КРЕАТИВНЫЕ ИНДУСТРИИ В СТРАНАХ БРИКС+: СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ И НАПРАВЛЕНИЯ МЕЖДУНАРОДНОЙ КООПЕРАЦИИ

Наукосфера. №11 (1), 2025 Экономические науки ISSN 2542-0402 227 http://nauko-sfera.ru/ УДК 338.46 DOI 10.5281/zenodo.17587939 Научная статья КРЕАТИВНЫЕ ИНДУСТРИИ В СТРАНАХ БРИКС+: СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ И НАПРАВЛЕНИЯ МЕЖДУНАРОДНОЙ КООПЕРАЦИИ CREATIVE INDUSTRIES IN BRICS+ COUNTRIES: COMPARATIVE ANALYSIS AND DIRECTIONS OF INTERNATIONAL COOPERATION РИОС ЕЛЕНА АНДРЕЕВНА, соискатель ученой степени кандидата экономических наук, Санкт-Петербургский государственный экономический университет. RIOS ELENA ANDREEVNA, Degree Applicant for the Candidate of Economic Sciences, Saint Petersburg State University of Economics. Расширение БРИКС в 2024 году, когда к объединению присоединились Египет, Эфиопия, Иран, ОАЭ и Индонезия, создало новые возможности для развития креативных индустрий и международного культурного сотрудничества. В статье исследуется развитие креативных индустрий в странах объединения БРИКС+ в контексте перехода к экономике знаний. На основе сравнительного анализа выявлены значительные диспропорции в развитии креативных индустрий. Автор выделяет три типологические модели развития — инновационно-технологическую, гибридную и традиционнокультурную. В исследовании определены ключевые барьеры развития сектора. Также исследование позволило сформулировать перспективные направления кооперации. Доказано, что интеграция креативных экономик способна усилить позиции объединения в глобальной конкуренции и сформировать новую парадигму международных отношений, основанных на обмене культурными ценностями и знаниями. The expansion of BRICS in 2024, when Egypt, Ethiopia, Iran, the UAE and Indonesia joined the association, created new opportunities for the development of creative industries and international cultural cooperation. The article examines the development of creative industries in the BRICS+ countries in the context of the transition to a knowledge economy. Based on the comparative analysis, significant imbalances in the development of creative industries have been identified. The author identifies three typological models of development — innovative and technological, hybrid and traditional cultural. The study identifies key barriers to the development of the sector. The study also made it possible to formulate promising areas of cooperation. It has been proved that the integration of creative economies can strengthen the union's position in global competition and form a new paradigm of international relations based on the exchange of cultural values and knowledge. Ключевые слова: БРИКС+, креативные индустрии, международное сотрудничество, креативная экономика, инновации, культурная дипломатия. Key words: BRICS+, creative industries, international cooperation, creative economy, innovation, cultural diplomacy. Наукосфера. №11 (1), 2025 Экономические науки ISSN 2542-0402 228 http://nauko-sfera.ru/ ировая экономика переживает переход к постиндустриальной модели, где основными факторами развития выступают знания, инновации и творческий труд. Одним из наиболее динамичных секторов новой экономики являются креативные индустрии, сочетающие культурные, технологические и предпринимательские компоненты. Они становятся не только драйвером экономического роста, но и инструментом формирования культурной идентичности и международного имиджа стран. В этих условиях исследование креативных индустрий приобретает особую значимость для государств, стремящихся укрепить позиции в глобальной экономике, включая страны объединения БРИКС+. Расширение состава БРИКС в 2024 году, когда к традиционным участникам — Бразилии, России, Индии, Китаю и Южной Африке — присоединились Египет, Эфиопия, Иран, Объединённые Арабские Эмираты и Индонезия, существенно изменило геоэкономическую конфигурацию объединения. Новые члены обладают значительным культурным, демографическим и технологическим потенциалом, что создаёт новые возможности для сотрудничества в сфере креативных индустрий и культурной дипломатии. Актуальность темы исследования определяется тем, что именно креативная экономика сегодня становится стратегическим направлением устойчивого роста, а для стран БРИКС+ — инструментом укрепления «мягкой силы» и продвижения национальных культурных брендов на мировой арене. Цель исследования — выявить тенденции, особенности и модели формирования креативных индустрий в странах БРИКС+, определить ключевые барьеры и перспективы их интеграции в мировую экономику знаний. Для достижения цели решаются следующие задачи: 1. Проанализировать теоретические подходы к определению креативных индустрий и их роли в экономике знаний. 2. Провести сравнительный анализ состояния и структуры креативных индустрий в странах БРИКС+. 3. Определить институциональные, финансовые и технологические барьеры их развития. 4. Сформулировать перспективные направления кооперации стран БРИКС+ в области креативной экономики. Объектом исследования выступают креативные индустрии как социальноэкономический феномен, а предметом — процессы их институционального формирования и международного взаимодействия в странах БРИКС+. Термин «креативные индустрии» впервые получил широкое распространение в конце XX века в Великобритании и обозначал совокупность отраслей, связанных с производством и распространением культурных и интеллектуальных продуктов, обладающих экономической ценностью [7]. Креативные индустрии включают дизайн, архитектуру, моду, рекламу, кино, музыку, литературу, новые медиа и цифровые технологии. В отечественной и зарубежной науке сложилось несколько методологических подходов к изучению креативных индустрий:  Экономический подход (Р. Флорида, Дж. Хокинс, Т. Хезмондалш) рассматривает креативность как ресурс, формирующий добавленную стоимость и конкурентные преимущества на рынке труда.  Культурологический подход (ЮНЕСКО, Ю. Драган, Е. Михайлова) акцентирует внимание на сохранении культурного наследия и развитии творческого потенциала личности.  Институциональный подход (Р. Кэви, Л. Гибсон, А. Лебедева) анализирует взаимодействие государства, бизнеса и общества в формировании инфраструктуры креативных секторов. М Наукосфера. №11 (1), 2025 Экономические науки ISSN 2542-0402 229 http://nauko-sfera.ru/ В современных условиях эти подходы дополняют друг друга, формируя интегративное понимание креативной экономики, в которой культурные ценности становятся источником инноваций, а творчество — фактором национальной конкурентоспособности [2]. Особенностью стран БРИКС+ является то, что развитие креативных индустрий здесь тесно связано с процессами цифровизации, урбанизации и социальной модернизации. Креативные индустрии выступают не только как сфера культурного производства, но и как инструмент устойчивого развития, способный стимулировать занятость, инновации и культурную самореализацию. На основе рассмотренных теоретических подходов далее проведён сравнительный анализ состояния креативных индустрий в странах нового БРИКС+, направленный на выявление общих закономерностей, различий и потенциала международной кооперации. Креативные индустрии в странах БРИКС+ демонстрируют высокую динамику роста на фоне цифровизации, урбанизации и усиления роли культурного капитала. При этом уровень их развития варьируется от зрелых моделей (Китай, Индия, ОАЭ) до формирующихся систем (Эфиопия, Египет). По данным UNCTAD (2023), объём мирового рынка креативных товаров и услуг превысил 1,5 трлн долл., из которых около 20 % приходится на страны БРИКС [11]. Таблица 1. Сравнительные показатели развития креативных индустрий в странах БРИКС+ (2024 г.) Страна Доля креативных индустрий в ВВП (%) Занятые в креативных отраслях, млн чел. Цифровизация (доля интернетпользователей, %) Китай 4,6 15,0 78 Индия 1,7 11,5 67 Россия 4,1 3,2 88 Бразилия 3,1 2,9 83 ЮАР 2,0 0,9 72 ОАЭ 4,6 0,8 99 Индонезия 4,5 2,3 77 Египет менее 1,0 1,0 72 Иран менее 1,0 0,7 70 Эфиопия 1,2 0,4 38 Анализ сравнительных показателей (табл. 1) показывает, что доля креативных индустрий в ВВП стран БРИКС+ варьируется от <1,0 % в Египте и Иране до 4,6 % в Объединённых Арабских Эмиратах и Китае. Лидерами по уровню развития креативной экономики выступают Китай, Индонезия и ОАЭ, где сформированы развитые инфраструктуры цифрового творчества и устойчивый экспорт культурных товаров. Подобные различия наблюдаются и внутри самих государств: уровень развития креативных индустрий во многом определяется региональной политикой, инфраструктурой и уровнем институциональной поддержки [8]. Данные на визуализации различий (рис. 1) демонстрируют наличие трёх групп стран:  с высоким уровнем развития креативных индустрий (Китай, Индонезия, ОАЭ);  со средним (Россия, Бразилия, ЮАР);  с низким (Египет, Иран, Индия, Эфиопия). Наукосфера. №11 (1), 2025 Экономические науки ISSN 2542-0402 230 http://nauko-sfera.ru/ Рис. 1. Доля креативных индустрий в ВВП стран БРИКС+ (оценка на 2024 год) Рис. 2. Сравнительный индекс креативного потенциала стран БРИКС+ (оценка на 2024 год) Для комплексной оценки потенциала креативной экономики был рассчитан индекс креативного потенциала, включающий три ключевых показателя: долю креативных индустрий в ВВП, долю интернет-пользователей и число занятых в творческом секторе (рис. 2). Наукосфера. №11 (1), 2025 Экономические науки ISSN 2542-0402 231 http://nauko-sfera.ru/ Наивысшие значения индекса наблюдаются у Китая, Индонезии и ОАЭ, что объясняется сочетанием развитой инфраструктуры, высоких инвестиций и цифровизации. Наименьшие показатели характерны для Эфиопии и Ирана, где креативный сектор только формируется. Лидеры (Китай, ОАЭ, Индонезия) обеспечивают более 4 % ВВП за счёт диверсифицированных креативных кластеров и развитых цифровых экосистем. Средняя группа (Россия и Бразилия) удерживает 3–4 % ВВП, при этом активно развивают экспорт цифрового контента и дизайн-индустрию. Формирующиеся участники (ЮАР, Египет, Иран, Эфиопия, Индия) характеризуются долей менее 3 % ВВП, однако обладают уникальным культурным потенциалом и растущим внутренним спросом на творческие профессии. Китай и ОАЭ — крупнейшие экспортёры креативных товаров среди БРИКС (совокупно более 60 % экспорта объединения). Россия усиливает позиции в области креативного образования и цифрового искусства, формируя площадки для международных коллабораций [5]. ОАЭ и Индонезия демонстрируют рост инвестиций в креативные хабы и фестивали, ориентированные на международный туризм. Египет и Иран делают ставку на кинопроизводство и ремесленные отрасли как средство культурной дипломатии. Развитие креативных индустрий в странах БРИКС+ имеет разный масштаб, но общие направления — цифровизация, образование, институциональная поддержка и межкультурное сотрудничество. В перспективе интеграция креативных экономик может стать одним из самых устойчивых направлений внутри объединения, усиливая его «мягкую силу» и роль на мировом рынке культурных услуг. Формирование и динамика креативных индустрий сопровождается противоречием между высоким потенциалом и институциональной уязвимостью [1]. Несмотря на то, что объединение охватывает свыше 40 % населения планеты и около 30 % мирового ВВП, доля креативной экономики в среднем не превышает 5 %. Среди наиболее существенных проблем можно выделить следующие: 1. Институциональная асимметрия: в Китае и ОАЭ действуют централизованные программы развития культурных индустрий, подкреплённые национальными стратегиями и фондами инвестиций (доля государственных вложений — до 0,7 % ВВП) [6]. В то же время в России, Индии и Бразилии реализуется децентрализованная модель, где значительная нагрузка ложится на региональные инициативы и частные компании. У новых членов (Египет, Иран, Эфиопия) нормативно-правовая база только формируется. 2. Финансовые ограничения: отсутствие специализированных банковских продуктов, венчурных фондов и льготного кредитования препятствует масштабированию творческих стартапов. Исключение составляют Китай и ОАЭ, где существуют государственно-частные фонды для поддержки креативных проектов. 3. Дисбаланс между производством и экспортом: по данным UNCTAD (2023), на Китай приходится свыше 60 % экспорта креативных товаров всех стран БРИКС+, тогда как совокупная доля России, Бразилии и Индонезии не достигает 15 % [11]. 4. Неравномерность цифровой инфраструктуры: уровень интернет-проникновения варьируется от 99 % в ОАЭ до 38 % в Эфиопии, что напрямую влияет на возможности электронного распространения культурного контента и дистанционного образования. 5. Недостаток статистики: лишь часть стран ведёт системный учёт показателей креативных индустрий; отсутствует единая методика оценки их вклада в ВВП и занятость, что затрудняет координацию внутри объединения. Сопоставление национальных стратегий позволяет выделить несколько устойчивых моделей развития креативных индустрий, отражающих специфику экономического устройства и культурного капитала стран [4]. Наукосфера. №11 (1), 2025 Экономические науки ISSN 2542-0402 232 http://nauko-sfera.ru/ Таблица 2. Типологические модели развития креативных индустрий в странах БРИКС+ Тип модели Страны Ключевые характеристики Основные ограничения Инновационнотехнологическая Китай, ОАЭ Креативные индустрии интегрированы в цифровую и технологическую экономику; высокий уровень инвестиций и экспортной ориентации. Неравномерность регионального развития, высокая зависимость от государственного регулирования. Гибридная Россия, Бразилия, Индонезия Сочетание рыночных и культурных подходов; креативность используется как инструмент регионального развития и инноваций. Недостаток инвестиций, слабая статистическая база. Традиционнокультурная Египет, Иран, Эфиопия, ЮАР, Индия Креативная экономика связана с ремеслами, наследием и туризмом; слабая цифровая компонента Низкий уровень цифровизации, ограниченный доступ к финансированию и образованию. Приведённая типология отражает разноуровневость креативных экономик: если Азия концентрируется на цифровом и технологическом контенте, то Африка и Ближний Восток — на сохранении культурных традиций и ремесел. Перспективные направления интеграции: 1. Формирование единой платформы БРИКС+ по креативным индустриям. Создание онлайн-портала с базой данных креативных компаний, образовательных программ и исследовательских проектов позволит стандартизировать обмен и ускорить кооперацию. 2. Развитие международных креативных кластеров [10]. Возможны сетевые проекты:  кино и аудиовизуальное производство (Индия – Россия – Египет);  дизайн и архитектура (Китай – ОАЭ – Бразилия);  цифровое искусство и игровые технологии (Россия – Индонезия – Иран). 3. Создание образовательного консорциума БРИКС+. Университетские альянсы и совместные магистерские программы «Creative Economy and Global Cooperation» обеспечат подготовку кадров и академическую мобильность. 4. Финансовая кооперация. Учреждение Фонда креативных индустрий БРИКС+ при Новом банке развития (NDB) позволит предоставлять гранты и микрокредиты для малого бизнеса в сфере креативных технологий. 5. ·Укрепление культурной дипломатии и «мягкой силы». Совместные фестивали, арт-резиденции и онлайн-платформы культурного обмена способны повысить узнаваемость стран БРИКС+ и сформировать общий креативный бренд объединения. Россия занимает промежуточную позицию между технологическими и культурными моделями развития. С одной стороны, в стране формируется государственная политика в сфере креативных индустрий («Творческие люди», «Национальные проекты 2030»); с другой — остается проблема недостаточного привлечения частных инвестиций и низкой экспортной активности. Благодаря развитой системе образования и научным компетенциям Россия способна выполнять роль координатора исследовательских и образовательных программ БРИКС+, а также площадки для проведения форумов и школ креативной экономики (Москва, Санкт-Петербург, Казань, Екатеринбург) [5]. Наукосфера. №11 (1), 2025 Экономические науки ISSN 2542-0402 233 http://nauko-sfera.ru/ Креативные индустрии становятся ключевым элементом трансформации экономики БРИКС+. Их развитие требует устранения структурных барьеров, унификации статистики, расширения инвестиций и интеграции в международные цепочки добавленной стоимости. Формирование многоуровневой системы сотрудничества в сфере креативной экономики способно укрепить экономический и культурный суверенитет объединения и вывести БРИКС+ в число глобальных лидеров креативного роста [9]. Проведённое исследование позволило системно рассмотреть специфику формирования и развития креативных индустрий в странах нового состава БРИКС+, а также определить институциональные, экономические и культурные факторы, влияющие на их интеграцию в международное пространство. Во-первых, результаты сравнительного анализа показали, что креативные индустрии постепенно становятся самостоятельным сектором экономики БРИКС+, формируя до 5 % совокупного ВВП объединения и создавая миллионы рабочих мест. При этом структура сектора остаётся неоднородной: в Китае и ОАЭ доминируют высокотехнологичные креативные кластеры, тогда как в Египте, Иране и Эфиопии преобладают традиционные формы культурного производства. Во-вторых, выявлено, что между уровнем цифровизации, образовательным потенциалом и вкладом креативных индустрий в ВВП существует положительная корреляция. Это подтверждает гипотезу о взаимосвязи креативной активности и инновационного развития: страны с высоким проникновением цифровых технологий и развитой системой подготовки кадров (Китай, ОАЭ, Россия) демонстрируют более высокие показатели производительности и экспорта креативных товаров. В-третьих, институциональные различия внутри БРИКС+ определяют разнообразие моделей развития креативных индустрий — от инновационно-технологической до традиционно-культурной. Их коэволюция создает предпосылки для межрегиональной кооперации и обмена лучшими практиками, что особенно важно для новых участников объединения. В-четвёртых, показано, что креативные индустрии могут рассматриваться не только как экономический, но и как геополитический ресурс. Усиление культурного присутствия стран БРИКС+ через экспорт фильмов, цифрового контента, архитектуры и дизайна способствует формированию новой парадигмы «мягкой силы» объединения, где культура становится инструментом международного влияния. В-пятых, разработанная в работе типология моделей креативного развития позволяет предложить практические направления координации политики в рамках БРИКС+:  создание Фонда креативных индустрий БРИКС+ при Новом банке развития для поддержки стартапов и межстрановых проектов;  формирование цифровой платформы БРИКС+ как базы данных креативных компаний, образовательных программ и исследовательских инициатив;  разработка совместных образовательных модулей и магистерских программ по креативной экономике в университетах-участниках;  развитие культурной дипломатии и транснациональных фестивалей, усиливающих взаимное культурное присутствие. Таким образом, креативные индустрии становятся стратегическим направлением трансформации объединения БРИКС+ — от экономического партнёрства к многоуровневой модели гуманитарного и технологического взаимодействия [3]. Их развитие способствует формированию нового типа международных отношений, основанных не только на торговле ресурсами, но и на обмене идеями, знаниями и культурными ценностями. Наукосфера. №11 (1), 2025 Экономические науки ISSN 2542-0402 234 http://nauko-sfera.ru/ СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Абанкина Т. В. Креативная экономика в России: новые тренды // Журнал Новой экономической ассоциации. 2022. № 2 (54). С. 221–228. 2. Акимова О.Е., Волков С.К., Симонов А.Б. Креативные индустрии в России: тенденции развития и потенциал роста // Вестник Московского университета. 2022. № 1. С. 96–114. 3. Аузан А. А., Бахтигараева А. И., Брызгалин В. А. Развитие креативной экономики России в контексте современных вызовов // Журнал Новой экономической ассоциации. 2022. № 2 (54). С. 213– 220. 4. Бунеев Т. П., Зайончковский А.И. Развитие национальных креативных индустрий: сравнение зарубежного и отечественного опыта // Россия: общество, политика, история. 2023. № 1 (6). С. 102–121. 5. Губанов П. Н. Креативные кластеры и их развитие в России // Трансформация бизнеса и общественных институтов в условиях цифровизации экономики. Сборник научных трудов V Национальной (российской) научно-практической конференции. Санкт-Петербург, 2023. С. 186–191. 6. Гумерова Г.И., Кокурина А.А., Шаймиева Э.Ш., Трифонова Н.Н. Цифровые платформы креативных индустрий: опыт России и Китая // Проблемы экономики и юридической практики. 2023. Т. 19. № 1. С. 293–300. 7. Искаков М. Р. Креативная экономика: сущность и тенденции развития // Экономика и управление: научно-практический журнал. 2023. № 3 (171). С. 28–31. 8. Крюков И. А. Развитие креативных индустрий в регионах Северо-Западного федерального округа // Креативная экономика. 2023. Т. 17. № 12. С. 4709–4728. 9. Курочкин В. Н. Креативная индустрия в экономике России: реальность и потенциал в сервисной деятельности // Сервис в России и за рубежом. 2023. Т. 17. № 5 (107). С. 69–77. 10. Чудин А. А., Гуляев С. В. Принципы построения информационного общества в России и мире // Креативная экономика. 2023. Т. 17, № 4. С. 1193–1210. 11. Trade and the creative economy // Генеральная ассамблея ООН. URL: https://unctad.org/system/files/official-document/a_res_78_133_ru.pdf (дата обращения: 29.10.2025). Поступила в редакцию: 09.11.2025 © Риос Е. А., 2025. Принята в печать: 12.12.2025