Prijungiamasis ryšys lietuvių sintaksės darbuose (XX a. pirmoji pusė)

ARTŪRAS JUDŽENTIS Вильнюсская художественная академия ПОДЧИНИТЕЛЬНАЯ СВЯЗЬ В ТРУДАХ ПО ЛИТОВСКОМУ СИНТАКСИСУ (ПЕРВАЯ ПОЛОВИНА XX В.)1 КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: подчинение, согласование, управление, Юргис Амбрашка, Леонас Дамбрюнас-Дамбраускас, Миколас Дурис, Йонас Яблонскис, Альфонсас Калнюс, Пятрас Климас, Зигмантас Кузмицкис, Пятрас Скарджюс, Юозас Жюгжда. АННОТАЦИЯ В статье рассматривается, как в работах по литовскому синтаксису первой половины XX века классифицируется подчинительная связь, сколько ее видов выделяется и каковы они. Рассмотрение начинается с «Синтаксиса литовского языка» Йонаса Яблонскиса (1911), а заканчивается «Синтаксисом литовского языка» Леонардаса Дамбрюнаса (издание 1946 года и последующие издания). Рассматриваются понимание выделяемых видов подчинения, их определение и применение при описании и классификации членов предложения. ВВЕДЕНИЕ Согласование и управление — традиционные разновидности подчинительной связи — упоминаются уже в первой грамматике литовского языка, изданной в 1653 году. Даниэль Клейн усматривает согласование «когда слова согласуются в одном и том же падеже и лице», а управление — «когда одно слово управляет другим словом, стоящим в ином падеже или лице» (Kruopas, отв. ред., 1957: 511). Видно, что уже в этих первых определениях явления синтаксического характера — разновидности подчинения — не отделяются от морфологических, то есть от их выражения морфологическими формами зависимых слов. К сожалению, такая ситуация была характерна для науки о литовском синтаксисе ещё почти три с половиной столетия — вплоть до конца XX в., а часто сохраняется и по сей день. 1 Статья написана в рамках проекта Синтаксические связи литовского языка, поддержанного Государственной комиссией по литовскому языку (договор № K-16/2020 от 31.01.2020). BENDRINĖ KALBA 94 (2021) http://journals.lki.lt/bendrinekalba ISSN 2351-7204 ARTŪRAS JUDŽENTIS. Prijungiamasis ryšys lietuvių sintaksės darbuose (XX a. pirmoji pusė) | 2 doi.org/10.35321/bkalba.2021.94.05 Пытаясь понять, как сложилась современная школьная система трёх разновидностей подчинительной связи — согласования, управления и примыкания, — было решено внимательнее обратиться к синтаксическим работам начала XX века, прежде всего к учебникам для средних учебных заведений и справочникам, предназначенным для широкой публики. Рассмотрение начинается с «Синтаксиса литовского языка» Йонаса Яблонскиса Lietuvių kalbos sintaksės, поскольку в его «Грамматике литовского языка» 1901 года Lietuviškos kalbos gramatikoje о рассматриваемых вопросах ничего не сказано. От других обзоров подобного рода (например, представленного в диссертации Рамуне Васкеляйте, см. Vaskelaitė 2009) эта работа отличается прежде всего иными теоретическими основаниями: автор рассматривает синтаксические связи как явления синтаксического уровня, которые могут выражаться на морфологическом уровне. Поэтому в ней более подробно исследуются уровни осмысления синтаксических явлений. Цель обзора — ещё раз рассмотреть истоки ряда основных понятий литовского синтаксиса XX века, выяснить, как сложились и до сих пор преобладают представления о синтаксических связях, уделяя больше внимания разграничению уровней семантики, синтаксиса и морфологии. Постановка такой цели сама собой определяет и задачи исследования: описать синтаксические связи, выделяемые в каждом рассматриваемом труде по синтаксису, сопоставить их с более ранними работами (с точки зрения преемственности) и более поздними (с точки зрения возможного влияния), выявить предполагаемое происхождение теоретических оснований. Методы исследования обычны для работ подобного рода. Сначала анализируется каждый из рассматриваемых трудов (аналитический метод); затем он сопоставляется с более ранними и более поздними работами, чтобы определить его место в развитии синтаксической теории (сопоставительный метод); наконец, работы исследуемого периода рассматриваются в более широком контексте, выделяются особенности развития синтаксической мысли и тенденции в теоретических основаниях (дедуктивный метод). Рассматриваемые труды изложены в хронологическом порядке. Статья, в соответствии со временем публикации анализируемых работ, состоит из трёх разделов: «Предрассветный период», «В годы независимости» и «Военные годы». Завершает её обобщение обзора. I. ПРЕДРАССВЕТНЫЙ ПЕРИОД Jono Jablonskio Lietuvių kalbos sintaksėje (1911) prijungimo atmainos – derinimas ir valdymas – atskirai neaptariamos, nėra nė jų apibrėžimų. Vis dėlto apie derinimą veikale kalbama. Štai skyriaus „Sakinio dalių sudėtis ir įvairovės“ 25-oje skiltyje minimas tarinio derinimas su veiksniu: „Grynasis tarinys (ir sudurtinio tarinio jungtis) asmenimi ir skaičiumi BENDRINĖ KALBA 94 (2021) http://journals.lki.lt/bendrinekalba ISSN 2351-7204 ARTŪRAS JUDŽENTIS. Prijungiamasis ryšys lietuvių sintaksės darbuose (XX a. pirmoji pusė) | 3 doi.org/10.35321/bkalba.2021.94.05 согласуется в речи с подлежащим», например: Mes nė vienas neišmanom. Žt. (Palionis, sud., 1957: 462). В 26-й графе говорится, что именная часть составного сказуемого также согласуется с подлежащим: «Падежи согласуемых частей речи, оказавшиеся на месте склоняемой части сказуемого, согласуются с подлежащими предложений по роду и числу», например: Dievo gėrybė neišmastoma. Pr. (Palionis, sud., 1957: 462). Как видно, в этих утверждениях неразрывно смешаны уровни синтаксиса (сама синтаксическая связь) и морфологии (её обозначение морфемами рода, числа и падежа). Далее (в 27-й графе) Яблонскис говорит также о согласовании прилагательных и причастий так называемого среднего рода, выступающих в качестве именной части составного сказуемого в безличных предложениях: «Там, где подлежащее предложения грамматически неясно, где грамматического подлежащего нет (во всех безличных предложениях), где его заменяет прилагательное или местоимение среднего рода, где подлежащее заменяет невыраженное действие [= инфинитив], само по себе или также с именительным падежом склоняемого слова, — во всех таких предложениях согласуемые сказуемые (прилагательные и причастия) принимают форму среднего рода», например: Dabar dienos trumpa, nakties ilga. Sv. (Palionis, sud., 1957: 463). Кроме того, прилагательные и местоимение среднего рода, выступающие в качестве именной части сказуемого, могут согласовываться также с подлежащим в именительном падеже или с инфинитивом — самостоятельно либо с именительным падежом склоняемого слова, например: Iš bado ir varškė gardu. Sv. (Palionis, sud., 1957: 464–465). В этих случаях, когда содержание категории подлежащего неясно или значение предложения обобщено, сказуемые хотя и называются согласуемыми, однако форма среднего рода в их именной части не согласуется, а выбирается (они «принимают» средний род). Помимо синтаксиса и морфологии, в таких случаях важно и значение предложения. О согласовании Яблонскис говорит также, разделяя определения на согласуемые и несогласуемые. В 29-й графе он пишет: «Согласуемое определение выражается прилагательными, причастиями, местоимениями, числительными, иногда также определёнными существительными, согласованными со своими определяемыми [словами] по роду, числу и падежу» (Palionis, sud., 1957: 467). Это привычное для литовского языкознания грамматическое согласование. О согласуемых определениях упоминается также в «Грамматике литовского языка» 1922 года Lietuvių kalbos gramatikoje (Palionis, sud., 1957: 407–408). В «Синтаксисе литовского языка» Lietuvių kalbos sintaksėje упоминается и «согласование по смыслу», при котором «мы учитываем не грамматические род, число и падеж, а весь смысл этих высказываний», например: Šeimyna pasilikę vienas kalė, kitas dailino... Žt. (Palionis, sud., 1957: 467). Этим утверждением Й. Яблонскис подчёркивает важность смысловой составляющей и её приоритет по отношению к морфологии. BENDRINĖ KALBA 94 (2021) http://journals.lki.lt/bendrinekalba ISSN 2351-7204 ARTŪRAS JUDŽENTIS. Prijungiamasis ryšys lietuvių sintaksės darbuose (XX a. pirmoji pusė) | 4 doi.org/10.35321/bkalba.2021.94.05 Выраженное существительным согласованное определение называется приложением. Приложения согласуются с определяемым словом только в падеже, например: Pamotėlė-raganėlė копала ямку для угольков. Ps. (Palionis, sud., 1957: 468). Управление не только не определяется, но и само понятие управления у Й. Яблонскиса не используется. Было бы обоснованно ожидать, что об управлении будет упомянуто в разделе о дополнениях. Однако в нем говорится о значении дополнений, а не об их синтаксических свойствах: «<...> эти дополнения будут обозначать другие предметы, с которыми связаны [= соотносятся] упомянутые <...> действия» (Palionis, sud., 1957: 470). Дополнениями указывается, «какие еще предметы, помимо подлежащего, так или иначе участвуют в действии или состоянии» (Palionis, sud., 1957: 470). Эти положения раскрывают содержание дополнения как члена предложения. Понятие дополнения никак не связывается с синтаксическим управлением, или требованием, главного слова. Можно сказать, что «Синтаксис литовского языка» Й. Яблонскиса наметил направление развития литовской лингвистики. Он стал основой, от которой отталкивалась молодая лингвистика независимой Литвы. Как видно, этот труд дает немного для теории синтаксических связей: согласование понимается как согласование морфологических форм (простого сказуемого, связки составного сказуемого и именной части с подлежащим, определения с определяемым словом), с примесью семантического согласования (в безличных предложениях), а об управлении не упоминается даже как о понятии. Такое понимание согласования унаследовали, развивали и уточняли все синтаксисы литовского языка независимой Литвы, тогда как управление как особая разновидность подчинения было осмыслено и определено значительно позже и с большим трудом. Petro Klimo Lietuvių kalbos sintaksėje (1915), kurią jis parašė, naudodamasis J. Jablonskio Sintaksės turiniu, jokių naujovių mums rūpimu reikalu nėra. P. Klimas, kaip ir J. Jablonskis, aptaria tarinių ir pažyminių derinimą, o apie valdymą visai nekalba. Papildiniai, jo manymu, tik papildo tarinio reikšmę: „Be papildinių veiksmas arba stov(is) sakinyje labai dažnai neišeitų aikštėn pilnokas“ (Klimas 1915: 13). Jo Sintaksėje kalbama tik apie veiksmažodžio papildinius. II. ПЕРИОД НЕЗАВИСИМОСТИ С точки зрения синтаксической теории своеобразным и смелым был учебник Миколаса Дуриса «Синтаксис литовского языка» (1927). Впечатляет его стремление преодолеть логизацию грамматики, отказаться от «философской спекуляции» и «мертвой схоластики». Автор признается, что при написании BENDRINĖ KALBA 94 (2021) http://journals.lki.lt/bendrinekalba ISSN 2351-7204 ARTŪRAS JUDŽENTIS. Prijungiamasis ryšys lietuvių sintaksės darbuose (XX a. pirmoji pusė) | 5 doi.org/10.35321/bkalba.2021.94.05 учебника он опирался на младограмматиков и русских лингвистов, а в наибольшей степени — на синтаксис русского языка Александра Матвеевича Пешковского (Пешковский 1920). Синтаксические связи отдельно не рассматриваются и в этом учебнике. Однако о согласовании говорится в разделе «Согласование сказуемого с подлежащим» (Durys 1927: 22–23). Даже само сказуемое М. Дурис определяет не по значению, а через согласование: «Сказуемым прежде всего называем глагол предложения, согласованный с подлежащим» (Durys 1927: 21). В упомянутом разделе это согласование уточняется: «Число и лицо — это формы, посредством которых сказуемое обычно (по крайней мере, чаще всего) приспосабливается в нашем языке к формам подлежащего» (Durys 1927: 23). Тут же приводится определение согласования: «<...> приспособление, при котором форма одного слова следует за формой другого слова, в синтаксисе называется согласованием» (Durys 1927: 23). Это, вероятно, первое определение согласования в независимой Литве. Оно, кстати, довольно хорошо раскрывает синтаксическую природу связи: не упоминаются конкретные морфологические формы, посредством которых выражается согласование, а обобщенно говорится о «форме слова». Далее М. Дурис, следуя за Й. Яблонскисом, рассматривает две разновидности согласования сказуемого: простое сказуемое и связка составного сказуемого согласуются с подлежащим в лице и числе, а именные части составных сказуемых и предикативных сочетаний (термин М. Дуриса) — в роде и числе. Рассматриваются и случаи отсутствия согласования. Определения, подобно сказуемым, определяются в учебнике через согласование: «Определением называем прилагательное-причастие, стоящее при существительном и согласованное с ним» (Durys 1927: 29). Речь идет только о согласованных определениях. Формы mano, tavo, savo, употребляемые с существительными, называются неграмматическими определениями (Durys 1927: 76). Отдельного определения управления М. Дурис не дает. Однако управление упоминается им при рассмотрении дополнений. Прежде всего, определяя их, он исходит из зависимости: «Дополнения не являются самостоятельными формами, а являются зависимыми; они зависят от других слов предложения» (Durys 1927: 25). Различаются управляемые и свободные дополнения. «Управляемые дополнения — это такие дополнения, определенных форм (падежа) которых обязательно требует глагол», например, Svetimi dūmai akis graužia R. J., а «[С]вободными дополнениями называем такие дополнения, определенной формы (падежа) которых глагол не обязательно требует», например: kalbėjome visą valandą (Durys 1927: 26). Как видно, определение управляемых дополнений весьма близко подходит к самому понятию управления. Хотя управление связывается с требованием морфологической падежной формы, однако эта форма (или BENDRINĖ KALBA 94 (2021) http://journals.lki.lt/bendrinekalba ISSN 2351-7204 ARTŪRAS JUDŽENTIS. Prijungiamasis ryšys lietuvių sintaksės darbuose (XX a. pirmoji pusė) | 6 doi.org/10.35321/bkalba.2021.94.05 (формы) не называется. Многие примеры свободных дополнений, приводимые М. Дурисом, с точки зрения современности представляют собой не что иное, как обстоятельства. Кроме того, М. Дурис связывает дополнения не только с глаголами — они «могут зависеть от любого полнозначного слова предложения»: от существительных, прилагательных, наречий (Durys 1927: 27–28). Дополнения при именах также могут быть управляемыми и свободными, однако «[T]вердо связанное с существительным, действительно управляемое (зависимое) дополнение — это только родительный падеж», например, tėvo namai, а «все остальные именные дополнения — лишь свободные дополнения, просто примыкающие к именам» (Durys 1927: 29). Таким образом, в «Синтаксисе» М. Дуриса, вероятно, впервые в независимой Литве дано определение согласования. Кроме того, оно не связывается с конкретным морфологическим выражением. Хотя управление в учебнике и не определено, сам термин «управление» употребляется (управляемые дополнения). Понятие управления связывается с зависимостью, а управление в обобщенном виде понимается как требование падежной формы. Новаторский учебник М. Дуриса, по-видимому, не имел успеха. В 1930 году вышла Зигмантаса Кузмицкиса «Синтаксис литовского языка». Она пользовалась популярностью в школах: за десятилетие было выпущено пять изданий этого учебника. В учебнике З. Кузмицкиса избран не путь формальной грамматики («чисто формальное направление в грамматике пока для нас неприемлемо»), а путь логико-психологической грамматики, распространённой в то время: «Работая над этим синтаксисом, я уделял много внимания грамматическим формам и их отношениям, однако старался повсюду связать их с психологически-логическим мышлением» (Kuzmickis 1930: 5). Новизна структуры учебника З. Кузмицкиса заключается в том, что синтаксическим связям он не только отводит отдельный раздел «Согласование и управление слов», но и помещает его во вводную часть синтаксиса (Kuzmickis 1930: 11–15). Данное им определение согласования похоже на предложенное М. Дури: «Такое упорядочение словоформ в предложении, при котором одна словоформа, завися от другой, приводится в соответствие, согласуется с этой другой формой, называется согласованием» (Kuzmickis 1930: 13). Здесь также не упоминаются конкретные морфологические формы, а обобщённо говорится о словоформе. Кроме того, согласование связывается с зависимостью (завися). В учебнике, по-видимому, впервые в независимой Литве дано определение управления, однако оно дано не через выделение характерных свойств, а через отрицание согласования: «Такие формы слов предложения BENDRINĖ KALBA 94 (2021) http://journals.lki.lt/bendrinekalba ISSN 2351-7204 ARTŪRAS JUDŽENTIS. Prijungiamasis ryšys lietuvių sintaksės darbuose (XX a. pirmoji pusė) | 7 doi.org/10.35321/bkalba.2021.94.05 упорядочение, при котором одна форма слова, переходя от другой, не согласуется с этой другой формой, называется управлением» (Kuzmickis 1930: 13). При рассмотрении синтаксиса простого предложения определение даётся не сказуемому (как у М. Дури), а подлежащему — на основе согласования (а также формы и значения): «<...> подлежащее — это именительный падеж, согласованный по форме со сказуемым, или другое слово, заменяющее этот именительный падеж и обозначающее то, к чему относится действие или признак сказуемого» (Kuzmickis 1930: 17). Согласование подлежащего со сказуемым рассматривается и в отдельном разделе, посвящённом простому и составному сказуемому. З. Кузмицкис добавляет заслуживающее внимания замечание: «Падеж именной части сказуемого иногда не согласуется, а только управляется: обычно им управляет связка сказуемого (nėr močiutės)» (Kuzmickis 1930: 22). Он верно замечает, что падеж существительного, выступающего именной частью сказуемого, зависит от отрицательной связки. Последовательно развивая это наблюдение, следует признать, что и утвердительная связка должна управлять соответствительным именительным падежом (yra / buvo močiutė)...» З. Кузмицкис делит определения на согласуемые и управляемые. Согласуемые определения бывают адъективными — согласуются с определяемыми словами в роде, числе и падеже — и субстантивными, или приложениями, согласуемыми только в падеже. Управляемые определения имеют форму либо родительного, либо творительного падежа, например: sidabro (rasa), geltonais žiedeliais (gėlė) (Kuzmickis 1930: 27). Представление об управляемых определениях размывает различие между определениями и дополнениями (управляемыми обычно считаются дополнения, а не определения). При таком подходе предпочтение отдаётся не синтаксическим связям (поскольку, согласно ему, управляемыми могут быть и дополнения, и определения), а морфологическому выражению этих членов предложения. В этом отношении Sintaksė М. Дури была «более синтаксичной». А вот характеризуя дополнения, З. Кузмицкис обходится, даже не упоминая управление. Ему достаточно лишь указать на их форму и роль в предложении: «<...> те слова, которые выражены склоняемыми формами или другими словами, заменяющими их, с предлогами или без них и не образуют в предложении никакого обстоятельства, будем называть дополнениями» (ср. Kuzmickis 1930: 43–44). Переиздавая книгу, автор кое-что менял, особенно уточнял определения. Так, в пятом издании учебника, вышедшем, вероятно, в 1939 году (дата издания не указана), согласование и управление определены следующим образом: «Если одно слово зависит от другого слова и согласовано с ним, такое отношение слов называется с о г л а с о в а н и е м»; «Если одно слово зависит от другого слова, но не согласовано с ним, такое отношение слов называется у п р а в л е н и е м» (Kuzmickis [1939?]: 13). Обе синтаксические связи определены через понятие зависимости, как будто являясь её разновидностями. Синтаксическая природа согласования и управления раскрыта удачно. Однако согласование определяется порочным кругом. BENDRINĖ KALBA 94 (2021) http://journals.lki.lt/bendrinekalba ISSN 2351-7204 ARTŪRAS JUDŽENTIS. Prijungiamasis ryšys lietuvių sintaksės darbuose (XX a. pirmoji pusė) | 8 doi.org/10.35321/bkalba.2021.94.05 (поскольку в определении одно и то же слово употребляется и в обычном, и в терминологическом значении: согласовано, значит, согласование), а определение управления опирается на согласование. Уточнено и определение подлежащего — в нём больше нет указания на согласование со сказуемым: «подлежащее — это именительный падеж, указывающий, к чему относится сказуемое; сказуемое согласуется с подлежащим» (Kuzmickis [1939?]: 18). Без изменений остались рассмотрение согласования подлежащего и сказуемого, классификация определений и определение дополнений. Как видно, определяя разновидности подчинения, З. Кузмицкис воспользовался наработками М. Дури и последовательно их развил. Вполне современным выглядит предложенное З. Кузмицкисом представление о зависимости (согласовании) подлежащего от сказуемого, от которого впоследствии отказались. Однако выделение управляемой именной части сказуемого, а также управляемых определений показывает, что З. Кузмицкис ещё не отделяет синтаксическую природу связи слов от их морфологического выражения. Теперь обратимся к высшему образованию. В лекциях Пранаса Скарджюса «Историческая грамматика литовского языка: синтаксис», написанных, вероятнее всего, в 1935–1938 годах, рассматриваются не только вопросы исторического синтаксиса. Как отмечает составитель книги Альбертас Росинас, «они в основном посвящены проблемам синхронного синтаксиса и отражают достижения европейской синтаксической мысли 1930-х годов» (Rosinas, sud. ir par., 1998: 15). Так, в разделе «Группы слов» П. Скарджюс, опираясь на смысловые отношения, делит синтаксические связи между словами, составляющими эти группы, на координационные (сочинительные) и субординационные (подчинительные): «Группами слов мы обозначаем взаимное отношение неодинаково, а именно: как отдельные члены могут быть либо координированы (то есть равноправно сопоставлены друг с другом), либо подчинены (то есть один поставлен в зависимость от другого), так и языковые формы этих членов могут быть координированы или подчинены» (Rosinas, sud. ir par., 1998: 520). О взаимных отношениях слов, составляющих подчинённые группы, в лекциях отдельно не говорится, однако к понятию управления приближаются в разделе «Глагольная группа», где обсуждается, что глаголы «обязательно» (то есть требуют) или «не обязательно» требуют дополнения: «<...> различаются переходные и непереходные глаголы, то есть такие, которые требуют дополнения и которые его не требуют, например: mušti, siūti ir miegoti, šokti. Но это различие не всегда строго» (Rosinas, sud. ir par., 1998: 526). Skyrelyje „Kongruencija“ (Rosinas, sud. ir par., 1998: 544–546), jau aptarus subordinuojamąsias ir koordinuojamąsias žodžių grupes, atskirai kalbama apie formalų žodžių BENDRINĖ KALBA 94 (2021) http://journals.lki.lt/bendrinekalba ISSN 2351-7204 ARTŪRAS JUDŽĖNTIS. Prijungiamasis ryšys lietuvių sintaksės darbuose (XX a. pirmoji pusė) | 9 doi.org/10.35321/bkalba.2021.94.05 Согласование. В этом разделе кратко рассматриваются различные случаи согласования: согласование приложения с определяемым словом; существительного (именной части сказуемого) и прилагательного (прилагательного в составе сказуемого) в составном сказуемом с существительным, выступающим в роли подлежащего; прилагательного в роли определения (определительного прилагательного) с определяемым существительным; определительного или предикативного прилагательного с несколькими существительными; предикативного определения с существительным, выступающим в роли подлежащего; прилагательного в роли определения с определяемым существительным или несколькими существительными и, наконец, глагола с местоимением, выступающим в роли подлежащего. В последнем случае, например, упоминается лишь согласование глагола в лице и числе с подлежащим, выраженным одним или несколькими лицами. Иными словами, рассматриваются только различные случаи морфологического выражения согласования. Синтаксические связи не упоминаются и в разделе «Основные члены предложения» (Rosinas, sud. ir par., 1998: 559–563). При рассмотрении сложных предложений также ограничиваются грубым делением синтаксических связей: упоминаются сложносочинённые и сложноподчинённые предложения, сочинение и подчинение составляющих их предложений, например: «Придаточные предложения присоединяются к главным определёнными связующими элементами, поэтому их связь гораздо теснее и очевиднее, чем связь в сложносочинённых предложениях» (Rosinas, sud. ir par., 1998: 567). Как видно, в лекциях П. Скарждюс ограничивался делением синтаксических связей на сочинительные и подчинительные. Из его лекций студенты почти ничего не узнавали об управлении и лишь общие сведения — о согласовании; последнее даже не связывалось с упомянутыми типами синтаксических связей (отношений между словами). Синтаксическая природа согласования также оставалась нераскрытой, поскольку рассматривались лишь различные случаи его морфологического выражения. Leonardas Dambrauskas straipsnyje „Žodžių santykiai sakinyje“ (1939) mini derinimą ir valdymą, tačiau terminas valdymas, jo nuomone, nėra tikslus, nes taikomas tik daliai prijungiamųjų (jo vadinamų prijungtinėmis) žodžių grupių, nors „visos prijungtinės grupės yra „valdomosios“ (Dambrauskas 1939: 86). Todėl prijungiamąsias grupes jis siūlo skirstyti į derinamąsias ir nederinamąsias. Tokia klasifikacija primena sintaksinių ryšių skirstymą Z. Kuzmickio vadovėlyje. Matyti, kad M. Dambrauskas valdymą suprato labai plačiai – maždaug kaip žodžių priklausomybės ryšį, kuris prijungiamosiose grupėse „nėra vienodo stiprumo“ (Dambrauskas 1939: 85). Toks platus ir nelabai apibrėžtas valdymo suvokimas lietuvių sintaksėje neturėjo tęsinio. Связь подлежащего и сказуемого М. Дамбраускасу кажется «более близкой к отношениям подчинительных групп» (Dambrauskas 1939: 85), однако не сказано, какой компонент от какого зависит. BENDRINĖ KALBA 94 (2021) http://journals.lki.lt/bendrinekalba ISSN 2351-7204 ARTŪRAS JUDŽENTIS. Prijungiamasis ryšys lietuvių sintaksės darbuose (XX a. pirmoji pusė) | 10 doi.org/10.35321/bkalba.2021.94.05 Следуя Johnu Riesu2, М. Дамбраускас упоминает и о третьем отношении — промежуточном между подчинением и сочинением, — об отношении приложения к определяемому слову, например: Susirinko parlamentas, tautos atstovybė (Dambrauskas 1939: 85). Это новое явление в литовском синтаксисе, нашедшее отклик в трудах некоторых позднейших лингвистов. В кратком учебнике синтаксиса Юргиса Амбрашки и Юозаса Жюгжды, вышедшем в 1940 году и предназначенном прежде всего для начальной школы, из синтаксических связей в нескольких местах упоминается только согласование. О нём говорится в разделе «Согласование главных членов предложения» (Ambraška, Žiugžda 1940: 9–10). В нём сказано, что простое сказуемое или связка составного сказуемого согласуется по числу и лицу с подлежащим, выраженным именительным падежом. Кроме того, именная часть составного сказуемого согласуется с таким подлежащим в числе, падеже и роде, хотя последнее соблюдается не всегда, например: Višta yra paukštis. Согласование упоминается и в разделе об определении. Определения, выраженные прилагательными и причастиями, согласуются с определяемыми словами в роде, числе и падеже (Ambraška, Žiugžda 1940: 13), а выраженные родительным или творительным падежом существительных — с определяемым словом не согласуются; определение, выраженное согласуемым существительным, называется приложением (Ambraška, Žiugžda 1940: 14). Как видно, ничего нового о разновидностях подчинения в этом учебнике не сказано. В нём перечислены наиболее частые случаи морфологического выражения согласования, а понятие управления даже не упоминается, что создаёт впечатление, будто его избегают. В годы независимости был сделан небольшой шаг в понимании и описании синтаксических связей — их определили (М. Дурис — согласование, З. Кузмицкас — также управление). Тем не менее в их понимании неразрывно смешаны синтаксический и морфологический уровни, а синтаксическая природа связей соотносится с морфологическим выражением. Заметна и некоторая неопределённость в понимании управления: оно описывается как отсутствие согласования (З. Кузмицкас), отождествляется со смысловой зависимостью (Л. Дамбраускас) либо его просто избегают (Ю. Амбрашка, Ю. Жюгжда). 2 Greičiausiai jo garsioju darbu Was ist Syntax?: ein kritischer Versuch (Ries 1894, 1927). BENDRINĖ KALBA 94 (2021) http://journals.lki.lt/bendrinekalba ISSN 2351-7204 ARTŪRAS JUDŽENTIS. Prijungiamasis ryšys lietuvių sintaksės darbuose (XX a. pirmoji pusė) | 11 doi.org/10.35321/bkalba.2021.94.05 III. ВОЕННЫЕ ГОДЫ Уже в условиях немецкой оккупации вышла Альфонса Калнюса «Синтаксис литовского языка» (1943). Синтаксическим связям, или согласованию и управлению, в ней не отведено отдельного места. Они, как и у Й. Яблонскиса, рассматриваются при разборе членов предложения. Так, подлежащее определяется как «[Т]о слово или слова предложения, которые зависят от сказуемого и чаще всего отвечают на вопрос кто?» (Kalnius 1943: 15). В этом определении подлежащее описывается как зависимый от сказуемого, а не самостоятельный член предложения. Однако указание вопроса в определении вновь связывает его с морфологическим выражением. В разделе «Согласование главных членов предложения» говорится о согласовании сказуемого с подлежащим: простое сказуемое и связка составного сказуемого согласуются с подлежащим, выраженным именительным падежом, в числе и лице. Именная часть составного сказуемого согласуется с подлежащим в числе и падеже, а «род уже часто не согласован» (Kalnius 1943: 21). Следовательно, направление согласования не совпадает с направлением зависимости: хотя подлежащее зависит от сказуемого, именно сказуемое или его именная часть согласуется с подлежащим. Дополнением называется «[С]лово, которое дополняет смысл сказуемого, отвечая на вопросы чего?, кому?, что?, чем?» (Kalnius 1943: 22). Это смысловое дополнение поясняется также так: «Обычно сказуемые, точнее говоря, глаголы требуют таких слов, которые дополняли бы их, делали бы их самих более осмысленными». Здесь требование слова, по-видимому, хорошо отделено от его выражения, однако вопросы падежей в определении вновь возвращают к нему. Описаниях говорится, что они «могут согласовываться и не согласовываться с определяемым словом, поэтому, как и в учебнике Й. Амбрашки и Й. Жюгжды, делятся на два вида: согласованные и несогласованные» (Kalnius 1943: 26). Итак, хотя в «Синтаксисе» А. Калнюса есть интересные теоретические наблюдения, в целом, если говорить о синтаксических связях, он возвращается к Й. Яблонскису: синтаксические связи отдельно не рассматриваются, их определения не даются. Подготовленный ещё в Литве, но впервые изданный за рубежом в 1946 году, Леонардаса Дамбрюнаса «Синтаксис литовского языка»3 делит отношения между словами только на подчинительные и сочинительные (Dambriūnas 1963: 7–8). Подчинительные отношения далее не подразделяются. 3 К сожалению, она была мне недоступна, поэтому я опирался на 3-е издание учебника. BENDRINĖ KALBA 94 (2021) http://journals.lki.lt/bendrinekalba ISSN 2351-7204 ARTŪRAS JUDŽENTIS. Prijungiamasis ryšys lietuvių sintaksės darbuose (XX a. pirmoji pusė) | 12 doi.org/10.35321/bkalba.2021.94.05 Согласование в учебнике лишь мимоходом упоминается. Главные члены предложения — подлежащее и сказуемое — определяются только исходя из их значения. О согласовании подлежащего и сказуемого сказано лишь, что «простое сказуемое и связка составного сказуемого согласуются с подлежащим (именительным падежом) в лице и числе» (Dambriūnas 1963: 22), а «именная часть составного сказуемого (именительный падеж) согласуется с подлежащим в падеже, лице и числе» (Dambriūnas 1963: 23). Там же кратко рассматривается и согласование сказуемых с «невыраженными, но подразумеваемыми по смыслу подлежащими», например: Теперь каждый домой пойдём. Определения делятся на согласованные и несогласованные. Рассматривается согласование первых с определяемыми словами (Dambriūnas 1963: 24). О согласовании говорится также при рассмотрении согласования нескольких подлежащих с одним и тем же сказуемым и нескольких определений — с одним и тем же определяемым словом, например: Я и он работали весь день, На первом и на втором этаже (два этажа) живут наши знакомые (Dambriūnas 1963: 50). При определении и объяснении дополнений учитываются только их роль в предложении (дополняют сказуемое) и способы выражения. О каком-либо управлении дополнениями или их требовании речь вовсе не идет. Таким образом, управление в Синтаксисе Л. Дамбрюна не только не выделяется, но даже и не упоминается. И это неудивительно, если вспомнить изложенную в его статье 1939 года концепцию управления. Синтаксические труды военных лет последовательно придерживались и развивали теоретические взгляды предшествующего периода; существенных новшеств в них опубликовано не было. ОБОБЩЕНИЕ В синтаксических трудах по литовскому языку первой половины XX века говорится о двух видах подчинения — согласовании и управлении. Наиболее четко они разграничены в Синтаксисе литовского языка З. Кузмицкиса. В других трудах их еще, можно сказать, не осмысляют как разновидности подчинения (или зависимости). Согласование упоминается во всех рассмотренных трудах. В них говорится о согласовании подлежащего и сказуемого, определения с определяемым словом. Однако впервые оно было определено, по-видимому, только в Синтаксисе литовского языка М. Дури в 1927 году. Управление впервые было определено, вероятно, лишь в Синтаксисе литовского языка З. Кузмицкиса в 1930 году. В других синтаксических трудах оно либо вовсе не упоминается, либо упоминается лишь при рассмотрении видов дополнений. BENDRINĖ KALBA 94 (2021) http://journals.lki.lt/bendrinekalba ISSN 2351-7204 ARTŪRAS JUDŽENTIS. Prijungiamasis ryšys lietuvių sintaksės darbuose (XX a. pirmoji pusė) | 13 doi.org/10.35321/bkalba.2021.94.05 Третья разновидность подчинения — примыкание, которая и сегодня остаётся для нас привычной, — в литовских синтаксических трудах до советской оккупации вовсе не упоминается. В рассмотренных трудах заметны и некоторые различия в понимании самого подчинительного отношения. Особенно выделяется подход Л. Дамбраускаса, согласно которому подчинение отождествляется с управлением. Поэтому предлагается отказаться от последнего термина, а подчинительные отношения разделять на согласовательные и несогласовательные. Для работ рассматриваемого периода характерно не отделять синтаксические отношения от их морфологического выражения (согласование по роду, лицу, числу; управление падежами). Кроме того, особенно в случае управления, синтаксические явления не отделяются и от семантических (падежи требуются). ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА Ambrāška Jurgis, Žiugžda Juozas 1940: Trumpa lietuvių kalbos gramatika. II dalis: Sintaksė, Kaunas: Sakalas. Dambrauskas Leonardas 1939: Žodžių santykis sakinyje. – Gimtoji kalba 6, 84–86. Dambriūnas Leonardas 1963: Lietuvių kalbos sintaksė, 3-ioji, papild. laida, Čikaga: Pedagoginis lituanistikos institutas. Durys Mykolas 1927: Lietuvių kalbos sintaksė. Vidurinei mokyklai, Kaunas: s. d. Kalnius Alfonsas 1943: Lietuvių kalbos sintaksė, Kaunas: Valstybinė leidykla. Klimas Petras 1915: Lietuvių kalbos sintaksė. Pirmoji dalis. Rygiškių Jono sintaksės turiniu naudodamasis parašė P. Klimas, Vilnius: Lietuvių mokslo draugijos leidinys. Kruopas Jonas, ats. red., 1957: Pirmoji lietuvių kalbos gramatika. 1653 metai, Vilnius: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla. Kuzmickis Zigmantas 1930: Lietuvių kalbos sintaksė. Vadovėlis vidurinėms ir aukštesniosioms mokykloms, Kaunas: „Sakalo“ bendrovės leidinys. Kuzmickis Zigmantas [1939?]: Lietuvių kalbos sintaksė. Vadovėlis vidurinėms mokykloms, 5-as patais. leidimas, Kaunas: Sakalas. Palionis Jonas, sud., 1957: J. Jablonskis. Rinktiniai raštai 1, Vilnius: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla. Ries John 1894: Was ist Syntax?: ein kritischer Versuch, Marburg: N. G. Elwert’sche Verlagsbuchhandlung. BENDRINĖ KALBA 94 (2021) http://journals.lki.lt/bendrinekalba ISSN 2351-7204 ARTŪRAS JUDŽENTIS. Prijungiamasis ryšys lietuvių sintaksės darbuose (XX a. pirmoji pusė) | 14 doi.org/10.35321/bkalba.2021.94.05 Ries John 1927: Was ist Syntax?: ein kritischer Versuch, zweite, um einen Anhang vermehrte Ausgabe, Prag: Taussig. Rosinas Albertas, sud. ir par., 1998: P. Skardžius. Rinktiniai raštai 4: Moksliniai straipsniai ir studijos, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas. Vaskelaitė Ramunė 2009: Sintaksinių ryšių modeliai lietuvių kalbos sintaksėje: humanitarinių mokslų daktaro disertacija, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, Vytauto Didžiojo universitetas. Пешковский Александр Матвеевич 1920: Русский синтаксис в научном освещении: популярный очерк: пособие для самообразования и школы, изд. 2-е, Москва: Государственное издательство. Получено 2021 06 28 Принято 2021 10 19 ПОДЧИНЕНИЕ В ТРУДАХ ПО ЛИТОВСКОМУ СИНТАКСИСУ (ПЕРВАЯ ПОЛОВИНА 20TH ВЕКА) Резюме В статье анализируется, как описываются типы синтаксических связей в работах по литовскому синтаксису первойst половины XXth века. Рассматриваются понятие и определение типов подчинения, а также их применение при описании и классификации членов предложения. В анализируемых работах упоминаются два типа подчинительной связи — согласование и управление. Наиболее четко эти типы разграничены в «Синтаксисе литовского языка» Кузмицкиса. В других работах их понимание как типов подчинительной связи остается неясным. Согласование описывается во всех рассмотренных работах. Обычно разграничиваются согласование синтаксического подлежащего со сказуемым и согласование определения с главным словом. Однако впервые оно определяется только в «Синтаксисе литовского языка» Дуриса (1927). BENDRINĖ KALBA 94 (2021) http://journals.lki.lt/bendrinekalba ISSN 2351-7204 ARTŪRAS JUDŽENTIS. Prijungiamasis ryšys lietuvių sintaksės darbuose (XX a. pirmoji pusė) | 15 doi.org/10.35321/bkalba.2021.94.05 Управление впервые определяется только в «Синтаксисе литовского языка» Кузмицкиса (1930). В других работах по синтаксису оно вовсе не упоминается или упоминается лишь при классификации типов дополнений. Третий тип подчинительной связи, который и сегодня распространен в нашем языке, — примыкание — вовсе не упоминался в работах по литовскому синтаксису до советской оккупации. КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: подчинительная связь, согласование, управление, Юргис Амбрашка, Леона́рдас Дамбрюнас-Дамбраускас, Миколас Дурис, Йонас Яблонскис, Альфонсас Кальнюс, Пятрас Климас, Зигмантас Кузмицкис, Пятрас Скарджюс, Юозас Жюгжда. ARTŪRAS JUDŽENTIS Вильнюсская художественная академия ул. Майронио, 6, LT-01124 Вильнюс [email protected] BENDRINĖ KALBA 94 (2021) http://journals.lki.lt/bendrinekalba ISSN 2351-7204