Lietuvių kalbos dalyvių atributyvinė‑predikatyvinė vartosena

LIETUVIŲ KALBOS MORFOLOGINĖ SANDARA IR JOS RAIDA LIETUVOS TSR MOKSLŲ AKADEMIJA АТРИБУТИВНО-ПРЕДИКАТИВНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ ПРИЧАСТИЙ В ЛИТОВСКОМ ЯЗЫКЕ V. AMBRAZAS Из всех живых индоевропейских языков литовский язык лучше всего сохранил разнообразную и сложную систему значений причастий и типов их употребления. Это разнообразие употребления обусловлено двойственной морфологической природой причастий, их промежуточным положением между глаголом и прилагательным, которое, в свою очередь, является результатом развития, продолжавшегося целые тысячелетия. Причастия, по происхождению именные формы, со временем были частично включены в систему глагольных категорий времени, залога и вида. Поэтому теперь, в зависимости от синтаксической функции, позиции, обособления, степени распространённости и других обстоятельств, в одних случаях сильнее проявляются глагольные, а в других — именные свойства причастий. Из-за весьма разнообразного употребления и множества переходных случаев чётко определить синтаксическую функцию причастия в каждом предложении трудно. Однако, учитывая синтаксические связи с другими словами и преобладающие значения, можно выделить следующие основные типы употребления причастий: атрибутивное, атрибутивно-предикативное и предикативное. Одна и та же морфологическая форма причастия, употреблённая в разных обстоятельствах, может относиться к разным типам употребления. А т р и б у т и в н ы е п р и ч а с т и я связаны с именами существительными и обозначают признаки предметов и явлений, возникающие в результате действия, например: Град — это замёрзший снег, округлый, как горошины. Plv. Холмистые склоны, поросшие кустарником, красиво переливались более светлой и более тёмной зеленью. ŽemR I 132. А т р и б у т и в н о-п р е д и к а т и в н ы е причастия связаны одновременно и с именами существительными или местоимениями, и с глаголами. Они обозначают второстепенное действие в предложении либо состояние, возникшее вследствие этого второстепенного действия, например: Он, встав, посмотрел, что там за дрова, и снова лёг. BsP IV 115. П р е д и к а т и в н ы е причастия выполняют в предложении функцию сказуемого и связаны с именами существительными и местоимениями, выступающими в роли подлежащего. Обозначая основное действие предложения, некоторые из них отличаются от соответствующих личных форм глагола лишь определёнными модальными оттенками и образуют так называемое косвенное наклонение (modus relativus), например: Н ё с 47 чёрт камень величиной с гриб. BaranAS 20. Другие входят в состав сложных глагольных времён. Эти типы употребления причастий чётко не разграничены. Во многих конструкциях причастия могут обладать свойствами обоих типов. Кроме того, перечисленные здесь типы употребления не в одинаковой мере свойственны всем причастиям. Например, действительное причастие прошедшего многократного времени почти всегда бывает только предикативным, а страдательное причастие будущего времени — только атрибутивным. Лишь в определённых конструкциях сохранило атрибутивно-предикативное употребление действительное причастие настоящего времени. Из-за различий в значениях и условиях употребления внутри системы причастий, а также между причастиями и другими близкими к ним глагольными формами (например, полупричастиями) сложились сложные корреляционные отношения, которые до сих пор почти не изучались. Особое внимание до сих пор уделялось атрибутивно-предикативному употреблению причастий лишь в очень незначительной степени. Атрибутивно-предикативное употребление сложно, неоднородно и охватывает множество различных случаев употребления причастий. К нему прежде всего относятся так называемые аппозитивные причастия, обозначающие второстепенное действие и часто связанные с личными формами глагола, выступающими в роли сказуемого, различными обстоятельственными отношениями (например: Волк, забредший сюда, распугал овец. Er). Атрибутивно-предикативные причастия могут также обозначать состояние подлежащего во время действия, выраженного сказуемым, и ещё теснее примыкать к личным формам глагола (например: Хозяин ушёл в сторону, разгневанный. BaltPV I 99). В прежних грамматиках такие причастия рассматриваются как части составного сказуемого. К атрибутивно-предикативным относятся также причастия со значением второстепенного действия в сочетаниях с винительным и родительным падежами имён существительных или местоимений (например: Услышал, как пчёлка оживает. JD II 1203) и др. Все эти причастия можно объединить в одну группу благодаря их двойственным синтаксическим связям и значению второстепенного действия либо возникшего вследствие него результирующего состояния. Задача этой статьи — охарактеризовать атрибутивно-предикативное употребление форм именительного падежа причастий в литовском языке. Другие падежные формы причастий (кроме именительного) чаще всего имеют значение второстепенного действия лишь в определённых конструкциях с именами существительными или местоимениями, особенно после глаголов речи, восприятия или психического состояния (accusativus, genetivus cum participio). Эти конструкции отличаются специфическими особенностями и составляют предмет отдельного исследования. К ним примыкают и тесные сочетания причастий в именительном падеже с возвратными глаголами (nominativus cum participio), которые в данной статье также рассматриваться не будут. Не вдаваясь в подробный анализ отдельных конструкций, здесь пока рассматриваются основные случаи атрибутивно-предикативного употребления форм именительного падежа причастий и приводятся примеры из современного литературного языка и народной разговорной речи. Данные древних памятников письменности и диалектов, не свойственных литературному языку, используются главным образом там, где необходимо обратить внимание на отношение современной системы значений причастий к прежней системе1. 1 Примеры из письменных источников XIX—XX вв. и диалектов приводятся в соответствии с нормами современного литературного языка. В примерах, взятых из старых письменных источников, сохраняются орфография и пунктуация; лишь «готические» буквы заменяются соответствующими латинскими. 48 I § 1. В современном литовском литературном языке атрибутивно-предикативное употребление свойственно формам именительного падежа действительных причастий прошедшего однократного времени, страдательных причастий настоящего времени и страдательных причастий прошедшего времени. Именительный падеж атрибутивно-предикативных причастий часто используется для разграничения основного и второстепенного действий предложения, выполняемых одним и тем же деятелем. Действие, которое хотят выдвинуть на первый план, выражается личной формой глагола, а менее акцентируемое действие, связанное с основным временными, причинными или иными отношениями, выражается именительным падежом причастия. Например: Курмялис, проснувшись, закатил побелевшие глаза. ŽemR I 207. Юле Сточкауса, подойдя поближе, сладко защебетала. Gud-GuzKIT 264—265. Вилиус, высмеянный, молчал. SimonVK I 79. Вспаханная земля осыпается. Tl. Волк, спугнутый, больше не возвращается на то же место. Val (DŽ I 457). Камень, пущенный, прокатился по крыше. Rm. В этих предложениях мы ясно видим двойные синтаксические связи причастий. Они связаны и с существительными, выполняющими функцию подлежащего, и с глаголами, выполняющими функцию сказуемого. Именительный падеж атрибутивно-предикативных причастий занимает промежуточное положение между соответствующими формами атрибутивных и предикативных причастий. Особенно очевидны семантические связи атрибутивно-предикативных причастий с атрибутивными. Даже в случае действительных причастий прошедшего однократного времени, значения которых наиболее дифференцированы, атрибутивно-предикативное и атрибутивное употребление в определенном контексте трудно разграничить. Когда эти причастия нераспространенные и стоят перед определяемым словом, без интонации и более широкого контекста порой почти невозможно точно сказать, считать ли их атрибутивными или атрибутивно-предикативными. Например: Остановившийся автобус рычит, а лошади пятятся и не идут, хоть убей их. An. Испуганный серый жеребенок убежал к матери. CvR II 61. И всё же повзрослевшая Дарата понимала, что никому не сделать ничего плохого — это малость. VaižgR VII 41. Разбушевавшиеся дети уже и спать не хотят S (DŽ II 570). Когда разошедшиеся старики разговорились, так и не было конца шуткам. Sss. Разозлившись, девушка как ударила теленка ухватом, так деньги и рассыпались. BsP II 201. Изредка такое менее четко дифференцированное значение действительные причастия прошедшего однократного времени имеют (самостоятельно или распространенные другими словами), стоя после подлежащего предложения. Например: Недоваренная картошка хрустит, когда ешь. J I 478. Подопревший сыр имеет много дырочек. Er. Утки, проголодавшись, быстро клюют корм. J (DŽ I 87). Обжегшийся младенец будет бояться огня. B (DŽ I 665). Бежит как лошадь, даже под хвостом получив. Žvr. Радуется, как курица, выведя утят. Mrk. Чего плачешь, как баба, зуб потеряв? Vlk. Еще труднее порой уловить границу между страдательными причастиями, выражающими признак и второстепенное действие и в целом обладающими большим количеством именных свойств. Поэтому, обозначая второстепенное действие, 4. Lietuvių kalbos morfologinė sandara ir jos raida 49 они очень часто сохраняют одновременно и определённый оттенок атрибутивного значения. Такие страдательные причастия в предложении могут стоять как перед подлежащим, так и после него. Например: Непрополотая земляника одичала. Alk. Плачет хлебушек, ленивым съедаемый. BaltPV I 265. Мяукает, как кот, с хвостом, вывернутым. Als. Прогнанный волк возвращается в лес. Šim (DŽ III 324). Подстреленный солдат не успел даже вскрикнуть. LzP (DŽ I 31). Ворчит, как медведь, побитый. Šim (DŽ I 566). Камень, пущенный из пращи, со свистом летит. J (DŽ I 67). Хотя граница между атрибутивными и атрибутивно-предикативными причастиями иногда неясна, существенное различие между этими типами, основанное на упомянутых выше синтаксических связях и значениях, несомненно. Особенно ясно оно проявляется в тех предложениях, где рядом стоят атрибутивные и атрибутивно-предикативные причастия одного и того же времени и залога. Например: Его задумчивые, глубокие глаза, внезапно чем-то заинтересовавшись, тут же снова тускнели. CvR III 257. Лишившись обыденного, привычного звука, словно вымерший улей, долина затихла. CvR III 44. § 2. Выражая второстепенное действие, атрибутивно-предикативные причастия иногда могут выполнять в предложении роль, сходную с ролью личных форм глагола. Возьмём, например, такое предложение: И в это время старик, задумавшись, поразмыслив, вернулся в дровяной сарай. KrėvR 93. Причастия действительного залога прошедшего времени здесь можно было бы заменить глаголами прошедшего времени, не исказив при этом смысла предложения (ср.: И в это время старик задумался, подумал и вернулся в дровяной сарай.). Тем не менее функции причастий действительного залога прошедшего времени и глаголов в этих предложениях неодинаковы. Если в первом предложении уже из сопоставления причастий с глаголами видно, какое действие считается основным, а какие действия — второстепенными, то во втором предложении все три действия представлены как равнозначные. Страдательные причастия настоящего и прошедшего времени, выражающие второстепенное действие, соотносятся сходным образом с соответствующими сложными формами страдательного залога, например: Сын купца, хорошо содержимый, рос хорошо и через несколько лет уже был смышлёным ребёнком. LTR (Ср.: Сын купца хорошо содержался и хорошо рос...). Дороги, омываемые дождём, покрывались лужами, но те лежали словно в чашах, сами дороги не промокли. VaižgRR I 277 (Ср.: Дороги были омываемы дождём и покрывались лужами...). Другой камень, раздавленный, взорвался, так что вылетели искры. ŽemR I 145 (Ср.: Другой камень был раздавлен и взорвался...) Срубленная ветка снова отросла. Lp (Ср.: Ветка была срублена и снова отросла). В этих случаях атрибутивно-предикативные причастия также явно отличаются от личных форм глагола, выступающих в роли однородных сказуемых, значением второстепенного действия. § 3. Однако лишь небольшая часть атрибутивно-предикативных причастий соотносится таким образом с личными формами глагола. Особенно не- 50 страдательные причастия сравнительно редко могут иметь глагольные корреляты. Прежде всего это объясняется упомянутой выше близостью атрибутивных и атрибутивно-предикативных причастий, вследствие которой последние иногда имеют и определённый оттенок атрибутивного значения. Кроме того, причастия, обозначающие второстепенное действие, часто связаны с глаголами, выступающими в роли сказуемого, причинными, условными, образа действия и другими обстоятельственными отношениями. Возьмём, например, предложение Чужие мужчины, заколов собаку, оставили её в углу лавки и сами ушли, перекинув через плечо косы. SimonOBT 42. Здесь первое причастие, обозначая второстепенное действие, указывает лишь на определённое временное отношение этого действия к основному действию предложения, которое вытекает из самого временного значения причастия. Между тем второе причастие (перекинув) вместе с зависимыми словами также поясняет характер основного действия2. Как видим, атрибутивно-предикативные причастия характеризуются определённым синкретизмом значения: они часто имеют оттенки атрибутивного, предикативного и обстоятельственного значений3. В зависимости от различных синтаксических условий (позиции, обособления, структуры предложения и т. д.) иногда более отчётливо выступают одни, иногда другие их семантические особенности. В определённых конструкциях (см. §§ 26—27) они приближаются и к предикативным причастиям, образующим косвенное наклонение (modus relativus). Разграничивая атрибутивно-предикативные причастия и два других основных типа употребления, мы опираемся на два важнейших из упомянутых выше критериев: двойственность синтаксических связей и значение второстепенного действия либо возникшего вследствие него состояния. II § 4. Атрибутивно-предикативное употребление особенно характерно для причастий прошедшего времени действительного залога, которые в современном литовском языке в целом употребляются наиболее широко. Следует отметить, что причастия прошедшего времени действительного залога обозначают второстепенное действие в несколько раз чаще, чем признак. Значение второстепенного действия можно считать основным, преобладающим значением этих причастий. Атрибутивно чаще всего употребляются причастия прошедшего времени действительного залога, образованные от интранзитивных непереходных глаголов. Между тем второстепенного 2Из-за разнообразных обстоятельственных значений, которые не подкреплены в достаточной мере формальными признаками (см. §§ 24—25), некоторые атрибутивно-предикативные причастия в предшествующих грамматиках литовского языка относят к обстоятельствам, ср. J. Jablonskis, Rinktiniai raštai, I, Vilnius, 1957, p. 478 tt; J. Žiugžda, Lietuvių kalbos gramatika, II, Sintaksė, Kaunas, 1961, p. 33 tt; J. Balkevičius, Dabartinės lietuvių kalbos sintaksė, Vilnius, 1963, p. 205, 212, 223, 230 t.t. Для причастий, обозначающих второстепенное действие, применяется также термин «обстоятельственное определение» (przydawka okolicznikowa), см. T. Buch, Użycie participiów w utworach Ch. Donelaitisa, „Biuletyn Polskiego towarzystwa językoznawczego“, 21, Wrocław—Warszawa—Kraków, 148 tt., 157; там же критически оценивается взгляд на полупричастия и причастия как на обстоятельства. 3Связь с атрибутивными причастиями и частые обстоятельственные значения мешают считать причастия, обозначающие второстепенное действие, просто второстепенными сказуемыми, как предлагают некоторые представители русской грамматической школы, ср. С. И. Груздева, Атрибутивные и предикативные функции причастия на -ęs в литовском языке в сравнении с русскими конструкциями, «Исследования по грамматике русского языка», I, Л., 1958, p. 242—245. 4* 51 причастия прошедшего времени действительного залога со значением действия, напротив, склонны образовывать от переходных либо интранзитивных непереходных глаголов. Такие причастия обозначают второстепенное действие, совершившееся до начала основного действия, выраженного личной формой глагола, и обычно имеют значение совершенного вида. Войдя, боярин нашел девушку, сладко спавшую на самой большой куче пряжи. CvR III 231. Козел, разбежавшись, боднул тещу рогатым лбом в забор. Db. Не унывай, брат! Когда тебе будет худо, прибегу и спасу. CvR V 124. Ромас отвязал крылья мельницы и, разбежавшись, повернул их. CvR V 89. Жаворонок подпрыгнет, попорхает, попорхает и снова падает на землю. ŽemR I 407. Первым проснулся Рукинас, вскочил, взглянул на окно, на шубу у себя на спине и выбежал к лошадям. ŽemR II 145. Пойди, разбуди его, спит в амбаре. Jnšk. Теперь двенадцать братьев вернулись назад, а царевич, оставшись, пошел один. BsMt II 89. Старик обернулся и снова бежит. BsMt II 85. Собака подошла к той царевне и положила голову ей на колени. BsP I 7. Во дворе залаяла собака и, замолчав, легла. Brt. Тут и Григас встал, подошел, поклонился и поцеловал Жемайту руку. KrèvR 52. Не задерживайся на рынке — продал, поворачивай и езжай. Svn. Осмелевшие утки пошли в лавку. Svnč. Осмелев, я подошел к одним воротам и постучал. BaltPV I 156. Придя, он посидел и словно сквозь землю провалился. Gs. Прилетев, птичка немного почирикала и вдруг улетела. Gs. Подскочив, и я отвесил пару пощечин. Gs. В приведенных примерах завершенное предшествующее действие обозначено нераспространенными причастиями, образованными от интранзитивных глаголов. Причастия, образованные от переходных глаголов, чаще всего употребляются с существительным или местоимением в винительном падеже. Нераспространенные причастия переходных глаголов в этом значении употребляются довольно редко. Например: Уже никто не приносит ему из местечка бубликов или сладостей, купив их. BilR I 158. (Король) заманил их в гостиную и, заперев там, оставил. CvR V 34. Мы с Марцеле имели здесь немного хлеба; возьми, перекуси, потом поможешь расставлять. ŽemR I 150. Имея зависимые слова, причастия прошедшего времени действительного залога со значением второстепенного действия образуют в предложении обособленные причастные конструкции. а) Распространенные причастия, образованные от переходных глаголов: Пан так разгневался из-за этих слов, что, схватив топор, изо всех сил швырнул его в парня. CvR V 31. Старушка подняла глаза и оглядела комнату. ŽemR II 145. Янулю стало страшно, когда он, обойдя сад, взглянул на амбары, конюшни, гумно и увидел одни голые стены и прохудившиеся крыши. VienR I 152. Янулис подошел к окну, глубоко вздохнул и, вобрав в больные легкие ароматный воздух сада, прислушался к ночной тишине. VienR I 148. Вот Энскис сразу же, вытащив большой нож, принимается резать вареное и жареное мясо. DonR 129. Туше, сразу же принеся тонкие скатерти, убрала большой стол по-хозяйски, как полагается. DonR 67. Лиса, поймав бабочку, подбежала к проруби и 52 говорит. Швенч. Симук, почесав голень, говорит. Старая кобыла, дважды переплыв озёрный залив, вышла на берег и пошла поваляться на песке. CvR II 15. Собрав с поля камни, сложи их на гумне. Rt. Ещё раз оглядев поля, женщина пошла домой. CvR III 105. б) Распространённые причастия, образованные от интранзитивных несамостоятельных глаголов: Пастушонок, присев у стога, задумался, и мысли его унеслись к лету. Kp. Однажды утром дети, собравшись в школу, шумели между собой. VencIR II 36. Парень, встав посреди избы, огляделся вокруг и снял шапку. KrėvR 144. Всё начальство, выйдя с духовенством через большой проём в стене, поприветствовало Гедимина. Dauk (DŽ I 110). Я испугался, что Перкунас, тотчас поднявшись, таких врагов в пух и прах разнесёт. DonR 132. Рыжие муравьи, взобравшись по его ногам, ползали по спине. CvR II 78. Выйдя на тракт, я встретил группу учеников во главе с учителем. VienR I 212. Зайдя за станок, я встал у окна. SimonOBT 83. Немного передохнув, пойду за грибами. Alk. Вернувшись ровно в двенадцать, он застучал в дверь. Šil. Отъехав всего на милю, он был вынужден вернуться. Jnšk. Гораздо реже значение второстепенного действия имеют причастия прошедшего однократного времени действительного залога, образованные от интранзитивных самостоятельных глаголов. Например: Сын, рассердившись, вытолкал его на землю. Er. Солома, высохнув, даже краснеть начинает. ŽemR I 212. Этот мальчик, подросши до восьми лет, стал пасти скот. BM 257. Перкунас, сильно разгневавшись, рассёк его мечом надвое. KlvD 334. Елена, покрасневшая, как калина, ещё не взглянув на треножник, выскочила из избы, словно ошпаренная водой. KrėvR 38. Я бы предпочла, превратившись в утку, плавать по морским волнам. JV 28. Потому неудивительно, что порой я не могу уплатить любимую подать, а хозяин распекает меня и, не на шутку разгневавшись, бьёт по уху. DonR 52. Таким образом, по отношению к транзитивности-интранзитивности и наиболее общим лексическим значениям причастия прошедшего однократного времени действительного залога, обозначающие второстепенное действие, резко отличаются от атрибутивных. § 5. Второстепенное действие чаще всего обозначается приставочными причастиями прошедшего однократного времени действительного залога. Бесприставочные формы употребляются реже и, как правило, только такие, которые могут представлять действие как завершённое целое и имеют значение совершенного вида. Например: Но и этого недостаточно; он, взяв большой нож, уже протянул руку, чтобы перерезать горло вместе с пищеводом. DonR 28. Где склон положе, там сыро, где круче — сухо; так что, взявшись за мелиоративные канавы, осушай низины, а возвышенности орошай. VaižgRR I 260. Тот тотчас поднялся и сказал. ValVK 66. Сев у кровати, мужчина сказал. ValPŽK 123. Как обычно, и в этот раз младший ребёнок кузнеца, успев пообедать, принёс Майке ломоть хлеба, намазанный мёдом. CvR II 85. Сняв сеть и купив лодку, Бебенчюкас проводил дни напролёт, рыбача на озере. CvR V 7. Повозка, дёрнувшись от берега, развалилась, и носы лодок стали падать в воду. BsP III 105. Ничего не говоря, я пошёл к соседу. Kv. 53 Однако в некоторых случаях бесприставочные действ. прич. прош. вр. могут обозначать побочное действие и как процесс, продолжавшийся некоторое время в прошлом. Такое значение, характерное для форм длительного вида, причастия бесприставочных глаголов движения и некоторых других глаголов имеют сравнительно редко. Например: Не дождавшись возвращения старшей сестры, вторая сестра вышла искать Бебенчюка. Проходившего подошёл к яблоне. CvR V 11. Три дня ехав, ёж достиг усадьбы второго пана. CvR V 72. Путешествовав час, увидели мужчину, грызущего берёзу. CvR V 32. Тот человек, который, много потрудившись и намучившись, всегда ест свою скудную пищу с удовольствием… обманывает того, кто, ежедневно нарядившись, но вздыхая и всё хворая, берётся за ложку. DonR 41. Некоторое время я парю над лугами, солнце быстро село. CvR III 190. Долго шмыгая носом и осмотрев предмет со всех сторон, маршалок вынимал изо рта трубку, чтобы спросить цену. CvR III 54. § 6. Действ. прич. прош. вр., соотносясь в предложении с личными формами глагола, выступающими в роли сказуемого, и отделяя побочное действие от основного, позволяют указать последовательность (очерёдность) действий. Поэтому они являются удобным средством развития повествования. Последовательные действия в современном литературном языке нередко обозначаются целой цепочкой действ. прич. прош. вр. и личных форм глагола. Например: Антанас, обтёрши ноги метлой, сбив с сапог лёд, сел и сказал. ŽemR I 231. Онике, укрыв старушку, села в ногах и задремала. ŽemR II 142. И как только Дудонис вошёл в дверь, он, страшно перепугавшись, призвав жаб и чертей, вытащил из корзины целую пачку спичек и изо всех сил швырнул её в угол скамей. SimonOBT 130. Рукинас, отложив трубку, свернул тулуп и, подложив его под голову, вытянулся на скамье за столом. ŽemR II 145. Встав рано утром, положив в дорожную сумку сыра и хлеба, заперев дверь дома, они вышли за город. CvR III 28. Тот (сын), поблагодарив её за подарки, пришёл и снова разжигает огонь. BsP III 154 (Brt). Облетев кругом усадьбу, ворон пару раз каркнул и уселся на ту же тополю. Оглядевшись, подумал (32), не заблудился ли случайно, но, присмотревшись получше, узнал те же крыши домов, крытые черепицей. CvR II 32–33. Особенно характерны в этом отношении следующие строки из «Времён года» К. Донелайтиса: Вот Доцис тотчас, запах мазей почуяв И бабьих заговоров ужас ощутив, Вмиг, словно громом разбуженный, вскочил с постели И, из-под подушки схватив большой кол, А затем, перебив всю домашнюю утварь И выбросив через дверь черепки с лекарствами, Детей, съевших его дрянь, Он в гневе всё кричал и чуть не побил до смерти. DonR 85. 54 § 7. Атрибутивно-предикативные действ. прич. прош. вр. могут обозначать не только предшествующее побочное действие, но и возникшее вследствие него результативное состояние, продолжающееся во время действия, обозначенного сказуемым. Такие причастия сильнее, чем рассмотренные выше, связаны со сказуемым как по значению, так и по позиции. Чаще всего они имеют совершенный вид и стоят после сказуемого. Если причастие распространено зависимыми словами, наряду со значением результативного состояния часто ощущается и значение предшествующего побочного действия. а) Причастие образовано от переходных глаголов совершенного вида: Долго сидела Вероника, устремив глаза в таинственную темноту леса, и всё о чём-то думала. VienR I 175. Григийене не выпустила прялки, но долго сидела, сложив руки на коленях. KrėvR 34. Лежит волк, обхватив лапами лесного кабана. BsP IV 284. Горько плакала девушка, сложив ручки. Srj. Бежали, подобрав подолы, так что даже лужи высохли. Alk. Побыл бы с таким больным одну ночь — бежал бы, схватившись за голову. Slnt. Терпи, стиснув зубы, беда минует. M (DŽ II 796). Мы со Степукасом уже так выбились из сил, что, запрокинув головы, смотрели вверх. BaltPV I 114. Степукас слушал, даже затаив дыхание. CvR III 199. б) Причастие, образованное от непереходных глаголов совершенного вида: Он теперь лежал на боку, вытянувшись во весь рост, положив голову у передних лап. CvR II 41. Мы со Степукасом делали свистульки из ивы и играли, сидя друг против друга где-то на камне. BaltPV I 55. Следует отметить, что употребляемые таким образом распространённые причастия иногда интонационно не обособляются и не образуют обособленных членов предложения, например: Пётр ещё больше удивлённо смотрел на попутчика дяди и не знал, что сказать. Myk-PutS 55. Кто имел при себе ещё копейку, выпил пива, съел пирожок, а у кого не было, тот, втянув живот, терпел. ŽemR II 25—26. Я стоял, ошеломлённый словами матери. BaltPV I 74. Пан ходил, заложив руки за спину. J (DŽ II 341). Нераспространённые действительные причастия прошедшего времени, обозначая результирующее состояние, ещё теснее примыкают к личным формам глагола, выступающим в роли сказуемого. Такие причастия совершенного вида, в отличие от рассмотренных в §§ 4—6, часто образуются от непереходных непроизводных глаголов, особенно результативных. Значение их второстепенного действия ощущается лишь слабо, а нередко и вовсе утрачивается. Например: Сержант замолчал и, наклонившись, смотрел вдаль, туда, куда ушёл караван. CvR VI 270. Я лежала, прижавшись, и слушала, что будут говорить. Srv. А что ты тут делаешь, лёжа? BsMt II 99. Приходи сытым, и здесь получишь. B (DŽ II 773). Его жена издали встретила мужа, прослезившись. CvR V 137. Алюз, одурев, смотрел на эти деньги. BaltPV I 245. Воздух стал душным, листья всех трав увяли 55 лежали на земле. ŽemR I 144. Они живут вместе. Rdm. Эти неряхи и дети ходят неряшливо одетыми. Nmn. Он вернулся с охоты совсем изголодавшимся. J (DŽ I 87). Как видно из примеров, часть этих причастий имеет качественное значение и характеризует действие сказуемого подобно прилагательным, выступающим в роли предикативного атрибута (ср.: Толпа шла серьёзная и сосредоточенная. Vien.). Такие действительные причастия прошедшего времени совершенного вида, хотя и выполняют иную функцию, чем упомянутые в § 1, по значению также приближаются к атрибутивным. Значение результирующего состояния в некоторых случаях (обычно при сочетании с глаголами, обозначающими движение) могут иметь и действительные причастия прошедшего времени несовершенного вида. Например: Котёнок вернулся из леса, мяукая, не нашёл петушка — и плакал, плакал. LTR. Промокшие господа вернулись с охоты. Plng. Доченька вернулась, сгребши рожь, очень уставшая. Žal. Я вернулся, прополов огород. Sts. Как я вернусь из корчмы выпивши, приглядись, куда ты денешься. KlvD 144. Когда вернёшься, съездив за хлебом? KlvD 250. Долго пастушка не возвращается, напасшись. Ds. Едва Казис приоткрыл дверь, по дороге раскалывая дрова, как матушка слабо позвала его. VaizgRR I 200. Эти причастия несовершенного вида, в отличие от соответствующих форм совершенного вида, всегда сохраняют значение предшествующего действия и не адъективируются. В литературном языке они встречаются довольно редко. К формам, обозначающим результирующее состояние, следует отнести также действительные причастия прошедшего времени обоих видов, употребляемые в сочетаниях с прилагательным «здоровый». Например: Здоровенький вернулся, зятёк. JV 255. Здоров будь, клюворылый! Здоров вернулся, длинноклювый! LzPR II 17. Здоров пришёл. N (DŽ II 773). Здравствуй, пёстрый свет, справивший весенний праздник! Здравствуй и ты, человек, дождавшийся милого лета! DonR 41. § 8. Действительные причастия прошедшего времени, обозначающие второстепенное действие, характеризуются специфическими корреляционными связями с другими глагольными формами. Подобно тому как атрибутивные действительные причастия прошедшего времени соотносятся с соответствующими действительными причастиями настоящего времени, именительный падеж действительных причастий прошедшего времени со значением второстепенного действия соотносится с полупричастиями. Если второстепенное действие происходит одновременно с основным, оно выражается полупричастием; если же второстепенное действие предшествует основному, оно выражается именительным падежом действительного причастия прошедшего времени. Ср.: Волк, видя, что белочку не поймает, так громко завыл. LTR. А заяц, увидев, что волк ловит белочку, говорит... LTR. Идя по лесу, Вероника спугнула какого-то зверька, который, заметив человека, рванул в сторону, зашуршал в листьях, и только это девушка и увидела. Выйдя из леса, Вероника даже остановилась. VienR I 175. Ягнёнок бежит, на бегу испражняясь. Srj. Пёс подбежал, только тявкнул, укусил за подколенное сухожилие и убежал. Plv. 36 Видим, что всё равно её (радугу) не поймаем и любуемся ею, глядя на прекрасные краски. CvR II 16. Анеле, взглянув на меня, тоже начала плакать. SimonOBT 175. Когда ешь рыбу, остерегайся проглотить кость. Vlk. Поев, я завалюсь спать (буду спать). Rm. Слушая её рассказы, мужчины лишь смеялись, а женщины успокаивали. KrėvR 67. Услышав фамилию Балсиса, жандарм и полицейский насторожились. Myk-PutS 313. Кто мне поможет, если я там, пока буду ехать, простужусь? Alv. «Остановись здесь!» — заговорил Януль, подъехав к своему двору. VienR I 145. Противопоставление причастий действительного залога прошедшего времени и полупричастий особенно ясно ощущается и в тех случаях, когда они образованы от глаголов с разными корнями, но употребляются в одном и том же предложении (или в соседних предложениях). Например: Йонас, взяв косовище, принялся ладить косу и, продолжая слушать отца, ещё сильнее разгневался. KrėvR 93. Увидев детей, женщина остановилась и, ещё сильнее опечалившись, чуть не плача, принялась причитать. KrėvR 65. Красный петух, выведя стаю кур на ток, важно покачивая розовым гребнем, громко кукарекает. ŽemR I 81. А солнышко, вновь отдаляясь от нас, катится, а потом, оставив нас, быстро заходит к вечеру. DonR 63. Будто сон какой, который видим, пока спим, но, проснувшись, вскоре о нём вспоминаем (63), так же быстро пролетела для нас радость вместе с летом. DonR 63–64. Но волк, слишком много слыша, чуть не взбесился и, сильно разозлившись, весь от злости распух. DonR 124. С голодом и холодом мы побратались, живя в поместье, с голодом и холодом сроднились, получив землю. CvR III 114. Оглядываясь, (вдова) увидела огромный-преогромный камень. Подойдя к этому камню, она увидела пещеру. LTR. Именительные формы причастий действительного залога прошедшего времени, обозначающие результативное состояние и хотя бы частично сохраняющие значение предшествующего второстепенного действия, также противопоставляются полупричастиям; ср.: Петрас смотрел на мясника, вытаращив глаза, словно не понимая его слов. KrvR 197. И принимаются шептаться две старые соседки, склонившись головами друг к другу, словно говоря одна другой прямо в нос. VaižgRR I 193. На речном обрыве, свернувшись клубком, почти касаясь коленями подбородка, лежала девочка. CvR III 266. Однако те причастия действительного залога прошедшего времени, у которых значение второстепенного действия поблекло, могут противопоставляться и причастиям действительного залога настоящего времени. Например, сравним следующие предложения: Вся перепуганная и дрожа, Вероника встала и никак не могла понять, действительно ли она разговаривала с матерью или только во сне. VienR I 197. Однажды зимним утром Бурокене встала словно недееспособная, а днём на улице — метель! ŽemR II 8. 57 Причастие на -damas в первом предложении, соотнесённое с причастием действительного залога прошедшего простого времени, здесь употреблено почти так же, как причастие действительного залога настоящего времени во втором предложении, которое, в свою очередь, можно было бы заменить соответствующим причастием на -damas. Причастиям на -damas могут противопоставляться и именительные падежи причастий действительного залога прошедшего простого времени, употребляемые с некоторыми возвратными глаголами (особенно с глаголом džiaugtis «радоваться») и имеющие более или менее явный оттенок значения пояснительного (экспликативного) предложения. Например: Вероятно, она (кошка) радуется, вырвавшись из детских рук. SimonVK I 219. Но он радовался, вернувшись в родной двор. CvR II 73. Тот королевич радовался, что купил такого красивого коня. BsP II 260. Родители радуются, что вырастили хороших детей. Dkš. И он радовался, что остался жив. Jabl. Пранаитис успокаивал и утешал Балсиса и сам радовался, что благополучно спасся. Myk-PutS 230. Я обрадовался, избавившись от аистов. Šll. Не жалей, отдав, радуйся, получив. Rz. Старик радуется, стеная, юноша — разъезжая, иной — молотя. VP 41. Во время войны люди радовались, получая от немцев жёлтый конский сахар. Ds. Поэты, радуйтесь, видя, на что способна любовь! (Kudirk (DŽ III 60). Не радуйся, первым жнея, радуйся, первым везя в гумно. Al (Ppr 47). Пастух досадует, не имея возможности выгнать гусей из овса. Sr. Когда это значение выражено сильнее, сочетания причастий с упомянутыми возвратными глаголами приближаются к конструкциям типа nominativus cum participio. В таких случаях с возвратными глаголами употребляются также причастия действительного залога настоящего и будущего времени. Например: Я радуюсь, даже подпрыгиваю оттого, что у меня где-то есть такая высокая сестра-родственница. ŽemR IV 311. Лиса, услышав, что едет человек (с курами), радовалась, что у неё будет вкусный завтрак. Именительные падежи причастий действительного залога прошедшего простого времени противопоставляются причастиям на -damas на основании различий во временном значении и значении вида. Именительные падежи причастий действительного залога прошедшего простого времени обозначают действие, предшествующее главному и обычно завершённое. Причастия на -damas, выступая в качестве немаркированных форм, имеют значение одновременности и несовершенного вида. В тех случаях, когда причастия действительного залога прошедшего простого времени обозначают второстепенное действие как процесс, продолжавшийся в течение определённого времени в прошлом (примеры см. в § 5), они противопоставляются причастиям на -damas только на основании различного относительного временного значения. Ср.: Идя танцевать, она чинила ткацкий станок. KlvD 295. — Пройдя уже несколько дней, он встретил одного человека. LTR. § 9. Противопоставление причастий действительного залога прошедшего простого времени и причастий на -damas, по-видимому, не является первичным. Есть основания полагать, что в упомянутых выше случаях причастия на -damas заняли место причастий действительного залога настоящего времени. В диалектах и старых письменных памятниках ещё встречаются предложения, в которых причастия действительного залога настоящего времени имеют значение, близкое к причастиям на -damas, и могут противопоставляться причастиям действительного залога прошедшего простого времени. Ср.: Целый день размышляя, ходит по лесу, ничего не найдя, и горюет о себе. Slk (LTR). Унывшая от стенаний и приходящего к ней 58 Увидевший это юноша вскрикнул: схватив горящую головешку, он ударил его по спине. VaičE 984. Архаичность такого употребления действительных причастий настоящего времени показывает наличие соответствующих конструкций во многих родственных языках5. В близком деепричастиям значении действительные причастия настоящего времени нередко употребляются в диалектах и с различными соединительными словами6. § 10. Действительные причастия прошедшего многократного времени не употребляются для обозначения второстепенного действия. В предложениях, сказуемое которых обозначает многократное действие, значение повторяемости выражается действительными причастиями прошедшего многократного времени. Например: Молодые, вбежав в избу, хватали что-нибудь перекусить и убегали на улицу. Myk-PutS 35. Приехав летом из гимназии, (Янулис) складывал на ветви доски, покрывал их соломой и, обвязав по бокам верёвками, устраивал себе лежанку. VienR I 152. Поздно ночью, заправив ламповый фитиль, лишь на минутку склонившись на скамье для краткого отдыха, девушка тут же тихонько засыпала с клубком ниток или недочищенной картофелиной в руке. CvR III 26. Старые старики, обычно редко показывавшиеся, появлялись на солнце и, усевшись где-нибудь в укрытии от ветра, положив подбородки на палки, застывали на целые часы, устремив выцветшие глаза на какой-нибудь предмет. CvR III 18. Такие действительные причастия прошедшего многократного времени противопоставляются деепричастиям на основании временного и видового значений так же, как и в рассмотренных в § 8 случаях (ср.: Шагая по пёстрому ковру лугов, я больше пугал и дразнил птиц, чем охотился на них. CvR II 53). § 11. Атрибутивные действительные причастия прошедшего времени соотносятся по значению времени не только с причастиями настоящего, но и будущего времени (действительные причастия прошедшего многократного времени лишь в исключительных случаях имеют атрибутивное значение), ср.: едущий поезд: ехавший поезд: поезд, который поедет. Именительный падеж действительных причастий будущего времени не употребляется в значении второстепенного действия; в литовском языке также нет каких-либо специальных причастных форм, обозначающих последующее действие (то есть действие, происходящее после действия, выраженного личной формой глагола). Однако такое второстепенное действие или состояние, которое вытекает из основного действия как его результат, нередко выражается деепричастиями. Например: 4Больше примеров с действительными причастиями настоящего времени в значении второстепенного действия см. в статье V. Ambrazas, Absoliutinis naudininkas XVI—XVII a. lietuvių kalbos paminkluose, LKK, т. 5, с. 7. Ср. также следующие примеры из сочинений J. Bretkūnas и B. Chylinskis: Bei ios skubei ischejo isch grabo bijadamos ir didei dzaugenčzies ir tėkeia. BrP I 401₂₅. Sztey Karalus tawo ateyt sedins and astildyčio asliczios. ChB NT Jon 12, 15. O kad prasžoro tris Menasis taydemes Akrutu isz Alexandrios, hursęy žiemawo anoy Jewoy, beturins ziankta Kastora ir Polluxa. ChB NT Apd 28, 11. Teyp karoju [<kar>auju] ne kaupo (pd weia) ora muszans. ChB NT I Korint 9, 26. 5Ср. др.-слав.: obъchodъzdaše gradъbę uče Zogr Marc. 6, 6; гот.: bitauh weihsa bi-sunjane laisjands GB ib.— καὶ περιῆγεν τὰς κώμας κύκλῳ διδάσκων «ходил по селениям, уча»; лат.: flens me obsecravit Pl. Trin. 154 «плача, умолял меня» и т. п. 6См. P. Skardžius, Dėl pusdalyvių raidos, „Archivum Philologicum“, т. 6 (1937), с. 102 и след. 59 Стена деревьев разрослась, словно настоящая каменная кладка защищая усадьбу Сакалине от пронизывающих, вредоносных северных и восточных ветров. VaižgP II 29. Тем временем уже открылось и окно, впуская свежий воздух. Simon OBT 126. Моя жена умерла, оставив троих маленьких детей. LTR. Сходное значение иногда могут иметь и действительные причастия настоящего времени, например: Как из огня выскочила она (Вероника) из хлева, взяла ведро воды и плеснула на дверь, желая смыть дёготь, но вода, словно по салу, скатилась вниз, ещё больше испачкав дверь и обрызгав крыльцо. VienR I 197. Проводить старого Дирду собрались молодые и старые, заполнив двор и улицу возле него. BaltPV I 285. Только зря полдня пробродил, ничего не найдя, и всё. Grž. В таких случаях противопоставление атрибутивно-предикативных действительных причастий настоящего времени и полупричастий частично нейтрализуется. § 12. В рассмотренных до сих пор примерах действительные причастия настоящего времени и полупричастия, распространённые другими словами, образуют замкнутые синтаксические конструкции, которые чаще всего интонационно отделяются от главных членов предложения. Однако в диалектах, фольклоре, а иногда и в литературном языке встречаются также примеры, в которых в распространённую причастную конструкцию включается подлежащее предложения. Например: Однажды, увидев такие красивые ржи, пан велел своим батракам их скосить. BsMt II 109. Услышав такую новость, король очень опечалился. BsMt II 86. Услышав о таких проделках парня, старший из воров от души рассмеялся, щедро наградил его золотом и отпустил на свободу. CvR V 197. Поняв, что дятел их обманывает, бабы пошли к кувшинам, но, обнаружив их пустыми, были вынуждены вернуться домой. LTR. Вот тогда, взяв те подарки, ты поклонись отцу и матери. BsMt II 104. Волка мужчины нашли в яме и забили до смерти. Vlk. Обжёгшийся человек дует и на горячее, и на холодное. Ūd. Не получив денег, Юрка побрёл домой. 'BsP II 198. Вернувшись домой, дурочка всё рассказала сёстрам. CvR V 9. Иногда, услышав такого искусного певца, люди останавливались и заговаривали с ним. CvR II 13. Совершенно так же употребляются и соответствующие конструкции с полупричастиями, например: Провожая Тупикиса, брат начал плакать и причитать, что тот пропал. ŽemR I 280. Молодой Йонелис нигде не мог найти себе места, кроме как пасти скот. BsP II 253. Увидев, что сын поступает по своей воле, отец, уже не в силах его удержать, отсчитал ему двенадцать тысяч долларов и сказал. BsP II 208 (Klp.) Не придумав ничего лучшего, на следующее утро, ещё до рассвета, он побежал осмотреть пшеничное поле. CvR V 136. В этих конструкциях, которые, по-видимому, представляют собой определённые синтаксические архаизмы, можно усмотреть элементы более старого, менее централизованного типа структуры предложения. Причастия и полупричастия с зависимыми словами здесь ещё не образуют замкнутой группы слов, подчинённой главному предикативному центру предложения. Связь подлежащего с причастием или полупричастием, а не с личной формой глагола, выступающей в роли сказуемого, с одной 66 с одной стороны, свидетельствуют о ярко выраженной предикативности этих причастий и полупричастий, а с другой — об отсутствии строгой централизации предложения и менее развитых подчинительных связях внутри предложения. § 13. Причастия настоящего и прошедшего времени страдательного залога второстепенное действие или возникшее вследствие него результативное состояние обозначают гораздо реже, чем полупричастия и действительные причастия прошедшего однократного времени. Чаще всего они имеют атрибутивное значение или вместе с личными формами глагола būti образуют сложные времена. В целом вследствие особенностей своего развития страдательные причастия гораздо ближе к прилагательным. Страдательные причастия настоящего и прошедшего времени были включены в систему глагольных категорий значительно позже, чем соответствующие действительные причастия, и поэтому лучше сохранили исходное употребление в качестве прилагательных. Во многих случаях эти причастия, особенно формы настоящего времени, не имеют ни значения залога, ни значения времени и употребляются как особые прилагательные, образованные от глаголов. Между тем второстепенное действие могут обозначать только те страдательные причастия, которые имеют значение страдательного залога и другие глагольные признаки. Атрибутивно-предикативные страдательные причастия чаще всего образуются от переходных глаголов. Кроме того, они иногда образуются и от тех непереходных глаголов, страдательные формы которых могут иметь пассивное значение, например: Старая изба скрипит и трещит, обдуваемая ветром. J. Žmonužių iškalbama, ausi plonas drobeles. JD 1000. Приходи, тебя ждут, уйдёшь любимым. B (DŽ II 773). Тогда сват Ваурус, хотя сам трезвенник, по знаку жениха тут же украсил стол бутылками весьма необычной формы. VaizgRR I 322. § 14. Страдательные причастия настоящего времени обозначают второстепенное пассивное действие, которое по крайней мере некоторое время протекает одновременно с основным действием, обозначенным сказуемым. Чаще всего они образуются от глаголов без приставок и имеют значение несовершенного вида. Расширенные другими словами, они образуют причастные конструкции, выступающие в роли обособленных членов предложения. a) Причастие страдательного залога настоящего времени без зависимых слов: Елена, которую били, не сопротивлялась, только ловила её руки и целовала. KrėvR 26. И кошка, когда её гладят, выгибает спину. Škn. Огонь, который тушат, сердится. Nj. Кобылу, которую хлещут, не удаётся заставить бежать, она только встаёт на дыбы. LTR. Вёдра, которые ставят, загремели. Erž. Мать немного поворчала, когда её попросили, поджала губы и уступила. BaltPV I 280. Машина, которую крутят, блербия. Er. b) Причастие страдательного залога настоящего времени с зависимыми словами: Микя, которого дразнили друзья, потребовал, чтобы Юозапелис померился с ним силами. CvR II 92. Севший ворон начал каркать, когда его поводком толкал ветер. CvR II 36. Всеми укоряемый, всеми преследуемый, Пётр чувствовал, что его боль превратилась в досаду. ŽemR I 201. Ты будешь колебаться, сестрица, когда милый бранит. Krs. Разве я согреюсь, если меня греет свекровь? KlvD 197. Я заснул лишь глубокой ночью, измученный грустью и тяжёлыми мыслями. SluckGMN 116. Перевозимый из Каунаса в Шяуляйскую тюрьму, будущий писатель сумел часть своих записей... 61 прятаться в войлочной одежде и шапке. VencIEV 211. Казюкас метался, терзаемый болью. CvR VIII 176. Подобно тому как причастия прошедшего времени действительного залога со значением результативного состояния (см. § 7), причастия настоящего времени страдательного залога могут примыкать к личным формам глагола, выступающим в роли сказуемого, и образовывать с ними тесные синтаксико-семантические сочетания. Например: Уходи любимым, приходи ожидаемым. SchG 318. Вдруг ухо уловило странный звук, будто кто-то, гонимый, бежал по сосновым борам. SimonR I 62. Молодые люди без просьб рвались помогать. CvR III 35. § 15. Формы именительного падежа атрибутивно-предикативных причастий настоящего времени страдательного залога по значениям времени и вида полностью соответствуют полупричастиям, но отличаются от них залогом. Полупричастия имеют активное, а причастия настоящего времени страдательного залога — пассивное значение. Ср.: Гонимая лиса ещё успела проскочить между колёс. Суова, преследуемый, попал между ними и был сильно ушиблен человеком. LTR. Поучаемый Мике, Юозапелис мучает язык, прибавляя к каждому слогу слова «вер». CvR II 86. Жернова я тянула не отдыхая, огонь разжигала без понуканий. LT III 438. Человек, сопровождаемый криками чибисов, всё перепрыгивая с кочки на кочку, пошёл в стороне. CvR III 105. Принимаясь за какую-нибудь другую работу или вынужденные выполнять какое-нибудь дело, выходящее за рамки повседневной жизни, каждый из них долго собирался, долго обдумывал. KrėvR 151. Кошка в ловушке, кусая мышь, пищит, а мышь, будучи укушенной, пищит. J (DŽ II 88)7 Соотношение значений причастий настоящего времени страдательного залога и полупричастий особенно ясно видно на форме duodamas: употреблённая в активном значении, она понимается как причастие настоящего времени страдательного залога, а в пассивном — как полупричастие. Например: Получая, бери; когда бьют, беги. Erž (причастие настоящего времени страдательного залога). — Раздавая всё имущество, всех всё равно не одаришь. Al (полупричастие). Однако такое соотношение вовсе не свидетельствует о параллелизме в употреблении причастий настоящего времени страдательного залога и полупричастий, обозначающих второстепенное действие. Если для полупричастий значение второстепенного действия является основным, то причастия настоящего времени страдательного залога имеют его гораздо реже. § 16. Причастия прошедшего времени страдательного залога обозначают второстепенное пассивное действие, совершившееся до начала основного действия предложения. В отличие от соответствующих причастий настоящего времени, они чаще всего образуются от глаголов с приставками и имеют значение совершенного вида. a) Причастие прошедшего времени страдательного залога нераспространённое:Волк, отпугнутый, больше не возвращается на то же место. Val (DŽ I 457). И бык, откормленный, лучше тянет ярмо. Myk PutS 134. Камень по- 7В тех редких случаях, когда причастия настоящего времени страдательного залога, обозначающие второстепенное действие, употребляются в активном значении, различие между ними и полупричастиями полностью стирается, например: …Часто жили в Пентеполе, а здесь, не вмещаясь, переселялись в другое место. ŽS 104. В старых письменных памятниках для обозначения длящегося второстепенного действия иногда употребляются также причастия настоящего времени страдательного залога, образованные от безличных глаголов, например: Szytay téwas táwas ir as sopami (boleją W 111) išěsžkome tawęs. DP 632... Tassai szytai waystą..., prieme nieko to ne rėkiamas. DP 553 (Bez żadnej potrzeby W 86). 62 пулей со свистом пролетел над крышей. Rm. Другой камень, разбившись, взорвался, даже искры разлетелись. ŽemR I 145. Избитый, помятый господин потерял сознание, а когда очнулся, почувствовал, что сидит на том же холмике. CvR V 111. б) Причастие прошедшего времени страдательного залога распространено зависимыми словами: Ещё совсем недавно тихая деревня у дороги, затопленная гомоном, превратилась в шумный лагерь. CvR III 208. Умытый холодной водой, Юозас открыл глаза. LzPR II 55. Выпущенный из хлева, господин пришёл к хозяйке и говорит. BsP III 303. Неужто сваты его, щедро приласканные, не сумели вести благопристойные беседы кумовьёв? DonR 84. Принятый и оставленный на ночлег человеком, старик отправился дальше. CvR V 61. Завлечённые весёлыми разговорами, и другие убегали на улицу. Myk-PutS 35. Причастия прошедшего времени страдательного залога, подобно соответствующим причастиям действительного залога (ср. § 7), могут обозначать и результативное состояние, возникшее вследствие предшествующего второстепенного действия в страдательном залоге. Например: Она выросла в доме Зелвиса, не знав детства: с самого первого дня жизни её запрягли в работу за кусок хлеба. CvR III 30. Лошадь стоит взнузданная. Kp. Парни с девушками только дразнятся, смеются, а лён стоит невытеребленный. Rdm. — — И солод остался непророщенным, — жаловался старик. BaltPV I 269. Но вот закончилась Риешутинис, поредел лес, и впереди показалось длинное серое шоссе, с одной стороны устланное тенями деревьев. VienR I 173. Тяжёлыми и мрачными были мысли ворона, как сама земля, лежавшая промокшей от поздних осенних ливней. CvR II 33. Мужчины тихо подходят, незамеченные, ждут. GirušD 95. § 17. Подобно тому как причастия настоящего времени страдательного залога, обозначающие второстепенное действие, соотносятся с полупричастиями, соответствующие причастия прошедшего времени страдательного залога соотносятся с причастиями прошедшего времени действительного залога. Они имеют сходные временные и видовые значения и различаются залогом. Соотношение причастий прошедшего времени действительного и страдательного залога видно хотя бы из следующих примеров: Господин, не колеблясь ни мгновения, охваченный жадностью, вскочил и обнял мешок с золотом, крича. CvR V 111. Волк, хорошенько выпоротый, оторвав хвост, убежал. BsP III 310. Выпущенная на пастбище, Сюоя, едва завидев вдали телегу или пасущихся лошадей, неслась через поля как сумасшедшая. CvR II 59. — — Не знаю, куда только в тебя лезет! — говорит корове Симук, но та, облизнувшись, принимается ходить за ним следом и, избалованная таким образом, только и поглядывает на огород. CvR II 11. Атрибутивно-предикативные причастия прошедшего времени страдательного залога отличаются от соответствующих причастий прошедшего времени действительного залога также значительно более узкой сферой употребления (ср. § 15). С другой стороны, причастия прошедшего времени страдательного залога противопоставляются причастиям настоящего времени страдательного залога на основании относительных временных и, чаще всего, видовых значений. Причастия настоящего времени страдательного залога обозначают второстепенное действие, продолжающееся по крайней мере в течение определённого промежутка времени 63 одновременно с основным действием. Причастия прошедшего времени страдательного залога обозначают предшествующее завершённое действие. Ср.: Но этот, хлещущий, даже не пикнул, а отпущенный снова занялся своим делом. Val (DŽ I 26). Торопливо печёшь — не пропечётся, забытое сгорит. R₁ 73 (DŽ II 251). Ругаемый зятем, иди в дверь, ругаемый сыном — лезь на печь. An. — Сыном ругаемый — лезь на печь, зятем — иди в дверь. Pl. § 18. Из обзора употребления именительного падежа атрибутивно-предикативных причастий и полупричастий видно, что эти формы противопоставлены на основе двух значений относительного времени и двух значений залога. Их корреляцию можно представить следующей схемой: Атрибутивно-предикативное употребление Значение одновременности | Значение предшествующего (чаще всего завершённого) действия | Активное значение | полупричастие | причастие прошедшего времени действительного залога | Пассивное значение | причастие настоящего времени страдательного залога | причастие прошедшего времени страдательного залога Атрибутивно-предикативные причастия по своим взаимным отношениям значительно отличаются от атрибутивных причастий, которые противопоставлены на основе трёх значений времени и двух значений залога. Атрибутивное употребление Значение настоящего времени (одновременности) | Значение прошедшего времени (предшествующего действия) | Значение будущего времени (последующего действия) | Активное значение | причастие настоящего времени действительного залога | причастие прошедшего времени действительного залога | причастие будущего времени действительного залога | Пассивное значение | причастие настоящего времени страдательного залога | причастие прошедшего времени страдательного залога | причастие будущего времени страдательного залога Сопоставив эти схемы, видим, что полупричастие, вовсе не имеющее корреляционных связей с атрибутивными причастиями, среди форм именительного падежа атрибутивно-предикативных причастий функционирует как полноценный член системы с двумя семантическими дифференциальными признаками: значениями одновременности и действительного залога. 64 III § 19. Значение вторичного действия литовских причастий обусловлено, с одной стороны, их морфологической природой — взаимодействием глагольных и именных категорий, — а с другой стороны — двойственными синтаксическими связями в предложении. Однако выявлению этого значения способствуют и другие условия, среди которых отдельно следует отметить позицию, обособление и распространение зависимыми словами. a) Атрибутивно-предикативные причастия в предложении обычно стоят рядом со сказуемым и этим отличаются от атрибутивных причастий, которые тяготеют к существительным и местоимениям, выступающим в роли подлежащего или дополнения. Наиболее характерна для причастий и причастных конструкций (D), обозначающих вторичное действие, следующая позиция по отношению к подлежащему (V) и сказуемому (T): V — D — T (например: Господин, придя, схватил его сало и проглотил. BM 29). Подлежащее может быть не выражено или подразумеваться (например: Взяв уздечку, привезёт лошадь. Skd), а между причастием и сказуемым может находиться дополнение или обстоятельство при последнем (например: Мать, обняв девочку, кувырком выбежала на кухню. SimonOBT 42). Нередко встречается и позиция D — V — T (например: Ещё раз оглядев поля, женщина пошла в дом. CvR III 105). В таких случаях причастие, особенно нераспространённое, нередко приобретает оттенок значения признака (см. § 1). Совершенно иную роль для значения причастия играет позиция V — T — D. (Увижу, на кого вы будете злословить, когда меня не станет? ŽemR II 338). В этой позиции причастие обычно тесно связано со сказуемым (см. § 7). Позиция T — V — D (— Вот, вот! — кричат девушки, увидев ястреба. CvR II 56) встречается сравнительно редко, а позиция T — D — V совсем нехарактерна. В целом двойственные синтаксические связи причастий, обозначающих вторичное действие, с подлежащим и сказуемым лучше всего проявляются, когда причастие стоит между ними или хотя бы перед сказуемым. b) Атрибутивно-предикативные причастия, распространённые зависимыми словами, чаще всего выступают в качестве обособленных членов предложения. Интонационное обособление подчёркивает и ещё более явно выявляет предикативность таких причастных конструкций, придавая им отчётливый оттенок дополнительного утверждения или отрицания. В определённых случаях (например, когда распространённое причастие стоит перед подлежащим) интонационное обособление играет решающую роль в выявлении значения вторичного действия. Сравним следующие предложения: Выпущенный из хлева, господин пришёл к жене. BsP III 303. — Местами уже совсем оголившиеся вершины холмов чернели среди полей. Gud-GuzKIT 566. Если причастную конструкцию первого предложения выпущенный из хлева произнести без обособительной интонации, мы превратим её в распространённое определение с атрибутивным значением. Между тем во втором предложении, обособив атрибутивную причастную конструкцию местами уже совсем оголившиеся, мы тем самым придали бы ей значение вторичного действия. Особенно важную роль интонационное обособление играет для выявления значения вторичного действия в тех случаях, когда из-за своей позиции, морфологических и лексических особенностей причастие может пониматься двояко (ср. примеры переходного типа, приведённые в § 1). 5. Lietuvių kalbos morfologinė sandara ir jos raida 65 Однако понятия обособленных членов предложения и атрибутивно-предикативных причастий далеко не совпадают. Прежде всего, в качестве обособленных членов предложения могут выступать и атрибутивные причастия, чаще всего распространённые другими словами, например: Холмистые склоны, поросшие кустарником, красиво переливались более светлой и более тёмной зеленью. ŽemR I 132. Но и наши кушанья, приготовленные по-литовски, иной шалун не боится хулить. DonR 51. С другой стороны, причастия со значением вторичного действия, употреблённые самостоятельно, без распространения другими словами, часто не выделяются паузами (в письменной речи — знаками препинания). Тем не менее даже в таких случаях у них есть особая модуляция тона и впечатления, отличающая их от соответствующих атрибутивных причастий. Например: Оглянувшийся мальчик вернулся и, услышав, как рассказывает дедушка, растянулся на сенокосной полосе. CvR III 192. Проснувшись, он ещё часок поваляется, а потом только встаёт. Gs. Большинство причастий, обозначающих результативное состояние и тесно связанных со сказуемым, вовсе не выделяется интонационными средствами (примеры см. в §§ 7, 14, 16). c) Распространение причастия зависимыми словами также создаёт более благоприятные условия для выявления значения вторичного действия. Будучи нераспространённым и не образуя обособленного члена предложения, причастие в именительном падеже относительно более склонно образовывать атрибутивные или предикативные словосочетания. Обычно гораздо более самостоятельную роль в предложении играют распространённые причастные конструкции, в состав которых могут входить целые придаточные предложения. Например: Наверное, потому и плачет мать, вспомнив, что у неё больше нет родного дома. SimonOBT 26. Опомнилась Вероника, чуть легче вздохнула возле святого места и, оглядевшись, нет ли кого на тракте и у креста, вышла из-под деревьев. VienR I 174. А тот сын, когда его спросили, где он был, говорит. Bsp II 130. IV § 20. Атрибутивно-предикативные причастия, обозначая второстепенное действие в предложении, часто одновременно указывают и на различные обстоятельства основного действия. Такие причастия, особенно распространённые зависимыми словами, по своему значению могут быть близки придаточным предложениям времени, причины, условия или уступки. Полупричастия выступают полноправными коррелятами форм именительного падежа атрибутивно-предикативных причастий, обозначающих обстоятельства, и соотносятся с ними так же, как в случаях, рассмотренных в § 18. Поэтому ниже наряду с формами именительного падежа причастий со значением обстоятельства приводятся и примеры соответствующих полупричастий. Атрибутивно-предикативные причастия и полупричастия очень часто употребляются для указания на время действия, обозначенного личной формой глагола. 66 Полупричастия: Идя, возьми палку — их собака лает. Св. Разбивая, я думал, что больше достанется. Кп. Сделай окна, ложась спать. Грг. Кто не буянит, когда молод, тот будет буянить, когда состарится. Кп. Работая, не смотри, куда вороны летят. Ppr 32. Едучи по лужам, остерегайся незамёрзших полыней. Skn. Глядя на какую-нибудь птицу, кувыркающуюся в небе, я думал о будущих походах. CvR II 47. Бойся волка, идя в лес, а то и заяц напугает. Кп. Причастия действительного залога прошедшего времени: Согревшись, мы отправимся дальше, ведь волчьего дома не разрушим. CvR V 119. Вернувшись, каждый смотрит, где бы только прилечь и заснуть. KrėvŠP 140. Такой порядок он застал, приехав, и ему не пришло в голову, что его нужно изменить. KrėvR 8. Закончив службу в поместье, я мог и себе что-нибудь придумать. Grž. Собрав хмель, расстелите хмельники на дорожке, чтобы не было мокро. Er. Жаворонок перестаёт петь, увидев стогpamates (во время жатвы ржи). Kp. Не сбив волку ногиnepadaužęs, не говори, что он хромой. Dauk (DŽ II 229). Причастия настоящего времени страдательного залога: Не плачь, когда тебя стригут, заплачешь, когда муж будет расчёсывать. Sln. Саулюс уже не годился ни для работы, ни для пастьбы скота. Если его просили работать, он работал, но не заканчивал, если велели идти, он шёл, но не доходил. VaižgP III 121. (Йонас) ничего вокруг не видит и даже, когда его зовут, не отзывается. BaltPV I 66. Тебе надо поспать; я сам видел, как ты теряешь сознание, когда тебя будят по утрам. BaltPV I 60. (Жители) пытались добраться до мельницы или города, только когда их вынуждала крайняя необходимость. CvR III 105. Человек мог научиться там, лишь будучи при смерти. DB 111. Причастия прошедшего времени страдательного залога: Плюшкис редко и только после приглашения осмеливался войти в комнату. CvR III 155. Сначала возчик отговаривался, но, когда его окончательно припёрли к стенке, ему пришлось показать. BsP II 96. Старое вино, перелитое в новую бутылку, ещё не приобретает нового вкуса. VenclEV 11. Вор, схваченный с поличным, сразу признаётся. SInt. Приведённый к королю парень сказал, что он и его друзья согласны выполнить три тяжёлые работы. CvR V 33. § 21. Со значением времени тесно связаны также значения причины, условия и уступки. а) Значение причины. Полупричастия: Так как я разгорячился, пока бежал, меня даже прошиб пот. Vv. Отец бьёт ребёнка из любви, а чужие — не меняя. An. Один заблудился, не зная дороги, другой отправился его искать. Šim (DŽ I 137). Кот, имея хороший глаз, увидел в лесу огонёк. LTR. Живя в Вильнюсе, я не могу поговорить с родителями, общаюсь с ними только письмами. Sn. Ничего не делая день за днём, у неё даже слишком много свободного времени. SimonVK I 9. Больной, будучи слабым, не может ходить. Kr (DŽ III 60). Причастия действительного залога прошедшего времени: Похвалив недостойного, я сильно опозорился. Sr. Сват не ест свинины, пресытившись кониной. NS 821. Не успев зимой, летом привезли из леса все оставшиеся деревья. Grž. Разгулявшись в молодости, он вырос спокойным. 5* 67 Йншк. Горячим сгорает, а на холодное плюёт. Плн. Никогда ещё в жизни столько мяса не имевшая, старушка совсем его не берегла. CvR V 59. Густис жадно набросился на еду, как проголодавшийся волк, однако съел совсем немного, отвыкнув наедаться досыта. VaižgP II 244. Причастия настоящего времени страдательного залога: Козёл, которого ругают, жиреет. MŽ I 186. Камень, который всё время перекатывают, не зарастает. Пн. И тесный вязаный жилет, который носят, растягивается. Ввр. Усадьба, никем не присматриваемая, совсем развалилась. TŽ III 323. Собака, которую часто дразнили, стала робеть. Sl. И без того светлые волосы Микуте, постоянно вымываемые дождём и опаляемые солнцем, выцвели. CvR III 137. Избалованный дома как самый младший (Алексис) привык повелевать и прямо требовать всего, чего пожелает. VaižgP III 10. Причастия прошедшего времени страдательного залога: В лесу деревья, подстриженные под усики, засыхают. O (DŽ I 839). Дуб чернеет, будучи обрезанным. Šts. По полю пройдённый, ветерком обвеянный, вот он, румяный лик. Jabl (DŽ II 771). Разгорячённый битвой, я не заметил, что происходит вокруг. Tsp (DŽ V 80). Как видно из примеров, значение причины проявляется на фоне более общего значения одновременности или предшествующего действия. Оно чаще присуще распространённым группам слов с причастием, стоящим перед сказуемым предложения. Если у причастия нет зависимых слов, причинное значение ощущается слабее. б) Значение условия. Деепричастия: Бегая, всё равно добежишь до конца. Ds. Будучи в разлуке, всё равно когда-нибудь увидимся. Grž. Если иметь глаза свиньи, везде пролезешь. Kps. Многого желая, ничего не получишь. Prk. Как ты научишь других, сам ничего не умея? SimonVK I 185. Какими бы мы ни были людьми, если пустимся в такую беду. LzPR II 74. Не желая опьянеть, даже не пробуй. VP 33. Причастия прошедшего времени условного наклонения действительного залога: Чувствовал себя таким заброшенным и таким нездоровым, что, вздумай я, казалось, живым полез бы в землю. BiIR I 209. Вздумай — утопил бы в ложке. Plv.⁸ Положишься — положишься, куда же денешься, если не положишься. BaltPV I 18. Рассказываю, чтобы, вздумай ты, каждую девушку обвёл вокруг пальца и очаровал, как ниткой. KrėvR 150. Что будешь делать, если не согласишься — обещаю отдать дочь. Grž. Наверное, места получше не нашёл, раз полез сюда, в этот ад, в нашу усадьбу! ŽemR I 325. Упав в грязь, сухим уже не вылезешь. Krp. Не поймав себя, другого не полюбишь. Šts. Как только наступит, не беспокойся о шубах. Ndz. Причастия настоящего времени страдательного залога: Сало испортится, если его не есть. BaltPV I 36. Чего вырастут дети, если их не наказывать. Lp. Если тебя гонят — беги, если дают — бери, если бьют — молчи. Vkš. Причастия прошедшего времени страдательного залога: Та книга совсем развалится, если её не починить. J (DŽ II 493). Так бедно одеваются, что даже выгнанная собака не пошла бы. Alvt. Соль, если её положить сколько нужно, придаёт вкус, а если положить слишком много — портит. Vj. Значение условия причастия обычно имеют в обобщённых предложениях, сказуемым которых служит форма будущего времени, сослагательного или повелительного наклонения — 8 Ср.: Вздумай — утопил бы в ложке. Mrk, Rm, Dkš. 68 говорят глаголы. Причастие, которое может быть как распространённым, так и нераспространённым, часто употребляется с отрицанием. Среди страдательных причастий, которые в этом значении используются лишь изредка, довольно характерны конструкции с причастием dėtas. Например: Зосе будь на моём месте, я бы и косо не посмотрел на того Топиля. ŽemR I 121. И Петроне на её месте поступила бы не иначе. ŽemR II 215. Будь я такого роста, я бы такую не принял. J (DŽ II 308). Будь я на твоём месте, поступил бы иначе. Jabl. Будь я на твоём месте, я бы плюнул ему в лицо. Skd. Будь я на её месте, я бы за того облезлого не пошла. Ss. c) Значение уступки. Полупричастия: Бежишь, человек, и не убегая, идёшь, не уходя, а всё равно ничего не имеешь. KrėvŠP 273. Сидит Джюгас... с маленькими детьми и думает, ничего не придумывая. CvR V 54. Но девушки, сами ещё нуждаясь в няньках, уже из лоскутков шили себе пёстрых кукол. DonR 30. Сам плача, он успокаивал и утешал Грету. SimonVK I 207. Странно, как мы с тобой, будучи людьми самых разных взглядов и нравов, соединились. VienR I 212. Здесь теперь один царевич, уже не имея отца и родной матери, но имел мачеху. BsMt II 105. Всякие короли, имея меньше войска, побеждают меня — завоевали. Dkš (BsP II 82). Причастия действительного залога прошедшего времени: Ищет, не потеряв. Dbk. Поработав всего мгновение, получил большое вознаграждение. Sr. Отъев зубы, человек ума не приобретает. Slnt. Пройдя такой путь, только ноги натрудил. Zp. Я не устаю: вернувшись с ржаной грядки, почему ты устал? Skr. А этот (господин): здесь родился, здесь вырос, питался хлебом этих целинных земель — не может, не хочет открыть рот, чтобы сказать слово родины! LzPR II 16. Волость, не принесшая Няуре никакой пользы, оставила, однако, неизгладимое пятно на его судьбе. VaizgP III 48. На той мельнице работал мельник, которого я страстно полюбил, ещё ни разу его не увидев. SimonOBT 183. Причастия настоящего времени страдательного залога: Навалились холмы не взрываемые, склонилась липа не сгибаемая. JV 912. Будет плакать мой отец, не оплакиваемый. JV 460. Не приглашённый, не званный, всюду ходит и возвращается. Ds. Что само собой делается? JablRR 304. Сыр схватил, не давая. J (DŽ III 591). Хмель там рос, не будучи посажен. Dauk (DŽ I 111). Победили те, кто, (337) будучи биты и гонимы, сохранили в сердце решимость продолжать борьбу и когда-нибудь, пусть даже нескоро, победить! Myk-PutS 337—338. Причастия прошедшего времени страдательного залога: Головка сироты лежит непричёсанная. NS 1317. Чёрный ворон тот чёрен, некрашеный. KlvD 160. Встану утром, не разбуженная, буду работать, не побуждаемая. NS 175. Чёрный ворон чёрен, не сделанный. NS 104. Агнец дан, а ещё и петуха хватает. Kv. В предложениях с утвердительными сказуемыми уступка часто обозначается причастиями отрицательной формы, и наоборот. Уступительное значение здесь ощущается благодаря содержанию причастия или причастного оборота и остальной части предложения 69 противопоставления, но чаще всего оно бывает довольно неопределённым. Чтобы выразить его яснее, дифференцировать, употребляются соединительные слова и, хотя, хотя и. § 22. В конструкциях, обозначающих обстоятельство, обычно сохраняются относительные временные значения, характерные для форм причастий и полупричастий. Лишь тогда, когда причинно-следственные связи особо подчёркнуты, временное соотношение главного и второстепенного действия иногда ощущается слабее. В таких случаях семантическое противопоставление причастий и полупричастий действительного залога прошедшего однократного времени отчасти нивелируется. Ср. значения причастий и полупричастий действительного залога прошедшего однократного времени в следующих предложениях: Не пролив пота, добра не сделаешь. Dauk (DŽ II 303). — Покупая старую вещь, во вторник заплатишь за починку. Gs. Безумно поступил бы, напав на такую шайку людоедов. Š (DŽ III 168). — Тяжко согрешил бы, думай я иначе: вы были мне родителями, сироте! LzPR II 64. Обстоятельственное значение иногда влияет и на вид причастий. Так, действительные причастия прошедшего однократного времени, обозначающие причину, условие или уступку, чаще, чем в других случаях, образуются от глаголов без приставок и не имеют значения совершенного вида. Например: Стоявшая у дороги деревня Витеуса была излюбленным местом сельских девушек. CvR III 223. Я это хорошо знаю: столько лет уже ездил верхом и на барщине повидал всяких слёз. DonR 132 (значение причины). Выпив воды, пьяным не будешь. Rr. Не на своей лошади поехал — и в канаве окажешься. Sim (значение условия). Человек, упав с дерева, отдохнёт, а я, столько пройдя, не отдохну! Ėr. Исходив всё вдоль и поперёк, мы не нашли бы другого такого покровителя! LzPR II 90 (значение уступки). § 23. Обозначая второстепенное действие или состояние субъекта, возникающее вследствие него, причастия и полупричастия часто также поясняют характер главного действия. Полупричастия: Что папенька собрал, вздыхая, то сыночек растерял, крича. Ppr 245. Протоптал дорожку, прохаживаясь, сломал мостик, объезжая. LTR. Катре со всем согласилась молча. SimonVK I 136. Бык, как видишь, добывает себе корм, трудясь. DonR 36. Дома их встретил Григас, сердито косясь. KrėvR 31. Степонас Бричка жадно курил, выпуская дым через нос. VencIGD 398. Причастия действительного залога прошедшего однократного времени: Взвалив на плечи мешок камней, чёрт и идёт, согнувшись. Pšš. Кошка, сжавшись в комок, крадётся к мыши. Tr. Розалия сидела рядом со мной, широко расставив локти. BaltPV I 37. Медленно, задумавшись, он шагал... Maš (DŽ I 190). Но Снарьюкес, вытянув губы, гудел в трубу. DonR 69. Причастия настоящего времени страдательного залога: Этот голос слышен, когда утки, не спугнутые, кормятся или плавают в каком-нибудь тихом уголке озера. IvanLP II 88. Каждую неделю, ведомая какой-нибудь девочкой, она ходила из двора во двор по своей деревне. BilR I 243. Девочка росла в бедности, всеми высмеиваемая, обзываемая, ненавидимая. Myk-PutS 26. 70 Причастия страдательного залога: Мальчик, знакомый с другими, состязался, старался пробраться мимо них незамеченным. AvyžlSK 41. У забора прислонённый стоял кнут, а в руке мальчик держал старый календарь. VencIR II 17—18. Пироги, сложенные рядами, лежали. SimonVK I 11. (Ср. также примеры, приведённые в §§ 7, 14, 16). § 24. Перечисленные здесь значения, которые могут иметь в предложении атрибутивно-предикативные причастия и полупричастия, чётко не дифференцированы. И в литературном, и в разговорном языке очень часто встречаются предложения, в которых причастия имеют оттенки нескольких обстоятельственных значений или могут интерпретироваться по-разному. Например, в предложении Надев тулуп из овчины, не замёрзнешь (Svn) причастие с зависимыми словами указывает не только на время, но и на условие, а также объясняет характер основного действия. Время и причину одновременно обозначает причастная конструкция в предложении Ячейки сот, наполненные мёдом, заплыли. J. Такие конструкции позволяют характеризовать действие главного предложения одновременно с разных сторон, не указывая чётко на какое-либо одно его обстоятельство. Например: Значения времени-причины: Находясь в избе, человек бледнеет. Kp. Напившись, наплутавшись в пути, к концу путешествия старик уже порядком остыл. VaižgR VII 191. Пережив столько обид, немец всерьёз решил отомстить жмудину. CvR V 66. Напоённые росой, все вещи веселятся. PG (DŽ III 333). Трое умерли, будучи избиваемыми. ŽemR II 17. Значения времени-причины-условия: Сам будучи голодным, голодного не накормишь. Pnd. Получив подарок, человек радуется. Simon DŽ II 741. Не умрёте, съев, но откроются у вас глаза. Val (DŽ II 200). Значения времени-условия: Ища его, не найдёте, клича, не дозовётесь, ожидая, не дождётесь! ŽemR II 49. Поступив плохо, не унывай, поступив хорошо, не хвались. TŽ III 38. Ещё не то услышите, поговорив с ним подольше. KrėvŠP 13. Значения условия-образа действия: Идя не спеша, дальше уйдёшь. Ppr 223. Забравшись по пояс в воду, против течения здесь не пробредёшь. Grg. Значения уступки-образа действия: Однако однажды утром, не выдержав того, что я всегда последняя, я встала без будильника. SimonNTP 20. Значения времени-уступки-образа действия: Разве я глуп, чтобы, никем не принуждаемый, идти туда, где мне, как говорят люди, будет не совсем хорошо. KrėvR 257. § 25. Обстоятельственные значения причастий в литовском языке не грамматикализованы и не имеют определённых средств выражения. Позиция, отношения с сказуемым предложения, вид причастия и другие формальные условия иногда помогают сильнее выявить то или иное значение, но не играют решающей роли. Все обстоятельственные значения в первую очередь зависят от лексического значения причастия и других слов, входящих в причастную конструкцию, от содержания всего предложения и контекста. Обозначая время, причину, условие, уступку основного действия или поясняя его характер, причастия сохраняют двусторонние синтаксические связи с подлежащим и сказуемым и второстепенного действия 71 или значение состояния. Таким образом, употребление причастий для обозначения различных обстоятельств действия, выраженного сказуемым, составляет часть атрибутивно-предикативного употребления. V § 26. К атрибутивно-предикативному употреблению примыкают также несколько особых случаев употребления причастий действительного залога прошедшего кратного времени. а) Причастие действительного залога прошедшего кратного времени, непосредственно присоединяемое к глаголу того же корня, подчеркивает обозначаемое им действие. Например: Каких сортов только нет: будешь идти да идти весь день, а вырытые в земле погреба всё не кончатся. Blv (DŽ II 771). Идёт и идёт всё здесь. PP 330. Чего идти да бежать, я волка тащу. Blv (DŽ II 771). Бегай да бегай. ŽemR I 31. Как же ты хорошо пил да пьёшь, и пропьёшься, и шапку с головы продашь. JV 46. Пей да пей, братец, покури и домой. JD 72. Будешь работать да работать, а после работы сможешь отдохнуть. BsMt II 16. Проснётся, проспавшись, а потом возьмёт какую захочет. Skr. В тех же обстоятельствах употреблённые полупричастия также подчеркивают действие, обозначенное личной формой глагола, и по своему значению близки соответствующим причастиям действительного залога прошедшего кратного времени. Например: Дева моя, моя молодая, иди, ступая за мной. BsO 110. Бежим бегом через эти мыни. Pžt 63. Работай да работай, не смотри, кто что говорит. Прийти бы ему, возвращаясь, сто ярёмных быков приводя. KlpD 35. Кукует кукушка, сидя на высоком берёзовом дереве. JD II 821. Видя, я видел притеснение народа моего. GNT Деян. 7, 34. Относительное временное значение причастий действительного залога прошедшего кратного времени и полупричастий с усилительным значением очень слабое или вовсе утратило отчётливость, поэтому и их семантическое противопоставление не ощущается ясно. В современном литературном языке такие причастия и полупричастия довольно непродуктивны. б) Причастие действительного залога прошедшего кратного времени в отрицательной форме, употребляясь при формах повелительного наклонения глагола того же корня, обозначает альтернативу и подчеркивает действие, которое говорящий считает бесполезным. Например: Думай не думай — всё одно: надо будет — пойдёшь. Lp. Горбись не горбись, всё равно не поймаешь. Skr. Падай в обморок не падай — уж точно не наваляешь (не добудешь). Krtn. Сей не сей такой ячмень, если он не всходит (не прорастает или гибнет)! Rs. Жалей не жалей — умершего уже не опечалишь. Š (DŽ III 25). Однако, употребляясь с глаголами прошедшего кратного времени, причастия действительного залога прошедшего кратного времени в отрицательной форме не имеют ясно выраженного альтернативного значения и, подобно упомянутым выше причастиям без отрицания, лишь подчеркивают действие сказуемого. Например: Они (лауме) ткали, не переставая ткать, но ни на шаг дальше не ушли. BsMt II 196. Тот человек терпел, не переставая терпеть, уже терпения ему не хватило. ŽemR II 15. Подобным образом могут употребляться и соответствующие полупричастия, например: Толпы людей... радовались, не в силах нарадоваться. LzPR III 3. 72 c) В сочетаниях с глаголами другого корня (чаще всего повелительного или сослагательного наклонения) отрицательная форма действительного причастия прошедшего однократного времени обозначает нежелательное для говорящего, запрещаемое или прямо противоположное действию сказуемого действие. Например: Замолчи сейчас же, не ревя, весело и без твоих слёз! BaltPV I 59. Молчи, не бормоча, всё равно ничего не добьёшься. V kš. Иди есть, не слоняясь по саду. Ūd. Иди обедать, на воздухе не прохлаждаясь. Vj. Вставай, не валяясь. Jn. Лучше ищи сеть, не жалуясь. Blv (DŽ II 262). Иди себе, не хлопая дверью. Klvr. Брось эту свирель, не бренча мне тут над ухом. Gs. Отпусти кошку, не сжимая её. Sn. Заткни рот, не охлаждая его. Grž. Иди в лавку, не стой у двери! Mrs. Залезай на кровать, не мешкая! Rdm. Ты, мать, подожди, не плюясь... KrėvR 18. Ужин подавай, не ревя! KapsAA 97. Пошёл бы работать, не жуя! Rs. Ах, чтоб ты подавился, не лая на людей! Lnkv. Да замолчишь ли ты, не заикаясь? Grž. Почему опоздал, не придя вместе с остальными? LzPR II 92. Такие действительные причастия прошедшего однократного времени также не имеют более явного временного значения и не противопоставляются полупричастиям. Формы полупричастий, в свою очередь, иногда тоже могут иметь значение нежелательного или запрещаемого действия, например: Ах, если бы вы стали воронами, а не были моими детьми! (DŽ I 995). В указанных здесь случаях (a, b и c) употребляются действительные причастия прошедшего однократного времени обоих видов. Они обозначают предшествующее завершённое действие и по своему значению близки к тем личным формам глагола, с которыми соотносятся. Употребляясь с глаголами повелительного наклонения, они выражают просьбу, приказ, а с глаголами будущего времени — будущее, предполагаемое действие и т. п., ср.: Скажи ему — и не говори: пропускает мимо ушей. Jnšk. — Хоть говори задом наперёд, хоть не говори, он всё своё делает. Vvr. Таким образом, эти причастия уже значительно удалились от других атрибутивно-предикативных причастий и приблизились к предикативным. § 27. Переходное звено между атрибутивно-предикативным и предикативным употреблением составляют конструкции с именительным падежом причастий и частицами, относительными местоимениями и другими союзными словами. В одних из них союзные слова (особенно частицы) лишь уточняют обстоятельственное значение причастия, по существу не меняя его роли в предложении, например: Огонь горит и без поддувания. Шим. Здесь опять-таки, едва вернувшись от чужих лошадей, жеребёнок запутывается в сеть. CvR II 63. В других случаях особенно подчёркиваются глагольные свойства причастия, и оно становится эквивалентом личных форм глагола, например: Хорошая была бы девчонка, только хватает что попало. Sml. Куда ни ступал, куда ни шёл Пётр, он не переставал сердиться. ŽemR I 204. Несколько иными являются и отношения этих причастий с причастиями настоящего времени и полупричастиями. Такие конструкции с союзными словами занимают особое, довольно обособленное место в системе синтаксических средств выражения современного литовского языка и составляют отдельный предмет исследования. 73 Выводы 1. Атрибутивно-предикативные причастия образуют отдельный тип употребления причастий и занимают промежуточное положение между атрибутивными и предикативными причастиями. Их важнейшие признаки: a) двойственность синтаксических связей с существительными и местоимениями и b) значение второстепенного действия или состояния. Этому значению помогают проявиться специфические морфологические (переходности, вида) и лексические особенности причастия, а также такие синтаксические условия, как позиция, обособление и распространение зависимыми словами. 2. Атрибутивно-предикативное употребление наиболее характерно для именительного падежа действительных причастий прошедшего однократного времени и полупричастий, значительно менее характерно — для именительного падежа страдательных причастий настоящего и прошедшего времени. Формы именительного падежа других причастий (например, действительных причастий настоящего времени) имеют атрибутивно-предикативное значение лишь в редких конструкциях реликтового или переходного характера. 3. Формы именительного падежа атрибутивно-предикативных причастий характеризуются специфическими отношениями друг с другом, отличными от отношений соответствующих атрибутивных и предикативных причастий. Они противопоставляются на основе двух относительных временных значений и двух значений залога. Полупричастие, не имеющее коррелятивных связей ни с атрибутивными, ни с предикативными причастиями, среди форм именительного падежа атрибутивно-предикативных причастий функционирует как полноправный член системы с двумя дифференциальными семантическими признаками: значениями одновременности и действительного залога. 4. Формы именительного падежа действительных причастий прошедшего однократного времени противопоставлены полупричастиям как маркированные формы со значением второстепенного действия, предшествующего основному и чаще всего завершённого. Это семантическое противопоставление действительных причастий прошедшего однократного времени и полупричастий частично нейтрализуется в следующих случаях: a) когда относительное временное значение этих форм ослабляется и на первый план выходит значение причины, условия, уступки или результата действия; b) когда именительный падеж действительного причастия прошедшего однократного времени или полупричастие употребляется для подчёркивания действия, обозначенного личной формой глагола. 5. Коррелятивные связи полупричастий с именительным падежом атрибутивно-предикативных причастий, вероятно, не являются первичными. В старых письменных источниках и диалектах имеются данные, указывающие на то, что в системе атрибутивно-предикативных причастий полупричастия вытеснили и заменили ранее употреблявшиеся формы именительного падежа действительных причастий настоящего времени. 6. Обозначая второстепенное действие (состояние), атрибутивно-предикативные причастия часто одновременно указывают и время, характер, причину, условие или уступку основного действия. Эти обстоятельственные значения атрибутивно-предикативных причастий и полупричастий слабо дифференцированы, не имеют чётко определённых средств выражения и в значительной мере зависят от лексического значения причастия (полупричастия) и других слов, входящих в причастную конструкцию, от содержания всего предложения и контекста. Обозначая время, причину, условие или уступку, причастия и полупричастия сохраняют основные атрибут- 74 признаки атрибутивно-предикативного употребления — двойные синтаксические связи и значение второстепенного действия (состояния). 7. Переходное звено между атрибутивно-предикативным и предикативным употреблением составляют конструкции с причастиями и полупричастиями, имеющими подчёркнутое (эмфатическое) значение, а также конструкции с союзными словами. СОКРАЩЕНИЯ Al — Алитус Alk — Алксненай, Вилкавишкский р-н8 Als — Алседжяй, Плунгеский р-н. Alv — Алове, Даугский р-н. Alvt — Алвитас, Кибартайский р-н. An — Аникщяй. Arm — Армонишкес, Белорусская ССР, Гродненская обл., Вороновский р-н. Aru — Литовские диалектные тексты из Виленского края. С грамматическими примечаниями П. Арумаа. Дерпт, 1930. AvyžISK — J. Avyžius, Į stiklo kalną, Vilnius, 1961. B — Lexicon Germanico Lithvanicum et Lithvanico Germanicum... von Jakobo Brodowsky... I—II (рукопись, хранящаяся в библиотеке АН Литовской ССР). BaltPV — J. Baltušis, Parduotos vasaros, I, Vilnius, 1957. BaranAŠ — A. Baranauskas, Anykščių šilelis, Vilnius, 1956. BilR — J. Biliūnas, Raštai, I—II, Vilnius, 1954. Blv — Сочинения Йонаса Балвочюса-Геручиса. BM — Литовские говоры, собранные А. Барановским, т. I: Тексты из наследия Вебера, подготовленные к изданию д-ром Ф. Шпехтом... Лейпциг, 1920. BrP I—II — «Постилла, то есть краткое и простое толкование Евангелия… Переведено Яном Бреткунасом… в Кёнигсберге… 1591». Brt — Барфининкай, Вилкавишкский р-н. BsMt — Й. Басанавичюс. «Литовские сказки», I—II, Шенандоа, Пенсильвания, 1898—1902. BsO — Ožkabalų dainos, surinko Dr. J. Basanavičius, Shenandoah Pa, 1902. BsP — «Разные литовские сказки», собрал д-р Й. Басанавичюс, I—IV. Чикаго, 1903—1905. ChB NT — Versionis Bibliorum in Lingvam Lithvanicam. Tomus VII. Novum Testamentum... Lithvanicā Lingvā donatum (рукопись Нового Завета из Библии Б. Хилинского, опубликованная в издании: Biblia litewska Chylińskiego, Nowy Testament, т. II — Text, wydali Cz. Kudzinowski—Jan Otrębski, Poznań, 1958). CvR — П. Цвирка, «Сочинения», I—XI, Вильнюс, 1949—1953. Dauk — Сочинения С. Даукантаса. DB — Budą Senoves-Lëtuwiû Kalnienû ir Zamajtû iszrasze Pagal Senowes Rasztû Jokub’s Laukys, Petropilie, 1845. Dbk — Дебейкяй, Аникщяйский район. Dkš — Даукшяй, Симнасский район. DonR — K. Donelaitis, Raštai, Vilnius, 1950. DP — «Католическая постилла… Переведено ксёндзом Микалоюсом Даукшей, каноником Медининкай, с польского языка… в Вильне… 1599». 8 Названия районов указаны согласно прежнему (до 1962 г.) административному делению. 75 Ds — Дусетос. DŽ — Словарь литовского языка, I—VI, Институт литовского языка и литературы АН Литовской ССР, Вильнюс, 1941—1962. Ėr — Эришкяй, Рамигальский район. Erž — Эржвилкас, Скаудвильский район. GB — Готская Библия, под ред. W. Streitberg, 2-е изд., Гейдельберг, 1919. Grg — Гаргждай, Клайпедский район. GrušD — J. Grušas, Dūmai, Vilnius, 1956. Grv — Гервечяй, Белорусская ССР, Молодечненский округ, Островецкий район. Grž — Гружяй, Йонишкельский район. Gs — Гейстарай (Дидвяй), Вилкавишкский район. Gud-GuzKIT — A. Gudaitis-Guzevičius, Kalvio Ignoto teisybė, Vilnius, 1952. IM — L. Ivinskis, Календарь, или летосчисление, 1846—1877. IvanLP — T. Ivanauskas, Птицы Литвы, Вильнюс. J — Литовский словарь А. Юшкевича с толкованием слов на русском и польском языках, I—III, Петроград, 1897—1922. Jabl — Сочинения Й. Яблонскиса. JablRR — Й. Яблонскис, Избранные сочинения, I—II, ред. Й. Пальонис, Вильнюс, 1957—1959. JD — Литовские песни, записанные Антанасом Юшкявичюсом... I—III, Казань, 1880—1882. Jnšk — Йонишкель. JV — Lietuviškos svotbinės dainos, užrašytos par Antaną Juškevičę... Petropylė, 1883. K — Littauisch-deutsches Wörterbuch von F. Kurschat, Halle a. S., 1883. Kin — Кинтай, Шилутский район. KlpD — Klaipėdiškių dainos, surinko J. Pakalniškis, Vilnius, 1908. KlvD — Prusijos lietuvių dainos, surinko V. Kalvaitis, Tilžėje, 1905. Klvr — Кальвария. Kn — окрестности Каунаса. Kp — Купишкис. Kps — Капсукас. KrėvR — V. Krėvė, Raganius, Vilnius, 1958. KrėvSP — V. Krėvė, Šiaudinėj pastogėj, Kaunas, 1940. Krk — Кракес, Дотнувский район. Krp — Круопяй, Жагарский район. Krtn — Кретинга. Kudirk — сочинения В. Кудирки. Kv — Кведарна, Шилальский район. LKK — «Вопросы литовского языкознания», Вильнюс (с 1957 г.). Lp — Лейпалингис, Вейсейский район. LT — «Литовский народ», I—V, Вильнюс, 1907—1936. LTR — рукописный архив литовского фольклора в Институте литовского языка и литературы. LzPR — сочинения Лаздыну Пеледы. LzP — Лаздыну Пеледа, «Сочинения», I—VII, Вильнюс, 1954—1955. M — M. Miežinis, Lietuviszkai-latviszkai-lenkiszkai-rusiszkas žodynas, Tilžėje, 1894. Maš — сочинения Пранаса Машиотаса. Myk. PutS — V. Mykolaitis-Putinas, Sukilėliai, I, Vilnius, 1957. MPs — сборник сказок. Рукопись, полученная К. Бугой от Й. Мурки. Mrk — Мяркине, Варенский район. Mrs — Мирославас, Алитусский район. 76 MŽ — Литовско-немецкий и немецко-литовский словарь... Кристиана Готлиба Мильке... Кёнигсберг, 1800. N — Wörterbuch der Littauischen Sprache von G.H.F. Nesselmann, Königsberg, 1851. Ndz — Нединге̇, Варенский район. Nj — Науяместис, Паневежский район. Nmn — Nemunaitis, Алитусский район. NS — A. R. Niemi ir A. Sabaliauskas, Lietuvių dainos ir giesmės, Ryga, 1911. O — сочинения К. Алекнавичюса (Олехновича). Pc — Поцюняляй, Шедувский район. PG — «Пагеринтос гесмиу кныгос»... заново просмотренные Ф. Куршайтисом, Кёнигсберг, 1888. Pl — Палевене, Купишкский район. Pln — Плунге. Plng — Паланга. Plv — Пильвишкис, Вилкавишкский район. Pn — Паневежис. PP — Сказки о птицах... под ред. H. Scheu... и A. Kurschat, Heidelberg, 1913. Ppr — Пословицы и поговорки, Vilnius, 1958. Prk — Прекуле. Pšš — Пашушвис, Радвилишкский район. Pžt — диалект приморских рыбаков. R₁ — Ph. Ruhig, Betrachtung der Littauischen Sprache, Königsberg, 1747. Rdm — Рудамина, Лаздийский район. Rm — Рамигала. Rs — Расейняй. Rz — Розалимас, Пакруойский район. SchG — A. Schleicher, Litauische Grammatik, Prag, 1856. Sim — сборник пословиц Симучио (источник Ф. Срагиса). Simon — сочинения И. Симонайтене. Simon NTP — I. Simonaitýtė, Ne ta pastogė, Vilnius, 1962. SimonOBT — I. Simonaitýtė, O buvo taip, Vilnius, 1960. SimonR — I. Simonaitýtė, Raštai, I—VI, Vilnius, 1957—1958. SimonVK — I. Simonaitýtė, Vilius Karalius, I—II, Vilnius, 1956. Skd — Скуодас. Skp — Скапишкис, Пандельский район. Skr — Скирснемуне̇, Юрбаркский район. Sl — Салос, Рокишкский район. Slk — Шалакас, Дукштский район. Slnt — Салантай. SluckGMN — M. Sluckis, Geriau mums nesusitikti, Vilnius, 1961. Sml — Смилгяй, Шедувский район. Sn — Сейны, Польская Народная Республика, Сувалкский округ. Snt — Синтаутай, Кудиркос-Науместский район. Ss — Саснава, Капсукасский район. Sr — Материалы, собранные Феликсом Срагисом и хранящиеся в картотеке «Словаря литовского языка». Srj — Сейрияй, Лаздийский район. Srv — Сурвилишкис, Дотнувский район. Sv — Свядасай, Аникщяйский район. Svn — Сувайнишкис, Пандельский район. Š — J. Šlapelis, Lietuvių ir rusų kalbų žodynas, Vilnius, 1921. Ta pačia santrumpa žymimi ir kiti J. Šlapelio raštai. 77 Шил — Шилавотас, Пренайский р-н. Шкн — Шакына, Жагарский р-н. Шлл — Шилале. Шн — Шунскай, Капсукский р-н. Штс — Шатес, Скуодасский р-н. Швнч — Швенчёнис и Швенчёнеляй. Тл — Тельшяй. Тр — Траупис, Трошкунский р-н. Тсп — Советская печать. ТЖ — «Народ и слово», издание факультета гуманитарных наук, I—VII, Каунас, 1923—1931. Уд — Удрия, Симнасский р-н. W — Postille... Prez D. Jakoba W v y k a... w Krakowie... 1617. VaičR — P. Vaičaitis, Rinktinė, Vilnius, 1956. ВайжгантП — Вайжгантас, «Прагедруляй», Каунас, 1942. ВайжгантР — Сочинения Вайжгантаса. ВайжгантРР — Вайжгантас, Избранные сочинения, Вильнюс, 1957. Вал — Сочинения М. Валанчюса. ValPŽK — Книжечка для взрослых людей Йотейки, 1868. ValVK — Книжечка для детей с картинками, 1868. VenclEV — A. Venclova, Epochos vėjas, Vilnius, 1962. VenclGD — A. Venclova, Gimimo diena, Vilnius, 1959. VenclR — A. Venclova, Raštai, I—III, Vilnius, 1955. Vien — Сочинения А. Венуолиса. VienR — А. Венуолис, «Сочинения», I—VII, Вильнюс, 1953—1955. Vj — Ваясишкис, Зарасайский р-н. Vkš — Векшняй, Акмянский р-н. Vlk — Валкининкай, Эйшишкский р-н. Vp — M. Valančius, Patarles Zemajcziu, Tilžėje, 1867. Vv — Вейверяй, Казлу-Рудский р-н. Vvr — Вейвирженай, Прекульский р-н. Zogr — Quattuor evangeliorum codex glagoliticus olim Zographensis nunc Petropolitanus... edidit V. Jagić, Berolini, MDCCCLXXIX. Zp — Запишкис, Каунасский р-н. Žal — Жалёйи, Вилкавишкский р-н. ŽemR — Жемайте, «Сочинения», I—VI, Вильнюс, 1956—1957. ŽemR₁ — Сочинения Жемайте, Каунас—Мариямполе, 1924. ŽS — Żiwataj szwętuj... Wilnuj 1861. Zvr — Жвиргжджяй, Кудиркос-Науместский р-н. АТРИБУТИВНО-ПРЕДИКАТИВНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ ПРИЧАСТИЙ ЛИТОВСКОГО ЯЗЫКА В. Амбразас Резюме Атрибутивно-предикативное употребление причастий характеризуется следующими основными признаками: а) двойными синтаксическими связями с именами или местоимениями и с личными формами глагола в функции сказуемого; б) значением второстепенного действия или состояния. Причастия этого типа отличаются большой семантической разнообразностью. К этому типу относятся т. наз. аппозитивные причастия со значением второстепенного действия, конструкции типа accusativus cum participio, nominativus cum participio и др. Чаще всего в атрибутивно-предикативном 78 употреблении выступают причастные формы именительного падежа, которые и исследуются в настоящей статье. Атрибутивно-предикативное употребление наиболее свойственно действительным причастиям прошедшего однократного времени и т. наз. полупричастиям, а гораздо менее — страдательным причастиям настоящего и прошедшего времени. Формы именительного падежа действительных причастий настоящего времени в атрибутивно-предикативном употреблении наблюдаются лишь в редких конструкциях реликтового или промежуточного характера (напр., с соединительными словами). Формы именительного падежа атрибутивно-предикативных причастий образуют специфическую систему противопоставлений, отличную от системы атрибутивных и предикативных причастий. Они противопоставляются на основе относительных значений времени (значение одновременности — значение предшествования) и залога (значение действительного страдательного залога). Полупричастие, которое совсем не имеет корреляционных связей ни с атрибутивными, ни с предикативными причастиями, в системе атрибутивно-предикативных причастий функционирует как равноправный член с двумя дифференциальными признаками: значениями одновременности и действительного залога (см. таблицы противопоставлений на стр. 64). Корреляция полупричастий с формами именительного падежа причастий в атрибутивно-предикативном употреблении, по-видимому, не является первичной. Данные древних письменных памятников и диалектов указывают на то, что полупричастия в этой функции заменили и вытеснили более древние формы действительных причастий настоящего времени. Атрибутивно-предикативные причастия, обозначая второстепенное действие (состояние), часто указывают и характер основного действия или его причинные связи (значения причины, условия и уступки). Эти значения слабо дифференцированы, не имеют определенных средств выражения и прежде всего зависят от лексического значения причастия (полупричастия) и других слов, входящих в причастную конструкцию, от содержания всего предложения и от контекста. Выступая с вышеуказанными значениями, причастия и полупричастия сохраняют основные признаки атрибутивно-предикативного употребления: двойные синтаксические связи и значение второстепенного действия (состояния). Промежуточное звено между атрибутивно-предикативным и предикативным употреблением образуют причастия и деепричастия эмфатического значения и конструкции с соединительными словами. 79