«LETTERS FROM THE VILLAGE» BY A. N. ENGELHARDT ON THE STATE OF THE RURAL ECONOMY OF THE EASTERN BELARUSIAN LANDS IN THE LAST THIRD OF THE 19TH CENTURY

90 РОЛЬ НАУКИ, ОБРАЗОВАНИЯ И ПРОСВЕЩЕНИЯ В РАЗВИТИИ АГРАРНОЙ ОТРАСЛИ БЕЛАРУСИ THE ROLE OF SCIENCE, EDUCATION AND ENLIGHTENMENT IN THE DEVELOPMENT OF THE AGRICULTURAL SECTOR IN BELARUS УДК 930.23:631.1.016(091) https://doi.org/10.5281/zenodo.17097977 С. Ф. Шимукович Белорусский государственный экономический университет, Минск, Беларусь «ПИСЬМА ИЗ ДЕРЕВНИ» А. Н. ЭНГЕЛЬГАРДТА О СОСТОЯНИИ СЕЛЬСКОЙ ЭКОНОМИКИ ВОСТОЧНЫХ БЕЛОРУССКИХ ЗЕМЕЛЬ В ПОСЛЕДНЮЮ ТРЕТЬ XIX ВЕКА Аннотация. В «Письмах из деревни» А. Энгельгардт с научной точностью фиксирует состояние крестьянских и помещичьих хозяйств Смоленской губернии в 1870–1880-х гг. Ученый фиксирует и анализирует проблемы, которые являлись общими для сельской экономики региона верхнего Поднепровья и Подвинья, он отмечает возможные пути развития крестьянских хозяйств и помещичьих имений, описывает личный опыт рационального развития поместья. «Письма из деревни» являются ценным источником объективной информации о состоянии сельского хозяйства региона. Ключевые слова: историко-сравнительный метод; история сельского хозяйства; крестьянское хозяйство; помещичье имение; агротехника; голод; последствия реформы 1861 года. Для цитирования. Шимукович, С. Ф. «Письма из деревни» А. Н. Энгельгардта о состоянии сельской экономики восточных белорусских земель в последнюю треть XIX века / С. Ф. Шимукович // Сельское хозяйство Беларуси сквозь призму научных исследований : докл. III Междунар. науч. конф., приуроч. к 80-летию Победы в Великой Отечеств. войне, Минск, 26 сент. 2025 г. / Нац. акад. наук Беларуси, Белорус. с.-х. б-ка им. И. С. Лупиновича, Ин-т истории ; редкол.: Ю. О. Каракулько (отв. ред.) [и др.]. – Минск, 2025. – С. 90–104. С. Ф. Шымуковіч Беларускі дзяржаўны эканамічны універсітэт, Мінск, Беларусь «ЛІСТЫ З ВЕСКІ» А. М. ЭНГЕЛЬГАРТА АБ СТАНЕ СЕЛЬСКАЙ ГАСПАДАРКІ ЎСХОДНІХ БЕЛАРУСКІХ ЗЯМЕЛЬ У АПОШНЮЮ ТРЭЦЬ XIX СТАГОДДЗЯ Анатацыя. У «Лістах з вёскі» А. Энгельгардт з навуковай дакладнасцю фіксуе стан сялянскіх і памешчыцкіх гаспадарак Смаленскай губерні ў 1870–1880-х гг. Вучоны фіксіруе і аналізіруе праблемы, агульныя для сельскай гаспадаркі верхняга Падняпроўя і Падзвіння, ён адзначае магчымыя шляхі развіцця сялянскіх гаспадарак і памешчыцкіх маёнткаў, апісвае асабісты вопыт рацыянальнага развіцця маёнтка. «Лісты з вёскі» зʼяўляюцца каштоўнай крыніцай абʼектыўнай інфармацыі аб стане сельскай гаспадаркі рэгіёна. Ключавыя словы: гісторыка-параўнальны метад; гісторыя сельскай гаспадаркі; сялянская гаспадарка; памешчыцкі маёнтак; агратэхніка; голад; наступствы рэформы 1861 года. 91 Sergei F. Shymukovich The Belarusian State Economic University, Minsk, Belarus «LETTERS FROM THE VILLAGE» BY A. N. ENGELHARDT ON THE STATE OF THE RURAL ECONOMY OF THE EASTERN BELARUSIAN LANDS IN THE LAST THIRD OF THE 19TH CENTURY Abstract. In «Letters from the Village», A. Engelhardt records with scientific accuracy the state of peasant and landowner farms in the Smolensk province in the 1870s and 1880s. The scientist records and analyzes the problems that were common to the rural economy of the upper Dnieper and Podvinsk regions, he notes possible ways to develop peasant farms and landowner estates, describes personal experience of rational estate development. «Letters from the village» are a valuable source of objective information about the state of agriculture in the region. Keywords: comparative method in history; history of agriculture; peasant farming; landowner's estate; agricultural technology; famine; consequences of the reform of 1861. For citation. Shymukovich S. F. «Letters from the Village» by A. N. Engelhardt on the state of the rural economy of the eastern Belarusian lands in the last third of the 19th century. Agriculture of Belarus through the prism of scientific research : proceedings of the III International scientific conference dedicated to the 80th anniversary of the Victory in the Great Patriotic War, Minsk, September 26, 2025. Minsk, 2025, pp. 90–104 (in Russian). «Письма из деревни» Александра Николаевича Энгельгарда достаточно хорошо известны историкам, которые занимаются проблемами социально-экономической истории пореформенной российской деревни. Обращаются к ним также социологи и этнографы. Двенадцать отдельных произведений появились в период с 1872 по 1887 гг., они почти ежегодно публиковались в популярном журнале «Отечественные записки» 1 и, благодаря публицистическому дару автора, а также его наблюдательности, научной точности в фиксировании и описании сельской жизни, непредвзятости и личной погруженности в контекст описываемых событий, вызвали огромный интерес как у читающих обывателей, так и у общественных деятелей, чиновников, профессионалов, занимавшихся внедрением агротехнических новшеств и решением «крестьянского вопроса». «Письма из деревни» были востребованы и советской исторической наукой, они не противоречили марксистскому взгляду на исторический процесс, поэтому изучались и переиздавались в советский период, не потеряли актуальность эти документы и для современной исторической науки. Одно из переизданий было осуществлено в 1999 г., оно содержало обширный справочный 1 Последнее, двенадцатое «письмо» было напечатано в журнале «Вестник Европы». 92 аппарат и сопровождалось рядом статей российских историков (Б. Ф. Егорова, Д. И. Будаева, О. Д. Будаевой, В. П. Новикова, А. В. Тихоновой) как биографического характера, так и материалами, в которых анализируется ценность «Писем» как исторического источника 1, с. 575–635. Современные российские исследователи также постоянно обращаются к данному историческому источнику, они изучают и анализируют самые разные аспекты, которые наблюдал и фиксировал А. Н. Энгельгардт в своих произведениях. Исследователи, обращающиеся к данному памятнику эпистолярного наследия XIX в., интересуются причинами упадка сельского хозяйства, как помещичьего, так и крестьянского, в первые десятилетия после крестьянской реформы; изучают агротехнические технологии, которые применял А. Н. Энгельгардт в своем имении; анализируют социальные аспекты быта и повседневности российской глубинки, как в жизни обитателей дворянских усадеб, так и простых крестьян. Серию статей, посвященных преимущественно взглядам Энгельгардта на вопросы сельской экономики и агротехники, затронутых в «Письмах…» подготовил Н. А. Пичужкин 2. Опыты А. Н. Энгельгардта по севооборотам, которые он подробнейшим образом описывал и пропагандировал как средство поддержания и восстановления урожайности земли, описал в своей статье Н. П. Коваленко, при этом автор заявляет о результативности данных опытов не только на локальном, но и в глобальном, мировом масштабе 3. Ценность «Писем…» как источника по социальной истории, в котором подробно и очень точно описывается ежедневный быт, уклад жизни разных социальных слоев российской провинции, отмечает в своей статье А. В. Тихомирова 4. Российский исследователь О. А. Смирнова анализировала «Письма…» как источник, в котором достаточно хорошо, емко и детально отражена русская национальная культурно-хозяйственная традиция 5. Белорусская историография к «Письмам…» А. Н. Энгельгардта также обращается в вопросах оценки общего состояния сельского хозяйства империи после отмены крепостного права, однако нет попыток использовать этот исключительно ценный источник для анализа ситуации на конкретно белорусских землях, что, на наш 93 взгляд, является серьезным упущением и обедняет источниковую базу. Действительно, по формальному признаку в «Письмах…» четко локализуется географическое место описываемых событий – это село Батищево и ряд других соседних сел Дорогобужского уезда Смоленской губернии (уезд занимал центральное положение в губернии). Тем не менее, историко-сравнительный метод предоставляет как возможность, так и право обращаться к «Письмам…» и белорусским историкам, особенно в деле оценки состояния пореформенной деревни и помещичьих имений в Могилевской (разве что кроме самых южных ее уездов) и Витебской (кроме латгальских и соседних с ними уездов) губерниях, географически близких к Смоленской губернии. Отметим, что Витебская, Могилевская и Смоленская губернии в 1824–1855 гг. составляли одно Белорусское генералгубернаторство, административно-территориальную единицу в империи, в рамках которой объединялись губернии, достаточно однородные и схожие по самым разным параметрам своего развития (в экономическом, социальном, демографическом, этно-культурном и т.д. отношении). Также отметим, что в 1861 г., при проведении крестьянской реформы, на Витебскую, Могилевскую, Смоленскую и еще почти три десятка великороссийских и новороссийских губерний распространяло действие одно «Местное положение…» 6, в котором, с учетом местной специфики и схожести условий хозяйствования, более детально расписывался механизм отмены крепостного права и выстраивалась новая система взаимоотношений в деревне между землевладельцами и землепользователями (для Минской, Виленской, Гродненской и Ковенской губернии было разработано свое, особое «Местное положение…»). Эта ситуация с особыми «Местными положениями…» достаточно четко показывает, насколько Могилевская и Витебская губернии в вопросах землепользования и развития сельского хозяйства отличались от Виленской, Гродненской и даже Минской губерний, что больше общего у землевладельцев и крестьян белорусского Поднепровья и Подвинья было со смоленскими помещиками и крестьянами. «Письма…» А. Н. Энгельгардта тем и ценны для белорусской историографии, что в них отражена ситуация первых пореформенных десятилетий, когда различия 94 между смоленскими, могилевскими и витебскими помещичьими усадьбами и крестьянскими деревнями были несущественны, а вот общих черт было намного больше. Более четко различия в эволюции (а точнее – деградации) помещичьего землевладения и развитии крестьянских хозяйств между Смоленской и белорусскими Витебской и Могилевской губерниями начинают проявляться ближе к началу XX в., сведения об этом можно почерпнуть в фундаментальном труде «Россия: Полное географическое описание нашего Отечества», который издавался стараниями В. П. Семенова-Тянь-Шаньского. Девятый том «Верхнее Поднепровье и Белоруссия», в подготовке которого участвовали авторитетные ученые и специалисты А. П. Сапунов, М. В. Довнар-Запольский, Д. З. Шендрик, А. К. Кабанов, вышел в 1905 г., и в нем опять таки Витебская, Могилевская (к ним добавляется еще и Минская) и Смоленская губернии рассматриваются как достаточно гомогенный регион, в котором больше общего, чем различного. В главе VI «Промыслы и занятия населения» (подготовил Д. З. Шендрик) 7, с. 227–307 приводятся очень ценные и интересные статистические данные, которые характеризуют пути развития сельского хозяйства региона, обозначают динамику изменений в характере поземельной собственности, как помещичьей, так и крестьянской, в трех губерниях в пореформенные десятилетия, и эти данные говорят о том, что несущественные еще в 1870-х гг. различия между смоленскими и восточными белорусскими землями усиливались и более четко проявлялись к 1900-м гг. Так, отметим, что к 1900-м гг. Смоленская губерния выделялась достаточно большой долей купеческого землевладения (17,8%) и крестьянского землевладения (15,7%), опережая по этим показателем все белорусские губернии, в которых доминировало помещичье землевладение (93,4% в Минской губернии и это самый высокий показатель из четырех губерний) 7, с. 229. Эту тенденцию к увеличению крестьянского землевладения за счет покупки ими пустующей земли у разорявшихся помещиков и скупки купцамилесоторговцами дворянских имений ради вырубки леса отметил в своем двенадцатом «Письме…» А. Н. Энгельгардт, он охарактеризовал это явление как положительное, т.к. помещики 95 свои имения запустили, земли по большей части у них пустуют, и «…только крестьяне могут разработать эти пустующие земли, потому что их рабочие руки – капитал. Но крестьяне могут разработать эти земли только тогда, когда они им будут принадлежать», в свою очередь, касательно покупки имений купцами Энгельгардт отмечал, что «…крестьянам выгодно, когда имения переходят в руки купцов-лесоторговцев. Редко-редко купец станет вести сам хозяйство. Обыкновенно, он тотчас же начинает сводить лес, чем дает зимний заработок крестьянам … Наконец, при содействии банка, купец продает крестьянам ненужную ему землю 8, с. 548. В белорусских губерниях помещичье хозяйство оказалось более устойчивым, местные помещики более уверенно и успешно внедряли новые технологии хозяйствования, меньше было убыточных хозяйств с заброшенными землями, и зачастую они перекупались более финансово успешными помещиками-соседями, поэтому показатели крестьянского и купеческого землевладения были существенно ниже, особенно в Минской губернии. Для более глубокого и точного понимания содержания «Писем из деревни» необходимо иметь представление об авторе этих заметок. Александр Николаевич Энгельгардт был родом из Смоленской губернии (родился в 1832 г.), его отец, выпускник Виленского университета, был рачительным сельским хозяином, занимался искусственным орошением лугов и одним из первых в губернии отмежевал своих крестьян еще до реформы 1861 г. 4, с. 90. Тем не менее, сын связывать свою судьбу с родными местами и сельским хозяйством не планировал, Александр Николаевич получил военное образование (кадетский корпус, Михайловское артиллерийское училище), серьезно увлекся химией (в 1853–1865 гг. заведовал литейной лабораторией Петербургского арсенала) 3, с. 14, но больше тяготел к научной и преподавательской работе. Наиболее плодотворным периодом в плане научных изысканий и преподавательской деятельности стали 1864–1970 гг., связанные с работой в Петербургском земледельческом институте (бывшем Горы-Горецком земледельческом институте, переведенном в 1863 г. в столицу и объединенном с Лесным институтом). 96 С переводом института из Горок Могилевской губернии в Петербург сразу же, в 1864 г. был организован учебный процесс, кроме лекционного преподавания были организованы практические занятия по химии, занятия проходили ежедневно с 6 до 10 часов вечера под руководством А. Н. Энгельгардта 9, П. А. Лачинова и В. Д. Шмидта (переехал из Горок), большая часть химической лаборатории также была перевезена из Горок в столицу. Отметим, что А. Н. Энгельгардт сразу же стал пользоваться огромным авторитетом у слушателей института, именно на его предмет записалось более всего студентов-первокурсников набора 1865 г. 10, с. 123–124. В историческом очерке Петербургского земледельческого института его авторы отмечали, что «…постановка химического дела в Институте вышла образцовой», а химическая лаборатория была одной из первых и лучшей на то время в империи, она стала «гордостью Института», благодаря чему были подготовлены выдающиеся в будущем российские химики (А. Ермолов, В. Ковалевский, П. Костычев, М. Кучеров, Н. Заломенов и др.) 10, с. 128–129. Практическая значимость обучения, наряду с занятиями «чистой наукой», состояла в том, что с учениками в лаборатории Энгельгардт занимался вопросами анализа искусственных удобрений, анализа почв и городских отбросов. Особенно подробно ученый со своим учеником А. С. Ермоловым исследовал фосфорнокислые удобрения. Летом 1866 г. они исследовали залежи фосфоритов в Курской и Воронежской губерниях 10, с. 130. Эти знания впоследствии пригодятся А. Н. Энгельгардту в развитии собственного имения Батищево, в которое он будет выслан после 1870 г. В 1885 г. он сделает первые опыты применения местных фосфоритов (некоторое количество будет обнаружено в соседнем Рославльском уезде) на своих полях и получит прекрасный результат: «Я сам не ожидал, что фосфоритная мука, приготовленная простым размолом наших смоленских фосфоритов, употребленная одна, без совместного применения навоза … окажет такое поразительное, видимое на глаз, действие» – отмечал автор в своем последнем, двенадцатом «Письме». Опытом использования фосфоритной муки он будет активно делиться с 97 местными крестьянами, которые достаточно осторожно относились ко всем агротехническим новшествам 8, с. 524–530. Увольнение авторитетного ученого и преподавателя из института состоялось по причине потворства со стороны уже декана А. Н. Энгельгардта студенческим сходкам в институте в 1870 г., ему запретили преподавательскую деятельность и выслали под надзор полиции в Смоленскую губернию 2, с. 45. Здесь он занялся приведением в порядок запущенного имения Батищево, а по совету родственника по линии жены М. Е. Салтыкова-Щедрина начал описывать свою жизнь и в принципе – жизнь в сельской глубинке для российского, прежде всего городского, читателя 4, с. 91. Во всех двенадцати письмах, которые выходили в печати с 1872 по 1887 гг., можно проследить несколько важных сюжетных линий, важных для автора, в них заключаются взгляды Энгельгардта на проблемы пореформенной российской деревни в конкретном регионе (автор не претендовал на универсальность, всегда отмечая, что в других регионах империи ситуация может отличаться) и его идеи по их решению. Прежде всего, А. Н. Энегельгардт отмечал плохое состояние дел в помещичьем землевладении. «Помещичье хозяйство в настоящее время ведется так плохо, даже хуже, с меньшим толком и пониманием дела, чем в крепостное время, когда были хорошие старосты-хозяева – что оно только потому еще коекак и держится, что цены на труд баснословно низки» – отмечает он уже в первом письме и в каждом последующем повторяет свою мысль и подробно объясняет причины данного положения дел 8, с. 16. В отличие от помещиков белорусских губерний, где земства не были учреждены и не было возможности альтернативного дохода, смоленские помещики активно переходили на службу, Энгельгардт отмечает, что «…помещики после “Положения” опустили хозяйства, запустили поля и луга и убежали на службу (благо, теперь мест много открылось и жалованье дают непомерно большое)» 8, с. 21. Это привело к ситуации, когда мотивация заниматься имением была невысокой. «После “Положения” прошло уже 12 лет, но система хозяйства остается у большинства все та же; сеют постарому рожь, на которую нет цен и которую никто не покупает, чуть у крестьян порядочный урожай; овес, который у нас родится 98 очень плохо; обрабатывают поля по-старому, нанимая крестьян с их лошадьми и орудиями; косят те же плохие лужки …, все ведется по-старому, как было до “Положения”, при крепостном праве, с той только разницей, что запашки уменьшены более чем наполовину, обработка земли производится еще хуже…» – в очередном «Письме» сообщает автор 8, с. 116. И далее: «Прошло уже семнадцать лет после “Положения”, а помещичье хозяйство нисколько не продвинулось, напротив того, с каждым годом оно более и более падает, производительность имений более и более уменьшается, земли все более и более дичают» 8, с. 337. Выживаемость помещичьих хозяйств зависела почти исключительно от бедности крестьян, которые даже в хорошие, урожайные годы не обеспечивали себя зерном в необходимом объеме, а значит, отмечает автор «Писем»: «…Для того чтобы получить наибольшую выгоду от хозяйства при существующей системе, необходимо, чтобы хлеб был дорог, вследствие чего работа будет дешева, то есть необходимо, чтобы крестьяне бедствовали» 8, с. 117. Автор констатирует нездоровую ситуацию, когда: «…все держится только на необыкновенной, ненормальной дешевизне труда!» 8, с. 339. Энгельгард приводит и объясняет вроде как абсурдную и нелогичную, на первый взгляд, ситуацию: «Неурожай – плохо. Урожай – тоже плохо…» 8, с. 103, однако она просто объясняется: в неурожайные годы приходится раньше и больше занимать хлеба у помещика и, соответственно, труд крестьянина чрезвычайно дешевеет, а в урожайные годы цены на зерно подают так низко, что не хватает средств расплатиться со всеми платежами и все равно приходится занимать у помещика и отрабатывать. В своем имении Батищево автор сразу начал менять устоявшуюся трехпольную систему севооборотов, которая хорошо себя зарекомендовала в объемах имения: «Простой расчет показал скоро, что нужно изменить систему хозяйства, ввести новые хлеба, улучшить скот. … я с первого же года хозяйства начал вводить посев льна. Крестьяне, разумеется, были против этого нововведения…», но с течением времени и крестьяне переняли многие нововведения, хорошо зарекомендовавшие себя в имении Энгельгардта, в том числе стали активно засевать поля льном 8, с. 71. Однако, положительный опыт имения в Батищево не