Материалы к истории литуанистики из архива И. И. Срезневского

И ОЗ РОЯ ocr Vendio] Ti Er Ra Mita Мс: ВЕ Lin O | ный A Lit EBTT UE (OS T 8 R MO KS LY AKADEMIUJA Г. К. ВЕНЕДИКТОВ МАТЕРИАЛЫ К ИСТОРИИ ЛИТУАНИСТИКИ ИЗ АРХИВА И. И. СРЕЗНЕВСКОГО В богатейшем архиве И. И. Срезневского, представляющем болышой интерес прежде всего для изучения истории славяноведения, содержится много ценных материалов и по истории других областей филологии и истории, в том числе и по истории литуанистики в XIX в. в России. В части этого архива, хранящейся в Центральном государственном архиве литературы и искусства в Москве (ЦГАЛИ) (ф. 436, оп. 1, ед. хр. 1433) имеется 34 письма литовского языковеда, собирателя и издателя литовских народных песен Йонаса Юшки (Ивана Васильевича Юшкевича), написанные И. И. Срезневскомув 1856 — 1878 гг. | Кроме некоторых сведений автобиографического характера, эти письма содержат очень интересный материал о занятиях Й. Юшки вопросами литовского языка, в частности литовской диалектологии, и фольклора. 10 писем, остававшихся до сих пор вне поля зрения ученых, публикуются в T. II „Балто-славянских исследований“ (Москва, „Наука“, 1974). Здесь мы публикуем три материала, посланные Й. Юшкой И. И. Срезневскому в разное время их переписки. Они представляют значительный самостоятельный интерес для характеристики ранних занятий И. Юшки и его брата Антанаса литовским языком и начальной истории изучения этого языка в России. 1. Составленный Й. Юшкой словарь санскритско-литовских соответствий, о котором, насколько нам известно, нет упоминаний в существующей литературе о Й. Юшке, был послан И. И. Срезневскому с письмом от 3.1.1856 г. — первым по времени из числа писем Й. Юшки русскому слависту, хранящихся в ЦГАЛИ. Следовательно, он был составлен уже к концу 1855 г. Словарь Й. Юшкой не озаглавлен; он составлен на шести листах. Материал расположен в два столбца на лицевой и оборотной страницах листов в том порядке (алфавитном), как он публикуется ниже. Отмеченные в рукописи цифрами 1, 3, 4 и 2 слова на букву „Т“ оставлены здесь на том месте, какое они занимают в рукописи словаря. Как видно из текста словаря, для ряда литовских слов санскритские соответствия Й. Юшкой не указаны. Приведенные в рукописи на одной строке слова ugnis и uksusas здесь даются каждое на отдельной строке. 203 Вопреки утверждению Й. Юшки о том, что „на каждом литовском слове“ он поставил ударение (см. ниже), целый ряд слов (литовских) в действительности в словаре указан без ударения. Вся нерусская часть словаря литовско-санскритских соответствий, как и двух других материалов, публикуется здесь без каких-либо изменений орфографии. Русская же часть всех материалов дается в соответствии с нормами современной орфографии, за исключением характерных ошибок (или описок) Й. Юшки, особо отмечаемых. Наши дополнения к тексту (раскрытие сокращений и др.) поставлены в квадратные скобки. Причина, побудившая Й. Юшку составить словарь литовско-санскритских соответствий, цель, которую он преследовал его составлением, и источники литовского материала хорошо раскыты самим Й. Юшкой в письме (1) И. И. Срезневскому! от 3.1.1856 г. В сущности, во всем этом письме (исключая, естественно, принятое обращение к адресату и конец письма с выражением „высочайшего уважения и преданности“) речь как раз и идет о составленном словаре. Вот что писал об этом сам Й Юшка?: „Прочитывая, в Известиях второго Отделения Императорской Академии наук, Гильфердингово исследование?, которое имеет предметом сравнение славянского и санскритского языков, я встретил множество санскритских корней и слов, или совершенно сходных с литовскими, или очень близко "K ним подходящих, как по понятиям ими выражаемым, так и по фонетическому своему проявлению. Не смея делать своих выводов из представляющихся данных, я ограничился собранием их, полагая, что этим могу приготовить материал более или менее годный для филологических исследований. Санскритские слова заимствованы мною из вышеупомянутой статьи А. Гильфердинга, литовские же из живого литовского наречия, которым говорят литовцы, населяющие северо-восточную часть Росиенского и западную часть Ковенского уездов, и которое мне знакомо, как тамошнему уроженцу, за исключением нескольких слов (abida, ajszkus, Багуа, biloti, griowis, kute, Киз, lobis, pota и stejgti), заимствованных из сочинения: Giwatas Didiuju Karwajdu senowes. T. Dewinakis (Перевод Cornelii Nepotis Vitae Excellentium Imperatorum)*. На каждом литовском слове я поставил ударение по местному произношению“. * Для удобства последующих (после издания писем в упомянутом „Балто-славянских исследованиях“) справок здесь в скобках указывается порядковый номер писем по публикации их в этом сборнике. 2 ЦГАЛИ, O). 436, оп. 1, ед. xp. 1433, л. 1. 3 Упоминаемое здесь „Гильфердингово исследование“ (ниже: „статья А. Гильфердинга“) — это „Сравнение языка славянского с санскритским“ А. Гильфердинга, опубликованное в „Прибавлениях к Известиям Академии наук по Отделению русского языка и словесности“, т. II, 1853 (в серии „Памятники и образцы народного языка и словесности“). * Перевод T. Девинакиса, т.е. С. Даукантаса, сочинения „Giwatas Didiuju Karwajdu senowes“, из которого Й. Юшка почерпнул перечисленные 10 слов, вышел из печати в 1846 г. Как видно из письма (2) Й. Юшки И. И. Срезневскому от 17.1.1856 г., к этому времени он прочитал на литовском языке и книги „Ziwatas Jezaus Kristaus“ и „вета wiskupiste“ (1848) М. Валанчюса („епископа Волончевского“), а также „некоторые мелкие переводные сочинения г. Довконта (т.е. С. Даукантаса, — Г. B.), изданные под разными псевдонимами“ (ЦГАЛИ, O). 436, оп. 1, ед. хр. 1433, л. 7). В числе последних была и упоминаемая в письме 204 Словарь литовско-санскритских соответствий, видимо, произвел на И. И. Срезневского благоприятное впечатление, о чем он и сообщил И. Юшке сразу же по получении письма со словарными материалами. Об этом можно судить по тому, что в ответном письме от 17.1.1856 г., т.е. ровно через две недели послеотсылки первого письма, И. Юшка искренне благодарил И. И. Срезневского за отзыв и советы. „Чувствительнейшую благодарность приношу Вам, милостивый государь, Измаил Иванович, — писал oH, — за благосклонное внимание к первой моей попытке на филологическом поле и за сообщение мне тех наставлений и указаний Ваших, которыми пользуясь молодые наши ученые принесли уже науке существенную пользу и приобрели уважаемый авторитет в ученом мире“5. Благожелательное отношение И. И. Срезневского к первому научному опыту Й. Юшки, работавшего тогда учителем в Новгородской гимназии, несомненно ободрило начинающего литуаниста и утвердило в нем желание продолжить изучение родного языка. О своих научных планах И. Юшка писал И. И. Срезневскому: „... Собрав значительный запас материалов, я вознамерился пытаться составить общесравнительную литовскую грамматику, приняв в основание Опыт общесравнительной грамматики русского языка, изданный вторым Отделением Императорской Академии Наук. По силам ли пытаюсь предпринять столь огромный труд и исполню ли его достойным образом? Не знаю. Могу только теперь сказать, что мысль — представить стройную систему законов литовского языка, согласно с общими законами человеческой речи, оживляет всю мою деятельность по этому предмету и труд этот составляет одно из приятнейших моих занятий в настоящую минуту“6. 2. Другой публикуемый здесь материал — пробные статьи „Литовского корнеслова“, над которым Й. Юшка упорно работал в течение многих лет. О том, что Й. Юшка оставлял „Литовский корнеслов“, известно уже давно. И. И. Срезневский в ответ на письмо „суперинтенданта Рагнетской эпархии К. А. Иордана“ составил по поручению Отделения русского языка и словесности Академии наук „Записку“, которая была прочитана на одном из заседаний Отделения в июне 1857 г. и опубликована в том же году?. В этой записке в частности сказано: „... В свое время я имел честь представить Отделению о другом знатоке литовского языка, занявшемся его исследованием, о г. Юшкевиче; работы г. Юшкевича были одобрены Отделением и неот 3.1.1856 г. книга „Giwatas Didiuju Karwajdu senowes“. Все эти книги Й. Юшка приобрел летом 1855 г. во время пребывания в Литве, и это были первые книги на литовском языке, с которыми он начал свои ученые занятия по литуанистике. В цитируемом здесь письме от 17.1.1856 г. он писал И. И. Срезневскому: „С давнего времени я питаю живейшее желание заняться основательным изучением литовского языка, но я не имел ни одной литовской книженки. Прошедшего лета мне удалось побывать в Ковенской губернии и приобресть несколько новейших литовских книг, по которым я и начал свои занятия; но все-таки у меня не было лексикона, ни грамматики литовской“ (Там же). $ ЦГАЛИ, ¢. 436, on. 1, ед. xp. 1433, л.7 ° Там же. ? См. раздел „Выписки из протоколов“ в „Известия Академии наук по Отделению русского языка и словесности“, т. УТ, 1857, стр. 254 —255. 205 которые напечатаны в Известиях. Ныне он приводит к окончанию свой опыт корнеслова литовского, в котором пользовался богатствами народного языка разных краев Литвы. Можно надеяться, что труд г. Юшкевича будет замечательным приобретением русской лингвистической литературы, и, вероятно, если не изменятся обстоятельства, будет издан под покровительством второго Отделения Академии“ (курсив наш, — Г.В). И. И. Срезневский считал, что „для усовершенствования этого труда“ Й. Юшки желательно привлечь „сторонние пособия“, среди которых словарные материалы К. А. Иордана могли бы занять „видное место“. В связи с этим И. И. Срезневский предлагал обратиться к К. А. Иордану с просьбой предоставить Отделению его материалы „без всяких условий, только как добровольное пожертвование“®. Копия с цитируемой записки И. И. Срезневского, по решению Отделения, была направлена исправляющему должность непременного секретаря акад. К. А. Веселовскому для сообщения ее Иордану, и ее дальнейшая судьба, как и её последствия не известны. В июне 1861 г. И. И. Срезневский сообщил Отделению русского языка и словесности, что от Й. Юшки „можно ожидать в непродолжительном времени приготовления Литовского корнеслова, сообразного с нуждами славянского языка“. Этими данными, сообщенными более 100 лет назад И. И. Срезневским, в сущности исчерпываются сведения о „Литовском корнеслове“ и в настоящее время. Какие-либо подробности о нем самом и о его судьбе не известны. В числе сохранившихся рукописей Й. Юшки „Литовский корнеслов“ не значится®. Высказывалось предположение, что он не был завершен M. Юшкой!3 или же Отделение русского языка и словесности Академии наук, получив его, по каким-то причинам его He напечаталом. Подготовленные к печати в „Балто-славянских исследованиях“ письма Й. Юшки к И. И. Срезневскому и публикуемые ниже пробные статьи „Литовского корнеслова“ содержат материал, позволяющий более определенно судить о содержании этого труда Й. Юшки и о ходе работы над ним. Впервые о работе Й. Юшки над „Литовским корнесловом“ мы узнаем из его письма И. И. Срезневскому (10) от 8.ХП.1856 г. В нем он писал, что посылаемый им одновременно с письмом „труд“ назначается „введением 8 Там же, ср. 255. * Там же. 10 Сама эта копия с датой 20 июня 1857 г., хранящаяся ныне в фонде акад. А. Куника в Архиве АН СССР (Ленинград), недавно была опубликована в кн.: В. Tolutiené, А. Juška leksikografas, — „Literatūra ir Кафа“, У, Vilnius, 1961, р. 291—292. п Известия Академии наук по Отделению русского языка и словесности, т. X, 1861 — 1863, стр. 158. 12 В. Tolutienė, А. Juška leksikografas, р. 364. 13 В. Tolutienė, A. Juška leksikografas, р. 124, 128; см. также: Mažoji lietuviškoji tarybinė enciklopedija, t. I, A—J, Vilnius, 1966, р. 728. 14 В. Tolutienė, A. Juška leksikografas, p. 124. 15 Имеются в виду, вероятно, его „Заметки о свойствах литовского языка“, вышедшие из печати позднее, в 1861 г., под названием „Аре Ка аз lėtuviszko lėžuvo“ („О говорах литовского языка“) в „Материалах для сравнительного и объяснительного словаря и грамма206 к предполагаемому корнеслову литовского языка“18. Здесь же WM. Юшка сообщал, что он уже „собрал 600 литовских корней“ и думает „сперва составить, в известной системе, каталог литовских корней, а после уже заняться их переборкою“ 17. Из этого следует, что к работе над „Корнесловом“ Й. Юшка приступил уже в 1856 г. Возможно, что первоначальной словарной базой для работы над „Корнесловом“ послужили ему материалы, собранные при составлении словаря санскритско-литовских соответствий и написании рецензии на книгу А. Шлейхера ,,Handbuch der litauischen Sprache, I. Grammatik“ (Prag, 1856), напечатанной первоначально в „Известиях Академии наук по Отделению русского языка и словесности“ (т. У, 1856)18. Значительный материал для „Корнеслова“ был почерпнут Й. Юшкой из „Литовской библии“. Эту книгу ему дал из своей библиотеки И. И. Срезневский, когда M. Юшка посетил его в конце 1856 г.19. К работе над нею Й. Юшка приступил в начале января 1857 r., т.е. сразу же по возвращении из Петербурга. Начал он с чтения Нового завета, чтобы иметь возможность сравнивать литовский язык со славянским по Остромирову евангелию, которое он имел под руками. К середине февраля он прочитал уже более двух третей всего Священного писания. В письме (12) от 19.11.1857 г., в котором Й. Юшка сообщает об этом И. И. Срезневскому, содержатся и интересные сведения о том, как он эксцерпировал примеры из „Литовской библии“. „Читая, — писал он, — я подчеркивал каждую фразу, в которой я встречал новое слово или то слово, которого значение было неясно, или которое имело другое значение. Выписку подчеркнутых фраз я поручил ученикам четвертого и пятого классов и они представили уже мне более пяти тысяч билетиков, из которых на каждом выписана особая фраза с означением, в верхнем левом углу билетика, одного-двух начальных слогов из следующего слова“?°. Собрав, таким образом, значительную коллекцию словарного материала из „Литовской библии“, K. Юшка в середине февраля приступил к его обработке. „Теперь принимаюсь за составление основы предполагаемого корнеслова“, — пишет он И. И. CpesneBckomy?!, | тики“, т. У, 1861. О работе над этим трудом Й. Юшка сообщал ранее И. И. Срезневскому в письмах (4) от 24. VIII.1856 г., (6) от 8.IX.1856r., (7) от 31.Х.1856 и (8) от 6. ХТ.1856. См. ЦГАЛИ, O). 436, оп. 1, ед. xp. 1433, л.л. 9— 10, 12—13, 14, 16, 19. 16 ЦГАЛИ, ¢. 436, оп. 1, ед. хр. 1433, a. 22. Там же. 8 Об этой рецензии сам Й. Юшка со свойственной ему скромностью писал И. И. Срезневскому в письме (4) от 24. УШ.1856 г., что „она составлена и поспешно и небрежно“ и „не имеет тех качеств, которые дали бы ей право на представление её Отделению“ (ЦГАЛИ, ф. 436, оп. 1, ед. хр. 1433, л. 9). 3 В „Списке книгам, взятым... из библиотеки академика Срезневского“, который Й. Юшка послал по возвращении в Новгород, под No 6 значится „Литовская библия“ без каких-либо выходных данных (ЦГАЛИ, ф. 436, оп. 1, ед. хр. 1433, л. 24). По-видимому, речь идет о том самом издании „Литовской библии“ (4-е изд., Тильзит, 1794 г.), примеры из которой Й. Юшка приводил для иллюстрации отличий современного литовского языка от древнего. См. И. В. Юшкевич. О говорах литовского языка, стр. 361 — 365. 20 ЦГАЛИ, O). 436, оп. 1, ед. хр. 1433, л. 26. ai Там же. 207 Богатый материал для „Корнеслова“ он ожидал получить от своего брата, ксендза Антанаса. „От брата своего, — писал он в том же письме от 19.11.1857 г., — я надеюсь получить в скором времени до трех тысяч литовских слов, собранных в окрестностях г. Поневежа из живой народной речи литовцев. Это важный материал для моего труда“. Действительно ли Й. Юшка уже в это время имел твердое намерение отразитьв „Корнеслове“ и „живую народную речь литовцев“ в окрестностях Паневежиса, трудно сказать. Из письма (14) от 5.1У.1857 г. как будто следует, что „Корнеслов“ он намеревался строить лишь на основе данных из письменных источников. „Собирая материалы для предполагаемого корнеслова, я записываю на карточках те только слова, которые встречаю при чтении“, — сообщал он И. И. Срезневскому “3. Вероятно, в марте—апреле 1857 г. Й. Юшка получил от И. И. Срезневского еще две книги на литовском языке: „Времена года“ К. Донелайтиса („Меа!“; Й. Юшка называет ee „Сельской поэмой“ и „Четырьмя временами года“) и „Статьи сказаний“ (,Punktaj Sakimu“; по-видимому, 2 издание, 1845 г.) К. Ширвидаса. Эти книги, писал он И. И. Срезневскому в письме (13) от 25.11.1857 г., „имеют значительную важность для исследования литовского языка“. Позднее, в другом письме [(15) от 9. У1.1857 г.], он снова указывает: „Доналейта сельскую поэму я нашел весьма обильным источником для своего труда“?. Новые источники словарных материалов прервали начатую было работу по составлению статей „Корнеслова“ на основе данных, почерпнутых из „Литовской библии“. „Получивши два новые источники для своего труда, — писал он И. И. Срезневскому, — я оставил на время обработку слов, выписанных из библии и взялся за чтение Доналайтиса. На первых страницах чтение шло довольно медленно, потому что надо (в оригинале: нада; Г. В.) было исследовать каждое почти слово“?в. Выписывая слова из поэмы К. Донелайтиса, Й. Юшка сразу же производил и первичную обработку собираемого материала. Как это он делал, видно из его письма (13) от 25.11.1857 г. Он писал: „Слова пишу на карточках; для каждого корня назначаю особенную карточку. Ежели слова, развившиеся из одного корня, не вмещаются на одной карточке, то к ней присоединяю другую под номером вторым. Карточки я расположил по буквам в алфавитном порядке. Для каждой буквы я сделал два отделения карточек. В одном я поместил карточки, на которых выписаны корни, развившиеся в многообразные формы; в другом находятся карточки, содержащие корни, проявившиеся в одной—двух—трех формах. Карточки покамест расположены кучками на столе. Кучки эти ежедневно 22 Там же, л. 27. 3 Там же, a. 29 * Там же, a. 28. 25 Там же, a. 41. Фамилию К. Донелайтиса Й. Юшка в письмах передает по-разному: Доналейтис, Доналайтис, Донелейтис, Доналейт и даже Допалейтис с явной опиской (вместо русской буквы н написана литовская п). зв ЦГАЛИ, ф. 436, оп. 1. арх. ед. 1433, a. 28. 208 растут“?7. Выписанные из поэмы К. Донелайтиса формы M. Юшка пояснял примерами и сопровождал переводом их на русский язык?8. В начале апреля, с письмом (14) от 5.1У.1857 r., K. Юшка послал семь пробных статей „Корнеслова“ („семь пробных карточек предполагаемого мною корнеслова“), сообщив одновременно, что он продолжает собирать материал (число слов „ежедневно увеличивается, масса материалов наращается“) и что „в органическую систему“ он станет их приводить тогда только, когда рассмотрит все находившиеся у него „литовские источники“. Он продолжал читать поэму К. Донелайтиса, из которой к этому времени уже выписал (и, надо думать, частично обработал) до 600 корней. О словах же, выписанных из „Литовской библии“ (числом около 6000), Й. Юшка сообщал, что „они дожидаются еще разработки “?9. Через два месяца, в письме (15) от 9.У1.1857 r., K. Юшка сообщает И. И. Срезневскому, что он занимается „обработкой слов“, число которых у него достигало уже 10000, и что он надеется в наступающие летние каникулы „значительно подвинуть свой труд вперед“зо. В письме (16) от 20.УП.1857 он вновь пишет, что занят „переборкою литовских корней“. Однако работа над „Корнесловом“ подвигалась медленнее, чем рассчитывал и надеялся Й. Юшка. Через четыре месяца, 23.Х1.1857 г. (письмо 17), извиняясь за то, что долго не извещал „о состоянии своего труда“, Й. Юшка писал И. И. Срезневскому: „Не могу похвалиться заметными его успехами, но впредь он подвигается ежедневно. Причинами его медленности суть служебные занятия, обширность самого труда и слабость здоровья“3. Он сообщал также, что „материалов, собранных по источникам, скопилось много“, и надеялся в половине декабря, т.е. примерно через месяц, представить И. И. Срезневскому „хоть начало своего труда“, а „о некоторых обстоятельствах, относящихся до этого предмета“, объясниться лично в ближайшее время3з. По-видимому, Й. Юшка здесь имеет в виду „Литовский корнеслов“. Свое обещание Й. Юшка сдержал. В письме (18) от 16.XI1.1857 он сообщает: „Сегодняшнею почтою отправляю в редакцию „Ученых записок“ начало своего труда“, пообещав к праздникам (вероятно, рождественским) подготовить и „следующие листки“. 27 Там же, л. [288]. 28 Там же, Ji. 41. * Там же, л. 29. ** Там же, л. 41 —42. Возможно, что именно это сообщение Й. Юшки имел в виду И. И. Срезневский, когда писал в июне 1857 г. в цитированной выше „Записке“ относительно литовско-русского словаря К. А. Иордана, что Й. Юшка „ныне... приводит к окончанию свой опыт корнеслова литовского“. Других фактических оснований для такого утверждения у И. И. Срезневского, насколько можно судить по письмам Й. Юшки, небыло. 31 Там же, Ji. 43. 32 Там же, Ji. 45. 33 Там же. 3% Там же, Ji. 46 14, Lietuvių terminologija 209 Глазная болезнь вынудила Й. Юшку последующие несколько месяцев провести „почти в совершенном бездействии“3° [письмо (19) от 13.1У.1858]. Для „своего труда“, как сказано в этом письме, он теперь ожидал „нового богатого источника“: Л. Ивинский, издатель литовского календаря, обещал прислать ему для просмотра „первые три части составляемого им Польско-жемайтского словаря“38. Через месяц [13.V.1858, письмо (20)] M. Юшка сообщает: „Труд мой подвигается теперь весьма тихо, надеюсь заняться посерьезнее в вакантное время “37. Летом 1858 г. Й. Юшка побывал в Литве. „Главной целью этой... поездки, — писал он И. И. Срезневскому 27.УШ.1858 (письмо 21), — было как собрание новых материалов для составляемого мною литовско-славянского корнеслова (в предыдущих письмах Й. Юшка называл его „Корнесловом литовского языка“ или просто „Корнесловом“, — Г.В.) и для точнейшего определения главнейших говоров наших литовцев, так и пояснение находящихся уже у меня“. В связи с этим он намеревался „совершить путешествие по всем частям нашей Литвы, прислушаться ближе речи литовских поселян, побеседовать со знатоками и любителями литовского языка и литовских древностей“, однако за краткостью времени (один месяц) которым он располагал, ему пришлось „ограничиться посещением м.м. Ворн, Ейрегола и Пушолат и их окрестностей“. Из поездки в Литву M. Юшка возвратился с богатыми материалами для „Корнеслова“. Он писал в том же письме: „Для своего корнеслова я приобрел значительный запас материалов. Я нашел много новых коренных форм языка в сказанных песнях и сказках, списанных в селениях большею частью уединенных, окруженных лесами, и у людей старых и говорящих одним только своим природным языком. Много новых слов я записал в разговоре с ними. Я приобрел и несколько печатных книг, которых еще не было у меня. Между ними замечательные: об обычаях древних литовцев (Довконта под псевдонимом Лаукя)*. Но несравненно богаче источник я нашел в вновь переделанном рукописном лексиконе пушолатского говора (в 14 верстах от г. Поневежа) моего брата. Здесь значение каждого слова пояснено примером, взятым из живой речи вместе с объясняемым словом. При каждом слове приведены его синонимы, значение которых поясняется на своем месте. Так напр. к слову: kalbėti, „говорить“ приведены 50 синоним. Эта особенность упоминаемого лексикона весьма важна для литовского лексикографа. Перевод сделан на польский язык, потому что брат мой не знает русского языка“, По-видимому, „,Корнеслов“ имеется в виду H B письме (22) от 17.X11.1858 г., в котором Й. Юшка сокрушается по поводу того, что в течение столь долгого 35 Там же, л. 47. 3 Там же. 37 Там же, Jr. 49. * Там же, a. 50. % Там же. * Имеется в виду книга С. Даукантаса: Buda Senowęs Lėtuviū Kalnienū ir Žūamajtiū (1845). 41 ЦГАЛИ, O). 436, оп. 1, ед. хр. 1433, л. 51. 210 времени „не исполнил еще данного слова относительно своего труда“. Он объясняет это двумя причинами: главная — „глазная болезнь, последствием которой осталась раздражительность глаза, мешающая заняться столько, чтобы успехи труда были заметнее“, другая причина — „ежедневные служебные занятия, поглащавшие все лучшее время и лишающие всей свежести сил и бодрости духа“4з. Й. Юшка надеялся, что с переводом Ha новую работу в с. Медведь („новая должность будет свободнее и легче“44) он с может „заняться предпринятым трудом с большею энергией и успехом““45. Следующее и последнее упоминание о „Корнеслове“ относится уже к казанскому периоду жизни Й. Юшки. Описав в письме (25) от 22.11.1862 свою дорогу в Казань и первые впечатления об этом городе, Й. Юшка сообщал далее И. И. Срезневскому, что работа в Казанском военном училище отнимает у него большую часть времени и потому „для литовского корнеслова“ остаются ему только вечера. Он писал, что за полтора месяца пребывания в Казани „мог только составить таблицы слов, начинающихся с гласных звуков“, и выражал надежду, что впоследствии, когда „учебная деятельность войдет в свою колею“, ему „останется более свободного времени“ (для занятий литовским языком)*“5. В последующих письмах M. Юшка сообщает уже о работе над „литовско-русским словарем“ [(28) от 28.ХП.1866]", над „составляемым нами (т.е. Й. Юшкой и его братом Антанасом, — Г.В.) литовско-русским словарем“ [(30) or 5.X.1876]*, над „опытом литовско-русского словаря“ [(31) от 29.11.1877 No и др., т.е. об учебном и о том известном „Словаре литовского языка", над которым трудились братья Юшки и который был издан гораздо позднее тремя выпусками (1897 —1922). Работа же над „Литовским корнесловом“ была прервана, видимо, в серединеб0-х годов, т.е. лет через 10 после ее начала, и впоследствии уже не воз обновлялась. Причину этого следует, наверное, искать в вынужденной смене места жительства и работы (после Казани — с 1864 г. инспектор, а затем учитель латыни в Нижнем Новгороде, с 1867 г. — учитель латыни в Екатеринбурге), мешавшей систематическим занятиям ‘литовским языком,5° сла42 Там же, a. 52. 43 Там же. “* Речь идет об ожидавшемся назначении M. Юшки инспектором Новгородского кадетского училища, которое находилось, вероятно, в с. Медведь. 45 ЦГАЛИ, O. 436, оп. 1, ед. хр. 1433, x. 52. 6 Там же, Ji. 57. В предыдущих письмах, как видим, И. Юшка не пишет о том, что в ближайшее время представит Отделению русского языка и словесности подготовленный „Корнеслов“. На что опирался И. И. Срезневский, сообщая Отделению о скором завершении Й. Юшкой работы над „Корнесловом“ (см. выше, стр. 206), не известно. Возможно, какие-то письма Й. Юшки не сохранились. Может быть, Й. Юшка обещал закончить и прислать „Корнеслов“ при одной из встреч с И. И. Срезневским. 47 ЦГАЛИ, ¢. 436, оп. 1, ед. хр. 1433, л. 66. * Там же, л. 69. * Там же л. 70. 50 Переехав в Екатеринбург (ныне Свердловск), Й. Юшка писал И. И. Срезневскому [письмо (29) от 12.11.1867], что учительская должность, как он надеется, даст ему „больше времени заняться и литовским языком“, и добавил: „Жизнь и на Урале не должна ослабить литовщины“ (ЦГАЛИ, $. 436, оп. 1, ед. хр. 1433, л. 68). 14% 211 Мойпа, мать, та, id. Mūras, каменная стена, рига, дом; таг, обводить каменною стеною. Murmiéti, ворчать, marmara, шелест. Muse, муха, maksa, id. Mūszti, бить, muš, mich, mi, id. N Naujas, новый, nava, navja, id. Najkinti, уничтожать, nakk, id. Nėszti, несть, ni, id. Nėsis, нос, паза, id, о Obalis, яблоня, amra, дерево, amla, кислый. Р Pajnioti, путать, сш, id. Рака, епитемия, Ки, быть печальным. Рагзтаз, порося, ргаз, рождать. РЖИ, сердиться, уаК$, makš, id. Plaūkti, плыть, plu, id. Pėta, пир, ра, пить. Prasziti, просить, pračh, id. Priėtelis, приятель, prija, дорогой; pri, любить. Pūjkus, гордый, уаК$, расти. РЫКаз, множество, толпа, varga, id. РА’, падать, pat, 14.; pad, двигаться. Pū'das, горшок, pūta, сосуд. Pūrwas, грязь, parikša, болото. Putra, кашица, trų, есть. Pilwas, брюхо, pali, бедро. R Rataj, телега, ratha, id. Ragas, por, сга, id. Ranka, рука, rankh, двигаться. Rasė, роса, газа, вода. Raudoti, рыдать, плакать, rud, заставлять плакать. Каи4бпаз, красный, rdhita, id. (вм. rodhita). Raūti, рвать, khur, id. Rawas, ров, krivi, яма. Riediti, рядить, ridh, делать. Riékti, кричать, ru, krug, id. Ridtas, редкий, riti, предел. Riétis, решето, rif, разделять. Riézti, резать, rus. id. Rinkti, собирать, стап. КИТ, жрать, gr, глотать. Rikszte, posra. Rugéj, рожь, ragi, род хлеба в Индии. 218 Rūpintis, заботиться, гир, беспокоить. Rižtis, решиться, rig, riš, убить. Rope, pena. g в Sapnas, сон, svapna, id. Sapnuéti, во сне видеть, зуар, спать. Salle, солнце, sūrja, id. Ségti, прикреплять, sag, id. Sėkti, следовать, заб, 14. Sesuo, сестра, род. seseres, svasr, id. Siediéti, сидеть, siesti, сесть, sad, sid, id. Siékti, сягать, доставать, sagh, id. Sidabras, серебро, sita, obhra, белое золото. Sita, сила, Ца, природа, нрав. Silpnas, слабый, alpa, id. Siūrbti, хлебать, srg, лить. Siūnsti, посылать, prėšajami, посылаю. Skėnsti, тонуть, skand, падать. Skūsti, брить, ghrš, скоблить. Smėrtis, смерть, mara, мор. Smirdiėti, ванять [так!], mrdh, быть сырым. Sodzidtka, пруд, cada, грязь. Spjaūti, плевать, plu, мочить. Spirti, ударять ногами, prs, ударять. Sprogti, лопаться, pras, вытягиваться. Steniėti, стонать, stan, id. Stėjgti, стремиться, stigh, всходить. Stiėbas, стебель. Stiklas, стекло, stuč, сиять. Stogas, крыша, stagh, покрывать. Stoti, стать, stowiéti, стоять, sthi, id. Su, с, зат или за, id. Sūditi, судить, sundh, очищать. Supti, качать, kšubh, збрапа, id. Sūnus, сын, sūnu, id. Sūris, сыр, sara, сгущенное молоко. T Tamsūs, темный, tamas, тима. Tamsibe, темнота, dhvanta, id. Таги, сказать, tark, говорить. 1. Tarp, между, anter, 14.; внутри (ап вм. зат). Tatūszis, батюшка, tata, id. Tėkti, течь, tik, двигаться. Tiata, тетка, tata, почтенный. Tiėwas, отец, pitr, id. Tiltas, мост, dharana, id. Tawėoras, товар, dvr, приобретать. Traūkti, тащить, trakh, id. Tranksmas, тревога, dhrankš, кричать. Trinti, тереть. Trokszti, жаждать, trš, id. Trusiėti, ухаживать, dru, бежать. 3. Turiėti, держать, dhr, dhi, id. Twėora, забор, dhara, id. Tywoti, сечь, катать, суаз, id. Twinti, разливаться (о реке), dhumi, река. Twirtas, крепкий, sthira, id. 4. Tūszezias, пустой, тощий, 2. Tasziti, тесать, takš, id. tuččha, id. U Ūbagas, нищий, bhikš, нищенствовать. Ugnis, огонь. Ūksusas, уксус. Ūrwa, нора, ulwa, дупло. Uzpakalis, задница, phalaka, id. м Wabalas, жук, vadh, būdh, беспокоить. Wajkas, дитя, šaha-ka, id. Wajkszezioti, ходить, va, id., vakh, vat, id. Wagis, вор, vadh, id. Walgiti, кушать, vaga, пища. Walijti, иметь силу, valita, сильный. Wanduo, ип4й, вода, voda, мокрый; und, быть мокрым; уапа, nitha, kam, kamandha, вода. Wargas, бедствие, .varga, сила; однообразНЯТЬ. Warlė, лягушка, var-anga, testiculus, vjanga, id. Warna, ворона, kidrawa, id. Warpas, колос, vap, оплодотворять. Wadinti, звать, hvé, id. Wiartaj, ворота, vara, id. Wiszkas, воск, mūkša, id. Wasara, лето, vasara, желание. Warras, медь, ага id. Waėsti, вести, vadh, id. Wėjzieti, видеть, смотреть, wejdas, лицо, ВИД. Wiéra, вера, var, желать, избирать. Wiėdras, ведро, pūtra, сосуд. Wiėjas, wies, ветер, va, веять; vatara, ветер. Widūs, средина, madhja, id. Wilktis, тащиться, vargh, двигаться. Wirti, кипеть, варить, bhr, id. Wiras, муж, vara, 14. Wissados, всегда, sada, id. Wėoditis, ссориться, vada ссора. Waditi, вредить, vadh, id. Wogti, красть, vast, обижать. Wėžiti, весить, vaga, сила. Zz Zujkis, заяц, kiszkis, id., gaga, id. Zansis, гусь, hansi, id. Zibiéti, сиять, dju, djut, gut, dhup, id., sibh, светить. Zigis, шаг, cagg, итти. Zinsti, сосать, čuš, 14., ба&, сосец. Ziame, žeame, zéme, земля, gma, id. Isi=žiėti, разинуть рот, šabh, id. Ziuriėti, смотреть, зреть, см, id.; ghl, блестеть. Хбпка, жена, gani, gna, id. Zwakis, свеча, У, свет. Zwirblis, воробей, vara, id. Zuwis, рыба, vasu, id. Zwaigždė, звезда, су, быть белым. Zwiėris, зверь, dhurja, hvarja, лошадь. 57 така, ветвь, саКВа, сук. Szaltis, холод, gelu, lat. Szarka, сорока, sara, turdus salica. Sziaszi, шесть, šaš, id. Sziausztis, щетениться [так!], hrs, id. Sziarėj, шерсть, hI§, щетениться [так!]. Szirdis, сердце, hrd, id. Szkaditi, вредить, kag, id. Sziéwe, слава. Szlūbas, хромой, khol, хромать. Szokti, плясать, скакать, сас, id. Szūdas, гуано, sūda, грязь. $ги\ма, szu, род. szunės, собака, суап, род. сипаз, id.; сауаКа, щенок. Szwėntas святой, с\, сиять. CZ Cziūpti, щупать, čhup, id. "Cziūrkszti, просачиваться, Sut, čjut, капать. И. В. Юшкевич. ПРОБНЫЕ СТАТЬИ ЛИТОВСКОГО КОРНЕСЛОВА, СОСТАВЛЕННЫЕ M. ЮШКОЙ Lik, liek, tajk, лат. lik. leek. [1] Lik-ti, наст. liek-u, прош. lik-au, остаться. Лат. lik-t, положить, ставить, класть. Pa-lik-ti, наст. pa-liek-u, прош. pa-lik-au, оставить, покинуть; остаться. Лат. pa-lik-t, остаться, I r palik-kęs miestą Nazaret (Mat. 4. 13). И оставль (город) Назаребъ. 219 Pa-lajk-as, род. pa-lajk-o, остаток, остальное. Лат. at-leek-as, at-leek-s, pa-lik-s, id. Pa-lajk-is, M., pa-lajk-ie, ж., оставшийся, -аяся; старый, избитый, бесполезный, ни к чему негодный. Isz-si-fajk-i-ti, наст. isz-si-lajk-au, прош. isz-si-/ajk-iau, содержаться, прокормиться, прожить. Кар jusū Mylista žiemos 6640] issilajkét’? Как Ваша милость в нужде зимы прокормились? (Дон. 1. 160). Lajk-i-ti, наст. lajk-au, прош. fajk-iau, держать, считать кого чем. Ir Burūs prastus рег kiaulū jowalą ао. И мужиков простых за свиной корм считает (Дон. 1. 254). Pa-si-lik-ti, остаться. Ш {еп pa-si-lik-o ikki Erodui numirrus (Mat. 2. 15). И 6% Toy до оумрьтиа Ирода. О.Е. At-lik-ti, кончить, совершить. Juk dar Czėso yr’ ir més at-lik-sime darbus. Ведь еще времени есть и мы кончим (свои) труды (Дон. 1. 390). [2] Март, лат. mi, main, слав. MBH (-main). Majn-a, род. majn-os, мена. Лат. mi-hschana, main-a, main-oschana. Majn-i-ti, наст. majn-au, прош. majn-iau, менять. Лат. mi-ht, main-iht, majn-oht. [3] Mau, mow, лат. mau, mauk. Mau-ti, наст. mau-ju и mau-nu (j, п, свер.), прош. mow-iau, надеть, надевать, вложить. Лат. mau-t, взуздать, узду надеть. Uz-si-mau-ti, надеть себе. Ir sawo skranda buriszką wieszėt ussimowes (Дон. 1. 126). И свой кожух крестьянский (чтоб) идти в гости надевшись. Nu-mau-ti, снять. Лат. no-mau-t. Keppurrę nu-mau-ja (Дон. 1. 262): Шапку снимает. Mau-di-ti, наст. mau-d-au, прош. mau-dz-iau, купать. Mau-di-tis, купаться. Лат. mauk-t, сдернуть, стянуть. [4] Mit, miet, тей, mal, дпрус. myl и mil, лат. mihl, слав. мил. Mil-ie-ti, наст. тй-ш, прош. mil-ie-jau, любить, дпрус. milyt, лат. mihl-eht, mihl-oht, mihl-inaht. Miel-as, м., miel-a, x. (Дон. 1. 129), милый, дорогой; дпрус. mil-s, myl-as, лат. mihl-s. Meil-ie, род. mejl-ies, любовь. Дпрус. myl-an (82), myl-in (89), вин. Лат. mihl-iba, mihlestiba. Mejl-ing-as, м., mejl-ing-a, ж., любезный, дружелюбный, благоприятный. Лат. mihl-igs. Kartais пи waikū mejl-ingus atskiria Tiewus. Иногда от детей любезных отлучает родителей. (Дон. 1. 184). Bey koks mejl-ingas geradėjas. Будто какой милосердный благодетель. (Дон. 1. 186). Mejl-ingą swejkino draugę (Дон. 1. 47). Любезную приветствовал подругу. Mal-on-ie, род. mal-on-ies, милость, благосклонность, благоволение (Дон. 1. 158). Mil-ist-a, род. mil-ist-0s, милость (употребляется преимущественно у жемайтов в обращении к знатным лицам). Кар jusū Myl-ist-a žiemos bédoj issilajket’? Как Ваша милость в нужде зимы прокормились? (Дон. 1. 160). [5] Min, men, man, mon; лат. min, man; дпрус. men, min; слав. MbH, MbH, мин, MA (= men) At-min-ti, наст. at-men-u, прош. at-min-iau, помнить, вспомнить, Pa-min-ie-ti, наст. pa-men-u, прош. pa-min-ie-jau, поминать, помянуть, вспомнить, не забыть. Лат. pee-min-neht, думать о чем-нибудь. Bet ir mus pamin&k (Дон. 1. 139), но и нас не забудь. 220 Isz-min-tis, род. isz-min-t-ies, ум, рассудок. Лат. manna (prahts). Isz-min-ting-as, род. isz-min-ting-a, умный, рассудительный, мудрый. Sztay isz-min- -tingieji isz rytū žemės atėjo i Ieruzalę (Mat. 2. 2). О.Е. Ce влъсви OTH въстока придошА въ Иерслимъ. Pra-man-i-ti, наст. pra-man-au, прош. pra-man-iau, выдумать, сочинить, сделать. Naujas wyžas prasi-man-o. (Дон. 1. 251). Новые лапти сплетают. Pra-mon-ie, род. pra-mon-ies, вымысел, изобретение, творение, образ. Szalezū рга-топ-&$ su ledais sugaiszti pagawo (saulele). (Дон. 1. 3). Морозов творения со льдами растопить взялось (солнышко). Nu-si-min-ti, наст. nu-si-men-u, прош. nu-si-min-iau, унывать, трусить, робеть. Прич. прош. nu-si-min-¢s, nu-si-min-usi, унывший, струсивший; робкий, трусливый; Smertnay nusi-min-usi (Pelėdpalajke) (Дон. 1. 230). Смертельно оробевши (сова). Дпрус. men-entwey, неопр. накл. (1 kat. 2), упоминать, вспоминать. At-min-t-is, род. at-min-t-ies (п-с2-ю), память. Дпрус. men-isnan (в 1 u 2 кат.), men- -issnan (в 1), min-isnan (в 2), вин., id. Лат. pee-min-neschana, pee-minna id. О.Е. па-мА-ть. [6] Руа, pjau, pjow, pie, ре}; лат. plau, слав. пи. Pju-kt-as, род. pju-kt-o, пи-ла; лат. plau-schana. Pjau-ti, наст. pjau-ju и pjau-nu (} и п свер.), прошед. pjow-iau, резать, косить, жать, пилить. Лат. plaut, id. Pie-wa, род. pie-wos, луг; лат. pla-wa. Pej-l-is, род. pei-l-io, нож (лат. nasis). Per-pjau-ti, прорезать, перерезать. ... gerklę pérpjaut (Дон. 1. 233) горло прорезать. [7] Spjau, spjow, лат. ssplau, слав. плю, пле, блю и бле. О. Е. пль, nas. Spjau-ti, наст. spjau-ju и 5р/аи-пи (j и п свер.), прош. spjow-iau, пле-вать, плюнуть (ср. блевать, блюнуть). Лат. ssplaut. Spjau-di-ti, наст. spjau-d-au, прош. spjau-dž-iau, пле-вать. Лат. splau-diht. О.Е. пль- -вати. Та! ir Bur's tur spjau-dit (Дон. 1. 123). То и мужик должен плевать. ш НАЗВАНИЯ СТЕПЕНЕЙ РОДСТВА В ЛИТОВСКОМ ЯЗЫКЕ, СОБРАННЫЕ КС. АНТОНИЕМ ЮШКЕВИЧЕМ ПРЕИМУЩЕСТВЕННО В ОКРЕСТНОСТЯХ Г. ПОНЕВЕЖА (В ПУШОЛАТСКОМ ПРИХОДЕ) Названия супругов относительно друг друга. Moteristė, (кор, motė, мать), супружество. Pats, род. patės, муж. Собственно значит сам. Wifs, род. о, муж. (Общеупотребительное слово). Prejkszas, -о, (Пуш. и жмуд.), второй муж. Užkuris, о, (Пуш.), второй муж. (жмуд, обветш.), третий муж. Užtupis, -o, (Пуш.), третий муж. (жмуд.) четвертый муж. Untsztupas, -o, (Пуш.), третий муж. (жмуд.) четвертый муж. Pati, род. paczés, жена, собственно значит сама. Genterė, -es, (Пуш.) жена двух братьев. 221 Родня мужа относительно жены. Szeszuras, -0, (жмуд.) Szészuras, -0, (литов. ) Anita, -0$, (общее), свекровь. Deweris, -0, Diweris, -0, Intė, -es, (Пуш.) невестка; жена деверя. Мозга, -os, (Пуш.) заловка [так!] (жмуд. обветш.). свекор. | (Пуш.) деверь (жмуд.,, обвет.) Родня жены относительно мужа. . Oszwis, -o (Пуш.) Uoszwis, -0 (литов.) тесть. Uszwis, -0, (жмуд.) Oszwé, -es, (Пуш.) Uoszwé, -es, (литов. ) | теща Uszwis, -o, (жмуд.) Uszwené, -es, (жмуд.), теща. Lajgonas, -o, (Пуш.), шурин. Lajgonéné, -es, (Пуш.), шуринина жена. Swajnė, -es, (Пуш.), своячина [так!] Swajnis, -о, (Пуш.), свояк. Название отца и его родни относительно детей. Tėwas, -о, (общее), отец. Swotas, -о, (Пуш.), отец маладаго [так!] или молодой. Tetis, род. teczd, (Пуш.), отец. Tetajtis, род. tetajezo, Tetutis, род. tetuczė, Tetuszis, -0, Patėwis, -о, (общее), вотчим. Patetis, род. pateczė, (Пуш.), вотчим. Dėdė, -ез, (общее), дядя, брат отца или матери. Dėdina, -0$, Dėdėna, -os, Teta, -0$, (общее), тетка по отцу и по матери. Теща, (Пуш.) Tėtutė, (общее) тетушка. Tétulé, (Пуш.) Tėtėnas, -os, (Пуш.), дядя, теткин муж. Tétulenas, -os, (Пуш.), id. Brolenas, -о [так! Было -0s, но $ зачеркнуто], (Пуш.), двоюродный брат. Brolauczėa, -os, (Пуш.), двоюродная сестра. (Пуш.) батюшка. | дядина жена Названия матери и ee родни относительно детей. Motė, -es, (Пуш.), мать. В других говорах обветшало. Moczė, -es, (Пуш.), мать. В других говорах обветшало. Motina, -0$, (общее), мать. Matulė, -es, (общее) Matuté, -es, (общее) Moczeka, -os, (общее), мачиха [так!]. Pamomé [так!], -es, (Пуш.), мачиха [rax!]. Awinas, -о, (Пуш.), дядя по матери. 222 матушка. Awinėnė, -es, (Пуш.), тетка, дядина жена. Seserénas, -о, (Пуш.), двоюродный брат, теткин (по матери) сын. Seserécza, -os, (Пуш.), двоюродная сестра, теткина (по матери) дочь. Названия детей относительно родителей. Sunus, -aus, (общее), сын, Marti, род. marczės, невестка; слав. сноха. Posunis, о, (общее), пасынок. Duktė, -es, (общее), дочь. Dukra, -os (Пуш.), дочь. Podukra, -os (Пуш.), падчерица. Anukas, -о, (Пуш.), внук. Anukė, -es, (Пуш.), внучка. Названия предков. Boczūs, -aus, Praboczūs, -aus, Predkas, -o Pradkas, -о Senis, -о, (общее) | Senelis, -о, (общее) Senutis, (с2)о (общее) Sentėwis, -о (общ ее]) ‚ дед Sursenis, -о, (общ ее]) Sursenėlis, -о (общ ее]) Parkarszes, (sz)usé, (общ ее]) Senė, -ез, (общее) Senelė, -es, (общ ее]) Senutė,-es, (общее]) Senmotė, -ез, (Пуш.) i бабушка Sursenė, -ез, (общ ее]) Sursenėlė, es, (общ ее]) Bobutė, es, (общ ее]) предок. старик. старичек. старичек. старый отец. престарелый. престарелый. дляхлый. —ы——— собственно 1 ) старуха. старушка. старушка. старая мать. престарелая. престарелая. собственно г. Название детей относительно друг друга. Brolis, -о, (общее), брат. Brolelis, -о, (общее) братец Brolajtis, (cz)o, | Brotajtelis, -о, (второй степени) Brolelukas, -о, (второй степени) Brolitis, (cz)o, Brolitelis, -о, (второй степени) Brolitukas, -о, (второй степени) Brolituzis, -o, (второй степени) Brolukajtis, -(cz)o, (второй степени) Brolukas, -o, Brolukelis, -о, (второй степени) į Brolutajtis, (cz)o, (второй степени) Brotutelis, -o, Brolulis, -o, Brolutajtis, -cz(o) [так!], (второй степени) Brolutis, (cz)o, Brotužajtis, (cz)o, Brolužis, -o, Brotuzelis, -o, (Пуш.) (второй степени) | Ласкательные формы 223