėta 2017 12 06–2017 12 17). ND – Lietuvių kalbos naujažodžių duomenynas. Tęstinis internetinis žinynas nuo 2011 m. Sud. ir ats. red. Rita Miliūnaitė. Vilnius: Lietuvių kalbos institutas. Prieiga internete: http://naujazodziai.lki.lt. OD – English living Oxford dictionaries. Prieiga internete: https://en.oxforddictionaries.com (žiūrėta 2017 12 06–2017 12 17). TB – Lietuvos Respublikos terminų bankas. Prieiga internete: http://terminai.vlkk.lt/pls/tb/ BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 28 TŽŽ 2013: Tarptautinių žodžių žodynas. Vilnius: Alma littera. VLKK Į 2016: Lietuvos Respublikos Valstybinės lietuvių kalbos komisijos įstatymas. Galiojanti suvestinė redakcija (nuo 2016-12-29). Prieiga internete: https://e-seimas.lrs.lt/portal/legalAct/lt/TAD/TAIS.5412/SwSlyNwRBc?positionInSearchResults=0&searchModelUUID=52f26d53-88fd-4056-9258-86663b3074ee (žiūrėta 2017 12 14). VPSV 2007: Valodniecības pamatterminu skaidrojošā vārdnīca, Rīgā: LU Latviešu valodas institūts. LITERATŪRA A l i ū k a i t ė D. 2009: Bendrinės kalbos vaizdinių tikslumas: kvazistandarto problema. – Respectus Philologicus 16 (21)A, 160–187. B a r t s c h R. 1985: The influence of language standardization on linguistic norms. – Studia Linguistica 39 (1), 23–50. D e u m e r t A. 2004: Language Standardization and Language Change: The Dynamics of Cape Dutch, Amsterdam / Philadelphia: John Benjamins Publishing Company. D e u m e r t A. 2010: Imbodela zamakhumsha – reflections on standardization and destandardization. – Multilingua 29, 343–264. D e u m e r t A., V a n d e n b u s s c h e W. 2003: Research Directions in the Study of Language Standardization. – Germanic Standardizations: Past to present. A. Deumert, W. Vandenbussche (eds.). Philadelphia: John Benjamins Publishing Company, 455–469. G a i v e n i s K. 2002: Lietuvių terminologija: teorijos ir tvarkybos metmenys, Vilnius: Lietuvių kalbos instituto leidykla. G a r v i n P. L. 1993: A conceptual framework for the study of language standardization. – International Journal of the Sociology of Language 100/101, 37–54. G i r d e n i s A., P u p k i s A. 1978: Bendrinės kalbos norminimo ir kodifikavimo principai. – Baltų kalbos ir jų tyrinėjimo metodai. Vilnius, 53–66. H a u g e n E. 1966: Dialect, Language, Nation. – American Anthropologist, New Series 68 (4), 922–935. Prieiga internete: https://alogro.files.wordpress.com/2010/05/haugen_1_d_n.pdf (žiūrėta 2017 12 05). BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 29 Haugen E. 1983: The implementation of corpus planning: theory and practice. – Progress in language planning. International perspectives. Eds. J. Cobarrubias, J. A. Fishman. Berlin: Walter de Gruyter, 269–289. Klimavičius J. 2002: Lietuvių bendrinė kalba: ribos ir beribiškumas, sistema, norma ir kodifikacija. – Terminologija 9, 7–25. Kniūkšta P. 1995: Kalbos tvarkybos tikslas – ugdyti kalbą. – Kalbos kultūra 68, 28–39. Locher M. A., Strässler J. 2008: Introduction: Standards and norms. – Standards and Norms in the English Language. M. A. Locher, J. Strässler (eds.). Berlin: Mouton de Gruyter, 1–20. Miliūnaitė R. 2003: Dabartinės lietuvių kalbos gramatikos norminimo pagrindai, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas. Miliūnaitė R. 2006a: Kodifikacijos ir vartosenos santykiai dabartinėje lietuvių kalboje. – Lituanistica 3(67), 50–59. Miliūnaitė R. 2006b: Kodifikacijos ir vartosenos santykių modelis. – Kalbos kultūra 79, 9–28. Miliūnaitė R. 2007: Kodifikuotų normų keitimas: už ir prieš. – Kalbos kultūra 80, 7–23. Miliūnaitė R. 2010: Kalbos prestižas ir jo planavimas. – Kalbos kultūra 83, 231–256. Milroy J., Milroy L. 1999 [1985]: Authority in language: Investigating Standard English. 3rd ed. New York: Routledge; 1st ed., 1985; 4th ed., 2012. Nekvapil J. 2010 [2008]: Language cultivation in developed contexts. – The Handbook of Educational Linguistics. B. Spolsky, F. M. Hult (eds.). Wiley-Blackwell Publishing, 251–265. Nevalainen T., Tieken-Boon van Ostade I. 2006: Standardization. – A History of the English Language. R. Hogg, D. Denison (eds.). Cambridge: Cambridge university Press, 271–311. Palionis J. 1989: Lietuvių rašomosios literatūrinės kalbos istorijos įvadas, Vilnius: Vilniaus universitetas. Pupkis A. 2005: Kalbos kultūros studijos, Vilnius: Gimasis žodis. Pupkis A. 2017: Standartinė kalba? – Bendrinė kalba 90. Prieiga internete: http://www.bendrinekalba.lt/Straipsniai/90/Pupkis_BK_90_straipsnis.pdf Skardžius P. 1997 [1927]: Bendrinė kalba ir jos vartojimas. – Rinktiniai raštai 2. Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas, 30–85. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 30 Smetonienė I., Smetona A., Valotka A. 2016: Dėl standartinės kalbos termino. – Lietuvių kalba 10. Prieiga internete: http://www.lietuviukalba.lt/index.php/lietuviu-kalba/article/view/217. Subačius G. 2002: The Development of Standard English 1300–1800. Theories, Descriptions, Conflicts (ed. Laura Wright, 2000) [Recenzija]. – Archivum Lithuanicum 4, 227–234. Subačius G. 2004: Standartinių (bendrinių) kalbų istorijos chronologija. – Metmenys 84, 97–115. Prieiga internete http://www.uic.edu/classes/lith/lith520/SUB_strp/SUB_2004_Chron%20METM.PDF Valotka A. 2015: Kalbos planavimo ir kalbos politikos terminai. – Parlamento studijos 18, 84–101. Prieiga internete: http://www.parlamentostudijos.lt/Nr18/files/5.pdf (žiūrėta 2017 09 12). Данеш Ф. 1988 [1979]: Позиции и оценочные критерии при кодификации. – Новое в зарубежной лингвистике 20. – Москва: Прогресс, 281–295. Įteikta 2017 12 19 Priimta 2017 12 29 BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 31 REGARDING THE RELATIONSHIP OF THE TERMS STANDARDIZATION, NORMALIZATION, AND CODIFICATION IN MODERN NORMATIVE LINGUISTICS S u m m a r y The article analyses the terms standartizacija (standardization), norminimas (normalization), and kodifikacija (codification) as well as their Lithuanian forms and synonyms (such as standartizavimas, normalizacija, kodifikavimas, and so on) through the prism of theoretical and practical needs of normative linguistics. The understanding of the concepts these terms denote varies in the works of modern Lithuanian and foreign linguistics; the terms and their relationships are not completely established as such either. As a result, the problem of managing the microsystem of these terms is being addressed in some publications of contemporary Lithuanian linguists. Yet any chance of a fully rounded discussion is reduced by the fact that sometimes reliance is made on isolated sources that, in their own right, restrict the field of problems relating to the usage of the terms. Ergo, the conclusions do not always carry a substantial degree of scientific accuracy and objectivity. The terms in question denote various aspects of regulation of the standard languages pertaining both to the exterior of the standard language as a variety of the national language (that is, the separation of the standard language from the other varieties), and to the interior thereof (that is, the crystallisation and management of the standard language norms). The article adopts a synchronic approach towards the subject of structuring these terms. The goal is to provide a theoretical description of the microsystem of concepts required to define the process of standardization of the standard language and the terms that denote them. To that end, the following objectives are set: 1) describe the main concepts of the elements (or stages) of the standardization process; 2) discussing the terms standartizacija, norminimas, and kodifikacija, as well as their variations and synonyms; 3) disclosing the mutual relationships of the terms that denote the (self–)regulation of language and providing an outline of their possible microsystem. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351–7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 32 With reference to Lithuanian and English sources, as well as one Latvian source of linguistics (The Glossary of Linguistic Terms), the article makes an inventory of terms denoting the (self-)regulation of the standard language: standartizacija (standartējimas), standartizavimas; norminimas, normalizacija (normējimas), and kodifikacija, kodifikavimas. The spontaneous development and conscious management of the standard language are distinguished on the basis of the nature of its (self-)regulation. Another distinction is made in terms of the micro- and macro-levels of these processes, which in one case include the strain of the standard language per se, in the other, its specific norms. Analysis of the mutual relationships of the terms in questions has revealed that some of the terms are overlapping, are synonyms of not-quite-identical meaning, or interact as a part and whole of the phenomena they denote. Notably, opposite to the English language where terminology affects that of other languages to a substantial extent, the Lithuanian language allows certain elements of word formation (in the case at hand, the suffixes -acija and -avimas) to signify the difference between a spontaneous act and an active action. This difference, however, is but a tendency rather than a strong regularity; therefore, when it comes to actual usage, formations of the suffix -acija are often used in both cases – just like in the English language. For the purposes of considering making the microsystem of the terms of normative linguistics clearer and more compact, we could suggest it be given the following guidelines in the terminology of Lithuanian linguistics: 1. Standartizacija (standardization): spontaneous establishment and self-development of the standard language as an individual variety. Standartizavimas: conscious selection of the standard language variety and generalised process of its management. 2. Normalizacija (normalization): the spontaneous process of the crystallisation of standard language norms. Norminimas: conscious management of standard language norms: investigation of usage, selection and assessment, written legalisation, and proliferation of norms. 3. Kodifikavimas (codification): one of the stages of the standardisation process: selection and written legalisation of standard language norms. Kodifikacija: the outcome of this process: the whole of the legalised norms and rules of the standard language. BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204 RITA MILIŪNAITĖ. Dėl terminų standartizacija, norminimas ir kodifikacija santykio dabartinėje norminamojoje kalbotyroje | 33 Such tendencies of usage do exist in Lithuanian linguistic literature and scientific texts, yet they call for a closer examination to be able to round up the discussion of the microsystem of the terms of this field that is acceptable to the current phase in the course of the development of the standard Lithuanian language. KEYWORDS: standard language, normative linguistics, language standardization, language codification, terminology. RITA MILIŪNAITĖ Lietuvių kalbos institutas Petro Vileišio g. 5, LT-10308 Vilnius [email protected] BENDRINĖ KALBA 90 (2017) www.bendrinekalba.lt ISSN 2351-7204