Древнебелорусская юридическая лексика литовского происхождения

LIETUVIYU КАТ во LI BTUYOS TSR OS KLAUSIMAI III 5 TYR MOKSLŲ AKADEMIJA ДРЕВНЕБЕЛОРУССКАЯ ЮРИДИЧЕСКАЯ ЛЕКСИКА ЛИТОВСКОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ А. А. ВЕРЖБОВСКИЙ Долгое время априорно считалось, что поскольку древнерусское государство сложилось значительно раньше первых попыток государственного объединения на территории Литвы, поскольку имелась „Русская правда” и первыми литовскими князьями на территории Великого Литовского княжества был узаконен выросший на основе древнерусских литературных норм древнебелорусский литературный язык, постольку только древнерусское право могло оказать значительное влияние на сложение правовых норм в Великом Литовском Княжестве. Ссылались обычно на стражение древнерусских правовых норм и употребление древнерусских юридических термиHOB в законодательных актах В. Л. К.? Однако это далеко не так. Культурные влияния никогда не бывают односторонними. Общегосударственное законодательство в государственных объединениях, которые были конгломератом народностей, как это было в В.Л.К., в значительной степени впитывало местные традиции разных областей. Славянский элемент должен превалировать потому, что славянских областей было больше и численность населения, для которого установливалось законодательство, в славянских областях была значительно большая. Однако не только литовцы перенимали обычаи славян (поляков и носителей древнерусской культуры — будущих белорусов, украинцев, русских) и отражали их в своём законодательстве на одном из славянских языков, но и славяне перенимали обычаи литовцев и, живя с ними в одном государстве, He могли не пользоваться чисто литовской юридической терминологией. Нужно отметить, что из огромного количества западнорусских памятников писменности исследована только незначительная часть. Однако и это дало значительное количество юридических терминов литовского происхождения: 1. Крёны девб(т)чие или wianowne pienigdze от слова wiano общеславянского происхождения. Кроме того на соседних славянских землях широко употреблялись в то время термины — синонимы: куница (1494-1796 гг.) — на территории восточной части Белоруссии и всей Украины, куницы и сорочки поёмные (1588 г.) во Владимировском повете. Таким образом, термин крены девотчие локализирован на западе и поэтому должен восходить e 269 к лит. krienai (слово зарегистрировано в древнейших лит, и лтш. памятниках): ведь недаром этот чуждый славянским системам термин заменялся на термин хрены девотчие (критерий народной этимологии; связывалось со словом хрен). Кроме этого о заимствовании говорят критерий лингвистической географии, фонетико-морфологический критерий (др.—лит. krienai в: quod Kriens a Samagitis vocatur... etc. 1550> др. —бел. крены с ie через еи ai через bi), семантико-групповой критерий (заимствование многих терминов для обозначения налоговых сборов). 2. мезлева, мезлещина, мезлевбез (1447-1537)<др.— лит. mėzliava („›складчина“, Хвейданы, или mésliava, Ольсяды) <*mestliava: pass. mezd-inu (Būga, RR. 1, 287) от mėsti „сбрасывать деньги на что-либо“. Мезлева? первоначально возникла во время пбседей феодалов в принадлежащих им деревнях. За собранные деньги или мезлеву (сборщину) покупали животных на мясо и т. п. угощения феодала. Но уже в первой половине 16 ст. феодал отказывается от ежегодных угощений в своих владениях и требует за это денежного возмещения — 15 Sumestų pinigų. Sumesti pinigai в пользу молодых на свадьбе поэтому тоже назывались мезлевою (в бел. памятниках пока что не найдено). 3. др.— бел. ринклева?, ринклевбе (:мезлева, мезлевбе) и, возможно, ринклевщина (как мезлевщина и свиренщина), польск. rynklaw (М.) rynklowe (pieniadze)— существительное, образованное от имени прилагательного (1691-1795) восходят к лит. riūkliava „определённый налоговой сбор“ (возник из обычая собирать деньги на общественные нужды) от rinkti (название собирающего вместо мезлева—со стороны платящих). 4. свирбнъщина? или свирънбвщина (Полоцк, 1533 г.) „определенный сбор“. Слово образовано OT литуанизма свирен из др.— лит. *sveriné (Е.), как др.— рус. овйн, овйна из восточно-балтийского *javinė> бел. ёвня, ёуня с передачей ja через &, как а через о и выпадением редуцированного из 1. Таких литуанизмов-существительных, образованных от имён прилагательных, в древне -белорусских памятниках очень много. Они же встречаются и в польских текстах, и в современном польском диалекте на Виленщине. В свою очередь *sverinė (troba) образовано от глагола зуеЁ-Н „возвешивать“ и идентично слову šalinė „боковая кладовая“>>слав. szaliша как польск. szwiernia®: лит. svirna (F.) „свирон, свирен“. Лит. *зуепё> польск. szwiernia в свою очередь подверглось влиянию бел. свйрня (Новогрудок) и свйрен, род. пад. свирна с одной стороны, и, с другой стороны, подпало закону выпадения безударного 1 в некоторых положениях по типу &$1-11-9$> Šulnis „колодец“. Поэтому в современном лит. языке мы встречаем формы svirnd i зуй таз по типу древнейших образований Ha па/-по-: уаЁ-па-$ „вбронъ“ и vAr-na „ворбна“. 5. пентенйцкие пёнези? назывались в 1516— 1593 гг. восточными славянами В. Л. К. ешё и посекёрщиной или мостовничим, т. е. это был налог от каждого обуха или пенти топора или секеры — сбор на строительство и ремонт мостов; собранная посекерщина называлась ещё пентйники < лит. pentininkai : péntis ,,06yx топора, пятка“. 270 v 6. дакло (1350—1450), Зи ® или дякло структурно может восходить только к лит. *dėklas. В таком случае это производная форма м. р. от формы x. р. dėkla, что (по проф. К. Яблонскису) обозначало за Каз (6 гарнцев), потом всегда одинаковое количество ссыпаемого (в пользу феодала) зерна. В Жемайтии взималось не дякло, но сойкт < *saiktas*, Итак лит. dė-ti „дзёць, положить, покласть“‘ > dėkla > *dėklas. Форма дак-ло — народная этимология к даковати ‚‚дзякаваць, благодарить“. Форма dūo-klė от dūoti в значительной натуральной данью (обычно зерном и сеном), только познее заменённой денежным сбором; близость звукового оформления способствовало сближению слов *dėklas и dūoklė. 7. пбседь (пбсадь или пбсад)з — определённый натуральный сбор поры господства литовских князей. Он заключался в том, что к моменту приезда великого князя, магната или их высокопоставленных чиновников в определенное поселение жители (главным образом найболее богатая часть) собирали гостям всё необходимое для них и их свиты. Поскольку визиты были не частыми, поседь собиралась редко, иногда раз в год. Но в конце ХУ ст. польские короли узаконили этот обычай как особый налог в связи с тем, что некоторые чиновники уже слишком часто становились на поседь в одном и том же месте и обирали жителей, о чём посыпалось много жалоб. С точки зрения словообразования, поседь (как и ДАКЛО) могло бы возникнуть из чисто славянских составных элементов, но в результате воздействия литовских обычаев. Поэтому обязательно должно было существовать среди литовского населения и соответствующее литовское слово из тех же морфем индоевропейского происхождения, т. е. слово *pū-sėd-is и *pū-sod-is: современное лит. pa-sėd-as „сиденье“ (сравни др. — рус. посад). Термин связан с лит. sėdyba (сядз!ба), или sodyba, soda егс., sėd-č-ti „‚сядзець““. 8. илкги или гилкги? (1592— 1687) восходит к др.— лит. ilgés<Ilgiuy Šventės (вероятно, день поминовения мёртвых — 2 ноября) сбор в пользу феодала по обычаю колядования: лит. ilgas „долгий“ и лит. ilgétis „,TOcковать и т. I‘. 9. польск. osiowe® (N.) — калька с жемайтийского ašies pinigai, т. е. деньги в пользу феодала вместо натуральной поставки оси дров с волоки земли < жем. ašis „ocb“ x kūbinis sieksnis malkų, т. e, 2, 13 м?. 10. польск. lazowe < лит. lažų... от lūžas „baudžiava, прыгон“ польск. фаёа. По типу образования — к osiowe, rinklowe pienigdze. 11. польск. jesienina (калька) и rudonaje® < rudenojus (в Латвии и Литве) вместе с Inowaniem были формами обирания местными властями крестьян осенью (rudens laike) после уборки урожая. Несомненно, что общее для всех жителей В. Л. К. явление должно было вызывать к жизни для своего обозначения слова одинакового семантического (однокоренного или разнокоренного) значения, термины — кальки. 12. iszymtynia или ишымтыня? „доля дохода в пользу родителей с отданного детям хозяйства“: лит. iS-imt-iné or iš-imti „изь— ять“", 13. палукно или ра Кио? „процентные деньги“: лит. palūkanos, palūkos уст. от palūkėti „kiek palaukti“, 271 14. копа „феодальный, т. н. копный суд в В. Л. K.“ (1460— 1754 rr.3) < лит. Кора. О заимствовании свидетельствуют следующие критерии: 1) семантический и кр. системы (kauptis и kudptis, kūopinis); 2) фонетический (: клуня и клбняз из klūonas, оруд и opon® us агйо4аз); 3) морфологический (: поганские копища, Срезневский Мат. 1, 1281; 14 ст.). ибо др-рус. язык не показывает нигде слово копа в зн. „скопище людей**; 4) кр. лингвистической географии (отсуствие копных судов в русском государстве периода В. Л. К., т. е. русское государство, имея своеобразные особенности, отличалось и своеобразным законодательством и отражающими последнее терминами); 5) кр. истории развития культуры (сложение в В. Л. К. своих правовых норм, отражающих древние местные обычаи); 6) семантико — групповой критерий (см. литуанизмы торпбста и людьник) — известны литуанизмы — судебные термины. Термин копа не известен не только русским, но и украинским памятникам в Галиции (по проф. К. Яблонскису). 15. людьник „сведка“ (Chr. Stang, Die altrussische Urkundensprache der Stadt Polotzk, 141— 145, Oslo, 1939 док. No156 и No293) < лит. liūdininkas: liudyti „cBenuuTa“: lidudis „люди“ (чередование iu; iau). 16. торпбстай < торпостаз „лицо, присуствовавшее при сообщении свидетелем-доносчиком сведений O лице, совершившем преступление“ (1389 — 1529 гг.) восходит непосредственно к др. лит. tarplistojas: tarpininkas „посредник“, tarpininkauti „ObiTb посредником“ от корня Фар „тюсреди“*): бел. торп снапоу у гумне <>лит. tarpas (+ „соединительная гласная“ как и в слове tarp-ū-pėdė (= др.— бел. торпедя в значении торп)- второй корень, TOT же, что и в глаголе stė-ti „стоять“--суф. -0}(аз) вместо современного -ininkas в слове tarpininkas. Суф.-0}- засвидетельствован и в литуанизме бртай вместо др. — рус. ратай и бел. араты. Форма торпоста образована под влиянием славянских форм типа староста или польск. Starosta. 17. тармена ‚дневник, журнал, записки, копии устных распоряжений высокопоставленного лица в В. Л. K.“ (по Дневнику Кмиты’ Чернобыльского*“*, 1574 г.; ничего общего не имеет с полонизмом тЭрмин(к)а „,записочка (по Носовичу)“ латинского происхождения)< др. — лит. *Фаг-т-епа от tafti „сказать устно“ (из многих контекстов видно опасение, чтобы донесение не попало в руки врагов; дневник же вёлся писарем) по типу staig-m-end=staigmud (: tarmud) при staig-ūs. 18. konigista* ‚паншчына, барщина“ < лит. kunigysté: kūnigas „уст. пан. барин, atu. kungs (ропаз)“ (Būga, R. R., 1, 545— 546), cp. бел. витебск. кунега „„неженка“‘ (1927 г.) < лтш. витебск.* кипеда. 19. pawarymas „кгвалтъ или толока (принудительная, от первоначального telkti > talka „добровольная взаимопомощь определённого рода‘‘) — неассимилированный литуанизм от varyti „загонять, гнать“*; толо- | ка — ранний балтизм. 20. лейть, мн. ч. лейти, -еве, лейцы „работники конюшни феодала“ (15— 16 сст.} < др.— лит. *leistis /laitis (Zaiciškių kaimai), возможно, с нем.: cumleutey, 1407 (Ateneum Wilienūskie 1, 257): Leute. 272 21. текунз (1510—1580) < др.— лит. tekiinas „kaimo vyresnysis, до установления реформой об волоках должности лавника старший в деревне", (мотивировано беганием при оповещении господской воли феодала, ср. зн. „pasiuntinys, bėgikas“ и tėkinas, DZKŽ 848— 9). 22. Слав. лавник > лит. lavnikas (> lavininkas) > польск. (в памятниках) lawnikaitis, -ciowi (Dat.) „сын лавника“ > lawnikaié — с лит. cyg). — ait — 23. (сукердь или skierdž (сохранилось диалектно в слав. говорах Виленщины) < лит. skefdZius = (1748— 1765 rr.) viršininkas > польск. virszynik „старший пастух“, лит. viršininkystė > польск. wirszyniko(w)stwo „время занятия должности W.“ 24. рыкуня или рыкуния? (и другие формы) ‚‚дворничка, ответственная за рост поголовья скота феодала; ключница; экономка“‘ (1544— 1773), подрыкуня и подрыкунянка ‚дочь подрыкуньи, помощницы рыкуньи“‘, рыкунич и порыкунич или рыкунойтис (сын рыкуньи или соответсвенно подрыкуньи) восходят к лит. гукапё, rykūnaitis от rikiūoti „наводить порядок, хозяйничать и т. п.“ Форма ричка молочница (Полтавщина)“° отмечалась в конце 19 ст. 25. ошвиник (MH. ч. ошвиники)? „‚крестьяниндосмотрщик кобылы великого князя (должность просуществовала до реформы о волоках) < др -лит. аёуйцтКа$: аёуа ‚‚кобыла““. | 26. ройтйник (MH. ч. ройтиники)? „путный боярин великого князя (путь)“* (1510—1703) < лит. raitininkas гонец, передающий письма (В. К.); служащий князю с конём. 27. жибентяйз (мн. ч. жибентяи) или жибентай ‚‚истопщик и человек, заботившийся об освещении великокняжеских хоромов и выполнявший другие придворные службы“ (1519—1530 rr., Витебщина, смотри дер. Жибентяи к книге IO. Трусманав) восходит к др. — лит. žibin-t-ėjas или zibin-t-ojas ; Zibinti „запаливать свет“. Нужно отметить, что ошвиники, ройтиники и жибентян были вольными крестьянами и за службу великому князю наделялись землями, постепенно обогащаясь и переходя в литовское боярское сословие. 28. койминик или кбйминец (MH. ч. койминцы) „люди похожие“, вначале безземельные вольные крестьяне, соседи магната, которые проживали на его землях на определённых условиях (1514— 1463) < лит. kaimininkas : kaimynas = др. — бел. коймин „сосед“. Койминцы (или люди похожие) сыграли большую роль в заселении пустующих земель феодалов на территории Белоруссии и Литвы и других территориях В. Л. К., потому что их освобождали от налогов (короли— на срок до 12 лет, магнать: — на срок до 4 лет), что делалось в надежде будущего полного закабаления: д. Коймино под Бобруйском (Атлас БССР 111— 112). 29. польск. werg „раб“ „невольник, холоп“ (1695—1766): лит. уёгgas; wergowstwo (N.) „холопство и T. п.; см. село Вергули в Бельском повете (Акты ВАК, т. 3, Указатель). 30. антрыник, онтрыник? (и много других форм), муж. р., антрыница ж. р. „второй работник от данного крестьянского хозяйства (обычно жена)“ 18. Kalbotyros klausimai, III 213 (1620— 1794) < лит. antrininkas, -ё: antras „второй“; унтрыник_> унтерництвоз:диал. untrininkas, „второй, не основной работник“. 31. бёндр или Génapa® „,себр(а), т. e. товарищ, соучастник в работе на данном хозяйстве и т. п.“ < лит. befidras (М.): beūdras прилог. „общий“, bendrauti „,себровать, дружить“‘; бендрбвство или бяндрбвство, польск. bendro(w)stwo „,сяброуства“ (1571 — 1665). 32. др.— бел. бицюль, польск. biciul®, — тот, кто имеет с кем-нибудь общих пчёл=хто маеть сполных себреных пчол албо пчолы наполны“ (1553 — 1767) < лит. bičiūlis: bitė „пчела“. Отметим следующие фразеологизмы литовского происхождения, часто встречающиеся в судебных документах: а) ульи или пчёлы себреные или бицюлевские; -пчоли сполные себреные; 6) дати у себровство пчолы наполы; пчолы наполы на сябровство роздати; пчолы наполы в сябровство взяти; пчолы наполы у сябровстве мети; пчолы усполные в себренстве держати; пчолы напол себреные; r) польск. м barciach siabrowac; д) водлуг себренства мёд выберати; сябровати пчолы наполы; x) miod polowiczny. Все эти фразеологизмы восходят к: а) прилаг. себрены(й) — калька с лит. bičiulinis; 6) bičiuliškai bites duoti, gauti, imti, prašyti ит. д. и T. п. По славянским фразеологизмам сейчас трудно восстановить литовские проформы. Однако сябровати пчолы наполыр— калька с лит. turėti bičiulystę, а термин себровство пчел— калька с литовского bičiulystė, Ведущий критерий определения заимствования — критерий лингвистической географии (см. русские юридические документы той поры). Дело в том, что среди древних литовцев и других соседних балтов был обычай дарить друзьям и соседям пчёл, причём мёд делился поровну. Но и этот обычай феодалы вскоре превратили в повинность отдавать помещику половину собранного мёда от своих собственных или себреных (полученных от помещика) пчёл. Во многих отношениях интересно отметит, что в древнейших судебных документах можно встретить случаи, когда так называемое себровство ‚пчел обычно имели поляк и литовец или поляк, белорус и татарин, что видно из фамилий: Курпеша и Микель Римдзевич с Шимком Торкатсм (татарином), 1553 г. Ковенский поветз. 33. Наконец отметим 4 термина — синонима для понятия „прымак“ (принятый на чужое хозяйство муж. вдовы или девушки): 1) др. — бел. ужкур или ушкур < лит. ий-Кигуз; 2) др. — бел. прейкш < лит. preikšas (ср. prei-kurys); 3) др. — бел. улаз (только в Литве) — калька с лит. Už- ~kur-ys: и7-51-Киг-Ы и бел. улазщь „забираться в (чужой) дом и т. I.“ 4) др. — бел прейкур. * * * Мы только отметили ту незначительную часть литуанизмов, которая была извлечена из архивных документов 14— 18 столетий литовским учёным проф. К. Яблонскисом. Но и среди этих заимствований мы видим и прямые заимствования, и слова, несколько раз переходящие из языка в язык, и кальки, и фразеологизмы. Соответствующие термины заимствовались не только потому, что не было у славянского населения своих терминов, отражавших литовские 274