„Atžvilgiu“ konstrukcija valentingumo aspektu

ЛОРЕТА ВАЙЧЮЛИТЕ-СЕМЕНЕНЕ Институт литовского языка ORCID id: orcid.org/0000-0003-2196-8937 Направления научных исследований: морфосинтаксис, валентность, семантика, типология. DOI: doi.org/10.35321/all87-12 КОНСТРУКЦИЯ С ATŽVILGIU В АСПЕКТЕ ВАЛЕНТНОСТИ Конструкция с atžvilgiu с точки зрения валентности АННОТАЦИЯ Объектом настоящей статьи является конструкция с постпозицией atžvilgiu. Цель — на основе материалов Корпуса современного литовского языка (DLKT) выяснить связь данной конструкции с валентностью. Исследование показало, что в предложении конструкция с постпозицией atžvilgiu употребляется как валентный актант лексемы, так и как невалентный — свободный член. КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: валентность, валентный актант, свободный член, конструкция с atžvilgiu. АННОТАЦИЯ Объектом настоящей статьи является конструкция с постпозицией atžvilgiu. Цель — выяснить связь данной конструкции с валентностью на основе данных Корпуса современного литовского языка. Исследование показало, что конструкция с постпозицией atžvilgiu употребляется в предложении как валентный актант лексемы, так и как невалентный (свободный) элемент. КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: валентность, валентный актант, свободный элемент, конструкция с atžvilgiu. Straipsniai / Articles 245 LORETA VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ 1. ВВОДНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ Уже Эрнст Френкель (1928: 185–186) в своей работе о падежах литовского языка упоминает творительный падеж существительного atžvilgis. Йонас Яблонскис (1957: 632) употребляемое в примерах 1–2 atžvilgiu называет творительным падежом skirtumo и утверждает, что «этот падеж является лишь определённой разновидностью творительного падежа būdo или орудия». 1) В этом atžvilgiu он не отличается от других. (цитируется по Jablonskis 1957: 632) 2) Его сочинения и язык atžvilgiu приемлемы. (цитируется по Jablonskis 1957: 632) Сегодня Йонас Шукис (1998: 267) утверждает, что atžvilgiu — это творительный падеж отношения, или уточнительный (там же: 557), который «сравнительно несамостоятелен, часто напоминает слова, близкие к предлогам (точнее — послелогам), поскольку обычно стоит после [...] чаще всего родительного падежа и уточняет его, словно образуя вместе с ним, подобно послелогу, определённую конструкцию»; «особенно в языке печати и письменной речи нередко показывает, в каком atžvilgiu характеризуется предмет или явление». Шукис (1998: 268) уточняет, что atžvilgiu чаще всего встречается в административной и научной речи, и обращает внимание на то, что atžvilgiu употребляется, «когда имеется ясное значение отношения к чему-либо, оценки чего-либо», а «когда значение отношения, оценки становится неясным, не следует забывать о традиционных, более живых средствах выражения языка. Вместо родительного падежа с послелогом atžvilgiu могут лучше подойти наречия (см. 3), чистые падежи (особенно дательный) (см. 4–5), предложные конструкции (особенно с предлогом dėl)» (см. 6–8). 3) Дети здесь воспитываются в физическом, нравственном и умственном отношении atžvilgiu (ср. fiziškai, doriškai, protiškai). (цитируется по Šukys 1998: 268) 4) Можете ли вы сделать что-нибудь хорошее в отношении инвалидов atžvilgiu (ср. invalidams). (цитируется по Šukys 1998: 268) 5) Я чувствовал холодность членов комитета по отношению ко мне atžvilgiu (ср. man). (цитируется по Šukys 1998: 268) 6) В отношении нарушителей atžvilgiu никаких мер принято не было (ср. prieš pažeidėjus). (цитируется по Šukys 1998: 268) 7) Часть людей имела отрицательное мнение в отношении института atžvilgiu (ср. apie institutą). (цитируется по Šukys 1998: 268) 8) У правительства нет продуманной политики в отношении школ atžvilgiu (возможно, dėl mokyklų). (цитируется по Šukys 1998: 267) 1 Более подробный обзор работ о atžvilgiu см. Akelaitis (2005: 67–70). 246 Acta Linguistica Lithuanica LXXXVII Atžvilgiu konstrukcija valentingumo aspektu В рекомендациях по языку (KP S1 2009: 90) Шукыс уточняет, что в примере 3 употреблённое в значении послелога atžvilgiu является побочным (частичным) нормативным вариантом. Оно, как книжное явление, может употребляться в литературном языке, однако предпочтение следует отдавать основному (нейтральному) нормативному варианту — наречию образа действия. А в примерах 4–6, как и в примерах 9–11, atžvilgiu в литературном языке неупотребительно. Здесь непосредственное отношение к объекту должно выражаться дательным падежом, предложными конструкциями (KP S1 2009: 89; см. также Akelaitis 2005: 71, 76). 9) Большего уважения мы ожидали бы от девочек atžvilgiu (=mergaitėms). (цитируется по KP S1 2009: 89) 10) Вы будете корректны по отношению к нам atžvilgiu (=mums). (цитируется по Akelaitis 2005: 71) 11) Нетолерантность по отношению к Литве atžvilgiu (=Lietuvai), несомненно, существовала. (цитируется по Akelaitis 2005: 71) Шукис (KP S1 2009: 89) отмечает, что в литературном языке atžvilgiu может употребляться для выражения косвенного отношения к объекту в примере 12. 12) Ничего плохого по отношению к ребёнку atžvilgiu я не сделал. Гинтаутас Акелайтис (2005: 67) рассматривает конструкцию atžvilgiu в административном языке (см. 10–11) и утверждает, что atžvilgiu (и požiūriu) «выделяется частотностью употребления, очевидным административным функционально-стилистическим оттенком». Он (Akelaitis 2005: 76) приходит к выводу, что «конструкции административного языка род. п. + atžvilgiu [...] не опираются на живое употребление и по времени возникновения являются поздним явлением интеллектуализированного языка». Акелайтис (2005: 67) утверждает: то, что atžvilgiu «следует после родительного падежа существительных и субстантивированных слов, как будто позволяло бы считать их близкими к послелогам. Настоящими послелогами они считаться не могут из-за сохраняющегося лексического значения. Другая причина — согласовательные конструкции и конструкции с родительным падежом субстантивированных слов часто близки или даже образуют пары, ср.: ekonominiu atžvilgiu и ekonomikos atžvilgiu». С другой стороны, проведя на основе примеров из Dabartinės lietuvių kalbos tekstyno исследование употребления atžvilgiu в административном языке, Акелайтис (2005: 70) пишет: «Застывшее atžvilgiu чаще всего употребляется с родительным падежом субстантивированных слов [...], но очень редко — в сочетаниях, образованных способом согласования [...] — соотношение 0,07: 0,93». Из его подробного исследования становится ясно, что конструкции с atžvilgiu в административном языке правильно употребляются, когда указывают на основание чего-либо по стороннему объекту, обусловливающему действие или состояние (Akelaitis 2005: 71), допустимы как побочный нормативный вариант для выражения отношения основания (Akelaitis 2005: 74–75) или для выражения объектного отношения, которое может иметь оттенок причины и при котором возможно atžvilgis, учёт этого косвенного объекта (Akelaitis 2005: 73). Кроме того, помимо того что atžvilgiu не подходит для выражения непосредственного отношения к объекту (Akelaitis 2005: 71), рассматриваемые конструкции не употребляются Straipsniai / Articles 247 LORETA VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ для выражения причины (Akelaitis 2005: 73). Также «там, где это возможно, особенно там, где нарушается устоявшееся выражение синтаксических отношений в литовском языке, следует избегать конструкций род. п. + atžvilgiu [...], когда должно быть выражено отношение признака, или атрибутивное отношение» (Akelaitis 2005: 73). Далее вопрос о том, является ли atžvilgiu послеложным (становится ли послеложным), оставляется в стороне, и в статье в качестве рабочего термина употребляется — послеложный atžvilgiu. Конструкция с ним, как следует из процитированных примеров и кратко изложенного выше, употребляется на уровне предложения и словосочетания. Следует обратить внимание на мысль Акелайтиса (2005: 72): «когда употребляются конструкции род. п. + atžvilgiu [...], непосредственная направленность действия, деятельности или свойства на объект как будто смягчается, затушёвывается». Имея перед глазами примеры 4–12, далее ставится вопрос, каково основание этого смягчённого отношения к объекту и почему, например, говорящий выбирает заменить типичный дательный бенефициента в примере 10 послеложным atžvilgiu. Связано ли это (и каким образом) со значением слова и валентностью? Если употребление послеложного atžvilgiu связано с валентностью, то, придерживаясь концепции вербоцентрической модели предложения, можно сделать несколько предположений: помимо того что (a) на употребление послеложного atžvilgiu влияет значение существительного atžvilgis, (b) на употребление послеложного atžvilgiu влияют лексические, семантические и другие признаки предиката предложения, семантика слова и всего предложения. Для ответа на упомянутые вопросы было решено опереться на материал, собранный из Dabartinės lietuvių kalbos tekstyno (далее — DLKT), составленного Центром компьютерной лингвистики Университета Витовта Великого в Каунасе (см. часть 2). В настоящем разведочном исследовании поставлены следующие задачи: (a) рассмотреть значение существительного atžvilgis в словарях (см. часть 3), (b) кратко обозреть исходные положения теории валентности и упомянуть, как это связано с употреблением послеложного atžvilgiu (см. часть 4), (c) с точки зрения валентности исследовать употребление конструкций с atžvilgiu в эмпирическом материале из DLKT (см. части 5 и 6). После этого всё обобщить (см. часть 7). Насколько известно, работ о валентностном аспекте послеложного atžvilgiu нет. 2. ИССЛЕДУЕМЫЙ МАТЕРИАЛ Большую часть DLKT составляют письменные, часто отредактированные тексты разных жанров (публицистической, художественной, нехудожественной или административной литературы). Примеров разговорной речи там заметно меньше. Это видно в таблице 1, где показано, как atžvilgiu распределяется по жанрам в результатах поиска DLKT². ² Примеры из DLKT собраны в июне 2022 г. 248 Acta Linguistica Lithuanica LXXXVII Atžvilgiu konstrukcija valentingumo aspektu Из таблицы 1 видно, что функциональный стиль может иметь значение для употребления конструкции с послелогом atžvilgiu. Atžvilgiu реже всего встречается в разговорной речи. В письменной речи послелог atžvilgiu реже всего употребляется в художественной литературе, а чаще всего — в публицистике и нехудожественной литературе. В DLKT³ к публицистике относятся: общая периодика, популярная периодика, научная периодика, книги (автобиографии, мемуары, воспоминания, хроники, летописи, дневники, письма, эссе, очерки и др.) и т. д., а к нехудожественной литературе — научная, учебная, познавательная, научно-популярная и др. литература. Художественную литературу в DLKT составляют повести, рассказы, новеллы, сказки, романы и т. п. Учитывая, что приведённые в DLKT примеры из административной литературы (документов) с послелогом atžvilgiu уже исследовались (Akelaitis 2005), далее рассматривается немного более 600 примеров из других жанров, в которых atžvilgiu употребляется как послелог. Точнее говоря, в основу дальнейшего разведочного исследования положено по 200 примеров из художественной, нехудожественной литературы и публицистики; кроме того, имеются 5 примеров из разговорной речи. ТАБЛИЦА 1. Употребление Atžvilgiu по жанрам Часть корпуса | Всего слов | Запрос | Число употреблений | Число слов в анализируемых источниках Художественная литература | 15765554 | atžvilgiu | 601 | 2478947 Нехудожественная литература | 19322341 | atžvilgiu | 5873 | 4377158 Административная литература | 13625715 | atžvilgiu | 1422 | 1524835 Публицистика | 86497837 | atžvilgiu | 9981 | 20774801 Разговорная речь | 447396 | atžvilgiu | 26 | 29146 Всего: | 140921288 | atžvilgiu | 17903 | 29184887 Из имеющихся примеров (см. таблицу 2) видно, что конструкция с послелогом atžvilgiu в предложении может быть связана с различными формами глагола, прилагательного, существительного или с наречием. Обращает на себя внимание то, что значение часто упоминаемого в имеющемся материале слова имплицирует перцептивного субъекта (ср. jaustis, nusistatyti, abejingas, jautrus, nuostata, pažiūra и т. д.) или, если рассматривать это с точки зрения семантических функций, выделяемых на основе валентности, перципиента [Pcp] — носителя психического состояния (Sližienė 1994: 20), что, предположительно, влияет на употребление конструкции с послелогом atžvilgiu. Учитывая, что в исследуемых примерах разных жанров послелог atžvilgiu повторяется с одними и теми же словами или употребляется в разных жанрах ³ Просмотрено [2022–06–12] здесь: http://tekstynas.vdu.lt/tekstynas/menu?page=about. Straipsniai / Articles 249 LORETA VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ слова, с которыми конструкция с послелогом atžvilgiu семантически и синтаксически связана, взаимодействуют, а не противостоят друг другу, поэтому далее примеры по жанрам не разделяются. Например, в художественной литературе и публицистике имеются примеры конструкций с послелогом atžvilgiu, связанных с глаголом nu(si)teikti, а в публицистике и нехудожественной литературе — с nusiteikimas; либо в художественной литературе и публицистике имеются примеры с прилагательными geranoriškas, tolerantiškas, связанными с послелогом atžvilgiu, а в нехудожественной литературе он встречается с tolerancija. То, что во всех рассматриваемых стилях в текстах atžvilgiu употребляется с одними и теми же или сходными словами, позволяет предположить, что функциональный стиль в письменной речи не оказывает решающего влияния на употребление конструкции с послелогом atžvilgiu. ТАБЛИЦА 2. Связь конструкции Atžvilgiu с частью речи в предложении Часть речи Примеры Глагол būti, daryti, derėti, elgtis, įpareigoti, jaustis, laikytis, (ne)moralizuoti, nu(si)teikti, nusileisti, nus(is)atyti, nuvertėti, pasielgti, patirti, pasikeisti, pasisakyti, pavadėti, priešintis, reaguoti, rodyti, suprasti, susvetimėti, taikyti, turėti и т. п. Прилагательное adaptyvus, abejingas, agresyvus, aklas, aplaidus, artimas, atsargus, (ne)atviras, bjaurus, blogas, ciniškas, diskretiškas, (ne)doras, draugiškas, drovus, (ne)gailestingas, (ne)geranoriškas, griežtas, (ne)etiškas, įdomus, įkyrus, išdidus, iškalbingas, įžeidus, humaniškas, jautrus, konservatyvus, korektiškas, kritiškas, lygus, mandagus, naudingas, negatyvus, neutralus, niekingas, padorus, pagarbus, pakankamas, (ne)pakantus, palankus, panašus, patrauklus, pavojingas, priešiškas, reiklus, reikšmingas, santūrus, (ne)sąžiningas, savarankiškas, (ne)šališkas, švelnus, (ne)teisingas, (ne)teisus, tinkamas, tolerantiškas, ūmus и т. п. Существительное arogancija, abejingumas, agresija, agresyvumas, ambivalentiškumas, atlaidumas, atsargumas, delikatumas, dėmesys, despotizmas, diskriminacija, draugiškumas, elgesys, ironija, išdavystė, išdidumas, įtarimas, įtarumas, jausmas, gailestingumas, galia, geranoriškumas, kaltinimas, kalba, ketinimas, kėslas, kantrybė, kantrumas, kietaširdystė, klusnumas, kritika, kritiškumas, komplimentas, korektiškumas, laikysena, lūkestis, tolerancija, neapykanta, nuodėmė, nuomonė, nusižengimas, nuostata, nusikaltimas, nusistatymas, nusiteikimas, pagarba, (ne)pakantumas, palankumas, pareiga, pažiūra, pasisakymas, politika, pozicija, pozityvumas, pranašumas, priešiškumas, prievarta, provokacija, represija, santūrumas, simpatija, smalsumas, smurtas, susvetimėjimas, supratingumas, (ne)šališkumas, šaltukas, teisėjas, teisingumas, teroras, (ne)tolerancija, tvirtumas, užsispyrimas, veiksmas, viltis, žodis, (ne)žmoniškumas, žiaurumas, veiklumas, vertinimas и т. п. Наречие хорошо, параллельно, (не)благоприятно, зло, враждебно, скептически и др. 250 Acta Linguistica Lithuanica LXXXVII Atžvilgiu konstrukcija valentingumo aspektu 3. ЗНАЧЕНИЕ СУЩЕСТВИТЕЛЬНОГО ATŽVILGIS В ТОЛКОВЫХ СЛОВАРЯХ ЛИТОВСКОГО ЯЗЫКА Поскольку употребляемое в постпозиции atžvilgiu имеет значение и оно может влиять на употребление рассматриваемой конструкции, следует привести определения существительного atžvilgis. В Dabartinės lietuvių kalbos žodyne (DLKŽₑ) существительное atžvilgis приводится со значениями: 1. ‘принятие во внимание, учёт’, 2. ‘точка зрения’ (см. 1). В академическом Lietuvių kalbos žodyne (LKŽₑ) atžvilgis имеет три значения: 1. ‘оглядывание назад, обозрение’ (см. 13); 2. ‘точка зрения, взгляд’ (см. 14; также см. 2); 3. ‘принятие во внимание’ (см. 15). 13) Волк поймал одну овцу, остальные без atžvilgio разбежались Žem. 14) Наша литература стала значительно разнообразнее в отношении формыatžvilgiu rš. 15) После всех трудов, возможно, будет какой-нибудь atžvilgis Krkn. Следовательно, творительный падеж существительного atžvilgis, употребляемый в примерах 1–12, имеет (должен иметь) значение ‘точка зрения, взгляд’. Семантически близкое существительному atžvilgis слово požiūris также имеет два значения: 1. ‘взгляд, atžvilgis’, 2. ‘конкретное мнение, установка⁴’ (DLKŽₑ; ср. LKŽₑ). Таким образом, имеется минимальное лексико-семантическое поле связанных друг с другом существительных (atžvilgis, požiūris, žvilgsnis, pažiūra, nuomonė, nusistatymas). Здесь следует обратить внимание на то, что, как уже упоминалось в части 2, существительные pažiūra, nuomonė, požiūris, nusistatymas употребляются с рассматриваемой постпозитивной конструкцией atžvilgiu. Это свидетельствовало бы о процессе грамматикализации atžvilgiu. Рассматривая валентность корневых слов (pa)žiūrėti и žvelgti абстрактных существительных požiūris, žvilgsnis, pažiūra в Lietuvių kalbos veiksmažodžių junglumo žodyne Н. Слижене (далее — LKVJŽ), становится ясно, что глагол žiūrėti ‘учитывать, принимать во внимание’ требует именительного падежа субъекта, соответствующего перципиенту, и родительного падежа контентива⁵ либо придаточного предложения (см. 16). Глаголы (pa)žiūrėti и žvelgti ‘иметь сложившееся мнение, оценивать’ требуют именительного падежа субъекта-перципиента, предложной конструкции с į, соответствующей пациенсу⁶, и наречия, выполняющего функцию модуса⁷ (см. 17–18) (Sližienė 2004: 457, 461). Таким образом, в семантике существительного atžvilgis ‘точка зрения, взгляд’ заложены функции перципиента, пациенса, ⁴ Ср. LKŽₑ: nusistatymas — nuomonė, pažiūra. DLKŽₑ: Nuomonė — 2. pažiūra, nusistatymas. ⁵ «Контентив [Con] — функция содержания действия или состояния» (Sližienė 1994: 22). ⁶ «Пациенс [P] — функция получателя воздействия действия или носителя состояния» (Sližienė 1994: 20). ⁷ «Модус [Mod] — функция качества, способа действия» (Sližienė 1994: 25). Straipsniai / Articles 251 LORETA VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ функции содержания и модуса с собственным выражением. Субъект перципиента должен был бы ограничивать употребление конструкции с послелогом atžvilgiu с предикатами активного действия (транзитивными). Однако, как было видно, например, в примере 4, послеложная конструкция atžvilgiu употребляется (см. далее). С другой стороны, можно предположить, что, например, в примере 11 именно послелогом atžvilgiu обозначается (нем. markiert) в широком смысле взгляд и настрой человека как перципиента и тем самым в (кон)тексте выделяется упомянутое косвенное воздействие на объект, соответствующий бенефициенту⁸ (ср. 19–20). 16) Ar tu [Pcp] jo [Con] žiūrėsi [b. (cituojama pagal Sližienė 2004: 457) 17) Kai kas [Pcp] net įtartinai [M] žiūrėjo į patį Beringą [P] ir visą jo kelionę [P] Br. (cituojama pagal Sližienė 2004: 457) 18) Ar individai tampa moralūs, priklauso nuo to, kaip [M] į juos [P] žvelgia kiti žmonės [Pcp] VDTUk. (cituojama pagal Sližienė 2004: 461) 19) Prancūzijos visuomenė nusiteikusi priešiškai. Iki tolerantiškos visuomenės [Pcp] musulmonų atžvilgiu [B] šiuo atveju kaip niekada toli⁹. 20) Jis [Pcp] buvo tolerantiškas dideliem ir mažam [B], su visais mielai dalindavosi savo sporto žiniomis ir patirtimi. Разве в примерах 19–20, где говорится о различной интерпретации явлений действительности, следует различать две валентности tolerantiškas? Может быть по-разному (см. далее). Согласно принципу иконичности, или изоморфизма, различное выражение связано с различными значениями предиката: каждая форма имеет своё значение. Понятие иконичности имплицитно связано с žymėtumu (англ. markedness). Talmy Givónas (1990: 945–947; plg. 2001: 38–41), определивший маркированность по трём критериям — структурной и когнитивной сложности и частотности, — утверждает, что связь между когнитивной и структурной сложностью является одним из наиболее общих аспектов иконичности: когнитивно маркированную категорию склонны маркировать и структурно, и наоборот¹⁰. Иконичность и маркированность непосредственно связаны с экономией и дистинктивностью в языке: говорящий стремится передать как можно больше содержания с помощью минимально возможных языковых средств выражения и усилий (см. далее). Учитывая всё это, вероятно, что и употребление конструкции с послелогом atžvilgiu связано с естественными потребностями пользователей языка в экономии выражения грамматических структур ⁸ «Бенефициент [B] — функция адресата, получателя, обладателя, свойственная живым существам, особенно лицам, в пользу или во вред которым что-либо происходит, делается, существует» (Sližienė 1994: 21). ⁹ Если около примеров не указано иное, они взяты из DLKT. ¹⁰ «The meta-iconic markedness principle: Categories that are cognitively marked tend also to be structurally marked» (Givón 1995: 58). Ср.: «Categories that are structurally marked are also substantively marked» (Givón 1990: 965). 252 Acta Linguistica Lithuanica LXXXVII Atžvilgiu konstrukcija valentingumo aspektu естественными потребностями в экономии в коммуникации (которые не всегда совпадают с языковой нормой). 4. ВАЛЕНТНОСТЬ И ПОСЛЕЛОЖНЫЙ ATŽVILGIU Кратко говоря, валентность — это обусловленная значением слова способность открывать определённое число свободных позиций, которые в предложении или словосочетании занимают слова и их формы либо их соответствия с определённым значением (см. Sližienė 1994: 16; Vaičiulytė-Semėnienė 2001: 19 и цитируемую там литературу). Валентность обычно связывают с тремя уровнями: абстрактным уровнем логической семантики и двумя конкретными уровнями языка — синтаксическим и лексико-семантическим. На уровне логической семантики определяется число свободных позиций слова и семантические функции их возможных актантов; на синтаксическом уровне определяется грамматическая форма валентных актантов и их обязательность либо факультативность; на уровне лексической семантики определяется семантика валентных актантов (слова каких семантических классов могут быть актантами слова). Наряду с валентными синтаксическими актантами, обязательность и факультативность которых устанавливаются в предложении, выделяются свободные члены — слова предложения, которые не обусловлены значением слова и не относятся к его валентности. В предикативной структуре свободные члены, соответствующие отдельным предикатам, а не аргументам предиката, не заполняют открытые предикатом свободные позиции; их связь с предикатом определяется свойственной ему как определённой части речи чисто грамматической способностью присоединять другие слова и их формы (Sližienė 1994: 35). Обязательные синтаксические актанты не могут опускаться в предложении, поскольку при их опущении предложение становится неграмматичным. Обязательными синтаксическими актантами обозначается та часть ситуации, которая является наиболее важной и актуальной для значения слова (Sližienė 1994: 31). Факультативные синтаксические актанты — это те, которые могут быть опущены в предложении, при этом предложение остаётся грамматичным и понятным. Предложения без факультативных актантов означают примерно то же, что и с ними, поскольку факультативные актанты имплицированы в самом значении слова (Sližienė 1994: 35). Факультативными актантами, которые далее в примерах из DLKT заключаются в круглые скобки, обозначается та часть ситуации, которая менее актуальна для значения предиката. Признаётся, что строгой границы между обязательными и факультативными актантами и свободными членами нет (Hentschel, Weydt 1994: 345). Vilmos Ágel (2000: 211–212) выдвигает гипотезу: чем чаще будут употребляться свободные члены (A), тем более ожидаемыми они будут. Тогда, по его мнению, свободные члены как спецификаторы содержания (INSP) могут быть переинтерпретированы в компоненты семантической валентности предиката, а последние со временем, согласно максиме уместности (англ. tinkamumo (англ. relevance) Пола Грайса, закрепляются как коммуникативно необходимые Straipsniai / Articles 253 LORETA VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ (KOM-NOT). Когда условия прагматической значимости, охватывающие KOM-NOT и INSP, конвенционализируются, коммуникативная необходимость (KOM-NOT) лексикализуется как семантическая необходимость (SEM-NOT). Именно последняя (о)пределяет синтаксическую необходимость (SYN-NOT) и специфику выражения (FOSP) (см. схему). По мнению V. Ágel (2000: 211), синтаксические актанты предиката являются (могут быть) лексикализованными, грамматикализованными свободными членами. СХЕМА. Лексикализация / грамматикализация свободных членов по Ágel (2000: 211) Помимо уже упомянутой максимы уместности — говори то, что связано с темой разговора и важно для неё, — кратко упомянем и другие максимы, выделяемые P. Grice (1989). Говоря об общении, основанном на принципе сотрудничества (англ. the cooperative principle), он выделяет ещё три максимы эффективного разговора, которых собеседники придерживаются неосознанно, стремясь обеспечить качество разговора. Это максимы количества (англ. quantity) (говори столько, сколько необходимо), качества (англ. quality) (говори то, что истинно и понятно) и способа (англ. manner) (говори понятно, ясно и последовательно). Wallace Chafe (Чейф 1983: 36), опираясь на психолингвистический эксперимент и говоря о том, как реальная ситуация действительности (пре)вращается в текст, утверждает, что вербализация пережитой ситуации представляет собой индивидуальную интерпретацию человеком воспринимаемой им ситуации действительности. Что и как из воспринятого будет сказано, выражено о ситуации в (кон)тексте, — способы вербализации зависят от говорящего. Предложением выражается семантическая интерпретация описываемой ситуации, и «семантическая структура предложения представляет лишь определённые аспекты воспринимаемой нами ситуации» (Sližienė 1994: 26). С перспективой предложения, употреблением языка и коммуникацией связан прагматический аспект валентности (Sližienė 1994: 26–41). От коммуникативных ¹¹ FOSP = формальная специфичность / синтаксическая валентность / управление (Ágel 2000: 293). ¹² A = обстоятельство (Ágel 2000: 293). ¹³ >> = грамматикализация / лексикализация (Ágel 2000: 294). ¹⁴ INSP = содержательная специфичность / семантическая валентность / селекционная валентность (Ágel 2000: 293). ¹⁵ KOM-NOT = коммуникативная необходимость (Ágel 2000: 293). ¹⁶ SEM-NOT = смысловая необходимость (Ágel 2000: 293). ¹⁷ SYN-NOT = синтаксическая необходимость (Ágel 2000: 293). 254 Acta Linguistica Lithuanica LXXXVII Atžvilgiu konstrukcija valentingumo aspektu задач прежде всего зависит появление факультативных синтаксических актантов в предложении. Возвращаясь от принципов теории валентности ближе к рассматриваемой в статье atžvilgiu конструкции, следует упомянуть исследование Павела Гращенкова, в котором он (Гращенков 2018: 169) утверждает, что семантическая функция основания как оценки может определяться как семантикой самого слова (предиката), так и контекстом. П. Гращенков обращает внимание на то, что функция основания типична для прилагательного: в описываемой ситуации оценка, имплицируемая предикатами-прилагательными, обозначается, например, конструкцией с русским предлогом для, соответствующей семантической функции экспериенцера (иначе — перципиента) или бенефициента (Говорун [...] испyскат неприятный для непьющего Федора запах дорогого коньяка; давление опасное для психики и даже для самой жизни.) (Гращенков 2018: 167–168). В русском языке факультативный синтаксический актант, обозначаемый, например, конструкцией с предлогом к, семантически близок к бенефициенту, обозначаемому конструкцией в отношении кого-либо («Мерзость какая!» – подумал пристав, хотя в отношении чистоты был человек нетребовательный...). Конструкция в отношении кого-либо употребляется и тогда, когда русское прилагательное не требует синтаксического актанта, обозначаемого упомянутой конструкцией с предлогом к; тогда в отношении кого-либо является обязательным синтаксическим актантом прилагательного (нужно не сбиваться и на восхваления, а также быть корректным в отношении соперников). Оставляя в стороне нормативный аспект конструкций с послелогом atžvilgiu, вернёмся к поставленному в начале вопросу: каково отношение послеложного atžvilgiu к валентным актантам и свободным членам. 5. ПОСЛЕЛОЖНЫЙ ATŽVILGIU И ВАЛЕНТНЫЕ АКТАНТЫ Переходя к анализу имеющегося материала DLKT, видим, что, например, в тех случаях, когда двувалентное прилагательное reiklus описывает отношение лица к предмету, его психическую настроенность по отношению к предмету, оно, помимо именительного субъекта, соответствующего перципиенту, требует (управляет) также дательным падежом контентива, выступающим в предложении в роли косвенного объекта, например: Autorius labai reiklus savo kalbai¹⁸. В тех случаях, когда reiklus описывает симпатию, расположение или антипатию одного лица по отношению к другому, обозначаемый дательным падежом факультативный синтаксический актант ¹⁸ Пример из DLKŽ. Straipsniai / Articles 255 LORETA VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ соответствует бенефициенту, напр., Хороший руководитель должен быть более требовательным к себе, чем к другим¹⁹. С точки зрения валентности reiklus ‘имеющий большую потребность’ требует именительного падежа пациенса и факультативного дательного падежа контентива, напр., Огурцы очень требовательны к теплу²⁰. Как видно из примеров 21–23, вместо обязательного и факультативного синтаксического актанта, обозначаемого дательным падежом, употребляется конструкция с atžvilgiu. 21) – Вы требовательны в отношении комфорта [Con]? 22) Президент [Pcp] должен быть очень требовательным (к себе) [B], способным сомневаться. 23) Крыжовник плодоносит ежегодно, особенно хорошо в Жемайтии. Требовательность к месту и почве. Крыжовник [P] (в отношении места) [Con] нетребователен. Помимо reiklus, имеющийся материал DLKT показывает, что послеложный atžvilgiu употребляется с целым рядом прилагательных, когда они описывают отношение одного лица к другому и имеют семантическую валентностную структуру [Pcp, B]: безразличный, плохой, дружелюбный, (не)милосердный, доброжелательный, строгий, наглый, жестокосердный, критичный, приятный, умеренный, благосклонный, уважительный, враждебный, заботливый, толерантный, терпимый, (не)честный, мягкий, (не)правый, вспыльчивый и т. п. (см. 24–25). Аналогичное употребление наблюдается и тогда, когда употребляются абстрактные существительные от названных прилагательных, например, безразличие, снисходительность, деликатность, деспотизм, милосердие, доброжелательность, жестокосердие, понимание, толерантность, пристрастность, жестокость и т. д. (см. 26–28). Их факультативный актант, обычно обозначаемый дательным падежом²¹, выступающий в предложении косвенным объектом, заменяется послеложным atžvilgiu. На основании примера 27 следует обратить внимание на то, что в BLKŽ despotizmas определён как ‘2. властность и произвол по отношению к окружающим, то есть эксплицированный аспект установки, отношения к другому лицу, который при возникновении коммуникативной необходимости выражается факультативным актантом. 24) Она [соседка] дружелюбна (по отношению к нему [мальчику]). 25) Виктория, я не был до конца честен (по отношению к вам). 26) Благодарю также Председателя Сейма г-на А. П. за доброжелательность (по отношению к ВУ). 27) Было странно всё чаще слышать разговоры о деспотизме режиссёра (по отношению к актёру). 28) Та слепая злость, будучи высвобожденной, не знает границ. Заметили ли они что-нибудь иное, чего я сам не осознавал и из-за чего возник этот едва заметный холодок (по отношению ко мне)? (ср. пример 5) ¹⁹ Пример из BLKŽe. ²⁰ Пример из LKŽe. ²¹ Бенефициент также может обозначаться конструкцией с предлогом su, ср. предложение из DLKT: Ещё некоторое время с ней были строги. 256 Acta Linguistica Lithuanica LXXXVII Atžvilgiu konstrukcija valentingumo aspektu Упомянутую структуру [Pcp, B] имеют также употребляемые в предложениях отглагольные абстрактные существительные jausmas, laikysena, neapykanta, nusistatymas, например: 29) А может быть, мои чувства (по отношению к ней) были двойственными? 30) Tai lemė skirtingą srovių atstovų pažiūrą į politinę būsimos laisvos Lietuvos santvarką bei šaltoką laikyseną (atvykusio į JAV A. Smetonos atžvilgiu). 31) Кем бы она ни была, она не проявила должной заботы о тебе. – Ты полна предубеждений в отношении женщин! (в отличие от: предубеждений против женщин) В тех случаях, когда слово в предложении описывает отношение лица к предмету, психическую настроенность лица по отношению к предмету, оно имеет семантическую валентностную структуру [Pcp, Con]. В финитном предложении она обычно обозначается именительным падежом перцептивного субъекта и дательным падежом косвенного объекта либо предложной конструкцией dėl. Как видно из имеющихся примеров 32–33 и подобных им, с перцептивными лексемами употребляется послеложный atžvilgiu. Аналогично говорящий выбирает его и в примере 34 с абстрактным существительным nepasitenkinimas, где послеложный atžvilgiu связан не с дательным падежом бенефициента (ji rodė man), а с инструменталисом контентива (ср. ji nepatenkinta manimi). 32) Беспристрастность исследователя по отношению к источнику. 33) Я могу вкратце описать более глубокое отношение Палина (к обучению). 34) По отношению ко мне она проявляла раздражённое недовольство. Послеложный atžvilgiu употребляется вместо соответствующего пациенсу дательного падежа при перцептивном отглагольном абстрактном существительном įtarimas: 35) Рейне медленно усмехнулся кислой улыбкой, словно это короткое знакомство с моей дочерью подтверждало все его подозрения в отношении меня. Исследованные примеры DLKT показывают, что конструкция с послеложным atžvilgiu употребляется вместо дательного падежа типичного косвенного объекта, когда слово, употреблённое предикативно или атрибутивно, описывает определённую (не)полезность предмета или вещи для лица. Тогда, как показывают примеры 36–37 и подобные им, при употреблении, например, драматичный, (не)дружелюбный, строгий, корректный, критичный, полезный, уважительный, благоприятный, опасный, требовательный, справедливый, подходящий и т. п., она имеет семантическую валентностную структуру [P, B]. 36) Это может быть основанием для принятия (по отношению к нему atžvilgiu) строгого решения. 37) Ты выслушал его дружескую, (vienas kito atžvilgiu) уважительную беседу. В предложении факультативный синтаксический актант предиката, обычно обозначаемый дательным падежом, заменяется послеложной конструкцией atžvilgiu в тех случаях, когда оба выражения косвенного объекта соответствуют семантической функции перципиента, а субъектный Straipsniai / Articles 257 LORETA VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ актант — пациенсу, то есть свойственная слову структура семантической валентности имеет вид [P, Pcp], например: 38) Вот почему просим простить, что был назойлив (по отношению к девушке). 39) Это слишком отвратительно (по отношению к семьям пострадавших)? На основе валентности глагола žiūrėti ‘иметь сложившееся мнение, оценивать’, упомянутого в разделе 3, в исследованных примерах видны также различия в синтаксической валентности существительных pažiūra. Из примера 40 становится ясно, что вместо предложной конструкции с į, соответствующей пациенсу, говорящий предпочёл употребить послеложную конструкцию с atžvilgiu. Здесь употребление послога с atžvilgiu можно объяснить и упомянутым обозначением критического бенефицианта посредством рассматриваемой конструкции (см. также далее). Однако пример 41 с существительным požiūris показывает, что предложная конструкция, соответствующая пациенсу исходного перцептивного глагола, заменяется послеложной конструкцией с atžvilgiu. 40) Тогда [...] моё отношение к нему было довольно критическим. 41) Выражается [...] довольно явно негативное отношение и к Литовскому государству. Конструкция с послелогом atžvilgiu употребляется и в предложениях, где слово (nusidėti; diskriminacija, išdavystė, įtaka, kaltinimas, kėslas, kritika, nusikaltimas, prievarta, smurtas, teroras и др.) требует синтаксического акта субъекта, соответствующего функции агенса²². Из примеров 42–46 видно, что в контексте предложения активное действие, выраженное формами глагола или их абстрактами, либо действие, осмысляемое предметно, утрачивает типичную активность и тем самым снижает агентность субъекта. В примере 42, где глагол nusidėti ‘совершить проступок’ требует субъекта, соответствующего агенсу, и косвенного объекта-бенефициента, обозначаемого дательным падежом (Sližienė 1994: 63), агентность субъекта «уменьшается» под влиянием семантики перцептивного jaustis (см. 34). Аналогично говорящий, по-видимому, выбирает послелог atžvilgiu и в ситуациях, описанных в примерах 43–44, где активность существительных kritika, represija, обычно предполагающих агенса, смягчается перцептивными pažiūra, bijo, которые в предложении или словосочетании управляют упомянутыми абстрактами активного действия. В примере 45 на употребление конструкции с atžvilgiu с абстрактом активного действия (kritika) влияет косвенность. Разумеется, в DLKT имеются примеры (см. 46), где вместо послеложного atžvilgiu более уместно немаркированное выражение косвенного объекта — дательный падеж. Особенно это представляется актуальным в примере 47, где в именной группе действие, обозначенное отглагольным абстрактом pasisakymas, является более активным. С другой стороны, если предположить, что в примерах типа 48 ²² Агент [A] — функция исполнителя действия, которую предполагают глаголы со значением действия (Sližienė 1994: 19). 258 Acta Linguistica Lithuanica LXXXVII Atžvilgiu konstrukcija valentingumo aspektu употребляемая постпозитивная конструкция по отношению семантически связана как с речь (ср. речь председателя о подписантах Акта), так и с строгий (ср. председатель строг по отношению к подписантам), то можно утверждать, что и в примере 47 на употребление постпозитивной по отношению конструкции также влияет атрибутивно употреблённое недружественный (см. 24). Несколько иначе обстоит дело в примерах 49–50, где связанная с винительным падежом прямого объекта переходного глагола (оценивать, выдавать) постпозитивная по отношению конструкция рядом с глагольным абстрактом (оценка, предательство) становится коммуникативно и грамматически необходимой. 42) Шяйп ар тяк, он не сделал ничего, за что мог бы себя упрекать и чувствовать себя виноватым по отношению к Марго. 43) И. К. [...] неискренне признала партийную критику, [...] умолчав о своём отношении к критике в их адрес. 44) Свидетель деятельности Моро, не осмеливающийся публично пожаловаться на него, поскольку боится репрессий в отношении себя. 45) Нас крайне беспокоит, что в последнее время в печати и других средствах массовой информации часто высказывается чрезмерно резкая критика в отношении литовских учёных. 46) Они изменили своё решение только после того, как на районных конференциях ДДП услышали жёсткую критику в свой адрес. 47) Обращается внимание на высказанные в последнее время некоторыми российскими политиками, включая депутатов Думы В. Ж. и А. Н., их недружественные высказывания в отношении Литвы. 48) Председатель, произнеся строгую речь по отношению к большинству подписантов Акта 11 Марта на воскресном митинге сторонников Саюдиса, уехал в Швецию. 49) Зная о критических оценках нашей партии в отношении Ю. Б. (ср.?критические оценки нашей партией Ю. Б.), премьер-министр Г. К. мог не спешить утверждать Ю. Б. своим главным советником. 50) Большинство белорусских деятелей оценили предложения Каунаса Варшаве если не как предательство литовцев по отношению к ним (ср. *их), то по крайней мере как несоблюдение соглашений. Отдельно следует упомянуть употребляемое в примере 51 делать ‘вести себя по отношению к кому-либо’. Обычно делать требует агентивного субъекта, модус которого выражается винительным падежом прямого объекта или наречием, и косвенного объекта, соответствующего пациенсу и обозначаемого предложной конструкцией su, например, Что [Mod] ты [A₁] сделаешь с ней [P] и со мной [P] (Sližienė 1994: 166). В примере 51 типичное выражение косвенного объекта заменяется постпозитивной по отношению конструкцией, посредством которой актуализируется, что агентивное действие не совершается, точнее, совершается скорее на уровне сознания, мыслей. Важно, что в самом значении делать (ср. также BLKŽₑ делать ‘3. (кого, кому, с кем) вести себя (обычно по отношению к кому-либо)’) эксплицитно выражено отношение и что Straipsniai / Articles 259 LORETA VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ субъект действия, обозначенного глаголом, с точки зрения агентивности является менее типичным. В рассматриваемой ситуации действие субъекта (господина, раба) непосредственно не затрагивает объект (другого, себя). 51) То, что господин делает по отношению к «другому», он делал бы и по отношению к самому себе, а то, что раб делает по отношению к самому себе, он делал бы и по отношению к «другому». Так возникло одностороннее и неравное признание. В данном случае несамостоятельное сознание является для господина объектом. От глагола daryti ‘вести себя по отношению к кому-либо’ можно перейти к глаголу elgtis. N. Sližienė (1994: 193) выделяет elgtis ‘1. вести себя, действовать тем или иным образом, например, Jis [A₁] elgiasi padoriai, gražiai, teisingai [Mod]²³, или ‘2. тем или иным образом относиться к кому-либо, влиять на чью-либо судьбу, например, Jis [A₁] nedorai [Mod] pasielgė su savo motina [P]. Кратко говоря, в упомянутом значении daryti эксплицированная сема отношения имплицирована в дефинициях значений elgtis. Это влияет на употребление постпозитивной конструкции atžvilgiu в примерах 52–54 с elgtis, elgesys, poelgis. В примере 52 вместо типичной предложной конструкции su, соответствующей пациенсу, выбрана постпозитивная конструкция atžvilgiu. При сравнении примеров 53 и 54 выясняется, что употребление постпозитивной конструкции atžvilgiu в примере 54 необходимо — обусловлено грамматически. Следует обратить внимание и на то, что, например, в примере 55 на употребление atžvilgiu влияет также то, что прилагательное sąžiningas также употребляется с постпозитивной конструкцией atžvilgiu (см. 25). Это очевидно в примерах 56–57, где валентный актант, соответствующий модусу предиката предложения (elgtis), выраженный наречием образа действия, сам требует бенефициентного актанта (аналогично говорят и рядом, например, дружелюбно, честно, враждебно, бестактно, пристрастно или др.) либо свободно присоединяет свободный член. Последние примеры показывают, что на употребление постпозитивной конструкции atžvilgiu может влиять как валентность основного предиката предложения (elgtis), так и валентность одного из лексикализованных предикатом актантов или сочетаемость слова. 52) Ни слова [консерваторы] не сказали о том, как они ведут себя в Сейме по отношению к меньшинству. 53) Поведение отца elgesys было благородным. Только по отношению к Нанос он был ничтожным.Nanos atžvilgiu jis buvo niekingas. 54) Кондитер также разочарован поведением христианских демократов по отношению друг к другу (ср. разочарован?поведением христианских демократов одного по отношению к другому). 55) Своё положительное или отрицательное мнение о человеке вы составили, общаясь с ним, вы честно относитесь как к себе, так и к нему. 56) Охваченный фрустрацией ребёнок становится подвижным, злым, агрессивно ведёт себя по отношению к сверстникам. ²³ Ср. выделяемое в LKVJŽ (Sližienė 1994: 166) daryti ‘вести себя’, например, Neprotingai [Mod], katel [A₁], darai. 260 Acta Linguistica Lithuanica LXXXVII Atžvilgiu konstrukcija valentingumo aspektu 57) Например, во время празднования Великой Отечественной войны Йонас и я невежливо вели себя по отношению к ветерану [...]. Аналогично, в имеющихся примерах из DLKT конструкция по отношению употребляется, когда основным предикатом предложения выступает форма глаголов nu(si)teikti, nusistatyti «2. решиться, твёрдо придерживаться мнения, решения» (DLKŽₑ) либо постпозитивный предлог по отношению связан с абстрактами этих или других перцептивных глаголов — существительными nusistatymas, nusiteikimas, nuostata, ketinimas (см. 58–61). В примере 58 на употребление постпозитивного предлога по отношению влияет не столько неагентивный глагол nuteikti «вызвать какое-либо настроение, чувства», сколько, как уже упоминалось, наречие — в данном случае неблагоприятно, которое само требует бенефактивного актанта. Аналогично это видно в примере 59 с возвратным глаголом nusiteikti: постпозитивный предлог по отношению также связан с наречием доброжелательно (в исследованных примерах по отношению аналогично употребляется с nusiteikti, gerai, piktai, priešiškai, skeptiškai и т. п.), однако его замена дательным бенефактивного актанта, в отличие от случая 58, сильнее ограничена интранзитивностью предиката. Примеры 60–61 показывают, что на употребление постпозитивного предлога по отношению влияют и категориальные свойства лексемы (см. также 26–28). То, что перцептивность лексемы влияет на употребление по отношению в предложении, очевидно из примера 62, где выбор постпозитивного предлога по отношению может быть объяснён не типичной для elgtis валентностью (ср. elgtis su kitais savo nuožiūra), а значением nuožiūra «мнение, взгляды» (DLKŽₑ). 58) Negi aš dabar galiu išleisti bent vieną taip nepalankiai mano atžvilgiu (plg. man) nuteiktą? 59) С одной стороны, менее вероятно, что другая будет по отношению к ней (?.аи) настроена доброжелательно. 60) Ученик бессознательно ощущает настрой учителя по отношению к нему. 61) Волей-неволей меняются и наши установки по отношению к ним. 62) Свобода, которую они отстояли, была свободой действовать по своему усмотрению по отношению к другим. Поскольку в примере 62 на употребление по отношению влияет также семантика nuožiūra, становится понятно, почему в примерах 63–65 его выбирают вместо соответствующей содержанию конструкции с предлогом apie или dėl либо конструкции с nuomone, pozicija «3. перен. взгляд, принципиальная установка» (DLKŽₑ). В примере 64 видно также, что на употребление конструкции по отношению влияет контекст. 63) Многие, и я сам, и многие наши однопартийцы имеют вполне определённое мнение по отношению к Палецкису. 64) — Что же? — О вашем друге Мозе. По отношению к нему у меня сложилось твёрдое мнение. 65) Какова официальная позиция современной Церкви по отношению к евреям? Straipsniai / Articles 261 LORETA VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ На основании примеров 63–65 можно объяснить употребление предложной конструкции с atžvilgiu с politika «теория и практика управления государственными делами, государственной власти» (DLKŽe). Говорящий выбрал бы такое обозначение: например, в примере 66 актуализируется аспект politikos как теории, идеологии, взглядов, хотя нельзя исключать, что такое обозначение обобщается и при разговоре о практическом аспекте politikos (см. 67). 66) На вопрос, считают ли теперь в Москве, что прежняя politika Vakarų atžvilgiu была чрезмерно уступчивой. 67) Однако долгая и мучительная история «Mažeikių naftos» вызывает сомнения в том, будет ли Rusijos politika Lietuvos atžvilgiu основана на прагматизме. 6. ПРЕДЛОЖНАЯ КОНСТРУКЦИЯ ATŽVILGIU И НЕВАЛЕНТНЫЕ (СВОБОДНЫЕ) ЧЛЕНЫ Как отмечалось, основное различие свободных членов и факультативных актантов заключается в том, что первые не имеют опоры в семантической структуре валентности предиката предложения и не реализуют никаких семантических актантов на уровне логической семантики. В примере 68 конструкция с atžvilgiu является свободным членом предиката предложения (laikėsi). Однако, как уже говорилось, она является требуемым синтаксическим актантом одного из валентных актантов предиката (neapykanta) (neapykanta žydų atžvilgiu (ср. žydams)). Иными словами, на уровне предложения конструкция с atžvilgiu является свободным членом, а на уровне словосочетания — валентным актантом. 68) Тем не менее не все мыслители эпохи Просвещения были доброжелательны к евреям. Значительная их часть, хотя и критиковала старые традиции, однако žydų atžvilgiu придерживалась neapykantos. С точки зрения валентности, говоря о свободных членах в предложении, для них выделяется свободный дательный (по-немецки freier Dativ). По мнению Н. Слижене (1994: 39), он является «элементом синтаксической структуры всего предложения, обозначающим лицо или предмет, заинтересованный в действии или испытывающий воздействие чего-либо (бенефициента)». Аксель Холвоет и Веслава Чижик-Прокашевой (2005: 81–92) рассматривают четыре типа свободного дательного: dativus commodi, dativus sympatheticus, dativus ethicus, dativus iudicantis. Авторы (Holvoet, Čižik-Prokaševa 2005: 83, 86, 88, 90) интерпретируют dativus commodi как обстоятельство бенефициента, dativus sympatheticus — как случай расщепления аргумента, dativus ethicus связывают с дискурсом и считают обстоятельством предложения. Они (Holvoet, Čižik-Prokaševa 2005: 90, 92) утверждают, что «dativus iudicantis семантически обусловлен и синтаксически управляется», «однако управляется не глаголом». Агнешка Рембялковска (2009: 159–161) опирается на решения функциональной грамматики Симона 262 Acta Linguistica Lithuanica LXXXVII Atžvilgiu konstrukcija valentingumo aspektu Дика (Dik 1997) и концепцию многоуровневой семантической структуры предложения и, рассматривая различные свободные дательные, предлагает «при классификации [...] опираться на критерий их области действия (англ. scope)» (Rembiałkowska 2009: 149). «Типы свободных дательных выделяются прежде всего в зависимости от того [...], с каким уровнем предикации они образуют более тесное единство и с каким уровнем предикации соотносится воздействие выражаемой ими предикации» (Rembiałkowska 2009: 149–150). На этом основании «кодируемые dativus sympatheticus посессивные значения проявляются на уровне ядерной24 предикации, кодируемые dativus commodi / incommodi бенефактивные / малефактивные значения» (там же: 167–168) «должны относиться к уровню расширенной25 предикации (extended predication)» (там же: 162), «значения dativus iudicantis [кодируются] на уровне пропозиции26, dativus ethicus — на уровне речевого акта (предложения)» (там же: 168). То, что с dativus commodi / incommodi, обозначающим лицо или предмет, в чью пользу или во вред которому совершается действие либо который является таковым, связана конструкция с atžvilgiu, видно из примеров 69–70 (а также в случаях, когда грамматически atžvilgiu связано с humaniškas, neutralus, negatyvus, pasyvus, savanaudiškas; taika, supratingumas, neutralumas, nežmoniškumas; niekinamai, niekingai и др.). 69) Из чего складывается это ощущение собственной ценности? Если упростить, можно сказать, что — из всех чувств и мыслей, kuriuos savo atžvilgiu (ср. sau, savyje) jaučiame. 70) В жизни я встречал многих великих художников, но не встречал такого, который был бы столь абстрактно и безошибочно objektyvus savo paties atžvilgiu. Наиболее общая функция свободного dativus iudicantis — «указать систему оценивания, в соответствии с которой можно решить, правильно ли кому-либо приписывается определённый признак. Необходимость указать систему оценивания возникает при желании подчеркнуть, что она не совпадает с принятыми в обществе или подразумеваемыми стандартами оценивания» (Rembiałkowska 2009: 156). Этот связанный с перципиентом dativus iudicantis, относящийся к уровню пропозиции (англ. proposition), как видно из примеров 71–72 или подобных им, с ciniškas, prasmingas, neetiškas; ambivalentiškumas; gerai, bjauru, nehigieniška, neetiška, nemandagu, padoru, nederama и др. также заменяется конструкцией atžvilgiu. На уровне пропозиции, который соответствует «возможному факту» 24 На уровне ядерной предикации (англ. core predication [...]) определяются «внутренние» параметры элементарной ситуации» (Rembiałkowska 2009: 160). 25 На уровне расширенной предикации «уточняются время, место, причина возникновения элементарной ситуации, цель и т. п.» (Rembiałkowska 2009: 160). 26 На уровне пропозиции, или высказывания, «представляется точка зрения говорящего на элементарную ситуацию» (Rembiałkowska 2009: 160). Straipsniai / Articles 263 LORETA VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ и в котором представляется точка зрения говорящего на элементарную ситуацию (ср. Dik 1997: 68), dativus iudicantis уточняет условия истинности высказывания (Rembiakovska 2009: 163). 71) Ведь это было бы безнравственно — безнравственно по отношению ко всем! 72) Твоя зарплата уменьшится по меньшей мере вдвое, но иначе нельзя, было бы несправедливо по отношению к другим. На основании исследованного материала следует добавить то, что было упомянуто в начале статьи: постпозитивный предлог atžvilgiu употребляется вместо наречий образа действия (обстоятельств). Это видно в примере 73. Эти модификаторы, обозначаемые конструкцией с постпозитивным предлогом atžvilgiu, не входят в ядерную (англ. nuclear) предикацию предложения и образуют корневую (англ. core) предикацию. Такие модификаторы первого уровня, связанные с самим предикатом предложения (прототипически образа действия, средства, качества и т. п.), модифицируют событие, выраженное основным предикатом, или, согласно S. Dik (1997: 225–226), положение дел (англ. nuclear predication) ядерной предикации — положение дел (англ. states of affairs (SoA)) (см. также пример 74, где конструкция с постпозитивным предлогом atžvilgiu выражает основание). 73) Местоименная морфема, выполняющая функцию номинализатора, ни концептуально, ни в (мор)фонологическом отношении не является самостоятельной. 74) Можно усмотреть определённое родство геометрического искусства и эпоса в отношении родства как в отношении идеи, так и в отношении формы. О том, что постпозитивный предлог atžvilgiu связан с модификаторами второго уровня, выделяемыми на уровне предложения, где положение дел выражается в отношении места, времени, результата, цели, причины и т. п. (Dik 1997: 243–244), позволяют говорить примеры 75–76. 75) Мариюс уже явно очаровал ту девушку. […] Каковы его намерения в отношении этой молодой особы? 76) Я ещё раз благодарю Вас за шаги, предпринятые в отношении меня, только, к сожалению, результатов пока нет. 7. ОБОБЩЕНИЕ И ВЫВОДЫ При изучении 600 примеров из DLKT с конструкцией с постпозитивным предлогом atžvilgiu видно, что эта конструкция употребляется и вместо валентных актантов слова, и как свободные члены. С точки зрения валентности исследованный материал позволяет установить следующие корреляции: Конструкция с постпозитивным предлогом atžvilgiu как свободный член употребляется на уровне корневой, расширенной предикации и пропозиции. С точки зрения валентности с 264 Acta Linguistica Lithuanica LXXXVII Atžvilgiu konstrukcija valentingumo aspektu связанное со свободным дательным (или с предложной конструкцией) постпозитивное atžvilgiu является свободным членом, который соответствует перципиенту или бенефициенту. В тех случаях, когда конструкция с atžvilgiu обозначает свободный член, в предложении он выступает обстоятельством (образа действия, основания, причины), связанным с наречием и предложными конструкциями. Конструкция с постпозитивным atžvilgiu из разряда свободных членов (предиката, модификаторов предложения (обстоятельств)) перешла на место валентных актантов слова (зависимых членов (косвенных объектов)). По аналогии со свободными членами, обозначаемыми конструкцией с постпозитивным atžvilgiu, коммуникативно необходимые соответствующие актанты семантической валентности слова выбираются для обозначения этой конструкцией. Конструкция с постпозитивным atžvilgiu является обязательным валентным актантом предиката: таким образом (раз)граничиваются два значения одной лексемы с различной валентностью (ср.: korektiškas — ‘вежливый, тактичный’ (BLKŽė), например, Jis buvo (mano atžvilgiu) (ср. su manimi) довольно korektiškas (DLKT), и korektiškas — ‘правильный, точный, соответствующий’, например, Конституционный суд не изложил своего мнения, статут Сейма не считается документом, противоречащим основному закону страны: «Однако он не является korektiškas Konstitucijos atžvilgiu». (DLKT)). Конструкцию с постпозитивным atžvilgiu выбирают вместо валентных (обязательных и факультативных) актантов лексемы в тех случаях, когда они выполняют функции перципиента, бенефициента или контентивного актанта. Тогда конструкция с atžvilgiu, выступающая в предложении косвенным объектом, заменяет актант, обозначенный дательным падежом или предложной конструкцией (su, į, apie, dėl); субъект может соответствовать перципиенту, пациенсу, агенсу. Конструкцию с постпозитивным atžvilgiu, как правило, выбирают в тех случаях, когда лексема предусматривает синтаксический актант субъекта, соответствующий перципиенту. Перцептивность влияет на то, что и при глаголах активного действия актант бенефициента, типично обозначаемый дательным падежом, заменяется конструкцией с постпозитивным atžvilgiu. Различается (имеется тенденция различать) актуализация и обозначение состояния бенефициента resp. активного действия. Поэтому есть основания утверждать, что семантический актант, соответствующий менее типичному бенефициенту перцептивных предикатов27, будет обозначаться несколькими синтаксическими формами: дательным падежом и / или конструкцией с постпозитивным atžvilgiu. Употребление постпозитивного atžvilgiu связано с (не)переходностью лексемы и (не)агентивностью субъекта. Категориальные свойства лексемы влияют на морфосинтаксическое обозначение семантического актанта (бенефициента, пациенса, контентивного актанта), коррелирующего с косвенным объектом (дательным падежом, предложными конструкциями с į, apie и т. п. и / или конструкцией с постпозитивным atžvilgiu). Синтаксический актант, управляемый наречием, может обозначаться только конструкцией с постпозитивным atžvilgiu (например, Jis pavojingai (ir 27 Ср. mentalInio recipiento (нем. mentaler Rezipient) концепцию Hentschel (2001: 183), Bartels (2005: 106–107). Straipsniai / Articles 265 LORETA VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ неблагоприятно относившийся к его надеждам) (ср. *и неблагоприятно его надеждам) задумавшись подал официанту (DLKT)). Семантически и грамматически необходимой может быть и требуемая существительным конструкция с постпозитивным atžvilgiu (ср. дискриминация немцев по отношению к ним, *дискриминация немцами их). В тех случаях, когда аспект отношения как точки зрения, настроенности эксплицирован или имплицирован уже в значении самой лексемы (например, priešas — ‘2. недружелюбно настроенный, желающий другому зла человек’ (DLKŽₑ); priešingas — ‘4. человек иных взглядов, недружелюбно настроенный, враждебный’ (LKŽₑ); despotizmas — ‘2. властность и произвол по отношению к окружающим’ (BLKŽₑ), nuotaika — ‘3. обычно мн. ч. позиция, настроенность по отношению к кому-либо’ (LKŽₑ) и т. д.), может иметься тенденция или необходимость обозначить — употребить конструкцию с постпозитивным atžvilgiu (ср. Согласно общему настроению литовского народа по отношению к евреям, при распространении этого на Шилальский волостной округ дело обстояло так. (DLKT)). По аналогии отношение, настроенность (обычно с предикатами восприятия) обозначаются и в тех случаях, когда значение лексемы не указывает на этот аспект. Аспект отношения, настроенности, обозначаемый конструкцией с постпозитивным atžvilgiu, связан с косвенным объектом (ср., Могу ли я надеяться, что и на мою долю перепадёт из вашего амбара индульгенций, если я честно признаюсь в совершении греха по отношению к вам? (DLKT)). ŠALTINIAI BLKŽₑ – Bendrinės lietuvių kalbos žodynas, vyr. red. D. Liutkevičienė, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, 2013–2022. Prieiga internete: https://ekalba.lt/bendrines-lietuviu-kalbos-zodynas/. DLKT – Dabartinės lietuvių kalbos tekstynas, Kaunas: Vytauto Didžiojo universitetas. Prieiga internete: http://tekstynas.vdu.lt/tekstynas/. DLKŽₑ – Dabartinės lietuvių kalbos žodynas, 8-as patais. ir papild. leidimas, vyr. red. St. Keinys, e. variantas, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, 2021. Prieiga internete: https://ekalba.lt/dabartines-lietuviu-kalbos-zodynas/. LKŽₑ – Lietuvių kalbos žodynas 1–20 (1941–2002), red. kolegija G. Naktinienė, J. Paulauskas, R. Petrokienė, V. Vitkauskas, J. Zabarskaitė, vyr. red. G. Naktinienė, e. variantas, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, 2005 (atnaujinta versija 2018). Prieiga internete: https://ekalba.lt/lietuviu-kalbos-zodynas/. LITERATŪRA Ágel Vilmos 2000: Valenztheorie, Tübingen: Gunter Narr Verlag. 266 Acta Linguistica Lithuanica LXXXVII Atžvilgiu konstrukcija valentingumo aspektu Akelaitis Gintautas 2005: Konstrukcijos su atžvilgiu, požiūriu administracinėje kalboje. – Kalbos kultūra 78, 67–78. Bartels Hauke 2005: Dativ oder Präposition: Zur Markierungsvariation im Kontext adjektivischer Prädikate im Deutschen, Russischen und Polnischen (Studia Slavica Oldenburgensia 12), Oldenburg: BIS-Vlg. Chafe Wallace 1983: Чейф У. Память и вербализация прошлого опыта [Pamjat’ i verbalizacija prošlogo opyta]. – Новое в зарубежной лингвистике [Novoe v zarubežnoj lingvistike] 12, 35–73. Dik Simon C. 1997: The Theory of Functional Grammar. Part 1: The Structure of the Clause, Second, revised edition, ed. by K. Hengeveld, Berlin, New York: Mouton de Gruyter. Fraenkel Ernst 1928: Syntax der litauischen Kasus, Kaunas: Lietuvos universiteto Humanitarinių mokslų fakultetas. Givón Talmy 1990: Syntax. A Functional-Typological Introduction 2, Amsterdam, Philadelphia: John Benjamins Publishing Company. Givón Talmy 1991: Markedness in Grammar: Distributional, Communicative and Cognitive Correlates of Syntactic Structure. – Studies in Language 15, 335–370. Givón Talmy 1995: Functionalism and Grammar, Amsterdam, Philadelphia: John Benjamins Publishing Company. Givón Talmy 2001: Syntax 1, Amsterdam, Philadelphia: John Benjamins Publishing Company. Graščenkov Pavel V. 2018: Гращенков, Павел В. Синтаксические зависимые: лексический и конфигурационный подходы (на материале прилагательных) [Sintaksičeskie zavisimye: leksičeskij i konfiguracionnyj podxody (na materiale prilagatel’nyx)]. – Вестник Института востоковедения РАН [Vestnik Instituta vostokovedenija RAN], № 5, Москва: ИВ РАН [Moskva: IV RAN], 160–174. Grice Paul 1989: Logic and Conversation. – Studies in the Way of Words, Cambridge, Massachusetts: Harvard University Press, 22–40. Hentschel Elke, Weydt Harald 1994: Handbuch der deutschen Grammatik, 2. Aufl., Berlin, New York: De Gruyter. Hentschel Gerd 2001: Dative or prepositional marking of noun phrases in the context of Russian adjectival experiencer predicates. – Variierende Markierungen von Nominalgruppen in Sprachen unterschiedlichen Typs (Studia Slavica Oldenburgensia 4), Hrsg. W. Boeder, G. Hentschel, Oldenburg: Bibliotheksund Informationssystem der Universität Oldenburg, 171–200. Straipsniai / Articles 267 LORETA VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ Holvoet Axel, Čižik-Prokaševa Veslava 2005: Papildiniai ir aplinkybės. – Gramatinių funkcijų tyrimai (Lietuvių kalbos gramatikos darbai 3), red. A. Holvoet, R. Mikulskas, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, 65–92. Jablonskis Jonas 1957: Rinktiniai raštai 1, sud. J. Palionis, Vilnius: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla. KP S1 2009: Kalbos patarimai 2: Sintaksė 1. Linksnių vartojimas, sud. R. Miliūnaitė, vyr. red. A. Pupkis, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas. Rembiaľkowska Agnieszka 2009: Lietuvių kalbos laisvieji naudininkai ir predikacijos lygmenys. – Gramatinių funkcijų prigimtis ir raiška (Acta Salensia 3), red. A. Holvoet, R. Mikulskas, Vilnius: Vilniaus universitetas, asociacija „Academia Salensis“, 147–168. Sližienė Nijolė 1994: Lietuvių kalbos veiksmažodžių junglumo žodynas 1, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidykla. Sližienė Nijolė 1998: Lietuvių kalbos veiksmažodžių junglumo žodynas 2(1), Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidykla. Sližienė Nijolė 2004: Lietuvių kalbos veiksmažodžių junglumo žodynas 2(2), Vilnius: Lietuvių kalbos instituto leidykla. Šukys Jonas 1998: Lietuvių kalbos linksniai ir prielinksniai: vartosena ir normos, Kaunas: Šviesa. Vaičiulytė-Semėnienė Loreta 2001: Lietuvių kalbos būdvardžių valentingumas: daktaro disertacija, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas. Construction with atžvilgiu from the Perspective of Valency SUMMARY The article addresses the construction with postpositional atžvilgiu from the perspective of valency. It draws on 600 examples collected from The Corpus of Contemporary Lithuanian Language, which was developed at the Centre of Computational Linguistics of Vytautas Magnus University in Kaunas. It appeared that the construction with postpositional atžvilgiu is used in a sentence both instead of the valent actants of the word and as free elements. As a free element, the construction with postpositional atžvilgiu is related to the free dative (or the construction with the preposition su), prepositional constructions, adverb; they are used at the core, extended and propositional level. 268 Acta Linguistica Lithuanica LXXXVII Atžvilgiu konstrukcija valentingumo aspektu There is a tendency to use the construction with postpositional atžvilgiu instead of the valent (mandatory and facultative) actants of the lexeme where they correspond to the functions of the percipient, beneficiary or contentive. In such case, the construction with atžvilgiu used as an indirect object replaces the dative or the actant expressed by a prepositional (su, į, apie, dėl) construction; the subject corresponds to the percipient, patient, agent. The construction with postpositional atžvilgiu is preferred when the lexeme denotes the syntactic actant of the subject corresponding to the percipient. A beneficiary is specified (tends to be specified) in order to highlight and mark a state or an active action. The usage of postpositional atžvilgiu pertains to the (in)transitivity of the lexeme and the (non)agency of the subject. The categorical properties of the lexeme affect the morphosyntactic marking of the semantic actant correlating to the indirect object (by the dative, constructions with the prepositions į, apie, etc. and/or the construction with postpositional atžvilgiu). Įteikta 2022 m. spalio 21 d. LORETA VAIČIULYTĖ-SEMĖNIENĖ Lietuvių kalbos institutas Petro Vileišio g. 5, LT-10308 Vilnius, Lietuva loreta.semėnienė@lki.lt Straipsniai / Articles 269