К проблеме относительного значения латышского прилагательного с суффиксом «-isk-»

El lenguaje y la cultura de la ciencia, 1985. САРМИТЕ ЛАГЗДИНЯ К ПРОБЛЕМЕ ОТНОСИТЕЛЬНОГО ЗНАЧЕНИЯ ЛАТЫШСКОГО ПРИЛАГАТЕЛЬНОГО С СУФФИКСОМ -/SKПрилагательные, образованные от основы существительного при поde la potencia del sufijo -isk-(correspondiente al ruso -скy al alemán -isch), издавна составляют продуктивнейший тип прилагательных в латышском языке. Особенно возросла их активность в последнее время, и вместе с тем вновь актуальной становится полностью еще не решенная El problema del significado de los adjetivos con sufijo -isk-, привлекает внимание латышских языковедов (в историческом плане или в аспекте семантической дифференциации между прилагательными с суффиксом - Yo... и суффиксом -Igили генитивом существительного) 1. Однако вопрос о качественности или относительности этих прилагательных обычно особо не выделяется, хотя проблематичной является именно относительная функция прилагательного. Благодаря своему общему значению — значению отношения — прилагательное с суффиксом - Yo... совмещает в себе как качественный, так и относительный аспекты. Однако в ходе развития латышского языка некогда существовавшие в нем немногочисленные относительные прилагательные с этим суффиксом исчезли и их функцию взял на себя генитив существительного”. В результате на современном этапе развития языка исконно латышские прилагательные Ha -Sk- (т. e. образованные от основы существительного латышского происхождения) всегда имеют более или менее ярко выраженное качественное значение. Это можно наглядно показать с помощью сравнения аналогичных прилагательных \См., напр.: Blinkena A. Рагтащаз ekvifunkcionalo atributivo determinantu naudojimo lietuvių kalba.— Baltistica, II suplemento. V., 1977, 20.—25. Ipp. ; Endzelins J. El lenguaje de DaZada es erróneo. Riga, 1928, 9.—10. Ipp. ; Endzelins J. Para los creadores de nuevos mundos. Selección de obras. Riga, 1980, t. 3, 2. 4., 398 Ipp. ; Endzelins J, Milenbahs К. Gramática de la lengua española Riga, 1907, 35.—36. Ipp. ; Kikauka P. Notas sobre algunas correcciones en español. Riga, 1937, 82.—86. Ipp. ; Milenbahs К. Algunas preguntas sobre la lengua letona. 2. burtn.— Riga, 1893, 21.—39.; 43.—46.; 62.—67. Ipp. ; Gramática de la lengua española. Riga, 1959, 1. d., Ipp. ; 252.—268. Saul... Sleine M. Acerca del sufijo -iskformu un ta Funciones gramaticales léxicas (it seviški baltu slavu valodas).— un Dedicado a los académicos Janim Endzelinam 1873—1973.— Riga, 1972, 225.—252. |рр.; Cuestiones un de ortografía. Riga, 1940, 9.—10. 1рр. * См.: Endzelins J. Letonia un ущи Idioma: Selección de obras. Riga, 1979, t. 3, 1. d., 509. 1рр. 100 En letón y ruso, por ejemplo: el adjetivo dzivniecisks del sustantivo dzitnieks «animal» tiene un significado cualitativo «подобный, свойственный животному», но не имеет чисто относительного El significado de «relacionado con un animal»; El adjetivo Rundzisks de kungs "barín" tiene un significado cualitativo "como el barín, haрактерный для барина, высокомерный, надменный», но у него нет чисто относительного значения «относящийся к барину, принадлежащий барину». Относительные значения, имеющиеся в русском языке, в латышском выражаются с помощью генитива существительного; напр., русEl término ruso животный мир " corresponde al letón dzivnieku 541515 o dzivnieku pasaule, y el ruso барский дом al letón Rungu maja. Из сказанного следует, что в словообразовательной системе совреAdjetivo con el sufijo -iskes качественным, не предполагающим чисто относительного значения; аспект относительности в нем сохраняется только в виде фонового значения отношения. И все же в современном латышском языке имеется группа прилагаcon el sufijo -iSk-, utilizados en función de la прилагательного и с точки зрения языковой системы дублирующих функцию генитива мотивирующего существительного. Это слова иноязычного origen con carácter terminológico, tales como Šeometrisks "geométrico" o Rlimalisks "climático", etc. La mayoría из них заимствованы из других языков в виде готовых лексических единиц или лексико-семантических вариантов или даже в виде компонентов (por ejemplo, briziska cirkulacija " circulación del viento " ) куляция»). Хотя в ситуации возрастающего потока информации и роста всеобщей образованности многие из слов этой группы стали достоянием общеупотребительной лексики латышского языка, все же все они появились на свет в сфере терминологии или имеют терминологический характер. Такие относительные прилагательные с суффиксом - Yo... в современном латышском языке составляют довольно обширную группу, которая под влиянием контактирующих языков постоянно пополняется новыми словами, в то же время как сама модель деривации относительных при- -iSR-seguía siendo esencialmente un constructor de palabras extranjeroной системе латышского языка. Лишь в отдельных случаях в сфере терминологии создаются новые прилагательные с относительным значением Sobre la base de sustantivos de origen letón, por ejemplo: laicisks de laiks «tiempo» (laiciskū kvantėšana «cuantizar en el tiempo»); vilnisks de vilnis «волна» (vilniskais ciklons «циклон волновой- »). A término носистемы, как известно, в значительной степени обособленны и имеют свои специфические законы (напр., требование однозначности термина даже вне контекста, требование парадигматической системности в пределах терминологии определенной отрасли и определенного языка, тен101 модели препятствует восприятию таких прилагательных в качестве нормативных; вместо них рекомендуется употребление генитива: Fácil Vera contexto del paisaje, incluir una pequeña unidad espacial, tareas de orden público. 2. Прилагательным на -Skв латышском языке невозможно выразить конкретные чисто предметные отношения притяжательности, предмета и материала, предмета и содержания, действия или результата действия и субъекта или объекта, поскольку в связи с обязательной качественностью латышского прилагательного в нем происходит неизбежный отрыв от чистой предметности, значение его всегда более или менее абстрагировано от предмета, обозначаемого мотивирующим существительным. Неуместность атрибутивного отношения, выражаемого прилагательным, обычно выявляется уже в пределах словосочетания, напр.: Ensemble de Teatro de la «актерский ансамбль», т. e. «актеры»; Ciudad de ва México «строительство коммунизма»; Pile melálica «металлическая капля», т. е. «капля металла»; правильно: Conjunto de actores, edificio comunista, pila de metal с генитивом существительного. Иногда все же ошибка раскрывается только в более широком контексте — словосочетание само по себе возможно, однако его смысл не соответствует смыслу данного предложения, напр.: Acerca de la obra «режиссерская трактовка пьесы» в тексте, где имеется в виду трактовка, данная пьесе конкретным режиссером (ср. с качественным значением «трактовка, подчиняющая все компоненты постановки единому замыслу режиссера»). 3. Не рекомендуется употребление лексико-семантических вариантов с относительным значением, если прилагательное уже имеет стабильное качественное значение с ярко выраженным оценочным характером — оценочность препятствует нейтральному восприятию относительного аспекта прилагательного даже в случаях, когда контекст снимает понятийla ambigüedad, p. ej.: logiskie darbi «trabajos de lógica» (cfr. el significado cualitativo del adjetivo [0015$ «lógico»); plakatiska maksla «arte del cartel» (ver el significado cualitativo del adjetivo plakatisks «superficial, sin sentido»). Más correcto: darbi logika, raka mūksla o simplemente plakats. Contradicción между обоими значениями особенно ярко чувствуется в прилагательных de origen letón, por ejemplo: dzejiskas formas tez ag$ " поэтической формы» (ср. с качественным значением прилагательного master dzejisks «поэтичный»). 4. Все же надо признать, что в большинстве случаев латышские относительные прилагательные, взятые каждое в отдельности, не вызывают конкретных возражений. Приемлемым обычно является также употребление их в данном словосочетании и в данном предложении, поскольку многие отношения объективной действительности можно представить-в языке в виде атрибутивного отношения. Опасения вызывает другое явление — бурный рост частоты этих прилагательных в речи, осо104 бенно в газетных текстах и научно-популярной литературе по вопросам общественных и гуманитарных наук. С теоретической точки зрения относительные прилагательные, функционирующие параллельно с другими языковыми средствами, как будто должны обогатить язык, расширить возможности выражения и способствовать понятийной точности текста. Однако в практике часто имеет место некритическое отношение к отноHa -isk-. Estos adjetivos son: как бы «заимствованными» общеупотребительным языком из сферы терMHHOJIOTHH, donde por lo general funcionan como parte de минологических словосочетаний. А терминологическое словосочетание имеет строго определенный референт во внеязыковой действительности, и прилагательное в нем выполняет главным образом функцию средства идентификации, классификации, ограничения объема понятия, обозначаемого определяемым существительным, а не средства характеризации, как в свободном словосочетании; терминологическое словосочетание воспринимается в целом, как неделимая лексическая единица, в которой семантическая функция отдельного компонента (прилагательного) является ослабленной. Переходя в сферу общеупотребительного языка, относительные прилагательные часто начинают восприниматься как самостоятельные лексические единицы, способные свободно сочетаться с любым подходящим (или как будто подходящим) существительным и выражать любое атрибутивное отношение. Однако у свободных словосочетаний в сознании носителей языка не фиксирована постоянная связь с определенным референтом в объективной действительности, а с семантической точки зрения атрибутивное отношение, выражаемое относительным прилагательным, является очень обобщенным, неконкретизированным. В результате этого при включении относительных прилагательных в общеупотребительный язык вместо точности часто получается нечто прямо противоположное — понятийная расплывчатость, пустословие, напр., frases pseudoterminológicas sin significado concreto: alkoholisks bojūjums " daño alcohólico ", demografiska riciba " riesgo demográfico ", мографическое поведение*; «пустые» определения, дублирующие инфорun significado que se desprende claramente del contexto: aufores pogtiskais $1$ “el estilo poético del autor” en una reseña de un libro de poesía, augsti $rogtiskie rezultali “los altos resultados deportivos” en información sobre deportes. тивных состязаниях; более «выразительное», но и более неконкретное Expresión en lugar de una sola palabra: eksfrėmistiskie elementi " elementos extremistas " en lugar de ekstrėmisti " extremistas ", tautas roejzka daiĮrade " creación poética popular " en lugar de {aitasdziesmas " canciones populares " ; Definiciones ambiguas, cuyo significado cualitativo o relativo no se especifica en el contexto: akvarelisks gleznojums "pintura que se asemeja a una acuarela"?, "acuarela"?, nT. A 105