Socialinės ir pedagoginės‑psichologinės daugiakalbystės problemos

LIETUVIŲ KALBOTYROS KLAUSIMAI, XXVIII (1989) KALBŲ RYŠIAI IR SĄVEIKOS ДВУЯЗЫЧИЕ, ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ЯЗЫК. ЛИТОВСКИЙ ЯЗЫК VYTAUTAS ŠERNAS СОЦИАЛЬНЫЕ И ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ МНОГОЯЗЫЧИЯ В Советском Союзе 127 языков: 36 иберо-кавказских, 25 тюркских, 24 индоевропейских, 22 монгольских, тунгусских, маньчжурских, 20 финно-угорских. Известно немало государств (Канада, Швейцария, Индия, Бельгия, Китай, Индонезия, Пуэрто-Рико, Турция и др.), в которых разные народы говорят на своих языках (государства многонациональны, но народы одноязычны). Советской стране также свойственно региональное одноязычие. Русские составляют около половины населения Советской страны: 52,4%, то есть 137 397 000 из 262 085 000 (1979 г.). Среди двуязычных — русские составляют 3,6% (Вестник 1980, 41, 42). Есть и многоязычие1, когда в одной республике, например в Советской Литве, функционирует несколько его типов: литовско-русский, русско-литовский, литовско-польский, польско-литовский и т. п. Чтобы исследовать взаимодействие языков в многоязычной республике, необходимо учитывать их социальные и педагогико-психологические2 явления, закономерности, особенности. Некоторые социальные проблемы многоязычия. Они стары, как и само человечество. За семьдесят лет в Советской стране здесь уже достигнуто многое: на X съезде партии, при участии В. Ленина, была утверждена программа просвещения народов России, согласно которой были созданы предпосылки для развития культуры и языков отдельных народов и народностей, расширились сферы употребления этих языков; документация на родном языке велась во всех отраслях народного хозяйства, на заводах; было выдвинуто требование назначать на ответственные посты людей, хорошо знающих язык местных жителей, их психологию и быт. На разных языках начали издавать художественную и научно-популярную литературу, публицистику, периодику. Всё это способствовало расцвету родного языка. Однако сегодня, до принятия закона о государственном литовском языке, сложилось совсем иное положение: сферы употребления родного языка были сильно сужены, руководители могли его не знать и т. д. «Практика национальных отношений многим обязана нашей теоретической мысли. Ведь это факт, товарищи, что вместо того, чтобы активно исследовать реальные явления национа- 1 Термином «многоязычие» (рус. многоязычие, нем. Mehrsprachigkeit, англ. multilingualism, фр. polyglossie) обозначаем практическое (не теоретическое) использование нескольких языков для различных целей (слушание, говорение, письмо, чтение, перевод или все виды речевой деятельности в совокупности). При необходимости многоязычие можно подразделить на трёхъязычие, четырёхъязычие и т. д. Говоря об изучении 3–4 языков в школе, мы условно также употребляем термин «многоязычие» (школьное, а не социологическое). За рубежом многие авторы используют термин «двуязычие» независимо от числа языков. Вероятно, понятие двуязычия наиболее удобно при рассмотрении исторических, генетических и структурных отношений только между двумя языками. 2 Возможны и другие подходы: исторический, географический, социологический, лингвистический, графический (в зависимости от возникновения письменности) и др. 135 В сфере национальных отношений […], некоторые специалисты в области общественных наук долгое время создавали трактаты «приветственного» характера, которые порой больше напоминали восторженные тосты, чем серьёзные научные исследования. Следует признать, что ошибки, допускаемые в сфере национальных отношений, и их проявления оставались в тени или о них не было принято говорить» (Горбачёв 1987 01 27). Недостатки общественных наук при исследовании национальных отношений свойственны и социолингвистике, анализу социальных проблем многоязычия: 1. Национальным меньшинствам Советской страны, составляющим половину (47,5%) всего населения страны (по данным переписи 1979 г.), помимо родного языка необходимо знать русский, а русским, полякам и другим меньшинствам, живущим в Литве, — хорошо знать государственный литовский язык. Система народного образования СССР добилась того, что литовцы хорошо овладевают русским языком. Но в нелитовских школах Литвы государственный литовский язык пока преподаётся очень плохо. Однако к какому типу двуязычия мы стремимся: 1) к адекватному параллельному использованию двух языков (A и B); 2) к ассимиляции языков, когда язык A уступает место языку B; 3) к смешению языков, когда из языков A и B образуется новая языковая система? По этому вопросу в стране нет единой позиции. В 1950—1965 годах проводилась кампания — через журнал «Русский язык в национальной школе» и другие каналы — за смешение языков в сознании билингва, однако от смешения языков A или B страдают производство, нарушается коммуникация и оперативная передача информации, а особенно — сами языки. Было отмечено и другое направление двуязычия — ассимиляция языков. Уже в начале 1960-х годов 60—70% опрошенных коми, марийцев, мордвы, удмуртов, осетин, чеченцев, бурят, ингушей и кабардинцев свободно владели родным и русским языками (Дешериев 1973, 93). Данные переписей населения 1959, 1970 и 1979 гг. показывают, что всё меньше представителей отдельных народов указывают язык своей национальности как родной; ср. (соответственно по годам переписи): 54,9%—51,3%—43,1% эвенков; 93,9%—81,6%—78,3% чукчей; 81,4%—58%—46,4% эвенков; 86,3%—69,1%—55,8% нанайцев; 76,3%—49,5%—30,6% нивхов. Однако власти спохватились, и в 1980 г. было принято постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О мерах по дальнейшему развитию экономики и социальной сферы районов проживания народов Севера». В постановлении говорится и о необходимости различных мер, которые помогли бы развивать языки народов Севера и изучать лингвистические и социологические аспекты формирования их письменности. Таким образом, советское правительство отвергло и ассимиляционное двуязычие, поскольку «национальные отношения в нашей стране — это животрепещущий вопрос реальной жизни. Мы должны быть чрезвычайно внимательны и тактичны во всех сферах, затрагивающих национальные интересы и национальные чувства людей» (Горбачёв 1987, 54). Заслуживают внимания слова Ч. Айтматова: «…некоторые вечно спешащие говорят, что национальные языки не нужны […], призывают поскорее слиться. Такой национальный нигилизм, хотя и скрываемый под подражанием интернационализму, на деле ещё более реакционен, чем сам национализм […]. Мир прекрасен тем, что он разнообразен и многолик. Таким его создала сама природа» (Известия 1987 06 20). Каждый народ хочет жить и сохранить свой язык. Ассимиляционная политика свойственна капиталистическому миру, «похожему на мельницу», которая перемалывает национальные различия (см. Ленин 1959, 34). Ленинской политике языков чужда ассимиляционная политика многоязычия. 136 Ассимиляционное двуязычие и ассимиляционная политика чужды ленинской политике языков. И это великое достижение Советской власти и её ленинской языковой политики, культурное достояние страны и предмет гордости. Ещё В. Ленин указывал, что при рассмотрении вопроса о языковой политике нельзя противопоставлять национальное общенациональному, их необходимо сочетать (Ленин (М., 1982). Т. 45. С. 240). Воспитывать любовь к своему народу и своему языку — не национализм. Приемлемо третье направление двуязычия: адекватное параллельное использование языков A и B, однако каждого — в соответствии с его назначением: скажем, литовского как государственного языка — в республике, а русского — как языка межнационального общения народов СССР. Необходимы согласованные усилия социологов, педагогов и психологов, чтобы целенаправленнее формировать такой тип двуязычия среди жителей республики. Учреждения образования, культуры и производства, предприятия и организации должны всемерно содействовать реализации концепции, разработанной учёными; одновременно необходимо преградить путь смешению языков в сознании людей. 2. Двуязычие может быть односторонним (жители A двуязычны, а жители B одноязычны) и двусторонним, когда жители A и B двуязычны. Данные переписи 1979 г. показывают, что на территории Литовской ССР русским языком как вторым свободно владеют 48% населения, в том числе 52,2% литовцев, 61% поляков, 44,9% белорусов, 46,3% украинцев, 29,8% евреев, 34% латышей, 49,7% татар, 35% цыган и 65,4% представителей других национальных меньшинств, проживающих в республике. Литовским как родным и вторым языком свободно владеют 85% населения; хорошо им владеют 55,8% латышей, 45,5% цыган, 36% русских и 32,5% евреев. Всего билингвальное население иных национальностей составляет 28,1%. В нашей республике преобладает одностороннее двуязычие: целых 52,2% литовцев свободно владеют русским языком, тогда как русские (36%), поляки (11,6%), белорусы (12,9%) и украинцы (15,5%) знают язык местного населения в 1,5–3–4 раза хуже. Очевидно, Литва гостеприимна к приезжим, как и к их культуре (Лейкис 1987 12 12). Следует вспомнить и эти слова В. Ленина: «Поскольку пережитки национализма представляют собой своеобразную форму защиты от великорусского шовинизма, решительная борьба с великорусским шовинизмом — вернейшее средство преодоления националистических пережитков» (Ленин 1978, 334—335). Как свидетельствуют материалы всесоюзной конференции «Развитие национальных отношений в условиях зрелого социализма», организованной ЦК КПСС, необходимо не только хорошо овладеть русским языком как средством общения народов СССР, но и стремиться к тому, чтобы «русские и представители других национальностей, оканчивающие школы республики, хорошо знали язык коренной национальности (знали её психологию, быт и культуру, чувствовали и уважали их. — В. Ш.). Это позволит активнее использовать их в народном хозяйстве, партийном и государственном аппарате, а также в сфере культуры» (Воспитывать … 1982, 52). Это также имеет большое значение для улучшения интернационального и патриотического воспитания жителей республики в духе взаимного уважения и терпимости. Содействовать формированию двустороннего двуязычия призвано и принятое весной 1987 г. постановление ЦК КП Литвы «О мерах по совершенствованию национальных отношений в республике и повышению эффективности интернационального и патриотического воспитания», в котором, среди прочего, говорится: «Всемерно помогать […] изучить литовский язык тем жителям республики, которые ещё им не владеют» (Тиеса, 1987 04 02). Эта мысль закреплена и в законе о литовском языке как государственном. Приемлемо направление двустороннего двуязычия, при котором контактирующие стороны знают языки друг друга. Чтобы добиться того, чтобы жители республики других национальностей выучили литовский язык 137 необходимо: сформировать систему потребностей в изучении литовского языка; подготовить и издать учебники литовского языка как неродного для самостоятельного обучения и приложить к ним соответствующую фонохрестоматию; обязать издательства периодически обеспечивать жителей республики словарями и словариками (литовско-русскими и др.); увеличить время обучения литовскому языку в русских и польских средних школах, сравняв его с количеством часов, отводимых на русский язык в литовских школах; начать подготовку учителей литовского языка и литературы для русских и польских школ; в начальных классах поручать преподавание литовского языка только специалистам по литовскому языку; добиваться, чтобы представители других национальностей, окончившие базовые школы республики, могли далее изучать основные предметы на литовском языке в ПТУ, техникумах и высших учебных заведениях; поощрять написание диссертаций по методике преподавания литовского языка и литературы в русских и польских школах; открыть русские и польские школы с углубленным изучением литовского языка. Редакции «Czerwony sztandar», «Tėvynės šviesa», «Komjaunimo tiesos», «Sovietskaja Litva», «Švyturio» и др. должны шире пропагандировать изучение литовского языка среди поляков и русских республики, помогать формировать мотивы и потребности в изучении этого языка, предлагать методические рекомендации. 3. Согласно данным, собранным К. Гаршвой и Й. Трифоновым в 1985–1986 гг., из 1075 опрошенных 78,2% указали, что хотят научиться говорить, читать и писать по-русски, 6% — читать и писать, 11,8% — только объясняться. 73,2% русских указали на потребность научиться говорить, читать и писать по-литовски, 3,4% — только читать и писать, 18,6% — только объясняться, а 4,6% не ответили. Представленные данные показывают, что основной целью преподавания русского языка в общеобразовательных и специальных средних школах республики должно быть комплексное обучение: не только разговорной речи, как рекомендуется в действующей программе русского языка для V–IX классов школ с литовским языком обучения, но и чтению, и письму. Такая же цель должна быть поставлена и в программах литовского языка для школ с русским и польским языками обучения. 4. При создании национальной школы необходимо незамедлительно расширять исследования трехъязычия. Привлекать к ним не только педагогов, но и психологов, физиологов и социологов. Ведь ученые республики, страны и мира решительно выступают против изучения второго и третьего языков до тех пор, пока в психике учащихся не закрепился родной язык, пока он не стал средством общения, пока не началось изучение письменной формы родного языка (см. Jacikevičius 1970, 27, 51, 80, 250, 255; Русский язык в национальной школе 1987, 21; Вайнрайх 1979, 129–131, 139–142; Balčikonis 1978, 106; Daukšytė 1980, 141; Laužikas, Ulvydas, Vabalas-Gudaitis, Komenskis, Sauvugeot и др.). Насколько мне довелось заметить при изучении обучения нескольким языкам, овладение тремя языками в раннем детстве может вызывать различные нежелательные физиологические и психические явления, особенно у учащихся с более слабой психикой и здоровьем, замедленным ростом и т. п.: при письме смешиваются алфавиты языков, в психике учащихся путаются понятия и языковые системы. Это стихийное многоязычие мешает изучению русского, родного и других языков. Кроме того, оно может вызвать у учащихся заикание, замедлить развитие детской психики и познавательных способностей, поскольку ребенку приходится затрачивать много сил и времени, чтобы усвоить новый материал, вступающий в интерференцию. И еще: сколько усилий потребуется от учителя и детей, чтобы сохранить в памяти информацию, полученную на уроках языков?! А какое практическое значение для формирования личности ребенка будет иметь то, что в начальных классах он, скажем, выучит 200 русских 138 или других слов? Единственным преимуществом могло бы быть лишь то, что правильное произношение иностранного языка усваивается легче. Не принес бы больше пользы интенсивный курс иностранных языков, сосредоточенный в V–XII классах?.. 5. Стремясь научить нескольким языкам, порой в итоге не обучают должным образом ни одному: ни родному, ни русскому. Учащиеся не только не умеют связно выражать свои мысли, но и остаются малограмотными. Это особенно характерно для учащихся тех литовских школ, где сильна русская или польская языковая среда. Например, учащиеся I курса одного из вильнюсских ПТУ писали простейший диктант по литовскому языку для IX класса, который учитель оценил так: 22 единицы и 4 двойки. Никто не получил тройки или четверки. Очевидно, учащимся литовских школ, находящихся в русской или польской языковой среде, необходимо усилить преподавание литовского языка, создать условия для посещения соответствующих факультативов по литовскому языку и т. п. 6. В 1913 г. В. Ленин писал в статье «Критические заметки по национальному вопросу»: «Устранить всякое феодальное угнетение, всякое угнетение наций, всякие привилегии одной нации или одного языка — несомненная обязанность пролетариата как демократической силы» (Ленин 1983. Т. 24. С. 128). По числу изданных книг наша республика значительно отстает от среднего показателя по стране, РСФСР, Эстонии и других республик (ср.: в 1985 г. СССР издал 778 книг на 100 жителей, РСФСР — 1206, Латвийская ССР — 664, Эстонская ССР — 1131, а Литовская ССР — всего 612). Литовская ССР отстает и по выпуску периодических изданий, научных книг и брошюр (см. Liekis 1987 12 12). Кроме того, книжные магазины районов, например Алитуса, Расейняй и др., а также некоторых городов завалены книгами литовских писателей на русском языке, которые мало кто покупает, тогда как даже при большом желании не достать произведений этих авторов на литовском языке. Книги издаются и распространяются без достаточного учета спроса на них. Если РСФСР в 1988 г. должна была выпустить комплекты для изучения 16 иностранных языков объемом 160 печатных листов, то Литовская ССР — лишь один комплект (раз в 3—5 лет) объемом 5 печатных листов, да и тот ротапринтным способом. Эти и подобные обстоятельства создают определенный диссонанс, нарушают завет В. Ленина пролетариату как демократической силе — устранить «привилегии одной нации или одного языка», отрицательно сказываются на воспитании интернациональных чувств. Ни на минуту нельзя забывать, «что мы живем в многонациональном государстве, где все экономические и социальные, культурные, правовые решения всегда непосредственно затрагивают и национальный вопрос. Будем действовать по-ленински: максимально развивать потенциал каждой нации, каждого народа Советского Союза» (Горбачев 1987, 54). Сильный народ — сильное государство! Некоторые педагогико-психологические проблемы многоязычия. Обращу внимание на важнейшие вопросы, возникающие при обучении нескольким языкам. 1. В психике полиглота языковые явления, согласно Л. Щербе, образуют определенные системы ассоциаций, которые могут взаимодействовать между собой по-разному: 1) оба языка образуют две отдельные автономные системы ассоциаций, не связанные друг с другом (автономные области мышления, чистое двуязычие); 2) формируется одна общая, недифференцированная, смешанная система ассоциаций. В этом случае «каждый элемент языка имеет […] свой непосредственный эквивалент в другом языке, перевод не представляет для говорящего никакого затруднения […] 139 Возможно, было бы неточно сказать, что люди, о которых мы говорим, владеют двумя языками: они владеют только одним, но этот язык имеет две формы выражения, и используется то одна, то другая». (Щерба 1958, 48). Эта форма многоязычия вызывает языковую интерференцию в психике индивида. Практика показывает, что стихийное многоязычие обычно бывает смешанным. В его условиях речь человека, выучившего язык, изобилует лексическими, синтаксическими и произносительными иноязычными элементами. Л. Щерба признаёт единственный способ ограничения смешанного многоязычия — «сознательную опору на родной язык учащихся» (Щерба 1958, 57). Таким образом, педагогическое формирование многоязычия тесно связано с переносом внутренних закономерностей и правил одного языка (интерференция и транспозиция) на другой язык в области произношения, лексики, фразеологии, грамматики, орфографии, графики, пунктуации и стилистики (см. Взаимодействие… 1971; Шярнас 1976, 150—189; Šernas 1979, 35—39 и др.). Таким образом, обучение языкам в республике должно было бы способствовать формированию сознательного, координированного многоязычия, преграждать путь стихийному многоязычию в психике школьников и студентов, однако фактически этого сейчас не происходит. В этом убеждаемся, проанализировав программы и учебники литовского, русского, иностранных и других языков. 2. Учащемуся, студенту быстрее овладеть другими языками (по мнению 87 учителей литовского, русского и иностранных языков) помогают: умение пользоваться потенциальным словарным запасом, когда незнакомые производные слова понимаются на основе выученных основных слов этого языка (так считают 76% опрошенных учителей); международная лексика (82,7%); оперативное пользование словарём (74,8%); образная речь, умение её развивать (50,8%); опыт разбора предложений (74,8%); нетерпимость к языковым недостаткам (77,3%); развитие памяти учащихся (89,3%); навыки оценивания (68%); умение логически мыслить (89,3%); навыки конспектирования (68%) и рецензирования (65,3%); техника чтения и понимание прочитанного (88%); навыки выразительного чтения (78,7%); применение коррекции и автокоррекции (77,3%); навыки техники письма (90%); орфографическая зоркость (88%) и др. Борьбе с явлениями языковой интерференции, как показывают ответы упомянутых учителей литовского, русского и иностранных языков, помогают практическое сопоставление языковых систем и явлений; переводы с литовского на другие языки или с других языков на литовский; ситуативные упражнения; упражнения только на одном языке; применение моделирования; контрастивные, фонетические, стилистические упражнения; всесторонний анализ текста. Преодолению интерференции явлений внутренней системы нового языка помогают рисунки (скажем: žámok и zamók). 3. Обратимся к следующим принципам лингводидактики, их правилам, характерным для обучения родному, русскому или иностранному языку (подробнее см. Шярнас 1976, 100—190): функционально-эвристический принцип, требующий: а) создавать систему обучения, опираясь на функциональную грамматику и языковой минимум, широко применять различные эвристические методы обучения, алгоритмы и схемы; б) сочетать сознательное и интуитивное изучение языка, связывая его со сферой подсознания; в) заботиться о повторении изучаемых языковых явлений в упражнениях и о постепенном усложнении этих упражнений; принцип интеграции, согласно которому необходимо комплексно обучать языку в соответствии с конкретными целями, постоянно учитывая взаимосвязь и обусловленность различных видов речевой деятельности и языковых уровней, использовать и развивать различные познавательные способности учащихся: мышление, воображение, эмоции, волю, внимание, память 140 (зрительную, слуховую, моторную; кратковременную и долговременную); постоянно сочетать дедуктивное и индуктивное введение нового языкового материала и его систематизацию, формировать языковые навыки; принцип формирования положительной установки, требующий создания трех уровней формирования и регулирования установки: а) когнитивного (познавательного), связанного с интериоризированными ценностными целями, смысловой установкой школьника или студента; б) состояния положительных эмоций, аффекта, мажора (постоянной положительной готовности к деятельности); и в) деятельности (творческой, речевой, мыслительной, учебной и др.), когда человек с удовольствием осуществляет свои цели, замыслы (см. Šernas, Ramoškienė 1987, 168–177; Šernas 1987, 110–112); ситуативно-тематический принцип, требующий обеспечить создание и использование учебных и естественных коммуникативных ситуаций, целенаправленное обогащение языка и духовного мира личности в соответствии с намеченными темами; учет взаимодействия языков и культур в обучении, основанный на соответствующих теориях (Шярнас 1976, 150–188). Рассмотрение социологических проблем показывает, что необходимо совершенствовать, продолжая улучшать функционирование языков в республике. Анализ педагогических и психологических проблем открывает реальные пути формирования в сознании индивида гармоничной, координированной многоязычности, чтобы быстрее изжить широко распространенную в Литве стихийную, смешанную многоязычность. LITERATŪRA Leninas V. Nacionalinės politikos ir proletarinio internacionalizmo klausimai. V., 1959. Leninas V. TSKP apie proletarinį internacionalizmą. V., 1978. M. Gorbačiovo kalba TSKP CK sausio plenume // Tiesa, 1987. Sausio 27. Gorbačiovas M. Spalis ir persitvarkymas: revoliucija tęsiasi. V.: Mintis, 1987. Balčikonis J. Rinktiniai raštai. V., 1978. T. 1. P. 106. Daukšytė J. Lietuvių ir rusų kalbų mokėjimo lygio, kaip ankstyvosios ir vėlyvosios dvikalbystės formavimosi rezultato, palyginimas // Mokymo ir auklėjimo klausimai. V., 1980. P. 77–78. Jacikevičius A. Daugiakalbystės psichologija. V.: Mintis, 1970. Liekis A. Spauda ir kultūra // Literatūra ir menas, 1987. Gruodžio 12. Šernas V. Brolybės ir draugystės kalba // Komunistas, 1983. Nr 10. P. 25–28. Šernas V. Kai kurie pedagoginiai ir sociologiniai kalbų mokymo aspektai daugiakalbystės sąlygomis // Socialinės lingvistikos problemos: Lietuvių kalbotyros klausimai, XIX. V.: Mokslas, 1979. P. 35–40. Šernas V. Teigiamos nuostatos sudarymo pedagoginiame procese principas // Harmoningai išsivysčiusios visuomeniškai aktyvios studento asmenybės ugdymas vykdant TSKP XXVII suvažiavimo nutarimus. V., 1987. P. 110–112. Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 45. Вестник статистики. 1980. № 7. С. 41, 42. Взаимодействие языков в процессе обучения / Под ред. В. Шярнаса. Вильнюс, 1971. Воспитывать убежденных патриотов-интернационалистов. М., 1982. Дешериев Ю. Развитие национальных языков и языка межнационального общения // Коммунист. М., 1973. № 1. Русский язык в национальной школе (проблемы лингводидактики). / Под ред. Н. М. Шанского и М. З. Бакеевой. М.: Педагогика, 1977. 141 Шярнас В., Рамошкене А. Принцип создания педагогической установки как основа развития самостоятельной учебной деятельности // Науч. тр. вузов ЛитССР. Педагогика. Т. 22. 1987. С. 168–179. Шярнас В. Очерки по лингводидактике. Вильнюс: Мокслас, 1976. Щерба Л. В. Избранные работы по языкознанию и фонетике. Л., 1958. Т. 1. СОЦИАЛЬНЫЕ И ПЕДАГОГИКО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ МНОГОЯЗЫЧИЯ Резюме На основе исследования, анализа социальных явлений в республике и стране делается несколько выводов, важных для дальнейшего функционирования дву- и многоязычия среди населения республики, корректировки создавшегося состояния (конкретные цели и задачи обучения русскому, литовскому как второму; необходимость исследования раннего массового трехъязычия; необходимость корректировки издательской работы, оказавшейся в Литве на более низком уровне, чем в других республиках, и др.). В статье выдвигаются и некоторые, наиболее важные, педагогико-психологические положения, имеющие большое теоретическое и практическое значение для согласованного, координированного изучения нескольких языков (учет принципов лингводидактики, использование филологического и культурного опыта обучаемых и др.).