Naujieji kontaminaciniai dariniai lietuvių kalboje

RITA MILIŪNAITĖ Институт литовского языка Направления научных исследований: нормирующая лингвистика, социолингвистика, интернет-лингвистика. НОВЫЕ КОНТАМИНАЦИОННЫЕ ОБРАЗОВАНИЯ В ЛИТОВСКОМ ЯЗЫКЕ Новые контаминации в литовском языке АННОТАЦИЯ В статье рассматриваются заметно участившиеся в последнее время в употреблении литовского языка контаминационные образования, причины и источники их появления, особенности структуры и функционирования. Исследование опирается на новейшие данные из электронного Электронного словаря литовских неологизмов, который ведётся в Институте литовского языка. До сих пор в литовском языкознании подобных исследований не проводилось из-за скудости данных и представления о том, что это периферийные явления, не заслуживающие особого внимания. Кратко представлен контекст исследований контаминационных образований в английском языке и связанная с ними проблематика. В приложении к статье приводится список примерно из 80 контаминационных образований, зафиксированных в современном литовском узусе. АННОТАЦИЯ В статье анализируется обилие контаминаций, появившихся в последнее время в литовском языке, причины и источники их возникновения, а также особенности их структуры и функционирования. Исследование основано на новейших данных из электронного Словаря литовских неологизмов, подготовленного Институтом литовского языка. В литовском языкознании подобные исследования ранее не проводились из-за нехватки данных и представления о том, что контаминации — маргинальные явления, не заслуживающие особого внимания. Кратко представлен контекст исследований словообразования контаминаций в английском языке и возникающих в связи с ним проблем. В приложении к статье приводится список из 80 контаминационных образований, зафиксированных в современном литовском языке. КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: словообразование, неологизм, контаминационное образование, литературный язык, стилистика. КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: словообразование, неологизм, контаминация, литературный язык, стилистика. 246 Acta Linguistica Lithuanica LXXI Naujieji kontaminaciniai dariniai lietuvių kalboje 1. ВВОДНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ Новая лексика литовского языка вызывает всё больший интерес исследователей и общества, поскольку в последние десятилетия в этой области происходят быстрые и интенсивные изменения. Наблюдая новые явления современного словоупотребления, исследователи прежде всего обращают внимание на новые заимствования. Изучается их приспособление к орфографии, акцентуации, произношению, лексической и грамматической системе литовского языка, соотношение с возможными литовскими эквивалентами (часть которых также представляет собой новые образования или слова, приобретшие новые значения), а также языковые установки носителей языка в отношении новых заимствований и их эквивалентов. В Государственной комиссии по литовскому языку постоянно ведётся работа по нормированию новых заимствований. Наряду с этими новыми явлениями литовского языка в значительной степени остаются в стороне не связанные непосредственно с заимствованиями новообразования. Часть из них, уже закрепляющихся в употреблении, войдёт в Словарь современного литовского языка, который готовится в Институте литовского языка. Сложнее обстоит дело с исследованиями окказиональных образований — единичных, авторских, ситуативных новообразований. Такие образования относятся скорее к области стилистики как выразительные средства. По отдельности они включаются в различные более общие исследования или контексты, например, при описании лексики какого-либо автора или характеристик функциональных стилей и жанров, однако подробных исследований, посвящённых исключительно новообразованиям, почти нет. Это понятно, поскольку собрать из различных источников статистически значимые данные о редких периферийных явлениях употребления без цифровых инструментов непросто. Когда в Институте литовского языка начали систематически регистрировать и исследовать новую лексику XXI века, было замечено, что из общего потока неологизмов выделяется небольшая, но интересная группа — контаминационные образования, один из видов окказиональных образований (например, darbostogos, okupendumas, miaujiena и т. п.). Хотя контаминационные образования функционируют в литовском языке как редкие единичные слова, накопление их более значительного корпуса показывает экспрессивность многих из них и некоторые общие закономерности возникновения. Цель статьи — на основании новейших данных электронного Банка неологизмов литовского языка (далее — ND), пополняемого в Институте литовского языка, рассмотреть контаминационные образования, заметно участившиеся в последнее время в литовском употреблении, причины и источники их возникновения, особенности их структуры и функционирования в речи, а также кратко представить контекст зарубежных работ по этой тематике (исследований контаминационных образований в английском языке). О контаминационных образованиях, участившихся в употреблении, — как возникших на собственной языковой почве, так и калькированных или заимствованных, — имеет смысл говорить также для того, чтобы обновить сложившееся в литовском языкознании представление о них и пополнить фонд примеров неологизмов этого типа, используемых в научной и учебной литературе. Straipsniai / Articles 247 RITA MILIŪNAITĖ 2. ПОНЯТИЕ КОНТАМИНАЦИОННЫХ ОБРАЗОВАНИЙ Вероятно, из-за разнообразия самого явления — контаминационных образований — их понимание может существенно различаться даже в пределах одного и того же языка. В литовском языкознании не было веских оснований для возникновения разногласий во мнениях, поскольку сами эти образования почти не исследовались. 2.1. Определения и наименования контаминационных образований Ещё в 1880 г. немецкий лингвист и лексикограф Герман Пауль употребил термин контаминация для обозначения словесных слияний, возникающих при случайной оговорке, то есть в результате речевых ошибок; позднее это понятие было расширено и стало охватывать подобные синтаксические образования (ср. Fisher 1998: 34). На литовском языке о контаминационных образованиях писали немного, поскольку они сами по себе редки в литовском языке. Пранас Скарджюс рассматривает их в сочинении Lietuvių kalbos žodžių daryba среди производных неологизмов и посвящает им абзац (Skardžius 1943: 21): Контаминационные образования — это слова, которые в результате смешения образованы из двух синонимичных или каким-либо образом родственных слов. Например, ekertis, ekertė Iž I 6951 представляет собой контаминацию eketis (–ė) + ker̃ta, kակoryt̃ «послезавтра» Tvč. — из kakarykų + rytas, suvisai «совершенно» LB 228 — из suvisu + visai, žabagarai «мелкие хворостины, из которых делают вязанки, обломанные, оббитые сучья» Šdv., Ob. — из žabai + žagarai и др. Возможно также, что корень vamb- в жмудском слове vambolė «жук» образовался из vab- + bamb- (в слове bãmbalas); см. Endzelin MLV IV 467. В книге Винцаса Урбутиса Žodžių darybos teorija контаминационные образования впервые упоминаются среди окказиональных образований, однако особо подчёркивается, что подобные «явления речи» не имеют ничего общего со словообразованием (Urbutis 2009: 324): Словообразование касается только образований, а не фонетических или иных переделок, замены одних слов текста другими, последствий контаминации и тому подобных вещей. В пояснении контаминации, приведённом в сноске к этой цитате, В. Урбутис опирается на В. Дресслера и рассматривает это явление как «фонетически обусловленное ошибочное смешение в речи двух слов, близких в каком-либо отношении», то есть как случайность, однократно возникающую в акте речи. В другом месте книги В. Урбутис разграничивает собственно контаминацию (то есть упомянутое «непреднамеренное смешение в речи двух чем-либо близких слов (своеобразное заплетание языка)») и «сознательное смешение двух слов (англ. blending, blend), соединение их фрагментов в одно слово» (Urbutis 2009: 354–355). Что касается последнего случая, то… 1 Сокращения источников — как у автора. 248 Acta Linguistica Lithuanica LXXI Naujieji kontaminaciniai dariniai lietuvių kalboje Опираясь на труды зарубежного языкознания, отмечается, что он включается в описания словообразования некоторых языков, однако, как утверждается, видно, «что форма соединительных фрагментов весьма нерегулярна, их появление часто можно установить лишь из контекста или же их приходится заучивать», то есть это не грамматический (морфологического характера) процесс, а его результаты, так называемые бленды, — словообразовательно нечленимые (немотивированные) слова, являющиеся предметом изучения только лексикологии. Приводится всего один пример бленда: англ. brunch «поздний завтрак, объединяющий завтрак и ланч» (из br/eakfast «завтрак» и l/unch «ланч») (Urbutis 2009: 355). О контаминационных образованиях говорится также в двух справочных изданиях по литовскому языкознанию: Kalbotyros terminų žodyne и Lietuvių kalbos enciklopedijoje. В первом явление контаминации определяется довольно обобщённо — как смешение (Gaivenis, Keinys 1990: 108): Возникновение нового слова или выражения путём смешения частей двух слов или выражений: žabag aras ← žabas и žagaras, англ. motel «мотель» ← motor и hotel. В Lietuvių kalbos enciklopedijoje (статья подписана В. У., то есть Винцасом Урбутисом) контаминация определяется и как языковое явление, и как явление речи (LKE 2008: 282): kontaminãcija — смешение, скрещение двух близких единиц речи или языка, в результате которого возникает новая, промежуточная единица (бленд). Однако дальнейшее пояснение, что в основе возникновения блендов лежит психологическая причина, то есть «неуверенность говорящего в том, какую из конкурирующих единиц выбрать», показывает, что применительно к случаям лексической контаминации придерживаются узкого понимания блендов: контаминационные «результаты обычно воспринимаются как единичные речевые ошибки и лишь изредка закрепляются в языке». Примеров приводится несколько больше, чем в упомянутых выше источниках: dvelė из dvasia и vėlė; диал. krezdingà, kregždìngà и у Йонаса Бреткунаса blegzdinga из blėzdingà и krẽgždė; žabag aras из žabas и žagaras; žvìzdras из žìzdras, žieždras и žvìrždas. Кроме того, в этой энциклопедии не только упоминается синтаксическая контаминация (как и в Kalbotyros terminų žodyne — возникающая при смешении частей выражения), но и приводится один её пример: pakelti tostą из pakelti taurę и (pa)skelbti, pasiūlyti tostą. Таким образом, признавая, что морфемный анализ контаминационных образований невозможен или возможен лишь в ограниченной мере, поскольку новые лексемы образуются путём слияния частей морфем либо одной морфемы с частью другой, литовское языкознание не относит смешение к процессам словообразования в традиционном понимании. Пожалуй, это всё существенное, что можно найти в литовском языкознании о контаминационных образованиях, или блендах. Straipsniai / Articles 249 RITA MILIŪNAITĖ В англоязычной литературе о контаминационных образованиях принято говорить, что это два значения, упакованные в одно слово. Понятно, что в языке ищут способы как можно компактнее обозначить явление, возникающее как гибрид двух других явлений. Утверждается, что успех и выразительность создания контаминационных образований зависят от того, насколько хорошо в образовании распознаются фрагменты разных слов. Тем не менее лексическое значение не всех контаминационных образований можно определить без контекста даже после распознавания этих фрагментов, но именно в этом и заключается особенность окказиональных образований. Образ «упакованной вещи» возникает не случайно. В английском языке используются два разных слова для обозначения контаминационных образований: blending (как словообразовательного процесса), а также blend (как результата словообразования) и portmanteau (чаще всего для обозначения одной разновидности контаминационных образований)2. Термин blending можно перевести как слияние, смешение: новая лексема создаётся путём соединения частей как минимум двух производящих слов, причём хотя бы одно из этих слов сокращается за счёт пропуска некоторых фонем (Gries 2004: 639, например: br[eakfast] ‘завтрак’ + [l]unch ‘ланч’ → brunch ‘поздний завтрак’, fool ‘дурак’ + [ph]ilosopher ‘философ’ → foolosopher ‘дурафилософ’3); таким образом, оно образуется не обязательно из целых морфем, чем и отличается от традиционных способов словообразования. Результат словообразования — blend – смешанное слово, или контаминационное образование. Иногда смешанными словами (как уже упоминалось, и в литовском языкознании) называют не только отдельные слова, но и более крупные языковые единицы. Слово portmanteau в английском языке стали употреблять в сочетании portmanteau luggage — «чемодан из двух складывающихся друг в друга частей»4, поэтому portmanteau по-литовски — своего рода «складень». Это слово впервые употребил для обозначения своеобразных образований, особенно таких, которые случайно возникают как оговорки, известный британский писатель, любивший экспериментировать со словами и публиковавшийся под псевдонимом Льюис Кэрролл, в книге «Алиса в Зазеркалье» (1871) (ср. Fisher 1998: 34). Например, созданное им слово slithy образовано слиянием слов sli[m]y ‘скользкий’ и lith[e] ‘гибкий’; или: frumious из fuming ‘дымящийся, чадящий; испаряющийся’ и furious ‘разъярённый; 2 Ср. blend — «слово, образованное из частей других слов путём сочетания их значений, например, motel из motor и hotel» (доступно в интернете: http://www.oxforddictionaries.com); «слово (например, brunch), образованное путём смешения других слов или их частей»; portmanteau — «слово или морфема, форма и значение которых возникли в результате слияния двух различных форм (например, smog из smoke и fog) (доступно в интернете: http://www.merriam-webster.com/dictionary). 3 Слово kvailosofas в литовском употреблении (с помощью поисковой системы Google и корпуса текстов ВУ) обнаружить не удалось (по состоянию на 24.09.2014), однако это один из примеров того, как при необходимости такое слово нетрудно образовать или перевести; образование foolosopher считается самым ранним зафиксированным контаминационным образованием в английском языке (конец XVI в.) (Lehrer 2007: 116). 4 Ср. франц. porte-manteau (porter ‘нести’, manteau ‘пальто’) в современном французском языке означает вешалку для одежды, шляп и зонтов. 250 Acta Linguistica Lithuanica LXXI Naujieji kontaminaciniai dariniai lietuvių kalboje «свирепый», а это, по словам одного из персонажей этой книги, и есть «два значения, упакованные в одно слово». С тех пор в английском языке словом portmanteau (words) называют слова, образованные из частей двух или более слов (не обязательно морфем, при этом некоторые фонемы опускаются) и основанные прежде всего на сходстве звучания и значений (заметно появляться в употреблении они стали ещё в XIX в.). Хотя в лингвистической литературе их определение несколько различается (иногда оно шире, чем эта разновидность речевых оговорок), можно сказать, что такие «складни» составляют часть контаминационных образований (blends); иногда для обозначения контаминационных образований употребляется также сочетание portmanteau blends. Следует отметить, что контаминационные образования необходимо отличать от образований, обычно создаваемых путём стяжения словосочетания в одно слово. Для литовского языка такой способ словообразования не очень характерен, однако под влиянием русского языка во второй половине XX века в употреблении заметно возросло число подобных образований (как нарицательных, так и собственных — названий предприятий), как заимствованных, так и переведённых поморфемно (например, kolūkis ← kolektyvinis ūkis по модели колхоз ← коллективное хозяйство). Подобные образования, за небольшими исключениями, в литовском языке считаются нарушением нормы (genrangovas ← generalinis rangovas, vetpunktas ← veterinarijos punktas и др.)5. 2.2. Проблематика исследования контаминационных образований Зарубежная литература о контаминационных образованиях несравненно обширнее; исследования только английского языка гораздо более подробны и масштабны — там и самих контаминационных образований значительно больше. Словослияние, или контаминация, ещё несколько десятилетий назад считалось в английском языке периферийным явлением, связанным с неологизмами, однако в последнее время оно признаётся одним из распространённых и продуктивных способов словообразования в английском языке, а исследования контаминационных образований стали очень популярными (см. Lehrer 2007: 115). Количество контаминационных образований в английском языке обусловлено узнаваемостью исходных слов и простотой их структуры (Gries 2004: 639). Как показывают исследования разных авторов, объём анализируемых данных (в основном собранных ещё до использования цифровых инструментов) обычно не превышает 100–600 исследуемых слов. Статистически изучается структура контаминационных образований (ср. Fisher 1998: 35–43), их орфографические и фонемные особенности; рассматривается их семантика и семантические отношения между исходными словами после их контаминации; проводятся психолингвистические эксперименты по восприятию контаминационных образований (ср. Lehrer 2007: 115–133) и т. п. 5 См. пункт 2.3.2 раздела «Структура слов» в Списке грубых языковых ошибок: «Сложные сокращённые слова, образованные из начала одного или нескольких слов и последнего слова целиком» (доступно в интернете: http://vlkk.lt/lit/lt/klaidos/zodziu). Straipsniai / Articles 251 RITA MILIŪNAITĖ Ši problematika išsamiai atskleidžiama Stefano Th. Grieso straipsnyje (žr. Gries 2004: 639–667 ir ten nurodytą literatūrą). Ji nusakoma taip: 1) kaip sąmaišą atskirti nuo kitų žodžių darybos procesų? 2) pagal kokius kriterijus atskirti vienos rūšies kontaminacinius darinius nuo kitų? 3) kas lemia kontaminacinių darinių struktūrą (kodėl jie sukuriami vienokiu ar kitokiu būdu)? Большинство исследований посвящено проблематике первого и второго аспектов. Предлагаются различные критерии классификации контаминационных образований, но признаётся, что созданию целостного разделения на группы препятствуют их вариативность по одним и тем же параметрам и различные оговорки. Чаще всего предлагаются следующие признаки разграничения: 1) образования, имеющие фонемное наложение6 (они далее подразделяются в зависимости от того, в каком месте и какое сокращение морфем и наложение возникают, а также от того, является ли фонемное наложение основным способом их образования или лишь вспомогательным); 2) образования, возникшие в результате сокращения исходных слов; 3) образования, возникшие смешанным способом — сочетанием первого и второго способов. Эти признаки дополняются другими параметрами (части речи, длина слогов, морфологические особенности исходных слов, семантические признаки денотата контаминационного образования и др.). В то же время признаётся, что каждое контаминационное образование уникально и, помимо общих словообразовательных тенденций, имеет индивидуальные особенности (например, ритмические). Пожалуй, самый интересный вопрос, связанный с проблематикой контаминационных образований, — третий. Поскольку такое образование теоретически может возникнуть в результате слияния нескольких слов разными способами и создания самых разнообразных вариантов7, важно выяснить, что определяет конкретный результат. Одна из гипотез, далеко не всегда подтверждающаяся, заключается в том, что более длинное из исходных слов диктует свои условия и, чтобы образование было более узнаваемым, от этого исходного слова сохраняется более длинный фрагмент. Статистические исследования отчасти подтверждают эту тенденцию: второе слово в образовании чаще оказывается длиннее, и от него опускается больший фрагмент. На способ слияния влияют частотность исходных слов (корот- 6 Ср. англ. overlap «частичное совпадение, наложение» (Bronislovas Piesarskas. Anglonas, 2005); так называют случаи, когда несколько исходных слов содержат одинаковое сочетание фонем или графем, а при образовании контаминаций одно из повторяющихся сочетаний опускается. 7 В интернете можно найти немало генераторов, созданных для образования контаминаций в английском языке. Их тестирование показывает, что, например, теоретически в английском языке возможно до нескольких десятков вариантов слияния двух слов (один из таких генераторов доступен в интернете: http://www.portmanteaur.com).). Если ввести в генератор два литовских слова darbas и atostogos, получится 18 образований, возможных согласно закономерностям образования английских контаминаций (например, dastogos, dartostogos), среди которых было и одно реально зафиксированное в современном употреблении литовского языка — darbstogos (как калька с английского — worli-day ← work + holiday). 252 Acta Linguistica Lithuanica LXXI Naujieji kontaminaciniai dariniai lietuvių kalboje более значимый и более частотный в употреблении, обозначающий прототипическую категорию, обычно предшествует в контаминации). Положение точки слияния во многом определяется фонетическими особенностями сталкивающихся исходных слов, особенно составляющих их согласных. Также отмечается, что контаминационные образования создаются при сохранении равновесия между двумя противоположными факторами — узнаваемостью исходных слов и простотой строения (произношения, написания) производных, что и не позволяет создать общую модель контаминации, объясняющую эти процессы. Поэтому склонны признавать, что контаминационные образования — одна из наименее предсказуемых категорий образования новых слов. 2.3. Строение контаминационных образований Хотя контаминационные образования создаются с учетом структурных и семантических особенностей конкретных сливаемых слов, можно выявить общие закономерности их строения. В различных источниках для английских контаминационных образований по способу образования чаще всего выделяют следующие крупные группы (которые подразделяются и на более мелкие)8: 1) сокращаются оба исходных слова, например: robo[t] «робот» + [kanga]roo «кенгуру» → roboroo «робот в облике кенгуру»9; sk[irt] «юбка» + [sh]ort[s] «шорты» → skort «юбкошорты»; free «бесплатный» + [premium «премиум» → freemium «бизнес-модель, при которой часть товаров или услуг предоставляется бесплатно, чтобы привлечь больше потребителей к платным товарам или услугам»; 2) сокращается только начало второго исходного слова: boy «парень» + [burlesque < итал. burlesco «бурлеска» → boylesque, лит. boileska10 «мужская разновидность бурлеска (танца, в котором танцующая женщина соблазнительно подчеркивает свою женственность)»; hack «взламывать компьютерную систему; увлеченно заниматься программированием» + [marathon «марафон»→ hackathon, лит. hakatonas «марафон разработчиков программного обеспечения (многодневное мероприятие), в ходе которого вместе с графическими дизайнерами ставятся творческие и образовательные цели»; 8 Поскольку английская орфография не является фонетической, образование контаминационных форм представляет собой отдельную проблему, связанную как с фонетическими, так и с графическими особенностями исходных слов, однако в этой статье она не рассматривается. 9 Значения контаминационных образований, приведенных в статье и приложении к ней, можно найти в Базе данных новых слов литовского языка (http://naujazodziai.lkki.lt/); те, значение которых без контекста может быть совершенно неясным, кратко описаны в статье. 10 Указывается, если в литовском языке употребляется такое заимствование. Straipsniai / Articles 253 RITA MILIŪNAITĖ 3) сокращается только окончание первого исходного слова: coff[ee] «кофе» + office «офис» → coffice, лит. kofisas «кафе, где обычно собираются люди, работающие на себя, и проводят там день за работой (пользуясь бесплатным доступом в интернет) и потягивая кофе». Встречаются и более редкие контаминационные образования, состоящие из трёх исходных слов, однако принципы слияния обычно те же, например: spor[t] + por[no] + sexual → spornosexual лит. spornoseksualas «метросексуал второго поколения — мужчина, который особенно стремится быть желанным благодаря своему ухоженному спортивному телу». Видно, что если фонемы в конце основы первого исходного слова совпадают с фонемами в начале основы второго исходного слова (в примерах соответствующие им графемы подчёркнуты), образуется упомянутое наложение двух слов. Определения значений контаминационных образований обычно довольно широки, что и показывает: контаминация — удобный способ кратко обозначить многогранное явление. Контаминационные образования такой формы становятся и заимствованиями в литовском языке, лишь приспосабливаясь к его грамматической системе. Классификация контаминационных образований, созданных в литовском языке, была бы возможна лишь после тщательного исследования структуры их обширной совокупности. 3. КОНТАМИНАЦИОННЫЕ ОБРАЗОВАНИЯ В БАЗЕ НОВЫХ СЛОВ ЛИТОВСКОГО ЯЗЫКА Исследований новообразований литовского языка, которые были бы ориентированы не на отдельные явления, а на их более крупные совокупности и общие тенденции словообразования и употребления и опирались бы на новейшие компьютерные технологии, — а без них исследования лексики сегодня вообще трудно представить, — немного (ср. Mikelionienė 2000: 15–21). Хотя словари литовского языка всё больше оцифровываются, компьютерных инструментов для их изучения пока также не хватает. Поэтому данные для статьи были взяты из цифровой Базы новых слов литовского языка (далее — ND), в которой накапливаются отдельные факты употребления. 3.1. Характер корпуса данных Корпус неологизмов литовского языка — незавершённое собрание данных, публикация которого в интернете началась в конце 2011 года и которое постоянно пополняется. В нём фиксируются возникшие в литовском языке с конца XX века и в настоящее время употребляемые в публичной речи 254 Acta Linguistica Lithuanica LXXI Naujieji kontaminaciniai dariniai lietuvių kalboje новые слова (заимствования и новообразования), словосочетания и сокращения, новые значения слов, а также сведения об употреблении и нормировании неологизмов (подробнее см. на сайте ND, в разделе О корпусе данных). В ND переносятся неологизмы, до сих пор собиравшиеся в Картотеке современного употребления (см. Miliūnaitė 2009: 100–112), а также собираются данные из новейших источников употребления современного литовского языка (интернет- и печатных СМИ, административной документации, оригинальной и переводной художественной литературы и других книг, рекламы, публичной электронной коммуникации и т. д.). 3.2. Контаминационные образования в корпусе данных и аспекты их исследования К концу октября 2014 года в ND было представлено более 2400 статей о неологизмах и почти 8000 примеров их употребления. Контаминационные образования в корпусе данных отмечены отдельной меткой, поэтому результаты поиска на этот момент показывают, что они составляют чуть более 3% (около 80 статей) от общего числа неологизмов. Итак, в потоке неологизмов литовского языка таких образований немного, а обнаружить их вручную можно лишь случайно, прочитав множество текстов11. Все неологизмы в ND засвидетельствованы в современном употреблении литовского языка (в корпусе приводятся подробные сведения об источниках, а если известно — и об авторстве). Поскольку корпус новых контаминационных образований пока ещё невелик, трудно ожидать, что их исследование даст исчерпывающее (тем более статистически репрезентативное) представление об этом явлении в литовском языке, однако уже можно изучать причины их появления, источники, некоторые тенденции образования и особенности употребления. Одна из главных трудностей исследования состоит в том, что не всегда возможно установить, каким способом (заимствованием, переводом или образованием в литовском языке) возникло контаминационное образование, поэтому такие исследования содержат немало гипотетических утверждений. 4. ПРИЧИНЫ И СПОСОБЫ ВОЗНИКНОВЕНИЯ КОНТАМИНАЦИОННЫХ ОБРАЗОВАНИЙ Контаминационные образования, как и все неологизмы, появляются в употреблении по двум основным причинам: 1) необходимости назвать новые реалии; 2) необходимости по-новому назвать существующие реалии. Одни широко распространяются (botelis, smogas), иногда становятся терми- 11 Кстати, для обозначения поиска неологизмов в английском языке создано специальное слово — контаминант lekspionažas (← lexicon «лексика (словарь)» + espionage «шпионаж»: 1. охота за неологизмами; 2. слежение за лексикой говорящих или её контроль) (см. Zuckermann 2008: 150). Straipsniai / Articles 255 RITA MILIŪNAITĖ …ными (катомас, кубитас, спинтроника) или даже используются как имена собственные (Танзания ← Танганьика + Занзибар), тогда как другие остаются однодневными, ситуативными, необходимыми в конкретном речевом акте для своеобразного обозначения какого-либо предмета или явления (скрендрас, кедулас) либо какое-то время функционируют в свободном употреблении, распространяясь, например, в социальных сетях, а оттуда и в средствах массовой информации (лабрадуделис, окупендумас, секс экспертас). Один из наиболее очевидных языковых законов, действующий при создании слов-гибридов, — принцип экономии: для обозначения нового явления, обладающего признаками нескольких предметов (явлений), ищут как можно более экономное выражение. Это понимают и сами носители языка: Предлагаю официально называть мобильный телефон мобифоном12, а в разговорной речи — мобом. Общее правило таково: часто употребляемые в речи слова должны быть короткими. Следовало бы сократить и слово «автомобиль»; «машина» тоже длинновато [...]. [Комментарий к статье на delfi.lt, 2010 04 08]13 Увеличение числа контаминационных образований в употреблении в последнее время объясняется и тем, что в условиях информационного избытка ищут новые, выразительные способы выражения, один из которых — коммерциализация языковых средств: эти образования звучат ново и представляют своих создателей активными, творческими, современными людьми — теми, кто соответствует представлению о предприимчивом человеке (Lehrer 2007: 116). Далее рассматриваются способы возникновения контаминационных образований в употреблении литовского языка. Разграничить их довольно сложно, поскольку возможно несколько пересекающихся критериев: по происхождению и по способу образования. 4.1. Заимствование Имеющиеся данные показывают, что большая часть контаминационных образований приходит в язык как заимствования, особенно из английского языка, где они популярны и часто создаются как средство экспрессивного и лаконичного выражения. С точки зрения системы литовского языка некоторые заимствованные неологизмы такого рода не являются собственно контаминационными образованиями (результатом слияния слов в самом литовском языке), если воспринимаются как цельное, неделимое слово, например: блогас, фломо, просумерис14 и др. Однако понятно, что такое восприятие довольно субъективно и во многом зависит от того, насколько носители языка владеют языком-источником. Поэтому в статье приводятся и такие неологизмы, которые являются 12 Здесь и далее в примерах автор статьи выделила полужирным шрифтом. 13 Язык этой и других цитат не редактировался. 14 ср. блогас ← [web «интернет-сеть» + log «дневник» — лит. тинклараштас; фломо ← flo[ra] «цветочный» + [ca]mo[uflage] «камуфляж» — «узор ткани с фоном камуфляжной расцветки, поверх которого изображены яркие цветы»; просумерис ← pro[fessional] «профессиональный» + [con]sumer «покупатель» — «чрезвычайно активный потребитель, быстро реагирующий на различные маркетинговые меры». 256 Acta Linguistica Lithuanica LXXI Naujieji kontaminaciniai dariniai lietuvių kalboje подлинные контаминационные образования встречаются только в английском языке, например. Однако они, несомненно, стимулируют и процессы контаминации слов в литовском языке, тем более что, как будет видно, их можно распознать как образованные из нескольких заимствованных слов, самостоятельно функционирующих в литовском языке, то есть из их фрагментов. В употреблении некоторые заимствованные контаминационные образования английского языка иногда остаются даже неадаптированными (в виде цитат), при этом поясняется их происхождение или хотя бы значение: Chiconomics – (chic – шик + economics – экономика) стремление к роскоши сохраняется, однако на его воплощение сильно повлиял экономический кризис. [blog.lrytas.lt, 2010 07 23] Один профессор робототехники из Сингапура изобрёл устройство с чувствительными к прикосновениям и движениям «губами», которые могут помочь парам, разлучённым большим расстоянием, «целоваться» через интернет. Устройство в форме человеческой головы с очень большими губами под названием «Kissenger», название которого образовано от английских слов «kiss» (поцелуй) и «messenger» (посланник, а также популярная программа для интернет-переписки), было представлено в июне на одной научной конференции в Великобритании, однако перед началом коммерческого распространения его ещё предстоит доработать. [tv.delfi.lt 2012 09 09] Мы выбрали так называемую бизнес-модель «freemium». Сама игра бесплатна, однако за отдельную плату можно приобрести кредиты, дающие игроку определённые преимущества. Например, строительство здания занимает шесть часов, но если оно нужно здесь и сейчас, его достроят за вас, если заплатить дополнительные кредиты. Кроме того, кредиты можно обменять на ускоренное производство ресурсов, ускорение полёта, более сильных воинов и другие улучшения. [delfi.lt 2012 07 28] Переводить контаминационные образования соответствующими словами-смешениями родного языка удаётся не всегда, поскольку они были бы трудны для распознавания. Например, хотя в литовском литературном языке заимствование leginsai считается ненормативным (следует употреблять tamprės, timpės), в переводном тексте без него не обойтись, поскольку назвать džeginsus словом *džimpėmis («джинсовые легинсы»), а meginsus — *vimpėmis («мужские легинсы») было бы нецелесообразно: [...] пришедшие из Милана на улицы городов всего мира, теперь различаются и легинсы нового поколения leginsai: džeginsai (джинсы + легинсы) и meginsai (мужские leginsai). [blog.lrytas.lt 2010 07 23] Таким образом, заимствованные слова-смешения создают трудности для нормализаторов: иногда даже тогда, когда заимствования, выступающие в роли исходных слов, кодифицируются как ненормативные для литературного языка и заменяются литовскими эквивалентами, войдя в литовский язык как компоненты заимствованных слов-смешений, они всё же становятся частью публичного употребления (ср. также: webinaras, но webas ненормативно; haktyvistas, hakatonas, но hakeris, hakinti ненормативны). Заимствованные контаминационные образования из других языков могут считаться контаминационными и в литовском языке, если хотя бы один компонент (а часто и оба) распознаётся как Straipsniai / Articles 257 RITA MILIŪNAITĖ фрагменты заимствований, функционирующих в литовском языке (ср.: banksteris ← bankas + gangsteris; haktyvistas ← hakeris + aktyvistas; mechatronika ← mechanika + elektronika; sekspְertas ← seksas + ekspertas; webinaras ← web an. ‘сеть; интернет’ + seminaras; metroseksualas ← metropolitan ‘крупный город’ + heterosexual ‘гетеросексуал’). Момент распознавания и понимания (хотя бы намёка) в данном случае важен вдвойне: 1) он раскрывает значение контаминационного образования, поскольку без понимания его составных частей значение самого неологизма часто остаётся неясным, а оно создаётся именно на основе значений исходных слов; 2) он способствует появлению новых аналогичных образований и непосредственно в литовском языке. Заимствованные контаминационные образования могут создаваться из имён собственных — антропонимов. Если этими антропонимами называют хорошо известных личностей (чаще всего супружеские пары или идеологически близких политиков), в литовском языке такие слова обычно, особенно в соответствующем контексте, воспринимаются как контаминационные образования, например: Merkozi ← Merkel + Sarkozy; Mobama ← Michelle (имя супруги Барака Обамы) + Obama; Pugalkinai (Pugačiova + Galkinas), Putleris ← Putinas + Hitleris. 4.2. Перевод Контаминационные образования из других языков представляют собой немалое испытание для переводчиков. Некоторые из них переводятся по компонентам (иногда компоненты меняются местами), хотя формально могут выглядеть как образования, созданные в литовском языке, ср.: kaimobilis (нем. dorfmobil) ← деревня + автомобиль; darbostogos (англ. worldiday) ← работа + отпуск ‘период, когда работают во время отпуска’, lenininklas (латыш. lenineklis ← Lenins + piemineklis) ← Ленин + памятник. Подобные образования несомненно можно считать кальками лишь тогда, когда подтверждён сам факт перевода (когда известно, что текст является переводным). Если возможности литовского языка позволяют, переводчики могут выбирать между словосочетанием, обычным сложным словом и контаминационным образованием. Например, английское контаминационное образование spooktacle ← spook ‘призрак’ + spectacle ‘зрелище; представление’) в тексте о зрелищах, вызываемых северным сиянием в ночь на Хеллоуин, можно перевести двумя способами: призрачное зрелище или *призрелище. Ср. также: Вместе с социальными сетями укореняется и новая мода — ленивый активизм (англ. slacktivism), когда верят, что нажатие кнопки «Нравится» (англ. Like) под петицией в социальной сети «Facebook» равносильно поступку политически активного гражданина. [delfi.lt, 2013 10 29] 258 Acta Linguistica Lithuanica LXXI Naujieji kontaminaciniai dariniai lietuvių kalboje 4.3. Смешение К собственно литовским контаминационным образованиям следует относить те, создание которых в литовском языке подтверждается контекстом употребления, например: klaikėdos ← klaikus + Kalėdos; sriubokėliai ← sriuba + burokėliai15; kedulas ← Kedys (фамилия) + gedulas; šaukštutė ← šaukštas + šakutė (‘складной прибор, которым часто пользуются туристы: на одном конце ложка, на другом — вилка’; есть и английский эквивалент spork ← spoon ‘ложка’ + fork ‘вилка’, но прямых свидетельств того, что это калька, не зафиксировано). Способы смешения в литовских контаминационных образованиях сходны с английскими (см. подраздел 2.3 статьи). Самый популярный — слить два слова, содержащих одинаковые или близкие сочетания фонем, взяв начало первого слова и конец второго, например: miau + [n]aujiena → miaujiena ‘новость, связанная с кошками и уходом за ними’; klaik[us] + [Kalėdos → klaikėdos ‘период ажиотажа при покупке рождественских подарков’; elektr[oninis] + [atvirukas → elektrukas ‘электронная открытка (покупаемая и отправляемая через интернет)’; mur + [gurmanas → murmanas ‘любитель глазированных творожных сырков Murr…’. Появлению контаминационных образований несомненно способствует аналогия. Правда, такие образования, возникающие по аналогии, не всегда считаются контаминационными (ср. Fisher 1998: 35). Элементы словообразования могут не совпадать с границами морфем, но вслед за одним словом нетипичного строения иногда возникает целый ряд новых слов, называющих разные предметы или явления определённого рода. Например, по модели слова традиционного словообразования alkoholikas возникло darboholikas, и со временем слов на -holikų стало всё больше: muzikoholikas, seksoholikas, šokoladoholikas (Mikelionienė 2002: 79), а также energiholikas, kinoholikas (ND). Определить, возникло ли такое аналогическое образование в литовском языке, было ли оно заимствовано или переведено, опять же можно лишь изучив контекст употребления каждого образования. Например, в ND зафиксирован целый ряд неологизмов со вторым компонентом -nomika, обозначающих различные проявления экономики: abenomika (Abe — фамилия премьер-министра Японии), dykonomika, dooanomika, keistanomika, laisvaonomika, putinomika, reiganomika. Как отмечалось, одна из проблем исследования контаминационных образований в английском языке — как отличить контаминацию от других способов словообразования. В литовском языке из-за скудости данных эту проблему пока нельзя подробно обсудить; можно лишь прокомментировать один случай — неологизм muzikėčia: 15 Редкий случай, когда контаминат, эквивалент словосочетания, образуется так, что в качестве основы первого компонента берётся второе слово словосочетания (burokėlių sriuba → sriubokėliai). Straipsniai / Articles 259 RITA MILIŪNAITĖ 23 октября в Клайпедском концертном зале, в память о 300-летии со дня рождения Кристионаса Донелайтиса, основоположника литовской художественной литературы, ансамбль “Vilniaus arsenala” исполнит произведение композитора Антанаса Кучинскаса muzikėčias “Apie žvėris ir žmones”. [respublika.lt, 2014 10 14] Возможны две интерпретации его возникновения. Образование может быть традиционным (muzika + суффикс -ėčia) или контаминационным, возникающим в результате слияния двух слов muzika + pasakėčia. Второй случай гораздо вероятнее: контекст употребления указывает на непосредственную связь образования с pasakėčia. 5. ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ КОНТАМИНАЦИОННЫХ ОБРАЗОВАНИЙ В УПОТРЕБЛЕНИИ В английской лексикографии контаминационные образования, характерные для неофициальных стилей, обычно снабжаются различными пометами: разговорная речь, сленг или наличие стилистических оттенков (см. Fisher 1998: 35). Они не только позволяют выражать мысль более лаконично, но и оживляют язык, открывая новые возможности для выражения мысли. Имеющиеся примеры ND также показывают, что многие контаминационные образования функционируют в неофициальном употреблении (в СМИ, ориентированных на более свободные жанры, электронной коммуникации, художественной литературе, рекламе), где может проявляться индивидуальный стиль автора. Например, авторское образование экономиста Руты Вайниене žeuras (← žiaurus + euras) производит в тексте эффект неожиданности: Евро или «žeuras»? [заголовок] Мы находимся в уникально выгодном положении — и с евро, и без него. Введя евро, мы утратили бы гибкость, которой располагаем сейчас. Если бы еврозону постигла катастрофа, мы могли бы быстро и безболезненно перейти на другую валюту или сырьевой ресурс. Мы сэкономили бы много средств и нервов. Было бы неразумно реализовывать план А лишь из политических амбиций, когда ситуация радикально изменилась в пользу плана Б. Евро был бы подходящей валютой, если бы этот проект основывался на экономической логике, если бы он гарантировал долгосрочную стабильность. К сожалению, сейчас мы не можем сказать о нём этого, поэтому у нас есть хорошая возможность не торопиться. Чтобы, стремясь к евро, не запрыгнуть на «žeuro». [balsas.lt, 2013 03 27] Говоря о непредсказуемой литовской погоде последних лет, можно упомянуть созданные в шутку ситуативные неологизмы vasovas, vaslandis, vasgužė, vašzelis — весна и начало лета 2013 года были такими прохладными, что казалось, будто февраль ещё не закончился: На одной из популярных «демотивирующих картинок» — сидящая на снегу кошка и текст, прекрасно отражающий нынешнюю весну: «январь, февраль, vasovas, vaslandis, vasgužė, vašzelis…» [delfi.lt, 2013 03 22] 260 Acta Linguistica Lithuanica LXXI Naujieji kontaminaciniai dariniai lietuvių kalboje Хотя в литовском узусе постепенно увеличивается количество самих контаминационных образований, по крайней мере пока они не должны сколько-нибудь существенно повлиять на словообразовательные тенденции литовского языка, поскольку большая их часть — единичные, ситуативные образования, не склонные к широкому распространению. Одно из слабых звеньев, способных ускорить, особенно по примеру английского языка, рост числа таких образований, — неподходящие (слишком длинные, неудобные, неадекватные) эквиваленты заимствований. Например, заимствование hospisas считается словом, не рекомендуемым для литературного языка, однако вместо него предлагается неудобное для употребления сочетание paliatyviosios slaugos ligoninė. Это может способствовать появлению подобных контаминационных образований, таких как *slaugoninė. 6. ВЫВОДЫ 1. В современном узусе литовского языка заметно увеличивающуюся часть неологизмов составляют контаминационные образования (слова-слияния), число которых возросло в результате заимствования или перевода из других языков; кроме того, некоторое их количество образуется и в самом литовском языке. Таким образом, преобладающий тип этих образований — не единичные оговорки, а неологизмы, являющиеся результатом сознательной языковой деятельности. Поэтому в литовской научной, информационной и учебной литературе этим образованиям следует уделять больше внимания и подробнее описывать их строение и причины возникновения, а также пополнять фонд примеров реальными данными, функционирующими в узусе. 2. Заимствованные контаминационные образования в зависимости от того, распознаются ли в литовском языке образующие их производящие слова (то есть функционируют ли они самостоятельно), могут трактоваться двояко: либо как цельные, нерасчленимые на части слова, то есть считаться простыми заимствованиями, а не образованиями, либо как контаминационные образования иноязычного происхождения. 3. Возникновение контаминационных образований в литовском узусе в основном обусловлено стремлением найти более экспрессивные средства выражения, а также более краткий способ выражения, когда предлагаемые литовские эквиваленты заимствований слишком длинны и состоят из нескольких слов. Однако из-за своей малочисленности эти образования, по крайней мере в настоящее время, не должны представлять угрозу словообразовательной системе литовского языка и могут оцениваться как действенное средство стилистической выразительности. На нормы литературного языка, пусть и в незначительной степени, могут влиять те заимствованные контаминационные образования, образующие их производящие слова в составе которых признаются нерекомендуемыми. Попадая в литовский язык в качестве частей контаминационных образований, они могут активизировать и употребление самостоятельных заимствованных слов с тем же корнем. 4. Со временем, накопив больше данных (вероятно, с использованием крупных массивов текстов современного узуса и компьютерных инструментов), можно было бы представить более систематичную и подробную классификацию контаминационных образований литовского языка, а также появилась бы возможность подробнее исследовать их строение и выявить разнообразные аспекты их функционирования в узусе. Straipsniai / Articles 261 RITA MILIŪNAITĖ ŠALTINIAI DLKT – Dabartinės lietuvių kalbos tekstynas. Kaunas: Kauno Vytauto Didžiojo universitetas. Prieiga internete: http://tekstynas.vdu.lt/tekstynas/index.jsp ND – Lietuvių kalbos naujažodžių duomenynas. Internetinė duomenų bazė. Sudarytoja Rita Miliūnaitė. Vilnius: Lietuvių kalbos institutas. Prieiga internete: http://naujažodžiai.lki.lt LITERATŪRA Fisher Roswitha 1998: Lexical change in present-day English: a corpus based study of the motivation, institutionalization, and productivity of creativ neologisms. – Tübingen: Narr. Gaivenis Kazimieras, Keinys Stasys 1990: Kalbotyros terminų žodynas. Kaunas: Šviesa. Gries Stefan Th. 2004: Shouldn’t it be breakfunch? A quantitative analysis of blend structure in English. – Linguistics 42–3, 639–667. Lehrer Adrienne 2007: Blendalicious. – Lexical creativity, texts and contexts. Studies in functional and structional linguistics, 58. Ed. Judith Munat. John Benjamins B. V., 115–136. LKE 2008: Lietuvių kalbos enciklopedija. 2-as patikslintas ir papildytas leidimas. Parengė Kazys Morkūnas, redagavo Vytautas Ambrazas. – Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas. Mikelionienė Jurgita 2000: Naujažodžiai Vytauto Didžiojo universiteto kompiuteriniame tekstyne (paieška, atranka, klasifikavimas). – Acta Linguistica Lithuanica 42, 15–21. Mikelionienė Jurgita 2002: Analogija lietuvių kalbos žodžių daryboje. Potenciniai ir okazininiai dariniai. – Acta linguistica Lithuanica 46, 73–80. Miliūnaitė Rita 2009: Dabartinės lietuvių kalbos vartosenos variantai. Vilnius: Lietuvių kalbos institutas. Skardžius Pranas 1943: Lietuvių kalbos žodžių daryba. Vilnius: Lietuvos mokslų akademija, Lietuvių kalbos institutas. Urbutis Vincas 2009: Žodžių darybos teorija. 2-as leid. Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas. Zuckermann Ghil’ad 2008: „Realistic Prescriptivism“: The Academy of the Hebrew Language, its Campaign of „Good Grammar“ and Lexpionage, and Native Israeli Speakers. – Israel Studies in Language and Society 1 (1), 135–154. Prieiga internete: http://www.zuk-kermann.org/pdf/Realistic_Prescriptivism_Academy.pdf. 262 Acta Linguistica Lithuanica LXXI Naujieji kontaminaciniai dariniai lietuvių kalboje PRIEDAS Lietuvių kalbos naujažodžių kartotekoje 2011–2014 m. fiksuotų kontaminacinių darinių sąrašas abenomika akvatlonas banksteris blògas boileska boligarchas botelis brančas brandalizmas brestoranas darbostogos dykonomika dovanomika džeginsai elektrukas energiholikas es’faltas femicidas fleksitaras flomo fotelova frigebudas hakatonas haktyvistas infotronika interkomis kaimobilis katomas kedulas keistanomika kinoholikas kitleris klaikėdos kofisas komunostalgija labradudelis laisvanomika lenininklas lopatologas mechatronika meginsai Merkozi metroseksualas miaužiena Mobama mobifonas mokomatas monokinis murmanas muzikėčia netiketas nomofobas numanitaras okupendumas parkomatas planšefonas pliurpal yvas poploras postkapitalipsė pro sumeris putinomika putirendumas Putleris rašizmas reanimobilis reiganomika robošuo seksperstas sekspozicija seksprog imas sekstingas sekstremistas siaurovizija skrendaras spintronika spornoseksualas šaukštutė šortsijonis tanoreksija tepyba užreferendūminti vebinaras vikinomika vikipedija žeuras New Blendings in the Lithuanian Language SUMMARY The blendings in Lithuanian language appear while borrowing or translating words from other languages as well as some part of them originates from the Lithuanian language itself. The blendings from other languages can be treated in two ways, depending on the recognition of the base words from its fragments and their functioning as independent loanwords: they can be either integral (thus considered simple loanwords and not blendings as for example blogas, flomo, prosumeris); or as blendings of alien origin (for example banksteris, hakatonas, sekspertas). There are two main reasons for blending occurrence as neologisms in the language: 1) the need to name new realties; 2) the need to give names to existing realties. Some blendings are Straipsniai / Articles 263 RITA MILIŪNAITĖ easily adapted (botelis, smogas), sometimes they become terms (katomas, kubitas, spintronika), still others never remain instant, daily or situational and are used in specific conversational acts to give peculiar names to items or phenomenon thus they serve as expressional means in a language. The techniques of mixing blendings in Lithuanian language are similar as to those in English language. The most popular technique is blending two words containing identical or similar phoneme combinations when the beginning of the first word blends with the end of the second word. Due to its scarcity these blendings cause no threat to word derivation system in Lithuanian language and can be treated as a smart stylistic means. The research results allow to expand and systemise the issues of blending derivation which has not been analysed in linguistic work up to now as well as complimenting the funds of examples by adding real functioning data. The collected facts provide further basis for the research of derivation and functioning of blendings. Įteikta 2014 m. spalio 31 d. RITA MILIŪNAITĖ Lietuvių kalbos institutas Petro Vileišio g. 5, LT-10308 Vilnius, Lietuva [email protected] 264 Acta Linguistica Lithuanica LXXI