Būti ar nebūti „žingeidžiam“

Bendrinė kalba / Standard Language 2025, Nr. 98, p. 1–16 Turinio nuoroda / Contents link ISSN 2351-7204 (elektroninis / online) БЫТЬ ИЛИ НЕ БЫТЬ ЛЮБОЗНАТЕЛЬНЫМ Žingeidus – To Be Or Not To Be DAIVA MURMULAITYTĖ Институт литовского языка Эл. почта: [email protected] ORCID ID: https://orcid.org/0000-0003-3826-7272 Направления научных исследований: словообразование, лексикография, лексикология. https://doi.org/10.35321/bkalba.2025.98.07 АННОТАЦИЯ В статье рассматривается соответствие прилагательного žingeidus, -i и его производных нормам литературного литовского языка. Это слово, возникшее в XIX веке, уже более 120 лет подвергается исправлению из-за происхождения, морфологии и семантики и считается калькой из немецкого, польского или русского языка, не соответствующей правилам литовского словообразования. Тем не менее žingeidus, -i продолжает употребляться и имеет немалое количество родственных слов. Нередко его ненормативность оспаривают, главным образом исходя из того, что предлагаемый заменитель smalsus, -i не имеет того же значения. Оценка морфологии, словообразования и семантики прилагательного žingeidus, -i и его синонимических отношений, обзор истории нормирования и мотивов исправления, а также изучение современного употребления не только самого прилагательного, но и словообразовательно связанных с ним слов показывают, что оснований для включения его в литературную норму было бы достаточно. Тогда žingeidus, -i и наиболее часто употребляемые его производные žingeidžiai, žingeidumas должны были бы появиться и в нормативном Словаре литературного литовского языка. В словарных статьях этих слов следовало бы отразить их семантическую связь с прилагательным smalsus, -i и его производными, а также различия в их значениях и употреблении. КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: žingeidus, нормы литературного языка, калька, заимствованная калька, словообразование, семантика. АННОТАЦИЯ В статье рассматривается соответствие прилагательного žingeidus и его производных нормам литературного литовского языка. Это слово, появившееся в XIX веке, уже более 120 лет исправляют из-за его происхождения, морфологии и семантики. Его считают ненормативной калькой с немецкого, польского или русского языков, не соответствующей правилам литовского словообразования. Тем не менее žingeidus продолжает употребляться и имеет немало родственных слов. Его ненормативность нередко оспаривают, главным образом потому, что предлагаемый эквивалент smalsus не имеет того же значения. После оценки морфологии, словообразования, семантики и синонимических отношений прилагательного žingeidus, обзора истории его кодификации и причин исправления, а также изучения современного употребления не только самого прилагательного, но и его производных становится ясно, что есть достаточно оснований включить его в литературный язык. Тогда прилагательное žingeidus и его наиболее употребительные производные žingeidžiai и žingeidumas должны появиться и в Словаре литературного литовского языка. В словарных статьях этих слов следует отразить их семантическую связь с прилагательным smalsus и его производными, а также различия в значениях и употреблении. КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: žingeidus «пытливый, любознательный», нормы литературного языка, калька, словообразование, семантика. Авторское право © 2025 Daiva Murmulaitytė. Издано Институтом литовского языка. Эта статья находится в открытом доступе и распространяется на условиях лицензии Creative Commons Attribution, которая разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любых носителях при условии указания автора и источника. // Išleido Lietuvių kalbos institutas. Šis straipsnis yra atviros prieigos, platinamas pagal „Creative Commons“ priskyrimo licencijos sąlygas, leidžiančias neribotai naudoti, platinti ir atkurti turinį bet kokioje laikmenoje, nurodant autorių ir šaltinį. Получено: / Gauta: 2025-09-09. Принято: / Priimta: 2025-10-03. 1 ВВЕДЕНИЕ В Банке консультаций Государственной комиссии по литовскому языку (VLKK) в ответе на вопрос о том, употребительно ли слово žingeidus, говорится: «В „Словаре литературного литовского языка“ и „Словаре современного литовского языка“ слово žingeidus, -i не приводится (в 6-м издании „Словаря современного литовского языка“ слово žingeidus, -i оценивалось как не рекомендуемое к употреблению, образованное по образцу других языков; ср. нем. neugierig, рус. любопытный). Если нужно назвать человека, который всем интересуется и хочет всё знать, в литературном языке можно употребить smalsus, -i или сочетание siekiantis (-i) žinių. В значении „склонный интересоваться“ может употребляться прилагательное domus, -i; в значении „склонный думать, размышлять“ — mąslus, -i.1» Итак, в основных нормативных лексикографических источниках прилагательное žingeidus, -i отсутствует2. Это свидетельствует о том, что данное прилагательное не рекомендуется для литературного языка, поскольку современные нормативные словари (BLKŽ, DLKŽ₇, DLKŽ₈) не включают не рекомендуемые или нежелательные слова (ср. более ранние издания DLKŽ, в которые такие слова включались с пометой ntk. (= не рекомендуется))3. Их не включают в заголовочную часть, не толкуют и не иллюстрируют примерами употребления, несмотря на то что они соответствуют критерию частотности. Частотное употребление не может служить основанием для признания слова нормативным, если оно не отвечает требованиям к нормативной лексике — например, если оно образовано неправильно, неудачно переведено и т. п.4 «И всё же некоторые кальки, уже укоренившиеся в употреблении по разным причинам, хотя и считающиеся или считавшиеся ненормативными, по-прежнему вызывают споры об их нормативности. Утверждается, что их словообразование <...> можно объяснить правилами литовского словообразования или семантику — системой значений слов литовского языка (например, <...> прилагательного žingeidus, -i)» (Miliūnaitė 2022: 160). Общество и впрямь время от времени бурно реагирует, недоумевая или возмущаясь, почему это слово не принимают в литературный язык. Писательница Кристина Сабаляускайте практически при каждом удобном случае сетует на его отсутствие; в 2019 году она писала: «Многие „великие языковые ошибки“ и „слова, не рекомендуемые к употреблению“ я никогда не считаю ошибками, а воспринимаю просто как живую речь — писатель или человек сам решает, когда и где её употреблять. Поэтому и я буду употреблять слово „žingeidus“ сколько захочу: оно мне чрезвычайно нравится, и с него начинается прекрасное стихотворение Витаутаса Мачерниса „Дистанции» 1 https://vlkk.lt/konsultacijos/3948-zingeidus;дата обращения: 2025-08-04. 2 На момент написания этой статьи работа над BLKŽ ещё не была завершена, поэтому пока он содержит не всю лексику, которую планировалось включить. Однако слова на букву ž уже опубликованы, и žingeidus, -i среди них нет. 3 Pirmajame DLKŽ leidime (1954) būdvardžio žingeidus, -i straipsnio apskritai nėra. Antrajame leidime (1972) šis žodis pateikiamas nurodytas į smalsus (atkreiptinas dėmesys, kad pastarasis DLKŽ₂ turi dvi reikšmes, antrąja leksema apibūdinamas smaguris). Trečiajame leidime žingeidus, -i turi pažymą ntk. ir nuorodą tik į pirmąją būdvardžio smalsus reikšmę. Nuo septintojo leidimo žingeidus, -i į DLKŽ vėl neįtraukiamas. 4 Ср. «Многие употребляют слово žingeidus вместо smalsus. Но ни в разговорной речи людей, ни в наших старых письменных источниках этого слова мы не знаем; оно появляется лишь позднее, например в сочинениях Валанчюса. Словообразование этого прилагательного совершенно нехарактерно для нашего языка. Это был бы человек, который „жаждет знаний“. Вероятнее всего, слово образовано по образцу немецкого neugierig или русского любозна-тельный. Таких слов у нас очень мало. Мы не склонны образовывать сложные прилагательные с окончанием -us.“ (1970-05; https://www.laiskailietuviams.lt/index.php/vol-21-1970m/1970m-5-geguzis/3200-gimtasis-zodis, дата обращения: 2025-08-07). Здесь и далее язык цитат и примеров аутентичного употребления не редактировался. 2 чувство».5 Другие просто не понимают, почему это слово «упорно не рекомендуется к употреблению»6, или иронически рассуждают: «<...> одно нехорошее слово настолько жизнеспособно, что, может, уже лингвистам пора сдаться? <...> с этим žingeidžiu ведь всё ещё борются? Уже больше 100 лет; а оно всё равно повсюду <...>.»7 Цель статьи — проследить историю и мотивацию исправления прилагательного žingeidus, -i и ещё раз оценить, действительно ли и насколько строго его следует исправлять. Для достижения этой цели были рассмотрены происхождение слова, его семантические и морфологические особенности, словообразование, словообразовательные и семантические связи, а также современное употребление. При решении этих задач применялись аналитико-описательный, статистический, семантический и словообразовательный методы анализа. Būdvardis žingeidus, -i yra Motiejaus Valančiaus (1801–1875) naujadaras, rašytojas vartojo ir abstraktą žingeida ‘mokslo, žinių troškimas’8 (Skardžius 1996 [1943]: 596; Sabaliauskas 1990: 289). LKŽe žodis pažymėtas kaip naujai atsiradęs tarmėse9, pateikiama pirmosios leksemos (‘smalsus’) vartosenos pavyzdžių iš Plungės, Tilžės, Kairių (Šiaulių r.), Utenos, fiksuota šio žodžio vartosenos ir Ylakiuose (Skuodo r.), Žagarėje (Joniškio r.), vedinių – ir kitur Lietuvoje. Vartotas rašytojų – Vinco Kudirkos, Žemaitės, Ievos Simonai-tytės. Iš LKŽe ir įvairių taisymų matyti, kad jo darybos lizdo žodžius vartojo ir Vaižgantas, Krėvė, Vincas Pietaris, Lazdynų Pelėda, o ką jau kalbėti apie dabartinius rašytojus, kurių vartosenos LKŽe, baigtinis XVI–XX a. lietuvių leksikos šaltinis, baigtas leisti 2002 m. ir naujais kalbos faktais nepildomas bei neatnaujinamas, užfiksuoti nespėjo10. Neretai vartotas ir vis dar vartojamas šnekamojoje kalboje, nors nuosekliai (tiek aptariamasis būdvardis, tiek jo vediniai), pradedant J. Jablonskiu (Jablonskis 1959: 56, 154, 284, 306, 333 ir kt.), taisomas11. 5 https://www.bernardinai.lt/2019-02-18-rasytoja-k-sabaliauskaite-neturiu-karjeros/; просмотрено 2024-08-05. Позднее писательница высказалась ещё резче: «<...> употреби красивое слово Мас̌ерниса „žingeidus“ — и тебя будут преследовать, потому что какой-то дурак решил и за тебя, и за Витаутаса Мачерниса, что слово „не рекомендуется и не подлежит употреблению“ (2020-05-07; https://www.15min.lt/kultura/naujiena/literatura/kristina-sabaliauskaite-priesinkimes-cenzurai-kasdien-ir-visada-286-1314558; просмотрено 2024-08-05). «<...> мас̌ернисовское „žingeidus“ становится „нежелательным книжным новообразованием“ <...> однажды я сама подверглась оскорблениям редактора по языку ad hominem, отстаивая своё право употреблять красивое литовское слово „žingeidus“: пришлось послать ей стихотворение Витаутаса Мачерниса „Чувство дистанции...“ с первой строкой „Некоторые бывают чрезвычайно любознательны...“. Однако, по мнению лингвистов и VLKK, В. Мачернис — не авторитет, а слово „žingeidus“ не рекомендуется, потому что, цитирую, „является нежелательным книжным новообразованием“. Вместо него VLKK настойчиво предлагает употреблять „smalsus“ (к сожалению, это не то же самое, что žingeidus), „стремящийся к знаниям“ (громоздко и бюрократично) и... их неестественное новообразование „domus“. (2023-11-12; https://www.lrt.lt/naujienos/nuomones/3/2121491/kristina-sabaliauskaite-kulturos-karai-ir-paliaubos-lietuviu-kalbos-gresmes; просмотрено 2024-08-05). 6 Аруне, тебе (https://www.facebook.com/kalbosredaktore.lt/posts/ar-vartotinas-%C5%BEodis-%C5%BEingeidus-pagal-el-dabartin%C4%97s-lietuvi%C5%B3-kalbos-%C5%BEodyn%C4%85-vilnius/469783089855396/?locale=lt_LT; просмотрено 2024-05-05). 7 https://virginijusg.blogspot.com/2016/12/925-uzparaste-cxxvi-sis-tas-is-1907-ais.html; просмотрено 2024-08-05. 8 Последний абстракт в LKŽe определяется несколько иначе: 1 מingeida sf. (1) Ndž; M, L, Rtr любознательность: Чтение священных писаний часто вызывает в нас любознательность, или стремление к знаниям M. Valanč. (https://ekalba.lt/paieska/de-talioji/?paieska=%C5%BEingeid*&p=1&d=50&i=a73a6910-d11b-4cd3-ab1c-084688b76c32; просмотрено 2025-08-05). 9 В ŠŽ оно снабжено пометой knyg., то есть книжное, не слово живой речи (https://ekalba.lt/sinonimu-zodynas/do-mus?paieska=domus&i=5ac97e12-cb7f-4992-9ec0-db574c8eeed; просмотрено 2025-08-10). 10 Из DLKT видно, что žingeidus, -i и слова его словообразовательного гнезда встречаются в произведениях писателей Ромаса Гудайтиса, Эугениюса Игнатавичюса, Витяниса Рожукаса, Виктораса Катилюса, Херкуса Кунчюса, Йонаса Микелинскаса, Алгирдаса Поцюса, Айсте Покаускайте и других. А Юрга Иванаускайте не только употребляла прилагательное žingeidus, -i, но и создала неологизм žin-geidėjas: В его монастырь — «Обитель Радужной Луны» — стали съезжаться любознательные из самых отдалённых уголков Гималаев (Юрга Иванаускайте, Sapnų nublokšti. Tyto alba, 2000; http://tekstynas.vdu.lt/tekstynas/nuo… 11 Tarp daugelio kitų žr. Pupkis (1980: 109), Buivydienė (1984: 16–17), Piročkinas (1990: 82), Mataitytė (1994: 22; 1995: 11; 1997: 14), Keinys (1995: 2), Klimavičius (1995: 12), Pribušauskaitė (1998: 14), Būda (1999). Vienu kitu atveju žingeidus, -i netinkamumas norminei kalbai ginčijamas, pavyzdžiui, Prano Kniūkštos (1994: 13), Algirdo Malakausko (1997: 12) ir kt. 3 Известный нормализатор впервые подверг критике и отверг слова, образованные от основы žingeid-, в 1904 г.; подробнее об истории исправлений см. Būda 1999: 5–6. До сих пор для нормативного литовского языка žingeidus, –i считалось неприемлемым по трём причинам: происхождение (слово является калькой), морфология и словообразование (окончания, нехарактерные для сложных прилагательных), а также семантика. 1. ПРОИСХОЖДЕНИЕ 1.1. Прилагательное žingeidus, –i в литовском языке, по-видимому, возникло не просто спонтанно, в результате сложения соответствующих частей слова из словосочетания¹² žinių geisti (geidė) («жаждать знаний», «жаждал знаний») или подобного выражения, когда понадобилось назвать того, кто стремится знать, жаждет знаний; скорее, при его создании ориентировались на слова сходной семантики в других языках, прежде всего сложные слова, а возможно, изначально ставили целью перевести именно эти слова¹³. Следует обратить внимание и на второе его значение — «интересный», зафиксированное в LKŽe не как факт живого употребления (диалектов), а как факт письменной печати (1885 г. — «Aušra», 1895 г. — «Varpas» и др.) и «Литовско-немецкого словаря» Александра Куршайтиса (I–IV, 1968–1973 гг.)¹⁴. На практике лексема žingeidus, –i в значении «интересный» сейчас не употребляется, хотя иногда прилагательное įdomus, –i предлагается в качестве замены исправляемого žingeidus, –i (Jablonskis 1959: 154, Piročkinas 1990: 82 и др.)¹⁵. У этой лексемы нет столь очевидной словообразовательной мотивации и связи с жаждой знаний; она как будто не вытекает сама собой и семантически не развивается из первого, прямого значения, но характерна для упомянутых соответствий в других языках — польском и русском (ср. любопытный человек и «интересный человек», любопытный случай и «интересный случай», любопытная история и «интересная история»; ciekawe dziecko — «любопытный ребёнок» и ciekawy film dla dzieci — «интересный детский фильм»). Это также могло бы свидетельствовать о том, что появлению прилагательного žingeidus, –i (не только одной лексемы, основного значения, но всей семантической структуры) способствовали иноязычные прилагательные¹⁶. Тем не менее само по себе использование словообразовательных образцов других языков не является плохим; важно, чтобы новое образование соответствовало словообразовательным моделям и закономерностям своего языка. В соответствии с этим различают кальки, то есть новые слова, системно вписывающиеся в ряд исконных образований, и неудачные кальки — 12 «Сложные прилагательные, как и сложные существительные, основываются на сочетании двух слов» (Paulauskienė 1994: 196). 13 Ср. формулировку: «žingeidus — неудачно образованное прилагательное, калька с нем. neugierig, рус. любопытный или польск. ciekawy <...>» (KP 1939: 141), как будто отражающую потребность назвать по-литовски понятие, для которого в других языках уже есть упомянутые слова. 14 В этом значении žingeidus, –i употреблялось и в более поздней прессе — не только в Литве, но и в эмигрантской, например: Вы услышите красивые народные песенки и музыку, а также узнаете, что происходит в семье Макалу, где постоянно бывают любопытные моменты; эти интересные сообщения «Naujienos» передаются по радио по всему Чикаго, а также в следующих литовских колониях: Арго, Аврора, Батавия <...> (1935–03–09, Naujienos / The Lithuanian Daily News 58, 5; https://www.spauda.org/naujienos/archive/1935/1935-03-09-NAUJIENOS.pdf; просмотрено 2025–09–01); И всё же это очень интересное признание (1957–09–04, Laisvė / The Lithuanian Daily 171, 1; https://www.spauda.org/laisve/archive/1957/1957-09-04-LAISVE.pdf; просмотрено 2025–09–01). 15 В качестве синонимов друг друга иногда могут заменять лишь так называемые формы этих прилагательных среднего рода žingeidu и įdomu: в их семантике как будто нивелируется аспект объекта и субъекта признака. Ср. предложение: «Любопытно, почему никому ничего не сказал». В 1914 г. Й. Яблонскис исправил его на: «Интересно (было бы приятно узнать), почему никому ничего не говорят» (Jablonskis 1959: 154). Однако формы мужского и женского рода прилагательного žingeidus, žingeidi едва ли можно заменить соответствующими формами прилагательного įdomus, įdomi, когда имеется в виду субъект, интересующийся чем-либо. В литовском языке įdomus может быть только тот или то, что вызывает интерес (объект), но не тот, кто чем-либо интересуется (субъект; разве что именно этим он вызывает интерес, однако в таком случае он является объектом интереса); ср. определение этого прилагательного: «вызывающий интерес, привлекательный, примечательный; заслуживающий внимания» (LKŽe). То же относится и к наречию žingeidžiai и его семантическому синонимическому отношению с įdomiai. Абстрактное существительное žingeidumas также не означает «интересность»; в LKŽe это существительное зафиксировано только как производное от žingeidus, –i со значением «любознательный». В целом словообразовательный тип названий признаков с суффиксом –umas достаточно регулярный, и такие абстрактные существительные потенциально могут образовываться почти от любого качественного прилагательного, имеющего степени сравнения (DLKG 2006: 100). 16 Хотя Й. Яблонски о связи этих значений писал иначе — ничего удивительного (и по диалектам известно), что бывают интересный предмет и интересный человек (Jablonskis 1959: 58), — однако в случае рассматриваемого прилагательного любознательный, -ая не следует упускать из виду и его словообразовательную оппозицию, связь с производящей основой. 4 некреативно, поморфемно переведённые слова, не соответствующие закономерностям словообразования языка, в который они переходят, и всей системе языка в целом (Miliūnaitė 2022: 158–159)17. Žingeidus, -i исправляли, считая его калькой (Pupkis 1980: 108–109)18. Если доказать, что это калька, то есть что её словообразование (морфология) не противоречит системе литовского языка, сам факт заимствования в смысле нормы не был бы особенно весомым или определяющим. См. также раздел 2.2. 2. СЛОВООБРАЗОВАНИЕ (МОРФОЛОГИЯ) 2.1. Исправляя прилагательное žingeidus, -i, аргументируют, что «мы обычно не склонны образовывать сложные прилагательные с окончанием -us» (KP 1939: 141). Тем не менее такое словообразование вполне возможно. Сложные прилагательные образуются из двух синтаксически и семантически связанных слов и обычно имеют окончание -is, -ė (ср. LKG 1965: 595; DLKG 2006: 228; PBLKG 2024: 439). Однако и в грамматиках, и в других описаниях словообразования прилагательных, например у Aldona Paulauskienė (1983: 150, 2007: 50), Stasys Keinys (1999: 81) и др., отмечается, что существуют сложные прилагательные и с окончаниями -as, -us (keturpeščias, keliaklupsčias, pusiausviras, trišakas; akivaizdus, akilandus, lygiagretus), хотя это и редкие исключения. Обычно говорится об окончаниях сложных прилагательных в целом, а не отдельно о каком-либо словообразовательном типе19. Таких типов несколько десятков. Сложные прилагательные, как и существительные, распределяются по ним в зависимости от частей речи производящих слов, прежде всего с ориентацией на второй компонент сложного слова, то есть на имя или глагол (LKG 1965: 595–603; DLKG 2006: 238; PBLKG 2024: 440–441). В случае прилагательного žingeidus, -i актуален тип сложных слов, образованных от существительного (žinios) и глагола (geisti). Согласно данным исследований середины XX века, этот тип был довольно продуктивным (LKG 1965: 601)20. Žingeidus, -i даже соответствовало бы одному из характерных для этого типа словообразовательных значений — «занимается этим, делает и любит то, что обозначает первый компонент»21, которое, например, есть у druskamėgis (мужчина), saulėvengiai (растения) и т. п. Правда, грамматики иллюстрируют этот тип наиболее многочисленными сложными словами с окончаниями -is, -ė. Однако следует обратить внимание на прилагательное akilandus, -i (а также образованное по его аналогии akivaizdus, -i). В LKG (1965: 600) они «бесспорно» считаются сложными словами со вторым адъективным компонентом (то есть akilandus < akys, landus, -i). В DLKG (2006: 234) уже утверждается, что семантическое соотношение компонентов этих сложных прилагательных изменилось и стало менее ясным. Но если мотивировать прилагательное akilandus, -i ‘тот, кто лезет в глаза, назойливый’ словосочетанием į akis lįsti (lenda, lindo) «лезть (лезет, лез) в глаза», то здесь можно усмотреть и второй глагольный компонент. Если это так, то и žingeidus, -i вполне уместно поставить рядом. В LKŽ представлено несколько десятков (около 55) сложных прилагательных с окончаниями -us, -i. Лишь некоторые из них могут быть мотивированы сочетаниями существительного и глагола: упомянутые выше akilandus, -i, akivaizdus, -i, а также kraugerus, -i «кровожадный (?)», kraulàkus, -i «жаждущий крови, кровожадный», vaišnorus, -i «любящий угощать, хорошо угощающий, гостеприимный»22. С формальной точки зрения может возникнуть вопрос, нельзя ли считать, что žingeidus, -i, а также akilandus, -i, savimylus, -i, mesėdrus, -i, nevalus, -i и т. п., могут быть образованы от названий субъектов, обладающих такими свойствами: akilanda, savimyla, žingeida, mesėdra, nevala и т. п. Однако 17 Ср. кальку neužilgo (рус. незадолго) и нормативную кальку įtaka (ср. рус. влияние, польск. influentia, нем. Einfluss, англ. influence, лат. influentia и др.). 18 J. Jablonskis наряду со словами sauvalia, sauvalia, lygsvara называл это слово искусственно созданным или возникшим в нашем языке неизвестно как (ср. Jablonskis 1959: 332–333). 19 Ср.: «<...> сложные прилагательные литовского языка не относятся к u-основе (ко II склонению), поэтому эти слова (žingeidus, savistovus, savimylus, savivaldus – прим. авт.) не только являются кальками, но и нарушают морфологическую систему» (Piročkinas 1986: 105). 20 Исследование неологизмов, накопленных до 2019 года в Базе данных неологизмов литовского языка, показывает, что это наиболее частый тип сложных прилагательных с глагольным вторым компонентом, однако в целом таких неологизмов немного (ср. Aleksaitė 2022: 154). В PBLKG отмечается, что сложных слов со вторым глагольным компонентом значительно меньше, чем с именным (2024: 235). 21 В формулировку «занимается этим, делает и любит то, что обозначает второй компонент» (DLKG 2006: 235), очевидно, вкралась ошибка: объект действия в данном случае обозначается не вторым, а первым компонентом. 22 Taip pat daiktavardinį ir veiksmažodinį sandus turintis veidmainus, -i ‘būdingas veidmainiui, apsimestinis’ galbūt nėra sudurtinis, o remiasi būdvardžiu ar daiktavardžiu veidmainis, -ė. 5 paisant šių žodžių darybos reikšmės akivaizdu, kad darybos kryptis yra atvirkščia – būtent iš būdvardžių yra padaryti jais žymimų ypatybių turėtojų pavadinimai (akilandus, -i > akilanda) arba tai yra tos pačios darybos pakopos, tuo pačiu darybos pamatu besiremiantys dariniai, t. y. tiek žingeidus, -i, tiek žingeida ar akilandus, -i ir akilanda remiasi tais pačiais žodžių junginiais – atitinkamai žinių geisti (geidė) ar į akis lišti (lenda, lindo). Tas pats pasakytina ir apie abstraktus žingeida ‘žingeidumas’, savimyla ‘savimeilė’ ir pan. (plg. daiktavardžio ir veiksmažodžio dūrinius akistata, širdgėla ir kt. (DLKG 2006: 162, 164)). 2.2. Итак, возвращаясь к вопросу о происхождении žingeidus, -i, можно сказать, что, поскольку его образование не совершенно невозможно, žingeidus, -i, вероятно, следует считать калькой, а не заимствованием. Наряду с немецкими wissbegierig, neugierig следует обратить внимание и на латышские прилагательные ziņkārīgs, -a, ziņkārs, -a (а также однокоренные слова ziņķare, ziņkārība, ziņkārīgums, ziņkārot), особенно на второе, образованное от существительного ziņas «сведения, информация»²³ и глагола kārot «сильно желать, жаждать чего-либо» (LLV) и полностью соответствующее словообразованию литовского прилагательного. Эти соответствия географически также наиболее близки к М. Валанчюсу. Утверждая, что žingeidus, -i образовано по русской модели любознательный (Piročkinas 1986: 105 (о правках Й. Яблонскиса)), упускают из виду, что компоненты сложного слова в литовском языке расположены в обратном по сравнению с русским порядке: компонент, связанный со сведениями, стоит первым (как и в немецких или латышских соответствиях). Русское любопытный или польское ciekawy (ср. белорусское цікаўны) — более отдалённые соответствия как по семантике компонентов сложного слова (русский), так и по способу словообразования (польское слово не является сложным). Приводимые в LKŽ родственные слова рассматриваемого прилагательного žingeidis, -ė, žingeidys, -ė «любопытный человек» представляют собой регулярно образованные, нормативные сложные имена существительные, состоящие из существительного и глагола (ср. относящиеся к тому же словообразовательному типу puodlaižis, -ė, tvarkdarys, -ė и др. (DLKG 2006: 163)), однако и они помечены крестиком, как и другие «слова, не употребляемые в современном языке». Следовательно, проблема здесь не в словообразовании, а в чём-то другом. 3. СЕМАНТИКА 3.1. Семантика словообразовательной основы В истории исправления прилагательного žingeidus, -i с точки зрения семантики претензии вызывали оба компонента, точнее — оба производящих слова: как существительное žinios, так и глагол geisti (Būda 1999: 5–8). 3.1.1. Утверждалось, что žinios не следует употреблять в значении «научные знания», «умение» и т. п. В издании Kalbos praktikos patarimai (1985) предлагалось исправление: «žinios — в некоторых случаях лучше mokslas, išsilavinimas, išmanymas, mokėjimas, mokymasis...»²⁴. По мнению Витаутаса Пранцискуса Буды, «само по себе наличие этого слова даже в одном-другом словаре отнюдь ещё не доказывает, что оно хорошее, нормативное» (1999: 7). Однако žinios в этом или близком значении приводится во всех изданиях DLKŽ, где оно определяется и иллюстрируется примерами употребления следующим образом (здесь и далее места в тексте, на которые следует обратить внимание, при цитировании подчёркнуты — прим. авт.): «познание, умение, наука»: Politinių ir Mokslinių Žinių Skleidimo Draugija (DLKŽ¹); «познание, наука»: Istorinės, teorinės ~ios. Skleisti ~ias. ~ių troškimas. Tikrinti mokinių ~ias. Gilinti savo ~ias 23 Ср. ziņas «То, что (например, данные, факты, числа, совокупность знаний) известно, стало известным (о чём-либо); также информация»; zināšanas «Совокупность сведений, приобретённых человеком в результате опыта, получения информации; также систематизированная совокупность сведений (например, в какой-либо области)» (https://tezaurs.lv/zi%C5%86a:1, https://tezaurs.lv/zin%C4%81%C5%A1ana:1; дата обращения: 2025-08-10). 24 https://ekalba.lt/kalbos-patarimai/%C5%BEinios?paieska=%C5%BEinios&i=2e04dd98-dd7e-4462-b901-00fda8c14ff5; дата обращения: 2025-08-29. 6 (DLKŽ₂); ‘содержание знаний, образования, информация’: В справочниках и энциклопедиях приводится много сведений. Исторические сведения. Имеет много сведений, но мыслит слабо (DLKŽ₃–DLKŽ₈). В LKŽₑ эта лексема снабжена пометой книжн. (то есть книжное слово) и определяется как ‘накапливаемые или накопленные научные данные’: <...> Человеку, располагающему меньшими специальными языковыми знаниями, особенно трудно уловить ударения в жемайтских говорах LKV19325. <...> Его (А. Баранаускаса) практической целью было стать почитаемым народом священнослужителем, однако наряду с этим его влекли туда жажда знаний и стремление к науке LKKIX425. Ср. также статью в MLKŽ 2010: ‘знание’: Знания учеников оцениваются отметками. И понятие «наука» в VLEₑ объясняется с использованием существительного знания именно в том значении, на которое семантически опирается рассматриваемое прилагательное žingeidus, -i, ср.: наука (лат. scientia — знание, умение), интеллектуальная деятельность людей, цель которой — понять и объяснить явления действительности и применить полученные знания для нужд общества; знания о действительности, накопленные в ходе этой деятельности, — один из основных компонентов культуры; <...> В современном значении слово mokslas стали употреблять лишь в XIX веке. До этого система знаний о природе называлась натурфилософией. <...> Критерии разграничения научного и ненаучного знания предлагает философия науки. <...> В целях получения объективных знаний о явлениях действительности научные исследования основываются на рациональных рассуждениях, наблюдениях и экспериментах. Важнейшая черта методологии науки — постоянная критическая оценка уже полученных знаний. Ввиду новых обстоятельств и аргументов накопленные наукой знания неполны и изменчивы. <...> Научные знания постоянно классифицируются в соответствии с меняющимися принципами. <...>26 Похоже, всё же прав был Пранас Кнюкшта, писавший в 1994 г., что и прилагательное žingeidus, -i, означающее не простое любопытство, а желание знать, и слово žinios, употребляемое в значении науки или фактов, отвоевали себе право на существование (Kniūkšta 1994: 13). Ср. также упомянутую консультацию VLKK (см. Введение), где вместо žingeidus, -i наряду с прилагательным smalsus, -i предлагается словосочетание стремящийся к знаниям. 3.1.2. О втором компоненте — считалось, что žingeidus, -i было образовано по второй семе глагола geisti (Būda 1999: 7), ср.: geĩ|sti, ~džia, ~dė 1. очень хотеть, жаждать, стремиться, требовать: Ест то, чего душа ~джа́ет. ~стимое дело. Дали барана, а он ещё и петуха ~джа́ет (посл.). 2. быть охваченным страстью: Женский род. Δ ~джа́щее/желательное наклонение (лингв., выражающее желание, пожелание). ~dìmas (2) (DLKŽ₈) geisti, gẽidžia, geĩdė глаг. 1. (чего) очень хотеть; син. желать: Он очень хочет славы [признания, богатства]. Дети очень хотят щенка [иметь щенка, чтобы родители купили им щенка]. | отриц. (чего): Никогда не желал чужого имущества. 2. (кого) испытывать физическое влечение, страсть к кому-либо: Он желает этого мужчину. Они желают друг друга. | отриц. (кого): Не желай чужого мужа [чужой жены]. (BLKŽ) Но очевидно, что в словосочетании жаждать знаний актуально первое значение глагола. Ср. также примеры употребления из LKŽₑ (где geisti имеет только одно значение: ‘очень хотеть, жаждать; желать, стремиться, требовать’), не имеющие ничего общего со страстью, вожделением и т. п.: Ребёнок так жаждет учиться Sl. Marvtė так хочет поехать в Кедайняй Pc. Так хотели, а съели совсем немного Trgn. Чего желает твоё сердце? B. Туда отпустит меня матушка..., куда пожелает моё сердечко RD116. Дала курицу, дала петуха — чего ещё желаете, зятья? Pnd. Девушка моя, молодая моя, не желай сладкого сна RD57. <...> 25 Литература и язык, т. I–XXII. Выходил в Вильнюсе в 1956–1995 гг. 26 https://www.vle.lt/straipsnis/mokslas/; просмотрено 2025-08-29. 7 3.2. Семантика производного слова Предлагаемый эквивалент smalsus, -i не является абсолютным синонимом прилагательного žingeidus, -i, а значит, не может заменить его абсолютно во всех контекстах27. Определение LKŽ «тот, кто очень всем интересуется, хочет всё знать», по-видимому, подходит именно žingeidžiam. По сути, понятие интереса здесь различается одной семой: в одном случае это обычный интерес, пусть и сильный, но ни к чему не ведущий (им отличается известная по фольклору ciekava Zosė, распространители сплетен, любопытная кошка и т. п.), в другом — интерес, направленный на приобретение новых знаний, расширение кругозора, развитие и совершенствование, а не на то, чтобы тут же всё забыть, поскольку это уже неинтересно (маленький ребёнок, постоянно задающий вопросы, способный и мотивированный студент, учёный и т. п.).28. Анализ 217 примеров употребления (исследованы все родственные слова прилагательного žingeidus, -i, то есть всё его словообразовательное гнездо; подробнее о нём см. раздел 4) в DLKT (36 употреблений в художественной литературе, 33 — в нехудожественной, 148 — в публицистике; употребления в административной литературе и разговорной речи не зафиксированы) выявил 3 семантических случая. 3.2.1. Žingeidus, -i означает то же, что и smalsus, -i («интересующийся, желающий узнать»). Примеры из DLKT29: Человек ведёт на поводке собаку весьма грозного вида. Žingeidus прохожий, желая погладить собаку, спрашивает: — Ваша собака подпускает к себе незнакомых? Это, конечно, было бы интересно и žingeidu узнать и более широкому кругу читателей <...> Ср. более поздние употребления в интернет-текстах: Ная (самка амурского тигра — прим. авт.) прибыла в Литовский зоопарк несколько дней назад; 14-летняя самка пока робкая. Немного походив по вольеру, возвращается в безопасное место, откуда за всем наблюдает. «Чувствует себя довольно неплохо, žingeidi, исследует территорию, <...>» (2024-10-09; https://lnk.lt/straipsniai/lietuvoje/zoologijos-sode--itin-nykstantis-gyvunas-/277183; просмотрено 2025-08-07). Интересен случай употребления, когда смысловое различие между smalsus и žingeidus ощущается, но при этом, имея в виду любопытство («слепое», то есть не связанное с дальнейшим использованием знаний для развития, расширения исследований и т. п.), употребляется форма среднего рода прилагательного žingeidus, -i: Неизвестно, какой внутренний императив побуждает человека беречь творчество предшественников. Это не слепое любопытство, когда очень žingeidu — мол, что и сколько у них было, во что они одевались, что ели, кому поклонялись. Скорее это проверка: действительно ли жили те, кто был до нас, и если да, то о чём говорят оставленные ими артефакты? (2024-05-26, https://www.nemunas.press/straipsniai/paveldas-ir-atsisakymas/; просмотрено 2025-08-10). 3.2.2. Žingeidus, -i означает больше, чем просто smalsus, -i, и не вполне то же, что smalsus (соответственно, это относится и к однокоренным словам). Таких случаев больше. П. Кнюкшта утверждал, что žingeidus означает не простое любопытство, а желание знать (1994: 13), на что В. П. Буда возразил: 27Хотя слово žingeidus, -i и исправляют, оно очень распространено, поскольку его значение отличается от значения слова smalsus, -i (Бутенас 1975: 185, цит. по: Сабаляускас 1990: 289). «Прилагательное žingeidus в DŽ³ также снабжено пометой ntk. (= см. smalsus). Разве žingeidus и smalsus — синонимы? Ведь даже термины педагогики smalsumas и žingeidumas не тождественны; для их обозначения используются разные слова также в английском, русском и немецком языках <...>» (Малакаускас 1997: 12). 28 «В литовском языке слово žingeidumas часто употребляется в различных контекстах, например, при описании любознательности детей в школе, стремления учёных открывать новые вещи или желания обычных людей больше узнать об окружающем мире. Этот термин может употребляться как в положительном, так и в отрицательном значении в зависимости от контекста». (https://zingeidumas.lietuviskai.lt/; просмотрено 2025-08-30. Источник сомнителен с лексикографической и научной точек зрения, информация в нём похожа на сгенерированную ИИ, однако в данном случае хотелось бы обратить внимание на упоминаемую в нём сему стремления к открытиям.) 29 Здесь и далее в этой главе примеры употребления, исследованные в DLKT, датированы 2024-09. 8 klausdamas „[B]et argi smalsus, smalsumas nereiškia noro žinoti?“ (Būda 1999: 7). Išties, matyt, smalsumo ir žingeidumo semantinį skirtumą lemia tai, kad žingeidus, -i turi papildomą semą – tai ne tik tiesiog smalsus, bet siekiantis įgyti daugiau žinių tam, kad tobulėtų. Pavyzdžiai iš DLKT: <...> у нас немало фермеров — образованных, стремящихся знать всё больше и любознательных, знающих, понимающих, что без научных знаний далеко не уйдёшь <...> Она встретила чрезвычайно любознательных, образованных учителей, работающих по призванию, и убедилась, что встреченные ею учителя были преданы своей профессии и ученикам. Можно предположить, что более любознательных студентов тогда поощряли интересоваться научной деятельностью, искать и переживать радость открытия. «Какая сила побуждает человека заниматься научной работой? Мне кажется, единственная — любознательность. Не любопытство, как говорят лингвисты, а любознательность. Раньше любознательность люди удовлетворяли кто как умел, а теперь эту духовную жажду удовлетворяет общество посредством определённой организованной системы. <...>» Трамплин для карьеры. Большое желание двигаться вперёд и любознательность. "Обязанности бухгалтера меня не удовлетворяли, поэтому я постоянно интересовалась и другими банковскими делами, старалась как можно больше узнать и научиться <...>.“ Что побудило писать? Откуда такая большая любознательность, такой широкий кругозор, такое огромное количество накопленного материала? <...> Всё время я дружила с блокнотом. Ср. более позднее употребление в интернете: Знания у него были на протяжении всей карьеры, любознательным он был всегда <...> Просто такой у него характер: любознательность, стремление совершенствоваться, надёжность. (2025-08-04; https://www.krepsinis.net/naujiena/2-metus-be-darbo-praleides-d-kairys-apie-klaidas-utenoje-didziausia-indeli-rytui-ir-sunkumus-sugrizti/343987?utm_source=copy&utm_medium=txt&utm_campaign=copy-txt; просмотрено 2025-08-07) Профессор советует молодёжи быть ответственными, патриотичными и любознательными, подчёркивая: «Интерес к миру может изменить настоящее и будущее, физическое и психическое здоровье, а также побудительные мотивы служить в армии». (2025-07-25; https://www.snaigienos.lt/sveikatos-kodas/49328-lsu-profesorius-tarnyba-kariuomeneje-gerina-sirdies-kvepavimo-sistemos-ir-raumenu-istverme; просмотрено 2025-08-07) V. S. (1904–1992) – tarpukario dramos aktorius ir drauge baleto šokėjas (labiau balerinų asistentas), režisierius. Smetoniškų laikų scenų bei salonų žvaigždė ir drauge reričiškos, uždyniškos dvasinės struktūros asmenybė, žingeidi, tobulinanti save, be to, raštinga. (2022-05-30; https://literaturairmenas.lt/teatras?page=14; žiūrėta 2025-08-16) Смелая, любознательная молодёжь! Интерес, желание узнавать и понимать, стремиться к своей мечте, быть лидерами — это радует! (2024-04-19; https://www.facebook.com/100076194364015/videos/-dr%C4%85sus-%C5%BEingeidus-jaunimas-dom%C4%97jimasis-noras-su%C5%BEinoti-suprasti-siekti-savo-svaj%C5%B3/440662875036377/; просмотрено 2025-08-17) Любознательный и ответственный докторант, который ценит науку и стремится к максимальному результату, — мечта каждого руководителя (https://www.linkedin.com/posts/k%C4%99stutis-baltakys-05154184_%C5%BEingeidus-ir-atsakingas-doktorantas-kuris-activity-7209149838549012482-PpgU; просмотрено 2025-08-17) Выпускник Университета Миколаса Ромериса (MRU), А. С., начальник отдела пограничного контроля Пограничной группы береговой охраны VSAT, исполняющий обязанности заместителя командира группы, также утверждает, что на службе особенно востребованы любознательные молодые люди. «Любознательность очень важна. Человеку должно быть интересно то, чем он собирается заниматься или в какой среде работать. Он должен быть открыт к общению и обладать аналитическим мышлением. Знания, полученные во время учёбы, действительно помогают нам в повседневной работе», — говорит А. С. (2025-05-13; https://www.kurstoti.lt/s/15276/reikalingi-zhgeidus-technologijoms-imlus-sienu-sergetojai; просмотрено 2025-08-17) 9 3.2.3. Žingeidus, -i ir smalsus, -i (ar jų darybos lizdo žodžiai) vartojami kaip sinonimai, greta viename sakinyje, vienas kitą papildo, galbūt patikslina. Pavyzdžiui (iš DLKT): Настоятельница Тамара Шмидт: "Все литовцы любознательны и любопытны", — так сказала единственная в Литве женщина, с конца мая возглавившая Вильнюсский евангелическо-лютеранский приход <...> Не Варткис, уточним, намекает — автор заставил задуматься образом любопытного, любознательного, неугомонного, изобретательного, хотя, возможно, до девяти лет не знавшего даже букв <...> ребёнка <...> Ребёнок любопытен, интересуется окружающим миром, пока его любознательность не заглушила плохая система образования. Прежде всего следует отметить положительные черты: любознательность, любопытство и другие подобные врождённые качества. Ср. также более широкое и новое употребление в интернете: Всегда приятно принимать гостей, особенно когда они такие любознательные и пытливые... (2024-01-24; https://www.paneveziomc.lt/naujienos/visada-smagu-sulaukti-sveciu-o-dar-kai-jie-tokie-smalsus-ir-zingeidus/; дата обращения: 2025-08-07) Дети XXI века: любознательные, пытливые, ищущие смысл в своей работе, на уроке, смелые, открытые новым идеям и опыту (2019-03-28; https://www.lituanistika.emokykla.lt/uzsienio-lietuviams/veiklos-atspindziai/xxi-amziaus-vaikai-smalsus-zingeidus-ieskantys-prasmes-savo-darbe-pamokoje-drasus-atviri-naujoms-idejoms-ir-patirciai/; дата обращения: 2025-08-16) 3.2.4. VLKK konsultacijoje nurodyta žingeidus, -i reikšmė ‘linkęs galvoti, mąstyti’, regis, nėra būdinga šiam būdvardžiui kaip atskira, su domėjimusi nesusijusi ar nuo jo atitolusi, leksema (kaip tokios jos nepateikia ir LKŽ). Tyrinėtuose kontekstuose nerasta atvejo, kai žingeidus, -i galėtų būti pakeistas siūlomu pakaitu maslus, -i, pirmiausia neminint labiau tinkančių smalsus, -i, domus, -i (pastarojo vartosena, beje, irgi reta). Sinoniminio ryšio tarp žingeidaus ir maslaus nematyti ir Sinonimų žodyne30. 4. СЛОВООБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ ГНЕЗДО Žingeidus, -i, как уже говорилось, имеет своё словообразовательное гнездо, или, точнее, группу родственных слов, не обязательно образованных непосредственно от него, но связанных словообразовательно. В таблице представлены родственные слова, начало которым положило сочетание žinių geisti (geidė), или, иначе говоря, слияние существительного žinios и глагола geisti. Именно его следует считать началом общего словообразовательного гнезда. На этом слиянии основано не только žingeidus, -i, но и другие производные первой ступени: žingeida2 «любопытный человек», žingeidis (-ys), -ė «любопытный человек» и упомянутое авторское нетипичное сложное слово žingeidėjas. 30 https://ekalba.lt/sinonimu-zodynas/%C5%BEingeidus?paieska=%C5%BEingeidus&i=9a9006ab-495b-483e-acee-d81ae1f87fc9, https://ekalba.lt/sinonimu-zodynas/m%C4%85slus?paieska=m%C4%85slus&i=e0b37e17-f69c-4462-955e-e100d7210f88; просмотрено 2025-08-16. 10 Таблица. Родственные слова прилагательного žingeidus, -i Ступени словообразования Словообразовательная основа 1 2 3 4 žinių geisti (geidė) žinios сущ. + geisti гл. žingeidus, -i žingeidžiai žingeidumas žingeida1 «любопытство» žingeidingas, -a любознательно любознательность любознательный, -ая[I] любознательно[I] любознательность[I] любознательность любознательный человек, -ая любознатель, -ница проявлять любознательность интересоваться проявление интереса заинтересоваться чрезмерно интересоваться любопытство нелюбознательный, -ая[DLKT] нелюбознательно[I] незаинтересованность[I] жингейда2 «любопытный человек» жингейдис, -е (жингейдыс, -е) жингейде̇яс[DLKT] В свою очередь, жингейдус, -и положил начало по меньшей мере 21 производному слову (потенциальных, ещё не зафиксированных производных, вероятно, было бы больше), среди которых есть слова основных частей речи: существительные, прилагательные, глаголы, наречия. Они образованы с помощью различных словообразовательных средств (суффиксов, окончаний, приставок). Производные от словообразовательной основы жингейд- зафиксированы в LKŽₑ, DLKT и интернет-узусе (последние в таблице соответственно отмечены индексами [DLKT] и [I]). В LKŽₑ приведено больше всего слов словообразовательного гнезда (жингейда1 «любопытство», жингейда2 «любопытный человек», жингейдаути (и жингейдаутис), жингейдавимас, жингейдимас, жингейдингас, -а (и жингейдингай), жингейдингумас, жингейдис (-ыс), -е, жингейдисте, жингейдумас, жингейдунас, -е, жингейдуолис, -е, жингейдус, -и (и жингейджяй), пажингейдаути, ужжингейдаути). В DLKT зафиксированы лишь примеры употребления жингейдус, -и (это слово отличается разнообразием форм — разных родов и падежей, сравнительной и превосходной степеней, местоименной формы), нежингейдус, -и, жингейджяй, жингейдумас и авторского новообразования жингейде̇яс (неологизма Юрги Иванаускайте). В интернет-текстах отдельно искали только наиболее вероятные производные — регулярно образуемые наречия (с суффиксом -ай) и абстрактные существительные (с суффиксом -умас), а также слова с одним из наиболее характерных суффиксов -ишкас, -а. Хотя подобных примеров употребления найдено лишь по одному-два, они относятся к разным периодам, начиная с печати 1920-х годов: 11 Поскольку читатели безоговорочно жингейдишкай требуют уроков латышского языка, продолжу свою учебную программу. (2008-01-13; https://samirua.wordpress.com/2008/01/13/latviu-kalbos-pamokeles-vol3/; просмотрено 2025-08-30) <...> жингейдишкай участвуем в экскурсиях по нашей прекрасной Литве и отмечаем дни рождения каждого коллеги! (2017; https://plus.lrytas.lt/biuro-komanda-2017/; просмотрено 2025-08-30) И всё же, откуда эта безумная жингейдишкумас? Почему мне всё мало? Почему мне хочется снова и снова узнавать что-то новое, интересное? (https://nemoku.lt/nejaugi-as-tik-mais as/; просмотрено 2025-08-30) Резкое ухудшение успеваемости у способного ученика, невыполнение домашних заданий, нежингейдус, отказ активно занимающегося спортом ребёнка выполнять физические упражнения, недостаток старания во время уроков могут быть проявлением психологического насилия или травли. (2016; https://epublications.vu.lt/object/e-laba:18849382/18849382.pdf; просмотрено 2025-08-30) ВАНДА (вернувшись). Слушай. (Читает.) «Итак, если бы он согласился нарисовать мой портрет, его положение значительно улучшилось бы, а будущее стало бы определённее....» ХУД. (нежингейджяй). Кто пишет? (Антанас Тулис, «Наш путь» — Sandara, 2028, № 6, с. 3; https://www.spauda2.org/sandara/archive/1928/1928-02-09-SANDARA.pdf; просмотрено 2025-08-30). В июле 2025 года поисковая система Google обнаружила около 228 000 случаев употребления прилагательного жингейдус, -и, около 6000 — наречия жингейджяй (однако среди найденных случаев часть представляет собой дательный падеж женского рода единственного числа прилагательного, форма которого совпадает с этим наречием), и 117 000 — существительного жингейдумас (ср.: последнее 2024-06-14 было найдено около 37 500 раз, а 2024-06-27 — около 57 900 раз). Прилагательное и существительное искали по всей парадигме, то есть по всем падежным формам. Разумеется, среди найденных примеров немало повторяющихся употреблений; кроме того, во многих случаях это употребление исправляется, поэтому контексты не относятся к живой речи. Однако статистика всё же показательна и демонстрирует актуальность рассматриваемых слов (частые исправления в различных источниках также служат тому подтверждением). Учитывая также немалое количество родственных слов и разветвлённое многоступенчатое словообразовательное гнездо, едва ли ещё можно утверждать, что жингейдус, -и «так и осталось на периферии публичной разговорной речи, а в письменной речи появляется лишь как рецидив» (Būda 1999: 7). ОБОБЩЕНИЕ Прилагательное žingeidus, -i, созданное М. Валанчюсом, со времён Я. Яблонскиса подвергалось исправлениям из-за происхождения, морфологии и семантики. С точки зрения происхождения это калька — новообразование, созданное по образцу слов других языков (ср. нем. wissbegierig, neugierig, рус. любознательный и др.). Оценка морфологии, словообразования и семантики прилагательного žingeidus, -i, его синонимических отношений, обзор истории нормирования и мотивов исправлений, а также изучение современного употребления не только самого прилагательного, но и словообразовательно связанных с ним слов показывают, что оснований допустить его в нормативный язык достаточно. В. П. Буда опасался, что общество утратит доверие к языковедам и их рекомендациям, «если они сами разрушают существующее уже сто лет нормативное правило žingeidumo» (1999: 8). За более чем сто лет, прошедших с момента создания этого слова, изменился и язык, а внимание стало уделяться иным аспектам, чем прежде. Упрямо не замечать перемен столь же ошибочно, как слепо поддаваться давлению широкой общественности и любой ценой допускать иноязычные элементы лишь потому, что «все так говорят». 12 Если признать, что žingeidus, -i и наиболее часто употребляемые родственные ему слова соответствуют современным нормам литовского литературного языка, это слово должно появиться и в нормативном Словаре литовского литературного языка. В словарных статьях žingeidus, -i, žingeidžiai, žingeidumas следует отразить семантическую связь этих слов с прилагательным smalsus, -i и его производными, показав их синонимичность, а также различия в значении и употреблении. ŠALTINIAI BLKŽ: Bendrinės lietuvių kalbos žodynas (rengiamas) [Dictionary of the Standard Lithuanian Language], vyr. red. D. Liutkevičienė, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, 2013–2025. Prieiga internete: https://ekalba.lt/bendrines-lietuviu-kalbos-zodynas/ [žiūrėta 2025-03-10]. DLKŽ1: Dabartinės lietuvių kalbos žodynas [Dictionary of the Modern Lithuanian Language], atsak. red. J. Kruopas, 1-as leid., Vilnius: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla, 1954. DLKŽ2: Dabartinės lietuvių kalbos žodynas [Dictionary of the Modern Lithuanian Language], atsak. red. J. Kruopas, 2-as leid., Vilnius: Mintis, 1972. DLKŽ3: Dabartinės lietuvių kalbos žodynas [Dictionary of the Modern Lithuanian Language], vyr. red. S. Keinys, 3-ias leid., Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidykla, 1993. DLKŽ4: Dabartinės lietuvių kalbos žodynas [Dictionary of the Modern Lithuanian Language], vyr. red. S. Keinys, 4-as leid., Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas, 2000. DLKŽ6: Dabartinės lietuvių kalbos žodynas [Dictionary of the Modern Lithuanian Language], vyr. red. S. Keinys, 6-as leid. (elektroninis), Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, 2006. DLKŽ7: Dabartinės lietuvių kalbos žodynas [Dictionary of the Modern Lithuanian Language], vyr. red. S. Keinys, 7-as patais. ir papild. leid., Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, 2015. DLKŽ8: Dabartinės lietuvių kalbos žodynas [Dictionary of the Modern Lithuanian Language], vyr. red. S. Keinys, 8-as patais. ir papild. leid., Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, 2021. Prieiga internete: https://ekalba.lt/dabartines-lietuviu-kalbos-zodynas/ [žiūrėta 2024-10-05]. DLKT: Dabartinės lietuvių kalbos tekstynas [Corpus of the Contemporary Lithuanian Language], Kaunas: Vytauto Didžiojo universitetas. Prieiga internete: http://tekstynas.vdu.lt/tekstynas/ [žiūrėta 2024-06–2025-07]. KPP 1985: Kalbos praktikos patarimai [Language Practice Tips], A. Paulauskienė, V. Labutis, A. Pupkis, J. Šukys, A. Vanagas, J. Žemaitis, sud. A. Pupkis, 2-as patais. ir papild. leid., Vilnius: Mokslas. LKŽe: Lietuvių kalbos žodynas [Dictionary of the Lithuanian Language] 1–20 (1941–2002), el. variantas, red. kolegija G. Naktinienė (vyr. redaktorė), J. Paulauskas, R. Petrokienė, V. Vitkauskas, J. Zabarskaitė; programuotojai: E. Ožeraitis, V. Zinkevičius, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, atnaujinta versija, 2018. Prieiga internete: https://ekalba.lt/lietuviu-kalbos-zodynas. LLV: Latviešu–lietuviešu vārdnīca [Latvian-Lithuanian Dictionary], A. Butkus, Kaunas: Aesti, 2003; elektroninis variantas, Tilde, 2009. Prieiga internete: https://www.letonika.lv/groups/default.aspx?g=2&r=10621063 [žiūrėta 2025-09-01]. MLKŽ 2010: Mokomasis lietuvių kalbos žodynas [Lithuanian Learner's Dictionary], M. Norkaitienė, R. Šepetytė, Z. Šimėnaitė. 2-as patais. leid., Vilnius: Baltos lankos. 13 SŽ: Sinonimų žodynas [Dictionary of Synonyms], A. Lyberis. 2-as patais. leid., Vilnius: Lietuvių kalbos institutas, 2002; elektroninis variantas, 2015. Prieiga internete: https://ekalba.lt/sinonimu-zodynas/ [žiūrėta 2025-08-10]. VLE: Visuotinė lietuvių enciklopedija [Universal Lithuanian Encyclopedia], Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos centras. Prieiga internete: https://www.vle.lt/ [žiūrėta 2025-07-04]. LITERATŪRA Aleksaitė Agnė 2022: Lietuvių kalbos naujažodžių darýba (2011–2019 m. Naujažodžių duomenyno pagrindu) [Formation of Neologisms in the Lithuanian Language (on the Basis of the 2011–2019 Database of Neologisms)]: daktaro disertacija, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas. Būda Vytautas Pranciškus 1999: Nevartokime žodžio „žingeidus“ [Let's Not Use the Word ‘žingeidus’]. – Filologija 7, 5–8. Buivydienė Rūta 1984: Leksikos klaidos [Lexical Errors]. – Mūsų kalba 4, 15–20. Būtėnas Julius 1975: Literato duona [The Bread of a Man of Letters], Vilnius: Vaga. DLKG 2006: Dabartinės lietuvių kalbos gramatika [Grammar of Modern Lithuanian], red. V. Ambrazas, 4-as patais. leid., Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas. Jablonskis Jonas 1959: Rinktiniai raštai 2 [Selected Writings], Vilnius: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla. Keinys Stasys 1995: Svarbiausias žodyno plėtros būdas [The Most Significant Method of Vocabulary Expansion]. – Gimtoji kalba 6, 2. Keinys Stasys 1999: Bendrinės lietuvių kalbos žodžių darýba [Word Formations in the Standard Lithuanian Language], Šiauliai: Šiaulių universiteto leidykla. Klimavičius Jonas 1995: Julius Būtėnas. Vinco Kudirkos bendražygiai [recenzija] [Julius Būtėnas. Associates of Vincas Kudirka [review]]. – Gimtoji kalba 7, 12. Kniūkšta Pranas 1994: Apie nukrypimus nuo kalbos normų [About Deviations from Language Norms]. – Kalbos kultūra 66, 5–18. KP 1939: Kalbos patarėjas [Language Advisor], sud. L. Dambrauskas, Kaunas: Lietuvių kalbos draugija. LKG 1965: Lietuvių kalbos gramatika 1: Fonetika ir morfologija (daiktavardis, būdvardis, skaitvardis, įvardis) [Grammar of the Lithuanian Language 1: Phonetics and morphology (nouns, adjectives, numerals, pronouns)], vyr. red. K. Ulvydas, Vilnius: Mintis. Mataitytė Inga 1994: 7 meno dienos, 1993, liepa–gruodis [recenzija] [7 Arts Days, 1993, July – December [review]]. – Gimtoji kalba 4–5, 22. Mataitytė Inga 1995: Laimonas Tapinas. Septynios vienatvės Paryžiuje [recenzija] [Laimonas Tapinas. Seven Solitudes in Paris [review]]. – Gimtoji kalba 5, 11. Mataitytė Inga 1997: Jurga Ivanauskaitė. Ištremtas Tibetas [recenzija] [Jurga Ivanauskaitė. Tibet in Exile [review]]. – Gimtoji kalba 11, 14. Malakauskas Algirdas 1997: Neteiktini žodžiai ir reikšmės „Dabartinės lietuvių kalbos žodyne“ [Unacceptable Words and Meanings in the 'Dictionary of the Modern Lithuanian Language']. – Kalbos kultūra 70, 10–13. Miliūnaitė Rita 2022: Įvairuojantys ir nauji lietuvių kalbos reiškiniai XXI a. pradžioje: sistematika ir pokyčių kryptys [Variable and New Phenomena of Contemporary 14 Lithuanian at the Start of the 21st Century: Systemization and Trends of Change]: monografija, el. išteklius, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas. Prieiga internete: http://lki.lt/wp-content/uploads/2022/12/Miliunaite_Ivairuojantys_ir_nauji_kalbos-reiskiniai.pdf. P a u l a u s k i e n ė A l d o n a 1983: Lietuvių kalbos morfologijos apybraiža [Outline of Lithuanian Morphology], Kaunas: Šviesa. P a u l a u s k i e n ė A l d o n a 1994: Lietuvių kalbos morfologija. Paskaitos lituanistams [Morphology of the Lithuanian Language. Lectures for Lithuanian Studies Students], Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidykla. P a u l a u s k i e n ė A l d o n a 2007: Lietuvių kalbos morfologijos pagrindai [Fundamentals of Lithuanian Morphology], Kaunas: Technologija. P i r o č k i n a s A r n o l d a s 1986: Jono Jablonskio kalbos taisymai [Jonas Jablonskis's Rules of Language], Kaunas: Šviesa. P i r o č k i n a s A r n o l d a s 1990: Administracinės kalbos kultūra [Administrative Language Culture], Vilnius: Mintis. PBLKG 2024: Praktinė bendrinės lietuvių kalbos gramatika [Practical Grammar of the Standard Lithuanian Language], A. Balčiūnienė, A. Drukteinis, R. Kazlauskaitė, J. Vaskelienė, Vilnius: Vilniaus universiteto leidykla. P r i b u š a u s k a i t ė A l b i n a 1998: Briliūtė B. Amžiais keliaujanti Dievo tauta [recenzija] [Briliūtė B. God's People Traveling Through the Ages [review]]. – Gimtoji kalba 11, 13–16. P u p k i s A l d o n a s 1980: Kalbos kultūros pagrindai [Fundamentals of Language Culture], Vilnius: Mokslas. S a b a l i a u s k a s A l g i r d a s 1990: Lietuvių kalbos leksika [Vocabulary of the Lithuanian Language], Vilnius: Mokslas. S k a r d ž i u s P r a n a s 1996 [1943]: Lietuvių kalbos žodžių daryba [Word Formation in the Lithuanian Language], fotografuotinis leidinys [Rinktiniai raštai 1], Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidykla. DAIVA MURMULAITYTĖ ŽINGEIDUS – TO BE OR NOT TO BE S u m m a r y The adjective žingeidus ‘inquisitive’, coined by Motiejus Valančius (1801–1875), has been corrected for more than 120 years as not conforming to the norms of standard Lithuanian. In terms of its origin, it is considered a non-standard calque, modelled on words from other languages (cf. German wissbegierig, neugierig, Russian любознательный, etc.). Its morphology and formation are also problematic, as the ending –us is not characteristic of compound adjectives in Lithuanian. Finally, the semantics of its components – the noun žinios and the verb geisti (geidė) – also seem inappropriate. It is argued that the noun žinios is foreign to the semantics of science, education, knowledge, skill, etc., and the meaning of the verb geisti ‘to feel physical attraction, desire, to be overcome by passion’ also cannot semantically measure the meaning of the compound žingeidus. Instead of žingeidus, the adjective smalsus ‘curious’ is most often suggested. After evaluating the morphology, word formation, semantics, and synonymic relationships, reviewing the history of codification and the reasons for correction, and 15 examining the current usage of not only the adjective itself but also its derivatives, it becomes clear that there are sufficient reasons to include it in the standard language. First of all, žingeidus should apparently be considered a standard calque, i.e., a word that systematically fits in with indigenous derivatives, even though it was created based on examples from other languages. There are adjectives composed of nouns and verbs (e.g., sauleivengis, druskamegis, etc.) in the Lithuanian language. The derivational meaning of žingeidus would even correspond to one of the derivational meanings characteristic of this type of compounds – ‘engages in, does and likes what the first part of the word means’. Secondly, although rare, there are compound adjectives in the Lithuanian language with other endings, not just -is, for example: akilandus, keturpėščias. In terms of semantics, it should be noted that the noun žinios with the aforementioned ill-fitting meaning is found in all editions of the Dictionary of the Modern Lithuanian Language, the academic Dictionary of the Lithuanian Language, and the Educational Dictionary of the Lithuanian Language. This lexeme is used not only in spoken language, but also in edited texts (for example, in the Universal Lithuanian Encyclopedia). As for geisti, it should be noted that žingeidus is based not on the second meaning mentioned above, but on the first meaning of the base verb, ‘to want very much, to desire’. Thus, there seems to be no semantic obstacles to the adjective žingeidus originating from the phrase žinių geisti (geidė). It is also important to note the considerable number of words derived from žingeidus, or, more precisely, words related to this adjective, not necessarily directly derived from it (žingeidžiai, žingeidumas, žingeidauti, žingeidavimas, pažingeidauti, žingeiduolis, žingeida1 ‘curiosity’, žingeida2 ‘curious person’, etc.). Some of them, although corrected, are used not only occasionally. This shows that words derived from žingeid- are relevant and remain in use. This is most likely because the proposed replacement smalsus is not a completely accurate equivalent (perhaps this is the most important reason to change the evaluation of the adjective žingeidus). These adjectives differ in one significant seme: žingeidus is not just curious, but seeking, even desiring, to learn more for self-education. Having decided that žingeidus and its most commonly used cognates correspond to the current norms of the standard Lithuanian language, they should also appear in the normative Dictionary of the Standard Lithuanian Language. The dictionary entries for žingeidus, žingeidžiai, and žingeidumas should reflect the semantic relationship of these words to the adjective smalsus and its derivatives, revealing their synonymy, differences in meaning, and differences in usage. 16