ПРИМЕНЕНИЕ ИНСТРУМЕНТОВ «МЯГКОГО ПРАВА» В АНТИТЕРРОРИСТИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Наукосфера. №10 (1), 2025 Юридические науки ISSN 2542-0402 205 http://nauko-sfera.ru/ УДК 341 DOI 10.5281/zenodo.17337905 Научная статья ПРИМЕНЕНИЕ ИНСТРУМЕНТОВ «МЯГКОГО ПРАВА» В АНТИТЕРРОРИСТИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ THE USE OF «SOFT LAW» TOOLS IN ANTI-TERRORIST ACTIVITIES ЮШЕЕВА ПОЛИНА АЛЕКСЕЕВНА, Санкт-Петербургский университет МВД России. YUSHEEVA POLINA ALEKSEEVNA, St. Petersburg University of the Ministry of Internal Affairs of Russia. Научный руководитель: Мельничук Виктор Алексеевич, кандидат военных наук, Санкт-Петербургский университет МВД России. Scientific supervisor: Melnichuk Victor Alekseevich, Candidate of Military Sciences, St. Petersburg University of the Ministry of Internal Affairs of Russia. В данной статье рассматривается феномен мягкого права как важного инструмента международного сотрудничества в сфере противодействия терроризму. Проведён анализ ключевых форм мягкого права — резолюций, деклараций, рекомендаций международных организаций (ООН, ОБСЕ, ФАТФ и др.), а также дана оценка их влияния на формирование и развитие национальных стратегий и законодательства в ряде государств. Особое внимание уделяется примерам имплементации норм мягкого права в практике Франции, Германии, Финляндии и других стран. Сделан вывод о том, что, несмотря на отсутствие формально-обязательной силы, мягкое право эффективно выполняет функцию нормативного и политического регулирования, способствуя выработке согласованных международных стандартов и укреплению международной легитимности в сфере антитеррористической деятельности. This article examines the phenomenon of soft law as an important tool for international cooperation in countering terrorism. The analysis of key forms of soft law — resolutions, declarations, recommendations of international organizations (UN, OSCE, FATF, etc.), as well as an assessment of their impact on the formation and development of national strategies and legislation in a number of states. Special attention is paid to examples of the implementation of soft law norms in the practice of France, Germany, Finland and other countries. It is concluded that, despite the absence of formal binding force, soft law effectively performs the function of regulatory and political regulation, contributing to the development of agreed international standards and strengthening international legitimacy in the field of anti-terrorist activities. Ключевые слова: терроризм, международное право, декларация, «мягкое право», резолюция, рекомендация. Key words: terrorism, international law, declaration, "soft law", resolution, recommendation. Наукосфера. №10 (1), 2025 Юридические науки ISSN 2542-0402 206 http://nauko-sfera.ru/ условиях трансформации глобальной системы международной безопасности борьба с терроризмом требует комплексного и гибкого подхода. Одним из таких подходов становится применение инструментов мягкого права, которое, несмотря на свою юридически необязательную природу, играет всё более важную роль в антитеррористической деятельности как на международном, так и на национальном уровне. Современные террористические угрозы отличаются высокой степенью транснациональности, асимметричности и идеологического многообразия, что делает традиционные механизмы правового реагирования (жёсткое право) не всегда эффективными. В этом контексте мягкое право (soft law) становится востребованным инструментом, позволяющим быстро вырабатывать нормы поведения, координировать усилия государств и направлять развитие антитеррористической политики в условиях отсутствия консенсуса по вопросам жёсткой правовой регламентации. Понятие мягкого права [9] охватывает совокупность норм, принципов, рекомендаций и других документов, которые не обладают юридически обязывающей силой, но влияют на поведение государств, международных организаций и иных субъектов международных отношений. Его ключевыми признаками являются гибкость, декларативность, добровольность исполнения и потенциал для трансформации в обязательные нормы. К числу таких инструментов относятся международные декларации, кодексы поведения, стандарты и руководящие принципы, разрабатываемые международными организациями, такими как ООН, ОБСЕ, Совет Европы, ФАТФ и др. В антитеррористической деятельности особое значение приобретают такие документы, как Глобальная контртеррористическая стратегия ООН, рекомендации Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ), резолюции Генеральной Ассамблеи ООН, не имеющие обязательного характера, но задающие рамки и стандарты для национальных и региональных стратегий. Антитеррористическая деятельность, в свою очередь, представляет собой комплекс мер, направленных на предупреждение, выявление, пресечение и минимизацию последствий террористической активности. В международной правовой системе до сих пор не существует единого универсального определения терроризма, что затрудняет формирование согласованных правовых механизмов борьбы с ним. Именно в этих условиях мягкое право позволяет выработать общие подходы, формализовать нормы поведения и обеспечить координацию усилий на базе политических обязательств. Оно нередко становится промежуточным этапом в процессе формирования обязательных норм (hard law), выполняя роль «нормативного моста» между отсутствием регламентации и юридически значимыми обязательствами. Так, рекомендации ФАТФ, направленные на борьбу с финансированием терроризма, хотя и не являются обязательными, оказывают реальное влияние на внутреннее законодательство государств, что подтверждается практикой стран, адаптирующих свои законы в соответствии с этими стандартами. Взаимодействие мягкого и жёсткого права в антитеррористической сфере [4] проявляется в том, что мягкое право зачастую предшествует формированию обязательных международных соглашений, заполняет правовые пробелы и служит механизмом оперативного реагирования в условиях, когда процедура ратификации международных договоров требует значительных временных и политических ресурсов. Тем не менее, использование мягкого права сопровождается рядом существенных проблем. Прежде всего, это его необязательный характер, который позволяет государствам уклоняться от выполнения принятых на себя политических обязательств без формальных последствий. Кроме того, нормы мягкого права могут быть политизированы, применяться избирательно и использоваться в качестве инструмента давления, особенно в условиях геополитической напряженности. Возникает также риск неопределённости и правового произвола, когда государства под предлогом борьбы с терроризмом используют мягкие нормы для ограничения прав и свобод. В Наукосфера. №10 (1), 2025 Юридические науки ISSN 2542-0402 207 http://nauko-sfera.ru/ Несмотря на эти ограничения, практическое значение мягкого права в антитеррористической деятельности трудно переоценить. Оно позволяет формировать стандарты поведения, распространять наилучшие практики, стимулировать международное сотрудничество и обеспечивать согласование интересов различных акторов. Мягкое право также способствует институционализации антитеррористических механизмов, созданию платформ для диалога и обмена информацией, повышая уровень транспарентности и доверия между государствами. Его дальнейшее развитие возможно через усиление мониторинга исполнения рекомендаций, повышение качества нормотворчества, а также укрепление связей с гражданским обществом и экспертным сообществом. Таким образом, понятийный аппарат, связанный с применением инструментов мягкого права в антитеррористической деятельности, представляет собой сложное и динамичное явление, требующее комплексного научного осмысления. Анализ показывает, что, несмотря на отсутствие юридической обязательности, мягкое право становится важнейшим элементом международной антитеррористической политики, обеспечивая необходимую гибкость и адаптивность правового регулирования в условиях стремительно меняющейся угрозы терроризма. Важнейшим примером применения принципов мягкого права служит Глобальная контртеррористическая стратегия ООН, утвержденная Резолюцией Генеральной Ассамблеи 60/288 в 2006 году [7]. Данный документ отражает единую позицию мирового сообщества по четырем ключевым направлениям: ликвидации факторов, способствующих распространению терроризма; борьбе с финансированием террористической деятельности; обеспечению соблюдения прав человека и верховенства права; а также укреплению потенциала государств в противодействии террористическим угрозам. Несмотря на неимперативный характер стратегии, она оказала существенное влияние на разработку национальных программ и стратегий по борьбе с терроризмом во многих странах, включая Индию, Германию и Кению. Особое внимание заслуживают решения Совета Безопасности ООН, в частности резолюция 2178 (2014) [8], посвященная проблеме иностранных боевиков-террористов. Этот документ был принят в связи с возрастающей угрозой со стороны радикально настроенных граждан, покидающих свои государства для участия в военных конфликтах. Несмотря на то, что резолюция формально относится к главе VII Устава ООН и обладает обязательной силой, ее реализация на практике часто осуществляется посредством инструментов мягкого права, таких как рекомендации, национальные стратегии и административные меры. Под влиянием данной резолюции страны, такие как Франция и Германия, пересмотрели свое законодательство в области миграции и уголовного права, введя ограничения на выезд граждан, подозреваемых в террористической деятельности. Другим примером успешного применения мягкого права являются рекомендации Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ) [2; 5]. Несмотря на то, что ФАТФ (Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег) не является универсальной международной организацией, её 40 рекомендаций, включая специальные положения по противодействию финансированию терроризма, приобрели статус глобального стандарта. Государства, стремясь избежать негативных последствий включения в так называемые «серые» и «чёрные» списки ФАТФ, активно внедряют эти рекомендации в своё национальное законодательство. Россия, Индия, США и ряд других стран внесли изменения в уголовные кодексы, криминализовав финансирование терроризма, усилили финансовый надзор и меры по раскрытию информации о бенефициарных владельцах. Региональные международные организации играют значительную роль в развитии норм мягкого права в сфере противодействия терроризму. Наукосфера. №10 (1), 2025 Юридические науки ISSN 2542-0402 208 http://nauko-sfera.ru/ В качестве примера можно привести Организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), которая в 2015 году утвердила Декларацию по борьбе с терроризмом [6]. Данный документ подчёркивает необходимость соблюдения прав человека, норм международного гуманитарного права и принципов демократического управления при осуществлении антитеррористических мер. Несмотря на то, что декларация не имеет юридически обязывающей силы, она оказала существенное влияние на формирование национальных стратегий по противодействию радикализации в странах-участницах ОБСЕ. Так, Финляндия в 2016 году разработала и приняла национальную стратегию, основанную на принципах, изложенных в декларации ОБСЕ. Кроме того, ряд государств пересмотрел практику регулирования интернет-пространства с целью предотвращения распространения экстремистского контента. В контексте легитимности использования термина «мягкое право» в системе источников международного права российский юрист К.А. Бекяшев предлагает рассматривать его за рамками традиционных источников (основных, производных, вспомогательных) [1]. Он считает понятие «мягкого права», нормы которого не подкреплены принуждением и скорее относятся к сфере международной морали, условным в оценке правотворчества на международном уровне. Тем не менее, ученый не исключает возможность того, что такие нормы могут рассматриваться как своего рода индикатор формирования обычной нормы международного права. Эффективность применения «мягкого права» в борьбе с терроризмом обусловлена рядом факторов. Во-первых, гибкость «мягкого права» позволяет государствам адаптировать международные нормы к своим национальным правовым системам и политическим реалиям. Вовторых, подобные инструменты не вызывают юридических возражений, поскольку не порождают прямых международно-правовых обязательств. В-третьих, они создают политическое и репутационное давление на государства: отказ от выполнения международных рекомендаций может привести к обвинениям в бездействии или попустительстве терроризму. Вчетвертых, соблюдение норм «мягкого права» часто сопровождается финансовыми и экономическими стимулами, как, например, в случае с рекомендациями ФАТФ. Анализ применения инструментов мягкого права в антитеррористической деятельности [3] свидетельствует о его высокой значимости в контексте трансформации системы международной безопасности. В отличие от традиционных норм международного публичного права, мягкое право характеризуется большей гибкостью и адаптивностью к динамично меняющейся ситуации. Кроме того, оно обладает способностью к практическому внедрению без необходимости длительных и политически сложных процедур ратификации. Исследование показало, что резолюции Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности ООН, декларации ОБСЕ, а также рекомендации ФАТФ играют важную роль в формировании международных стандартов противодействия терроризму, несмотря на отсутствие у них формально-обязательной силы. Их влияние проявляется в стимулировании законодательных изменений, разработке национальных стратегий и институциональных подходов в различных регионах мира. Мягкое право в сфере борьбы с терроризмом [10] выполняет функцию не только нормативного ориентирования, но и политического давления, побуждая государства к соблюдению международных ожиданий и стандартов. В этой связи возникает необходимость дальнейшего теоретического анализа соотношения мягкого и жесткого права, а также разработки критериев оценки эффективности мягких норм в сфере международной безопасности. Следовательно, мягкое право следует рассматривать как важный элемент современной системы глобального управления, обладающий потенциалом для дальнейшего развития в Наукосфера. №10 (1), 2025 Юридические науки ISSN 2542-0402 209 http://nauko-sfera.ru/ условиях усиления транснациональных угроз и необходимости поиска баланса между мерами безопасности и защитой прав человека. Таким образом, в современных условиях трансформации системы международной безопасности инструменты мягкого права приобретают ключевое значение в борьбе с терроризмом. Несмотря на отсутствие юридической обязательности, такие формы, как резолюции ООН, рекомендации ФАТФ и декларации региональных организаций, демонстрируют высокую практическую эффективность. Они выполняют несколько критически важных функций: служат нормативным ориентиром для государств, заполняют правовые пробелы, обеспечивают оперативное реагирование на новые вызовы и создают основу для последующего формирования обязательных правовых норм. Перспективы развития мягкого права в антитеррористической сфере связаны с усилением мониторинга выполнения рекомендаций, повышением качества нормотворчества и укреплением взаимодействия с гражданским обществом. Несмотря на существующие риски политизации и избирательного применения, мягкое право доказало свою незаменимость как эффективный инструмент глобального управления, способный адекватно реагировать на динамичный характер современных террористических угроз. Результаты данного исследования могут быть использованы при разработке национальных и международных нормативных актов, программах подготовки специалистов в области международного права и в научно-экспертной деятельности. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Бекяшев К. А. Международное публичное право / под ред. К. А. Бекяшева. 5-е изд., перераб. и доп. Москва: Проспект, 2009. 1008 с. 2. Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ). Специальные рекомендации по борьбе с финансированием терроризма. Париж: ФАТФ, 2001 (с последующими изменениями). URL: https://www.fatf-gafi.org/ru/publications/FATFStandards/documents/internationalstandards-on-combating-money-laundering-and-the-financing-of-terrorism-proliferation.html (дата обращения: 08.09.2025). 3. Марочкин С. Ю. Действие и реализация норм международного права в правовой системе Российской Федерации: монография / Москва: Норма: ИНФРА-М, 2021. 288 с. 4. Мирзазянов, Р. Х. Национально-государственные модели борьбы с терроризмом и экстремизмом // Вестник Московского университета. Серия 27: Глобалистика и геополитика. 2022. № 2. С. 69–81. 5. Мельничук В. А. Понятие и общая характеристика финансирования международного терроризма // Военное право. 2025. № 2(90). С. 188–194. 6. Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ). Декларация об укреплении усилий по противодействию терроризму (3–4 декабря 2015 г.) // Официальные документы ОБСЕ. 2015. URL: https://www.osce.org/files/f/documents/9/3/230741.pdf (дата обращения: 08.09.2025). 7. Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 60/288 от 8 сентября 2006 г. «Глобальная контртеррористическая стратегия Организации Объединённых Наций» // Официальные документы ООН. 2006. URL: https://undocs.org/ru/A/RES/60/288 (дата обращения: 08.09.2025). 8. Совет Безопасности ООН. Резолюция 2178 (2014) от 24 сентября 2014 г. [О борьбе с иностранными террористами-боевиками] // Официальные документы ООН. 2014. URL: https://undocs.org/ru/S/RES/2178(2014) (дата обращения: 08.09.2025). 9. Усенков И.А. Национальное мягкое право, как правовой феномен и инструмент повышения стабильности законодательства // Право. Журнал Высшей школы экономики. 2022. Т. 15. № 1. С. 28–58. DOI 10.17323/2072-8166.2022.1.28.58. 10. Халафян Р. М. Нормы международного «мягкого права» в правовой системе Российской Федерации. Развитие механизма национально-правовой имплементации международных норм: монография / Москва: Норма, 2022. 256 с. Наукосфера. №10 (1), 2025 Юридические науки ISSN 2542-0402 210 http://nauko-sfera.ru/ Поступила в редакцию: 22.09.2025 © Юшеева П. А., 2025. Принята в печать: 17.11.2025