ТАБУ КАК ЭЛЕМЕНТ АКСИОЛОГИЧЕСКОЙ КАРТИНЫ МИРА И МЕЖКУЛЬТУРНОЙ КОММУНИКАЦИИ В ОБУЧЕНИИ РУССКОМУ ЯЗЫКУ

INTERNATIONAL CONFERENCE ON INTERDISCIPLINARY SCIENCE Volume 01, Issue 12, 2024 445 INTERNATIONAL CONFERENCE ON INTERDISCIPLINARY SCIENCE universalconference.us ТАБУ КАК ЭЛЕМЕНТ АКСИОЛОГИЧЕСКОЙ КАРТИНЫ МИРА И МЕЖКУЛЬТУРНОЙ КОММУНИКАЦИИ В ОБУЧЕНИИ РУССКОМУ ЯЗЫКУ Юсупова Шохсанам Мирзали кизи преподаватель кафедры русского языка и литературы, Денауский институт предпринимательства и педагогики Денау, Узбекистан, [email protected] Аннотация. В статье рассматривается табу как ключевой элемент аксиологической картины мира, проявляющийся в языке и межкультурной коммуникации на занятиях по русскому языку как иностранному. Табуированная лексика и эвфемизация трактуются как маркеры ценностей, норм и культурных границ сообщества. На материале русской и сопоставляемых культур описываются типы табу, их функции, типичные зоны риска в аудитории и стратегии их дидактической «переработки». Предлагаются методические решения: работа с эвфемизмами, анализ коммуникативных сбоев, проектные и рефлексивные задания, формирующие у учащихся интеркультурную компетенцию и ответственное языковое поведение. Ключевые слова: табу, эвфемизм, аксиологическая картина мира, межкультурная коммуникация, РКИ, интеркультурная компетенция. Введение Табу традиционно описывают как «запрет на слово, действие или тему», однако в педагогике и межкультурной коммуникации важнее другое: табу обозначает границы дозволенного и тем самым вычерчивает ценностный контур культуры. Языковое табу фиксирует то, «о чём нельзя говорить прямо, но нельзя и молчать», поэтому вокруг него неизбежно возникает пояс эвфемизмов, перифраз, намёков и коммуникативных стратегий смягчения. Этнолингвистика рассматривает язык как источник информации о традиционной духовной культуре народа. Именно в зонах табу язык особенно прозрачно отражает то, что общество считает ценным, опасным или «несвоевременным» для открытого обсуждения. В ситуации обучения русскому языку табуированные темы (смерть, болезни, тело, интимность, религия, политика и др.) становятся точками повышенного коммуникативного риска. Нарушение невидимых запретов приводит к смущению, отказу от участия, конфликтам или, наоборот, к неожиданно агрессивной реакции. Материалы и методы Теоретическую основу исследования составили работы по этнолингвистике и лингвокультурологии, где табу и эвфемизация рассматриваются как способы закрепления культурных ценностей в языке [Березович 2007; Баялиева 2017]. Важным является наблюдение о том, что в традиционной культуре «запреты наименования фиксируют сакрализованные или опасные для человека сферы опыта» [Березович 2007]. Исследования эвфемизации как следствия табу и как ресурса развития речи рассматриваестя как «изменения жизненных реалий стали причиной эвфемизации современной речи» и что эвфемизмы выступают универсалией языка [Ганина 2022:275]. В фольклорных текстах, напротив, сохраняются «разнообразные эвфемизмы, связанные с древнейшими табу и тайными языками» [Твердохлеб 2016:83].Следующий этап работы по методике РКИ и INTERNATIONAL CONFERENCE ON INTERDISCIPLINARY SCIENCE Volume 01, Issue 12, 2024 446 INTERNATIONAL CONFERENCE ON INTERDISCIPLINARY SCIENCE universalconference.us культуре речи учащихся, где эвфемизмы осмысливаются как средство формирования речевого такта и культуры общения [Гуламова 2019:22; Шахин 2017]. Наконец, используются исследования по интеркультурной коммуникации и табу в обучении иностранным языкам [Allan, Burridge 2006; Luo 2019; Yu 2014; Spathopoulou, Pitychoutis 2025]. Методологически работа опирается на: • дескриптивный и интерпретативный анализ теоретических источников; • качественный анализ учебных и коммуникативных ситуаций в аудитории РКИ; Результаты и обсуждение 1. Табу как маркер ценностей и угроз. Исторически табу связано с сакральными запретами и представлениями об опасности имени или действия. В традиционной культуре табу «запрещает не только поступок, но и само его называние», тем самым превращая слово в мощный знак риска и ответственности [Березович 2007]. В фольклоре и обрядовой поэзии это проявляется особенно наглядно: «загадки, пословицы, сказки, похоронные причитания и свадебные песни вместо табуированной лексики часто используют эвфемистические замены», и сфера устного народного творчества «характеризуется наличием большого количества эвфемизмов, что отражает суеверия наших предков и существовавшие в связи с ними запреты» [Твердохлеб 2016:83]. Таким образом, табу – это не только запрет, но и фильтр ценностей. 2. Эвфемизация как стратегия обхода табу. Любое табу оставляет в языке «след» в виде систематических замен. Эвфемизмы служат не только «словесным смягчением» [Ганина 2022:275], но и тонким инструментом управления дистанцией, вежливостью и эмоциональным тоном высказывания. В фольклоре и традиционных жанрах эвфемизмы закрепляют сакральные запреты (напр., метафорические обозначения смерти, болезней, нечистой силы), а в современной речи – нормы политкорректности, профессиональной этики, медиадискурса. Исследования показывают, что «табу влечёт за собой эвфемию» и что эвфемия «развивается и изменяется вместе с обществом» [Ганина 2022:276]. На занятиях по русскому языку это означает, что студент сталкивается не просто с новой лексикой, а с целой системой ценностно нагруженных замен: умер – ушёл из жизни; инвалид – человек с ограниченными возможностями; уволить – оптимизировать штат. 3. Табу и межкультурная коммуникация. В межкультурной перспективе табу выступает одним из главных источников недопонимания. Исследование китайско-западной коммуникации подчёркивает, что оно «не только лингвистическое, но и социальное явление, глубоко укоренённое в культуре конкретного общества» [Luo 2019]. Для университетского обучения иностранному языку важно, что язык рассматривается не просто как «средство коммуникации», а как «неотъемлемая часть культуры, её носитель», в котором «отражаются исторический и культурный опыт, образ жизни и способы мышления нации» [Yu 2014:114]. В состав коммуникационной культуры прямо включаются «приветствия, благодарности, обращения, идиомы, эвфемизмы и табу» [Yu 2014:181]. Следовательно, работа с табу не побочный, а обязательный компонент формирования интеркультурной компетенции. 4. Табу в аудиторной практике РКИ. В реальной аудитории РКИ зоны табу проявляются в нескольких типичных ситуациях: INTERNATIONAL CONFERENCE ON INTERDISCIPLINARY SCIENCE Volume 01, Issue 12, 2024 447 INTERNATIONAL CONFERENCE ON INTERDISCIPLINARY SCIENCE universalconference.us 1. Обсуждение биографических данных и личной сферы. В упражнениях на знакомство, рассказ о семье, здоровье, жизненном опыте преподаватель легко вторгается в чувствительные области (болезни, развод, возраст, репродуктивный опыт). Для части студентов такие темы культурно приемлемы, для других жёстко табуированы. 2. Работа с текстами СМИ и художественной литературы. Современные тексты нередко затрагивают секс, насилие, политические и религиозные конфликты. Игнорировать это невозможно, но и прямое обсуждение без подготовки может вызвать шок или отторжение. 3. Обратная связь и оценивание. Табу касается и способов выражения критики. В культурах с ориентацией на гармонию прямой негативный отзыв воспринимается как оскорбление, тогда как в других традициях прямота считается честностью. Без проговаривания этих различий любое замечание преподавателя может быть осмыслено как личное нападение. 5. Дидактический потенциал табу. Современные работы по табу и цензуре языка показывают, что запреты не только ограничивают, но и стимулируют языковое творчество, табу и связанная с ним цензура мотивируют появление новых, нередко остроумных выражений, а также изменение старых [Allan, Burridge 2006]. Ряд методических принципов позволяет превратить табу из источника конфликтов в площадку осмысленного диалога: 1. Принцип явной метакоммуникации. Табу следует проговаривать. Вместо «мы так не говорим» целесообразны прогностические и объясняющие ремарки: В академической среде не принято спрашивать о возрасте преподавателя напрямую; вместо этого можно спросить о стаже работы. 2. Работа с эвфемизмами как с учебным материалом. Упражнения на распознавание и интерпретацию эвфемизмов позволяют показать связь языка и ценностей. На материале русских и родных для студентов языков можно сопоставить, какие именно темы смягчаются и какими средствами. 3. Кейс-стади межкультурных коммуникативных сбоев. Описание реальных ситуаций (неудачное поздравление, неуместный вопрос, «шокирующая» реплика) с последующим разбором даёт возможность увидеть табу «со стороны», кто и какое правило нарушил, как его можно было соблюсти без потери смысла. 4. Проектные задания и рефлексия. Практика показывает, что проекты, посвящённые «опасным словам» в разных культурах (знаки смерти, болезни, тела, политики), развивают у студентов не только словарный запас, но и эмпатию, умение говорить о сложном без агрессии и морализаторства. Заключение Табу – это не только система запретов, но и аксиологический профиль культуры, отражённый в языке. Через сеть табуированных тем и практик их обхода сообщество маркирует важнейшие ценности, зоны риска и желаемые модели поведения. Перспективными представляются эмпирические исследования того, как конкретные типы табу влияют на участие студентов в разных видах речевой деятельности, а также разработка диагностических инструментов для оценки «чувствительности к табу» как компонента интеркультурной компетенции. Список литературы INTERNATIONAL CONFERENCE ON INTERDISCIPLINARY SCIENCE Volume 01, Issue 12, 2024 448 INTERNATIONAL CONFERENCE ON INTERDISCIPLINARY SCIENCE universalconference.us 1. Березович Е.Л. Язык и традиционная культура: этнолингвистические исследования. – М.: Индрик, 2007. – 600 с. 2. Баялиева Н.Ч. Лингвокультурологические аспекты табу в кыргызском фольклоре // Вестник Кыргызского национального университета. – 2017. – № 2. – С. 90–95. 3. Ганина И.А. Эвфемизация речи как один из факторов развития языка // Молодой учёный. – 2022. – № 14 (409). – С. 275–277. – URL: https://moluch.ru/archive/409/90175 4. Твердохлеб О.Г. Эвфемизмы в сфере устного народного творчества // Вестник Томского гос. ун-та. – 2016. – № 33. – С. 83–91. – URL: https://journals.tsu.ru/uploads/import/1387/files/033-082.pdf 5. Гуламова Г.А. Nutq madaniyati insoniyat umummadaniyatining bir qismi // Education Research. – 2019. – № 2. – С. 20–24. – URL: https://erus.uz/index.php/er/article/view/2985 7. Allan K., Burridge K. Forbidden Words: Taboo and the Censoring of Language. – Cambridge: Cambridge University Press, 2006. – 314 p. – URL https://assets.cambridge.org/97805215/25640/excerpt/9780521525640_excerpt.pdf 8. Luo R. Studies on Taboo Customs in China and Western Countries From the Perspective of Intercultural Communication // Sino-US English Teaching. – 2019. – Vol. 16, No. 3. – P. 113–119. – DOI: 10.17265/1539-8072/2019.03.004 9. Yu L. The Problem of Intercultural Communication in English Teaching in University // International Conference on Education, Language, Art and Intercultural Communication (ICELAIC 2014). – Atlantis Press, 2014. – P. 179–182. – URL: https://www.atlantispress.com/article/12635.pdf 10. Spathopoulou F., Pitychoutis K.M. Intercultural Competence in English Language Teaching: Navigating Cultural Taboos in the Arab Gulf // Forum for Linguistic Studies. – 2025. – Vol. 7, No. 2. – P. 559–573. – DOI: 10.30564/fls.v7i2.7909